Назад

Купить и читать книгу за 29 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Буддизм в России

   Из данной книги вы узнаете, что первыми к буддизму приобщились калмыки, ввиду того, что калмыцкие племена раньше жили на территории Китая, в Джунгарии. Уже в 13 столетии среди калмыков была популярна буддийская школа сакъяпа, которая, однако, не прижилась. В 17 веке калмыки перекочевали на территорию России, в Нижнее Поволжье. Вместе с этим народом на Руси появилась и новая религия – буддизм. Буддизм, исповедуемый этим народом, представлял собой тибетскую форму буддизма, школу гелугпа. Это направление представляет собой смесь идей ваджраяны и махаяны.


Илья Мельников Буддизм в России

   Начиная разговор о российском буддизме, нужно учитывать две детали. Во-первых, о чём будет вестись разговор: о развитии буддийского учения в Российских регионах или же об истории изучения буддизма в нашей стране? Во-вторых, имеет ли смысл вообще говорить о российском буддизме, или же его влияние слишком незначительно, чтобы вовсе упоминать о нём.
   Начнём со второго вопроса. Буддизм в Российской Федерации исповедуют целые регионы. Это Калмыкия, Бурятия, Алтай, Тува, Иркутская и Читинская области. Если прибавить к этому ещё тысячи приверженцев буддизма, живущих в других регионах, то ответ на вопрос становится ясным. Да, буддизм является довольно важным и влиятельным фактором в культурной и религиозной жизни России. Для особо недоверчивых предлагаю посетить Санкт-Петербургский буддийский храм. Там молятся самые различные люди, люди с разным уровнем образования. Разных культур, разного социального статуса. Однако их объединяет одно: вера в учение Будды.
   Что касается первого вопроса, то вряд ли для читателя будет представлять интерес скучная историография изучения буддизма российской наукой. Видимо, гораздо интереснее будет узнать о самом развитии буддизма в стране, о его корнях, специфике, современной жизни. Однако краткое знакомство с некоторыми российскими исследователями, написавшими ценные и крайне интересные исследования пор буддийской тематике, думаю, стоит произвести. В таком ключе и будет построена глава: история российского буддизма, его культура и традиции, с указаниями, где и у кого об этом можно узнать поподробнее.
   Вкратце история зарождения буддизма в России такова. Первыми к буддизму приобщились калмыки, ввиду того, что калмыцкие племена раньше жили на территории Китая, в Джунгарии. Принятие калмыками буддизма датируют 16 столетием. Однако ознакомился с буддийским учением этот народ гораздо раньше: уже в 13 столетии среди калмыков была популярна буддийская школа сакъяпа, которая, однако, не прижилась. Уже в 17 веке калмыки перекочевали на территорию России, в Нижнее Поволжье. Вместе с этим народом на Руси появилась и новая религия – буддизм. Буддизм, исповедуемый этим народом, представлял собой тибетскую форму буддизма, школу гелугпа. Это направление представляет собой смесь идей ваджраяны и махаяны.
   Уже в 17 веке у калмыков уже была обширная буддийская литература, в основном на тибетском языке, которую постепенно переводили на калмыцкий. Особенностью калмыцкого буддизма является его тесные связи с Тибетом. Калмыцкие паломники регулярно посещали Тибет, привозили оттуда новые знания, священные тексты и предметы культа. Впрочем, связи эти иногда прерывались, особенно после завоевания Тибета Китаем. Вскоре калмыки ощутили на себе давление русской государственной системы. Буддизм в Российской империи не поощрялся. Количество калмыцких хурулов ограничивалось административными методами, штаты в хурулах сокращали. В первые послереволюционные годы казалось, что Советская власть даст возможность развиваться буддийской церкви. Был созван Первый духовный съезд калмыцких буддистов, власть обещала помочь в строительстве новых храмов, принимались демократические правовые документы. Однако недолго музыка играла: в 30-е годы сталинская репрессивная машина добирается и до калмыков. Рушатся храмы, репрессируется духовенство. Из 92 хуралов к 1936 году остаётся только 13. А в тяжёлый 1943 год калмыков вовсе выселяют с насиженных земель. Шла Отечественная война, а у «вождя всех времён и народов» не было более важного дела, как репрессировать целый народ… Только в 1957 году калмыцкая автономия была восстановлена, однако вопрос о вероисповедании повис в воздухе. Возродить буддийскую общину законным путём не удавалось вплоть до 1988 года, хотя попытки предпринимались неоднократно. С наступлением XX века усиливаются связи калмыцкого буддизма с буддизмом бурятским и монгольским. Взаимопроникновение двух традиций порождает новый толчок к развитию буддийского учения. Однако тибетский буддизм остаётся главным духовным партнёром буддизма калмыцкого. Поэтому калмыцкий буддизм гораздо ближе к тибетскому, чем буддизм бурят или тувинцев.
   В Бурятии буддизм также появился в 17 столетии, когда в Забайкалье стали проникать первые тибетские и монгольские ламы. К концу столетия большинство бурят приняли буддизм. В отличие от калмыцкого буддизма, бурятскому повезло больше: сама Елизавета Петровна, Российская императрица, своим указом узаконила существования 11 дацанов и 150 лам при них. Был построен старейший буддийский храм в России – Цонгольский дацан, основанный в 1741 году. Настоятелем этого храма стал Дамба Доржи Заяев, который и стал первым верховным главой бурятских буддистов, приняв сам бандидо хамбо-ламы. К концу 19 столетия буддизм начинает активно проникать и в Западную Бурятию, однако там его путь вовсе не был усеян розами. Сильные позиции шаманизма и христианства обеспечивали буддийским проповедникам немалые трудности. В Бурятии буддизм характеризуется большим количеством храмов и массовостью. До Октябрьской революции в Бурятии было 47 дацанов, в которых проживало более 10 тысяч лам и послушников. В Калмыкии же больше распространены были хурула, как называли своеобразные передвижные монастыри на повозках. Так же, как и в Калмыкии, в 30-е годы Сталиным разворачиваются широчасшие репрессии против буддизма. Ламаистская церковь практически уничтожается. Однако после Второй мировой два дацана начинают свою деятельность – это единственные в СССР действующие дацаны Иволгинский и Агинский. Впрочем, к 1990 году были зарегистрированы ещё две буддийские общины, цонгольская и гусиноозёрская, на базе старейших дацанов Бурятии. Их возрождение символично: именно эти дацаны стали духовными центрами самого раннего бурятского буддизма, именно между ними некогда шла борьба за главенство в духовной жизни бурят. С распадом СССР число действующих дацанов в Бурятии возросло до 12.
   Позже приняли буддизм тувинцы. Только к концу 18 столетия буддизм начал утверждаться на этой территории. Однако, подобно ситуации в Калмыкии, ознакомились тувинцы с буддизмом гораздо раньше: в 13-14 веках. Однако это было лишь первое знакомство, при котором стороны остались, как говорится, «при своих интересах». С разгромом Джунгарского ханства, в состав которого входила Тува, эта территория попала в подчинение маньчжурскому Китаю. И вот уже в 60-х годах 18 столетия здесь появляются первые стационарные буддийские монастыри. Первоначально большой нужды в строительстве монастырей не возникало. Тувинцы, как калмыки или буряты, вели кочевой образ жизни, что вынуждало лам кочевать вместе с ними. И только с течением времени многие из них оседали в монастырях. В Туве до 1917 года насчитывалось уже 19 буддийских монастырей и молелен. Число лам и послушников в них достигало 3 тысяч человек. К 40-му году все тувинские монастыри были закрыты. Тувинский буддизм практически исчез, и лишь несколько старых лам продолжали свою полуподпольную деятельность. Только к 1990 году начались попытки возродить буддийские традиции в этом регионе.
   Постепенно буддизм завоёвывает популярность и на европейской части России. В 1915 году в Петрограде на деньги бурятских буддистов строится буддийский храм, который используется по назначению по сей день. В 1938 он был реквизирован государством, однако такая же судьба постигла и тысячи других российских храмов, как буддийских, так и христианских. А после окончания Второй мировой войны на территории СССР осталось только два действующих буддийских храма – это Иволгинский и Агиньский дацаны. Зато с начала 90-х годов буддизм пережил новое рождение: старые храмы подвергаются реставрации, новые активно строятся. Дацаны появляются в Кызыле, Элисте, Анапе, Новосибирске, в Прибалтике, в Москве, вновь начинает свою деятельность Ленинградский храм. В регионах, где буддизм является традиционной религией, открываются 10 новых дацанов. Да, буддизм в России действительно возрождается. Издаются буддийские журналы, обучаются монахи, которые позже становятся учителями. Неоднократно российских буддистов посещал сам Далай-лама. Особое внимание он уделяет Калмыкии, что и понятно. На протяжении веков калмыцкий буддизм был тесно связан с буддизмом тибетским. В то время, как буряты, тувинцы или алтайцы черпали знания в Монголии, калмыки собирали паломничества в Тибет, собирали там литературу, везли оттуда статуи, священные вещи. Именно в Тибете и обучались многие калмыцкие ламы. Сталинские репрессии и война с религией не прошли даром для калмыков. Этот народ, подобно многим другим советским народам, был практически полностью выселен со своей территории. Его религия была растоптана и почти уничтожена. Почти, потому что в настоящее время ламаизм в Калмыкии возрождается вновь.
   В начале 90-х годов XX века в Калмыкии уже выходил первый в регионе буддийский журнал «Мандала», в городе Элисте был построен освящённый Далай-ламой хурал, Институт повышения квалификации учителей реорганизовали в Институт возрождения калмыцкого языка и культуры, что, естественно, оказало благотворное влияние на состояние буддизма в регионе. Ведь калмыки, как и огромное множество других народов на постсоветском пространстве, практически не говорят на родном языке, забыли свою историю, культуру.
   Российские власти тоже вспомнили, что кроме православия, в стране имеются и другие религии, причём не менее массовые. Посещение Борисом Ельциным Иволгинского дацана говорит о том, что на буддизм, наконец, обратили внимание на государственном уровне.
   Сиддхартха сжёг за собой мосты. Теперь у него не было выхода: либо он обретёт истину, либо останется здесь навсегда. Никто не заставлял его, это было лишь его решение. Но это решение было твёрдым, как алмаз. Мягкосердечный милый царевич мог превратится во льва, когда решал что-либо. Это знали все, кто общался с ним.
   Медитации становились всё продолжительнее, всё глубже. Сиддхартха постигал саму жизнь, саму её суть, и постижение это было отнюдь не сахаром. В один из моментов ему открылась тёмная сторона бытия. Он слыхал об этом у опытных монахов – почти все, кто доходил в своих медитациях до такой стадии, сходили с ума. Вынести ужасы Обратной стороны, или ада, для человека было невозможно. Ибо каждому даётся лишь столько, сколько он способен нести, но тому, кто стремится взять больше, чем положено, Небеса ломают хребет…
   Зрелище ужасающих страданий, вопли, стоны, глаза, безумные, наполненные болью… Искажённые лица, человеческие лица, на которых не осталось ничего человеческого… Испепеляющая ненависть. Кровь, кровь на земле… Озёра крови… Бряцание оружия, сталь вонзается в тело, режет живую плоть, крики боли… Полчища демонов, сотни тысяч демонов, страшные нечеловеческие рожи… Как же нечеловеческие? Разве не узнаёт он в них черты живущих ныне? Разве не знакомы ему многие из них? Да демоны ли это? Они страшны, они ужасны, но разве это не люди? Так вот оно что! Нет ада, нет демонов! Нет ничего, кроме Человека. Это он может принимать любые обличья. Это он может становится адской тварью либо великим святым.
   Сиддхартха рассмеялся. Нет, не так страшна Обратная сторона, как говорят. Она просто смешна, ибо она – лишь иллюзия, лишь отражение тебя. И тут он увидел…
   Пронзительный детский крик разрезал тишину. Сиддхартха оглянулся… Кричал мальчик, поразительно похожий на его сына. Но это был не Рахула… Рахула не мог так отчаянно, так пронзительно кричать… Залитые кровью ступени… Крики, стоны вокруг, вопли ярости и боли…Они приходили постепенно, они усиливались, заставляя содрогаться сердце… Если они не прекратятся, оно просто разорвётся от этих звуков! Что же там творится? Что же это за новый ад, открывшийся ему, пришедшему, чтобы победить страдание? Сквозь красный, кровавый туман Сиддхартха видел лишь неясные тени… Но туман расступался. Прямо из него вдруг вырвалась маленькая фигурка. Это был мальчик, тот мальчик, которого Сиддхартха услышал первым. Бледное, почти белое личико выражало ужас. Огромные глаза смотрели прямо на него, и Сиддхартха всем сердцем ощутил весь кошмар, от которого бежал этот малыш.
   Из кровавой пелены появлялась другая фигура, огромная, грозная, тёмная. Яркий блик над косматой головой указал боевой топор, занесенный для броска. Мальчик упал на мраморные плиты, закрывая голову тонкими ручками… Этот беззащитный жест пронзил сердце Сиддхартхи острой болью. Он бросился вперёд, на озверевшего от свежей крови воина, не думая о том, как он будет сражаться с ним без оружия. Всё-таки он был царским сыном, он был Воином, и самой судьбой для него было уготовано сражаться…
   И только теперь Сиддхартха постиг настоящий ужас происходящего. Он был бессилен что-либо сделать. Его невидимые руки проходили сквозь тело воина, его захваты хватали лишь воздух, и даже заслонить телом мальчишку Сиддхартха не смог: огромная мрачная фигура пронеслась сквозь него, отпечатавши в его памяти бешеный взгляд сумасшедших глаз…Он всё видел, слышал, он находился здесь – но вмешаться в бойню не мог. Это было самое страшное, что только можно было себе представить.
   Топор занесён над головой ребёнка. Последний испуганный вскрик… И тут на спину воину обрушивается тяжёлое серебряное блюдо. Гигант в недоумении оборачивается, одновременно широко взмахнув топором… Молоденькая девушка, не больше пятнадцати лет от роду, выронив своё оружие, хватается за живот… Из широкой зияющей раны хлещет кровь, пальцы пытаются удержать внутри то, что уже не могут удержать рассеченные мышцы… Она медленно оседает на пол, сгибаясь от невыносимой боли, но её стон заглушает детский крик, крик ужаса. Мальчишка срывается со своего места и пытается бежать. Он уже почти у колонны, за которой можно укрыться… Из-за каменного столпа появляется ещё кто-то тёмный, и мальчик летит прямо в его руки. Короткое движение руки, и голова малыша с хрустом врезается в белый мрамор. Маленькие ножки подгибаются, короткий вскрик тут же замолкает на застывших устах, и лёгкое тело опускается на пол, уже красный от кровавых луж…
   Туман рассеивается. Постепенно картина становится всё яснее, всё ужасней. Идёт настоящая бойня. Воины не сражаются. Они убивают. Сиддхартха видит, как бьется в агонии молодая танцовщица, движения её страшны и неестественны. Не сразу он понимает причину этого. И лишь спустя мгновение осознание увиденного поражает мозг: у девушки отрублены руки и ноги, её нелепо короткое, обрубленное тело извивается в луже собственной крови… Что они делают? Что они делают, эти варвары? Это страшнее любого ада! Такое повсюду. Где уже лежат мёртвые тела, там ещё не так страшно. Но на ещё живых смотреть невозможно… Сиддхартха слышит ужасный, чавкающий звук топора, рубящего живое тело, он не хочет больше этого видеть. Но не видеть это невозможно: теперь, когда у него нет тела, он видит вокруг себя всё, а кровавый туман исчез совсем… Но нет! Он вынесет и это. Он не сойдёт с ума, подобно сотням ищущих до него. Страданию не победить Человека.
   Сиддхартха открыл глаза. Крики и стоны всё ещё звучали в его ушах, но теперь они постепенно вытеснялись мирным журчанием реки да пением птиц. В глазах всё ещё мелькали красные кровавые пятна, но мирная зелень травы успокаивала взор. И только сердце, простое человеческое сердце, не могло найти покоя. Оно стучало сильно, бешено, оно было наполнено болью и ужасом. Да, он постиг страдание. Он жаждал встречи с ним, и он встретился. Он понимал теперь, отчего не выдерживали тягот пути многие из тех, кто был прежде него. Разве можно испугаться того, что присутствует в твоём воображении? Разве можно воспринимать это всерьёз? Теперь он знал. Знал точно, знал уверенно, потому что он был там. Он узнал место, в котором побывал. Самое счастливое место на земле – дворец в стране Капилавасту. Обитель его детства…
   Но решимость достигнуть истины лишь окрепла в сердце Сиддхартхи. Он выстоял, он перенёс страшное испытание страданием. Его не сбили с пути силы разрушения. Он был близок, он чувствовал это. Боль его сердца лишь подталкивала вперед, удесятеряла его силы. Кто же, если не он?
   Ветер сушил его кожу, солнце жгло его, дождь пытался согнать героя с его места. Но теперь тело Сиддхартхи было сильно, как никогда. В его душе жила решимость, и его тело не чувствовало невзгод. Близко, уже близко! Не раз он чувствовал, что догадка прошла совсем близко, ещё чуть-чуть, и он ухватит её. Совсем немного!
   Так долго он ещё никогда не медитировал. Казалось, всё благоприятствует ему: свежий ветерок ласкал его, солнышко грело ласково и осторожно, речная свежесть придавала бодрости. Сиддхартха уходил в долгое путешествие, в котором он должен был исчезнуть.
   emp1
   Трапуша и Бхаллика, братья, занимающиеся крупной торговлей, возвращались с караваном домой. Нетерпение было велико, и они далеко обогнали свои повозки. Внезапно Бхаллика воскликнул:
   – Смотри, брат, что там за сияние? Кому понадобилось зажигать такой яркий костёр днём?
   Действительно, за небольшой скалой, где возвышалось развесистое дерево, как будто бы ярко горело солнце. С трепетом братья стали пробираться поближе.
   Фигура, сидящая на земле, несомненно, принадлежала божеству. Только бог обладал таким сиянием, перекрывавшим солнечный свет. Умиротворение и спокойствие, исходившие от лица этого бога, вселяли в сердце уверенность и радость. От волнения братья не могли произнести ни слова…
   И тут божество открыло глаза. Спокойный, любящий взгляд этих глаз Трапуша и Бхаллика запомнят навсегда. Запомнят они и улыбку, которой одарил их святой, ибо эта была первая улыбка, подаренная миру Буддой.
   Главным буддийским центром в Европейской части России является, конечно, Санкт-Петербургский дацан. Построенный в далёком 1915 году, храм обрёл второе рождение в 1990-м стараниями Ленинградского центра бурятской культуры и буддийской общины, которую возглавлял ученик известного российского ламы Дандарона Владимир Монтлевич.
   
Купить и читать книгу за 29 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать