Назад

Купить и читать книгу за 65 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Основы литературоведения. Анализ художественного произведения: учебное пособие

   В пособии рассмотрены родовые и жанровые особенности, а также стилеобразуюшие признаки литературных произведений. Даны периодизация литературного процесса, характеристика литературных направлений. Все материалы пособия связаны с анализом прозаических и поэтических произведений в соответствии со школьной программой. Издание включает образцы анализа произведений, проверочные вопросы, словарь литературоведческих понятий.
   Для школьников старших классов, учителей-словесников, абитуриентов и студентов-филологов.


Асия Яновна Эсалнек Основы литературоведения. Анализ художественного произведения

Введение

   Литература является одним из видов искусств наряду с живописью, скульптурой, музыкой и т. п. При этом место литературы в ряду других видов искусств особенно значимо, в частности потому, что она существует не только в виде рассказов, повестей, романов, поэм, стихотворений, пьес, предназначенных для чтения, но и составляет основу театральных представлений, киносценариев, телевизионных фильмов.
   Из литературных произведений можно узнать много нового и интересного о жизни людей в современную и предшествующие эпохи. Поэтому потребность в чтении у многих возникает очень рано и продолжается всю жизнь. Конечно, воспринимать художественные произведения можно по-разному. В одних случаях, знакомясь с чужими судьбами, воспроизведенными писателем, читатели активно переживают происходящее, но не стремятся понять и тем более объяснить себе, почему у них возникают те или иные эмоции, а кроме того, воспринимают героев как живых людей, а не как результат художественного вымысла. В других случаях ощущается потребность осознать, в чем источник эмоций и эстетического воздействия того или иного произведения. В школьном возрасте, когда формируются основные нравственные принципы и закладывается умение думать, размышлять, разбираться в изучаемом предмете – будь то литература, физика, биология – вдумчивое отношение к прочитанному особенно важно.
   Понятие «литература» в школьной практике означает одновременно и сам предмет, и способ его изучения. В данной работе под термином литература понимается только сам предмет, то есть совокупность произведений словесного искусства, подлежащих чтению и изучению. Научная дисциплина, помогающая их понимание и предлагающая способы их постижения, называется литературоведением.
   Художественная литература в целом – это очень широкое понятие, включающее произведения, написанные в разное время и на разных языках: русском, английском, французском, китайском и т. д. Многие древние языки известны благодаря сохранившимся памятникам словесного искусства, хотя и не всегда высокохудожественным. Постичь и знать всю мировую литературу не под силу ни одному ученому. Поэтому изучение литературы в школе начинается с изучения родной литературы, в нашем случае – русской, очень часто во взаимоотношении с другими национальными литературами.
   Русская литература начала развиваться в X в. Значит, она существует более десяти столетий. За это время она пережила разные этапы, первый из которых, самый длительный по времени (X–XVII века), называют древнерусской литературой, затем выделяется литература XVIII в., после чего, естественно, следует XIX век, чья литература особенно богата, многообразна и доступна восприятию любого читателя. Поэтому серьезное ознакомление с русской литературой в старших классах начинается с чтения стихов В Л. Жуковского, пьесы А.С. Грибоедова, а затем различных произведений нашего гениального поэта А.С. Пушкина.
   Из сказанного следует, что существование русской литературы представляет собой литературный процесс, развивающийся с X века по настоящее время. В этом процессе участвуют писатели, которые творят художественные произведения, и читатели, которые их «потребляют». Школьной программой предлагаются произведения, которые называют классическими в силу того, что они высокохудожественны и, как правило, доставляют читателям эстетическое удовольствие. Поскольку обязанность школьников состоит в том, чтобы учиться, постигать смысл того, что учишь, то изучение литературы, так же, как и физики, например, предполагает знание некоторых научных подходов и положений, используемых в постижении художественных произведений.
   В данном пособии не ставится задача еще раз представить те или иные факты из истории русской литературы в их связи между собой (для этого существуют специальные учебники), здесь объясняются и демонстрируются принципы и подходы к изучению отдельных произведений, излагается система понятий, которые полезны и необходимы при анализе художественного произведения, что помогает в подготовке к сочинению и устному экзамену по литературе. Вводимые понятия разъясняются с привлечением конкретного литературного материала, причем примеры, иллюстрирующие тезисы и положения, берутся в подавляющем большинстве случаев из программных произведений, поэтому они разворачиваются в той степени, в какой это необходимо для уяснения того или иного положения.

Пути анализа художественного произведения

   Какой путь наиболее продуктивен в рассмотрении художественного произведения и усвоении принципов его анализа? При выборе методики такого рассмотрения первое, что надо иметь в виду: в необъятном мире литературных произведений выделяют три типа – эпические, драматические и лирические. Эти типы литературных произведений называются родами литературы.
   В литературоведении выдвинуто несколько версий происхождения родов литературы. Две из них представляются наиболее убедительными. Одна версия принадлежит русскому ученому А.Н. Веселовскому (1838–1906), считавшему, что эпос, лирика и драма имели один общий источник – фольклорную обрядовую хореическую песню[1]. Ее примером могли бы служить русские ритуальные песни, которые использовались в календарных и свадебных обрядах, хороводах и т. д. и исполнялись хором.
   Как считают современные исследователи, «хор являлся активным участником обрядов, он выступал как бы в роли режиссера… Хор обращался к кому-либо из участников обряда, и в результате такого обращения создавалась драматическая ситуация: велся живой диалог между хором и другими участниками обряда, производились необходимые обрядовые действия»[2]. В обрядах соединялись песня или речитатив певца (запевалы, корифея) и хор в целом, который какими-то мимическими действиями или лирическим припевом вступал в диалог с певцом. По мере выделения из хора партии певца появлялась возможность повествовать о событиях или героях, что привело постепенно к формированию эпоса; из припевов хора столь же постепенно выросла лирика; а моменты диалога и действия превратились со временем в драматическое представление.
   Согласно другой версии» допускается возможность происхождения эпоса и лирики независимым путем, без участия в этом процессе хореических песен[3]. Доказательством тому могут служить прозаические сказки о животных или простейшие трудовые песни, обнаруженные учеными и не связанные с обрядовыми песнями.
   Но как бы ни объяснялось происхождение эпоса, лирики и драмы, известны они с очень давних времен. Уже в Древней Греции, а затем во всех европейских странах мы встречаем произведения и эпического, и драматического, и лирического типов, которые уже тогда имели много разновидностей и дожили до нашего времени. Причина тяготения произведений к тому или иному роду литературы заключается в потребности выразить разный тип содержания, который предопределяет разный способ выражения. Начнем разговор с размышлений о первых двух типах произведений, то есть эпическом и драматическом.

I

Эпическое и драматическое произведения

   Из этого параграфа читатель узнает, в чем специфика эпического и драматического произведений, познакомится с понятиями, используемыми при анализе таких произведений: действующее лицо, герой, персонаж, внесценический персонаж, повествователь, характер, тип, типизация.

   В эпическом и драматическом произведениях читатель или зритель встречается с действующими лицами, которых называют также героями, или персонажами. В рассказе их может быть всего несколько (например, у Л.Н. Толстого в рассказе «После бала» четыре персонажа, а в романе «Война и мир» около 600 действующих лиц). Персонажами называют лиц, принимающих участие в действии, пусть даже эпизодически. Существуют еще и так называемые внесценические персонажи, которые лишь упоминаются в высказываниях героев или повествователя. К числу таких персонажей относятся упоминаемые героями пьесы A-С. Грибоедова «Горе от ума» княгиня Марья Алексевна, Прасковья Федоровна, Кузьма Петрович, Максим Петрович. От персонажа, или героя, отличают повествователя, который одновременно может быть действующим лицом, главным или второстепенным, и тем самым участником действия. В такой роли выступает Петр Андреевич Гринев в повести А.С. Пушкина «Капитанская дочка» или Григорий Александрович Печорин в той части романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени», где приводится его дневник. В иных случаях рассказчик не является персонажем и не принимает участия в действии, как, например, в романах И.С. Тургенева «Отцы и дети», Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание», Л.Н. Толстого «Война и мир» и многих других. В этих случаях рассказчик, судя по всему, очень близок к писателю, но не идентичен ему и не может быть отождествлен с биографическим автором. Иногда рассказчик сообщает, что он знаком с героями и как-то причастен к их судьбе, но его главная миссия заключается в повествовании о произошедших событиях и обстоятельствах. Такой вариант мы встречаем в повести А.П. Чехова «Человек в футляре», где учитель Буркин рассказывает историю женитьбы другого учителя, Беликова, и тем самым воссоздает атмосферу провинциальной гимназии, в которой оба они преподавали.
   При чтении эпического произведения или восприятии сценического представления нельзя не заметить, что действующие лица, или персонажи, могут чем-то напоминать окружающих нас людей или же нас самих. Это происходит потому, что герои литературного произведения ассоциируются в нашем сознании с определенными характерами или типами. Поэтому постараемся понять, какой смысл и какое значение заключены в понятиях «характерное» и «типичное».
   Употребляя понятия характерное и характерность, мы, осознавая это или нет, обращаем внимание на наличие общего, повторяющегося и, следовательно, существенного в конкретном, индивидуальном, неповторимом. Понятие характерного мы применяем к оценке того или иного пейзажа, воспроизведенного художником или фотографом, если на их рисунках или снимках просматриваются определенного типа деревья и растения, свойственные разным уголкам данной местности. Например, многообразные пейзажи Левитана передают ландшафт Средней полосы России и этим характерны, а морские пейзажи Айвазовского – облик морской стихии в разных ее проявлениях и состояниях. Различные храмы и соборы, такие как храм Христа Спасителя, храм Василия Блаженного на Красной площади, Успенский собор в Кремле, при всем своеобразии каждого из них содержат в своей конструкции нечто общее, свойственное церковным сооружениям православного типа в отличие от католического или мусульманского. Таким образом, характерность имеет место тогда, когда в чем-то конкретном (пейзаж, собор, дом) видится общее.
   Что касается людей, то каждый человек неповторим и индивидуален. Но в его внешности, манере говорить, жестикулировать, двигаться, как правило, проявляется нечто общее, постоянное, присущее ему и обнаруживающееся в разных ситуациях. Такого рода особенности могут быть обусловлены природными данными, особым складом психики, но могут быть и приобретенными, выработанными под действием обстоятельств, общественного положения человека и, тем самым, социально значимыми. Они обнаруживаются не только в способе мыслить, судить об окружающих, но даже в манере говорить, идти, сидеть, смотреть. О некоторых людях мы можем сказать: не идет, а шествует, не говорит, а вещает, не сидит, а восседает. Подобного рода поступки, высказывания, жесты, позы и являются характерными.
   Понятия тип и типичность, по-видимому, очень близки по значению к понятиям «характер» и «характерность», но подчеркивают большую степень обобщенности, концентрированности и обнаженности того или иного качества в человеке или герое. Например, флегматичных, пассивных, безынициативных людей вокруг нас предостаточно, но в поведении таких, как Илья Ильич Обломов из романа И.А. Гончарова «Обломов», эти качества проступают с такой силой и обнаженностью, что о присущем ему укладе жизни и говорят как об обломовщине, придавая этому явлению обобщающий смысл.
   Выявление характерного, типичного, то есть общего через индивидуальное, при изображении героев составляет сущность самого искусства. Многие писатели достаточно ясно осознают это обстоятельство, поэтому в их высказываниях понятия «характер» и «тип» встречаются весьма часто. Обращением к этим понятиям они явно подчеркивают необходимость обобщения жизненных явлений в искусстве, «В жизни редко встречаешь чистые, беспримесные типы», – замечал И.С. Тургенев[4]. «Писатели большей частью стараются брать типы общества и представлять их образно и художественно – типы, чрезвычайно редко встречающиеся в действительности целиком», – как бы продолжает ту же мысль Ф.М. Достоевский, добавляя, – «в действительности типичность лиц как бы разбавлена водой…» А вместе с тем «вся глубина, все содержание художественного произведения заключается только в типах и характерах»[5]. А вот еще два суждения А.Н. Островского: «Художественная литература дает отдельные типы и характеры с их национальными особенностями, она рисует различные виды и классы общества… Художественные произведения своими правдивыми и сильно поставленными характерами дают правильные отвлечения и обобщения»[6].
   От слова «тип» образовано понятие типизация, означающее процесс создания такой картины мира или отдельных ее фрагментов, которая будет неповторимой и в то же время обобщенной. Признавая типизацию внутренней потребностью и законом искусства, и писатели, и исследователи утверждают, что типическое само по себе редко присутствует в жизни в том виде, в каком оно нужно искусству. Поэтому писателю требуются наблюдательность и способность к анализу и обобщениям. Но самое главное, что художник умеет не только наблюдать и обобщать, он способен творить новый мир, воссоздавать различные ситуации, в которых действуют герои со всеми их особенностями. В силу этого большинство героев – это вымышленные лица, созданные творческой фантазией художника. Будучи подобны реальным лицам, они с большей очевидностью демонстрируют общие и существенные тенденции в своем облике и поведении. Если же при создании того или иного героя писатель ориентируется на какое-то реальное лицо, то это лицо называют прототипом. Вспомним изображение исторических лиц, в частности Кутузова или Наполеона в «Войне и мире» Л.Н. Толстого.
   Всматриваясь в характеры персонажей и пытаясь разобраться в них, мы тем самым вступаем на путь анализа литературного произведения, т. е. в область литературоведения. Но это только первый шаг в исследовании. Продолжая и углубляя анализ, мы неминуемо придем к постановке вопроса о содержании и форме художественного произведения, их связи и соотношении.

Содержание эпического и драматического произведений

   В этом параграфе обосновываются и разъясняются понятия: содержание, тематика, проблематика, идея, противоречие, конфликт, эмоциональное отношение к действительности и его виды – драматическое, трагическое, героическое, романтика, комическое, юмор, сатира, ирония, сарказм.
   Содержание и форма – это понятия, заимствованные из философии и используемые в литературоведении для обозначения двух сторон произведения: смысловой, содержательной, и формальной, изобразительной. Конечно, в реальном бытии произведения содержание и форма не существуют отдельно и независимо друг от друга, а составляют неразрывное единство. Это означает, что каждый элемент произведения являет собой двустороннюю сущность: будучи компонентом формы, он одновременно несет на себе смысловую нагрузку. Так, например, сообщение о неуклюжести Собакевича является одновременно и деталью его портрета, и свидетельством его умственной неповоротливости. В силу этого ученые предпочитают говорить не просто о содержании и форме как таковых, а о содержательности формы, или содержательной форме.
   Однако при исследовательском подходе к произведению практически невозможно одновременное рассмотрение того и другого. Отсюда вытекает необходимость логического разграничения и выделения в произведении двух уровней (или двух планов). – плана содержания и плана выражения. Продолжим наши рассуждения, обратившись к содержанию.
   Рассуждая о характерах персонажей, изображаемых в произведении, мы находимся в сфере содержания. Двумя важнейшими аспектами содержания являются тема и проблема, а точнее сказать, тематика и проблематика.
   Анализ тематики включает в себя рассмотрение времени действия, места действия, широты или узости изображенного жизненного материала, характерности самих героев и ситуаций, в которые они поставлены автором. В одних произведениях, например в повести «Ася», рассказах «Хорь и Калиныч», «Бирюк» И.С. Тургенева, действие ограничено во времени двумя-тремя неделями и даже днями и локализовано в пространстве встречей героев в деревне, в усадьбе, на курорте. В других, например в романе Л.Н. Толстого «Война и мир», само действие продолжается около пятнадцати лет, а место действия простирается достаточно широко: герои встречаются в самых разных местах – в Москве, Петербурге, в поместьях, на полях сражений, в заграничных походах. Кроме того, иногда действие затрагивает лично-семейную сферу, иногда оно шире, но во всех случаях изображаемые ситуации являются характерными и для отдельных людей, и для целых общественных кругов.
   Обратим внимание на те случаи, когда персонажами литературных произведений становятся не люди, а животные, рыбы, птицы или растения, которые действуют в фантастических ситуациях. Произведениями такого типа являются басни и сказки. По-видимому, тематикой и здесь следует считать характерные особенности жизни людей, воссозданные с помощью фантастических героев и ситуаций. В басне И.А. Крылова «Мартышка и очки» легко узнается некая особа, которая, приобретя что-то новое, в чем она не разбирается или что ей не нужно, готова от злости и глупости уничтожить свое приобретение, вместо того чтобы поинтересоваться или сообразить, как им пользоваться. В другой басне – «Осел и соловей» – угадывается жизненная ситуация, в которой участвуют талантливый человек (соловей) и глупец, который, послушав его пенис, не смог понять, в чем его прелесть, и посоветовал поучиться у того, кто петь-то вовсе не умеет, – у петуха.
   Проблематикой часто называют совокупность вопросов, поставленных в произведении. Используя такое понимание в качестве отправной точки, важно осознавать и учитывать, что обычно писатель не декларирует мысли и не формулирует вопросы, но воспроизводит жизнь исходя из своего понимания и видения, лишь намекая на то, что волнует его, путем привлечения внимания к тем или иным особенностям в характерах героев или целой среды.
   Что такое проблема применительно к текущей жизни? Проблема – это прежде всего то, на чем мы в тот или иной момент останавливаем и фиксируем свое внимание, так как наше сознание работает весьма избирательно. Например, когда мы идем по улице, то отмечаем далеко не все, а лишь некоторые факты, бросившиеся нам в глаза. Думая о родных и друзьях, мы вспоминаем и анализируем те их поступки, которые нас сейчас занимают. Легко предположить, что аналогичные операции имеют место и в сознании писателей.
   Размышляя о том, что сближает и разделяет такие личности, как Безухов и Болконский, в чем сходство и отличие жизненных укладов московского и петербургского дворянского общества, в чем привлекательность Наташи для Пьера и Андрея, в чем различие полководцев Кутузова, Наполеона и Барклая де Толли, Л.Н. Толстой тем самым заставляет и читателей думать над этими обстоятельствами, не отвлекаясь при этом от жизни конкретных героев. Слово «размышляя» следовало бы взять в кавычки, ибо Толстой про себя, вероятно, и размышляет, а в романе показывает, например, путем воспроизведения поступков и диалогов князя Андрея и Пьера, чем они близки и чем далеки друг от друга. Особенно подробно и тщательно он выписывает, то есть изображает атмосферу и быт, с одной стороны, петербургских салонов Анны Павловны Шерер и Элен Безуховой, с другой – московских балов и приемов в доме Ростовых, в Английском клубе, в результате чего складывается впечатление о несходстве и несовместимости московского и петербургского дворянских кругов. Изображая быт семьи Ростовых, писатель обращает внимание на простоту, естественность, доброжелательность отношений членов этой семьи друг к другу, к знакомым (вспомним, как графиня Ростова дает деньги Анне Михайловне Друбецкой) и совсем чужим людям (граф Ростов и Наташа с готовностью отдают подводы для спасения раненых солдат). Иное дело в Петербурге, где все подчинено ритуалу, где принимают людей только высшего света, где слова и улыбки строго дозируются, а мнения меняются в зависимости от политической конъюнктуры (князь Василий Курагин в течение дня меняет свое отношение к Кутузову в связи с его назначением главнокомандующим летом 1812 года),
   Из сказанного следует, что проблема – это не вопрос, а та или иная особенность жизни отдельного человека, целой среды или даже народа, наводящая на какие-то обобщающие мысли.
   При анализе произведения наряду с понятиями «тематика» и «проблематика» используется и понятие идея, под которой чаще всего имеется в виду ответ на вопрос, якобы поставленный автором. Однако, как уже говорилось, писатель не ставит вопросов, а потому и не дает ответов, как бы призывая нас думать о важных, с его точки зрения, особенностях жизни, например о бедности таких семей, как семья Раскольниковых, об унизительности нищеты, о том ложном пути выхода из существующего положения, который придумал Родион Романович в романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание».
   Своеобразным ответом, который нередко хочется найти читателю, можно считать эмоциональное отношение автора к характерам изображаемых героев и к типу их поведения. Действительно, писатель иногда может приоткрывать свои симпатии и антипатии к тому или иному типу личности, при этом далеко не всегда однозначно оценивая его. Так, Ф.М. Достоевский, осуждая то, что придумал Раскольников, в то же время ему и сочувствует. И.С. Тургенев экзаменует Базарова устами Павла Петровича Кирсанова, но одновременно и ценит его, подчеркивая его ум, знания, волю: «Базаров умен и знающ», – убежденно говорит Николай Петрович Кирсанов.
   Подводя итог сказанному, подчеркнем, что писатель говорите читателем не рациональным языком, он не формулирует идеи и проблемы, а представляет нам картину жизни и тем самым наталкивает на мысли, которые исследователи называют идеями или проблемами. И поскольку исследователи пользуются этими понятиями в ходе анализа художественных произведений, надо представлять в чем их смысл.
   Сколько проблем может быть в произведении? Столько, сколько важных и существенных граней и сторон жизни изображено в нем и обратило на себя наше внимание, столько, сколько улавливает наше сознание. Так, например, если говорить о русской литературе XIX века в целом, то можно сказать, что одной из ведущих проблем русской литературы на протяжении всего прошлого века было изображение внутреннего мира и духовного потенциала русской интеллигенции, соотношение разных типов мышления, в частности исследование и выявление самого разного рода противоречий в сознании одного героя (Онегин, Печорин, Базаров, Раскольников), в судьбе похожих людей (Онегин – Ленский, Безухов – Болконский).
   Непоследовательность и противоречивость в поведении Онегина проявляются, в частности,» том, что он, полюбив Татьяну после встречи в Петербурге и не находя себе места от избытка чувств и эмоций, настойчиво и назойливо добивается свидания с ней, хотя видит, что Татьяна не хочет откликаться на его послания, в одном из которых он пишет: «Когда б вы знали, как ужасно томиться жаждою любви», – пишет это женщине, которая страдает от неразделенной любви уже несколько лет. Противоречия присутствуют в мыслях и поведении Родиона Раскольникова. Будучи человеком образованным и достаточно проницательным в оценке окружающего мира и желая не только проверить себя, но и помочь ближним, Раскольников создает абсолютно ложную теорию и пытается реализовать ее на практике, совершив убийство двух женщин. О различии Онегина и Ленского в романе «Евгений Онегин» общеизвестно, но ведь это различия людей, во многом близких по духу: они оба начитаны, им есть о чем мыслить и спорить, поэтому так обидно, что их отношения кончились трагически. Болконский и Безухов, при всем различии в возрасте, настоящие друзья (князь Андрей только Пьеру доверяет свои мысли, только его выделяет из мужчин светского круга и ему же поручает судьбу невесты, на год уезжая за границу), но они не во всем близки и не во всем согласны в оценке многих обстоятельств того времени.
   Сопоставление (его иногда называют антитезой) разных характеров и типов поведения, а также разных кругов общества (московское и столичное дворянство у Пушкина и Толстого), разных социальных слоев (народ и дворяне в стихах и поэмах Некрасова) явно помогает выявлению сходств и различий в нравственном мире,» семейном укладе, в общественном состоянии тех или иных персонажей или социальных групп. Исходя из этих и многих других примеров и фактов можно сказать, что источником проблематики, а потому и предметом внимания многих художников очень часто служат неблагополучие, дисгармония, то есть противоречия разного плана и разной силы.
   Для обозначения противоречий, возникающих в жизни и воспроизводимых в литературе, используется понятие конфликт. О конфликте большей частью говорят при наличии острых противоречий, проявляющихся в столкновении и борьбе героев, как, например, в трагедиях В. Шекспира или романах А. Дюма. Если рассмотреть с этой точки зрения пьесу А.С. Грибоедова «Горе то ума», то легко увидеть, что развитие действия здесь явно зависит от конфликта, который таится в доме Фамусова и заключается в том, что Софья влюблена в Молчалина и скрывает это от папеньки. Чацкий, влюбленный в Софью, приехав в Москву, замечает ее неприязнь к себе и, пытаясь понять причину, следит за всеми, присутствующими в доме. Софья недовольна этим и, защищаясь, бросает на балу реплику о его сумасшествии. Не симпатизирующие ему гости с удовольствием подхватывают эту версию, потому что видят в Чацком человека с иными, чем у них, взглядами и принципами, и тогда предельно отчетливо обнажается не просто семейный конфликт (тайная влюбленность Софьи в Молчалина, реальное безразличие Молчалина к Софье, неосведомленность Фамусова о происходящем в доме), но и конфликт между Чацким и обществом. Исход же действия (развязка) определяется не столько отношениями Чацкого с обществом, сколько отношениями Софьи, Молчалина и Лизы, узнав о которых Фамусов распоряжается их судьбой, а Чацкий уезжает из их дома.
   Заметим, что, хотя в русской литературе мы не часто встречаемся с прямым изображением внешне конфликтных отношений между героями, их борьбой за какие-то права и т. п., дисгармонией, неустроенностью и противоречиями наполнена и пронизана атмосфера жизни героев большей части произведений. Например, между Татьяной Лариной и ее семьей, между Татьяной и Онегиным не идет никакой борьбы, но их отношения дисгармоничны. Отношения А. Болконского с его окружением и собственной женой окрашены хорошо осознаваемой конфликтностью. Тайная женитьба Елены в романе И.С, Тургенева «Накануне» тоже есть следствие противоречий в ее семье, И число таких примеров легко может быть умножено.
   При этом противоречия могут быть не только разной силы, но и разного содержания и характера. Именно от сути и содержания противоречий, обнажаемых в художественном произведении, зависит его эмоциональная тональность. Для обозначения эмоциональной направленности (некоторые современные исследователи, продолжая традиции ВТ. Белинского, говорят в этом случае о пафосе) используется ряд давно утвердившихся в науке понятий, таких как драматизм, трагизм, героика, романтика, юмор, сатира.
   Преобладающая тональность в содержании подавляющего числа художественных произведений, несомненно, драматическая. Неблагополучие, неустроенность, неудовлетворенность человека в душевной сфере, в личных отношениях» в общественном положении – таковы реальные приметы драматизма в жизни и литературе. Несостоявшаяся любовь Татьяны Лариной, княжны Мери, Катерины Кабановой, племянницы Ростовых Сони, Лизы Калитиной и других героинь известных произведений свидетельствует о драматических моментах их жизни.
   Нравственно-интеллектуальная неудовлетворенность и нереализованность личных возможностей Чацкого, Онегина, Базарова, Болконского и других; социальная униженность Акакия Акакиевича Башмачкяна из повести Н.В. Гоголя «Шинель», а также семьи Мармеладовых из романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание», многих героинь из поэмы НА Некрасова «Кому на Руси жить хорошо», почти всех персонажей пьесы М. Горького «На дне» – все это служит источником и в то же время показателем драматических противоречий и драматической тональности в содержании того или иного произведения.
   Наиболее близкой к драматической оказывается трагическая тональность. Как правило, она просматривается и присутствует там, где имеет место внутренний конфликт, то есть столкновение противоположных начал в сознании одного героя. К числу таких конфликтов относятся противоречия между личными порывами и надличными ограничениями – кастовыми, сословными, моральными. Такие противоречия породили трагедию Ромео и Джульетты, любивших друг друга, но принадлежавших к разным кланам итальянского общества своего времени («Ромео и Джульетта» В. Шекспира); Катерины Кабановой, полюбившей Бориса и понимавшей греховность своей любви к нему («Гроза» А Н. Островского); Анны Карениной, измученной сознанием двойственности своего положения и наличием пропасти между нею, обществом и сыном («Анна Каренина» Л.Н. Толстого).
   Трагическая ситуация может сложиться и при наличии противоречия между стремлением к счастью, свободе и осознанием героем своей слабости и бессилия в их достижении, что влечет за собой мотивы скепсиса и обреченности. Например, такие мотивы звучат в речи Мцыри, изливающего свою душу старому монаху и пытающегося объяснить ему, как он мечтал жить в своем ауле» а вынужден был провести всю жизнь, кроме трех дней, в монастыре, внутренне
   чуждом ему («Мцыри» М.Ю. Лермонтова). Трагические настроения прорываются у Печорина, который говорите себе» что он чувствует себя гостем на чужом балу, не уехавшим только потому, что ему не подали карету. Естественно, он думает о невозможности реализовать свои духовные порывы – показательна его фраза из дневника: «Честолюбие у меня подавлено обстоятельствами» («Герой нашего времени» М.Ю. Лермонтова). Трагична судьба Елены Стаховой из романа И.С. Тургенева «Накануне», потерявшей мужа сразу же после свадьбы и отправившейся с его гробом в чужую страну.
   В литературном произведении и трагическое, и драматическое начала могут сочетаться с героическим. Героика возникает и ощущается там и тогда, когда люди предпринимают или совершают активные действия во имя блага других, во имя зашиты интересов племени, рода, государства или просто группы людей, нуждающихся в помощи. Чаще всего подобные ситуации встречаются в периоды национально-освободительных войн или движений. Например, моменты героики нашли отражение в «Слове о полку Игореве» в решении князя Игоря вступить в борьбу с половцами. Наличие героической тональности несомненно в последних двух книгах «Войны и мира» Л.Н. Толстого. Такой пафос пронизывает и многие произведения как отечественной, так и западноевропейской литературы, посвященные изображению жизни разных народов в период борьбы с гитлеризмом. В этих случаях героика особенно часто переплетается с трагизмом. Примером такого соединения могут служить повести В.В. Быкова («Альпийская баллада», «Сотников», «Волчья стая», «В тумане») и Б.Л. Васильева («А зори здесь тихие»). При этом героико-трагические ситуации могут иметь место и в мирное время, в моменты стихийных бедствий, возникающих по «вине» природы (наводнения, землетрясения) или самого человека (печально известный Чернобыль, разного рода катастрофы на транспорте).
   Кроме того, героика может сочетаться и с романтикой. Романтикой называют восторженное состояние личности, вызванное стремлением к чему-то высокому, прекрасному, нравственно значимому. Источниками романтики становятся умение чувствовать красоту природы, ощущать себя частью мира, потребность откликаться на чужую боль и чужую радость. Поведение Наташи Ростовой нередко дает основание воспринимать его как романтическое, ибо из всех героев романа «Война и мир» она одна обладает живой натурой, положительно эмоциональным зарядом, непохожестью на светских барышень, что сразу же заметил рациональный Андрей Болконский.
   Неслучайно свою любовь к ней Пьер Безухов неоднократно называет романтической любовью.
   Романтика большей частью и проявляет себя в сфере личной жизни, обнаруживая себя в моменты ожидания или наступления счастья. Поскольку счастье в сознании людей прежде всего ассоциируется с любовью, то и романтическое мироощущение скорее всего дает о себе знать в момент приближения любви или надежды на нее. Изображение романтически настроенных героев мы встречаем в произведениях И.С. Тургенева, например в его повести «Ася», где герои (Ася и господин Н.), близкие друг к другу по духу и культуре, испытывают радость, эмоциональный подъем, что выражается в восторженном восприятии ими природы, искусства и самих себя, в радости общения друг с другом. Однако в конце концов, хотя и весьма неожиданно, они расстаются, что оставляет драматический след в душе и судьбе каждого. А это лишний раз доказывает, что драматическая тональность редко минует судьбы людей и потому очень часто дает о себе знать в художественных произведениях.
   Сочетание героики и романтики возможно в тех случаях, когда герой совершает или хочет совершить подвиг, и это воспринимается им самим как нечто возвышенное, благородное, поднимающее его в своих глазах, вызывающее порыв и вдохновение. Такое переплетение героики и романтики наблюдается в «Войне и мире» в поведении Пети Ростова, который был одержим желанием лично принять участие в борьбе с французами, что и привело его к гибели. Другим примером может служить роман А.А. Фадеева «Молодая гвардия», в котором писатель старался показать, как одухотворенно относились к жизни его герои – школьники старших классов, оценивавшие свою борьбу с фашистами не как жертву, а как естественный подвиг.
   Подчеркивание романтических, драматических, трагических и, конечно же, героических моментов в жизни героев и их настроениях в большинстве случаев становится формой выражения сочувствия к героям, способом поддержки и защиты их автором. Несомненно, что В. Шекспир переживает вместе с Ромео и Джульеттой по поводу обстоятельств, препятствующих их любви, А.С. Пушкин жалеет Татьяну, не понятую Онегиным, Ф.М. Достоевский скорбит о судьбе таких девушек, как Дуня и Соня, А.П. Чехов сочувствует страданиям Гурова и Анны Сергеевны, которые полюбили друг друга очень глубоко и серьезно, но надежды на соединение их судеб у них нет.
   Однако бывает, что изображение романтических настроений становится способом развенчания героя, иногда даже его осуждения. Так, например, туманные стихи Ленского вызывают легкую иронию А.С. Пушкина, романтическая лоза Грушниикого – едкую насмешку М.Ю. Лермонтова. Изображение Ф.М. Достоевским драматических переживаний Раскольникова – это во многом форма осуждения героя, задумавшего чудовищный вариант исправления жизни и запутавшегося в своих мыслях и чувствах. Трагическая коллизия Бориса Годунова, показанная А.С. Пушкиным в трагедии «Борис Годунов», тоже имеет целью осудить героя – умного, талантливого, но неправедно получившего царский престол.
   Гораздо чаще в дискредитирующей роли выступают юмор и сатира. Под юмором и сатирой в данном случае подразумевается еще один вариант эмоциональной направленности или тип проблематики. И в жизни, и в искусстве юмор и сатира порождаются такими характерами и ситуациями, которые называют комическими. Суть комического состоит в обнаружении и выявлении несовпадения реальных возможностей людей (и, соответственно, персонажей) и их претензий, или несоответствия их сущности и видимости.
   Представим себе ученика, у которого нет знаний по литературе или математике, а он ведет себя так, как будто знает их лучше всех. Это не может не вызвать к нему насмешливого отношения, потому что стремление казаться знающим не имеет под собой реальной почвы. Или другой пример. Вообразим общественного деятеля, который не обладает ни умом, ни способностями, но претендует на то, чтобы руководить обществом. Такое поведение, скорее всего, породит горькую улыбку. Насмешливо-оценочное отношение к комическим характерам и ситуациям называется иронией. Ирония может быть легкой, незлобной, но может стать недоброй, осуждающей. Глубокая ирония, вызывающая не улыбку и смех в привычном смысле слова, а горькое переживание, именуется сарказмом.
   Воспроизведение комических характеров и ситуаций, сопровождаемое иронической оценкой, приводит к появлению юмористических или сатирических художественных произведений. Причем юмористическими и сатирическими могут быть не только произведения словесного искусства (пародии, анекдоты, басни, повести, рассказы, пьесы), но и рисунки, скульптурные изображения, мимические представления, Рассмотрим несколько примеров.
   Выступления цирковых клоунов большей частью носят юмористический характер, вызывая добрый смех зрителей, ибо в них, как правило, имитируются номера профессиональных акробатов, жонглеров, дрессировщиков и нарочито подчеркивается разница в исполнении этих номеров мастерами и клоунами. В рассказе С.Я. Маршака о том, как «человек рассеянный с улицы Бассейной» сел не в тот вагон и никак не мог доехать до Москвы, также изображена комическая ситуация ошибки» рассчитанная на добрый смех. В приведенных примерах ирония не является средством осуждения кого-то, но обнажает природу комических явлений, в основе которых, как уже сказано, несоответствие того, что есть, тому, что должно быть.
   В рассказе А,П. Чехова «Смерть чиновника» комическое проявляется в нелепом поведении Ивана Дмитриевича Червякова, который, будучи в театре, нечаянно чихнул на лысину генерала и до того испугался, что стал донимать его своими извинениями и преследовал до тех пор, пока не вызвал настоящий гнев генерала, что и привело чиновника к смерти. Нелепость в несоответствии совершенного поступка (чихнул) и вызванной им реакции (неоднократные попытки объяснить генералу, что он, Червяков, не хотел его обидеть). В этой истории к смешному примешивается грустное, так как подобный страх перед высоким лицом есть знак драматического положения маленького чиновника в системе служебных отношений.
   Страх может порождать неестественность в поведении человека. Такая ситуация воспроизведена Н.В. Гоголем в комедии «Ревизор», где показано, как Городничий и другие «хозяева города» из боязни перед ревизором совершают такие поступки, которые не могут не вызывать смех зрителей. Акцентирование нелепостей в этом произведении является свидетельством не сочувствия к героям, как в рассказе АП. Чехова, а способом их осуждения. Дело в том, что в лице Городничего и его окружения предстают значительные лица, призванные отвечать за жизнь города, но не соответствующие своему положению и потому испугавшиеся обнажения своих грехов – взяточничества, корыстолюбия, безразличия к судьбе подданных. Выявление серьезных противоречий в поведении героев, порождающее явно отрицательное отношение к ним, становится отличительным признаком сатиры.
   Классические образцы сатиры дает творчество М.Е. Салтыкова-Щедрина, в произведениях которого – сказках и повестях – есть изображение глупых помещиков, которые хотели бы избавиться от крестьян, но, будучи неприспособленными ни к каким занятиям, дичают («Дикий помещик»); тупых генералов, которые, подобно упомянутым помещикам, ничего не умеют, думая, что булки на деревьях растут, и потому способны умереть с голода, если бы не мужик, который их накормил («Как мужик двух генералов прокормил»); трусливых интеллигентов, которые всего боятся, от жизни прячутся и тем самым перестают быть интеллигентами («Премудрый пескарь»); бездумных градоначальников, чья миссия заботиться о городе и народе, но ни один из показанных в повести к выполнению этой миссии не способен в силу своей тупости, ограниченности («История одного города»), – словом, персонажей, заслуживающих злой иронии и резкого осуждения. Примером сатиры в русской литературе XX века является творчество М.А. Булгакова, где предметом осмеяния и разоблачения оказываются разные стороны русской жизни 20—30-х годов, в том числе бюрократические порядки советских учреждений, изображенные в повести «Дьяволиада»; или атмосфера литературной жизни в Москве, где бездарные писатели и критики готовы травить талантливых художников, а их собственные интересы сосредоточены исключительно на деньгах, квартирах и всякого рода благах, которые дает членство в МАССОЛИТЕ («Мастер и Маргарита»), ограниченность и агрессивность людей типа Шарикова, которые становятся опасными, когда получают власть («Собачье сердце»).
   Конечно, разграничение юмора и сатиры не безусловно. Очень часто они сплетаются воедино, дополняя друг друга и поддерживая ироническую окраску изображаемого. Так, например, когда, говоря о Манилове, Н.В. Гоголь обращает внимание на нелепое положение его дома, чудные имена его детишек (Алкид и Фемистоклюс), приторно вежливую форму его общения с женой и гостем, это вызывает беззлобную улыбку читателей. Но когда сообщается, что ни Манилов, ни его управляющий не знают, сколько в имении умерло крестьян, или как тот же Манилов, поражаясь затее Чичикова, все же соглашается вступить в сделку и продать «мертвых», улыбка перестает быть добродушной: юмор перерастает в сатиру.
   Стремление к осмыслению недостатков и несуразностей жизни не всегда приводит к созданию больших литературно-художественных произведений, оно может находить выражение и в иных формах, например в очень распространенных в настоящее время сатирических миниатюрах, звучащих с эстрады, примером которых могут служить выступления М. Жванецкого, М. Задорного и некоторых других авторов. Зрители активно реагируют на юмористический и сатирический смысл их выступлений, ибо узнают в их персонажах и ситуациях нелепые, подчас уродливые и потому комические особенности нашей повседневной жизни.
   Сатирические произведения могут включать в себя элементы фантастики, то есть неправдоподобия в изображении мира. С фантастическими героями и ситуациями мы встречаемся не только в сказках. Фантастическое начало присутствует, например, в знаменитом романе английского писателя Д. Свифта «Путешествия Гулливера» и даже комедии Н.В. Гоголя «Ревизор»: ведь трудно поверить, что все до одного чиновники обманулись и поверили в Хлестакова как ревизора. В литературе и в искусстве в целом та особая форма фантастики, где особенно сильно нарушены жизненные пропорции, а изображение основано на резких контрастах и преувеличениях, называется гротеском. Примером гротеска в живописи могут служить полотна испанского художника Гойи, многие картины современного авангарда, в литературе – произведения М.Е. Салтыкова-Щедрина и в частности «История одного города».
   Рассмотренные выше понятия – драматизм, трагизм, героика, романтика, юмор, сатира – не покрывают всех вариаций проблемно-эмоциональной направленности литературных произведений. Кроме того, многие виды эмоциональной направленности могут сплетаться, накладываться одна на другую, образуя своеобразный сплав. В результате проблематика произведения нередко бывает очень богатой и многоплановой.
   А теперь обратимся к рассмотрению того, что составляет форму, то есть изобразительно-выразительную сторону произведения. Учитывая определенную близость эпического и драматического произведений, которую можно было почувствовать при анализе содержания, не будем и в данном случае разделять их принципиально, хотя покажем и различия в их художественной организации.

Содержательная форма эпического и драматического произведений

   В этом параграфе читатель познакомится с понятиями: портрет, интерьер, сюжет, пейзаж, лирические отступления, композиция, завязка, развязка, кульминация, эпизод, сцена, диалог, монолог.

   Герои, участвующие в эпическом произведении, обычно предстают как-то обрисованными. Описание их внешнего облика, в том числе одежды, манер, поз, жестов, мимики, даваемое рассказчиком или самими героями, составляет портрет. Так, например, в романе М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» портрет Бэлы дается Максимом Максимычем («И точно она была хороша: высокая, тоненькая, глаза черные, как у горной серны, так и заглядывали вам в душу»), портрет Печорина – словами рассказчика («Он был среднего роста; стройный, тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение, способное переносить все трудности кочевой жизни и перемены климатов, не побежденное ни развратом столичной жизни, ни бурями душевными…»), а Грушницкого и княжны Мери – Печориным («Грушницкий – юнкер… Он хорошо сложен, смугл и черноволос; ему на вид можно дать лет двадцать пять, хотя ему едва ли двадцать один год…»; «Эта княжна Мери прехорошенькая… У нее такие бархатные глаза… нижние и верхние ресницы так длинны, что лучи солнца не отражаются в ее зрачках»).
   Определенное место, большее или меньшее, в зависимости от характера героев и ситуации, занимает интерьер, т. е, описание быта, куда входит облик дома, обстановка, мебель, словом, его убранство. В качестве примера приведем описание кабинета Онегина: «Изображу ль в картине верной // Уединенный кабинет, // Где мод воспитанник примерный // Одет, раздет и вновь одет? // Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, //И щетки тридцати родов // И для ногтей, и для зубов».
   Особенно подробно выписывается интерьер Н.В. Гоголем в поэме «Мертвые души»: «Покой был известного рода; ибо гостиница была тоже известного рода, то есть именно такая, как бывают гостиницы в губернских городах, где за два рубля в сутки проезжающие получают покойную комнату с тараканами, выглядывающими, как чернослив, из всех углов, и дверью в соседнее помещение, всегда заставленною комодом, где устраивается сосед, молчаливый и спокойный человек, но чрезвычайно любопытный» или: «Окинувши взглядом комнату, Чичиков кинул вскользь два взгляда: комната была обвешена старенькими полосатыми обоями; между окон старинные маленькие зеркала с темными рамками в виде свернувшихся листьев; за всяким зеркалом заложены были или письмо, или старая колода карт, или чулок; стенные часы с нарисованными часами на циферблате…»; продолжая осмотр внутреннего интерьера дома Коробочки, «Чичиков заметил, что на картинах не все были птицы: между ними висел портрет Кутузова и писанный масляными красками какой-то старик с красивыми обшлагами на мундире, как вышивали при Павле Петровиче».
   Что касается пейзажа, то он может выполнять функцию интерьера, места действия, а может быть объектом наблюдения или эмоциональных переживаний героев. Давая картину ночи в начале повести «Тамань» и включая сюда некоторые детали быта, М.Ю. Лермонтов помогает представить обстоятельства, в которых пришлось оказаться Печорину в этом городе: «Полный месяц светил на камышовую крышу и белые стены моего нового жилища;… на дворе, обведенном отрадой из булыжника, стояла избочась другая лачужка, менее и древнее первой. Берег обрывом спускался к морю почти у самых стен ее, и внизу с беспрерывным ропотом плескались темно-синие волны. Луна тихо смотрела на беспокойную, но покорную ей стихию, и я мог различить при свете ее, далеко от берега, два корабля».
   И «Княжна Мери» начинается с описания вида, открывавшегося из окна дома Печорина в Пятигорске, давая возможность увидеть обстановку, в которой будет протекать действие: «Вид с трех сторон у меня чудесный. На запад пятиглавый Бешту синеет, как «последняя туча рассеянной бури»; на север поднимается Машу к, как Персидская шапка, и закрывает всю эту часть небосклона; на восток смотреть веселее: внизу передо мною пестреет чистенький, новенький городок, шумят целебные ключи, шумит разноязычная толпа». На страницах той же повести, несколько позже» Печорин (здесь он рассказчик) прибегает к пейзажным моментам для передачи своего состояния: «Возвратясь домой, я сел верхом и поскакал в степь; я люблю скакать на горячей лошади по высокой траве, против пустынного ветра; с жадностью глотаю я благовонный воздух и устремляю взоры в синюю даль… Какая бы горечь ни лежала на сердце, какое бы беспокойство ни томило мысль, все в минуту рассеется; на душе станет легко, усталость тела победит тревогу ума. Нет женского взора, которого бы я не забыл при виде кудрявых гор, озаренных южным солнцем, при виде голубого неба или внимая шуму потока, падающего с утеса на утес».
   В драматическом произведении портретные детали, интерьер или пейзаж намечаются в ремарках автора, которые предваряют начало действия, или репликах героев, а реализуются актерами, гримерами, художниками-декораторами, режиссерами. При этом о внешности героев можно узнать из реплик других героев или их самих.
   Необходимым принципом изображения героев в эпическом и драматическом произведениях является воспроизведение событий, которые складываются из поступков персонажей, что составляет сюжет. Сюжет складывается из событий, а события – из поступков персонажей.
   Понятие поступка включает в себя и внешне ощутимые действия, передаваемые, в частности, глаголами (приехал, вошел, сел, встретил, заговорил, направился), и внутренние намерения, раздумья, переживания. Именно из действий отдельных людей или групп вырастают события личного или исторического планов. Так, воссозданная Л.Н. Толстым война 1812 года представляет собой событие, складывающееся из тысячи поступков и, соответственно, микродействий ее участников – солдат, генералов, маршалов, мирных жителей. Совокупность действий в их движении и развитии образует цепочку эпизодов, или сюжет, литературного произведения.
   Обозначение действий как некоторой цепочки может показаться недостаточно точным, поскольку в одних случаях имеет место так называемый однолинейный сюжет, то есть сюжет, который может быть представлен графически в виде последовательно связанных между собой звеньев одной цепи, в других – многолинейный, то есть такой, который должен быть представлен в виде сложной сети и пересекающихся линий. При этом эпизоды могут быть разного плана или объема, то есть с участием разного числа персонажей и разного количества времени, отведенного данному эпизоду. Поэтому иногда различают эпизод и сцену, которая представляет собой более развернутый эпизод.
   Первый, то есть однолинейный, вариант сюжета легче представить, вспомнив какой-нибудь небольшой рассказ, например «Метель» А.С. Пушкина, Сюжет начинается с сообщения о том, что дворянская девушка Марья Гавриловна и армейский прапорщик Владимир Николаевич, жившие в соседних поместьях, влюблены. Из-за запрета родителей они тайно переписывались, клялись в вечной любви друг к другу и в конце концов пришли к мысли тайно обвенчаться. Венчание было назначено в маленькой церкви в зимний день 1812 года. В повести подробно воссоздаются все действия того и другого героя, то есть как кто собирался и добирался до церкви. Марья Гавриловна доехала вовремя, Владимиру помешала метель. Пока он добирался, мимо проезжал «удалой» офицер, который оказался рядом с невестой в темной церкви, и священник, не заметив подмены, обвенчал Марью Гавриловну с ним. Поняв сразу же, что произошло, Марья Гавриловна заболела. Владимир уехал в армию и участвовал в Бородинском сражении. Через некоторое время Марья
   Гавриловна и странный офицер нечаянно встретились (они жили в одном уезде), полюбили друг друга и поделились каждый своей тайной. Наступила счастливая развязка.
   Чтобы воспроизвести сюжет, необходимо воссоздать все эпизоды, которые следуют один за другим. В каждом эпизоде наличествует какое-то действие, будь то получение письма, решение венчаться, приезд в церковь и т. п. Поэтому, перечисляя некоторые из них, мы употребляли слова, обозначающие какие-то действия, то есть глаголы. В данном рассказе эти эпизоды краткие, неразвернутые, но они и составляют событийный ряд произведения, то есть сюжет. При этом именно сюжет занимает в этой повести, как и в других «Повестях Белкина», очень большое место.
   Рассмотрим более сложный случай на примере романа А.С. Пушкина «Евгений Онегин».
   Первые же слова, которыми начинается роман и которые принадлежат Онегину («Мой дядя самых честных правил, // Когда не в шутку занемог, //Он уважать себя заставил // И лучше выдумать не мог») фактически обозначают начало действия, которое развернется позже. После слов героя, вместо рассказа о приезде в деревню, автор сообщает об его отце, о воспитании и, очень подробно, о типе жизни 18-летнего молодого человека в петербургском обществе. Воспроизводится практически один день такой жизни, о котором говорится: «Проснется за поддень, и снова //До утра жизнь его готова. / / Однообразна и пестра. // И завтра то же, что вчера». Параллельно набрасывается его внешний портрет, обрисовывается костюм, манера одеваться, убранство кабинета. В 52-й строфе первой главы снова появляется сообщение: «Вдруг получил он в самом деле // От управителя доклад, // Что дядя при смерти в постеле // И с ним проститься был бы рад». Эта информация по времени предшествует цитированным словам героя. Она и заставляет его отправиться в деревню, где, похоронив дядюшку, Онегин остается жить, случайно знакомится с Ленским, затем периодически встречается с ним; благодаря Ленскому попадает в семью Лариных, вызывает всеобщий интерес и Татьянины эмоции, вследствие чего получает письмо и через некоторое время заезжает, чтобы объясниться с Татьяной. Следующий большой эпизод, точнее, сцена: именины Татьяны – со ссорой, вызовом на дуэль. Потом дуэль, отъезд Онегина из деревни и исчезновение его до появления в Петербурге. Эти события занимают несколько месяцев – с лета до зимы, точнее, до конца января, когда отмечается Татьянин день. Ларины продолжают жить в деревне, выдают Ольгу замуж, безнадежно пытаются выдать Татьяну и следующей зимой отправляются в Москву. После замужества Татьяна переезжает в Петербург, поселившись в одном из аристократических домов столицы. В момент появления в этом доме Онегина оказывается, что она замужем уже около двух лет. После их новой встречи проходит еще пол года. Таким образом, со времени начала действия прошло более четырех лет.
   Мы обратили внимание на этот пример, чтобы показать, что действие (сюжет) здесь развивается и движется в одном направлении, составляя своего рода цепочку эпизодов и сцен. Естественно, здесь были названы не все эпизоды, составляющие эту цепочку, но было показано, что именно составляет событийную, то есть сюжетную сферу романной структуры.
   Фиксация событий сопровождается описанием различных атрибутов петербургского, провинциального и московского быта, повседневного образа жизни, портрета героев, а также природы. Время действия можно вычислить именно по смене пейзажей, то есть времен года. Кроме того, в этом романе очень много прямых высказываний автора, которые называются лирическими отступлениями. Лирические отступления иногда как бы вытекают из рассказа или описания. Сообщая о посещении Онегиным театра, поэт не может не включить в текст свои мысли об этом «волшебном крае», где «блистал Фонвизин, друг свободы», ставились пьесы Княжнина, Озерова, Катенина, Шаховского, где танцевала Семенова, обретал славу знаменитый постановщик балетов Дидло. Описывая атмосферу петербургского бала, Пушкин не может не воскликнуть: «Во дни веселий и желаний // Я был от балов без ума». И так в большинстве случаев. Очень часто описания природы, без которых немыслим этот роман, потому что вне природы (пашен, полей, лугов, лесов) немыслима жизнь русского помещичьего семейства, переходят в его собственные размышления: «Цветы, любовь, деревня, праздность, // Поля! Я предан вам душой». Обилие таких отступлений – особенность данного романа, в котором поэт захотел непосредственно высказать многие свои мысли, а стихотворная форма речи очень способствовала этому.
   

notes

Примечания

1

   См.: Веселовский А.Н. Историческая поэтика. – Л., 1940.

2

   См.: Аникин В. П., Круглов Ю.Г Русское народное поэтическое творчество. – М., 1983.

3

   См.: Поспелов Г.И. Лирика – М… 1976.

4

   Русские писатели о литературном труде. Т. 2. – Л., 1965. С. 752.

5

   Там же. С. 144, 160.

6

   Там же. С. 14, 25.
Купить и читать книгу за 65 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать