Назад

Купить и читать книгу за 19 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Нежнее чем шелк

   Ванесса Джоунс носит строгие костюмы, всегда ведет себя вежливо и пристойно. Милая женщина, которая хочет выйти замуж за привлекательного, ответственного и обеспеченного мужчину, иметь детей и семью. Вот такая она. Но если бы кто знал, как все это скучно и пресно! А Ванессе хочется адреналина, чтобы бурлила кровь, чтобы каждый день – как последний. Так почему бы не пойти на смелый эксперимент? В своем стремлении навсегда избавиться от ощущения, что упустила в жизни что-то важное и интересное, Ванесса преуспела, только вот стала все чаще задаваться вопросом: а так ли уж плоха была ее прежняя размеренная жизнь?


Эмеральд Бакли Нежнее чем шелк

1

   Джулия вытащила из пачки платочек, высморкалась и бросила его в кучку скомканных бумажек, образовавшуюся рядом с ней на покрывале. Она посмотрела на часы и содрогнулась от очередного приступа рыданий. Стрелки показывали девять. Ее истерика продолжалась уже тридцать минут, должна же она когда-нибудь закончиться?!
   Если вначале Джулии казалось, что она сходит с ума, то сейчас бесконечные слезы воспринимались ею как вполне безобидный и даже здоровый способ снятия стресса. С тех пор как ее квартира подверглась налету, Джулия стала плакать гораздо чаще. Ничего удивительного. У нее исчезло ощущение безопасности, с которым она жила до того дня. Джулии казалось, что тот, кто побывал в ее квартире, все еще находится в ее доме, где-то прячется.
   Прошло еще десять минут. Рыдания перешли в судорожные всхлипы и затем в икоту. Джулия снова высморкалась и глубоко, с облегчением вздохнула. Она встала с кровати и направилась к окну. Проходя по ярким коврикам, лежавшим на красивом паркете, молодая женщина поморщилась. Вчера вечером по этим живописным квадратам ступал его королевское высочество принц Али. Очаровательный парень, совершенно не умеющий танцевать.
   Но кто из них не имел недостатков – пагубных или каких-либо еще? Она, правда, тоже не была совершенством. В глубине души Джулия подозревала, что в мире не существует такой мужчина, в которого она может влюбиться настолько, что все остальные представители сильного пола перестанут для нее существовать. Хотя она любила всех мужчин, с которыми встречалась, – в определенной степени, разумеется. Любила от кончиков их пальцев до раздутого самомнения. Джулии нравилось, как они смотрели на нее, какие чувства в ней вызывали. Она любила соблазнять их, развлекать и возбуждать. Это было единственное, что она умела по-настоящему делать хорошо. Подобно алкоголику или заядлому курильщику Джулия имела пристрастие к мужчинам. Ее можно было назвать андроголиком.
   Но – глубокая, серьезная, берущая за сердце любовь? Джулия сомневалась, что способна на такое чувство. Возможно, это и было ее главным недостатком.
   Джулия смахнула последнюю слезу со щеки и отодвинула белую тюлевую занавеску. Она хотела посмотреть, стоит ли еще на противоположной стороне улицы фургон или уже уехал. До налета на квартиру и получения ужасного письма с угрозами ее пристрастие к мужчинам казалось совсем безобидным. Джулия получала от них все, что хотела. Мужчины в свою очередь имели от нее большую часть того, что хотели они. Сейчас кто-то хотел от Джулии большего, чем просто хорошо провести время в ее компании. И она не имела представления, кто это может быть и вообще о чем идет речь. Не исключено, что один из бывших поклонников преследует ее, а возможно, объектом налета и угроз была не она, а ее квартира. У Джулии накопилось много различных подарков, преподнесенных приходившими к ней мужчинами. Вполне вероятно, что кто-то из поклонников случайно подарил ей фамильную драгоценность, которую теперь его мать требует вернуть.
   Джулия могла только надеяться, что дело именно в этом.
   Фургон, на котором было написано «Ремонт квартир», стоял на прежнем месте. Надо бы позвонить в полицию. Правда, фургон после того налета могли поставить полицейские специально для того, чтобы вести наблюдение за квартирой Джулии. Но была это полиция или преступники, Джулия все равно чувствовала себя неспокойно, у нее даже начала развиваться мания преследования.
   Вот тебе и полная субботняя релаксация.
   Зазвонил телефон. Джулия от неожиданности подпрыгнула на месте. Все знали, что по субботам ей звонить нельзя; это был ее своеобразный вегетарианский день – она не принимала никаких приглашений. Джулия отдавала своего рода дань бесконечным, безликим, мучительным субботам, которые она проводила в пансионе в школьные годы. Обычно все воспитанницы разъезжались по домам, а Джулия смотрела по телевизору скучные передачи, ела шоколад и писала письма маме… Теперь суббота стала днем ее возвращения в прошлое. Никаких светских обязанностей. Никакой уборки. Никакой косметики. И никаких мужчин.
   Включился автоответчик. На пленке зазвучал голос Чарльза Лестера:
   – Перестань, Джулия, я знаю, что ты дома. Возьми трубку, это важно.
   Джулия насторожилась. Лорд Лестер говорил как-то странно, напряженно. Это было совсем не похоже на него. Они встречались в течение нескольких месяцев в прошлом году и расстались по инициативе Лестера. Он решил, что добьется больших успехов в политике, будучи женатым. Освободившись от Джулии, лорд занялся поисками подходящей спутницы жизни.
   Джулия сняла трубку.
   – Я слушаю.
   – Как поживаешь, Джулия?
   Она нахмурилась. По тону Лестера она поняла, что ему глубоко безразлично, как она «поживает». И она могла поклясться, что услышала в трубке звук проехавшего грузовика. Неужели известный британский политик звонит из уличной телефонной будки?
   – Нормально, – ответила Джулия. – У тебя ужасный голос. Откуда ты звонишь?
   – Я слышал о налете! – Лестеру пришлось кричать, чтобы она услышала его голос среди шума проезжавших машин. – Они ничего не взяли?!
   – Нет. – Джулия нахмурилась. Откуда ему известно об этом? – Я получила еще письмо. Два дня назад. Там сказано, чтобы я остерегалась.
   Лорд Лестер, утонченный аристократ с безупречными манерами, грубо выругался. На какое-то мгновение Джулия испытала удовольствие оттого, что бывший любовник беспокоится о ее безопасности. Но она тут же мысленно посмеялась над своей наивностью.
   – Этого не должно было… – Чарльз снова ругнулся.
   О боже… – в ужасе подумала Джулия. Чарльз замешан в этом!..
   – Ты что-то знаешь?
   Она не узнала собственный голос. Это говорила не очаровательная сексуальная лапочка, которой ее все считали, а жесткая, резкая женщина, смертельно боявшаяся за свою жизнь.
   – Джулия… – Чарльз говорил тихо, спокойно и очень серьезно. – Думаю, тебе надо уехать из города на какое-то время.

   Генри Стюарт протиснулся в замызганную кабину и сел напротив Питера Маклейна, капитана лондонской полиции, любителя городских второсортных злачных мест. Генри поздоровался с капитаном и, сцепив пальцы, положил руки на стол. Он сидел прямо, скользя глазами по лицу своего собеседника, и в них не было ни интереса, ни подозрительности. Полицейские не приглашают частных детективов в занюханные забегаловки, если могут обойтись без их помощи.
   – Видишь ли… – Маклейн задумчиво посмотрел на опустевшую тарелку, – я не обратился бы к тебе, если бы не оказался в безвыходном положении. У нас достаточно людей, которые могут справиться с этим делом.
   Генри кивнул, по-прежнему не проявляя интереса к встрече. Он по опыту знал, что его выдержка и бесстрастное выражение лица могут заставить собеседника сказать то, что он не собирался говорить, – если было что скрывать, разумеется. Так что Генри терпеливо ждал.
   Сузив свои блекло-серые холодные цепкие глаза, выделявшиеся на бледном одутловатом лице, Маклейн сказал:
   – У нас возникла проблема. Затронуты интересы важных людей. Очень важных. Это крайне серьезно, и я не могу рисковать…
   – Капитан, – Генри приподнял бровь, показывая, что ему надоело слушать пустую болтовню, – нельзя ли ближе к делу?
   – Хорошо. Хочешь напрямую? Я скажу тебе. Я не в восторге от того, что мне приходится обращаться к тебе с просьбой. Но у нас в подразделении происходит утечка информации – кто-то распускает язык. Это ставит под удар расследование, которое мы проводим по данному делу. Поэтому я уже никому не могу доверять. Тебе я верю. Ты мне не нравишься, но я доверяю тебе.
   Генри не любил Питера Маклейна и не доверял ему. Но сейчас не время говорить ему об этом.
   – Что за работа? – спросил он.
   – Речь идет о квартире некой Джулии. Просто Джулии. – Капитан провел ладонью по своим жидким волосам. – Мы предполагаем, что она получила в подарок краденую вещь. Думаю, сама она не знает об этом. Так вот, мы очень хотим вернуть эту вещь прежним владельцам. Недавно Джулия заявила в полицию, что ее квартира была взломана, но ничего не пропало. Кто-то, очевидно, знает или подозревает, что у нее кое-что есть. Мы ведем наблюдение за ее домом на случай, если кто-то снова попытается проникнуть в ее жилище. Я не хочу привлекать своих людей, так как не знаю, кто из них разглашает служебную информацию.
   Генри стиснул зубы. Ему надоела игра в кошки-мышки. Он наклонился к Маклейну и вперил в него немигающий взгляд.
   – Что я должен искать?
   – Произведение искусства. – Капитан пошарил рукой в кармане брюк и вытащил оттуда пачку желудочных таблеток. – Старинный миниатюрный портрет в рамке, украшенной драгоценными камнями. Стоит, наверное, уйму денег. Я в этом не разбираюсь. Короче, нам надо, чтобы ты стал близким другом Джулии и выяснил, что ей известно.
   Генри, терпение которого было уже на исходе, все же сдержался и ровным голосом спросил:
   – Кто эта Джулия и какое она имеет отношение ко всей этой истории?
   Маклейн поставил локти на стол, подался вперед и кивнул Генри, чтобы тот приблизился.
   – Значит, так. Она, судя по всему, красотка, ведущая свободный образ жизни. Меняет мужчин как перчатки. Мы разговаривали с кое-кем из ее бывших любовников. Все они давали совершенно разное описание ее внешности, вплоть до цвета волос и глаз. Но говорили они, несомненно, об одной и той же особе. Она просто меняет свой облик для каждого нового друга. Джулия встречается с мужчиной какое-то время, он начинает сходить по ней с ума, осыпает ее подарками, а она бросает его и заводит себе нового хахаля. Когда она заявила о взломе, я послал к ней самого стойкого оперативника. Так он, пообщавшись с ней минут десять, готов был лечь с ней в постель. Профессионалка, – авторитетно добавил Маклейн и восхищенно присвистнул, что вызвало у Генри раздражение.
   Чем этот идиот восхищается? – зло подумал детектив.
   – Значит, какой-то тип, втрескавшийся по уши в эту Джулию, подарил ей бесценную миниатюру для обогащения ее личной коллекции, – констатировал он.
   – Ха! Не думаю. – Маклейн, не уловивший сарказма в тоне Генри, стукнул себя кулаком по жирной ляжке. – Скорее для обогащения своего тела.
   Сальный голос капитана действовал Генри на нервы. Не женщина, а мечта, язвительно подумал он. Такую бы пригласить домой к маме на воскресный обед. То, что надо. Но это дело почему-то заинтриговало его. Генри и сам не мог объяснить почему. Он чувствовал, что Маклейн сказал ему далеко не все.
   – Кто прежде владел портретом? До того как он попал к Джулии?
   – А вот здесь, Стюарт, твоя работа заканчивается. – Глаза капитана превратились в припухшие щелки. – Этим будет заниматься полиция. Твое дело – проникнуть в ее квартиру под видом близкого друга и найти вещицу. Будешь докладывать лично мне о том, как продвигается работа. В участок не звони и вообще никому ни слова об этом деле. Если мои ребята узнают, что я привлек тебя, они устроят мне обструкцию.
   Генри кивнул. Он уже ощущал профессиональный зуд. Чутье подсказывало ему: дело не только в том, что влиятельный любитель искусства хочет вернуть свою драгоценную миниатюру. Он чувствовал, что все гораздо серьезнее и сложнее. И именно поэтому Генри захотел заняться этим делом.
   Он подавил улыбку. Дику это тоже понравится. Его соратник, партнер и лучший друг в данный момент находился в доме своих родителей на побережье под Гастингсом и оплакивал смерть матери. Отца Дик потерял еще раньше.
   Генри и Ричард служили в морской разведке и составляли ударную боевую единицу, прозванную «Джемини». Действительно, между друзьями, как у близнецов, существовало такое взаимопонимание, что они могли обходиться – и часто обходились, особенно при проведении очередной операции, – без слов. Они имели высокие награды и пользовались уважением не только сослуживцев, но и командиров.
   Генри подумал, что, если его знаменитая интуиция не подвела и ему придется провести кое-какое расследование, чтобы разобраться в этом деле, он, возможно, сумеет вернуть своего друга к нормальной жизни. Дик целый год ухаживал за больной матерью, не оставляя ее ни на один день.
   – Я согласен, – сказал он.
   – Задание несложное, – небрежно бросил Маклейн. – Думаю, ты быстро обработаешь эту Джулию, она еще сама будет бегать за тобой. – Он противно хихикнул.
   В закусочной пахло прогорклым жиром, да и Маклейн изрядно ему надоел, поэтому Генри быстро обсудил условия работы, попрощался и вышел на улицу.
   Вдохнув полной грудью теплый летний воздух, Генри направился к ближайшей станции метро. Он решил, что неплохо было бы взглянуть на дом, в котором живет любвеобильная Джулия. Затем Генри предполагал составить план действий и попробовать раскопать интересные данные по делу, за которое взялся. Если обнаружится действительно что-то стоящее, послать телеграмму Дику.
   Генри вдруг почувствовал, как по его нервам словно пробежал легкий ток. Это было знакомое безошибочное ощущение слежки. Он замедлил шаг, подошел к невысокой кирпичной ограде и встал к ней спиной. В нескольких ярдах от себя он увидел хорошо одетого мужчину с короткой стрижкой. Наметанный глаз детектива отметил небольшую выпуклость под пиджаком – оружие.
   Слегка расставив ноги, Генри спокойно смотрел на мужчину, который шел прямо на него. Его догадка по поводу серьезности дела, за которое он взялся, получила подтверждение гораздо раньше, чем Генри ожидал. Появление правительственного агента сразу после странной встречи с Маклейном могло означать только одно: этот парень находится здесь в связи с красоткой Джулией и ее другом-коллекционером.
   – Джордж Рассел, МИ-5, – представился мужчина, вытаскивая из портмоне служебное удостоверение. – А вы – Генри Стюарт, частный детектив, бывший офицер морской разведки, один из «Джемини».
   – Да, – подтвердил Генри, бесстрастно глядя на Рассела. Он с удивлением увидел в его снисходительной усмешке – типичной для сотрудников английской секретной службы – намек на восхищение и даже уважение. – Чем могу быть полезен?
   – Мы хотели бы поговорить с вами. – Рассел убрал удостоверение и показал рукой на черную машину, стоявшую у тротуара. – Мы думаем, что вы можете нам помочь.

   – О! – Ванесса Джоунс широко раскрыла глаза и подалась вперед. – Надо же!
   Она сидела на диване в своей небольшой гостиной с пакетом воздушной кукурузы на коленях и не отрываясь смотрела на экран телевизора. Показывали фильм, который она еще не видела. Героиня картины, в трусиках и расстегнутой блузке, распростерлась на кровати, а герой, держа в одной руке бокал с виски, другой выудил пальцами из коричневатой жидкости кусок льда и водил им над полуголой красоткой. Холодные капли падали ей в рот, скатывались с губ, бежали по обнаженным грудям, возбуждая розовые соски, и собирались в углублении пупка.
   – Ой, посмотри, как он!.. Ух, здорово!
   Элис, подруга Ванессы, схватила горсть кукурузы из своего пакета и сердито швырнула в нее.
   – Перестань наконец охать и ахать. Ты мешаешь мне смотреть фильм!
   Ванесса обиделась. Теперь она открывала рот только для того, чтобы отправить в него очередную порцию кукурузы. Она не сводила завороженных глаз с экрана телевизора. В следующей сцене героиня фильма сидела с закрытыми глазами на полу в кухне, а герой медленно засовывал ей в рот клубнику, вишни, оливки, вливал шампанское прямо из бутылки. Затем он взял банку с медом и стал выливать его тонкой струйкой на высунутый язык героини, на подбородок, на коленки. Потом он начал растирать пальцами липкую золотистую массу по ее ногам, постепенно двигаясь все выше и выше, к заветному месту… Ванесса раскрыла рот, и ее губы округлились в беззвучное «О!».
   Фильм закончился. На экране появились титры. Ванессу охватило странное, почти болезненное желание. Она стукнула кулаком по темно-зеленой обивке дивана.
   – Почему со мной такое не может случиться?
   – Что? – Элис скорчила физиономию и закатила глаза к потолку. – Хочешь познакомиться с каким-нибудь психом-садистом, который исковеркает всю твою жизнь?
   – Нет-нет. – Ванесса сняла с колен пакет с кукурузой и отбросила его в сторону. – Я хочу испытать такие же эротические ощущения, хочу потерять голову от сумасшедшей страсти, даже если это будет вопреки здравому смыслу. А может, мне этого хочется именно потому, что это неразумно.
   – Не выдумывай, Ванесса. В жизни так не бывает. К тому времени, когда дело дойдет до секса, ты и твой мистер Сексуальный Икс уже будете знать друг о друге слишком много. В отношениях между мужчиной и женщиной всегда что-то мешает, происходит скрытая борьба за лидерство. В лучшем случае ты начнешь нервничать, что твои бедра недостаточно хороши, или что ты не знаешь, куда девать свои руки, или что тебе требуется много времени для достижения оргазма, а его это раздражает. – Элис поправила на переносице продолговатые очки в узкой металлической оправе. – Такая сумасшедшая страсть бывает только в кино. Ты уж поверь мне.
   – А как насчет секса с парнем, которого ты совсем не знаешь? Когда вас еще ничего не связывает и вы можете, ни о чем не думая, наслаждаться физической любовью в ее чистом виде?
   Сказав это, Ванесса испугалась. Она проболталась Элис о своем тайном желании. У Ванессы было такое чувство, что недавно в нее вселился какой-то голодный демон и стал пожирать ее здравый смысл.
   – Ты хочешь покувыркаться в постели с парнем, который в результате окажется серийным убийцей?
   – Послушай, Элис, как любая нормальная женщина, я хочу иметь серьезные, глубокие отношения с достойным человеком. Хочу выйти замуж, и я знаю тип мужчины, с которым могу быть счастлива. Но брак – это примерно то, что я имела в течение пяти лет с Аланом. Предсказуемые встречи, традиционный пресный секс, старые как мир стычки по таким же извечным поводам. – Ванесса безнадежно махнула рукой. – Все это понятно. Я не собираюсь заниматься эротическими играми всю свою жизнь. Но, пока я свободна, не замужем, хочу попробовать нечто совсем другое, то, что волнует кровь и будоражит нервы. И хочу проделать все это с мужчиной, который не является, мягко выражаясь, идеалом моей мечты.
   – С каких это пор ты стала нимфоманкой? – насмешливо спросила Элис.
   – Не знаю. Мне просто надоело быть разумной, надежной и предсказуемой. Хочу побыть немного другой – для разнообразия. За все те годы, что я провела с Аланом, и месяцы страданий после того, как он бросил меня, я впервые чувствую себя живой. У меня такое ощущение, что все это время я спала и вот только сейчас начинаю просыпаться.
   Элис посмотрела на подругу поверх очков.
   – Значит, получается, что сегодня – начало остатка твоей жизни?
   Ванесса скорчила подруге гримасу:
   – Спасибо, что принимаешь мой душевный кризис так близко к сердцу.
   – О, лапуля, ты же знаешь, что я люблю тебя и мне небезразлично, что с тобой происходит. Я просто считаю, что секс – это не то лекарство, которое тебе нужно.
   – Интересно. И что же в таком случае мне нужно?
   – Любовь, – уверенно ответила Элис. – Тебе необходимо влюбиться.
   Ванесса скептически вздохнула.
   – У меня с Аланом была любовь. Ну и где я сейчас с этой любовью?
   – Черта с два! С ним у тебя была не любовь, а привычка, – резко возразила разумная Элис. – Не торопись. Осмотрись, поговори с друзьями, подумай. – Она поднялась с кресла, стряхнула с себя крошки кукурузы, сгребла их и кинула в пустой пакет. – Мне пора. Завтра я должна быть на работе рано утром. Мы ожидаем большую партию мини-копий «Мыслителя» Родена в связи с предстоящей выставкой его работ.
   Ванесса проводила подругу, но, когда уже закрывала дверь, задержалась на пороге. Из квартиры напротив доносились женское хихиканье и низкий мужской смех. Она поняла, что сегодня ее соседка привела мужчину к себе домой. У Джулии не бывало простоев.
   И опять Ванессой овладело странное дикое желание – смесь вожделения, безумства и паники. Она словно оказалась в кабине лифта с секс-символом нации и не знала, что ей делать: броситься на него с поцелуями, раскрыть двери кабины или кричать от приступа клаустрофобии.
   Дверь квартиры Джулии открылась. Ванесса шмыгнула в прихожую, но болезненное любопытство к сексуальной жизни неуемной соседки не позволило ей захлопнуть свою дверь. Она оставила крохотную щель и, стыдясь собственного поведения, приникла к ней глазом.
   На пороге появился смуглый мужчина средних лет в дорогом смокинге. Он был красив, и даже небольшие залысины не портили впечатления. Следом за ним из квартиры вышла молодая смеющаяся женщина. У Ванессы глаза полезли на лоб от удивления. Сегодня Джулия была похожа на героиню фильма сороковых годов. Темные волосы – это был, несомненно, парик, – аккуратно уложенные мягкими волнами, обрамляли ее пикантное лицо. Одета Джулия была в довольно скромный для нее длинный розовый халат, перетянутый атласным поясом на осиной талии. В отличие от образа знойной женщины с надутыми губками, который она создала для своего предыдущего любовника, сейчас Джулия изображала веселую, беззаботную девчонку.
   Для каждого мужчины новый облик.
   По телу Ванессы прокатилась жаркая волна. Это именно то, что она хотела! Стать новой личностью. Расслабиться, поэкспериментировать, поиграть в секс. Недолго, месяц или два. Ванесса была уверена, что дольше не выдержит. Но пара месяцев дикой, безудержной страсти помогут ей справиться с ощущением, что она упускает что-то важное и интересное в своей жизни.
   Мужчина схватил Джулию в объятия, прижал к стене и, утробно рыча, начал осыпать поцелуями ее лицо и руки. У Ванессы испортилось настроение, и она бесшумно закрыла дверь.
   Ванесса вернулась на диван. Кому она морочит голову? Каждую ночь новый мужчина? Нет, это противно. Хватит и одного. Но такого, который воспламенит ее кровь и будет проделывать с ней такие вещи, какие Алан никогда не предлагал. В отличие от бывшего любовника, который был способен только на то, чтобы вскарабкаться на нее, шумно попыхтеть, покрыться скользким потом, затем скатиться с нее, пробормотать одно-два ласковых слова и захрапеть, этот мужчина будет более изобретательным. Возможно, он будет непревзойденным виртуозом по части кубиков льда и меда.
   Она давно носилась с идеей изменить свой привычный облик, но Алан всегда говорил ей, что она будет выглядеть неестественно. Черт с ним, с Аланом. Он уже в прошлом. Сейчас самое подходящее время осуществить свою давнюю мечту. Если Джулия может переделывать себя для каждого нового любовника, то ей, Ванессе, это тоже под силу. Недаром она служит в Музее изящных искусств. Работа Ванессы заключалась в том, чтобы придать экспонатам, продающимся в магазине при музее, привлекательный товарный вид. Если она могла заставить посетителей толпиться у витрины, чтобы хоть одним глазком взглянуть на черепки древнего глиняного горшка, то уж себя-то сумеет превратить в лакомый кусочек для многих мужчин.
   Ванесса схватила с кофейного столика последний номер глянцевого журнала и пролистала его, обращая внимание на стиль и позы моделей. С чего начать? Главное – выбрать для себя подходящий образ. Она собиралась удариться в сексуальный разгул, но из этой идеи могло ничего не получиться. Поэтому ее новый облик должен быть таким, чтобы она могла существовать с ним в повседневной жизни. Взгляд Ванессы остановился на снимке стройной модели – черное облегающее платье делало ее облик скромным, элегантным, сексуальным и в то же время невинным.
   В этой модели было все, что требовалось Ванессе для создания нового «я». Теперь она могла отпраздновать свое освобождение от любви к Алану и направить всю энергию на то, чтобы разобраться в странном таинственном желании, которое не давало ей покою уже несколько месяцев.
   Оставалась одна проблема: где найти мужчину? Того, кто вместе с ней будет разбираться в тайниках ее желаний, кто поможет измерить глубину ее женственности, преодолеет с ней все ее психологические барьеры и введет в мир эротических фантазий, где она еще никогда…
   – О да! – Звонкий голос Джулии, все еще прощавшейся со своим любовником на лестничной площадке, ворвался в приятные размышления Ванессы.
   Она улыбнулась. Как по заказу. Но она бы и сама вспомнила о своей соседке. У нее больше не было проблем на пути к созданию новой Ванессы. Это уже можно считать свершившимся фактом. У Ванессы было желание, средства для его осуществления и великолепная наставница под боком.

2

   Ричард Хартли глубоко вдохнул свежий воздух, принесенный на веранду с моря легким бризом. Дом родителей стоял на возвышении, и Дик задумчиво смотрел на серебристые волны Английского канала, плескавшиеся почти у подножия невысокого холма. Утренний воздух был еще довольно холодным. Потребовалось немало времени, чтобы его очищающая свежесть смогла вселить покой в смятенную душу Дика. Этот крохотный нетронутый уголок природы проникал под кожу, попадал в кровь и творил с человеком чудеса.
   Дик подошел к краю веранды, затянутому парусиной, провел рукой по жесткой ткани, мокрой от ночного дождя, и сверху на его руку посыпались крупные капли. Конечно, за те двенадцать месяцев, что он провел у постели умирающей матери, Дик привык к уединенному образу жизни, но теперь, когда ему уже не надо заботиться о матери, поддерживать в ней иссякающие силы, разговаривать с ней, кормить, он начал тосковать по человеческому обществу.
   Может, Генри Стюарт захочет навестить его? Дик скучал по своему другу. Он не возражал бы и против женщины. Может, ему следует собрать вещи и вернуться в Лондон – к комфорту, к цивилизации, к городскому шуму?
   Послышался тарахтящий звук мотора. Фургон или грузовик, определил Дик. Он резко повернулся и настороженно посмотрел на дверь, которая находилась на другом конце коридора, ведущего от веранды к главному входу. Кого принесло сюда в такую рань?
   В дверь коротко, торопливо позвонили. Дик пошел открывать, недовольный тем, что кто-то непрошено ворвался в его начинающийся день.
   На пороге стоял долговязый длинноволосый прыщавый юнец и притопывал ногой в такт музыке, которая, очевидно, звучала у него в голове.
   – Телеграмма, – сказал парень. – Распишитесь, пожалуйста, вот здесь.
   Пряча тревогу, Дик поставил на квитанции закорючку, вернулся в дом и закрыл за собой дверь. Когда шум мотора затих вдали, он облегченно вздохнул и осторожно распечатал телеграмму.
   Она состояла только из одного слова: «Джемини».
   Дик почувствовал резкий скачок адреналина в крови.

   Ванесса сидела на кровати и рассматривала себя, обновленную, в зеркале. На ней были непривычно облегающие черные брюки, блузка оливкового цвета и черные лодочки. Она подстриглась совсем коротко, отчего ее глаза стали казаться огромными, а волосы начали слегка виться.
   После парикмахера Ванесса попала в руки визажиста, из кабинета которого она вышла похожей на невесту Дракулы. Лицо покрывал слой пудры, резко контрастировавшей с темной помадой на губах и оранжевыми румянами на скулах. Тени, густо наложенные у основания век, ближе к бровям постепенно становились светлее. В результате форма глаз стала такой, что Ванесса, взглянув в зеркало, едва узнала себя. Это было ужасно. Пришлось ей в компании с Элис идти в магазин, покупать косметику и, вооружившись глянцевым журналом, потратить целый вечер на то, чтобы превратить обыкновенное лицо Ванессы в экзотическое, чувственное чудо. Надо сказать, подруги преуспели в этом деле.
   Еще были маникюр, педикюр и болезненная, с использованием горячего воска, процедура эпиляции. Зато голени после этого стали гладкими как атлас.
   Ванесса улыбнулась своему отражению в зеркале. Она добилась своего, стала совсем другой женщиной и выглядела теперь более опытной, искушенной. До этой минуты все было легко и просто, неделя прошла в приятных заботах. Но Ванессе предстояло самое трудное и даже пугающее: попросить у Джулии совета, как познакомиться с мужчиной для непродолжительного сумасшедшего романа.
   Зазвонил телефон. Ванесса сняла трубку, надеясь, что это Элис, которая скажет ей, что завтра более удачный день для такого дела. А может, это звонит одна из ее университетских подруг, которая проболтает с ней до ужина, и тогда уж точно будет неудобно беспокоить Джулию. Или…
   – Ванесса, это Алан.
   – Алан. – У нее предательски ёкнуло сердце. Может, это знак свыше и она выбрала неверную дорогу? – Как… как ты поживаешь?
   – Все в порядке, спасибо. – Он явно нервничал. Очевидно, хотел что-то сказать. За пять лет Ванесса хорошо его изучила. – А ты как?
   – Великолепно… Что случилось?
   Неужели он соскучился по мне и хочет увидеть? – мелькнула в голове Ванессы сумасшедшая мысль. Может, он хочет начать все сначала? Черта с два! Я скажу ему, что…
   – Я звоню, чтобы… – Алан судорожно перевел дыхание. – Возможно, с моей стороны это было ошибкой, но я подумал, что ты должна знать об этом.
   – Да?
   Ванесса мысленно продолжила их диалог: «Я хочу сказать, дорогая Ванесса, что думаю о тебе каждую ночь. Я умираю от тоски по тебе». – «О? Извини, Алан, но без тебя я цвету и пахну. И даже собираюсь…»
   – Я встретил женщину и решил, что будет лучше, если ты узнаешь об этом от меня, – сказал Алан.
   – О, Алан, это замечательно! – прощебетала Ванесса, изображая радость. – Я так рада за тебя! Спасибо за звонок. Как мило, что ты сам сообщил мне об этом!
   – Знаешь, мне очень приятно, что ты не расстроилась. Она потрясающая женщина. – Алан даже крякнул от удовольствия. – Послушай, Ванесса, может, ты как-нибудь зайдешь, и я познакомлю тебя с ней?
   – Спасибо, что не забываешь меня. Рада была слышать твой голос. Извини, но мне пора бежать. Пока.
   Ванесса отшвырнула трубку и решительной походкой направилась к зеркалу. Она была вне себя от ярости, обиды и унижения. Какого черта она затеяла этот спектакль?! Ей захотелось, чтобы Алан сказал, что все еще мечтает о ней, а она бы небрежно отвергла его. Она хотела насладиться своей властью над ним и отомстить за то, что он бросил ее. Но, как только он сообщил ей о другой женщине, весь этот воздушный замок рухнул. Ну и черт с ним.
   Быстрым шагом Ванесса направилась в прихожую, схватила с тумбочки ключи, вышла на лестничную площадку и, едва оказавшись у двери Джулии, сразу нажала на кнопку звонка, боясь, что испугается и передумает.
   – Кто… там?
   Ванесса нахмурилась. Может, она позвонила слишком резко? У Джулии был такой испуганный голос, словно к ней вот-вот нагрянет полиция.
   – Это Ванесса. Можно поговорить с тобой?
   Джулия открыла дверь. Она была бледна и выглядела обеспокоенной. И лет на пять моложе, чем на прошлой неделе. На Джулии были шорты и свободная белая блузка.
   – Да-да, заходи. – Джулия улыбнулась. – Ты изменилась. У тебя другая прическа? Мне нравится. Немного похожа на мою.
   Ванесса кивнула и смущенно провела рукой по коротким волосам. Ей было неловко признаться в том, что она действительно скопировала прическу соседки. Правда, натуральные волосы Джулии редко можно было видеть, так как она в основном носила парики.
   – Хочешь чаю? Я как раз завариваю.
   Ванесса опять кивнула и вслед за хозяйкой прошла в квартиру. Она ломала голову над тем, как попросить женщину, с которой она едва знакома, порекомендовать ей партнера для секса.
   – Великолепный день, – вежливо сообщила Джулия. – Я собираюсь сходить сегодня на матч первенства Великобритании по футболу.
   Давай, Ванесса! – мысленно подбодрила себя молодая женщина. Поддержи светский разговор и приступай к делу.
   – О, у тебя скульптура Ренделла!
   – Да? – удивилась Джулия, понятия не имевшая, кто это такой. Она взяла чайник и стала разливать чай. – Я получила эту вещицу в подарок от одного друга. Не могу сказать, что она мне нравится.
   – Твой друг очень неглупый человек. Имя Ренделла обретает все большую популярность, так что его работы скоро будут стоить очень дорого. Он немного странный, и это находит отражение в его творчестве. – Все, хватит болтовни! – Джулия, я могу попросить тебя о слегка необычном одолжении?
   Джулия засмеялась.
   – Я тоже собиралась обратиться к тебе с подобной просьбой. Но ты первая. Присаживайся.
   Ванесса опустилась в огромное мягкое кресло.
   – Несколько месяцев назад я рассталась со своим парнем. Вернее он расстался со мной…
   – Гм. – Джулия передала гостье чашку с чаем и села в кресло напротив Ванессы. – Мне очень жаль.
   – Все нормально. Уже нормально. – Ванесса поставила чашку на столик. – Я даже готова завести себе нового друга.
   – Очень хорошо.
   – Я тут думала… Дело в том, что у нас с Аланом не было настоящего секса.
   – Это плохо. – Джулия опять скорчила гримаску. – Правильно сделала, что отделалась от него.
   – У тебя… много знакомых мужчин, и я подумала… Ты случайно не знаешь кого-нибудь, с кем я могла бы закрутить бурный роман? – Ванесса закрыла лицо руками. – О господи, если бы ты знала, как мне трудно говорить об этом!
   – Да ты не смущайся. – Джулия снова засмеялась. – Я считаю, что тебе в голову пришла блестящая идея. У каждого в жизни должно быть один-два сумасшедших романа.
   Ванесса отвела руки и робко спросила:
   – Это то, что происходит у тебя?
   – Примерно. – По лицу Джулии пробежала легкая тень. Она сделала глоток чаю и снова улыбнулась. – Я с удовольствием помогу тебе. У меня действительно много знакомых мужчин.
   Ванесса облегченно вздохнула.
   – О, большое спасибо. Я боялась, что ты обидишься.
   Джулия покачала головой.
   – Ерунда. Я восхищаюсь тобой. Могу поспорить, что многие женщины хотят того же, что и ты, просто у них не хватает решимости сделать это.
   – Да я тоже не могу назвать себя смелой, – призналась Ванесса.
   – Вспомни, что говорят во всех фильмах о войне? Смелость – это когда человек, не ощущающий себя таковым, действует храбро.
   – Спасибо.
   Джулия все-таки на редкость искренний человек, подумала Ванесса, хотя и меняет облик, как хамелеон окраску, для каждого из своих мужчин.
   – Итак, что бы ты хотела – иметь приятного мягкого учителя или горячего жеребца, который поможет тебе осуществить все твои эротические фантазии? – спросила Джулия.
   – Думаю, второй вариант. – Ванесса покраснела. У нее было ощущение, будто она выбирает кусок мяса в супермаркете. – Мне не хочется обзаводиться семьей, не испытав того, о чем все так много говорят.
   На губах Джулии появилась грустная улыбка.
   – Ты считаешь, что муж не сможет дать тебе этого?
   – Того, что я хочу, – нет. – Ванесса отпила чаю и решительно покачала головой. – Мужья приносят с собой целый воз условностей, сопровождающих «серьезные отношения». В данном случае я хочу быть свободной от этого груза, чтобы он не мешал мне экспериментировать, выходить за рамки привычных сексуальных отношений.
   – Понимаю. – Джулия медленно опустила свою чашку на стол. – Если кто и будет отговаривать тебя от этой затеи, то не я. Но ты уверена, что хочешь именно этого? Видишь ли, многим женщинам очень трудно вступать в… интимную связь с мужчиной без любви.
   – Но ты ведь делаешь это? – возразила Ванесса.
   – Да, – согласилась Джулия с той же грустной улыбкой. – Делаю.
   – Я не могу с уверенностью ответить на твой вопрос, пока не попробую. Но если я буду в образе женщины, которой не являюсь в действительности, и мой партнер будет не тем типом мужчины, который мне нравится, то любовь здесь, думаю, не имеет значения. И, если эта связь причинит мне боль, мне некого будет в этом винить. Я сама напросилась.
   Джулия помолчала немного, а потом, хлопнув себя по колену, сказала:
   – Ну, если ты не передумала, я, наверное, смогу помочь тебе.
   – О, я… я очень рада.
   Ванесса заставила себя улыбнуться. Жребий был брошен, и она испугалась. Чего я паникую? – спросила она себя. Я пришла сюда, потому что знала, что Джулия поможет мне.
   Джулия встала, подошла к окну, бросила озабоченный взгляд на улицу и села на подоконник.
   – Могу я теперь сказать тебе о своей просьбе, Ванесса?
   – Конечно.
   – Мне хочется уехать от городской суеты ненадолго, но у меня мало денег. Я подумала, что если дом твоих родителей в Йоркшире свободен, то, может, я могу снять его у тебя недорого в обмен на Джона?
   Джон. Конкретное имя мужчины вызвало у Ванессы дрожь.
   – Думаю, это возможно, – ответила она. – Родители обычно переезжают туда в конце июля. Но я должна уточнить.
   – Прекрасно! Мне действительно нужен небольшой отдых. – Джулия улыбнулась, но пальцы ее судорожно стиснули край подоконника. – Полагаю, Джон – подходящая кандидатура для интересующего тебя дела. С ним встречалась пару раз моя подруга Кэтрин. Он красивый, сексуальный, мягкий. Один из тех, кто любит женщин, но не любит брать на себя какие-либо обязательства. Возможно, он понравится тебе.
   – Хорошо. – Ванесса закивала, чувствуя себя безнадежной идиоткой.
   Джулия слезла с подоконника и направилась к телефону.
   – Но если нет, то ничего страшного. Ты совсем не обязана встречаться с ним. Ты свободна завтра вечером?
   – Гм… да, свободна.
   Уже завтра?! Готова ли я?! – запаниковала Ванесса. Может, еще не поздно отказаться от сумасшедшей идеи?!
   Она испытывала одновременно возбуждение и страх. Ей было трудно дышать, словно из нее выкачали весь воздух. Все, что происходило сейчас в гостиной Джулии, имело какой-то сюрреалистический оттенок. И их разговор, и имя мужчины, и конкретная дата встречи… Ванессе казалось, что она грезит наяву.
   Джулия, с улыбкой поглядывая на испуганное лицо соседки, начала набирать какой-то номер, но вдруг остановилась.
   – Ванесса, может, ты сходишь к себе и позвонишь родителям насчет дома? А я пока попробую связаться с Джоном.
   – Ладно. Хорошо.
   Ванесса встала и пошла в свою квартиру. Когда она набирала номер родителей, у нее дрожали руки. Что она скажет им? «Привет, мама, привет, папа. Мне надо сдать наш дом подруге в обмен на дикий секс с мужчиной, которого я не знаю. Вы не против?»
   Трубку, к счастью, сняла мать. Опуская подробности, Ванесса кое-как изложила просьбу и ответила на вопросы. Да, у нее все в порядке, только устала немного. Да, работа очень нравится. Нет, по Алану не скучает. Целую, пока.
   Бедная Джулия. Расстроенная, Ванесса повесила трубку. В этом году родители решили отпраздновать в Йоркшире сорокалетний юбилей своего брака.
   В дверь позвонили. Это была Джулия, она выглядела встревоженной.
   – Что сказали родители? Они согласны?
   – Мне очень жаль. Ближайшие выходные они собираются провести в Йоркшире. Так рано они никогда туда не ездили. Я не думала, что возникнут проблемы.
   – О! – выдохнула Джулия и улыбнулась. Но это была улыбка сквозь слезы. – В любом случае спасибо за хлопоты.
   Ванесса посмотрела на соседку с любопытством. Что заставляет ее бежать из Лондона? Может, ее преследует один из бывших любовников?
   – Джулия, а ты…
   – Да, я разговаривала с Джоном, – прервала Джулия, догадавшись, что интересует Ванессу. – Все в порядке. Завтра, в восемь часов, в моей квартире. – Джулия коротко улыбнулась. – Он сказал, что эта встреча доставит ему удовольствие.

   – У меня завтра свидание?! – Генри едва не выронил сандвичи, которые держал в руках, и уставился на ухмыляющегося Дика. – Я собирался сводить Патрика в кино, чтобы сестра могла отдохнуть хотя бы один вечер.
   – Я знаю, что крошке Патрику нужен мужчина, но в нем нуждается и прекрасная Джулия. Ты будешь действовать под видом какого-то парня по имени Джон. – Дик откинулся на спинку стула и многозначительно поднял брови. Он явно получал удовольствие оттого, что вернулся к работе. – Она хочет взять уроки секса.
   – Уроки секса? Ты шутишь. – Генри благополучно донес сандвичи до стола и положил на тарелки. У него был такой вид, будто он выпил уксусу. Эта Джулия была плохой новостью. – На кой черт этой женщине нужна подобная учеба? Такая сама кого хочешь научит.
   Дик пожал плечами.
   – Я думаю, даже профессионалы высокого класса должны поддерживать форму. Хотя ребята из МИ-5 говорят, что она не проститутка в прямом смысле этого слова.
   – Ну конечно, – иронично протянул Генри, – она всего-навсего гедонистка. Это один черт, если хочешь знать. – Он сердито передвинул тарелки на столе. Уроки секса! Какие-то идиотские игры в то, что должно быть совершенно естественным. – Ты уверен, что понял правильно? Может, это она должна обучать Джона всем этим штучкам?
   – Уверен. Я думаю, роль учителя возбуждает этого Джонни. – Дик откусил большой кусок от сандвича и начал жевать. Его глаза озорно сверкнули. – Некоторые мужики балдеют от таких «уроков».
   – О господи. – Генри глотнул молока из пакета. – Такому меня не учили в морской разведке.
   – Ты бы предпочел проникнуть в чужие территориальные воды, чем в обворожительную Джулию, – весело заметил Дик.
   Генри полоснул его гневным взглядом.
   – Никаких сексуальных уроков. Я появлюсь у нее как сантехник.
   – И будешь обследовать ее трубы? – невинным тоном осведомился Дик, продолжая подтрунивать над другом. Генри закатил глаза к потолку. – Это прекрасное прикрытие, Генри. Если ты не найдешь миниатюру во время своего первого визита к Джулии, у тебя будет предлог появиться там еще раз. При условии, конечно, что ты придумаешь, чему еще ее можно обучить.
   Генри уткнулся лицом в ладони и застонал. Придется позвонить Маргарет и договориться на другой день относительно Патрика. Дик загнал его в угол своими железными доводами. МИ-5 поддержала идею капитана Маклейна направить к Джулии Генри Стюарта, чтобы он завязал с ней дружбу, обыскал ее квартиру и незаметно выведал, что Джулии известно.
   Производить обыск в отсутствие Джулии, к сожалению, было нельзя, так как ее квартира находилась под постоянным наблюдением не только полиции, но и людей Барри Блейка, одного из главарей преступного мира. Миниатюру, которую должен был найти Генри, Блейк передал лорду Лестеру в качестве взятки. Блейк, разумеется, не хотел, чтобы эта вещь попала в руки полиции, поскольку на суде она стала бы главным вещественным доказательством против него.
   Генри поднял голову и, устало вздохнув, спросил:
   – Джулия не знает этого парня?
   – Нет. Они никогда не встречались. Но ее репутация бежит впереди нее. По телефону парень исходил слюной. Ты бы слышал, как она обрабатывала его. Бог мой, она была неподражаема. – Дик положил на тарелку недоеденный сандвич и скрестил руки на груди, засунув кисти под мышки. Он всегда так делал, когда его что-то беспокоило. – Хотя, знаешь, интересная вещь… У меня создалось впечатление, что она была напугана до смерти. Могу поспорить на что хочешь, что красотка по уши вляпалась в эту историю.
   Что-то в голосе Дика отвлекло Генри от невеселых мыслей. Он уставился на друга.
   – Да? Дик, а почему бы тебе не заняться этим? Ты долго сидел в глуши и, наверное, устал от монашеской жизни.
   Дик вскинул обе руки.
   – Только не я. Капитан Маклейн просил тебя выполнить эту работу. А парни из МИ-5 не хотят волновать полицию, пока они проверяют, кто у них там снабжает Барри Блейка служебной информацией. Кроме того, ты у нас являешься международным секс-экспертом, если вспомнить наши с тобой операции за рубежом.
   Когда Дик, вызванный телеграммой, появился на пороге дома, Генри шокировал вид друга, который был похож на привидение. Сегодня впервые к Дику вернулись чувство юмора и способность шутить – необходимые оперативнику качества. Генри был доволен, что пригласил его участвовать в этом деле. МИ-5 не отличалась сговорчивостью, но, к удивлению Генри, он не услышал ни одного слова против участия Дика в данном деле. Очевидно, репутация «Джемини» была известна не только в среде военных.
   – Ты не думай, у меня тоже было жаркое свидание – с настоящим Джоном. – Дик ухмыльнулся. – Надо, чтобы он был занят по горло, пока не завершится эта операция.
   – А потом?
   – Потом я примчался обратно. Я могу пригодиться, поскольку для полиции меня здесь нет.
   – И для людей Барри Блейка тоже, – буркнул Генри.
   Он придвинул к себе тарелку и принялся за сандвич. К сожалению, он действительно был подходящей кандидатурой на эту роль. Украденная миниатюра с портретом королевы Елизаветы I, дочери Генриха VIII и Анны Болейн, была прямым доказательством того, что лорд Лестер был связан с Барри Блейком. Мафиози воспользовался любовью лорда к искусству и подарил ему миниатюру в обмен на лоббирование в парламенте закона, который служил его преступным деловым интересам. Имея эту вещицу на руках, МИ-5 могла освободить лорда от преследования, если тот согласится выступить в суде свидетелем против Блейка. Поскольку Генри пригласила полиция, его участие в деле создаст буферную зону между МИ-5 и Скотланд-Ярдом, пока в полиции будут искать канал, через который у них происходит утечка информации. Все выстраивается очень четко. Все счастливы. Кроме Генри.
   Секс между мужчиной и женщиной – это то, что должно происходить естественно, когда оба хотят этого, когда их неодолимо тянет друг к другу. Занятия любовью нельзя спланировать и тем более – обучить им. Получать наслаждение надо от того, что создано самой природой человека!
   Генри решил, что ему надо постараться найти миниатюру в свой первый визит к Джулии, поскольку капитан Маклейн и МИ-5 считали, что портрет находится у нее. Или убедиться на сто процентов, что его там нет.

   Джулия выбрала самую большую дамскую сумку из своей обширной коллекции и запихнула в нее пять комплектов нижнего белья, три майки, шорты, два летних мини-платья, шампунь, зубную щетку и дезодорант. Она решила ехать на вокзал, а уже там подумать, в каком направлении двигаться дальше. Джулия могла позволить себе только поезд – на самолет не было денег.
   Ванесса появится в ее квартире через час. Те, кто наблюдают за Джулией, увидят в окне молодую стройную женщину, принимающую у себя мужчину. Все естественно. Джулия специально отослала Ванессу позвонить родителям, когда говорила с Джоном по телефону. Ей важно было, чтобы все выглядело так, что он встречается с ней сегодня вечером – на случай, если ее телефон прослушивался. Джон пришел в восторг и с такой готовностью согласился на роль «учителя», что Джулии стало не по себе оттого, что она оставляет Ванессу вместо себя. Но ничего, они договорятся. Или нет. В любом случае, к тому времени когда тот, кто охотится за ней, выяснит, что ее нет в квартире, она будет далеко от Лондона.
   Если у Ванессы ничего не получится с Джоном, она вернется к себе и продолжит жить, как жила. И, возможно, время от времени будет удивляться, куда подевалась ее соседка. Если же они сойдутся, то Ванесса наверняка перенесет встречи с Джоном в свою квартиру и уже будет вне опасности. Джулия не сомневалась, что все рассчитала точно и вывела свою ни о чем не подозревающую соседку из-под удара.
   Она собиралась оставить записку Ванессе, в которой хотела объяснить ей сложившуюся ситуацию. Но когда Джулия увидела испуг в глазах Ванессы после того, как сообщила ей о дате встречи с Джоном, то поняла, что Ванесса не придет, если будет знать, что он рассчитывает провести время с Джулией. А Джулии было крайне важно, чтобы сегодня вечером Ванесса находилась в ее квартире. Только сегодня, чтобы она могла незаметно уехать из Лондона.
   Джулия повесила сумку на плечо, помянув добрым словом служителей моды, сделавших безразмерные торбы хитом сезона, посмотрела на себя в зеркало – поправила светлый парик, проверила макияж, завязала рукава свитера, накинутого на плечи, и вышла из квартиры. Подсунув ключ под дверь Ванессы, как они договорились, Джулия направилась к лестнице. Из подъезда она выскользнула через черный ход.
   Автобус долго ждать не пришлось. Джулия твердо решила выглядеть счастливой и беззаботной. Если за ней и сейчас наблюдают, то пусть думают, что она отправилась по магазинам, чтобы к вечеру вернуться домой, где ее ждет свидание с мужчиной. Джулия вышла из автобуса на остановке около железнодорожного вокзала, спустилась по эскалатору и стремительно направилась к турникету, едва не столкнувшись с крепким молодым блондином.
   – Простите. Прошу.
   Крепыш пропускал ее вперед. Джулия повернула голову и встретилась взглядом с его голубыми глазами. Они искрились юмором, интеллектом и теплом, но в то же время в них проскальзывала какая-то непреклонность и твердость. Джулия, несмотря на свое взвинченное состояние, была очарована.
   Она улыбнулась в знак признательности и прошла через турникет, сожалея о том, что встретила симпатичного блондина именно сегодня. В другое время она не торопясь заглянула бы в эти необыкновенные глаза и подробнее разглядела, что намешано в их голубой синеве. Джулия уже давно не имела дел с мужчинами, близкими ей по возрасту.
   – Я Ричард Хартли, – представился крепыш. – Друзья называют меня Диком. А как вас зовут?
   Он шел рядом с Джулией, раздувая искру ее сожаления в болезненный тлеющий огонь.
   – Джулия. Просто Джулия, и друзья называют меня Джулией.
   Она улыбнулась, давая ему понять, что шутит, чтобы он не подумал, будто она смеется над ним. Мужчины слишком самодовольны, чтобы терпеть насмешку. Хотя этот, несмотря на свое потрясающее сексуальное обаяние, вел себя естественно и просто и, наверное, обладал неплохим чувством юмора.
   – Куда держите путь? – спросил Дик.
   – На поезд, – ответила Джулия, хотя вопрос и насторожил ее.
   Не исключено, что этот симпатичный мужчина представляет для нее угрозу. Он мог появиться здесь, чтобы убедиться, что она уехала из города. Или, наоборот, чтобы помешать ей покинуть Лондон.
   Джулия стиснула зубы. Противно, что она никому не может доверять и вынуждена всех и вся подозревать в том, что они не те, кем кажутся. Чем скорее она уедет из Лондона, тем лучше. Даже если допустить, что Дик действительно случайный знакомый, все равно, разговаривая с ним, она уже привлекает чье-то внимание. Надо от него отделаться.
   – Когда у вас поезд? – задал Дик следующий вопрос.
   – Я не… Еще не скоро.
   Джулия злилась, что Дик не мог подождать со своим вопросом, пока она не выберет себе поезд, чтобы было не так очевидно, что она едет куда глаза глядят.
   – Мне тоже придется долго ждать. Я встречаю друга. Можно вас угостить чем-нибудь?
   – О нет. Спасибо.
   Джулия прибавила шаг, но Дик и не думал отставать от нее.
   – Жаль. Здесь есть где посидеть. – Он указал рукой на бар с несколькими уютными столиками.
   Джулия остановилась и повернулась к нему.
   – Вы всегда такой настойчивый?
   – Нет. – Дик обезоруживающе улыбнулся. – Обычно я даже не спрашиваю. Наверное, не хочу начинать карьеру ловеласа с фиаско.
   Джулия не удержалась от улыбки. С этим парнем не соскучишься. Черт бы подрал лорда Лестера!
   – Извините. Я должна быть очень осторожной. – Джулия прикусила язык, поняв, что едва не проговорилась. – Все должны быть осторожными в наше время, – быстро добавила она.
   – Ничего, все в порядке. Рад был познакомиться с вами, Джулия. Желаю приятной дороги.
   Дик снова улыбнулся и пошел к бару. Джулия перевела дыхание. Несмотря на то что она очень хотела избавиться от Дика, теперь, когда он ушел, она почувствовала себя страшно одинокой.

3

   Ванесса сидела на кровати, заваленной одеждой. Она хорошо видела себя в зеркале на туалетном столике, поэтому имела четкое представление, как выглядит, когда паникует. Зрелище было не из приятных. Огромные глаза, лицо мертвенно-бледное, скулы напряжены так, что болят зубы. Все ее тело сотрясала мелкая нервная дрожь.
   Без десяти восемь. Через десять минут она пересечет лестничную площадку и будет дрожать уже в квартире Джулии. Мужчины всегда опаздывают. Этот Джон появится в восемь пятнадцать. Он необычайно красив, его широкая грудь покрыта мелкими завитками волос… На шее болтаются несколько золотых цепочек, которые сверкают в расстегнутом вороте белоснежной сорочки… Он сложит пальцы пистолетом и притворится, что стреляет в нее. Это будет его приветствием.
   Нет, подумала Ванесса, такой вариант мне не нравится. Мне нужно что-нибудь попроще, понадежнее. Примерно как Алан. Я должна выйти замуж, забеременеть, светиться от счастья и хорошего здоровья… Нет, еще рано. Во всяком случае, пока ей не исполнилось тридцать лет. Время, которое у нее еще есть, она использует для познания неизвестного ей секса – дикого, буйного, изощренного.
   Каждый ее роман длился дольше предыдущего, и Ванесса чувствовала, что недалек тот день, когда появится ее мистер Суженый. Так почему не поразвлечься, пока есть время и возможность? Лучше перебеситься сейчас, чем после свадьбы. Или потом всю жизнь мучиться, что не догуляла.
   Ванесса снова взглянула на часы. Хорошо бы время текло медленнее, а еще лучше – остановилось, чтобы ей не надо было идти на это свидание.
   Она опять представила, как войдет Джон, перекинув через плечо свой пиджак, который будет болтаться на кончике его указательного пальца. Он подмигнет ей, словно она маленькая хорошенькая девчушка. Он, конечно, огромный и мускулистый, и ему придется протискиваться в дверной проем боком. Он наверняка принадлежит к типу мужчин, которые обращаются к женщинам, которых хотят поразить, «малышка» или «беби».
   Фу! Ванесса содрогнулась. Нет, это не для ее. Где гарантия, что он понравится ей? Сколько мужчин проходили мимо нее по улице и сколько из них привлекли ее внимание? Таких, к которым ей хотелось бы прикоснуться? Практически ни одного.
   Господи, что она делает?!
   Часы показывали уже без двух минут восемь. Ванесса судорожно вздохнула и дрожащей рукой взяла ключ от квартиры Джулии, все еще не уверенная, что воспользуется им. Но в глубине души она знала, что не сможет не пойти на свидание. Если она не встретится с Джоном сейчас, то потом до конца своих дней будет гадать, каким был этот Джон. Можно было, конечно, приоткрыть дверь и посмотреть на него в щель, когда он появится на площадке, и, если он окажется симпатичным, выйти из своей квартиры. Но Ванесса отмела этот вариант, поскольку хотела скрыть от Джона, что живет в этом доме. Во всяком случае, до тех пор, как поймет, что он тот, кто ей нужен.
   Она открыла дверь, быстро пересекла площадку, вставила ключ в замочную скважину и юркнула в квартиру Джулии. Прислонившись спиной к двери, Ванесса сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить колотившееся сердце. Ей бы сейчас не помешал глоток виски, но она не пила крепких напитков и, кроме того, не хотела, чтобы Джон почувствовал, что от нее пахнет алкоголем.
   О боже, когда это все кончится?! А если он окажется потрясающим мужчиной? Сумеет ли она удержаться и не влюбиться в него? Почему она вдруг решила, что может иметь интимные отношения с мужчиной, оставаясь эмоционально безразличной к нему?
   Ванесса открыла окно и выглянула на улицу. В поле зрения не было ни одного стоящего мужика. На противоположной стороне улицы скучал одинокий фургон, принадлежавший какой-то ремонтной компании.
   В дверь позвонили. Звонок был идеальным. Не громким и не настойчивым. Не робким, не глупым и не слишком ритмичным. Это был спокойный, уверенный звонок.
   – Господи, помоги! – прошептала Ванесса и пошла открывать.
   Стоявший на пороге мужчина был совершенен. У него были темные густые слегка волнистые волосы, удивительно живые серые глаза, длинные ресницы, приятный рот и сексуальная ямочка на левой щеке. Ванесса молча смотрела на него до тех пор, пока ей не пришло в голову, что она ведет себя очень глупо.
   – Привет, Джон. Заходите.
   Он кивнул. Даже его кивок был безупречным.
   Ванесса жестом пригласила Джона следовать за ней в гостиную. Он вошел и огляделся.
   То, что надо! – снова мелькнуло у нее в голове. Высокий, но не слишком, крепкий и в то же время стройный. Пиджак и галстук из дорогого магазина. Великолепный мужчина. Великолепный настолько, что у меня нет ни малейшего шанса влюбиться в него. И это главное. Кому хочется всю жизнь иметь рядом идеального мужчину? Можно свихнуться от комплекса неполноценности.
   Джон, перехватив восхищенный взгляд Ванессы, слабо улыбнулся, отчего ямочка на щеке стала заметнее. Его глаза пронизывали Ванессу насквозь, на лице застыло немного циничное выражение. Ванесса была в восторге, поняв, что это свидание имело шанс на продолжение.
   – Зовите меня Генри. – Голос у него был тоже необыкновенным, конечно. Глубокий, бархатистый, он будто обволакивал Ванессу и заставлял трепетать от приятного возбуждения. – Это мое второе имя. Джоном меня называют только мама и Кэтрин.
   – Генри, – благоговейно повторила Ванесса.
   Она продолжала смотреть на него широко раскрытыми глазами. Генри тоже смотрел на нее, и Ванесса почувствовала себя неловко. Он не был похож на любителя вежливой болтовни. И, как только она подумала об этом, сразу занервничала под его пристальным взглядом. Генри смотрел на нее так, словно обдумывал что-то. Ей даже почудилось в его глазах легкое презрение.
   И вдруг Ванесса поняла: она не нравится ему.
   Ликование, согревшее ее сердце, внезапно перетекло в свинцовую тяжесть, которая стала давить на грудь. Мистеру Совершенство нужна только мисс Совершенство. Чтобы заманить его сюда, Джулия, видимо, сказала ему, что Дженнифер Лопес ей, Ванессе, в подметки не годится.
   – Выпить хотите? Виски?
   Он кивнул. Ванесса подошла к столику с напитками и налила две приличные порции.
   Генри тем временем осматривал комнату, особое внимание уделяя картинам, которых здесь было во множестве. Ванесса подошла к нему и вручила стакан с виски.
   – На здоровье! – произнесла она, подняв свой стакан и залпом выпив половину содержимого.
   Генри вопросительно вскинул бровь.
   Ванесса засмеялась:
   – Нервы.
   Он кивнул. Очевидно, мимика и жесты служили ему основным способом общения с людьми. С лица Генри не сходило странное, критическое выражение. Несмотря на все его совершенство и загадочный взгляд, он уже начал раздражать Ванессу. Если он считал то, что она хотела получить от него, противным, то зачем тогда явился сюда? И, если она вызывает у него отвращение, почему не уходит?
   – Как прошел последний матч чемпионата страны? – спросила Ванесса, сложив руки на груди.
   Лицо Генри медленно расплылось в удивительной улыбке, глубокие ямочки появились на обеих щеках. Ванесса не могла не ответить тем же. Невозможно находиться в комнате с мужчиной, который так тебе улыбается, и не наградить его такой же улыбкой. Даже если в этот момент хочется ударить его в солнечное сплетение.
   – Думаете, «Манчестер» выиграет чемпионат?
   На этот раз Генри ограничился коротким смешком. Он сделал большой глоток виски и, не глядя, поставил бокал на каминную полку, к которой прислонился спиной. Он положил руки на бедра, отведя назад полы пиджака, и призывно посмотрел на Ванессу, как бы говоря: я знаю, чем мы тут скоро будем заниматься.
   Ванесса протяжно втянула в легкие воздух. Она вдруг почувствовала холод, а затем ее бросило в жар. О боже. Этот Генри мог бы соблазнить и монахиню. Может, он все-таки нашел ее хоть немного привлекательной? Или дал обещание Джулии и теперь чувствует себя обязанным довести дело до конца.
   Как бы там ни было, но Ванесса была еще не готова расслабиться. Для того чтобы чувствовать себя свободной и раскованной, она должна знать, как Генри к ней относится. К тому же у нее было свое правило: никаких поцелуев, пока мужчина не произнесет четыре полноценных предложения.
   – Не хотите присесть? – Ванесса жестом указала на диван.
   Генри принял приглашение, но предпочел кресло. Ванесса отпила еще глоток виски. Обжигающее тепло крепкого алкоголя добавилось к тому жару, который вызвал в ней невероятно сексуальный мистер Совершенство. Возможно, Ванесса не возбудилась бы так, если бы он произносил какие-нибудь фразы.
   – Почему вы нервничаете?
   Она едва не поперхнулась виски. Он что, не понимает? Если бы Ванесса не видела в его глазах острый интеллект, она поставила бы под сомнение его умственные способности.
   – Я, знаете, не каждый день занимаюсь этим.
   – Нет.
   Ванесса вскинула голову и в изумлении уставилась на Генри. Он нисколько не смутился. Его взгляд оставался спокойным, твердым и даже слегка вызывающим. Генри произнес свое «нет» так, что по сути это было «да». Иначе говоря, он думал, что Ванесса постоянно приглашает к себе незнакомых мужчин для занятий сексом.
   – Извините. – Ванесса встала и обнаружила, что у нее дрожат ноги. Она уже злилась на Генри всерьез. – Вы не могли бы быть поразговорчивее и объяснить, что имеете в виду?
   Генри закинул ногу на ногу.
   – А разве надо что-то объяснять?
   Ванесса едва сдержалась, чтобы не запустить в него стаканом с остатками виски. Тупица! Все, полная катастрофа. А какое было великолепное начало… Больше не будет никаких восторженных эпитетов. Этот тупица, пусть он будет даже идеалом мужчины, их не заслуживает.
   Она гневно показала пальцем на свои лодочки.
   – Туфли без каблуков – чтобы вы не подумали, будто я распутница, и еще потому, что я волновалась за ваш рост. Вы могли оказаться невысоким. Юбка до колен, темно-синяя, не мнется. Короче говоря, не очень короткая и не слишком обтягивающая. Скромная блузка, обычный макияж, простая прическа. Все было рассчитано в течение последних почти бессонных суток. Этот тщательно разработанный план был подготовлен на случай, если я вам не понравлюсь или вы не понравитесь мне. Травма будет минимальной, потому что я не лезла из кожи вон, чтобы соблазнить вас. – Резким движением Ванесса вытянула правую руку перед собой. – Взгляните на мою дрожащую руку и потную ладонь. Если бы вы посчитали сейчас мой пульс, то обнаружили бы, что он бьется как сумасшедший от страха. Теперь скажите мне, пожалуйста, почему вы решили, что я уже занималась этим?
   Глаза Генри сузились, затем на его лице появилось что-то похожее на восхищение. Его губы медленно растянулись в сексуальной улыбке.
   – Приношу свои извинения. Вы – безупречны.
   Ванесса подумала, что он насмехается над ней, и поэтому продолжала злиться. Он считает, что она безупречна?
   – Уже два предложения.
   Генри встал и сделал шаг к ней.
   – Я не очень разговорчивый.
   Намек был в его глазах, в его намеренной близости. Он как бы говорил: у меня лучше получаются другие вещи. Ванесса отошла к столику с напитками. Она с трудом сдерживала слезы. Она была еще не готова. Ванесса вообще сомневалась, что сможет общаться с этим мужчиной. С первой минуты своего появления здесь он играет с ней в шарады, и она не понимает почему. Может, он думает, что это сексуально? Или считает, что, если вызовет у своей жертвы желание воткнуть в него булавки, это будет потрясающим эротическим стимулированием?
   Нет, это не похоже на него. Совсем не похоже.
   Ванесса осушила свой стакан и плеснула с него вторую порцию виски, заранее зная, что не выпьет и половины. Она бы не хотела потерять свое достоинство над унитазом Джулии. Но стакан в руке давал ей ощущение занятости, возможность избежать расчетливых взглядов и подавляющего присутствия Генри. Виски мог помочь Ванессе успокоиться и подумать, как наладить их общение.
   – Послушайте, Генри. – Ванесса сжала горлышко бутылки, не решаясь повернуться к своему гостю лицом. – Я нахожусь в полной растерянности в связи со всей этой ситуацией. Если бы вы немного помогли мне, я была бы очень признательна вам. Я не знаю, что вы ожидали, но я не то, что вы думаете.
   Ванесса глубоко вздохнула, радуясь, что смогла сказать это вслух. Генри подошел к ней сзади. Она ощущала его тепло, его взгляд. Ванесса пожалела, что подстригла волосы, они бы сейчас закрывали ей шею и она не чувствовала бы себя такой незащищенной.
   – Я ожидал, что вы красивая, – мягко произнес Генри, касаясь губами ее макушки.
   Его голос окутывал Ванессу, согревал, расслаблял напряженные мышцы.
   Красивая? Нет. Ее называли хорошенькой, чаще – интересной, чего Ванесса не выносила. Но красивая?..
   Генри скользнул ладонями вверх по ее рукам и задержался на плечах.
   – Но я не ожидал такой… подлинной невинности, учитывая то, что мне говорили о вас. Вы необыкновенная женщина.
   Ванесса сглотнула. Говорили? Джулия считает ее настолько непорочной, что даже предупредила Джона-Генри об этом?
   – Спасибо. Я, правда, не знаю, что вы имеете в виду. Я хочу сказать, что я не настолько невинна. Но я… в общем, в этом и заключается весь смысл вашего приходе сюда. Ведь так?
   – Да. – Генри засмеялся. – Конечно.
   Ванесса робко отодвинулась от него. Она не понимала этого мужчину, он приводил ее в смятение. Она чувствовала себя взбешенной, ослепленной, опьяненной и бог знает какой еще. Последние полчаса были, наверное, самыми запутанными в ее жизни. Но одну вещь Ванесса поняла абсолютно четко. Это произошло в тот момент, когда Генри дотронулся до нее и прошептал несколько слов, касаясь губами ее волос. Ванесса поняла, что хочет его, что он именно тот мужчина, с которым она хочет познать эротическое блаженство. Следует отдать должное Джулии – она хорошо разбирается в мужчинах. Генри не надо учить, что нужно делать с кубиками льда и тягучим медом. Вот только как подвести его к этому моменту?
   Может, если ей удастся отвлечь его от странных мыслей и они смогут подойти к… цели сегодняшнего вечера, то неловкость, возникшая в начале их знакомства, сама собой исчезнет?
   – Ну… как вы обычно… вы хотите сначала обговорить или просто… О господи, я, кажется, несу какую-то чушь! – Ванесса поставила стакан на столик и сердито повернулась к Генри. – Можем мы сразу…
   Пока она мучительно подыскивала слова, Генри подошел к ней почти вплотную. На его губах блуждала странная – вызывающая и понимающая – улыбка. Ванессе хотелось и оттолкнуть его, и поцеловать. Генри чуть наклонил голову и, не спуская с Ванессы проницательных глаз, сказал:
   – Вы первая.
   – Что? – удивленно спросила она.
   – Я сказал, чтобы вы первой начали. – Он сверкнул улыбкой.
   Ванесса поняла, что он не хочет брать на себя инициативу. Ладно. Ей ничего не стоит поцеловать его. Это она умеет делать. Черт с ним. Генри стоял в той же позе, смотрел на нее тем же пронизывающим взглядом, и на его губах играла та же раздражающая самонадеянная ухмылка. Ванесса почувствовала, как в ней поднимается злость. Осел! Она встала на цыпочки и громко, как это обычно делают дети, чмокнула его в губы. После этого звонкого поцелуя она опустилась на пятки, пожала плечами и взмахнула длинными ресницами.
   – Ну вот. Это, пожалуй, все, на что я способна. Теперь ваша очередь, Генри.
   Какое-то мгновение Ванесса в страхе ждала, что он сделает. Она подумала, что если он разозлится, то может раздавить ее своим крепким кулаком, как козявку. Во всяком случае, несколько секунд она чувствовала себя весьма неуютно.
   Но в то же время предвкушение того, что сделает Генри, возбуждало ее. Ванесса представила, как Генри приподнимает ее за подмышки и сажает к себе на живот, а она обхватывает ногами его бедра…
   Генри сделал другое. Привлек Ванессу к себе и впился в ее губы долгим, жестким, далеко не сладким вульгарным поцелуем. Это был не поцелуй, а грубое насилие. Ванесса чуть не расплакалась.
   – Вы этого ожидали от меня?
   – Нет.
   Она отвернулась. Генри схватил ее, посадил на столик и втиснул свои бедра между ее ног.
   – А это?
   – Что вы делаете?.. – пролепетала Ванесса.
   Это было похоже на ночной кошмар. Генри, очевидно, ненормальный и к тому же садист. Сейчас он изнасилует ее, и в этом будет виновата она и ее дурацкие фантазии насчет дикого секса. Ванесса попыталась оттолкнуть Генри, хотя и понимала, что не справится с ним, если он захочет что-то с ней сделать.
   – Не надо. Остановитесь, я вам говорю!
   Оставив ее ноги в покое, Генри недоверчиво посмотрел на нее. Тело Ванессы сотрясалось от молчаливых рыданий, но слез не было.
   – Я вас совсем не понимаю, Ванесса.
   – А что тут непонятного? – сердито огрызнулась она. – Я настолько прямой человек, что дальше некуда. – Из ее глаз брызнули слезы и покатились по щекам. – Это вы ведете себя как-то странно и непонятно. У меня такое впечатление, что вы возненавидели меня с первой минуты. Если вам все это не надо, за каким дьяволом вы сюда пришли?
   Генри смотрел на нее так, словно она говорила на непонятном ему языке. Он отпустил ее и отошел к окну. Ванесса, дрожа и плача, слезла со стола и вытащила из коробки бумажную салфетку.
   – Сколько у вас было мужчин?
   Она вздрогнула.
   – Что?
   Генри повторил вопрос. Он смотрел на Ванессу испытующе, как будто ее ответ был ключом к чему-то таинственному и спасительному.
   Ванесса села в старинное кресло-качалку.
   – Всего два, – призналась она. – Один в университете – это было больно и ужасно. После него был Алан. Это было не больно, но все равно ужасно.
   – И все?
   Ванесса высморкалась и скомкала использованную салфетку. Она чувствовала внутри себя такую эмоциональную пустоту, что обсуждение с незнакомым в общем-то мужчиной своей сексуальной жизни казалось ей совершенно естественным делом.
   – С остальными я просто встречалась, для компании.
   Генри кивнул. Он смотрел на нее напряженным взглядом, словно пытался что-то решить. Ванесса почувствовала момент, когда он изменил свое отношение. Его глаза и линия рта смягчились, выражение лица стало немного виноватым и даже нежным. Ванессе снова захотелось заплакать – от облегчения на этот раз.
   Он пересек комнату и опустился перед Ванессой на корточки. Для человека столь крупного телосложения он двигался легко и естественно. Генри положил руки на бедра Ванессы и поднял на нее свои серые глаза. Его лицо было открытым и искренним – впервые за то время, что он находился в этой квартире.
   – Скажи, Джулия, что ты хочешь от меня.
   – Я – Ванесса. – Она слабо улыбнулась.
   Его ничуть не смутило, что он оговорился.
   – Ванесса – твое настоящее имя? – спокойно спросил Генри.
   – Да.
   – Хорошо. – Генри по-прежнему внимательно наблюдал за ней, словно проводил какой-то научный эксперимент. – Так что ты хочешь от меня, Ванесса?
   Она глубоко вздохнула, собираясь с силами.
   – Я хочу попробовать… что-нибудь новое. Ничего рискованного, но нечто необычное. Чтобы, когда мне будет пятьдесят лет и я буду уже лет двадцать замужем, было о чем вспомнить. Я согласна на все… кроме боли и унижения. На все, только бы не толочь в ступе одно и то же.
   – Понимаю. – Ладони Генри скользнули по ее бедрам вверх, к талии. Он посмотрел Ванессе в глаза. – Я всегда доверяю больше своей интуиции, чем информации, которой располагаю. Сегодня я почему-то нарушил это правило. Я ошибся. Прошу прощения.
   Ванесса была потрясена. Она догадывалась, что у этого человека нет привычки извиняться. Тем более ей было приятно, что он сделал для нее исключение.
   – Вы думали, я обманщица?
   – Что-то в этом роде.
   – Но почему?! – почти выкрикнула она. Что такого могла сказать ему Джулия?
   – Я думал, что вы притворяетесь и что все это – игра.
   – Нет, Генри, это не игра. Клянусь вам.
   Из глаза Ванессы выкатилась слеза и заскользила по щеке. Генри смотрел, как она скатывается в уголок рта, затем встал, поднял Ванессу на ноги и поцеловал.
   Этот поцелуй не имел ничего общего с предыдущим. Он был сладким, нежным, томительным. Генри слизнул слезинку с губ Ванессы и принялся неторопливо обследовать ее рот. Он нежно покусывал ее губы, пробовал их на вкус, изучал и смаковал.
   Ванесса прижалась к нему и почувствовала его возбуждение. О боже, он тоже хочет ее! Такой мужчина. Ванесса не могла поверить в это. Но он хотел ее.
   Генри подвел Ванессу к кушетке, сел и посадил Ванессу к себе на колени. Он продолжал целовать ее, будто собирался заниматься этим до конца вечера. Ванесса прильнула к нему, растворившись в нем и в его поцелуе. Она лишь протестующе слабо застонала, когда Генри оторвался от ее губ и короткими поцелуями проторил дорожку к ее шее и затем к уху. Его руки тем временем скользнули под юбку Ванессы и замерли на выпуклом треугольнике, прикрытом маленькими трусиками.
   Возбуждение было внезапным и острым, как будто через Ванессу пропустили разряд электрического тока. Она резко вдохнула и инстинктивно прижала к этому месту руки Генри, шокированная как его смелостью, так и своей. Ванессу подстегнули нервное напряжение, в котором она пребывала в последние несколько часов, и животный страх, сменившийся ощущением безопасности. Она чувствовала тепло руки Генри и сгорала от нестерпимого желания. Ванесса дышала часто и тяжело – ей стало не хватать воздуха.
   Генри просунул руку под трусики – невероятно теплую, сильную и уверенную. Ванесса бесстыдно раздвинула ноги и закрыла глаза, зная, что он наблюдает за ней, и в то же время не желая ничего знать, кроме тех ощущений, которые Генри вызывал в ее теле. Минуту спустя Ванесса уже ничего не соображала. Мир перестал для нее существовать. Она лишь чувствовала пальцы этого мужчины на себе и внутри себя, и их эротические движения сводили ее с ума. Ощутив приближение оргазма, Ванесса изогнулась и сжала бедра, чтобы замедлить, оттянуть его наступление. Она хотела купаться в ласках Генри бесконечно.
   Когда она открыла глаза, Генри испытующе смотрел на нее, и на его лице было все то же недоверчивое выражение.
   Ванесса соскользнула с его колен и села на кушетку. Потрясенная полученным наслаждением, она вдруг осознала, до какого безумия дошла в своей страсти, и крайне смутилась. Как она могла позволить практически незнакомому мужчине довести ее до невменяемости? Ничего даже близкого к этому с Ванессой еще не случалось.
   
Купить и читать книгу за 19 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать