Назад

Купить и читать книгу за 9 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Звёздный час Донована


Картер Браун Звёздный час Донована

1

   Я стоял у окна и смотрел на медленно падающие снежинки, когда ко мне вошла Мэнди, высокая светловолосая девушка в бикини с вышитой на нужном месте надписью: «Здесь ждут с любовью!» Сегодня она была на взводе, а в таких случаях ее интеллектуальный уровень едва достигал восьмидесяти процентов. Этот простительный для женщин недостаток Мэнди легко компенсировала за счет своих физических достоинств: у нее были приятно округленные груди средней величины с крепкими сосками, красивые стройные ноги и большие темные глаза.
   – Пол, – обратилась она ко мне, – я слышала, что тебя считают одним из самых богатых людей на земле, это правда?
   – Боюсь, что пока ты говорила, я пропустил вперед себя пару нефтяных королей, – озабоченно ответил я.
   – Пустяки, – проворковала Мэнди, – моя любовь к тебе несравнима с любовью к твоему богатству.
   – Это всегда меня беспокоило, – сказал я. – Как только девушка делала мне предложение, я спрашивал себя, за что она меня полюбила.
   – Я надеялась, что ты мне сделаешь предложение. Тогда я смогла бы потянуть тебя в суд за нарушение обещания.
   Видимо, это был один из тех удачных дней, когда ее интеллект заслуживал более высокой оценки.
   – Опять идет снег, – сказала она таким тоном, словно сделала большое открытие. – Пусти, я тоже хочу посмотреть.
   Мэнди втиснулась между мной и окном. В комнате было тепло, поэтому она не боялась замерзнуть. Мои руки автоматически скользнули по ее бокам и легли на грудь. Я стал пальцами щекотать соски, пока они не набухли и не затвердели. Она изогнула тело и слегка повернулась, крепко прижавшись ягодицами ко мне.
   – Я – снежная королева, – мечтательно сказала она, – а ты снежный король. Давай сделаем маленького снежного принца, пока нет твоих подчиненных.
   – Господи, что это тебе взбрело в голову? – сдавленно проговорил я.
   – Мы только сделаем вид, будто хотим маленького принца. Я все равно уже приняла таблетку, да и ты не из тех, кто мечтает стать отцом семейства, правильно?
   – Конечно, правильно, – согласился я и сунул пальцы за резинку бикини.
   Но тут я услышал, как отворилась дверь, и в комнату кто-то вошел. Мэнди оттолкнула меня и отбежала от окна. У нее было разочарованное и недовольное лицо.
   – Опять этот проклятый кокни! – От злости у нее заплетался язык. – Так и ходит, подсматривает.
   Она галопом помчалась в сторону спальни, ритмично двигая ягодицами, которые меня всегда возбуждали.
   Это был Хикс, мой помощник, в отдельных случаях исполнявший роль слуги. Со своей постоянной улыбкой на лице, он глядел вслед убегавшей «снежной королеве», молча наслаждаясь ее паническим бегством.
   На самом деле Хикс не улыбался, он редко позволял себе такую роскошь. Впечатление улыбки вызывал голубоватый шрам на его лице, тянувшийся от уголка рта до нижней части уха, память о тех временах, когда Хикс служил легионером в Конго. Обычно он говорил на жаргоне лондонских кокни, хотя порой, особенно в опасной ситуации (а мы с ним не раз попадали в переделки), легко переходил на литературный английский.
   – Если вы хотите заниматься любовью прямо в гостиной, то предупреждайте меня, коллега, заранее, – наконец сказал он. – Для этих случаев я сделаю вам табличку, где будет написано: «Внимание! Не мешать! Идет любовный процесс!»
   – Могли бы и постучать, – буркнул я.
   – Чтобы здесь поднялась паника? – Он покачал головой. – Нет, коллега, лучше вешайте табличку на ручку двери, как только вами овладеют любовные страсти. – Хикс засопел и презрительно добавил: – А они овладевают вами постоянно!
   – Что вы узнали о Макларене? – перебил я его.
   – Немного, – ответил он. – Его никто не знает, во всяком случае, из тех, с кем я встречался.
   – А что, если он в Лондоне недавно, да к тому же еще и не англичанин? – Я посмотрел на часы. – Впрочем, не будем гадать, через час он придет, и мы узнаем, что ему нужно.
   – Наверное, речь пойдет о каком-нибудь вашем новом крестовом походе, – сказал Хикс. – Не позволяйте себя втягивать в авантюру, коллега.
   – Почему не коммерческая сделка?
   – С вами? – Он снова засопел. – Все знают, что только ваш старик был способен на это. Его гениальные изобретения и дали вам состояние. Нет, – Хикс решительно покачал головой, – когда Полу Доновану предлагают сделку, значит что-то здесь нечисто. Могу биться об заклад.
   – Может быть, вы и правы, но без дела мне скучно, – сказал я.
   – В том-то и соль! – Он выразительно закатил глаза. – Из-за этого вы вечно попадаете из огня да в полымя.
   – Не начинайте об этом снова, – попросил я.
   – Вы словно созданы для несчастных случаев, коллега, – скрипучим голосом продолжал он, – только не хотите себе в этом признаться.
   – От ваших упреков у меня появилась жажда, – не выдержал я.
   – Я тоже хотел бы выпить, – парировал он. – Мне, наверное, опять придется играть роль дворецкого, когда придет Макларен?
   – Собственно, за это вам и платят, – сказал я.
   Хикс отправился к бару и стал готовить напитки, а я пошел в спальню. Мэнди лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку.
   – Ненавижу эту проклятую страну, – сказала она сдавленным голосом, – и этих кокни, которые вечно мешают? Скоро мы уедем обратно в Штаты?
   – Когда мы познакомились в Манхэттене, – напомнил я ей, – ты утверждала, что тебе очень хочется посмотреть Европу.
   – Теперь я насмотрелась на нее и поняла, что мне страшно хочется домой, Пол.
   – Я могу завтра посадить тебя на самолет.
   Она перевернулась на спину и с упреком посмотрела на меня.
   – Ты поступаешь так со всеми девушками? Отбрасываешь их в сторону, как отслуживший свое вспомогательный вибратор?
   Хотя момент для веселья был неподходящий, я не выдержал и расхохотался. Лицо Мэнди побагровело. Она зашипела, соскочив с кровати, и так двинула меня коленом между ног, что я невольно вскрикнул и шлепнул ее ладонью по лицу. Она снова упала на кровать, но сразу же сделала попытку подняться. Я решил, что если хочу сохранить в полном порядке свои наиболее важные члены, то лучше всего убраться, и быстро выскочил из спальни.
   – А я уже хотел выпить вашу порцию, – сказал Хикс при виде меня. – Услышал эти страстные крики и решил, что вы изменили свои намерения.
   Я взял бокал и пригубил коктейль. Поскольку мне в голову не пришло достойного ответа, я гордо промолчал. Наступила тишина, которую внезапно прервал чей-то стук в дверь.
   – Кто это может быть, черт возьми? – удивился Хикс.
   – Я не ясновидец, – ответил я. – Скорее всего, Макларен.
   – Так рано? – недоверчиво хмыкнул он.
   – Почему бы и нет. Я предупредил Финчли, чтобы он сразу направил его сюда, как только тот прибудет.
   Хикс пригладил волосы, тряхнул плечами и поспешил к двери. В моих роскошных апартаментах большая передняя. Поскольку отель принадлежит мне, я считаю, что постояльцы в первую очередь должны чувствовать во всем комфорт.
   Но не успел я сделать очередной глоток, как появился Хикс с крайне удивленным выражением на лице. По бокам его сопровождали два человека, а еще один буквально наступал ему на пятки. У обоих мужчин в руках были пистолеты, и нетрудно было понять, что такая же игрушка была приставлена к спине Хикса.
   – Не вздумайте делать глупости, Донован! – сказал тот, что был слева. – Обыщи другие комнаты, Чарли! – приказал он своему напарнику.
   – Вы Макларен? – с недоумением обратился я к нему, но не получил ответа.
   Человек, стоявший справа, осторожно обошел меня и направился в спальню. Через некоторое время оттуда донесся пронзительный женский крик, затем раздался глухой стук, и стало тихо.
   – У Чарли характер, как у голубя, но, когда женщины начинают визжать, он быстро выходит из себя, – небрежно бросил тот же парень. – Это относится и к вам, Донован. – Он холодно посмотрел на меня. – Если вы будете следовать нашим указаниям, обещаю, что с вами ничего не случится. Сейчас вы соберете свои вещи в чемодан и поедете с нами.
   – А он? – Я показал головой на Хикса.
   – Он? – Бандит усмехнулся и резко ударил Хикса рукояткой пистолета по голове. Бессмысленно выпучив глаза, тот повалился на пол. – Не тяните время, Донован! Идите за вещами!
   Дверь в спальню была открытой, и, когда я вошел в нее, он приотстал от меня. У меня как раз хватило времени констатировать, что «добряк Чарли» лежал, растянувшись на ковре, и кровь сочилась у него из раны повыше правого уха. В следующую секунду я услышал глухой удар позади себя, и кто-то навалился на меня. Я покачнулся, но удержал равновесие и быстро обернулся. Человек с пистолетом лежал у моих ног. Я нагнулся и вырвал у него из рук пистолет, а когда выпрямился, увидел, что Мэнди порывается мне что-то сказать. Одним прыжком я очутился возле нее и зажал ей рот ладонью. Она испуганно молчала.
   В свое время я подарил ей щетку для волос с массивной серебряной рукой и ручное зеркальце с серебряной окантовкой, тоже довольно тяжелой. Последнее она и держала сейчас в руке, хотя вид у него был довольно непрезентабельный – оно было запачкано кровью, а в одном месте на него даже налипли волосы.
   – Что, черт возьми, тут произошло – шепотом спросил я.
   – Да вон этот вошел сюда, когда я как раз сидела за туалетным столиком.
   Она показала на безжизненное тело Чарли и раздраженно добавила:
   – Он имел наглость пощекотать меня по заду дулом своего пистолета. Я схватила зеркальце и трахнула его по голове.
   – И что дальше? – тихо спросил я.
   – Я сразу поняла, что здесь что-то неладно, Пол, ведь я его совсем не знала. Я подбежала к двери и прислушалась, а когда тебе приказали идти в спальню и собрать свой чемодан, подстерегла вас в этой нише.
   – Грандиозно! – сказал я.
   – Но почему мы до сих пор шепчемся?
   – Потому, что в гостиной нас ждет один из этой банды, – прошептал я в ответ.
   – И что мы с ним будем делать, Пол, дорогой?
   – Ее лицо приобрело какой-то зеленоватый оттенок.
   Я уже не сомневался, что мой конвоир в этой троице был старшим. Поэтому я поднял его с пола, приставил к виску пистолет и, подталкивая перед собой, начал продвигаться к выходу из спальни. Человек, оставшийся в гостиной, уже начинал нервничать, а когда мы появились из спальни, он и вовсе ошалел.
   – Бросьте оружие! – сказал я. – В противном случае я его пристрелю!
   У него судорожно дернулось лицо. Пистолет выпал из его рук. Я опустил босса на пол и поднял пистолет.
   – Ступайте в спальню и ждите там! – приказал я. – И этого заберите с собой!
   Он поднял своего товарища и потащил его в сторону спальни. Я громко позвал Мэнди, торопя ее, и она столкнулась с этой парочкой в дверях.
   На ней, как и прежде, было лишь бикини, и человек, тащивший на руках своего шефа, невольно издал восхищенный стон, когда увидел ее. Мне было легко понять его чувства.
   – Пол, дорогой, – сказала Мэнди, – ты опять вел себя, как герой!
   Потом она увидела Хикса, лежащего на полу.
   – А что с этим кокни? От страха потерял сознание?
   – Получил удар по голове рукояткой пистолета, – объяснил я. – Посмотри, может быть, ты поможешь ему чем-то.
   – В настоящем положении он не оценит мою помощь, – ответила она, – а я только одно делаю хорошо.
   – В таком случае, принеси холодной воды и полотенце.
   Она с сожалением посмотрела на меня, но тем не менее отправилась в ванную.
   В этот момент Хикс громко застонал. Когда Мэнди вернулась, он уже сидел на полу. Она присела на корточки и, обмакнув полотенце в холодную воду, приложила к его вискам. Хикс недовольно заворчал и оттолкнул ее.
   Потом он поднял тазик с водой и опрокинул его на голову Мэнди. Вода потоком полилась по ее телу, она пронзительно взвизгнула и вскочила на ноги.
   – Вот видишь? – вскрикнула она. – Я всегда говорила, что это не человек, а чудовище! Ему хотят помочь, а он сразу распускает руки!
   – Может быть, ты вытрешься и что-нибудь наденешь? – предложил я.
   – Ты же отослал этого парня в спальню.
   – В таком случае, возьми одежду и иди в ванную.
   Она передернула плечами и вернулась в спальню. «Вечер начался не очень-то весело», – решил я. Хикс взглянул на меня и спросил, что тут произошло. К тому времени, как я закончил рассказ, он уже поднялся на ноги.
   – Что там случилось с Финчли? – спросил он. – Ведь он должен обеспечивать нашу безопасность.
   Вопрос был вполне правомочен. За всеми этими событиями я совершенно забыл о Финчли, нашем администраторе. Когда-то он руководил одним из самых крупных игорных домов в Лондоне, поэтому по части бдительности на него можно было положиться.
   – Пойду посмотрю, – сказал я Хиксу, – а вы пока возьмите это. – Я бросил ему один из пистолетов. – Эта шайка находится в спальне. Попытайтесь узнать, что за всем этим кроется.
   – С удовольствием, коллега. Моя голова до сих пор в таком состоянии, будто по ней прошел паровой каток.
   Я спустился в холл. Сейчас отель пустовал, поскольку постояльцами были обычно мои знакомые и друзья, наезжавшие сюда время от времени. Финчли был в своей комнате, связанный и с кляпом во рту.
   – Я очень сожалею, мистер Донован, – промямлил он, глядя на меня глазами побитой собаки, пока я его развязывал, – но эти трое напали на меня совершенно неожиданно.
   – Такое со всяким может случиться, – сказал я великодушно, – даже со мной или с Хиксом. Эти трое не упоминали случайно имени Макларен?
   – Они вообще ничего не говорили, вошли в комнату и сунули мне под нос пистолеты.
   – Они уже раскаялись, – сказал я. – Если придет Макларен, то предупредите меня по телефону, прежде чем отсылать его наверх.
   – Хорошо, мистер Донован. А я приму меры по усилению безопасности в отеле.
   – Отлично!
   Внезапно глаза Финчли расширились, и он уставился на что-то позади меня. Я обернулся и увидел, что на пороге стоит какой-то человек.
   – У дверей никого не было, – сказал он извиняющимся тоном. – Это вы мистер Донован?
   – Да, я Донован.
   Ему было лет сорок, рост не более метра шестидесяти, волосы на висках начинали седеть, а голубые глаза были такими светлыми, что казались бесцветными. И костюм, и все остальное было экстракласса.
   Я сразу узнаю состоятельных людей, история богатства которых исчисляется не одним поколением. Этот человек был именно из таких.
   – Макларен, – представился он. – Прошу прощения, что пришел раньше назначенного срока, мистер Донован, но я получил довольно тревожное известие. Мне сообщили, что вас собираются похитить.

2

   Я пригласил Макларена с собой в бар отеля, чтобы не мешать Хиксу работать. Поскольку мой гость выпить отказался, я налил себе и сел напротив него.
   – Хотя отель и маленький, – заметил Макларен, – но обслуживающего персонала и того меньше. Бармен, который был похож на бывшего боксера, а, возможно, и был им раньше, как раз в этот момент вошел в бар, поправляя свой белый халат. Я улыбнулся Макларену и пригубил коктейль.
   – Уверяю вас, что моя информация относительно вашего похищения вполне надежна, – сказал он. – Но вы, кажется, не очень-то этим обеспокоены, мистер Донован.
   – Что вы от меня хотите? – спросил я.
   – Судя по вашему поведению, – спокойно сказал он, – я понял, что попытка, видимо, уже была сделана и потерпела неудачу. Верно?
   – Что вы от меня хотите? – повторил я.
   – Я хочу сразу перейти к делу, – сказал он. – Вы очень богатый человек, мистер Донован, и у вас есть довольно оригинальное хобби. Вы, простите меня за сравнение, современный Дон-Кихот, который борется с ветряными мельницами. Я уже навел относительно вас самые разные справки и пришел к выводу, что у вас была удивительная карьера. В некоторых частях Черной Африки вас считают чуть ли не святым, а в других вас бы с радостью убили, если бы вы были так наивны и перешагнули границу той или иной страны.
   – Вы что, собираетесь писать мою биографию? – спросил я.
   – Я нуждаюсь в вашей помощи. Вы когда-нибудь слышали о человеке по имени Шелдон Фишер?
   Я покачал головой.
   – Нет, никогда.
   – Ну, это понятно – он не любит рекламировать себя. Он руководит организацией террористов.
   – И на кого она работает?
   – На него самого, – благочестиво ответил Макларен. – Кроме того, ее можно нанять.
   – Нанять?
   – Здесь много преимуществ, – сказал Макларен. – Это настоящая профессиональная организация, которую может нанять каждый, были бы только деньги заплачены. У политических террористов тоже есть свои проблемы, которые они не в силах сами решить. Их могут предать и национальность, и акцент, и происхождение.
   Даже если им удается проникнуть в ту страну, которую они рассматривают как своего потенциального врага, за ними устанавливается тщательное наблюдение, которое часто делает невозможным выполнение их миссии. А организация Фишера, в отличие от них, создана из людей разных национальностей, которых роднит лишь одно: они готовы убивать за деньги. Вся история рода человеческого кишит сообщениями о наемных убийцах. Фишер приноровился к данному отрезку времени и создал организацию профессиональных террористов. Если им удается выполнить поручение, то те, кто их нанял, переводят деньги на их счет. Если же дело не удалось, то поручители отказываются от него, и организация не предъявляет к ним никаких претензий.
   – Все это интересно, но позвольте задать вам вопрос: какое отношение это может иметь ко мне?
   – Вы не считаете, что этому делу должен быть положен конец?
   – Ясно, должен, – ответил я. – Вот возьмите и кончайте.
   – У меня нет для этого ни денег, ни людей, – сухо заметил Макларен. – Я считаю вас человеком с больной совестью, мистер Донован. Поскольку вы ведете расточительный образ жизни и обязаны этим не самому себе, а вашему батюшке, то у вас возникло чувство вины, от которого вы пытаетесь избавиться тем, что бросаетесь в самые разные авантюры в пользу страдающего человечества.
   – Боюсь, что не смогу до конца разделить вашу уверенность в этом, – вежливо сказал я.
   – Организация Фишера принесла и будет приносить боль и страдания многим людям, если не положить ей конец.
   – Многие люди и без того страдают, – вставил я. – Такова жизнь.
   Он небрежно кивнул.
   – Могу я дать вам совет, мистер Донован? Держитесь сегодня подальше от Вестминстерского аббатства.
   – Почему?
   – Потому что там в течение дня будет взорвана бомба. Разумеется, обвинят в этом ирландцев, так как поручители хотят свалить вину на них. И поскольку в Северной Ирландии сейчас имеется огромное количество группировок, я бы даже не знал, на какую лучше свалить. Возможно, что поручитель является просто богатым фанатиком.
   – Почему же вы не предотвратите это преступление? – спросил я. Идите и заявите в полицию.
   – Это ничего не даст, – возразил он. – Предположим, что полиция вышлет туда усиленный наряд. В этом случае террористы просто изменят место и взорвут бомбу не там, где планировали первоначально, а, скажем, в Национальной галерее. Ведь место действия террористам неважно, им важно совершить акт. Нет, единственная возможность покончить с террористическими актами – это ликвидировать организацию Фишера, и в первую очередь – его самого.
   – Вы неплохо информированы о намерениях Фишера, – сказал я.
   – Только в данном случае.
   – Интересно, в какой мере вы заинтересованы сами в этом деле? – открыто спросил я.
   – Да, здесь замешаны мои личные интересы. – Его пальцы побарабанили по крышке стола. – Я хочу вернуть себе жену, пока еще не поздно.
   – Жену?
   – Да, Джулию. Необыкновенно прекрасную и обладающую всеми добродетелями. Фишер увез ее три месяца назад. Он утверждает, что она ушла с ним по доброй воле, но я ему не верю. Моя жена и я – мы любим друг друга.
   – Вы сказали – пока еще не поздно. Как это понимать?
   – Фишер быстро пресыщается женщинами. Насколько я знаю, рекордный срок был полгода. И у него очень простой способ избавляться от них. Когда женщина ему надоедает, он спускает ее вниз по иерархической лестнице организации, то есть, кому она понравится, тот и берет ее себе, и так далее. А когда она докатывается до последней ступеньки этой лестницы, ее убивают.
   – И что, по-вашему, я должен сделать с Фишером?
   – Убить его, – спокойно ответил он. – Бешеную собаку не вылечить, гладя ее по голове. Это самый верный путь самому заразиться бешенством. Вы должны его убить и уничтожить его организацию. Когда голова иерархии слетает с плеч, то разрушается и сама организация.
   – А где я могу вообще ее найти?
   – Она базируется в Калифорнии, – ответил Макларен. – У Фишера свой дом неподалеку от маленького городка под названием Хиллсайд. Кроме того, ему там принадлежит фабрика, изготавливающая какие-то электронные безделушки, где занята большая часть рабочих этого района. В Соединенных Штатах Фишер считается добропорядочным гражданином, который исправно платит налоги, и он тщательно следит за тем, чтобы его организация не действовала в собственной стране.
   – Вы хорошо информированы не только о действиях Фишера, но и о нем самом, – заметил я.
   – Не удивительно. – Он едва заметно улыбнулся. – Ведь я работал на него и порвал с ним только три месяца назад, когда он увел мою жену. Возможно, он и до сих пор считает, что я работаю на него. Официально я сейчас путешествую по Европе, чтобы получить заказы для его организации. Мне хочется вернуть себе жену, мистер Донован, а это можно сделать только тогда, когда он будет мертв.
   – А страдающее человечество можно послать к черту, – сказал я.
   – Я привык размышлять практически.
   Голос его прозвучал спокойно.
   – Вы помешанный идеалист, мистер Донован. Поэтому я к вам и обратился.
   – А чья была идея похитить меня?
   – Моя, – сознался он. – Если бы этим людям повезло, то они прокатили бы вас один квартал, а потом отпустили. Я ждал в своей машине. Если бы вы вышли под конвоем, я тут же бы уехал. Человек, который так просто дает себя пленить, бессилен против Фишера. Я был доволен, когда убедился в обратном, и поэтому пришел сюда, мистер Донован, чтобы переговорить с вами.
   – А что мне делать с этими тремя гангстерами? – спросил я.
   – Что хотите. – Он равнодушно пожал плечами. – Они меня не интересуют. И пусть довольствуются задатком, который я дал за совершение этого дела.
   – А что вы, собственно, слышали обо мне?
   – Несколько дней назад в Париже я беседовал с Бочбром. Он упомянул ваше имя и рассказал, что в его организации имелось слабое место, – а этого нельзя допускать при нелегальной торговле оружием, – и вы блестяще справились с этим делом. Он очень хорошо отзывался о вас, мистер Донован. Самое интересное, что он рассказал мне о вас, это то, что вы любитель, а не профессионал. Очень одаренный любитель, и причины, по которым вы беретесь за то или иное дело, абсолютно непонятны. Такой человек, как Бочбр, ценит и понимает только одно – деньги, которые у него лежат в швейцарском банке и увеличиваются изо дня в день.
   Я взглянул на коренастого бармена и кивнул. Тот наклонился и вытащил из-под стойки двуствольное ружье. Я, конечно, знал, что оно не заряжено, но когда на тебя направлены сразу оба ствола, тут и самый храбрый человек может струсить. Макларен производил впечатление мужественного человека, но его мужество тоже имело границы.
   – Ваш бумажник, пожалуйста, – вежливо приказал я Макларену.
   – Такой реакции я от вас не ожидал, мистер Донован, – сказал он глухо.
   – Возможно, потому, то вы считаете меня шутником-идеалистом. Но кто вам сказал, что я – джентльмен?
   Он вытащил бумажник и нерешительно протянул мне. Его содержимое было не так уж интересно: около двухсот фунтов наличными, пачечка кредитных карточек и международные водительские права. Во всяком случае, я хоть выяснил, что имя у него подлинное – Арчибальд Макларен. Я сунул все обратно в бумажник и вернул его хозяину.
   – Я рад, что вас зовут действительно Макларен, а не Чарли Шварц, – сказал я. – Да это имя и не подходило бы вам.
   – Благодарю.
   – Относительно Фишера стоит подумать. Но тогда, если я приду к заключению, что дело стоит свет, мне понадобится от вас дополнительная информация, и довольно подробная. Где вас можно будет найти?
   – Сколько времени вам понадобится, чтобы принять решение?
   – Приблизительно двадцать четыре часа, – ответил я.
   – Бульшую часть этого времени я буду на ногах, – сказал он. – Может быть, вы разрешите мне позвонить вам завтра вечером?
   – Хорошо.
   Макларен хотел подняться, но я покачал головой. Он снова опустился на стул и вопросительно посмотрел на меня.
   – Что еще?
   – Мне нужно отлучиться, подождите меня, – сказал я, – это ненадолго.
   – А для чего?
   – Я всегда считал, что сюрпризы доставляют удовольствие. Не беспокойтесь, Арчи, ничего страшного.
   Я оставил гостя под опекой бармена, ружье которого все еще было направлено в его грудь. Поднявшись наверх в апартаменты, я вспомнил, что надо предупредить Хикса, что это я, а не кто-то другой, и предварительно постучал в дверь.
   Три гангстера сидели на кушетке и, судя по их виду, чувствовали себя прескверно. Главарь сидел в середине и тихо скулил.
   – Банда грязных шалопаев! – презрительно прошипел Хикс. – Я удивляюсь, как это мамаши отпускают их гулять одних. – Он показал на главаря. – Вот этот сначала не хотел говорить.
   – Каким же образом вы вызвали его на откровенность?
   – Я испробовал пистолетом прочность его коленной чашечки.
   Хикс благочестиво ухмыльнулся.
   – Готов биться об заклад, что боль при этом бывает адская, почти такая же, как у женщин при родах.
   – Видимо, он сказал вам, что их сюда прислал Макларен? – спросил я невинным тоном.
   Ухмылка исчезла, и на лбу у него появились морщины.
   – Если вы уже об этом знаете, то, значит, я напрасно терял время с ними? – огорчился Хикс.
   – Я встретил внизу Макларена, – ответил я. – Мы побеседовали с ним немного, а потом он мне сказал, что сам послал этих трех парней.
   – А где он сейчас? – холодно спросил Хикс. – Я бы с удовольствием и ему оставил нежный знак на его коленном суставе.
   – Думаю, что вы уже можете не беспокоиться, – сказал я. – Отведите их к нему в нижний бар. У него набитый бумажник, и он ждет не дождется рассчитаться с ними.
   Физиономии гангстеров заметно прояснились, а главарь даже перестал завывать.
   – И я должен их всех представить самим себе? – удивился Хикс. – Ладно! А что дальше?
   – Пусть убираются, – сказал я. – Бармен в настоящее время держит Макларена под прицелом, так что поспешите. А потом можете считать себя свободным на этот вечер.
   – Вот так! И чем вы же предложите мне заняться?
   – Что вы вообще делаете в свободные вечера, – ответил я. – Я никогда не интересовался деталями и сейчас тоже не желаю ничего знать.
   Он пожал плечами.
   – А что, собственно, хотел от вас этот сумасшедший мешок с дерьмом, этот Макларен?
   – Об этом мы поговорим завтра.
   – Чудесно! – сказал Хикс. – А ну-ка, вы, святая троица, поднимайтесь!
   Я выждал, пока он всех их не выгнал из апартаментов, а потом тщательно запер дверь. За окнами все еще кружилась снежинки, а центральное отопление делало апартаменты уютными и теплыми.
   Вспомнив, что неожиданный визит троицы помешал мне выпить, я, чтобы вознаградить себя за вынужденное воздержание, щедро наполнил бокал. Сделав изрядный глоток, я почувствовал себя до смешного хорошо, как король. Я снова посмотрел в окно, следя за белыми снежинками, а потом вдруг вспомнил об одном незаконченном деле. Как гласит умная поговорка, все нужно делать в подходящее время и в подходящем месте. Теперь мне подходили и время и место.
   Я допил сбой напиток и разделся догола, затем, подойдя к окну, позвал Мэнди.
   Она сразу появилась в дверях спальни. На ней был черный шелковый костюм, на шее тяжелое серебряное ожерелье, а на голове – высокая прическа.
   – А, их уже нет! – бодро сказала она, но тут же прикрыла рот, вперив в меня изумленный взгляд. – О, нет, Пол! – жалобно прохныкала она. Я целых полчаса потратила, чтобы одеться и привести себя в порядок.
   – Снежный король ждет свою снежную королеву! – важно сказал я.
   – А ты бы не мог подождать, пока мы поужинаем?
   – Ни в коем случае!
   – Я так и думала, – покорно ответила она. – Может быть, мы закажем ужин и поедим здесь, в апартаментах?
   Она неторопливо начала раздеваться, а я смотрел на нее со все возрастающим уважением. Потом она подошла ко мне, совершенно нагая, только на шее осталось ожерелье. Ее груди подпрыгивали на каждом шагу.
   После того, как она опять протиснулась между мной и окном, я наклонил голову и поцеловал ее в затылок.
   – Снежная королева надеется, что будет исполнено ее маленькое желание, ваше величество, – прошептала она.
   – Говори, – сказал я великодушно, – и твое желание будет исполнено.
   – Я потратила целых двадцать минут, чтобы сделать такую прическу.
   – С каких пор ты превратила в фетиш прическу?
   – С тобой никогда не знаешь ничего заранее, – сказала она. – Во всяком случае, каждый раз это происходит по-другому, не так, как в прошлый раз.
   Я обнял ее сзади, взял в руки груди и ласково пощекотал соски. По ее телу пробежала дрожь, и она прижалась ко мне спиной так, что ее упругие ягодицы оказались у меня между ног.
   – Пол, дорогой, – пробормотала она, – как быстро у меня все это происходит.
   – Я люблю наблюдать, – сказал я, теребя губами ее ухо, – как тают снежные королевы.
   Она еще больше нагнулась, и мои руки соскользнули с ее грудей, прошлись по животу и остановились на верхней части бедер. Пальцы мои исследовали пышную растительность на этом месте. Ее руки руководили моими пальцами, и она признательно стонала.
   Потом, много позже, когда улеглась буря страстей, я вернулся к бару и вынул оттуда два бокала. Мэнди опустилась в кресло, храбро закинула ногу на ногу и осталась сидеть в такой позе.
   – Моя прическа не пострадала? – спросила она озабоченно.
   – Ни один волосок не пострадал, – уверил я ее. – И ты действительно похожа на снежную королеву.
   Я открыл бутылку шампанского, наполнил бокалы и протянул один ей.
   – Это было очень мило, Пол, дорогой. Я так еще никогда не пробовала.
   – Никогда? – удивился я.
   – Я имею в виду, что мне не приходилось любоваться снежинками в то время, когда ты это проделывал. У тебя своеобразная душа, Пол!
   – У меня есть для тебя сюрприз, – сказал я. – Как ты смотришь на то, чтобы провести Рождество в Калифорнии?
   – Ты серьезно? – Ее лицо прояснилось. – Это будет великолепно!
   – В таком случае, выпьем за Калифорнию!
   Я поднял бокал и выпил глоток шампанского.
   – Тебе следовало бы одеться, – посоветовал я ей, – иначе простудишься.
   – Мне еще жарко после этого, – довольным тоном сказала она.
   – Как хочешь, – буркнул я.
   Мысленно возвратившись к разговору с недавним посетителем, я с удовольствием отметил, что во мне появляется охотничий азарт. Может быть, этому во многом способствовала схватка с тремя бандитами. Я взял брюки и стал натягивать их, но тут же выругался, почувствовав боль в одном месте, которое в спешке зацепил застежкой-молнией.

3

   – Какие подлецы!
   Хикс взмахнул перед моим носом дневной газетой.
   – Вы только посмотрите, что они натворили!
   – Взорвали бомбу неподалеку от Вестминстерского аббатства?
   – Прямо на его участке. Само аббатство не очень пострадало, но было ранено свыше тридцати человек, а двое погибли.
   – Шелдон Фишер, – сказал я.
   – Что?
   Он непонимающе посмотрел на меня.
   – По этому поводу Макларен и приходил ко мне вчера.
   Я передал Хиксу во всех деталях то, что услышал от Макларена относительно Фишера. Тот внимательно слушал.
   – Это дело полиции, – наконец сказал он.
   – Фишер живет в Штатах и пользуется там уважением, – сказал я. – Чтобы добиться его выдачи, нужно сперва доказать, что именно он стоит за этой организацией.
   – Уж не собираетесь ли вы серьезно заняться им, коллега? – недоверчиво спросил он. – Готов дать голову на отсечение, что его дом в Калифорнии – настоящая крепость.
   – В этом деле опасно полагаться только на сведения Макларена, – сказал я. – Поэтому я хочу на днях отправиться в Калифорнию, чтобы самому посмотреть там, что и как.
   – И Фишер, конечно, пригласит вас на недельку в гости, не так ли? – насмешливо спросил Хикс.
   – Он наверняка примет меня, если я явлюсь к нему как заказчик, – сказал я, – как человек, который собирается нанять его организацию.
   – И какой это будет заказ?
   – Об этом я еще не думал, – признался я. – Попробуйте вспомнить кого-нибудь, кто, по вашему мнению, приобрел бы массу достоинств, если бы стал покойником.
   – Ну, хорошо, а если окажется, что все, что говорил Макларен о Фишере, правда? – мрачно спросил Хикс. – Что тогда?
   – Тогда мы продумаем ситуацию еще раз, – ответил я.
   – Мы?
   – Вы же очень любите горячее калифорнийское солнце, – сказал я.
   – Я счел бы себя таким же сумасшедшим, как и вы, коллега, если бы хоть во сне подумал о том, чтобы сунуть голову в пасть Фишеру, – прошипел он. – Ведь дело не только в его доме, который наверняка под тройной охраной. После всего того, что вы мне порассказали, я пришел к выводу, что ему принадлежит и весь город, будь он проклят тысячу раз.
   – Я сказал, что мы сперва сориентируемся, а потом уже все продумаем, – напомнил я ему. – Макларен позвонит сегодня вечером, чтобы узнать, заинтересовало ли меня это дело, и должен сообщить нам еще массу разных сведений о Фишере.
   В этот момент мелодично зазвонил телефон и сразу замолчал. Хикс снял трубку.
   – Это Финчли, – сказал он мне мгновение спустя. – Вас спрашивает человек по имени Бочбр.
   – Скажи Финчли, чтобы он пропустил его наверх.
   – Бочбр? – спросил меня Хикс после того, как повесил трубку. – Это не тот, у которого мы купили артиллерию для аферы в Малагае?
   – Совершенно верно, – подтвердил я.
   – А что ему, черт возьми, нужно?
   – Возможно, он сам нам об этом скажет, – остроумно заметил я.
   В этот момент появился Бочбр. Это был высокий плотный человек с мясистыми чувственными губами, аккуратно подправленными бакенбардами и густыми черными усами. Он не спеша опустился в кресло, а Хикс начал готовить «кампари-соду».
   – Как приятно снова увидеться с вами, мистер Донован, – сказал Бочбр на своем безупречном английском. – Видимо, в данный момент вас нельзя ангажировать?
   – В данный момент, нельзя, – подтвердил я.
   – Я до сих пор восхищаюсь тем, как вы решили нашу маленькую проблему, связанную с транспортировкой оружия в Малагай, – сказал он. – У вас в английском языке нет аналогичной поговорки: «Каждый день приносит свои плоды».
   – Как же, есть. Только вы вряд ли ее поймете, – бросил Хикс.
   – Это чисто английский юмор, – сказал я Бочбру. – Чтобы ее понять, нужно быть англичанином. К тому же, она родилась в старые дни мюзик-холла.
   – Но ведь вы – американец, мистер Донован.
   – А вы – бельгиец, – сказал я. – И поэтому у каждого из нас свои проблемы.
   – Вы знаете человека по имени Макларен?
   – Нет, – солгал я.
   – Он недавно нанес мне визит в Брюсселе, – сказал Бочбр. – Очень интересовался вами и задал множество вопросов. Я подумал, что вы должны об этом узнать.
   – Спасибо, – сказал я. – А чем занимается этот Макларен?
   – Он представляет собой синдикат, который получает от меня партии оружия, – ответил он. – Заказы небольшие, но они всегда должны быть высокого качества.
   – Он вам не сказал, чем вызвано его любопытство?
   Бочбр покачал головой.
   – У меня почему-то сложилось впечатление, что вы собираетесь броситься в новую аферу и, возможно, именно с Маклареном.
   – Нет, вы ошибаетесь, – ответил я. – Напротив, я доволен тем, что мне сейчас не нужно ничего делать.
   – А я рад слышать это, – сказал он. – Значит, мне нет необходимости предостерегать вас.
   – Предостерегать? От чего?
   Он осторожно отпил из своего стакана.
   – Я только вчера узнал, что его выставили из синдиката. Он уволен. Меня очень серьезно предупредили об этом, мистер Донован.
   – А какой синдикат он представлял? – как бы между прочим осведомился я.
   – Группу наемников, – мягко ответил он. – В большинстве случаев они действуют в Африке, но, кажется, их время уже прошло. Весьма жаль. Не люблю терять хороших клиентов.
   – Понимаю, – сказал я. – А как вообще идут дела, мистер Бочбр?
   – Тяжеловато, – сказал он и пожал плечами. – Только где сейчас легко?
   Снова мелодично зазвонил телефон. Хикс снял трубку, а потом знаком показал, что просят меня. Я извинился перед собеседником.
   – Это Макларен, – услышал я. – Вы уже читали про взрыв у Вестминстерского аббатства?
   – Да, – ответил я.
   – Вы заинтересовались моим предложением?
   – В какой-то степени.
   – Когда мы сможем побеседовать?
   – У меня будет время позднее вечером, – сказал я.
   – А вы знаете, что эти три подонка разграбили мой бумажник?
   – Весьма сожалею. Итак, жду вас к девяти часам.
   – Договорились, – ответил он. – Только больше никаких двустволок, хорошо?
   – Они ведь больше и не нужны, – успокоил я его и повесил трубку.
   Бочбр ерзал в своем кресле.
   – Не хочу вас больше задерживать, мистер Донован, – сказал он. – Рад был увидеться с вами.
   – А мне всегда приятно слышать, что люди продолжают интересоваться мной, – искренне ответил я.
   Он допил свой бокал и поднялся. Я проводил его до двери. Но не успели мы дойти до нее, как она распахнулась, и вошла Мэнди. На ней были меховая шапочка и меховое манто, «скромные» норки, как их называла Мэнди.
   – Пол, дорогой, – сказала она. – На улице чертовски холодно. Я бы с удовольствием выпила немножко глинтвейна, чтобы согреть себе внутренности. Как ты думаешь, Хикс сделает мне его, если я его очень вежливо попрошу?
   – А почему нет? – Я пожал плечами. – Правда, меня ужасает мысль о его качестве, но ведь ты любишь опасную жизнь.
   Она с лучистой улыбкой промелькнула мимо Бочбра и исчезла в гостиной.
   – Приятно, что превосходный вкус вам не изменяет, мистер Донован. Я имею в виду женщин, – заметил Бочбр. – Поздравляю!
   – Превосходный, но зато чертовски дорогой, – подтвердил я.
   – Вкус у меня тоже превосходный, но только я уже не получаю ничего превосходного, – сказал Бочбр. – Он тихо вздохнул. – Видимо, я понемногу старею. Но даже и не такое превосходное тоже дорого.
   Я оценивающе посмотрел на Бочбра и решил вызвать его на откровенность.
   – Центр синдиката находится в Калифорнии, а руководителя зовут Шелдон Фишер. – Я замолчал, ожидая его реакции на эти слова.
   – Зачем же вы солгали мне, мистер Донован, что не слышали о Макларене? – спросил он, но отнюдь не возмущенно.
   – Вы же утаили от меня, что из себя в действительности представляет этот синдикат? Мы оба осторожные мужчины, мсье Бочбр.
   – Вот теперь вы честны по отношению ко мне. – Бочбр лукаво улыбнулся. – Нетрудно догадаться, что вы хотите вытянуть из меня еще кое-что.
   – Скажите, можно ли верить тому, что я услышал о Фишере?
   – Без сомнения. За исключением одного, мне ничего не известно о его местонахождении, хотя я не исключаю Калифорнию.
   Он вышел в коридор и снова повернулся ко мне, сосредоточенно поглаживая подбородок.
   – У каждого из нас есть враги, – немного помедлив, заговорил он, – но Фишер приобрел их целую кучу. Я не спрашиваю вас, мистер Донован, намерены ли вы предпринимать что-либо против него, это меня не касается. Но все-таки вам следует знать, что кое-кто уже делал такого рода попытки, но все они заканчивались поражением. Мне и сейчас известны люди, которые продолжают вынашивать подобные замыслы. Думаю, им не понравится ваше вмешательство, тем более что вы не профессионал, а любитель, если позволите мне сделать такое сравнение.
   – И вы можете кого-то назвать?
   – Например, есть женщина, богатая, красивая и опасная. Зовут ее, кажется, Колетт. Так вот она решила уничтожить Фишера, когда получила известие о гибели своего брата во время одной из его операций.
   – Кем был ее брат?
   – Насколько я знаю, довольно рядовой человек. – Он пожал плечами. – Несчастный прохожий, ставший жертвой чужих интересов. Я с этой Колетт лично не знаком, но ко мне в бюро приходил ее человек, чтобы навести справки о Фишере.
   – И вы ему что-нибудь сказали?
   – Все, что знал, правда, знал я немного. – Он прищурился, глядя на меня. – Думаю, на моем месте никто бы не рискнул играть в молчанку. Поверьте, весьма неприятно, когда приставляют нож к вашей сонной артерии.
   – У него наверняка тоже было имя?
   – Имя было, но скорее всего не настоящее. Высокий блондин, похож на немца, только акцент у него не немецкий. К сожалению, тут не могу ничем вам помочь.
   – Вы уже помогли мне достаточно, – сказал я.
   – А дни Макларена уже сочтены, – продолжал он. – В таких случаях Фишер не заставляет долго ждать.
   – Мне такая мысль тоже приходила в голову, – признался я. – Очень мило, что вы меня посетили, мсье Бочбр.
   – Я должен был это сделать, – сказал он. – Возможно, я удалюсь от дел, мистер Донован, не могу отказаться от мысли, что становлюсь старым для этого.
   Я закрыл за ним дверь и вернулся в гостиную. Хикс мрачно уставился на меня из-за бара.
   – Ей подать глинтвейн, видишь ли! – заявил он с презрительной гримасой. – У нее, наверное, в башке не все дома, если она воображает, что я буду…
   – Налейте ей полбокала портвейна, а остальное дополните горячей водой из-под крана, – предложил я. – Она все равно не заметит разницы.
   – И добавлю ей ложку кайенского перца. – Мрачное выражение сразу исчезло с его лица. – Это уже будет настоящий глинтвейн!
   – Кстати, к девяти должен подойти Макларен, – напомнил я.
   – У вас тоже не все дома, коллега.
   – Бочбр слышал от Фишера, что Макларен больше не работает на его организацию.
   – Таким образом, спокойной ночи, Макларен.
   Хикс взял бокал с портвейном и направился в сторону ванной.
   – Надо угостить Мэнди глинтвейном.
   Через какое-то время он вернулся со смущенным видом.
   – Женщин всегда очень трудно понять, – тихо сказал он. – Она сочла, что это божественный напиток, и хочет иметь его рецепт.
   – Что она делает в настоящий момент? – спросил я.
   – Стоит в одном белье и вливает это пойло в свою глотку.
   – Со стороны Бочбра действительно было очень мило предостеречь нас в отношении Макларена, – сказал я. – Одно мне пока непонятно: явился ли он к нам по собственному побуждению или кем-нибудь послан?
   – Послан?
   Я рассказал Хиксу о женщине, которая якобы имеет зуб против Фишера, и о том, как ее человек устроил допрос Бочбру.
   – Вы полагаете, что он отчитывается сейчас перед этой Колетт? – спросил Хикс.
   – Возможно, – ответил я. – Но если это и так, мы все равно не сможем помешать этому.
   Мэнди вышла из ванной в коротком черном халатике и в кожаных мокасинах. Я подумал, что в таком наряде она сразит даже индейского вождя.
   – Я могу получить еще порцию этого фантастического глинтвейна? – спросила она у Хикса.
   – Разумеется, можете.
   Он взял у нее пустой бокал и направился к бару.
   – Кто это был с тобой, такой высокий и толстый, когда я вошла? – спросила она.
   – Его зовут Бочбр, – ответил я.
   – И чем он занимается?
   – Продажей оружия, – сказал я, – торгует гранатами, автоматами, бомбами и подержанными самолетами.
   – Такое дело разрешено?
   – Разрешено или нет, но это доходная статья. Он очень богатый и очень нервный человек.
   – Ты тоже богатый, но не нервный, а подверженный несчастным случаям.
   – Не начинай снова! – взмолился я.
   – Пол, дорогой, – сказала она заботливо, – надеюсь, твой член не надолго выбыл из строя после того, как ты прищемил его застежкой?
   Хикс как-то странно зашипел и разлил портвейн на стойке.
   – Сегодня в десять ко мне придет Макларен, – сказал я. – Что бы ты хотела на ужин?
   – Я больше не буду одеваться, – решительно сказала она. – А на ужин хочу слабо поджаренный бифштекс. И зеленый салат. После этого улягусь в постель и буду попивать глинтвейн, пока не напьюсь до чертиков.
   Она так и поступила. Около девяти исчезла в спальне, захватив с собой графин с глинтвейном Хикса, улеглась в постель и до пояса накрылась одеялом. Ее груди гордо смотрели в потолок.
   
Купить и читать книгу за 9 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать