Назад

Купить и читать книгу за 99 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Русский язык и культура речи: учебник для технических вузов

   Содержание учебника соответствует требованиям государственного образовательного стандарта по учебной дисциплине «Русский язык и культура речи» для нефилологических специальностей вузов.
   Особенность настоящего издания – соединение в одной книге собственно учебника, т. е. основных теоретических сведений по курсу, и обширного практикума для семинарских занятий, включающего задания для самостоятельной работы студентов.
   Предназначен для студентов-нефилологов. Будет полезен всем, кто стремится расширить свои знания о нормах публичного общения на русском языке и развить практические навыки такого общения.


В. И. Максимов, А. В. Голубева Русский язык и культура речи Учебник для технических вузов

Предисловие

   С 2000 г. российские государственные образовательные стандарты высшего профессионального образования включают курс «Русский язык и культура речи» в качестве федерального компонента. Это значит, что данный курс входит в учебные программы подготовки специалистов (а также бакалавров) независимо от профиля: гуманитариев и инженеров, представителей точных и естественных наук. Причины этого очевидны.
   Во-первых, русский язык является, согласно Конституции, государственным языком Российской Федерации. Это значит, что после окончания вуза специалистам предстоит общаться на этом языке как минимум в публичной сфере (с работодателями, коллегами, клиентами, органами власти), читать законы и инструкции, приказы и предвыборные листовки, получать и формировать другие разнообразные сообщения. Умение выражать собственные мысли убедительно, доступно, ярко, располагая к себе собеседника, с одной стороны, и умение точно оценить образовательный уровень и социальный статус собеседника по его речи – с другой, являются важными навыками для любого специалиста. Не случайно бытует мнение, что «бизнес – это умение разговаривать с людьми».
   Во-вторых, существует тесная связь между правильностью речи и правильностью мышления. Когда человек путается в словах, говорит сбивчиво и невнятно, как правило, так же запутанны и его мысли. При этом, как подмечено психологами, если простые мысли можно выразить простыми словами, то сложные мысли, выраженные просто, могут быть неправильно поняты, их приходится выражать сложными конструкциями или дополнительно толковать.
   На практике мы довольно часто встречаемся с речевой беспомощностью и функциональной безграмотностью не только технических исполнителей, но и специалистов и руководителей. Неясное представление о правилах использования языка в различных сферах, незнание жанровых особенностей деловой документации, неразличение норм устной и письменной речи свидетельствуют о низкой речевой культуре, затрудняют взаимопонимание и становятся причиной профессиональных неудач.
   Цель курса «Русский язык и культура речи» – совершенствование коммуникативной компетенции студентов-нефилологов путем расширения знаний о нормах общения на русском языке и развития практических навыков такого общения в публичных сферах коммуникации, связанных с выполнением конкретных коммуникативных задач.
   Содержание учебника полностью соответствует требованиям государственного образовательного стандарта (ГОС). Отдельные темы выходят за пределы ГОСа, но включены в книгу в силу их актуальности. Особенностью настоящего издания является соединение в одной книге и собственно учебника, и практикума по курсу.
   Структура учебника такова. Первые две главы носят в основном теоретический характер – в них рассматриваются общие вопросы литературной нормы и система функциональных стилей русского литературного языка. Третья и четвертая главы посвящены описанию особенностей соответственно письменной и устной форм публичной речи, а также новым процессам в литературном языке. На протяжении всей книги большое внимание уделяется использованию новых технологий в самостоятельной работе над культурой речи.
   Каждая глава состоит из нескольких разделов. Раздел предваряет информация о базовых понятиях, рассматриваемых в нем, и о практических навыках, которые студент должен выработать после знакомства с теоретическими положениями. Далее излагаются теоретические основы темы. В конце каждого раздела дается практикум, включающий тесты на проверку усвоения терминов и основных положений, вопросы для самоконтроля и задания для самостоятельной работы, темы для рефератов; приводится список основной литературы по теме. Ключи к тестам помещены в конце каждой главы.
   Материалы учебника предполагают, что на курс, в соответствии с ГОСом, отведено 32 часа лекционного времени. Однако наличие большого количества заданий и тем для проектных работ позволяет эффективно работать по нему и при большей продолжительности курса, делая основную ставку на самостоятельную работу студентов. Учебник может использоваться как при изучении обязательного курса, так и в элективных курсах (т. е. курсах по выбору студента).
АВТОРЫ:
   Максимов В.И., д-р филол. наук, профессор (концепция);
   Голубева А.В., канд. филол. наук (предисловие; гл. 1; раздел 2.1; задания практикума к разделам 2.2,2.3–2.5,2.7,2.8,3.1,3.10,4.2,4.7);
   Костомаров В.Г., д-р филол. наук, профессор (разд. 2.2);
   Насонкина М. О. (раздел 2.6; вопросы и тесты практикума к гл. 1, разделам 2.1, 2.3–2.8, 4.2, 4.6);
   Ганапольская Е.В., канд. филол. наук;
   Волошинова Т.Ю., канд. пед. наук (разделы 3.3–3.8, 4.6);
   Попова Т.И., д-р филол. наук (разделы 3.2, 4.1, 4.3);
   Кутузова Г.И., канд. пед. наук, профессор (раздел 3.9); Пономарева З.Н., канд. филол. наук (разделы 4.4, 4.5)

Глава 1. Культура речи: общие понятия

1.1. Предмет курса. Понятие языка и речи. Уровни владения языком

   Из этого раздела вы узнаете, что является предметом настоящего курса, что такое язык, речь и текст, познакомитесь с понятием «речевая компетенция», а также поймете, почему отдельный человек не может испортить русский язык.
   Вы научитесь различать язык и речь, обращать внимание на разницу в уровне речевой культуры говорящих.
   По данным переписи населения России 2002 г., на русском языке в той или иной мере говорят 98 % жителей нашей страны. Более половины из них не имеют высшего образования, однако все они так или иначе друг друга понимают – ведь для 80 % россиян русский язык является родным, к тому же, начиная со средней школы, он выступает в качестве единственного языка обучения в большинстве государственных образовательных учреждений. На этом языке не только учат, его изучают в школе как самостоятельную учебную дисциплину.
   Почему же курс русского языка и культуры речи входит в вузовские курсы подготовки специалистов, в том числе нефилологов?
   Состояние речевой культуры традиционно являлось объектом внимания российского общества. Как утверждают социологи, качество речи определяет отношение к говорящему у 85 % опрошенных. Правда, данные социологических исследований свидетельствуют о некотором снижении интереса к проблемам культуры речи у старшеклассников и работающей молодежи за последнее десятилетие, все же в целом он по-прежнему высок. Тем не менее эксперты отмечают падение уровня речевой культуры практически у всех социальных слоев российского общества. Прежде всего оно проявляется в том, что учащиеся зачастую не владеют в достаточной степени правилами орфографии и пунктуации, с чем встречаются преимущественно преподаватели. Хотя статистика результатов единого государственного экзамена по русскому языку за последние годы достаточно оптимистична, реальные тексты, создаваемые учащимися, студентами вузов, даже молодыми специалистами, подтверждают приведенный выше тезис о невысоком качестве письменной речи.
   Как знание правил дорожного движения еще не гарантирует безаварийной езды, так и знание орфографических правил еще не обещает грамотного письма. Но, кроме того, приходится сталкиваться и с незнанием правил выбора стиля речи, с неумением выбрать необходимый стиль в зависимости от того, где и с кем идет разговор, и с заметным сокращением словарного запаса, которым оперируют молодые люди. Словарный запас человека располагается в двух уровнях: пассивном и активном. Пассивное владение языком – это способность понимать значение слов, активное – умение свободно использовать словарный запас. Школьные учителя с сожалением отмечают, что в последние годы пассивный словарь стремительно оскудевает: дети, в том числе и старшеклассники, не понимают значения самых простых слов {бурелом, палисадник, сопка, пурпурный). В результате прозрачная пушкинская строка «Вот бегает дворовый мальчик, в салазки Жучку посадив» оказывается «темным местом», потому что ученик не различает значения слов дворовый и дворянин, ему неясно, куда посадили Жучку. Можно возразить, что в современной жизни эти слова стали неактуальными. Но если человек не знает, как пишется слово дирижер, то обычно ему неизвестно и то, как пишется слово диджей. Китайский философ Конфуций много веков назад говорил: «Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований. Если слова не имеют под собой оснований, то дела не могут осуществляться и народ не знает, как себя вести».
   Чтобы подобрать в нужный момент нужное слово, причем не только для проверки правописания, но и для ведения обычной беседы, нужно иметь, из чего выбирать – и не только из таких слов, как ну, вот, в общем, это, блин, готично, короче (обычно после этого короче следует еще более длинная тирада все из тех же слов-паразитов). Словарный запас не формируется сам по себе, он является результатом общения с разными людьми, чтения, практической работы. Возьмем, например, типичного ребенка из обычной благополучной семьи. Его привычное окно в мир – экран телевизора или монитор компьютера. Разговоры на кухне – о «Дальнобойщиках» или «Большой стирке». Любимый кинофильм бабушки – «Клон». Кумиры детства – телепузики, отрочества – Гарри Поттер. Даже если в остальном «он умен и очень мил», можно дать стопроцентную гарантию, что ребенок с такой историей красиво говорить и, тем более, грамотно писать вряд ли будет. Показательно, что, по данным проведенного в 2004 г. социологического опроса, около 25 % россиян часто встречаются со словами, значения которых не понимают, но только менее 20 % обращаются за справкой к словарям и другим источникам. Социологи отмечают также, что при этом юноши более высоко оценивают свой словарный запас, чем девушки, хотя результаты исследований говорят скорее об обратном.
   Таким образом, причиной введения курса «Русский язык и культура речи» в образовательные стандарты высшей школы независимо от специальности стала общественная потребность в повышении речевой культуры. Чем же отличается вузовский курс от школьного, что составляет его предмет?
   Если в общеобразовательной школе основное внимание уделяется изучению языка как системы, то в высшей школе акцент переносится на качество использования этой системы в различных сферах общественной жизни. Владение языком является важным элементом профессиональной компетенции любого специалиста, поскольку в человеческом обществе язык представляет собой естественное средство выработки, накопления и передачи информации.
   Предметом настоящего курса являются нормы литературного русского языка и правила публичного речевого общения, общения с помощью языка в его устной и письменной формах.
   Под публичным общением в широком смысле слова мы понимаем любое общение вне дома, семьи, компании друзей независимо от числа его участников, степени их знакомства, предмета речи и т. п.
   Приходя в магазин за покупками, обращаясь с просьбой к прохожему, принося заявление о пересдаче экзамена в деканат, отвечая на вопросы работодателя во время собеседования, мы должны говорить в соответствии с обстановкой и ожиданиями нашего собеседника, поддерживая принятый темп общения и добиваясь намеченной цели. Мы не вправе рассчитывать на то, что нас всегда будут слушать так же долго и внимательно, как когда-то слушали и расшифровывали наш лепет родители. Жаргон, нецензурные выражения, неправильные речевые обороты, неверные ударения в словах, неправильное произнесение иностранных слов и неологизмов в публичной речи недопустимы.
   Такое определение предмета настоящего курса вполне понятно: личное общение, как и другие формы личной жизни, обществом не регулируются и определяются собственным вкусом и потребностями говорящего. Дома и в кругу друзей, например, на отдыхе, мы можем ходить в халате и говорить, как считаем нужным. Но вслед за всемирно известным филологом и культурологом Ю.М. Лотманом напомним, что голый человек в бане и голый человек на улице – это не одно и то же. Выходя из дома, культурный человек и одевается, и ведет себя, и говорит иначе, чем в быту, потому что он попадает в поле взаимодействия интересов других людей. Любое общество старается так или иначе ограничивать свободу самовыражения личности в публичном общении через определенные неписаные правила для того, чтобы минимизировать конфликты, обеспечить психологически комфортные условия сосуществования. К числу таких правил относятся и нормы речевого общения.
   Следовательно, целью курса «Русский язык и культура речи» не является заучивание списков трудных слов или повторение правил орфографии и пунктуации, основ грамматики, хотя грамотность, несомненно, является компонентом речевой культуры. Не представляет собой этот курс и попытку старшего поколения законсервировать свои единственно верные представления о правильной речи, уберечь «великий и могучий русский язык» от порчи, засорения жаргонизмами и иностранными словечками, о чем любят поговорить средства массовой информации (СМИ). Цель курса состоит в том, чтобы дать в руки будущих специалистов-нефилологов необходимый и достаточный инструментарий для эффективного использования языка в решении их профессиональных задач.
   Рассуждая беспристрастно, следует признать, что ни испортить, ни сохранить язык отдельный человек не в состоянии, и вот почему.
   Языком называют определенный код, систему знаков и правил их употребления. Эта система включает единицы разных уровней: фонетического (звуки, интонация), морфологического (части слова: корень, суффикс и др.), лексического (слова и их значения) и синтаксического (предложения). Описывается данная система в грамматиках и словарях.
   Понятно, что код существуют независимо от квалификации тех, кто им пользуется. От того что футболисты, например, нарушают правила, футбол как таковой не становится хуже, зато игроки могут быть наказаны за некорректную игру. То же самое происходит и с людьми, использующими язык. Их способ использования языка – его материализация – происходит в речи.
   Под речью понимается деятельность людей по использованию языкового кода, употреблению знаковой системы, речь – это язык в действии. В речи единицы языка вступают в различные отношения, образуют бесчисленное множество комбинаций, развивая за их счет новые свойства. Речь всегда развертывается во времени, она отражает особенности говорящего, зависит от контекста и ситуации общения. Следующий пример из книги Б. Акунина «Сказки для идиотов» иллюстрирует столкновение разных речевых культур: герой эпизода, «новый русский», попадает в 1900-й год:
   В комнату влетел типа генерал с реальной, до пупа, бородищей и ломом в руках. Вован хотел уже было засадить ему дулю промеж подфарников, но генерал согнулся напополам и культурно так:
   – Так что извиняемся, Константин Львович, Анна Сазонтьевна ломать приказали-с…
   А за генералом влез какой-то козлина – т. е. в натуре, и даже с козлиной бородкой на жирном хавале.
   – Что за ребячество, господин Луцкий! – забазарил козлина. – По вашей милости я должен проводить новогоднюю ночь таким диким манером! Извольте вернуть деньги! И не вздумайте стреляться. Мы же деловые люди.
   Вован понял только одно: нет, не революция – нормальный наезд. Этот чувак Костя, за которого его тут держат, кинул козлину на бабки, а козлина оказался из деловых – сам сказал – и затеял разборку. Сто лет прошло – ни банана не поменялось, все те же заморочки.
   Все три персонажа этого фрагмента говорят по-русски. При этом наш современник Вован явно не ощущает разницы между просторечием дворника (которого он даже принял за генерала) и речью представителя деловых кругов начала XX в., он одинаково «переводит» их слова на новорусский жаргон, как переводил бы с иностранного языка. Писатель же предполагает, что его читатели могут охарактеризовать уровень образования, культуры, социальный статус героев по их речи и на этой основе сформировать свои ожидания об их поведении.
   Продуктом речевой деятельности становятся конкретные тексты, создаваемые говорящими в устной или письменной форме. Если язык существует независимо от того, кто на нем говорит (на латинском языке или санскрите, например, уже давно никто не говорит), то речь всегда привязана к говорящему. Только речь отдельного человека может быть правильной или неправильной, испорченной или улучшенной. Как пишет видный петербургский языковед В.В. Колесов, язык – объективная данность, он вне наших стараний его сгубить или изувечить; наоборот, стиль поведения в языке мы выбираем сами.
   Приведем еще один пример. Язык можно сравнить с чертежом автомобиля, а речь – с реальными машинами, собранными по этому чертежу. Машины могут точно соответствовать идеальной модели, а могут быть собраны небрежно, не иметь отдельных деталей. Но это не вина конструкторов, а результат некачественной работы сборщиков, которую впоследствии приходится переделывать, чтобы не попасть в аварию.
   Итак, для безопасной езды недостаточно хорошего проекта, а для успешного общения недостаточно существования развитого языка. Важную роль в любом случае играет качество использования проекта, т. е. качество сборки – или качество речи каждого говорящего, уровень его коммуникативной языковой компетенции.
   Под коммуникативной языковой компетенцией понимается совокупность лингвистических, социолингвистических и прагматических знаний и умений, позволяющих осуществлять ту или иную деятельность с помощью речевых средств. Лингвистический компонент предполагает знание языковой системы как таковой. Социолингвистические знания и умения подразумевают владение социальными нормами (речевым этикетом, нормами общения между представителями разных возрастов, полов и социальных групп). Наконец, прагматический компонент языковой компетенции предполагает навыки использования языковых средств в определенных функциональных целях, распознавания разных типов текстов, а также умение выбирать языковые средства в зависимости от особенностей ситуации общения и т. п.).[1]
   Многие люди, изучавшие в школе иностранный язык и даже имевшие пятерки по этому предмету, не могут общаться на этом языке. Они умеют читать и понимать написанное, пересказывать заученные тексты, знают наизусть таблицы склонения и спряжения, но почему-то не в состоянии понимать речь других и выражать свои мысли так, чтобы их тоже поняли. Это происходит не потому, что в школе учат плохо, а потому, что существует указанное выше различие языка и речи. В школьной программе зачастую предполагается изучение только языка, т. е. целью обучения является знание правил орфографии, пунктуации, грамматики, произношения, овладение некоторым запасом слов. Такое изучение языка похоже на собирание конструктора «Лего»: чем больше кубиков соберешь, тем больше у тебя возможностей сконструировать что-то большое и интересное. Это начальный уровень владения языком, лингвистический компонент языковой компетенции, и на этом уровне можно владеть как иностранным, так и родным языком.
   Но не меньшее значение имеют умение пользоваться правилами, знакомство со стилистикой, культурой речи, риторикой. Чтобы его освоить, важно не только количество кубиков, но и знание особенностей разных деталей, возможностей их взаимозамены, необходим опыт их использования в разных конструкциях. Это более высокий уровень владения системой – прагматический, и именно на него нацелен настоящий курс.
   До тех пор пока круг общения человека ограничивается приятелями и семьей, неполнота владения языком на прагматическом уровне не вызывает больших проблем, поскольку повторяемость и предсказуемость ситуаций общения восполняет нехватку языковых средств. Но с расширением социальных функций – в связи с учебой в школе, вузе, затем через профессиональные контакты и т. д. – человеку требуется взаимодействовать не только со своими близкими, говорить не только о том, что видят и знают оба собеседника, и решать с помощью языка все более сложные задачи в самых разных ситуациях общения. Для этого необходимо и расширять набор используемых в речи единиц (словарный запас), и совершенствовать навыки их использования. Чтобы достичь успеха в профессиональных спорах, понимать сложные тексты, будь то художественные произведения или нормативные документы, полно и правильно выражать свои мысли в тексте курсовой работы или выступлении на семинаре, следует постоянно повышать уровень владения языком, уровень своей компетенции в создании и понимании социально значимых текстов.

Практикум

Тест
   1. Язык – это:
   а) набор текстов;
   б) знание правил;
   в) знаковая система.

   2. Речь – это:
   а) сочетание знаков;
   б) производство текстов;
   в) умение говорить.

   3. Стиль поведения в языке зависит от:
   а) знания языковых правил;
   б) общественных норм;
   в) языкового вкуса говорящего.
Вопросы для самоконтроля
   1. Что является предметом вузовского курса «Русский язык и культура речи»?
   2. Что такое язык?
   3. Что является основным продуктом речевой деятельности?
   4. Что такое речевая компетенция?
   5. Почему у многих людей неполнота владения языковой системой не вызывает проблем?
   6. Как вы обратитесь к секретарю декана, если хотите узнать часы его приема, но вам неизвестно имя секретаря? к преподавателю с вопросом после лекции? к женщине средних лет в автобусе с просьбой прокомпостировать талон?
   7. В каких ситуациях употребляется тот или иной синоним из приведенных ниже синонимических пар: неудовлетворительный – отстойный, пользователь – юзер, некстати – не в тему?
   8. На чем основан юмористический эффект карикатур?

Задания для самостоятельной работы
   Задание 1. Прочитайте предложения. Заполните пропуски. Поставьте в выделенных словах ударения. Что вызывало у вас затруднения и почему? Что помогло сделать выбор?
   Согласно учредительному договору уставн…й капитал нашей фирмы составил 12,8 млн руб. Вчера мой коллега прислал электрон… счет-фактуру на поставку итальянских жалюз…. На Большом проспекте открылся бутик, в этом бутике продает одежду известн… французск… кутюрье. Мы заказали у бармена горяч… капучино, свеж… буше и шотландск… виски. Мне нужны драйвер… для принтера и сканера. В новую кофейню в Гостином дворе требуются барист…; опыт работы желателен. Мы купили в гостиную нов… бра. Вы предпочитаете бел… или розов… мартини? Ремонт делали первоклассные мастер… На занятиях по информатике мы изучали мастер… шаблонов программы Word.
   Задание 2. «Переведите» на литературный русский:
   На всякого промоутера найдется свой супервайзер. Куплю маму и клаву – недорого.
   Задание 3. Напишите заявление на имя заместителя декана с просьбой разрешить досрочную сдачу курса «Русский язык и культура речи».
   Задание 4. «Позвоните» на радио, представьтесь, передайте привет своим друзьям или родным и закажите для них песню.
   Задание 5. Объясните значение следующих слов: лакуна, статус-кво, экспрессия, канон, нотариус, штатный, штатский, адаптация. Проверьте себя по словарю.
Темы для рефератов
   1. Речевые ошибки в речи публичных политиков.
   2. Культура речи в русской и других национальных традициях.
Литература
   Винокур Г.О. Из бесед о культуре речи // Русская речь. 1967. 3.
   Горбачевский М.В., Караулов Ю.Н., Шаклеин В.М. Не говори шершавым языком. М., 1999 (или подборка всех версий на: http:// www.gramota.ru/negovori.html).
   Костомаров В.Г., Леонтьев А.А. Некоторые теоретические принципы культуры речи // Вопросы языкознания. 1966. № 4.
   Лингвистическая энциклопедия. М., 1990.
   Попова Е.П. К вопросу о формировании речевой культуры в вузе, www.ncstu.ru/content/_docs/pdf/_trudi/_hs/
   Русский язык: Энциклопедия / Под ред. Ю.Н. Караулова. М., 2003.
   СкворцовЛ.И. Теоретические основы культуры речи. М., 1980.

1.2. Основные единицы речевого общения

   Из этого раздела вы узнаете, что такое речевое взаимодействие, речевая ситуация и речевое событие, а также при каких условиях речь становится эффективной.
   Вы научитесь обращать внимание на конкретные компоненты речевой ситуации, влияющие на выбор языковых средств.
   Исследователи выделяют следующие элементы речевого общения: речевое взаимодействие, речевая ситуация, речевое событие. Речевым взаимодействием называется процесс установления и поддержания целенаправленного прямого или опосредованного контакта между людьми посредством речи.
   Речевое взаимодействие включает следующие компоненты:
   • адресанта (отправителя информации);
   • адресата (получателя информации);
   • речевое событие;
   • средства взаимодействия.
   Обратим внимание, что речевое взаимодействие – это процесс взаимодействия двух субъектов: говорящего или пишущего адресанта и слушающего или читающего адресата.
   Помимо непосредственных участников речевого взаимодействия, которые в ходе общения обычно меняются местами, необходим и предмет речи – то, о чем говорят и по поводу чего происходит обмен информацией.
   Элементарной формой речевого взаимодействия является речевое событие (речевой акт). Для отправителя и для получателя информации речевое событие проявляется по-разному: со стороны адресанта оно заключается в говорении (отправлении акустических сигналов в виде языковых знаков) либо письме (кодировании речевых сигналов с помощью графических символов). Речевое событие со стороны адресата – это слушание (восприятие речевых акустических сигналов и их понимание) либо чтение (декодирование графических знаков и их понимание).
   Отсюда следует, что речевое взаимодействие предполагает как кодирование, так и декодирование информации. Механизмы кодирования информации действуют при говорении и письме, декодирования – при слушании и чтении.
   Средство речевого взаимодействия – это язык, знаковая система, известная и адресанту, и адресату.
   В результате речевого взаимодействия рождается текст. Цель взаимодействия состоит в передаче смысла текста – конкретной информации (логической, эмоциональной, эстетической и т. д.), выраженной речью и при ее участии сформированной в сознании человека. Через тексты мы знакомимся с речью, из текстов извлекаем языковые правила, на тексты-образцы ориентируемся, создавая собственные речевые продукты.
   Существуют различные классификации текстов: по времени их создания, сфере использования, а также принципам текстовой организации. С основными классификациями и практическими возможностями их применения вы познакомитесь в главе 2.
   Речевое событие как основная единица коммуникации включает два компонента: 1) вербальные (собственно речь) и невербальные (мимику, жесты и т. п.) элементы общения и 2) речевую ситуацию, конкретные обстоятельства речевого взаимодействия.
   Иначе говоря, то, как говорится, зависит от того, что, кому и где говорится. Например, если аудитория малоподготовленная (невысокий уровень образования, низкий социальный статус), следует говорить медленнее, использовать вопросно-ответную форму изложения, приводить много примеров, случаев из жизни, представлять конкретные результаты, четкую аргументацию, начинать с более сильных аргументов, ссылаться на авторитеты, многократно повторять основные тезисы. На подготовленную аудиторию произведет впечатление более эмоциональная речь, насыщенная риторическими фигурами. Чем выше уровень владения предметом у вашей аудитории, тем важнее структура выступления: вы должны начинать с того, что нового узнают слушатели из вашей речи; кроме того, необходимо максимально использовать диалогичность, приводить противоречивые точки зрения и т. д.
   Почти любое речевое взаимодействие имеет внеязыковую причину, вызвано внеязыковыми обстоятельствами. Речевая ситуация является исходным моментом любого речевого действия, стимулирует речь или ее отсутствие. Мы говорим, чтобы выразить просьбу, разделить с кем-то свою радость или боль, сдать экзамен, просто убедиться, что мы не одни. В более развернутое описание речевой ситуации включаются следующие компоненты:
   участники общения;
   место и время общения;
   предмет общения;
   цели общения;
   обратная связь между участниками общения.
   Помимо адресата и адресанта в число участников общения могут входить наблюдатели или слушатели, присутствие которых накладывает свой отпечаток на речь. Совпадение или различие взглядов на предмет общения будет или стимулировать общение, или препятствовать ему. То, насколько предмет общения интересен обоим говорящим, насколько они оба с ним знакомы, значительно влияет на выбор слов, манеру изложения. Системный администратор говорит о компьютерах не так, как начинающий пользователь, а разговор родителей с детьми-подростками о целесообразности поездки на дачу в выходные строится иначе, чем диалог подростков о том, не провести ли на той же самой даче классную вечеринку.
   Место общения (разговор с преподавателем во время экзамена, в гостях у общих знакомых или на конференции) определяет жанр речи и выбор речевых средств. Инженер, пишущий инструкцию к сборке станка, будет использовать в речи полные предложения, специальные термины, например, вот так: «Рекомендуется прикрепить деталь № 2502 к спинке, используя четыре винта 1/4 х 2 и ключ № 18 для затягивания». Тот же инженер, работающий в цехе над отладкой этого станка, не задумываясь, посоветует «эту пимпочку пришпандорить вон к той штуковине», и все его поймут.
   В речевом взаимодействии играют роль время общения, точнее, совпадение или несовпадение момента передачи и получения информации (это так же важно, как для онлайновых или оффлайновых программ). Сравните, например, общение в чате и с помощью обычных писем. В первом случае реплики следуют одна за другой почти как в обычном разговоре и собеседникам не нужно долго объяснять, что было ранее, сообщения коротки, подразумевают возможность немедленного комментария непонятных мест. Во втором же случае временнáя дистанция от отправки письма до его получения достаточно велика, поэтому во избежание непонимания изложение здесь более подробно, часты отсылки к предыдущим письмам, возврат к ранее описанным событиям.
   Накладывают отпечаток на нашу речь и цели общения: интеллектуальные, эмоциональные, контактоустанавливающие и др. В речевом общении обычно различают два вида целей: прямые, ближайшие, непосредственно выражаемые говорящим, и косвенные, более отдаленные, долговременные, нередко воспринимаемые как целевой подтекст. Так, поддержание разговора часто служит долговременной цели установления добрых отношений, но может быть и формально вежливым. Критическое высказывание может иметь ближайшую цель – уточнить информацию, а также цель отдаленную – показать уровень своих интеллектуальных способностей, утвердить свое мнение, подчеркнуть свое «я».
   Важнейшим структурным компонентом речевой ситуации является обратная связь. Реакция слушателя на высказывание говорящего составляет основу общения, ее отсутствие приводит к разрушению коммуникации: не получая реакции на заданный вопрос, человек чувствует себя задетым и обычно либо добивается ответа, либо прекращает разговор. Более того, явно выраженный интерес слушающего к говорящему создает тот положительный фон, на котором происходит устное общение. При отсутствии такого интереса общение становится тягостным и прерывается. Отсюда следует, что культура речи подразумевает и культуру слушания.
   Речевая ситуация диктует правила речевого общения и определяет формы его выражения. Эти формы различны в условиях прямого, или непосредственного, общения с активной обратной связью (например, диалог) и опосредованного – с пассивной обратной связью (например, письменное распоряжение). Они меняются в зависимости от количества участников и характера ситуации (в бытовом общении: разговор с близкими людьми либо частные письма и т. п., в деловом общении: доклад, лекция, дискуссия, переговоры и т. п.).
   Речевая ситуация помогает понять смысл текста, конкретизирует значение ряда грамматических категорий, например категории времени, местоименных слов типа я, ты, сейчас, здесь, там, вот и т. д. Она позволяет также правильно толковать текст, уточнять его целевую функцию (угроза, просьба, совет, рекомендация и т. п.), выявлять причинные связи данного высказывания с другими событиями и т. п.

Практикум

Тест
   1. Процесс установления и поддержания контакта между людьми с помощью речи называется:
   а) обратная связь;
   б) речевое взаимодействие;
   в) речевая ситуация;
   г) речевой контакт.

   2. Роль адресата в речевом событии – это:
   а) слушание или чтение;
   б) говорение или письмо;
   в) только слушание;
   г) только говорение.

   3. Средством речевого взаимодействия является:
   а) речь;
   б) язык;
   в) текст;
   г) адресант.
Вопросы для самоконтроля
   1. Кто такой адресант речи? адресат?
   2. Какие компоненты включает речевое событие?
   3. Что характеризует речевую ситуацию?
   4. Какие цели различают в речевом общении?
   5. Приведите примеры несовпадения различных целей в одном речевом событии.
   6. Приведите примеры, подтверждающие важность обратной связи в речевом общении.
Темы для рефератов
   1. Способы установления обратной связи в диалоге.
   2. Влияние речевой ситуации на речевое взаимодействие.
Литература
   Бахтин М.М. Проблема речевых жанров // М.М. Бахтин. Собр. соч.: В 7 т. Т. 5. Работы 1940-х – начала 1960-х годов. М., 1997. С. 159–206.
   Введенская Л.А., Павлова Л.Г., Катаева Б.Ю. Русский язык и культура речи: Справочное пособие. Ростов-н/Д., 2002.

1.3. Литературная норма как основа, обеспечивающая коммуникацию

   Из этого раздела вы узнаете, каковы условия успешной коммуникации, что такое языковая норма и ее типы: регистрирующий и предписывающий.
   Вы научитесь обращать внимание на эффективность собственной коммуникации в зависимости от речевой ситуации.
   Итак, язык представляет собой определенный код, служащий для коммуникации. Под коммуникацией будем понимать передачу информации (т. е. сообщения, включающего известную и новую части). Давайте задумаемся, при каких условиях эта передача осуществляется наиболее эффективно (т. е. максимально быстро и надежно)?
   Можно посмотреть на процесс коммуникации с точки зрения специалиста-языковеда. Язык – основной инструмент общения, и от степени владения этим инструментом, т. е. от культуры речи, во многом зависит эффективность речевого взаимодействия. Так, если речь хотя бы одного из собеседников лишена логики, недостаточно информативна, неточна, она вряд ли может адекватно передать информацию. Наличие цели стимулирует готовность субъектов общения вести беседу на данную тему в данное время, их взаимную коммуникативную заинтересованность. Отсутствие этой заинтересованности снижает коммуникативную активность. Выбор формы и стиля общения зависит от степени знакомства, возрастных или социальных различий участников общения. Та роль, которую играет говорящий в диалоге, определяет его речевую манеру поведения (истец и ответчик, проситель и тот, к кому обращаются с просьбой, и т. д.). Не менее важно учитывать ситуацию общения, поскольку ее изменение при неизменности прочих факторов существенно влияет на речевое поведение субъектов общения. Так, совершенно по-разному может протекать общение в ситуации диалога с глазу на глаз и в присутствии третьих лиц, обсуждение производственного вопроса на совещании или в комнате отдыха. Чтобы речевое общение было эффективным, собеседники должны придерживаться определенных принципов, правил ведения разговора, которые позволяют координировать их действия и высказывания. Чтобы понять эти принципы, посмотрим на речевое общение несколько глубже, с позиций общей теории информации.
   Любой информационный контакт между людьми выполняется в соответствии с определенными правилами, которые устанавливают порядок обмена информацией, предусматривают возникновение ошибок, перерывов в общении и т. д. В современных компьютерных сетях, например, большое значение имеет концепция «протокола» – формальной процедуры взаимодействия. Протокол включает ряд обязательных пунктов.
   Во-первых, на языке теории информации общение возможно в «согласованной системе». Это значит, что оба собеседника пользуются одинаковыми физическими аппаратами для передачи и приема информации. Эти аппараты должны быть соединены каналом связи. В устном речевом общении роль аппарата передачи информации играет голосовой аппарат (рот, язык, зубы, голосовые связки и др.), а роль приемника – слуховой. В качестве канала связи может выступать воздух, по которому распространяются звуковые колебания.
   Во-вторых, на физическом уровне необходимо договориться о типе сигналов, их наборе и значении, т. е. о коде. На машинном уровне это соответствует набору команд, используемых обеими машинами для связи. В естественном общении людей кодом, как уже говорилось, является язык.
   В-третьих, для более высокого уровня коммуникации желательно использовать одинаковые законы объединения сигналов в определенной последовательности. В языке это законы грамматики, описывающие правила соединения морфем в слова, а слов – в предложения.
   В-четвертых, существует, наконец, уровень взаимопонимания, когда участники общения договариваются об употребляемой терминологии, подбирают в собеседники людей одного уровня квалификации и т. д. Это обеспечивает более высокую предсказуемость информации. Каждый из вас испытывал на себе, насколько легче говорить на знакомую тему с теми, кто в ней тоже разбирается, и как трудно объяснять различия между хип-хопом и рейвом человеку, который объединяет их в понятии «современная музыка». Вот пример такого межкультурного непонимания людей из романа Т. Устиновой «Персональный ангел»:
   Он забыл, как зовут Катеринину сестру, и решил потихоньку спросить кого-нибудь об этом, но тут к нему привязалась бабушка-императрица с вопросом о внешней задолженности России. Попутно она поделилась с Тимофеем сведениями об этом вопросе, почерпнутыми у какой-то чрезвычайно осведомленной Веры Владимировны.
   Тимофей смотрел на нее во все глаза, но заговорить не решался. Потом он все-таки робко спросил, как зовут вторую сестру.
   – Даша, конечно! – воскликнула императрица с непонятным ему энтузиазмом. – Как ее еще могут звать? Если старшая Катерина Дмитриевна, то младшая может быть только Дарьей Дмитриевной!
   Из чего следовало, что младшая может быть только Дарьей Дмитриевной, Тимофей не понял. Начиная раздражаться, он смотрел на бабушку, ожидая пояснений, и тут ему на помощь пришла Катеринина мать.
   Наклоняясь, чтобы поставить перед ним тарелку с картошкой, она сказала весело:
   – Это Алексей Толстой, помните? «Хождение по мукам». Две девочки, Катя и Даша. Катерина Дмитриевна и Дарья Дмитриевна.
   Не помнил он никаких «хождений» Алексея Толстого! Был какой-то Толстой, он написал про то, как тетка под поезд угодила, или что-то в этом роде. А на него смотрели так, как будто он обязан это знать, а он не знал.
   Молодой мужик, муж этой самой Даши… смотрел на Тимофея как на экзотическую гориллу в зоопарке – с интересом и некоторым недоверием: что-то она выкинет, если отвернуться? Это тоже выводило Тимофея из себя, он не привык к подобным разглядываниям. Он вообще не привык ни к чему, кроме безоговорочного подчинения и душевного трепета, которые испытывали нормальные люди в его присутствии… Все это было странно, настолько странно, что Тимофей так ни о чем и не поговорил с Катериной.
   Тимофей Кольцов, ныне олигарх, а ранее – беспризорник, неожиданно чувствует себя неуверенно и некомфортно во время визита в семью Катерины, и причина этого в непонимании и непредсказуемости ситуации из-за несовпадения его знаний о мире и знаний людей другого круга.
   Поскольку при передаче информации главное не в том, что передает отправитель, а в том, как ее понимает получатель (вспомним детскую игру в испорченный телефон), разберемся, в каких случаях возникают ошибки при передаче информации. Прежде всего, это ситуации, когда велики помехи или же нарушается какое-то из правил протокола. При использовании разных аппаратов приема и передачи информации происходит разговор глухого со слепым в буквальном смысле слова. При различии используемых кодов, т. е. сигнальных систем или языков, коммуникация не осуществляется. Если словарь или грамматика говорящего и слушающего в чем-то не совпадают, это также воспринимается как помеха при передаче сигнала, переносит внимание участников общения со смысла на форму. Если в таком случае коммуникация и достигает успеха, то со значительными потерями времени и/или смысла передаваемой (получаемой) информации. Попробуйте прочитать текст, в котором всего лишь убраны пробелы между словами и знаки пунктуации, и вы увидите, насколько труднее воспринимается любое отступление от привычной формы:
   Еслинадовыяснитькакуюнибудьинформациюсвязаннуюсословомкакпишетсякакпроизноситсясловооткудаонопроизошлокакие значенияимееткакиесловаимеютпохожиезначенияакакиесловаимеютпротивоположныезначениякаковморфемныйсоставслова вовсехэтихслучаяхмыиспользуеморфографическиетолковыеслова рисловарииностранныхсловсинонимовантонимоворфоэпические.
   Чем сложнее передаваемая информация, чем больше число участников коммуникации, тем последовательнее нужно придерживаться протокола общения. Видный советский лингвист А.М. Пешковский еще в 1948 г. отмечал, что трудность в общении прямо пропорциональна числу общающихся и достигает максимума, когда одна из сторон является неопределенным множеством (как в случае с общением ведущего радиопередачи и слушателей). По сути, при выступлении оратора перед большой и неопределенной по составу аудиторией (публичная лекция, телепередача) смысловая часть сообщения может вообще отойти на задний план, уступая место чисто эмоциональному воздействию. Зная это, опытные ораторы (например, публичные политики) при подготовке выступления зачастую уделяют большее внимание проникновенности интонаций, чем содержательной стороне речи. Объективная трудность восприятия становится, таким образом, почвой для субъективного манипулирования толпой.
   Преодоление трудностей в общении согласуется с требованиями теории информации: надежность достигается избыточностью знаков для передачи одной и той же информации. Если канал связи плох (велико расстояние между говорящими, невнятна их дикция, у автора текста неразборчивый почерк), проще всего увеличить громкость звука (размер букв) – так обычно поступают в разговоре с иностранцами. Избыточность обеспечивается и параллельной передачей с помощью разных кодов (например, текст и изображение), более высокой степенью предсказуемости знаков, минимизацией, упрощением передаваемой информации (в шутливой форме это выражено в рекомендации докладчикам на конференции: не более одной мысли в одном докладе!).
   Один из важнейших законов речевой коммуникации заключается в том, что ответственность за точную передачу информации лежит на отправителе: если получатель неправильно толкует сообщение отправителя, то вину несет последний.
   Для повышения надежности понимания социально значимых текстов их создание так или иначе регламентируется обществом. Кроме того, желательно отсутствие ошибок в применении языка-кода. Правильная речь создает комфортную, без помех, ситуацию общения, неправильная же затрудняет его. Именно при затруднениях в коммуникации человек начинает серьезно задумываться о языковых проблемах, качестве своей речи: ее соответствии литературной норме, точности, красоте, выразительности и, что очень важно, соответствии ситуации. Написанные с отклонениями от стандарта заявление или отчет, непродуманный доклад или лекция вызывают в лучшем случае смех (вспомним юморески М. Задорнова), в худшем – отторжение (не пойду на лекцию этого профессора: прочитать его статьи вслух я могу и дома). Блестящая идея, изложенная в невнятной статье, останется незамеченной, а интригующий сюжет пропадет в бессвязном наборе фраз не владеющего языком автора (именно поэтому предприимчивые издатели современных детективов часто объединяют в одну писательскую команду разные таланты: мастеров сюжета, литературных редакторов, экспертов по эпохе или среде и т. п.).
   В качестве протокола общения в естественном языке выступают нормы литературного языка. Литературным языком называют обработанную форму общенародного языка, в большей или меньшей степени обладающую письменно закрепленными нормами и обслуживающую различные сферы жизни общества. Литературный язык может быть представлен в устной и письменной формах.
   Языковая норма – это совокупность правил и средств литературного языка (лексических, грамматических, фонетических), сложившаяся в процессе отбора элементов языка из числа существующих, наиболее пригодных для обслуживания коммуникативных потребностей общества.
   Обратим внимание на два момента в приведенном определении. Во-первых, норма предусматривает отбор, во-вторых, критерий отбора – это степень пригодности элементов для коммуникации. Вслед за такими авторитетными лингвистами, как В.В. Виноградов и В.Г. Костомаров, подчеркнем, что культура речи отнюдь не предполагает заучивания набора правил и «ученых» слов. Гораздо важнее научиться правильно отбирать и употреблять языковые средства для достижения внеязыковых целей, эффективно переводить внеязыковую действительность в языковой код и наоборот: точно расшифровывать этот код в полученном сообщении и воссоздавать описанную отправителем сообщения действительность.
   Неумелое использование средств языка обедняет его, ведет к разрыву цепочки коммуникации, снижению уровня культуры речи. Для того чтобы этого не произошло, необходимо знать правила выбора языковых средств.
   Слова как значимые единицы языка не существуют изолированно, собственное значение каждого из них в той или иной мере зависит от значения других связанных с ним по смыслу слов, от возможностей его сочетания с другими словами. Чтобы правильно выбирать слова, надо рассматривать их в контексте, окружении. Лингвистический контекст соотнесен с условиями употребления того или иного слова в тексте. Пользуясь языком, мы обычно не отдаем себе отчета в том, что в основе нашей речи лежит процесс, определяемый устройством языка в целом, – выбор, обусловливающий чередование единиц и их сочетание. Мы отбираем те или иные слова и соответствующим образом сочетаем их – так же, как отбираем, например, необходимые элементы для электропроводки в доме и соединяем их в одну цепь. При этом мы обращаем внимание на то, что в разных электрических цепях в зависимости от нагрузки применяются провода разного сечения, и избегаем соединять в одной цепи медный и алюминиевый провода, иначе возможен пожар. Точно так же в речи использование конкретного слова определяется его сочетаемостью – грамматической, лексической и стилистической, а также функциями, которые ему предстоит выполнять в тексте.
   Возможность отбора предполагает, что литературному языку присуща категория вариантности. Она отражается, в частности, в наличии синонимов (слов, конструкций, передающих одно содержание), имеющих, тем не менее, различия в значении и сфере употребления. Так, человек, передающий свои знания другим, в зависимости от места работы и типа учащихся будет называться учителем, преподавателем, тьютором, наставником, тренером, научным руководителем и т. д. Значение причины передают предлоги из-за, благодаря, по причине, от. Неразличение значений синонимов становится частой причиной речевых ошибок, вызывающих улыбку, раздражение или непонимание слушателей. Литературному языку присуща не только вариантность, но и гибкая стабильность. Без нее был бы невозможен обмен культурными ценностями между поколениями носителей данного языка. Стабильность литературного языка обеспечивается:
   • поддержанием стилевых традиций благодаря письменным текстам, особенно тем литературным образцам, которые изучаются в школе;
   • действием общеобязательных кодифицированных (т. е. зафиксированных в авторитетных словарях и грамматиках) норм, которые служат надежным регулятором существования и развития литературного языка.
   Стабильности русского языка, в частности, способствуют его целостность, отсутствие значительно различающихся местных вариантов, особенно в языке СМИ. Еще сравнительно недавно по говору можно было определить, хотя и приблизительно, откуда человек родом. Волжан, владимирцев узнавали по полному, открытому звуку «о». (Поэт С. Марков с гордостью восклицал: «Всю жизнь я верен звуку “о” – на то и костромич! Он – речи крепкое звено, призыв и древний клич…») Жители Рязани и Смоленска «якали», вологжане, архангелогородцы «окали»; отличалась их речь и особой интонацией. Известны дразнилки, в которых обыгрывались особенности речи жителей того или иного региона. Так, в дразнилке о рязанцах: «У нас в Рязани грябы с глазами, их ядять, а они глядять» – указаны и яканье, и мягкое «т» глаголов в третьем лице. О жителях города Зубцова Тверской области, употреблявших «ч» вместо «ц», говорили: «Ты кто, молодеч? Зубчовский купеч!». Цокающих жителей псковской области поддразнивали: «До Опоцки три верстоцки, а в боцок один скацок».
   Сегодня более или менее устойчивых местных особенностей в русской речи почти не осталось. Напомним все же некоторые сохранившиеся фонетические особенности, в частности оканье, а также произнесение звука «в» как очень краткого «у» – примером может служить речь М.С. Горбачева, или южнорусское щелевое «г», частое в просторечии. Эти черты используются в литературе и на эстраде для имитации речи малообразованных героев.
   У носителей литературной нормы из разных регионов незначительно различается и бытовая лексика. Так, в Санкт-Петербурге московский проездной называют карточкой, а палатку – ларьком. На юге более распространено слово базар, а на севере – рынок. Кстати, в Интернете существует даже особый словарь «Языки русских городов» (www.lingvo.ru/goroda). Но если старые диалектные различия сегодня почти исчезли, а различия в речи городского населения все же не столь существенны, чтобы препятствовать пониманию, то на наших глазах начинают складываться новые территориальные разновидности: между русской речью в России и речью российских соотечественников в Германии, Израиле, США, Канаде и др. Вопросы нормы применительно к такой языковой ситуации требуют дальнейшего изучения.
   В среднем за 100 лет меняется не более 10 % словарного запаса среднего носителя литературного языка, эти изменения происходят сначала на языковой периферии и только по прошествии некоторого времени попадают в словари и справочники. Когда же интенсивность языковых изменений становится выше (что происходит обычно в эпохи значительных перемен в общественной жизни), общение между представителями разных поколений осложняется.
   Языковые нормы не выдумываются лингвистами произвольно. Они отражают закономерные процессы и явления, происходящие в языке, и поддерживаются речевой практикой. В жизни (не только в языке!) существует два вида норм: регистрирующая (объясняющая) и предписывающая.
   Регистрирующая норма называется так потому, что она констатирует сложившееся положение вещей и объявляет его нормой. Например, мы легко отличим «нормальное» яблоко – спелое, ароматное, сочное – от «ненормального» – гнилого или с червоточиной. Люди за многие годы поняли, какие яблоки наиболее пригодны для еды и стали считать их «нормальными», отбирая их из общего числа. Эта норма, конечно, не может быть произвольно изменена (мы не можем объявить нормой вкус диких яблок).
   Регистрирующая норма в широком смысле называется законом природы. Мы можем лишь открыть этот закон, но изменить его не в силах.
   Яблоки, которые мы покупаем, считаются «нормальными» только потому, что они обычны, чаще всего встречаются. В каком-то смысле данная норма навязана людям. Рисуя яблоко, художник-реалист должен ее отражать. Регистрирующая норма описывается языковедами в следующих терминах: так делает большинство, это встречается чаще всего, это отвечает тенденции, возможны варианты.
   Другим типом нормы является норма предписывающая. Это, например, расписание занятий, правила дорожного движения. Такая норма сначала создается людьми, а затем ими же исполняется. Она полностью зависит от воли людей и может быть легко изменена (ведь можно изменить расписание, переставив часы занятий). При желании мы можем поменять практически любую предписывающую норму: перейти на левостороннее движение, изменить систему мер и весов, ввести штраф за орфографические ошибки. Предписывающая норма описывается иначе, чем регистрирующая, для ее описания характерны выражения: так поступает авторитетное лицо, так делалось всегда, это считается правильным, указано в авторитетном источнике (не обязательно объяснение – почему), варианты в данном случае всегда получают оценку.
   К каким нормам относят нормы языка: к регистрирующим или предписывающим? На этот вопрос трудно дать однозначный ответ. Так, опираясь на свой многолетний опыт ведущего радиопередач по русскому языку и на анализ писем радиослушателей, М.Я. Дымарский сделал вывод, что неспециалистам ближе предписывающий характер нормы. Слушателям, которые пишут письма на радио, как правило, не нравятся рекомендации, предполагающие возможность выбора того или иного варианта произношения или употребления в зависимости от каких-то факторов: «Вы утверждаете, что в нейтральном стиле говорят кóмпас, а в морском жаргоне – компáс, а как все-таки правильно?» Большинству важно услышать со всей определенностью: «так правильно» или «так не говорят».
   Иначе обстоит дело среди специалистов. Авторы словарей, появившихся в последние десятилетия, скорее склонны к простой регистрации вариантов, поэтому при оценке правильности мнения составителей различных словарей расходятся. Вот только два примера разнобоя в трактовке, отмеченные в передаче «Говорим по-русски» (радиостанция «Эхо Москвы»). Определения при существительных мужского рода, обозначающих лицо по профессии, специальности, занимаемой должности, выполняемой работе и не имеющих парных соответствий женского рода, ставятся в форме мужского рода, например: она опытный педагог, она известный мастер спорта. Однако вместо нужной в подобных случаях конструкции один из… встречается и конструкция одна из… , например: одна из музыкальных педагогов, одна из призеров. Соответствуют ли нормам книжно-письменной речи обе формы или только первая – вопрос неоднозначный.
   Другой пример: пособие Д.Э. Розенталя «Русский язык. Справочник-практикум: Орфография. Пунктуация. Орфографический словарь. Прописная или строчная?» (М., 2005) дает вариант сочетания (з)аслуженный деятель науки И.И. Иванов с прописной «з», а «Справочник по орфографии и пунктуации» К.И. Былинского и Н.Н. Никольского и «Правила русской орфографии и пунктуации» 1956 г. (кстати, это до сих пор единственный официальный, а не авторский свод правил русского правописания!) рекомендуют писать его со строчной. По этому поводу англичане иронически замечают: «Наверное, никакие два справочника никогда полностью не совпадали в своих рекомендациях, и, конечно, никакой справочник не может охватить все возможные ситуации. Руководство по грамматике и письму может быть весьма полезным для того, чтобы заставить некоторое число людей писать сравнительно единообразно, но если принимать его рекомендации слишком серьезно, то это может привести к бесконечным задержкам при принятии очевидных решений».
   В настоящее время Институт русского языка Российской академии наук готовит новый свод правил русской орфографии и пунктуации. Его проект вызвал жаркие дебаты и среди специалистов, и среди широкой публики, потому что проблемы правописания затрагивают интересы всех: и школьников, и взрослых, которые не хотят переучиваться, и издателей, и разработчиков компьютерных программ, и журналистов, и рекламистов. А пока он не принят, рождаются вот такие шутки:

   Зачем нужны правила орфографии? Насколько облегчилась бы наша жизнь, если бы мы нашли в себе силы отказаться хотя бы от некоторых из них. Вот, например, удвоенные согласные. Написание их – просто лишняя трата сил и времени. Не лучше ли отказаться от удвоеных букв и писать просто и ясно: вана, каса, маная каша. Потом, конечно, мешают жить непроизносимые согласные. Если ничего не произносицся, зачем же это писать? Вот так будет гораздо лучше: «Каме-ная лесница вела в вану, отделаную Иной со вкусом. Сонце попадало в нее через стекляные окна и играло на деревяном полу». И вот еще безударные гласные. К ним пачему-та нада пастаяна падберать разныи праверачныи слава, при том чты часты их и нет. Очинь памагла бы атмена праверки звонких и глухих сагласных, и ни к чиму мяхкий знак посли шипящих, патаму чта абалдена устаеш думыть фсе время аб этих праверках и ат этава утамлена засыпаиш. Что мы, мыш с кошкай спутаим, что ли, без мяхкава знака? Падумаиш, праблема. И нечива гаварить, што ф славарях падругому написана. Я вчера спрасил друга, как песать: фторнек или фторняк? Он гаварит: сматри в славарь, и што? Фуфло есть, фуфайка есть, а фторнека нет!

Практикум

Тест
   1. Обработанную форму общенародного языка, обладающую письменно закрепленными нормами и обслуживающую различные сферы жизни общества, называют:
   а) современным языком;
   б) художественным языком;
   в) письменным языком;
   г) литературным языком.

   2. Успешность коммуникации менее всего зависит от:
   а) уровня культуры речи собеседников;
   б) содержания передаваемого сообщения;
   в) соблюдения протокола общения;
   г) количества собеседников.

   3. Ответственность за качество передачи информации лежит прежде всего на:
   а) адресате;
   б) адресанте;
   в) связисте;
   г) информанте.

   4. Формулировка «Нужно делать так, потому что так делает большинство» описывает:
   а) протокол;
   б) предписывающую норму;
   в) регистрирующую норму;
   г) успешную коммуникацию.
Вопросы для самоконтроля
   1. Кто более ответственен за коммуникативные неудачи: автор статьи или ее читатель? составитель инструкции к стиральной машине или не сумевшая запустить машину женщина? рекламист или покупатель, запомнивший из рекламы остроумную шутку, а не название рекламируемого товара?
   2. Что такое литературная норма и какова ее роль в естественном языке?
   3. Приведите примеры регистрирующей и предписывающей нормы в жизни и в языке.
   4. Опишите «протокол взаимодействия» двух собеседников, передающих информацию на естественном языке в письменной форме. Что в данном случае может играть роль передающего и принимающего аппаратов?
   5. Какие каналы связи имеются у людей? Что выполняет функцию кода? законов объединения сигналов в цепочки?
   6. Какова роль предсказуемости информации? Должна ли вся передаваемая информация быть предсказуемой?
   7. В каком случае больше вероятность помех при коммуникации: при общении двух членов одной семьи разных поколений, нескольких студентов одной группы, преподавателя и студентов на поточной лекции, ведущего канала MTV и его зрителей? Опишите указанные речевые ситуации с точки зрения состава участников коммуникации, места и времени, других условий коммуникации.
Задания для самостоятельной работы
   Задание 1. Сравните ряды синонимов: усталый – замотанный – измотанный; ЭВМ – компьютер – персоналка – комп; дальнобойщик – водитель – водила – шофер. Приведите примеры с этими словами и объясните разницу в их значении и употреблении. В случае необходимости обратитесь к словарю синонимов (рекомендуем следующие: электронный онлайновый словарь синонимов на портале www.gramota.ru; Словарь синонимов русского языка. CD-ROM. М.: ИДДК, 2003; Горбачевич К.С. Краткий словарь синонимов русского языка. М., 2003; Словарь синонимов русского языка / Под ред. А.П. Евгеньевой. В 2 т. М., 2001; Никитина Т.Г. Молодежный сленг: Толковый словарь. М., 2004).
   Задание 2. Выпишите из орфоэпических словарей примеры, иллюстрирующие вариативность норм. Используйте, например, следующие словари: Зарва М.В. Русское словесное ударение. М., 2001; Штудинер М.А. Словарь образцового русского ударения. М., 2004; Введенская Л.А. Словарь ударений для дикторов радио и телевидения. Ростов-н/Д., 2004; словари на www.gramota.ru.
   Задание 3. Приведите примеры территориальных различий в русском литературном языке.
   Задание 4. Какие особенности речи российских соотечественников за рубежом отражает следующая пародия? О каком уровне речевой культуры она говорит?
Тихо падает бакс, мерзко тикают клокс…
Настроение сакс, словно нюхаю сокс,
Залетел свежий эйр сквозь балконную доор.
Мне постричь бы свой хэйр, да побриться уанс мор…

Настроение файн, хоть за окнами колд.
Хоть успехов э литтл, а уж 30 еарз олд.
Скоро вновь будет спринг, будет солнце нам шайн,
Будут птицы нам свинг, в целом – трули дивайн![2]

   Задание 5. Познакомьтесь с фрагментом романа А. Марининой «Пружина для мышеловки». Дайте характеристику речи следователя Вилкова. Каким образом коллеги-милиционеры все же понимали, о чем он говорит?
   – Они позвонили ему, говорят – Мосгаз ходит с проверкой, нужен доступ туда, ну, он приехал, хату открыл, а он там лежит уже трехдневный…
   «Они» после уточнения оказались соседями, первый «он» – хозяином квартиры, под «там» подразумевалась сама квартира, в которой был убит и обнаружен второй «он» – Юрий Петрович Забелин.
   – А чего ж трехдневный-то? – удивился Семенов. – Его что, не искал никто?…
   – Так она уехала из Москвы, а эти решили, что по делам, он что-то такое говорил насчет того, что надо съездить туда, на месте посмотреть, ну они и решили, что он поехал…
   В переводе на общепонятный язык сия тирада означала, что жена Забелина в отъезде, а на работе все думали, что он поехал инспектировать какой-то филиал в другом городе.
Темы для рефератов
   1. Русская речь за рубежом.
   2. Территориальные различия в русской речи.
   3. Вариативность нормы по данным словарей.
   4. Изменение норм литературного языка от Пушкина до наших дней.
   5. Языковые нормы и Интернет.
Литература
   Гольдин В.Е. Сиротинина О.Б. Речевая культура // Русский язык: Энциклопедия. М., 1997.
   Горбачевич К.С. Изменение норм русского литературного языка. Л., 1971.
   Культура русской речи: Учебник для вузов / Под ред. Л.К. Граудиной, Е.Н. Ширяева. М., 1998.
   Лекции для дистанционного обучения. Оренбургский ИПК. http://bank.orenipk.ru/Text/t48_34.htm
   Ожегов С.И. О нормах словоупотребления: Предисловие к кн.: Правильность русской речи: Словарь-справочник. М., 1965 / С.И. Ожегов. Лексикология. Лексикография. Культура речи. М., 1974.
   Федосов И.А. Литературные нормы и языковое искусство. Ростов-н/Д., 2003.

1.4. Пути усвоения нормы. Система норм (динамический характер нормы)

   Из этого раздела вы узнаете, в чем проявляется динамический характер нормы, каковы ее функции.
   Вы научитесь использовать различные источники сведений о норме, учитывать множественность норм в современном обществе и вырабатывать собственную модель языкового поведения в условиях множественности вариантов.
   Кто и на основании чего делает выбор из предлагаемых языком вариантов? Как усваиваются речевые нормы? На этот вопрос однозначного, простого ответа нет. Еще лет сто назад центром формирования речевой культуры, безусловно, была семья. Затем все большую роль начали играть социальные институты: школа, армия, радио, телевидение, кино. Стирание былых различий между диалектами разных районов России – это, безусловно, их заслуга.
   А что происходит сейчас? Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл в одном из интервью высказал мнение, что сегодня в школе вряд ли можно научиться хорошо говорить, скорее – правильно писать. Но если школа не может превратить обычного человека в оратора, то вполне в ее силах научить его говорить без ошибок, выражать свои мысли правильным литературным языком, следить за своей речью.
   Помимо самоконтроля для формирования речевой культуры очень важно общение в семье и с людьми, образцово владеющими литературной речью. Такое общение учит правильно произносить слова, лаконично выражать свои мысли, осторожно относиться к словам, особенно к тем, значение которых вам не вполне понятно. Подражание образцам способно научить гораздо лучше, чем просто следование запретам или боязнь наказания. Не случайно существующие в общественном сознании и воспитываемые со школьной скамьи представления о том, «как нужно, как правильно», обычный человек не может изложить в виде правил, но легко может проиллюстрировать на конкретном примере. И, конечно, чтобы хорошо говорить по-русски, надо много читать, причем не просто читать, но и пересказывать прочитанное.
   Среди факторов, влияющих на речевую культуру, отметим также знание других языков, умение наблюдать за речью других, пользоваться словарями и справочниками. Академик В.Г. Костомаров обоснованно отмечает, что типам текстов можно сознательно обучать, «но чаще к ним приходят, стихийно преодолевая неудачи, наблюдая авторитетные образцы и подражая им».
   В любом разговоре следует «быть на “вы” с языком, помнить о том, что слово обнаруживает нашу сущность, открывает нас другим людям как ничто иное», – такой совет дает митрополит Кирилл своим слушателям. И продолжает: «Мы внимательно смотримся в зеркало перед тем как выйти из дому. Как говорится, по внешности встречают… Но почему-то никто не думает о том, какое впечатление производит его слово, а слово производит большее впечатление, чем внешность человека. Нужно быть внимательными к словам, которые мы произносим». И с ним нельзя не согласиться – ведь правильность речи в полном смысле слова является визитной карточкой, пропуском в интеллигентное общество.
   Так ли необходим этот пропуск? Зачем нужен нелегкий труд по освоению литературных образцов? Возможно, и прав был академик А.А. Шахматов, в начале ХХ в. написавший, что не может небольшая группа специалистов указывать великому народу, как ему говорить. И что возразить маленькой девочке, возмущенно реагирующей на замечания бабушки: «Только ты и говоришь: “звони′т”, а все нормальные люди говорят: “звóнит”»? В качестве аргумента в пользу освоения нормы еще раз напомним, что ответственность за коммуникативную неудачу несет говорящий. Желание избежать подобных неудач не случайно приводило в период великой депрессии конца 20-х гг. ХХ в. тысячи американских предпринимателей и специалистов на курсы Дейла Карнеги, где учили искусству умело пользоваться речью и оказывать влияние на людей в деловом мире. А легендарный американский менеджер Ли Якокка утверждал, что всеми своими успехами он обязан изучению психологии и риторики. Ведь бизнес, как считают те, кто в нем преуспел, – это прежде всего искусство общения.
   Говоря о культуре речи и норме, часто отмечают, что в течение последних десятилетий наше общество распалось на множество различных социальных слоев, отдельных групп. Их речевые особенности часто расходятся с нормами литературного языка. В язык проникают ранее периферийные элементы: разговорная лексика, специальные термины, заимствования. Стираются границы между ранее четкими стилистическими пластами, слова меняют привычный смысл, употребляются в нетрадиционом окружении. Ситуация, сложившаяся сегодня в русском языке, напоминает начало XVII в.: представители различных социальных групп не понимают друг друга, иногда используя одни и те же слова. В результате специалист-лингвист может ничтоже сумняшеся написать в словаре компьютерной терминологии, что «первое поколение компьютеров работало на электрических лампочках» (вместо «на лампах»), ведущая телепрограммы зачитывает новости о монахах «Свято-Михайловской пустыни» (вместо пу′стыни, т. е. монастыря) или рассуждает о «незаконных бандформированиях» (как будто есть законные!), родители не понимают, зачем для компьютера «обои» [3] и какую новую «раскладушку» хочет сын, а молодые люди выражают положительную оценку словами «готично», «гламурно» или «брутально», в словарном значении которых этой оценочности вовсе нет.
   Закономерно, что и культура речи, и социальная психология ныне отвергают представление о том, что в обществе может существовать только одна общепринятая норма (поведения, речи). Принято говорить не об одной норме, а о системе норм (иначе – о динамическом характере нормы), которые варьируются в зависимости от речевой ситуации. То, что является нормой в межличностном общении, например, может оказаться иным в общении массовом. На характер общения, помимо числа участников, влияют следующие факторы речи: подготовленность – неподготовленность речи, непосредственный характер общения – опосредованность, письменная – устная форма, монологический – диалогический вид общения, пол и возраст говорящего и его аудитории и др. Кроме того, в любом обществе существует множество субкультур со своими символами, нормами, языком, стилем и манерой общения. Из-за этой множественности может создаться такая ситуация, что смысл, заложенный говорящим, не будет извлечен слушающим, и наоборот: слушающий «услышит» больше, чем «сказал» говорящий. Так рождаются коммуникативные неудачи, подобные описанной ниже.
   На книжной выставке в престижном московском вузе молодой человек захотел проявить себя перед очаровательной спутницей с лучшей стороны и снисходительно заметил стендисту, указав на одну из книг: «Какие авторы неграмотные пошли! Вот у вас книжка называется: “Не говори шершавым языком”. Разве так можно сказать по-русски?!» Замысел авторов, предполагавших знакомство публики со скрытой в заглавии цитатой из В.В. Маяковского, оказался не реализованным, как, впрочем, и впечатление, произведенное на девушку, – она-то знала источник цитаты. Примеры коммуникативных неудач такого рода вы можете привести и сами.
   Нормы какой социальной группы следует считать самыми правильными? Ответ на этот вопрос так же невозможен, как заведомо бесконечен спор о том, кто лучше – левши или правши, кто нужнее – мужчины или женщины. Во всяком случае, в современной России принадлежность к политической или экономической элите не гарантирует образцовой речи – в отличие от Англии, например. Всем памятны пресловутые «нáчать» и «углýбить» или «вечером засыпаешь с одной (мыслью. – Авт.), а утром просыпаешься уже с другим» в речи российских политических лидеров. Хотя специалисты-филологи и говорят о существовании элитарной речевой культуры, однако критерии отнесения говорящего к речевой элите для нефилологов все же недостаточно объективны, и их можно оспорить.
   Из теории систем известно, что любая система должна обладать разнообразием, только тогда она развивается. Единообразие же ведет к вырождению. Как писал уже цитировавшийся выше Ю.М. Лотман, все так называемое лишнее в языке есть лишь огромный разброс его вариативных резервов. У работающей системы всегда имеется много вариантов, а соединяющее нас языковое пространство – пространство открытое. Оно может разрастаться, а может и сжиматься до единственной нормы, или стандарта. Когда люди говорят «слишком правильно», «говорят, как пишут», это производит впечатление несвободного владения речью, заученности текста. Родной язык предполагает, по мнению ученого, резерв возможных неправильностей, вариантов, – потому что он живой, он изменяется и развивается. Обращение к этому резерву включает в действие такой сложный, мучительный процесс, как любовь. Великий Пушкин писал: «Без грамматической ошибки я русской речи не люблю». Но без любви к слову, к языку, на котором говоришь, речь с «грамматической ошибкой» останется всего лишь безграмотной речью малокультурного человека.
   Вполне разделяя такой подход, повторим, что, помимо любви, в совершенствовании качества речи важную роль играют наблюдение за действием законов общения, в том числе общения на определенном языке, развитие умения строить собственные тексты на основании этих законов, учитывая речевую ситуацию. Любовь к разнообразию и определенная культурная терпимость не устраняют понятия общелитературной нормы, ведь литературный язык уже много столетий выполняет в обществе интегративную, объединяющую функцию. Поэтому сохранение и поддержание общелитературной нормы в конечном счете обеспечивает обществу в целом взаимопонимание и успешность в коммуникации, в том числе публичной. Другое дело, что типы текстов, лежащие в основе общелитературной нормы, со временем меняются. Как отмечал замечательный русский филолог М.М. Бахтин, в зависимости от роли тех или иных сфер деятельности в различные эпохи изменяются границы литературного языка и набор обслуживающих эти сферы речевых жанров. Так, если в Древней Руси эталонными считались церковные тексты, то в пушкинскую эпоху норма разрабатывалась на базе художественной литературы. В 60-е гг. ХХ в. возросла роль научно-популярной литературы. А в последние десятилетия все большую роль начинает играть язык СМИ: газет, радио, телевидения, Интернета; возрастает и значение устной речи.
   Для расширения своих знаний о языковой норме, правильного выбора и употребления языковых средств вы можете помимо наблюдения использовать различные справочные материалы: словари, грамматики, научно-популярные издания, радио– и телепередачи. Помощь сегодня можно найти и в Интернете, например, заглянув на уже упоминавшийся нами портал www.gramota.ru (далее будем называть его по-русски: Грамота. ру), вот уже много лет существующий при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям. Справочная служба, многочисленные электронные словари, ссылки на полезные сайты собраны здесь специалистами для удобства всех.

Практикум

Тест
   1. Динамический характер нормы подразумевает, что:
   а) общество руководствуется только одной общепринятой нормой;
   б) в обществе существует система норм, которые варьируются в зависимости от ситуации;
   в) общество то действует в соответствии с нормой, то отвергает ее вообще;
   г) какие-либо нормы отсутствуют.

   2. Виды, жанры текстов, образующие литературную норму:
   а) остаются неизменными со времен Пушкина;
   б) никогда не менялись на протяжении всей истории письменности;
   в) стали иными только в последнее время под влиянием СМИ;
   г) в разные эпохи были и будут разными.

   3. Принадлежность к социальной и политической элите:
   а) не является гарантией высокого уровня культуры речи;
   б) означает также и принадлежность к речевой элите;
   в) всегда свидетельствует о низком уровне культуры речи;
   г) дает право не ориентироваться ни на какие нормы.
Вопросы для самоконтроля
   1. Каковы пути усвоения литературной нормы? Какими из них вы пользуетесь сами?
   2. Что такое «динамический характер нормы»?
   3. Чем обусловлена множественность норм в современном обществе?
   4. Какова функция литературного языка в обществе?
   5. Какие источники сведений о литературной норме вы можете назвать?
   6. Каков источник языковых ошибок в речи тех, для кого язык является родным?
   7. Какой тип текстов играет в современном русском языке роль образцового? Согласны ли вы с этим мнением? А на какие образцы ориентируетесь вы? Обоснуйте свою позицию.
Задания для самостоятельной работы
   Задание 1. Зайдите на портал Грамота. ру (см. выше) в справочную службу. Какие вопросы задают посетители портала? Приведите примеры вопросов и ответов. Насколько доступно излагают ответы эксперты портала?
   Задание 2. Познакомьтесь с сайтом http://www.kursy.ru/jur_wrds. Какие ошибки словоупотребления рассматриваются в этом онлайновом курсе?
Темы для рефератов
   1. Кто является современной речевой элитой?
   2. Способы повышения речевой культуры.
   3. Вопросы культуры речи в СМИ.

1.5. Нормативный, коммуникативный и этический аспекты речевой культуры

   В этом разделе вы познакомитесь с основными аспектами речевой культуры, понятиями речевого этикета, социального статуса, социальной роли, ситуации общения.
   Вы научитесь обращать внимание на факторы ситуации общения, а также пользоваться некоторыми формулами речевого этикета.
   Рассмотрим подробнее три основных аспекта речевой культуры, как письменной, так и устной: нормативный (соблюдение речевых норм), коммуникативный (умение добиваться поставленной цели, используя все языковые возможности) и этический (умение использовать этикетные формы и средства для достижения взаимопонимания и гармонизации диалога).
   Соблюдение речевых норм, грамотность речи – важнейшее базовое требование речевого общения. Как уже отмечалось, несоблюдение речевых норм – корявые, безграмотные обороты, лексические, грамматические и др. ошибки – создают своеобразные помехи при восприятии речи. Такая речь (особенно устная) не только плохо усваивается, но и не с лучшей стороны характеризует ее автора. Вот как остроумно описывает подобного «автора речи» Д. Быков в одной из новых русских сказок (сборник «Как Путин стал президентом США»):
   Пятнадцатилетний Миша Гнедых из соседней квартиры вообще не понимал происходящего [4]. Сейчас перед ним должны были появиться два его лучших друга, два крутых чувака, единственные люди на свете, которые его понимали и которых вполне понимал он. Они были ему ближе Родины, ближе отца с матерью, ближе даже Земфиры, в песнях которой встречалось слишком много незнакомых слов. Он обошел телевизор со всех сторон и позвал:
   – Эй, перцы! Приколись, баклан!
   Телевизор молчал. Друзья не показывались.
   – Вы че, в натуре? – спросил Миша. – Круто, круто!
   Ответа не было.
   – Би-и-ивис! Ба-а-аттхед! – в отчаянии взвыл подросток.
   Увы, образцовые для Миши тексты сослужили ему недобрую службу: ему явно не хватило словарного запаса, чтобы сформулировать свою проблему и решить ее.
   Встречаются отклонения от нормы и в деловой речи, где они превратились в штампы, например, использование предлога согласно с родительным падежом вместо дательного: согласно закона– нужно согласно закону; согласно приказа– нужно согласно приказу. Ошибки сегодня попадают даже в министерские номенклатурные наименования, названия государственных учреждений: Государственная налоговая инспекция по г. Москве вместо Государственная налоговая инспекция г. Москвы; Департамент по промышленности вместо Департамент промышленности.
   Коммуникативный аспект речевой культуры представляет собой высшую ступень во владении языком. Языковое мастерство, умение выстроить речь, подчинив ее композицию определенному замыслу, умение пользоваться всем арсеналом выразительных и образных средств языка – все эти качества позволяют успешно использовать речевые тактики и стратегии в ходе деловых переговоров, обсуждений, диспутов, при подготовке докладов, презентационных речей и т. п. При этом специалист по деловому общению М.В. Колтуно-ва справедливо отмечает, что нормы речевого общения у разных народов различны. Русским традициям претят, например, лобовые приемы американской риторики. Так, знаменитые три «Да!» (построение диалога таким образом, чтобы собеседник в самом начале трижды согласился с вами – неважно, по какому поводу) и шокирующее начало разговора, которые рекомендуют зарубежные пособия, в русской аудитории просто «не работают». Устное деловое общение в России разительно отличается от письменного с его тяготением к языковому стандарту, использованием клишированных фраз, их строгой прикрепленностью к текстовой структуре документа. У американцев же деловое письмо продолжает традиции устной публичной речи. Поэтому нельзя безоглядно принимать все советы зарубежных авторов, написавших действительно важные и нужные для овладения навыками ораторского и политического мастерства книги.
   Эффективность речевого общения в значительной мере зависит от соблюдения правил речевого этикета. Владение речевым этикетом порождает доверие и уважение собеседника. В свою очередь, знание правил речевого этикета, их соблюдение позволяет человеку чувствовать себя уверенно и непринужденно в любой ситуации общения.
   Речевой этикет – это выработанная обществом совокупность правил речевого поведения, определяемых взаимоотношениями субъектов общения в стереотипных ситуациях.
   Какова функция этикета в человеческом обществе? Сопоставляя этикетные правила с ритуалами поведения в других иерархически организованных сообществах (например, стаях животных), можно сделать вывод, что соблюдение ритуала имеет глубинный смысл и направлено в конечном счете на снижение агрессии, уменьшение конфликтности в общении особей одного вида, т. е., будучи глубоко функциональным, оно способствует сохранению вида. Так, когда при встрече одна собака позволяет другой обнюхать себя, она тем самым избегает выяснения отношений в драке и охраняет себя от возможных повреждений. Таким образом, «вежливость» собаки является естественным следствием инстинкта самосохранения. Выражение вежливости в речевом этикете конкретизируется определенными правилами, которые могут быть подразделены на нормы и традиции.
   Нормы речевого этикета – это обязательные для выполнения правила, невыполнение которых привлекает внимание окружающих и вызывает их осуждение. Примеры норм речевого этикета: со знакомыми надо здороваться, за услугу следует благодарить, за проступок необходимо извиниться, нельзя перебивать собеседника, употреблять в речи нецензурные (матерные) слова и т. д.
   Традиции общения – это правила, не обязательные для соблюдения, но в силу тех или иных причин их принято придерживаться. Отступление от традиций общения, пренебрежение ими тоже замечаются окружающими и вызывают неодобрительную оценку, но менее категоричную и единодушную, чем в случае с нормами. Нередко несоблюдение традиций общения вызывает удивление, сожаление и т. п.
   Этикетные традиции в основном складываются в определенных регионах, социальных группах. Например, принято, чтобы мужчина подавал женщине руку, когда она выходит из транспорта, или пропускал ее в дверь. Если человек чихнул, ему обычно желают: «Будьте здоровы!». Различия в представлениях об этикетных нормах становятся причиной конфликтов между людьми. Так, психолог из консультации по вопросам семьи и брака рассказывал авторам этой книги об истории одного развода, причиной которого стал конфликт подобного рода: жену постоянно угнетало, что муж не подает ей пальто и не помогает выйти из автобуса, а муж считал, что помогать здоровой молодой женщине – значит обижать ее. Поводом к прекращению отношений в другой паре стало… слово «блин», которое молодой человек постоянно вставлял в свою речь.
   Как правило, нормы описываются при помощи слова «необходимо», традиции – при помощи таких слов, как «принято», «обычно», «в большинстве случаев». Для практического освоения речевого этикета различия между нормами и традициями обычно не проводятся.
   Речевой этикет подразделяется на этикет устного и письменного общения. Этикет устного общения включает формулы вежливости и правила ведения разговора, письменного общения – формулы вежливости и правила ведения переписки.
   Речевой этикет прежде всего требует учета особенностей партнеров, вступающих в общение. Их речевое поведение в отношении друг друга определяется таким фактором, как социальный статус субъекта и адресата общения.
   Социальным статусом называется определенная позиция, занимаемая человеком в обществе или социальной группе, связанная с другими позициями через систему прав и обязанностей. Социальный статус может определяться местом данного индивида в социальной иерархии, профессией и т. п. либо местом и ролью в малой социальной группе (лидер, ведомый и т. д.).
   Речевой этикет предполагает определенные формы речевого поведения в общении начальника и подчиненного, профессора и студента, лидера группы и ведомого и т. д. С социальным статусом тесно связаны социальные роли. Социальной ролью называется ожидаемое поведение, ассоциируемое со статусом. Зная социальный статус данного человека, его социальные функции, люди ожидают, что он будет обладать определенным набором качеств и осуществлять определенные формы речевого поведения. Речевой этикет требует, чтобы речевое поведение людей не противоречило ролевым ожиданиям субъекта и адресата общения. Если же такие ожидания не оправдываются, то возникает ролевой конфликт, например, подчиненный перестает выполнять распоряжения руководителя, младший начинает указывать старшему и т. д.
   Наряду с социальными ролями в речевом общении устанавливаются коммуникативные роли. Коммуникативная роль – это типовая позиция в общении, занимаемая его субъектами для достижения цели общения, например, ищущий совета, проситель, взрослый, ребенок и т. д. Следует отметить, что коммуникативные роли могут внешне совпадать с ролями социальными, однако это совпадение может быть и показным, когда человек для достижения своих целей берет на себя определенную роль. Если ему удастся удачно разыграть эту роль, он достигает желаемой цели, при неудачном ее исполнении возникает ситуация ролевого конфликта.
   Вторым важнейшим фактором, определяющим речевой этикет помимо социального статуса собеседников, является ситуация общения. Выбор этикетных форм, речевое поведение человека находятся в тесной зависимости от ситуации и должны меняться в соответствии с ее изменением. К факторам, определяющим ситуацию общения, относятся следующие.
   1. Тип ситуации: официальная, неофициальная, полуофициальная. В официальной ситуации (начальник – подчиненный, менеджер – клиент, преподаватель – студент и т. д.) действуют самые строгие правила речевого этикета. Данная сфера общения регламентирована этикетом наиболее четко, поэтому нарушения заметны в ней более всего – и именно в этой сфере они могут иметь самые серьезные последствия для субъектов общения.
   В неофициальной ситуации (знакомые, друзья, родственники и т. д.) нормы речевого этикета наиболее свободны. Часто речевое общение в данной ситуации вообще не регламентировано. Близкие люди, друзья, родственники в отсутствие посторонних могут говорить друг другу все и в любой тональности. Их речевое общение определяется нормами нравственности, входящими в сферу этики, но не этикетными нормами. Однако если в неофициальной ситуации присутствует посторонний, то на всю ситуацию сразу же распространяются действующие правила речевого этикета.
   В полуофициальной ситуации (общение между коллегами или членами семьи) нормы этикета носят нестрогий, размытый характер, и здесь главную роль начинают играть правила речевого поведения, которые выработала в процессе социального взаимодействия данная малая социальная группа: коллектив сотрудников лаборатории, кафедры, семья и т. д.
   2. Степень знакомства субъектов общения. При общении незнакомых людей действуют наиболее жесткие нормы. В данном случае следует вести себя так же, как и в официальных ситуациях. По мере углубления знакомства этикетные нормы речевого общения ослабевают и общение людей регулируется преимущественно нравственными нормами.
   3. Психологическая дистанция субъектов общения, т. е. отношения людей по линии «равный с равным» или «неравные отношения». При общении людей, равных друг другу по какому-либо существенному для данной ситуации признаку – возрасту, степени знакомства, служебному положению, полу, профессии, уровню интеллекта, месту проживания и др., – этикетные правила соблюдаются менее строго, чем при общении людей неравных: начальника с подчиненным, старшего с младшим, мужчины с женщиной. Более короткая психологическая дистанция, устанавливающаяся при равенстве собеседников по существенному признаку, таким образом, предполагает бо′льшую этикетную свободу, нежели более значительная психологическая дистанция, возникающая между людьми, неравными по какому-либо существенному для ситуации признаку. То, какой признак оказывается существенным, зависит от самой ситуации, в ходе общения он может измениться.
   4. Функции участия собеседников в разговоре. Контактная функция направлена на поддержание коммуникативного контакта с собеседником. Она реализуется в процессе светского или контактоустанавливающего общения, когда процесс общения важнее его содержания или результата, идет так называемый разговор на общие темы: об отдыхе, спорте, погоде, домашних животных и др. Если собеседник в разговоре реализует контактную функцию общения, то формулы речевого этикета и правила общения соблюдаются очень четко. Интеллектуальная функция заключается в аргументации своей точки зрения, высказывании своих мыслей и анализе мыслей собеседника. При реализации этой функции важен результат общения; нормы речевого этикета соблюдаются, но уже не имеют такого самодовлеющего значения, как при реализации контактной функции общения. Эмоциональная функция заключается в поддержке чувств и эмоций собеседника, в демонстрации сочувствия ему и выражении собственных чувств и эмоций. В этом случае допустимы отклонения от строгого речевого этикета, хотя и в определенных рамках: эмоциональное общение также имеет свой речевой этикет, допустимые и недопустимые формы. Функция наблюдателя – это функция общения, когда его участник присутствует при общении других, но сам в нем не участвует (например, пассажир в купе при разговоре двух других пассажиров). Речевой этикет в этом случае сведен к минимуму, хотя и здесь он присутствует: необходимо, прежде всего невербально, без слов, показывать, что вы в разговоре не участвуете и как бы его не слышите.
   5. Отношение к собеседнику. Речевой этикет предписывает использование в речи формул, демонстрирующих вежливое, повышенно вежливое, уважительное, ласковое и дружеское отношение говорящего к слушающему. Все формулы, отражающие сверхвысокий уровень вежливости, уместны лишь в ограниченном числе особых ситуаций общения. Формулы, отражающие низкий уровень вежливости, носят неэтикетный характер и уместны тоже только в ограниченном количестве ситуаций, при определенных отношениях говорящих между собой и особом составе группы общения. Говорящий может относиться к собеседнику так, как он считает нужным, в соответствии с тем отношением, которое тот заслуживает, но демонстрировать в общении необходимо лишь хорошее отношение в форме умеренной вежливости – таково требование речевого этикета.
   6. Место и время общения. Место общения также оказывает влияние на этикетное общение. Есть определенные места, оказавшись в которых в той или иной ситуации, говорящие должны произнести определенные этикетные ритуальные фразы, принятые для данных места и ситуации, например: «Горько!» – на свадьбе, «Вечная память» – на поминках, «Приятного аппетита!» – за обедом, «С легким паром!» – при выходе человека из бани, «Спокойной ночи» – отправляясь спать и т. д. Эти этикетные фразы обусловлены культурной традицией народа, и их произнесение – часть его культуры. Существуют также этикетные формулы, которые должны быть произнесены в определенный момент общения: «В добрый путь!» – провожая кого-то в дорогу, «Добро пожаловать!» – когда пришли гости, «С добрым утром!» – когда кто-то проснулся, и др. Место и время общения тесно взаимосвязаны.
   Таким образом, речевой этикет тесно связан с ситуацией общения: выбор формул речевого этикета, реализация правил общения зависят от целого ряда ситуативных факторов, которые должны быть приняты говорящим во внимание.
   Третьим фактором, определяющим речевой этикет, является национальная специфика. Каждый народ создал свою систему правил речевого поведения. Этикет народов Востока – японцев, китайцев и др. – представляет собой довольно жесткую нормативную систему, содержащую четко установленные правила речевого поведения в тех или иных речевых ситуациях. Относительно строгая система речевого поведения выработана и у западноевропейских народов.
   В русском речевом этикете большую роль играют специфика ситуации и традиции. Национальные особенности речевого этикета, в частности, проявляются в выборе формы обращения. Особенностью русского языка является наличие в нем двух местоимений – «ты» и «Вы», замещающих собственно название лица, а также местоимения «он», когда речь идет о третьем лице, не участвующем в общении. Правильный выбор формы обращения – на «ты» или «Вы» – это первый базовый уровень речевого этикета. По принятому в России этикету форма обращения на «ты» используется:
   • при разговоре с хорошо знакомым человеком, с которым установлены дружеские, приятельские отношения;
   • в неофициальной обстановке общения;
   • к равному или младшему по возрасту, равному или младшему по служебному положению, коллегам по работе, находящимся в неофициальных отношениях друг с другом;
   • учителем к ученику (чаще в младших классах);
   • родителями к своим детям;
   • детьми к своим сверстникам или младшим по возрасту;
   • близкими родственниками друг к другу.
   Обращение на «ты» начальника к своему подчиненному возможно только в том случае, если подчиненный тоже может обратиться к начальнику на «ты», т. е. в том случае, если между ними существуют дружеские, неофициальные отношения. В противном случае такое обращение является грубым нарушением речевого этикета. Оно может восприниматься подчиненными как неуважительное отношение, посягательство на человеческое достоинство, как оскорбление личности.
   Форма обращения на «Вы» употребляется преимущественно:
   в официальных ситуациях общения (в учреждениях, на работе, в общественных местах);
   при обращении к незнакомым или малознакомым людям;
   к знакомому собеседнику, если у говорящего существуют с ним только официальные отношения (к коллегам по работе, учителю, преподавателю, студенту, начальнику);
   к старшему по возрасту, занимающему более высокое положение;
   к педагогам, ко взрослым;
   к официальным лицам в учреждениях, магазинах, ресторанах, в том числе к обслуживающему персоналу этих учреждений;
   к подчиненным.
   В письменных текстах написание Вы (с заглавной буквы) используется только при обращении к одному лицу, которое является старше адресанта по возрасту или социальному статусу или с которым происходит официальное общение. Большое значение придается переходу партнеров по общению с одной формы обращения на другую. Переход с «ты» на «Вы» знаменует охлаждение отношений, демонстрацию того, что общение отныне должно быть поставлено в строгие этикетные рамки. Переход с «Вы» на «ты» демонстрирует переход от сдержанно-нейтральных, официальных отношений к близким, дружеским. Такой переход должен быть желанным для обоих партнеров по общению. Односторонний переход на «ты» воспринимается как проявление бесцеремонности, попытка продемонстрировать подчиненное положение собеседника и является грубым нарушением этикета. Местоимение «он» используется для называния того, кто не участвует в общении, в отличие от «я» и «ты» («Вы»). В русском речевом этикете существует важное правило, ограничивающее употребление местоимения «он» в ситуации непосредственного общения: нельзя говорить «он» о том, кто присутствует при общении и слышит разговор (например, стоит рядом) либо участвует в этом разговоре, но в данный момент слушает других, а речь зашла о нем. Речевой этикет предписывает, упоминая об этом человеке, назвать его по имени или имени и отчеству, в зависимости от ситуации, но ни в коем случае не говорить «он»: такое употребление этого слова считается грубым, невежливым, оскорбительным для того, кто назван «он».
   При обращении к собеседнику говорящий также пользуется специальными словами, предназначенными речевым этикетом для выполнения функций обращения. Формулы обращения и привлечения внимания: «Простите, как пройти…?», «Извините, который час?», «Простите, пожалуйста, как пройти…?», «Извините, пожалуйста, который час?», «Простите, можно Вас спросить?», «Простите, Вы не знаете…?», «Скажите, пожалуйста, где здесь…?», «Будьте добры, как пройти…?» и др.
   В русском языке не сложилось традиции употребления специальных слов-обращений к незнакомым людям, подобных французским месье/мадам, польским пан/пани и т. п. Рекомендуемое отдельными современными авторами обращение сударь/сударыня в наши дни звучит романтично, а в пушкинской России употреблялось только в адрес представителей недворянского сословия (чиновников, купцов). Использование его в обращении к дворянину (вспомните, что так сделал, например, князь Андрей Болконский, обращаясь к князю же Ипполиту Куракину в романе Л. Толстого «Война и мир») было равносильно оскорблению (сознательное грубое нарушение речевого этикета князем Андреем в упомянутом нами эпизоде должно было по правилам поведения того времени повлечь вызов на дуэль со стороны Ипполита, но тот проявил трусость).
   Слова «девушка», «молодой человек» широко распространены сегодня в функции обращения к незнакомцам, а также к обслуживающему персоналу различных учреждений, магазинов, ресторанов. При этом они могут адресоваться лицам молодого и среднего возраста, но не пожилым людям. Такое обращение, характерное для подобных ситуаций и выражающее вежливое отношение к собеседнику, чаще используется людьми среднего и пожилого возраста. Молодые люди употребляют его в том случае, если адресат одного с ними возраста или немного старше; при значительной разнице в возрасте они предпочитают косвенное обращение, например: «Вы выходите?», «Вам это будет интересно». Мужчины используют косвенные обращения и обращаясь к обслуживающему персоналу – мужчинам, если те одного с ними возраста: «Не подвезешь до вокзала?» Обращения «мужчина», «женщина» в настоящее время можно считать допустимыми при общении в сугубо неофициальных ситуациях, если такое обращение сопровождается вежливой или повышенно вежливой интонацией. Заметим, что многие специалисты-филологи вообще не допускают возможности использования этих обращений в литературной речи.
   Разнообразие форм обращения в зависимости от этикета общения в той или иной среде иллюстрирует следующий пример еще из одной политической сказки Д. Быкова:
   – Дорогие друзья! – начал Путин по праву главного.
   – Возлюбленные братья и сестры! – возгласил Патриарх.
   – Уважаемые товарищи! – вступил Зюганов…
   В русском языке существует несколько вариантов обращения по имени и на «ты». К обращение по полному имени прибегают в официальной или полуофициальной обстановке общения, оно выражает подчеркнуто сдержанное отношение к собеседнику и чаще всего используется, когда предстоит серьезный разговор или собеседнику необходимо сделать замечание: «Владимир, мне надо с тобой поговорить», «Анна, подойди сюда». Эти же формы, но в обращении на «Вы» употребляют под влиянием английского речевого этикета некоторые дикторы телевидения, а также сотрудники компаний, ориентированных на западный стиль корпоративной культуры. Краткие формы имен используются в дружески неофициальном общении со знакомыми, родственниками одного возраста и демонстрируют дружески неофициальное отношение к партнеру; адресуются лицам своего возраста и младше: «Миша, подай, пожалуйста, хлеб». Уменьшительно-ласкательные формы выражают ласковое отношение к собеседнику, их применяют преимущественно в неофициальных ситуациях, адресуются знакомым людям одного возраста с говорящим или младше: «Галочка, будь добра, вымой посуду». Обращение по имени и отчеству, как и «Вы», применяется в официальных, неофициальных и полуофициальных ситуациях – к малознакомым, коллегам, с которыми не установлены дружеские отношения, начальнику, старшему по возрасту, ко взрослому.
   Наряду с обращением и привлечением внимания собеседника типичными ситуациями речевого этикета являются: знакомство, приветствие, прощание, извинение, благодарность, поздравление, пожелание, одобрение, комплимент, сочувствие, соболезнование, предложение, совет, просьба, согласие, отказ.
   Подводя итог сказанному, еще раз отметим, что на публичную речь влияют и собственно лингвистические (языковые), и экстралингвистические (внеязыковые) факторы, упомянутые выше. Выполнение всех требований речевого этикета делает общение приятным, позволяет решать сложные жизненные и деловые проблемы, избавляет от многих недоразумений и конфликтов.

Практикум

Тест
   1. Умение добиваться поставленной цели, используя все языковые возможности – это:
   а) этический аспект речевой культуры;
   б) коммуникативный аспект речевой культуры;
   в) нормативный аспект речевой культуры;
   г) эффективный аспект речевой культуры.

   2. Позиция, которую занимает человек в обществе или социальной группе, называется:
   а) социальная роль;
   б) коммуникативная роль;
   в) социальный статус;
   г) коммуникативный статус.

   3. Гости на свадьбе кричат: «Горько!» Это можно расценивать как соблюдение:
   а) традиции речевого этикета;
   б) нормы речевого этикета;
   в) речевой нормы;
   г) нормы деловой риторики.

   4. Речевой этикет менее всего регламентирует:
   а) общение деловых партнеров;
   б) общение начальника и подчиненного;
   в) общение равных по статусу коллег;
   г) общение близких людей, родственников.
Вопросы для самоконтроля
   1. Что такое нормативный аспект речевой культуры?
   2. Что такое речевой этикет? Чем отличаются традиции от этикетных норм?
   3. Какие факторы определяют речевой этикет?
   4. В каких ситуациях уместно обращение на «ты»?
   5. Что такое социальный статус?
   6. Чем отличается социальная роль от коммуникативной?
   7. Какие факторы определяют ситуацию общения?
   8. Какие функции может выполнять собеседник в диалоге?
   9. Какие формы обращения используют ваши преподаватели и в каких ситуациях? А какие – вы?
Задания для самостоятельной работы
   Задание 1. Прочитайте рекомендации, которые дают специалисты консалтинговой службы людям, ищущим работу.
   Темп и манера речи, громкость голоса, интонация и четкость произношения – это те характеристики, на основании которых о вас сложится мнение в первые минуты разговора. Темпоритм речи желательно стараться сдерживать, чтобы он был спокойным, без излишней экспрессии. «Пустое слово сыплется, как горох из решета, насыщенное слово поворачивается медленно, точно шар, наполненный ртутью», – говорил К.С. Станиславский о различии восприятия быстрой и размеренной речи. Поэтому если вы хотите, чтобы к вашим словам прислушивались, не торопитесь и не тараторьте. Однако следует помнить, что быстрая речь воспринимается более убедительно, поэтому в особо важных моментах лучше ускорить ее темп.
   Вы должны говорить весомо и уверенно – как опытный специалист, знающий себе цену. Нерешительного человека можно узнать по невнятным высказываниям, изобилующим эвфемизмами, смягчающими речь: «достичь определенных успехов» вместо «стать лидером», «не очень рад» вместо «разозлился» и т. д. Создают впечатление неуверенности и так называемые квалификаторы: «как бы», «всего лишь», «немного», «судя по всему». О говорящем так кандидате складывается мнение как о человеке слабом, непригодном для серьезной и ответственной работы. Понижают впечатление также самоуничижительные высказывания типа: «я не оратор», «я еще малоопытный специалист», «я – человек новый». Если хотите проверить, как вы умеете вербально преподносить себя, запишите свою «самопрезентацию» на магнитофон, а затем прослушайте запись. Обычно даже самые опытные топ-менеджеры при прослушивании своих самопрезентаций досадливо морщат лоб. А что уж говорить о нас, простых смертных?
   При необходимости подкорректируйте свою речь в сторону большей решительности и определенности. Главное – будьте искренни. Любая фальшь заметна и играет против вас.
   В деловых разговорах вообще и на собеседовании в частности следует избегать использования американизмов типа «вау», «о кей», «йес», «ноу проблем». В России многим деловым людям эта привычка не нравится, они видят в этом низкопоклонничество перед Западом. Кстати, отдельные слова из другого языка обычно употребляют люди, плохо говорящие на нем. Те, кто в совершенстве владеет тем или иным иностранным языком (переводчики, топ-менеджеры, дипломаты и т. д.), никогда не вставляют слова из одного «наречия» в другое. Поэтому наличие (отсутствие) иностранных слов-паразитов свидетельствует об уровне деловой культуры и степени владения иностранным языком.
   Насколько эти советы актуальны для вас и ваших друзей? Какие из описанных ошибок в речевом поведении вы отмечаете у себя?
   Задание 2. Найдите в художественной литературе примеры, иллюстрирующие влияние социального статуса на речь говорящих, и проанализируйте их на занятиях.
Темы для рефератов
   1. Изменения в русском речевом этикете последних лет.
   2. Социально обусловленные формы обращения в русском языке.
   3. Употребление местоимений «ты» и «Вы» в современной речи (на материале современной художественной литературы).
Литература
   Акишина А., Формановская Н. Этикет русского письма. М., 1981.
   Балакай А.Г. Толковый словарь русского речевого этикета. М., 2004.
   Формановская Н.И. Речевое общение: коммуникативно-прагматический подход. М., 2002.
   Формановская Н.И. Речевой этикет и культура общения. М., 1989.
   http: // echo.msk.ru/programms/speakrus
Ключи к тестам
   1.1: 1в, 2б, 3в.
   1.2 : 1б, 2а, 3б.
   1.3: 1 г, 2б, 3б, 4в.
   1.4: 1б, 2 г, 3а.
   1.5: 1б, 2в, 3а, 4 г.

Глава 2. Функциональные стили современного русского литературного языка

2.1. Формы и сферы существования языка. Система функциональных стилей русского литературного языка. Особенности книжной сферы

   Из этого раздела вы узнаете, в каких формах существует литературный язык, почему разграничивают разговорную и книжную сферы его употребления, какие функциональные стили традиционно выделялись в русском языке и как соотносятся понятия «литературный язык» и «язык художественной литературы».
   Вы научитесь классифицировать тексты в зависимости от обслуживаемой ими функциональной сферы.
   Русский литературный язык имеет две основных формы существования: устную и письменную.
   Устная форма является первичной и единственной формой существования языка, не имеющего письменности. Для разговорной разновидности литературного языка она является основной, тогда как книжный язык функционирует и в письменной, и в устной форме (доклад – устная форма, лекция – письменная). В то же время с развитием электронных видов связи все большее распространение начинает получать и письменная форма разговорной речи.
   Устная форма языка характеризуется тем, что она необратима, не подлежит редактированию, не дает возможности для обдумывания, возврата к выраженному. Устная речь без дополнительной поддержки (видеоряд, непосредственное общение и др.) воспринимается труднее, чем письменная, быстрее забывается. Поэтому большие объемы устных текстов нежелательны, как и длинные периоды и сложные конструкции в них.
   Письменная форма является вторичной, более поздней по времени возникновения. Так, художественная литература существует главным образом в письменной форме, хотя реализуется и в устной (например, художественное чтение, театральные спектакли, любое чтение вслух). Фольклор, напротив, в качестве первичной имеет устную форму существования, записи устного народного творчества (песен, сказок, анекдотов) – это вторичная форма его реализации.
   Отличительное достоинство письменной речи – возможность ее дополнительной шлифовки, неоднократного обращения к тексту, накопления словарного запаса, а значит, возможность создания текстов любого объема. В то же время отсутствие звуковой и визуальной, т. е. зрительной, поддержки налагает на письменный текст особые обязательства по компенсации той информации, которая в устном общении передается неязыковыми средствами.
   В современном языке ослабевает связь стилевых явлений с формой реализации текста – только устной или только письменной. Формируются новые традиции восприятия текста: слушателей одинаково раздражают и «чтение по бумажке», и излишняя раскованность лектора или докладчика, выступающего без конспекта либо раздаточного материала, что рассматривается скорее как неподготовленность, чем как свобода владения материалом.
   В рамках литературного языка выделяются две основные функциональные сферы: книжная и разговорная речь. Каждая из них подчиняется своей системе норм. Главное назначение литературного языка – служить средством общения его носителей, основным средством выражения национальной культуры, поэтому в нем со временем сформировались самостоятельные разновидности, получившие название функциональных стилей и обусловленные обслуживаемой ими сферой общественной жизни. Иначе говоря, функционально-стилевое расслоение литературного языка определяется общественной потребностью специализировать языковые средства, организовать их особым образом для того, чтобы обеспечить речевую коммуникацию носителей литературного языка в каждой из сфер человеческой деятельности. Почти все функциональные разновидности литературного языка реализуются и в письменной, и в устной форме.
   Языковые стили выделяются на экстралингвистической, т. е. на внеязыковой, основе.
   Наряду с функциональными стилями в языкознании выделяют стили экспрессивные – по характеру заключенной в языковых элементах выразительности. Часто называются такие стили: торжественный (риторический), официальный, фамильярный, интимно-любовный, шутливый (юмористический), насмешливый (сатирический). Все они определяются на фоне нейтрального стиля, т. е. речи неэкспрессивной. Термин «стиль» употребляется и для обозначения жанровых разновидностей упомянутых выше стилей: например, стиль деловых бумаг, государственных докладов (в рамках официально-делового стиля), стиль передовой статьи, репортажа (в рамках публицистического стиля), стиль романа, рассказа, басни, баллады (для языка художественной литературы).
   Внутри книжной сферы выделяют научный, официально-деловой, публицистический стили, а также художественно-литературный (язык художественной литературы). Разговорную сферу обслуживает разговорный стиль, или разговорная речь.
   Обращение к различительным признакам стилей позволяет выделять подстили и жанры.

Практикум

Тест
   1. Художественная литература может существовать:
   а) только в устной форме;
   б) только в письменной форме;
   в) как в устной, так и в письменной форме;
   г) в книжной и разговорной форме.

   2. Отличительным признаком устной речи является:
   а) возможность редактирования порождаемых текстов;
   б) отсутствие звукового и визуального сопровождения;
   в) малый объем создаваемых текстов;
   г) более позднее, по сравнению с письменной формой, возникновение.

   3. Не существует такого понятия, как:
   а) публицистический стиль;
   б) стиль романа;
   в) сатирический стиль;
   г) письменный стиль.
Вопросы для самоконтроля
   1. Какая форма существования языка является первичной?
   2. Может ли разговорная речь существовать в письменной форме? Если да, то где?
   3. Что такое функциональный стиль? Представьте систему функциональных стилей русского языка в виде схемы. Каково их назначение?
   4. Что такое экспрессивный стиль? Назовите несколько экспрессивных стилей русского языка.
Темы для рефератов
   1. Понятие стиля.
   2. Особенности устной формы существования языка.
   3. Проблемы восприятия устной речи.
Литература
   Валгина Н.С. Функциональные стили русского языка. М., 2003.
   Гольдин В.Е., Сиротинина О.Б., Ягубова М.А. Русский язык и культура речи: Учебник для студентов-нефилологов. М., 2003.
   Разговорная речь в системе функциональных стилей современного русского литературного языка: Ч. 1. Грамматика. Ч. 2. Лексика. М., 2003.
   Филиппова Л.С., Филиппов В.А. Русский язык и культура речи // Российский образовательный портал: www.distance.ru/4stud/umk/ russian/russian.html

2.2. Взаимодействие стилей

   Из этого раздела вы узнаете, какова судьба функциональных стилей в современной языковой ситуации.
   Вы научитесь выделять основные функциональные признаки создаваемого вами текста.
   По традиции, группировки текстов (функциональные стили) описываются перечислением наблюдаемых в них языковых единиц: слов и словоформ, синтаксических конструкций. Наиболее удачны такие описания для прагматических текстов, например, научных или деловых, отличительной чертой которых являются термины и устойчивые синтактико-композиционные схемы, прямолинейно задаваемые тематико-содержательной сферой. Этого нельзя сказать о художественной литературе и СМИ, где желание уйти от штампа заставляет постоянно обновлять и разнообразить палитру выразительных средств.
   Описания функциональных стилей (даже научного!) через перечни употребляемых в них языковых единиц оказываются неубедительными еще и потому, что в современной языковой ситуации происходит процесс ослабления литературно-языковой нормы и особую остроту приобретает известный тезис академика В.В. Виноградова о «взаимодействии и взаимопроникновении стилей» современного русского языка. Этот процесс связан в первую очередь с усложнением общественной жизни, описываемой языком. В нынешней жизни мы все чаще сталкиваемся со все более детальной специализацией человеческой деятельности (не просто врач, а педиатр, окулист, дерматолог), но в то же время – с проникновением в повседневность узкоспециальных знаний. Не будучи профессионалами, мы готовы порассуждать и о клонировании, и о преимуществах оптоволоконной связи, и о дефолте. Разные содержания, а соответственно, стилевые средства начинают совмещаться на коротких отрезках текста. Вот фрагмент типичной информационной листовки для пользователя мобильного телефона в одном из салонов связи, в которой сочетаются информационно и терминологически нагруженный стиль технического описания и эмоционально перегруженный стиль рекламы из глянцевого журнала:
   Новый мобильный телефон Nokia 8800 создан для того, чтобы вы им наслаждались. Его грациозные формы и безупречные функции оставляют неизгладимое впечатление…
   • Дисплей цветной графический высококонтрастный, до 65 000 цветов (TFT), 6 строк текста, разрешение 128 × 160 точек (32 × 39 мм)
   • Внешний дисплей, 4096 цветов, 96 × 65 точек, STN, возможность установки обоев
   • Игры
   • FM-радио
   • VGA-камера, запись видео в 3GP-формате
   • Встроенный почтовый клиент
   • Instant Messaging
   • GPRS 4 + 1
   • HSCSD
   • EDGE (EGPRS) 4 + 1
   • ИК-порт
   • WAP 2.0 (поддержка ХHTML)
   • Push to Talk
   • MMS
   • Синхронизация с ПК
   • Предикативный ввод текста Т9
   • Смайлики
   • Flash-сообщения (SMS class 0)
   • Соединенные сообщения (до 6 сообщений)
   • Шаблоны сообщений (до 10)
   • Отправка и прием графических сообщений (10 картинок предустановлено)
   Почему-то предполагается, что приведенный в качестве примера текст доступен неспециалисту, однако чтобы объективно оценить предлагаемую модель телефона, нужно иметь некоторые представления и о форматах записи звука и изображения, и о разрешении дисплея, и о типах ввода текста, и о том, как эти технические показатели меняются со временем. На самом же деле покупатель часто довольствуется «грациозностью форм», а продавец рекомендует купить новую бизнес-модель потому, что в ней «предустановлено»… больше игр и мелодий звонков. Хорошо еще, что на сайтах салонов связи клиентам иногда предлагаются «справочники мобильных терминов».
   Но к какому стилю отнести данный текст? Традиционная теория стилей не дает ответа на этот вопрос.
   В поиске иного подхода, который задавал бы принципы отбора и композиции языковых единиц, не пытаясь конкретно, материально регламентировать и перечислить их, целесообразно обратиться к «векторному описанию», приобретающему признание в разных науках.
   В физике и математике вектором (лат. vector – «несущий») называют такую абстракцию объекта, которую характеризуют не только величина, но и направление (например, сила, скорость). Понятие вектора успешно применяется в медицине при разработке инструментальных методов диагностики, например, для исследования динамики электрического поля сердца. Дизайнеры-экономисты развивают теорию «ре-вектора» (результирующего вектора) как основы эстетики нынешнего «века целесообразности»: традиционные представления о прекрасном меняются, отступая перед функциональной выгодой, и красивыми признаются долго считавшаяся уродливой Эйфелева башня, топорно-угловатый джип и даже отходящий от ранее принятых этики и норм язык. Под вектором можно понимать и отрезок направления, изображающий некоторые величины (скажем, стремление сохранить склонение числительных или употребление отчеств), и сумму этих величин, если она дает отклонение от основного направления (в перспективе – явная терпимость к ошибкам при склонении числительных и расширение сфер употребления имен без отчеств).
   Векторный метод представляется особенно продуктивным для изучения стилистики. Непрерывная последовательность стилевых явлений может исчисляться именно векторными полями – разными связями внеязыковой и языковой действительности, сама же стилистика текстов может изображаться как многомерное векторное пространство, совокупность всех векторных полей. Таким образом, на месте словарно-грамматических списков, якобы составляющих суть стилевых явлений, возникает описание законов составления текстов и их типология. Текст строится из любых единиц языка, если они отвечают логике его построения: замысел служит для автора вектором отбора и композиции выразительных средств.
   Векторное описание позволяет взглянуть на тексты глазами не тех, кто анализирует типовые наборы и композиции языковых единиц, а тех, кто, составляя тексты, именно так, а не иначе отбирает и организует языковые единицы. «Не так» составленный текст не будет адекватно воспринят, даже просто опознан адресатом (просьба или приказ? сочувствие или издевка?). Всем знакомы трудности, испытываемые при порождении текстов определенных сфер общения. Эти трудности вызывают к жизни реплики вроде: «разве так со старшими разговаривают!» или: «совершенно не умею выступать на собраниях». Не по правилам составленные заявления, иски, докладные, отчеты вызывают смех, даже отторжение, и не достигают цели. Редакторы не примут материал, потому что «научную статью так не пишут», откажутся печатать заметку, написанную «не по-газетному». Напротив: излюбленный прием фельетонистов или пародистов – использование «чужой» стилевой конструкции, не мотивированной данным содержанием.
   При всем богатстве, разнообразии и возможностях развития фонетико-грамматические и лексико-фразеологические ресурсы языка все же слишком ограничены, чтобы предоставить особые, специфичные средства для подвижных и крайне разнообразных текстов, отражающих разнородные внеязыковые потребности, факторы и мотивы, чтобы обеспечить всю сложнейшую коммуникативную жизнь современного общества. В дифференцированных и жестко детерминированных содержанием текстах эта трудность, конечно, минимизируется, но отнюдь не исчезает.
   За основание классификации разнообразных текстов можно принять стилевые установки, задающие не специфичные наборы средств выражения и приемы их конструирования, но специфичные направления их выбора из общего источника, буквально на глазах становящегося все более однородным в функциональном плане. Эти направления возможно и удобно именовать конструктивно-стилевыми векторами (КСВ). Их проще и четче описать применительно к специализированным текстам, нежели ко всем иным (именно поэтому их удается наименее противоречиво обобщать в традиционно перечисляемых «прагматических функциональных стилях»), – как отстранение от общеупотребительного языка, стремление свести язык для всех к «своему языку».
   Наличие КСВ, открывающих тайну воплощения внеязыковой действительности в действительность языковую, проясняет или снимает парадокс безразличия средств языка как таковых к сообщаемым фактам. Нейтральность языка как орудия передачи информации обеспечивает возможность перевода текста с языка на язык, но стилевая адекватность, стилевое соответствие требуют серьезных видоизменений перевода.
   В данном процессе сегодня может быть, строго говоря, «задействован» любой ресурс языка, если он содействует движению по заданному направлению, но здесь можно провести следующую параллель: скорость поездки, ее эффективность, комфортность определяются видом транспорта (стилем изложения, соответствующим теме, аудитории, ситуации общения и т. п.) и умением водителя (речевой культурой говорящего). Впрочем, можно прибегнуть и к ненаучному методу доказательства: пусть дом будет построен из бревен, кирпича, бетона и стекла, даже изо льда, лишь бы в нем было удобно жить. Любая языковая единица при верной реализации определенного КСВ облекается в особую, «свою», содержательность, индивидуализированно принадлежащую уже только данному тексту, данному воплощению данного вектора.
   Именно эта индивидуализация, особенно яркая в вечном противопоставлении прямых, словарных значений слова и авторских или переносных значений, получаемых словами в художественных, поэтических текстах, мешает многим исследователям поставить беллетристические тексты в один ряд со всеми другими. Л.Н. Толстой писал, что «самое важное в произведении искусства – чтобы оно имело нечто вроде фокуса, т. е. чего-то такого, к чему сходятся все лучи или от чего исходят. И этот фокус должен быть недоступен полному объяснению словами…». Это замечание писателя не ведет непременно к признанию обособленности «языка художественной литературы», т. е. написанных на том же русском языке беллетристических текстов, от всех других, но лишь свидетельствует о специфике лежащего в их основе конструктивно-стилевого вектора, диктующего неповторимые в других текстах языковые реализации. По меткому замечанию академика Р.А. Будагова, «“неповторимых” стилистических средств языка почти нет. Но выразительные средства выполняют разные стилевые функции». Точность в науке – совсем не то, что точность в беллетристике, а образность в научном тексте преследует иную цель, нежели в художественной прозе.
   Стилевые явления противятся формализации, несовместимы со строгим математическим измерением, перечислением. Они связаны с интуицией, житейской мудростью и жизненным опытом, здравым смыслом и вкусом, с творчеством, непрерывным общественно-историческим и индивидуальным нравственно-интеллектуальным усилием. Примерами «деформации» научного текста путем введения в него беллетристического личностно-образного элемента могут служить научно-популярная литература и фантастика.
   Идя в заданном направлении, автор текста свободен привлекать любые выразительные средства, пока они не сбивают его с избранного пути. Конечно, зная направление, большинство авторов идет не по целине, а по протоптанной тропе, особенно при интенсивном и ограниченном по времени составлении текстов, неизбежном, например, в периодике.
   Итак, опираясь на КСВ, можно предложить следующие группировки текстов.
   1. Книжные специальные тексты. Их основная функция – сообщение. Среда их бытования достаточно ограниченна. Это тексты, рассчитанные на адресатов со схожим опытом, посвященных, заинтересованных (специально подготовленных – например, представителей одной профессии, или вынужденно заинтересованных – например, обратившихся в государственное учреждение по делу). Задаваемый содержанием выбор языковых средств жестко регламентирован: текст подчинен цели его создания (закон, распоряжение, заявление), сосредоточен на обсуждаемой проблеме (научная гипотеза, конкретный факт действительности). Все лишнее – эмоции, стилистические изыски – в данном случае мешает и адресату, и адресанту текста. Всякая возможность двусмысленности нежелательна и должна быть устранена. Доминирует установка на объективную передачу информации. Отсюда использование терминов, сложных синтаксических конструкций, детально описывающих действительность, стремление уйти от всего личностного. Авторов специальных книжных текстов почти не волнуют устойчивость каналов связи, доступность текстов, обратная связь. Они обоснованно полагают, что заинтересованность читателя в передаваемой информации заставит его приложить все необходимые усилия для понимания текста. Авторы рассчитывают на прилежного слушателя или вдумчивого читателя. Забота о легкости восприятия, эстетике, простоте отходит на задний план. Примерами текстов данной группы являются научные, технические, деловые, юридические.
   Расчет на подготовленность адресата к восприятию данного содержания определяет разноплановые особенности книжных специальных текстов: синтаксическую упорядоченность излагаемых положений, часто с нумерацией, подчеркнутую выраженность взаимосвязей, детализацию, заботу о доказательности аргументов (логической, с помощью примеров или путем приведения цитат из авторитетных источников), сложные построения с придаточными предложениями, причастными и деепричастными оборотами, вводными конструкциями, с однозначной точностью применяемых языковых средств – синонимическими повторами и уточнениями.
   Самое яркое следствие ориентации книжных специальных текстов на отход, отстранение от общего языка – это создание и употребление терминов. В чем-то здесь прослеживается сходство этой группировки текстов с жаргонами – профессиональным, молодежным и др. И действительно, сравните:

   Лингвистическая процедура анализа текста представляет собой преобразование дискурсных синтагм в парадигму суггестивно-риторических средств, так как обработка языкового произведения проводится в ориентации на восприятие его суггестивных свойств.
К нам на завтрашний конгрейсс
Прибывает сам Билл Гейтс,
А у нас в ВЦ софта —
На полкластера винта.

(http:// leonidfilatov.narod.ru/html/parod3.htm)
   Поменяла мозги у компа, уделала мужиков в бродилке, замылила сисадмину в пятницу
(из Интернета).
   Все приведенные тексты ориентированы на восприятие членами узкой группы посвященных. Тот, кто не владеет жаргоном группы, не может быть принят группой за своего. В этой связи автору вспоминается разговор со строителем, которого он ошеломил своим вопросом: неужели так непосильна задача вовремя вырыть яму под нулевой цикл? «Это для вас яма, а для нас котлован! – ответил тот. – Оскорблять не надо, мы же стараемся сделать, что возможно».
   2. Книжные неспециальные тексты включают самые разнородные тексты (от научно-популярной до художественной литературы), поэтому раскрыть их вектор намного труднее, чем вектор специальных текстов. Если авторы последних ради содержания стремятся использовать преимущественно «свой» язык, то в первых представлено все языковое богатство, поскольку только таким образом возможно выразить индивидуальность автора и привлечь читателя. Помимо коммуникативной функции неспециальные тексты ориентированы на функцию эстетическую. Задача автора неспециальных текстов – увлечь читателя своим видением мира, вызвать желаемую реакцию особой эстетикой или вымыслом. Такое видение может оказаться частным и мелким, а может стать общественно значимым, нетленно глубоким. Неспециальные тексты отражают отношение скорее к среде бытования, чем к предметной сфере, ибо последняя слишком разнообразна. К неспециальным книжным текстам относятся дневники, воспоминания, личная переписка, публицистика и художественная литература. Адресат таких текстов чаще непредсказуем, а автор очень конкретен. Именно его личность выступает внеязыковой основой вектора этих текстов. Вектор образа автора предписывает свободу использования любых средств и форм, что сближает неспециальные тексты с разговорными и массово-коммуникативными, поэтому в них зачастую сильно′ словотворчество, изобретательство, облагораживающее языковые единицы самого разного происхождения и иногда вводящее их даже в литературную норму. Сегодня даже юридически общепринят тезис: автор не отвечает за правильность языка, смысл высказываний или действия своих персонажей. Собственно информация уступает место интриге, сюжету, фантастике, а форма сама по себе нередко оказывается конструктивно-содержательной (как это бывает, например, в поэзии).
   3. Разговорные тексты больше, чем любые другие, должны поддерживать устойчивый канал связи. Для адресанта и адресата текстов этой группировки очень важны непринужденная среда общения и личностный контакт в ней. Нормой можно считать общение между собеседниками с равным социальным статусом. Если смена ролей отправителя и получателя информации в обеих группах книжных текстов весьма условна, скорее даже невозможна, то в разговорных авторства как такового нет, адресат и адресант речи постоянно меняются ролями, ибо основной формой разговорного текста является диалог. Ради цели возбудить и удержать внимание собеседника используются все средства: от сниженной и экспрессивной лексики и языковой игры до смены темы и содержания общения. В разговорах важны личный контакт с опорой на общие неязыковые выразительные средства и с постоянной незамедлительной обратной связью, сменой ролей участников, а также общие фоновые знания. Это можно проиллюстрировать такой, например, шуткой о семейной паре, долго живущей вместе и общающейся по-своему.
   Жена:
   – Что ты там ищешь в шкафу?
   Муж (из соседней комнаты):
   – Ничего.
   – Знаешь, по-моему, это лежит не тут, посмотри в коробке под кроватью, – подсказывает жена.
   Для разговорных текстов характерны перебивы, неоконченные фразы, повторы, они сопровождаются мимикой и жестами. Таким образом, вектор этой группы, организующий выбор языковых средств, подразумевает установку на поддержание устойчивой сиюминутной связи между общающимися лицами. При этом тема общения может быть практически любой, а форма – и устной, и письменной.
   4. Массово-коммуникативные тексты. Основные их функции – информирование читателя или слушателя и воздействие на него. Поэтому для обеспечения восприятия текстов этой группы, как и для разговорных текстов, очень важна техническая устойчивость канала связи. Постоянно возникающие и интенсивно повторяющиеся штампы поддерживают эту устойчивость, но для сохранения экспрессии быстро сменяются новыми. Эмоционально-экспрессивная окраска текста сочетается с предметно-логическим изложением. По тематике тексты этой группы сходны с разговорными текстами, так как практически не имеют ограничений при выборе теме. Объединяет обе группы и сиюминутная актуальность – будь то обсуждение покупки нового мобильного телефона в разговорном диалоге или выборов главы региона в газетной статье. КСВ массово-коммуникативных текстов – требование непрерывного контакта, со всей полнотой реализующееся, например, в реплике-штампе радиоведущих: «Оставайтесь с нами!» Устойчивость связи оказывается принципиальным условием, заставляющим пренебрегать собственно информацией, видоизменять и деформировать ее в угоду главной цели. При этом главная цель на самом деле фиктивна, потому что участники общения (ведущий ток-шоу и телезрители, журналист и читатели, радиоведущий и слушатели) на самом деле разобщены, получатель информации – лицо неопределенное. Удержать телезрителя от переключения канала значительно сложнее, чем не упустить собеседника в живом разговоре, смена ролей в диалоге здесь тоже затруднена, поэтому в массово-коммуникативных текстах постоянно чередуются стандарт, обеспечивающий понимание, и экспрессивность, привлекающая адресата.
   Реальное общение в массовой коммуникации заменяется его имитацией, подделкой. Это заставляет автора массмедийного текста интенсифицировать общение, все время повышать порог «коммуникативной чувствительности» своих слушателей или зрителей, использовать все более сильные раздражители: острые сюжеты, неожиданные повороты, неординарных героев, напряжение рекламных пауз, напоминающих журнальное «Продолжение в следующем номере». Сила массмедийного языка в том, что, «притворяясь» реальным, он скрывает свою условность – в отличие от книжного языка, который свою условность подчеркивает. В этом лицедействе, этой искусной имитации общения человеческое начало разговорности вынужденно заменяется искусственной конструкцией, словами-ловушками, внешней завлекательностью. Текст постоянно поддерживается видеорядом, музыкой, динамикой действия. И только искушенный зритель постоянно помнит, что реальная жизнь и жизнь на телеэкране – далеко не одно и то же. В этой связи представляется справедливым положение о том, что в массовой коммуникации общаются не люди посредством структур, а структуры посредством людей: не имея возможности поговорить по поводу полученной информации с ее автором, люди обсуждают ее в своей социальной группе (с соседями, одногруппниками, коллегами) – с тем чтобы проверить правильность полученной информации путем общения с «доверенными лицами» и только после этого воспринять ее, причем, возможно, «с точностью до наоборот». Отчасти подобная ситуация корректируется возможностью обратной связи через Интернет, наличием зрителей в ток-шоу или звонками в студию.
   Итак, массмедийный вектор достижения устойчивой связи предполагает, во-первых, чередование стандартных и экспрессивных языковых средств, а во-вторых, построение текста из блоков, разделяющих информацию на доступные для усвоения порции. Привычка к такой клиповой подаче информации затрудняет для представителей молодежной культуры восприятие традиционных книжных текстов, содержащих большие массивы информации, а также письменных текстов без поддержки видеоряда. Этот процесс можно сравнить с устойчивой привычкой детей к потреблению пережеванной родителями пищи: усваивается она легче, но лишает независимости. Поэтому, может быть, стоит задуматься о своих языковых пристрастиях и прислушаться к словам известного певца и композитора Андрея Макаревича:
Не стоит прогибаться под изменчивый мир.
Пусть лучше он прогнется под нас…
Однажды он прогнется под нас!

Практикум

Тест
   1. К книжным специальным текстам относится:
   а) газетная статья;
   б) закон;
   в) дневник;
   г) роман.

   2. Чередование стандарта и экспрессии характерно для текстов:
   а) книжных специальных;
   б) книжных неспециальных;
   в) разговорных;
   г) массово-коммуникативных.

   3. Предсказуемость адресата выше:
   а) в книжных специальных текстах;
   б) книжных неспециальных текстах;
   в) разговорных текстах;
   г) массово-коммуникативных текстах.

   4. По тематике и быстроте потери актуальности схожими являются тексты:
   а) книжные специальные и книжные неспециальные;
   б) книжные неспециальные и массово-коммуникативные;
   в) разговорные и массово-коммуникативные;
   г) разговорные и книжные неспециальные.
Вопросы для самоконтроля
   1. Что такое конструктивно-стилевые векторы?
   2. Представьте в виде схемы классификацию текстов по КСВ. Укажите функции каждой группы.
   3. Какие тексты ориентированы только на реализацию коммуникативной функции, а какие – также на реализацию эстетической функции?
   4. Каковы функции массово-коммуникативных текстов?
Задания для самостоятельной работы
   Задание 1. Дайте характеристику следующим текстам.

   Текст 1
   Юзер Вася Чайников познакомился в чате с 16-летней девушкой Машей и попросил прислать ее фотку. Так как Маша не знает других форматов, кроме bmp, ее фотка занимает 15 мегабайт. У Васи коннект с провайдером на 2400. При этом связь рвется каждые 20 минут, а дозвон после этого занимает 30 минут. Льготный тариф действует с 3.00 до 5.00. Сколько лет будет девушке Маше, когда Вася докачает ее фотку?
   Текст 2
   Компания Samsung выпустила первый ноутбук на платформе Centrino в марте 2003 г. Модель называлась Samsung Х10. Новое поколение портативных компьютеров, которое Samsung представляет на нашем рынке сегодня, – это системы на платформе Intel Sonoma, использующие самые передовые технологии: мобильные процессоры Intel с частотой системной шины 533 мГц, наборы логики Intel семейства i915, схемы памяти стандарта DDRII, работающие на частотах 400 и 533 мГц, а также новейшие беспроводные сетевые адаптеры, использующие протоколы IEEE 802.11b и IEEE 802.11g.
   Текст 3
Еще светло перед окном,
В разрывы облак солнце блещет,
И воробей своим крылом,
В песке купаяся, трепещет.

А уж от неба до земли,
Качаясь, движется завеса,
И будто в золотой пыли
Стоит за ней опушка леса.

Две капли брызнули в стекло,
От лип душистым медом тянет,
И что-то к саду подошло,
По свежим листьям барабанит. [5]

   Текст 4
   А мне от усех енто слышать бр-р-р. И не ханжа вроде бы. Может чет неправильного во мне? Танюшк, ушки закрывай:)). Прям как в анекдоте Зайчиха сыночку говорит «Закрой ушки, сейчас дядя-охотник выстрелит, промахнется и та-а-а-а-к материться начнет!»
Из форума в Интернете
Темы для рефератов
   1. Действие конструктивно-стилевого вектора в книжных неспециальных текстах.
   2. Влияние профессиональной компетентности собеседников на язык книжных специальных текстов.
   3. Реализация эстетической функции в современных художественных текстах.
Литература
   Костомаров В.Г. Наш язык в действии: очерки современной русской стилистики. М., 2005.

2.3. Речь как показатель социального статуса говорящего

   Из этого раздела вы узнаете о коммуникативно значимых элементах речи, роли вербальных и невербальных способов коммуникации в общении, социальной индикации речи и влиянии образования на качество речи, некоторых особенностях женской и мужской речи и функциях молодежного жаргона, месте билингвизма в современном мире, а также об уровнях владения языком.
   Вы научитесь обращать внимание на социально значимые характеристики речи, понимать причины использования жаргона и других сниженных языковых элементов в речи ваших собеседников, а также планировать развитие собственной речевой культуры в соответствии с планируемым для себя социальным статусом.
   Речь предоставляет окружающим значительную информацию о говорящем, его социальном статусе, уровне образования, психологическом типе и др. Не случайно эксперты-криминалисты способны определить по записи голоса социально-биографические характеристики («облик») и исполнителя, и автора текста.
   Коммуникативно значимым является прежде всего такой элемент речи, как молчание. Первым показателем статуса выступают две основные функции молчания: молчание для говорения и молчание вместо говорения. Молчание для говорения вытекает из природы диалога, чередования речи и слушания. Человек, желающий доминировать (в европейской и североамериканской традиции), чаще перебивает собеседника, т. е. стремится все время быть говорящим. Молчание становится знаком нижестоящего.
   Молчание вместо говорения многозначно, оно обозначает согласие с репликой, нежелание говорить, нерешительность, соблюдение принципа вежливости и др. Нежелание говорить может быть показателем нежелания контактировать с представителем более низкой статусной группы. В таком случае молчание становится знаком вышестоящего.
   Второй характеристикой статуса являются невербальные (неязыковые) способы коммуникации. Любопытное исследование невербальных способов выражения статусных отношений было выполнено группой американских психологов, которые предложили информантам (участникам опроса) видеозаписи трех текстов, прочитанных профессиональными дикторами. Первый текст был адресован «от вышестоящего к нижестоящему», второй – «от равного к равному» и третий – «от нижестоящего к вышестоящему». При этом дикторы использовали невербальные средства, усиливающие либо ослабляющие заданные статусные установки.
   Исследователей интересовала реакция информантов в ситуации конфликта вербального и невербального стимулов, например, на текст от «вышестоящего к нижестоящему», прочитанный с заискивающей интонацией, и т. д. Оказалось, что при определении статусной позиции диктора невербальные стимулы во всех случаях воспринимались как основополагающие. Такое восприятие обусловлено следующими причинами: 1) способы выражения статыусных отношений в определенной степени являются врожденными, прослеживаются у животных, не связаны с обучением и универсальны; 2) речь используется в большей мере для передачи информации, человеческие взаимоотношения труднее обсуждать, чем проблемы другой тематики; 3) вербальный и невербальный каналы коммуникации используются одно-временно, но при этом за невербальным каналом закреплена функция регулирования межличностных отношений участников общения; в случае вербализации этой функции происходит накладка двух способов регулирования межличностных отношений; 4) преимущество невербального регулирования межличностных (в том числе статусных) отношений состоит в том, что люди могут так или иначе скрывать свое отношение друг к другу.
   В активно разрабатываемой в настоящее время лингво-психотерапии исследователи изучают высказывания, в которых происходит рассогласование между вербальной и невербальной информацией, например, порицание произносится в дружеском тоне, уверение в добрых чувствах – во враждебном или равнодушном. Подобное рассогласование в общении с детьми является частой причиной детских неврозов, раздражающе действует оно и на взрослых.
   Социальная индикация речи прослеживается и в языковой сфере: в фонетике, лексике и грамматике. Она может быть выражена интонационно: чем выше статусная позиция участников общения, тем более вероятно, что участники общения будут поддерживать изысканно вежливую беседу, не спеша, с ровной интонацией, модулируя голос. Интонационные особенности речи служат исходным моментом в определении статуса человека, голос которого записан на магнитофонную ленту. Слушатели выносят заключение о вероятном социальном статусе говорящего, прослушав запись его речи всего лишь в течение 10–15 секунд.
   Так, группе американских студентов было предложено рассказать без подготовки известную всем сказку с записью на магнитофонную ленту. Эксперты, прослушав запись, смогли определить социальный статус рассказчиков с точностью до 85 %. Затем тех же студентов попросили постараться и рассказать ту же сказку так, чтобы у слушателей возникло впечатление о принадлежности рассказчиков к высшему слою общества. На этот раз эксперты определили социальный статус студентов с точностью до 65 %. Таким образом, особенности произношения, свидетельствующие о статусе говорящего, обычно не контролируются им.
   Аналогичная ситуация отмечена российскими социологами. По данным недавнего опроса, свыше 70 % жителей различных российских городов готовы определить по речи собеседника его принадлежность к той или иной социальной группе. При этом только около 30 % получают удовольствие от той речи, которую слышат.
   Произношение не должно быть безграмотным, с одной стороны, и претенциозным – с другой. Но если безграмотное произношение по природе своей является неконтролируемым проявлением социального статуса, то произношение претенциозное представляет собой попытку намеренного соблюдения литературных норм. Однако эти нормы говорящий трактует гиперкорректно, «сверхправильно», поскольку люди, стремящиеся выглядеть по социальному статусу выше, чем на самом деле, упрощают ситуацию, игнорируют случаи языковых исключений. Так, человек, привыкший к русскому просторечию, слышит, что правильно надо говорить не «фост», а «хвост» – и в следующий раз, поправив себя там, где не надо, вместо «финики» скажет «хвиники». Примерами безграмотного произношения являются траНвай, бутик, претенциозного – дискотЭ-ка вместо дискотЕка, бОкал вместо бАкал.
   Сигналами социального статуса человека в речи и общении могут быть богатство словаря, использование жаргона, умение грамматически правильно построить предложение, точность обозначения явления или предмета, скорость речи, паузы, выразительность интонации, умение поддерживать и регулировать дистанцию в общении и др.
   Возникает вопрос: почему жаргоны малопрестижных социальных групп все же сохраняются? Дело в том, что жаргон служит символом групповой принадлежности. Люди, которые относятся к низшим слоям общества, чувствуют необходимость взаимной поддержки и стремятся обозначить свою выделенность, непохожесть на других в речи и поведении. Существование жаргонов связано и с психологическими особенностями разных полов. Независимо от социального статуса мужчины в большей мере склонны к использованию сниженной лексики (как и к другим отклонениям от общепринятого стандарта жизни, в поиске нового реализуется их биологическая роль), женщины же стремятся к поддержанию стандарта. Сниженная речь среди подростков и в мужских коллективах (например, в армии) начинает выступать в качестве показателя мужественности, она становится престижной, т. е. вступает в силу «гиперкоррекция наоборот»: старательно избегаются любые показатели претенциозности и изнеженности.
   Кроме того, свободное владение сниженной лексикой ошибочно ассоциируется у малообразованных людей с речью мужчин, занимающих в обществе ведущее положение (руководитель предприятия, армейский офицер, глава семьи и др.) и в силу этого как бы имеющих право преступать общественные нормы поведения. Не случайно феминистки, приобретая равный с мужчинами статус, овладевают и навыками использования сниженной лексики (иногда – только ими).
   Свои характеристики имеет не только «сильный» язык, но и «слабый». Индексами подчиненного положения выступают следующие характеристики «слабого» языка: сверхвежливые формы (Н.И. Формановская приводит слова одного из героев В. Тендрякова: «Очень извиняюсь… Разрешите спросить… Если вас не затруднит. Здесь есть такая картинная галерея. Третьяковская называется… Как мне до нее пройти… Очень извиняюсь…» (можно было бы добавить: «Сами мы не местные, прощеньица просим…»)); «пустые» прилагательные, например прекрасный, клевый; гиперкорректные грамматика и произношение, недостаточное проявление чувства юмора, в частности неумение пошутить, избыточное прямое цитирование, вопросительная интонация в утвердительных предложениях и др.
   «Слабый» язык не тождественен женскому языку, но многие его характеристики свойственны женскому стилю поведения в традиционном европейском обществе. Однако определенные различия в речевом поведении мужчин и женщин все же существуют. Установлено, что женщины в большей мере проявляют тенденцию задавать вопросы, поддерживать диалог, выражая солидарность и соглашаясь с собеседником, часто стимулируют беседу минимальными ответами в виде междометий, если же их прерывают или не поддерживают в беседе, то они выбирают стратегию «молчаливого протеста». Мужчины часто перебивают собеседников, не всегда расположены соглашаться с высказываниями своих партнеров, игнорируют комментарии других участников беседы или реагируют на них без энтузиазма, более жестко контролируют тему разговора, включая как ее развитие, так и переключение, склонны к прямому выражению мнения и сообщению о факте.
   Корни различия в поведении женщин и мужчин состоят в базисных ориентирах общения девочек и мальчиков. Общаясь между собой, девочки учатся создавать и поддерживать отношения близости и равенства, критиковать других в приемлемой форме, аккуратно интерпретировать речь других девочек. Мальчики же учатся утверждать в общении позицию доминирования, привлекать к себе и поддерживать внимание аудитории, заявлять о себе, когда слово принадлежит другим; они более склонны к авторитарной манере речи. Такой манере присущи категорические указания без права свободы выбора со стороны адресата, постоянная положительная самооценка, включая хвастовство, отрицательная оценка партнера, его деятельности и компетенции, унижения, оскорбления, угрозы, ирония и издевка в адрес собеседника. Авторитарная манера речи свойственна, в частности, некоторым группам подростков и преступным бандам, т. е. представителям тех примитивных сообществ, которые организованы по принципу главенства физической силы.
   Несомненным индексом социального статуса является молодежный жаргон. Каждому возрасту в рамках поколения свойственна специфическая разновидность речи. Переходя рубеж молодости, люди усваивают определенный жизненный стиль, связанный с образованием и профессией. Для людей средних лет их возраст – не единственный и не главный отличительный признак. Можно сказать, что средний возраст в языковом отношении не имеет ярких особенностей. Но для молодежи и ее культуры признак возраста является основным и определяет такие характеристики молодежного жаргона, как преимущественное обозначение межличностных отношений, обозначение действий, затрагивающих интересы группы, и поступков, связанных с какой-либо чертой характера, обилие уничижительных слов и др.
   Разные типы речевой компетенции соотносятся со статусными индексами человека в том или ином сообществе. Упрощенная речь обычно бывает обращена к маргинальным носителям языка – детям, иностранцам, больным. Поэтому в случае несоответствия статуса адресата с возрастным индексом получателя речи у адресата возникает вопрос: «За кого вы меня принимаете?» Невнятная речь подростков (о которой родители говорят «бубнит себе под нос») является, по-видимому, одной из форм такого психологического протеста против обращения к ним как к детям.
   В лингвистической литературе описаны контрастные речемыслительные особенности образованных и необразованных (менее образованных) людей, проявляющиеся: а) в одномерности либо многомерности видения событий; б) учете словарного запаса адресата; в) использовании классификаций; г) оформлении речи. Так, американские исследователи взяли 340 интервью у людей, переживших ураган в одном из штатов США. При этом у отнесенных к нижнему слою (образование – начальная школа) и к верхнему слою (образование – колледж) обнаружились более важные различия в речи, чем степень грамотности или богатство словаря. Оказалось, что недостаточно образованные люди в состоянии описать событие только с собственной точки зрения, а образованные, рассказывая о чем-либо, могут взглянуть на событие глазами других людей, охарактеризовать явление с точки зрения общества или какой-либо организации. Необразованным людям свойственно фрагментарное описание событий, они как бы исходят из посылки о полном совпадении своей системы образов, знаний с системой образов и знаний адресата. Они часто используют выражения и все такое, и тому подобное, выступающие в качестве заменителя детализации и абстракции. Образованные люди объясняют содержание события, дают вводную информацию, приводят иллюстрации, определяют участников, время и место, используют классификации событий. Необразованные люди не мыслят в терминах классификаций и абстрактных категорий. Различие прослеживается и в организации речи: события, действия, образы, люди и места перечисляются необразованными информантами в последовательном порядке, с минимальной вариативностью союзов. Однако часто такие люди не могут описать события по порядку без вспомогательных вопросов.
   Образовательный ценз значительно влияет и на соответствующий ситуации выбор речевого жанра. Речевой жанр повествования, включающий ориентацию (определение времени, места, действующих лиц), развитие событий, оценку, подведение итога, полностью реализуется, по данным социолингвиста Р. Водак, только в речи представителей среднего класса. Для нижней части среднего класса (клерков, некоторых слоев рабочих) характерна замена повествования набором обстоятельств, представляющих собой нечто вроде описания симптомов болезни. Для рабочих в целом свойственно изложение в виде сцен, т. е. типичных событий без ориентации и оценок, обобщений и наблюдений. Иначе говоря, недостаточное образование выражается в том, что говорящий не может выйти из мысленного круга «своих», близких людей, не в состоянии расширить дистанцию общения и остается в рамках разговорного типа общения.
   Образовательный индекс характеризуется и степенью точности обозначения действительности. Речь идет о владении определенными терминосистемами. Большая часть терминов (впрочем, не только терминов) остается за рамками языковой компетенции среднего носителя языка. Такие слова (и понятия, ими выражаемые) являются индексами принадлежности говорящего к кругу образованных людей. Образованный человек, опираясь на контекст и ситуацию, может с некоторой вероятностью определить не значение, но тематическую отнесенность незнакомого слова. Кроме того, пассивный словарь образованного человека значительно превосходит соответствующий вокабуляр человека, недостаточно образованного. Дело даже не в том, что необразованный человек не понимает определенных слов, а в том, что определенные сферы бытия для него просто закрыты.
   Было бы неверным, однако, оценивать речь представителей разных социальных слоев по нормам одного – наиболее образованного – слоя. Люди, производственная деятельность и стиль жизни которых не связаны со словом и словесными нюансами, общаются и прекрасно понимают друг друга, не прибегая к развернутой, литературно оформленной речи. Умение формулировать идеи, детализировать и обобщать их вырабатывается c помощью специальной подготовки. Поэтому повторим, что речь может быть оценена по различным критериям, из которых ведущим мы признаем уместность, соответствие речи речевой ситуации – вслед за Цицероном, который писал: «В самом деле, самое трудное в речи, как и в жизни, это понять, что и в каком случае уместно… Ведь не всякое положение, не всякий сан, не всякий авторитет и подавно не всякое место, время и публика допускают держаться одного для всех случаев рода мыслей и выражений. Нет, всегда и во всякой части речи, как и в жизни, следует соблюдать уместность по отношению к предмету, о котором идет речь, и к лицам как говорящего, так и слушающих».
   Социальный статус человека обнаруживается также в степени владения разными языками. Почти половина населения земли является билингвами, т. е. пользуется более чем одним языком. Степень владения как одним, так и другим языками влияет на возможность получить образование и престижную работу и в определенной степени определяет самооценку человека. Ярким примером функционального билингвизма может служить распределение языков в Пакистане. Средний образованный человек в Хайдарабаде (Индия) пользуется языком телугу дома, санскритом – в храме, английским – в университете, урду – на производстве или в офисе. При этом он обычно знает диалекты телугу, каннада или тамильского языка, необходимые для общения с обслуживающим персоналом. Жители русских школ СНГ и Балтии изучают государственный язык, русский язык и «традиционные» иностранные языки. В национальных республиках Российской Федерации помимо родного языка используют государственный язык республики (который может не совпадать с родным, как, например, для башкир в Татарстане) и государственный язык России – русский. Проблема билингвизма приобретает все большую значимость в связи с усилившимися в нашей стране, как и во всем мире, миграционными процессами.
   Билингвизм, распространенный в обществе, т. е. параллельное владение несколькими языками, приводит к распределению по сферам общения не просто функциональных стилей, но и языков. Родным языком люди пользуются дома не только потому, что общенациональным языком владеют хуже. Родной язык является своего рода пограничной полосой между своими и чужими, живущими совместно.
   Владение языком – один из показателей социального статуса человека наряду с профессией, образованием, богатством, стилем жизни. Проблема социального статуса человека органически связана с проблемой языковой личности и проблемой уровней языковой компетенции, о которых шла речь в главе 1 (раздел 1.1) учебника. Языковед Г.И. Богин выделяет пять уровней владения языком:
   1) уровень правильности, т. е. соответствие речевой норме (например, фраза «Я буду прыгнуть сейчас» является показателем того, что русский язык является для говорящего неродным);
   2) уровень интериоризации, т. е. наличие либо отсутствие внутреннего плана речевого поступка (например: «Мы… это… по линии озеленения… с городом Кустанай… с Кустанаем». Подобные фразы свидетельствуют либо о неумении говорить на данном языке, либо о той или иной форме речевой патологии, либо об экстремальных обстоятельствах общения);
   3) уровень насыщенности, т. е. показатель бедности или богатства речи (например, простые нераспространенные предложения из школьного сочинения: «В этом городе был завод. На заводе работали рабочие. Рабочие не любили завод. Работу они тоже не любили»; в таких случаях экзаменаторы говорят о примитивном синтаксисе, отсутствии выраженной связи между предложениями и т. п.);
   4) уровень адекватного выбора, владение синонимикой (например: «Он ударил меня по лицу, и я ему тоже съездил по физиономии»);
   5) уровень адекватного синтеза, соблюдение тональности общения (задушевной, деловой, ироничной и т. п.).
   Коммуникативная компетенция на высшем уровне проявляется в развитии речи как искусства. Направления развития речи как искусства реализуются как в высоком церемониальном или художественном стиле, так и в сниженной языковой игре. Языковая игра, как отмечает один из ведущих специалистов по современной разговорной русской речи Е.А. Земская, является непременным спутником разговорной речи. Она выражается в рифмовках (нейлон какой-то дуралон), фонетических деформациях (сыпасибо, мурмелад), нарочито искаженной грамматике (мой подруг, я пошел – в речи женщины), приеме речевой маски (подражание речи ребенка, иностранца, бюрократа и т. д.); [6] использовании метафоры и метонимии, иронии, перифрастики, сравнения и др. В лингвистической литературе отмечено, что чем ниже образовательный уровень людей, тем более важно для них соблюдать правила языковых игр: моментально подавать реплики, обмениваться шутливыми оскорблениями, вышучивать партнера, вести словесную дуэль и хвастаться, а также уметь рассказывать истории, сочинять песни, рифмовать. Такие языковые игры весьма распространены в сообществах мальчишек и согласуются со способами агрессивного самоутверждения.
   Соблюдение статусной дистанции достигается также путем использования специальной речи – профессионального языка (технолекта) и жаргона. Технолекты и жаргоны выполняют специальную социальную функцию, которая реализуется в двух проявлениях:
   1) человек, говорящий на специальном языке, стремится доказать, что он является членом определенной группы и тем самым рассчитывает на групповую солидарность и заявляет о свое праве на долю группового престижа;
   2) носитель технолекта или жаргона подчеркивает свой особый статус по отношению к тем, кто не является членами данной группы.
   Задача профессиональной речи – не только обеспечить точное и емкое обозначение предметного мира соответствующей профессии, но и отстранить профанов, которые своими поверхностными суждениями наносят вред профессионалам, подрывая престиж профессии. Не случайно врачи (профессиональная группа с традиционно высоким статусом) раньше должны были не только писать рецепты по-латыни, но и общаться на этом языке. Разумеется, использование латыни диктовалось не только соблюдением статусной дистанции, но и требованиями медицинской этики.
   Существуют определенные способы демонстрации своей принадлежности к престижной группе знатоков и профессионалов: использование специальных слов (терминов и жаргонизмов), нестандартные употребления слов (например, «инструмент» вместо «фортепиано»), аллюзии (в частности, ссылки на авторитеты) и др.
   Проблема языковой индикации социального статуса человека тесно связана с вопросом языкового дефицита. Ученые выделяют развернутый и ограниченный коды общения как обобщенные типы речевых стратегий. Ограниченный код используется дома, в бытовом общении, с друзьями, развернутый – в официальном общении, беседе на отвлеченные темы, в учебном заведении, учреждении. Развернутый код соответствует социальной и публичной дистанции общения, ограниченный – интимной и персональной дистанции. Ограниченный код связан с тенденцией к растворению индивидуальности говорящего в группе, к групповой солидарности, свойственной в первую очередь малообразованным слоям населения. Развернутый код ассоциируется с выделением личности, тенденцией к индивидуализации говорящего. Люди с более высоким социальным статусом и/или с развитой речью владеют обоими кодами и легко переключаются с одного кода на другой.
   Но проблема переключения кода имеет и другой аспект. Дело не только в способности ребенка усвоить и использовать развернутый код в официальной ситуации. В классе многие учащиеся из малообразованных семей попадают в затруднительное положение: если отвечать на уроке, используя «домашний язык», то навлечешь на себя порицание учителя, если же использовать «школьный язык», то вызовешь насмешки товарищей по классу. Выход из сложившейся ситуации – говорить как можно меньше. Отсюда складывается впечатление о речи ученика как о невнятной, скомканной, синтаксически бедной. Положение ухудшается в случае критики со стороны учителя, учительской насмешки (вербальной и невербальной), резкого исправления речи ученика.
   В заключение подчеркнем, что высокая культура речи предполагает владение и развернутым, и ограниченным кодом. Личностное, персональное общение имеет свои закономерности, в нем развернутый код, как правило, неуместен, поэтому сводить все типы общения к социальному и публичному было бы неправомерным упрощением.

Практикум

Тест
   1. Показателем социального статуса человека, с точки зрения особенностей его речи, не является:
   а) использование жаргона;
   б) интонация;
   в) произношение;
   г) наличие дефектов речи.

   2. Билингвизм – это:
   а) речевая патология;
   б) молчание вместо говорения;
   в) владение двумя языками;
   г) языковая игра.

   3. Отличительной чертой женского речевого поведения, в отличие от мужского, является:
   а) частое прерывание собеседника;
   б) жесткий контроль темы разговора;
   в) выражение солидарности с собеседником;
   г) прямое выражение мнения.
Вопросы для самоконтроля
   1. Можно ли определить по особенностям речи человека его социальный статус?
   2. Каким образом образовательный индекс влияет на уровень культуры речи человека?
   3. Сколько уровней языковой компетенции выделяют специалисты? Назовите и охарактеризуйте эти уровни.
   4. Что такое языковая игра?
   5. Где используется ограниченный код общения, а где – развернутый?
Задания для самостоятельной работы
   Задание 1. Дайте характеристику говорящим на основе следующих текстов:

   Текст 1
   – А кем вы работаете? – спрашиваю.
   – Сисадмином и программером, – отвечает он.
   – Понятно, – говорю я, ничего не понимая. – А что такое – сисадмин?
   – Сижу в конторе на сетке. Сетка, правда, барахло – коаксиал. Но они там все жмутся на витую пару. А у нас представляешь – двадцать пять компов! Вот как тут работать на последовательном соединении? Как уборщица шваброй где-нибудь по кабелю шваркнет, так и приходится, как пчелке кокосовой, по всему офису лазить.
   – Да, уж! Во дела! – соглашаюсь я. – А на сетке сидеть удобно? Может просто кресло какое-нибудь поставить?
   – Да ты не въезжаешь, – сердится Сергей. – Я же администрированием занимаюсь. Разделение доступа, то да се. Секьюрити там всякие.
   – Так ты в секьюрити администратором работаешь! – наконец догадалась я.
   – Нет, ну как с тобой разговаривать? – вконец обозлился Сергей. – Я же сразу сказал, что работаю сисадмином. Это системный администратор! Поняла?
   – Поняла, поняла, ты не волнуйся, – торопливо ответила я. – В каждой фирме есть своя система работы. Ты в этой системе работаешь администратором. Правильно?
   – Ну, типа того, – махнув рукой, согласился Сергей.
   Я, чтобы разрядить обстановку, пригласила его потанцевать. Тот сначала долго не соглашался, заявляя, что в последний раз танцевал еще до изобретения компьютеров, но потом все-таки уломался. Во время танца он непрерывно говорил, но я понимала максимум одно слово из двадцати. Несколько раз прозвучало слово «карта», из чего я заключила, что парень не дурак поразвлечься. Один раз он употребил слово «порт», из которого можно было понять, что его профессия как-то связана с морем. Термин «кабель» указывал на то, что он имеет отношение к электричеству. Короче, такой загадочный парень оказался – это что-то.
   Под конец танца он настолько раздухарился, что долго изображал на столе с помощью бутылок, банок и столовых приборов какую-то странную структуру, которую назвал «Схемой маршрутизации почты в нашей сетке». Из чего я поняла, что он также имеет какое-то отношение к почтовому отделению. Видимо, по утрам подрабатывал разноской почты. [7]
   Текст 2
   – А почему Вы выбрали нашу компанию?
   – Мне привлекла возможность профессионального роста, у вас я мог бы приобрести полезный опыт.
   – Получали ли Вы уже другие предложения работы?
   – Да, но работа в вашей компании интересует меня, честно говоря, больше.
   – Не помешает ли Ваша личная жизнь работе у нас? Работа на этой должности связана с разъездами и ненормированным рабочим днем.
   – Думаю, нет. Моя семья привыкла к моему образу жизни.
   – Каковы Ваши сильные стороны?
   – Я умею быстро принимать решения – может быть, поэтому я уже десять лет вожу машину без единой аварии.
   – А каковы Ваши слабые стороны?
   – Иногда люди принимают мою решительность за нетерпение. Впрочем, я теперь всегда слежу за своей манерой выражать мысли.
   – Почему Вы хотите получить именно эту работу? Почему нам стоит Вас нанять?
   – Ваша компания очень динамично развивается, судя по прессе, Вы намереваетесь серьезно осваивать регионы. Я полагаю, что в этих условиях у вас можно сделать карьеру. С другой стороны, мой опыт работы был бы вам полезен.
   – Почему Вы решили переменить место работы?
   – Не вижу возможностей профессионального роста на старом месте. Мне кажется, я мог бы сделать больше.
   – Как Вы представляете свое положение через пять (десять) лет?
   – Я хотел бы работать в этой же организации, но на более ответственной работе.
   – А каким, по вашему мнению, должен быть Ваш начальник?
   – Компетентный, сильный лидер, у которого я мог бы учиться. [8]
Темы для рефератов
   1. Особенности профессиональной речи представителей моей будущей профессии.
   2. Языковая игра в СМИ (на примере молодежных изданий, качественной прессы и др.).
   

notes

Примечания

1

   См.: Общеевропейские компетенции владения иностранным языком: изучение, обучение, оценка. М. – Страсбург, 2003.

2

   Из Интернета: webmail.haifa.ac.il

3

   Картинка для рабочего стола компьютера. – Авт.

4

   отключения телевизора. – Авт.

5

   Афанасий Фет. Весенний дождь

6

   Но это может быть и стилевым контрастом, примерами которого изобилует творчество Л. Петрушевской: «Однажды суслик Силантий и тушкан Жора отправились на историческую родину, в зоомагазин, переименовавшись для этого в Джорджа и, соответственно, в Билла». – Авт.

7

   А. Экслер. Записки невесты программиста (фрагмент)

8

   Как пройти интервью (фрагменты) (по материалам http://www.ancor.ru/ candidate/helpful/interview/faq/)
Купить и читать книгу за 99 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать