Назад

Купить и читать книгу за 39 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Вечный огонь

   Цикл М. Муркока «Легенды Края Времени» продолжает сборник повестей-легенд. В нем мы снова встречаемся с полюбившимися героями романа «Танцоры на Краю Времени»: Герцогом Квинским, Вертером де Гете, Лордом Монгровом, Миссис Кристией и другими. Как часто случается в произведениях М. Муркока, описываемый мир посещают уже знакомые путешественники во времени: миссис Уна Персон, принц Элрик Мелнибонэйский, Огненный Шут…
   Каждый персонаж писателя – карнавальная маска, слепок человеческого характера и стиля жизни. «Неискушенные, они любили, не ведая страсти, соперничали, не ведая ревности, враждовали, не ведая ярости. Замыслы, часто грандиозные и неподражаемые, воплощались без одержимости и забывались без сожаления людьми, не ведавшими страха смерти…»


Майкл Муркок Вечный огонь

   Посвящается Альфи Бестеру

   Разожги великий пламень,
   Закали меня, как сталь,
   Крылья вечных дай желаний,
   Чтобы втуне не пропал.
   …Пламень алый, белый жар,
   Ты яви нам Божий дар,
   Жги и жарь нас, белый жар,
   Пламень алый, жги и жарь.
Джордж Мередит, «Песня Теодолинды»

ГЛАВА ПЕРВАЯ, в которой автор выражает признательность своим информаторам

   Читатели, живо следящие за жизнью на Краю Времени, конечно, знакомы с историей Джерека Карнелиана и миссис Амелии Ундервуд, изложенной автором в книге «Танцоры на Краю Времени». Не сомневаюсь, что они вместе с рассказчиком с большим интересом следили за приключениями влюбленных и должным образом оценили причастность к этой истории Лорда Джеггеда Канари. Вероятно, читатели приуныли, узнав, что грандиозный план Лорда Джеггеда исключил даже теоретическую возможность узнать о дальнейшей жизни обитателей Края Времени. Разделяя эти горькие чувства, автор с радостью сообщает раздосадованным читателям, что они при желании могут ознакомиться с другими событиями из далекого прошлого – с теми, что предшествовали инициативе хозяина Канари, ибо путешественники до сих пор посещают Край Времени, хотя и не могут преодолеть ту временную преграду, которую установил вездесущий Лорд Джеггед.
   Допускаю, что истории, рассказанные путешественниками во времени, не полностью достоверны, ибо, повествуя о своих приключениях, они приводят не только факты, но и высказывают догадки, часто основанные на слухах. Тем не менее, романисты вроде меня считают эти истории увлекательными и с удовольствием переносят их на бумагу, хотя и предполагают, что их смелые сочинения могли бы позабавить тех, о ком повествуют. К счастью, нет никаких подтверждений, что эта книга пережила хотя бы нынешнее столетие. Что тогда говорить о миллионах ближайших лет!
   Если нижеизложенная история покажется читателям менее правдоподобной, чем другие рассказы о Крае Времени, то виной тому доверчивость и легкомыслие автора, который поверил на слово путешественнику во времени, впервые побывавшему в будущем. Этот искатель приключений, член Гильдии Путешественников во Времени и собрат миссис Уны Перссон по увлечению, не позволил открыть читателям свое имя, тем самым предоставив свободу перу рассказчика, что оказалось мне на руку.
   И все же, прежде чем окунуться в повествование, скажу несколько слов о своем приятеле. По его словам, он был свидетелем многих значительных событий в истории человечества. К примеру (если только ему поверить), он присутствовал при распятии Иисуса Христа, наблюдал бойню в Милэе, ужасался злодейскому убийству Наоми Якобсен. Со своей базы в Западном Лондоне (XX век, секторы 3 и 4) мой непоседливый друг крейсирует в потоке, который он называет «хронотечением», проникая в прошлое и будущее Земли и сопряженных с ней планет-невидимок. Из всех известных мне путешественников во времени лишь этот искатель приключений всегда готов рассказать о своих похождениях всякому, кто готов слушать. Видимо, он совершенно не подвержен действию эффекта Морфейла, понуждающего путешественников во времени действовать и говорить с большой осторожностью. По крайней мере, он сам считает, что этот эффект придумали люди с неуравновешенной психикой, расстроенной воздействием алкоголя или наркотиков. Сам себя он величает «хроностранником вне закона» (по этой самооценке читатель может составить себе представление о его характере).
   Возможно, вы считаете, что я поверил в историю мисс Мэвис Минг и Иммануила Блюма, поддавшись обаянию своего друга, но на деле в самой сути повествования кое-что показалось мне убедительным, и я принял за правду едва ли не самый невероятный рассказ из тех, что мне довелось услышать. Проверить подлинность истории невозможно (особенно ее заключительной части), но, чтобы не заронить у недоверчивого читателя сомнения в ее очевидной правдивости, сошлюсь на то, что имею немало косвенных доказательств истинности произошедших событий. Кроме того, по рассказам другого путешественника во времени я хорошо знаком с мистером Блюмом и даже описал его похождения в книгах «Огненный Шут» и «Ветры Лимба».
   Нижеизложенная история описывает события в жизни мисс Минг, произошедшие после того, как эта жалкая женщина вмешалась роковым образом во взаимоотношения между Дафниш Арматьюс и ее сыном Сопуном, о чем я рассказал в повести «Древние тени». По обыкновению, основные события описаны автором в точном соответствии с рассказом путешественника во времени. Однако, чтобы сделать повествование более интересным и динамичным, мне пришлось слегка раскрасить его, дополнить подробностями из другого источника и ввести диалоги.
   В повести «Древние тени» я мельком рассказывал о взаимоотношениях между мисс Минг, несносной и жалкой личностью, и Доктором Волоспионом, самоуверенным мизантропом. Трудно судить, что за извращенное удовольствие находил Доктор Волоспион в общении с этой женщиной, равно как и понять, к чему было мисс Минг, старавшейся огородить себя от любых неприятностей, терпеть несуразные выходки и оскорбления Доктора. Возможно, Доктор Волоспион видел в ней оправдание своему человеконенавистничеству, а мисс Минг, по-видимому, предпочитала унизительное внимание прискорбному одиночеству. Впрочем, зачем гадать? И в наши дни случается, что взаимоотношения между людьми не поддаются разумному объяснению.
   Сделав необходимые пояснения, автор, наконец, ступает на прямую дорогу повествования и предлагает на суд читателя историю о преображении мисс Минг и о том участии, которое приняли в этой метаморфозе Доктор Волоспион и Иммануил Блюм.

ГЛАВА ВТОРАЯ, в которой мисс Минг, как обычно, чувствует себя не в своей тарелке

   Одно солнце всходило над горизонтом, а другое закатывалось, создавая фантастическую игру света и тени, остававшуюся, тем не менее, незамеченной большинством участников вечеринки, собравшихся у подножия горной гряды, возведенной Вертером де Гете по картине художника древности Холмана Ханта, полотна которого Вертеру удалось откопать в одном из разлагавшихся городов.
   Создавать ландшафты по произведениям живописи пытались и до него, но, в отличие от других обитателей Края Времени, отдавших дань новой моде, Вертер с настойчивостью пуриста воспроизводил в создаваемой им натуре все детали изображения, невзирая на замечания критиков, обвинявших его в отсутствии творческого начала. Вертеровской концепции «искусство ради искусства» какое-то время следовал Герцог Квинский, но чистота жанра вскоре утомила его, и Вертер остался в оскорбительном одиночестве, что, впрочем, его только обрадовало, ибо появился новый повод предаваться сладостному страданию.
   Пока участники вечеринки оценивали произведение Вертера, одно из солнц закатилось, а другое застыло, оказавшись в зените. Перемену заметили только трое: мисс Минг, чьи округлые формы едва прикрывало платье с глубоким вырезом, Ли Пао в неизменном голубом сатиновом комбинезоне и устроитель увеселения величественный и стройный Абу Талеб в роскошных одеждах.
   – Интересно, чьи эти солнца, – сказал Абу Талеб, посмотрев на небо. – Хороши оба. Вероятно, соперничают…
   – С вашими творениями? – спросил Ли Пао.
   – Нет, друг с другом.
   – Скорее всего, оба созданы Вертером, недаром мы толчемся у этой горной гряды, – нетерпеливо предположила мисс Минг, явно недовольная тем, что ее собеседники отклонились от темы разговора. – Впрочем, он еще не приехал, так что, Ли Пао, продолжайте, пожалуйста. Вы говорили о Докторе Волоспионе.
   – Я, собственно, не говорил ни о ком конкретно, – ответил китаец, смущенно потеребив мочку уха.
   – Но и у меня возникла такая ассоциация, – заметил Абу Талеб, сладостно улыбнувшись в остроконечную бороду.
   – Не делайте из меня сплетника. Трезвый ум не приемлет слухи. Я лишь мельком упомянул, что только слабые ненавидят слабость и только ущербные осуждают изъяны других, – Ли Пар отер платком пятно сока с комбинезона и повернулся спиной к миниатюрному солнцу.
   – Нет-нет, – лукаво запротестовала мисс Минг. – Я знаю, вы говорили о Докторе, предполагали, что он…
   Конец фразы мисс Минг потонул в дружном смехе проходившей мимо компании. Когда шум утих, Ли Пао (возможно, признавая в словах мисс Минг долю правды), поспешил опередить свою собеседницу:
   – В отличие от вас мне нет дела до вашего покровителя. Я просто-напросто рассуждал. Мое суждение вряд ли было оригинальным и не относилось ни к кому в частности. Вы смутили меня, и я готов взять обратно свои слова.
   – Да я и не в обиде на вас, Ли Пао. Я больше думала о себе. Доктор так добр ко мне, и я не хочу, чтобы создалось впечатление, что я вовсе не замечаю, как много им сделано для меня. Я ведь могла все еще томиться в его зверинце, а он приютил меня в своем доме.
   – Доктор Волоспион – образец куртуазности, – подал голос Абу Талеб. – Думаю, вы согласитесь со мной, а меня извините. Пойду проведать своих монстров. – Устроитель увеселения удалился, не обратив внимания на умоляющий взгляд Ли Пао, оставшегося во власти мисс Минг, которая тут же воспользовалась благоприятным моментом.
   – Не думайте, что я собираю сплетни, – проворковала она, заглядывая в глаза китайцу и поглаживая его по груди. – Просто я дорожу вашим мнением. А как же иначе: мы оба узники Края Времени. Нам бы лучше вернуться в прошлое, вам – в двадцать седьмое столетие, где вы занимали важный государственный пост, а мне – в двадцать первый век, где я тоже кое-что значила, – мисс Минг застенчиво опустила глаза. – Впрочем, нескромно говорить о себе, хотя я могла бы удивить многих.
   – Да, да, – простонал Ли Пао, тяжело вздохнув и закрыв глаза.
   Мисс Минг, не оставляя в покое комбинезон китайца, принялась выводить ногтем на линялой материи воображаемые узоры. Внезапно раздался звериный рык. Ли Пао закрутил головой, сумев отстраниться от назойливой собеседницы.
   – Вероятно, один из монстров Абу Талеба. Пойду, посмотрю.
   Мисс Минг остановила его, ухватив за лямку, но тут же отвела руку, заметив, к своей немалой досаде, приближавшегося Рон Рон Рона (который происходил из сто сорокового столетия и был еще одним путешественником во времени).
   – Ой, Ли Пао, смотрите, – кисло прощебетала мисс Минг, – сюда идет этот зануда Рон.
   К ее великому изумлению, китаец, который явно недолюбливал Рон Рон Рона, распростер руки и с непомерным пылом воскликнул:
   – Мой старый друг!
   Растерявшаяся мисс Минг выдавила улыбку и слащаво промямлила:
   – Рады видеть вас.
   В глазах неизменно высокомерного Рон Рон Рона промелькнула искорка удивления.
   – Да? – задумчиво произнес он, заложив руки за спину.
   Повисла гнетущая тишина: мужчины разглядывали друг друга. Посчитав, что молчание затянулось, мисс Минг робко произнесла:
   – Ли Пао только что высказал глубокую мысль. По его словам, только слабые ненавидят слабого и только… Как там дальше, Ли Пао?
   – Вряд ли мое суждение интересно, – ответил китаец. – Извините, но… – он жалобно улыбнулся.
   – Да нет уж, прошу вас, я весь внимание, – категорично произнес Рон Рон Рон, одернув прямоугольный сюртук и пробежав равновеликими пальцами по квадратным пуговицам одежды.
   – Это была чрезвычайно мудрая мысль, – подхватила мисс Минг. – Только слабые ненавидят слабого, и…
   – Только ущербные осуждают изъяны других, – кисло изрек Ли Пао. – Но я ни в коей мере не собираюсь…
   – Весьма интересное наблюдение, – перебил Рон Рон Рон, задумчиво потирая квадратный подбородок. – Да, да. Весьма интересное.
   – Как вам будет угодно, – обескуражено ответил китаец и шагнул в сторону. Второй шаг ему не удался. Его пригвоздил к месту бас собеседника.
   – Но из вашей мысли вытекает другое суждение: сильная личность, демонстрируя свою силу, афиширует собственную слабость. Не так ли?
   – Ничего подобного я…
   – О, нет, мы это должны основательно рассмотреть, – Рон Рон Рон оживился. – Получается, что вы косвенно осудили мою попытку захватить власть в период правления пчеловодов-анархистов. Надеюсь, вы помните, что я был лидером оппозиции, возглавляя движение симметричных фундаменталистов.
   – Конечно, помню, но уверяю вас, что я…
   – У нас было достаточно сил, чтобы прийти к власти, – продолжил с воодушевлением Рон Рон Рон, – но нам просто не повезло: на Землю вторглась инопланетная армия (кто были эти пришельцы, до сих пор неизвестно). Захватчики перебили всех, кто носил оружие, а оставшихся – примерно треть человечества – превратили в рабов. Оккупация длилась недолго, не более двадцати лет. То ли пришельцы испугались другого агрессора, то ли потеряли стратегический интерес к нашей части галактики, однако даже столь недолгая оккупация нарушила наши планы, а не случись нашествия, кто знает, чего бы мы достигли.
   – Не сомневаюсь, вы бы преобразили планету, – промямлил китаец.
   – Вы очень добры. Наши планы были действительно грандиозны, но они рухнули. Оккупанты оставили Землю в таком удручающем состоянии, что человечеству стали более не нужны ни анархисты, ни фундаменталисты. Будь у меня хотя бы малейший шанс…
   – Вы бы добились многого, – буркнул Ли Пао, тяжко вздохнув.
   – Однако он не представился. Мои попытки переговоров с инопланетянами были неправильно истолкованы.
   – Такое случается, – китаец снова вздохнул.
   – Мне пришлось бежать. Я воспользовался экспериментальной машиной времени и теперь делю вашу участь. Но и здесь я не растерял своих убеждений.
   – О, мужчины, у вас одна политика на уме, – робко подала голос мисс Минг.
   Ее реплики не заметили. Рон Рон Рон перешел к детальному изложению своих убеждений, а китаец продолжал вздыхать, изредка вставляя словцо. Мисс Минг тупо смотрела на собеседников. Она никак не могла понять, зачем Ли Пао по своей воле угодил в сети законченного зануды. Было видно, китайцу Рон Рон Рон до смерти надоел, хотя разговор и шел о политике, единственном предмете, которым интересовался Ли Пао. Время шло, а прялка все жужжала и жужжала. Мисс Минг вздохнула вместе с китайцем. Она знала, что существует немало людей, которые, начав говорить, сами не могут остановиться. Исходя из этого наблюдения, мисс Минг решила прервать затянувшийся монолог, как только дождется хотя бы маленькой паузы, и дождалась, когда Рон Рон Рон заключил очередное суждение глубокомысленными словами:
   – …но они так и не смогли разделиться.
   – Не смогли разделиться? – моментально встряла мисс Минг и перешла в наступление: – Представьте, у меня была похожая ситуация с топинамбуром. Я разводила его в своем офисе. Уродился что надо, огромный, но зато, хоть тресни, не размножался. Ну, никак не делился. Вы об этом?
   Рон Рон Рон на секунду опешил, а затем значительно произнес:
   – Мы обсуждаем расстановку политических сил.
   – Ах, вы о силе. Как кстати. Вы бы видели моего бывшего мужа. Я не рассказывала? Донни Стивенс, паршивец. Испортил мне жизнь. Но, надо отдать ему должное, был истинным силачом. Бетти, вы знаете, моя подружка. Я и про нее не рассказывала? Ну, на самом деле она была не просто подружкой. Вы понимаете? – мисс Минг подмигнула. – Так вот, Бетти как-то сказала, что Донни Стивенс гордится своими мышцами больше, чем пенисом. Умора! – мисс Минг затряслась от смеха.
   Рон Рон Рон промычал в ответ что-то невразумительное. Ли Пао молчал, закатив глаза. Успокоившись, мисс Минг затараторила снова:
   – Не должна бы вам этого говорить, но раз начала, скажу, не стесняясь: я быстро нашла замену мерзавцу. Вы понимаете? И все же временами этого жеребца мне явно недостает.
   – Для женщины из двадцать первого века это естественно, – сказал Рон Рон Рон.
   Мисс Минг ухватила его за рукав и с жаром продолжила:
   – Вот-вот. Вы меня понимаете. Миру нужны настоящие мужики, семяпроизводители. Попадись мне такой, я бы… я б… – мисс Минг щелкнула пальцами.
   Рон Рон Рон вырвался, Ли Пао отпрянул.
   – Вот и с топинамбуром то же самое. Он неприхотливый и крепкий, зато и забивает все другие растения, стоит им только проклюнуться. С помощью топинамбуров даже валили деревья, кажется, в Парагвае. Но когда приходит время делиться, они ни в какую. Точь-в-точь, как самодовольные мужики.
   Мисс Минг снова заливисто рассмеялась, приглашая слушателей присоединиться к веселью. Заметив постные лица, она не смутилась.
   – Так вот, своего лентяя я выгнала. И что вы думаете? Он внезапно преобразился. По словам Бетти, чтобы пересчитать всех кобыл, покрытых этим разошедшимся жеребцом, требовался компьютер.
   Заметив, что слушатели нисколько не оживились, мисс Минг с горячностью уточнила:
   – Нет, два компьютера.
   Но даже этот, казалось бы, верный прием – расцветить рассказ тонким юмором – не принес ожидаемого эффекта. Ли Пао сосредоточенно разглядывал носок своего ботинка, а Рон Рон Рон, вытаращив глаза, водил по сторонам бессмысленным, мутным, словно бы дымным взглядом. Мисс Минг не сдалась.
   – А я вам не рассказывала о том, что однажды случилось в «фордике»? Мы поехали на денек за город, еще до развода. Дело было весной, кажется, в мае…
   – Посмотрите! – внезапно гаркнул Ли Пао.
   Мисс Минг присела и чуть не проглотила язык.
   – Куда? – пролепетала она.
   – Там Доктор Волоспион! – китаец указал на толпу. – Он только что махал вам рукой.
   Мисс Минг воспрянула духом. Теперь можно и удалиться, но только деликатно и не в ту же минуту, чтобы не обидеть Ли Пао.
   – Ничего страшного, Доктор может и подождать, – игриво сказала она. – Разве можно, пользуясь правом хозяина, держать гостью на привязи?
   – Но и мы не смеем пользоваться вашей свободой, – размеренно сказал Рон Рон Рон, успевший не только прийти в себя, но и одернуть свой прямоугольный сюртук.
   – Это очень мило, – прощебетала мисс Минг. – Может, попозже увидимся. До свидания, – она подмигнула и кокетливо пошевелила пальчиками, после чего поискала глазами Доктора, но, не приметив его, повернулась к Ли Пао. Оказалось, напрасно. Китаец стремительно удалялся, видно, заметив возле ног одного из чудовищ Абу Талеба более приятного собеседника. Мисс Минг пожала плечами и медленно пошла за китайцем, разглядывая гостей и многочисленные живые творения хозяина вечеринки, среди которых преобладали слоны.
   – Я сделала все возможное, – вздохнула она. – Как трудно иметь дело с политиками.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ, в которой мисс Минг так и не обретает желанного утешения

   И все-таки не слоны, переминавшиеся там и сям с ноги на ногу и временами издававшие трубные звуки, а несравнимо более крупные существа, пригнанные радушным хозяином для увеселения публики, стали украшением вечеринки. Эти семь исполинов сидели в ряд на зеленовато-коричневых задних лапах, задрав к небу массивные морды, и выводили тонкими голосами жалостную мелодию.
   Исполины – гордость коллекции Абу Талеба – были копиями певчих гигантов с Жюстины-4, планеты, давно исчезнувшей в распадавшемся космосе (читатель, должно быть, помнит, что Земля постоянно пользовалась энергией не только Солнца, но и множества других звезд).
   Увлечение Абу Талеба слонами и всем слоноподобным было столь велико, что он нарек себя Комиссаром Бенгалии, позаимствовав столь экстравагантное звание у легендарного сановника древности, величавшего себя «Повелителем Всех Слонов». Правда, исполины Абу Талеба больше походили на огромных бабуинов с мордами обыкновенных эрдельтерьеров, но такие мелочи не смущали Комиссара Бенгалии, для которого важнее всего были их чудовищные размеры. Целиком увидеть гигантов можно было лишь издали, а чтобы услышать их заунывное пение, следовало хорошенько прислушаться – уж очень высоко были головы исполинов.
   На вечеринке было и угощение, которое разносили мохнатые мамонтята с подносами на спине. Выбрав еду по вкусу, можно было устроиться на траве, прислонившись к спине одного из коленопреклоненных гиппопотамов, а удобно устроившись, – полюбоваться дворцом Комиссара Бенгалии, величественной постройкой в виде двух огромных слонов с переплетенными хоботами.
   Поморщившись при виде толстокожих гиппопотамов, мисс Минг решила перекусить в обществе антилопы. Она сняла с ее рога пышку и быстро расправилась с ней – надо же, без всякого аппетита – под грустным взглядом больших антилопьих глаз.
   – Ты одна понимаешь меня, – вздохнула мисс Минг.
   Ей было отчего горевать: всякий, к кому она только приближалась, норовил улизнуть от нее, а Доктора Волоспиона так и не удалось отыскать.
   – Ты права, антилопа, нет ничего скучнее этого сборища.
   Состояние меланхолии было прервано велеречивыми возгласами:
   – Что за платье, мисс Минг! Сама пышность! Сама желтизна!
   Мисс Минг подняла глаза: перед ней стоял Сладкое Мускатное Око. На нем был мягкий серый костюм, весь в кружевных воланах и рюшах. Брови франта были изогнуты, волосы ниспадали кольцами, на щеках – румяна.
   Окинув взглядом Сладкое Мускатное Око, мисс Минг опустила глаза на платье, вызвавшее похвалу кавалера. Конечно, там было на что посмотреть! Под коротеньким желтым платьицем виднелись нижние юбки с голубыми оборками, которые не только придавали наряду пикантный вид, но и позволяли подметить пытливому взгляду, что оборки того же цвета, что и глаза владелицы одеяния – лучшего в ее внешности.
   Приняв комплимент как должное, мисс Минг залилась колокольчиком и с грацией юной девушки закружилась перед поклонником.
   – Я опять чувствую себя женщиной! – с восторгом прощебетала она. – А мой бант вы уже оценили?
   Огромный голубой бант с желтой каймой, украшавший белокурые волосы, не заметить было нельзя.
   – Он плекласен! – воскликнул Сладкое Мускатное Око, считавший картавость проявлением особого шика. – Ах, ах, ах! Такие же банты и на туфлях. Как галмонично!
   Мисс Минг просияла. Этот Сладкое Мускатное Око весьма обходителен и наверняка способен на большее, решила она, хотя и знала о его странной манере появляться на людях то мужчиной, то женщиной. Она взяла кавалера под руку и с упоением зашептала:
   – Вы знаете, как порадовать девочку. Открою вам небольшой секрет: все дело в широкой юбке, в ней талия кажется тоньше. Я немного полна и стараюсь скрыть этот маленький недостаток. По-моему, удалось, а?
   – Более тонкой талии мне видеть не плиходилось.
   Воодушевленная похвалой, мисс Минг тут же поделилась со Сладким Мускатным Оком и другими секретами и даже рассказала о жестокой обиде, нанесенной ей мужем, когда тот во время очередной ссоры выбросил в окно игрушечного слона в синий горошек, подаренного ей в семилетнем возрасте, что повлекло за собой трагическое последствие: любимую игрушку раздавил грузовик.
   Сладкое Мускатное Око согласно кивал, ахал и блеял на все лады, хотя вряд ли что понимал, ибо надолго сосредоточиться он был просто не в состоянии. Мисс Минг истолковала его восклицания в свою пользу – как проявление искреннего сочувствия. Придя к этой утешительной мысли, она еще более распалилась:
   – Представьте, после своего изуверства этот изверг посмел сказать, что я впала в детство. Это он-то, с умом двенадцатилетнего! Как был недоношенным, так недоношенным и остался! От моего слона я видела больше любви, чем от Донни Стивенса.
   – Восхитительно!
   – Он меня все время ругал. То не так, это не так. Во всех бедах была виновата малютка Мэвис. Да и в детстве я за всех отдувалась. Чуть кто набьет шишку или захнычет, виновата я. Мой отец…
   – Очаловательно!
   Мисс Минг тупо посмотрела на обожателя и продолжила, так и не закончив рассказа о своем трудном детстве.
   – Всю жизнь стараюсь делать людям добро. И знаете, чем это чаще всего кончается?
   Сообразив, что его о чем-то спросили, Сладкое Мускатное Око принял глубокомысленный вид и важно ответил:
   – Конечно.
   – Тебе отвечают гадостью, упрекают за то, в чем, прежде всего, виноваты сами. Вот эта женщина, Дафниш Арматьюс…
   Услышав знакомое имя, Сладкое Мускатное Око всплеснул руками и с сочувствием произнес:
   – Тлагедия.
   – Доктор Волоспион говорит, что я слишком нянчилась с этой дамочкой. За ее мальчишкой следила, как за собственным сыном. Такая уж я уродилась! Тяну лямку всю жизнь. Правда, иногда подмывает все взять и бросить. Но если не я, то кто? Как вы считаете?
   – Тлогательная мелодия.
   – Вы о чем? – растерянно спросила мисс Минг.
   Сладкое Мускатное Око указал рукой на ближайшего исполина. Певчий гигант отбивал такт здоровенной ногой. От колыхавшейся массы исходил смрад.
   – Не нахожу в этой мелодии ничего привлекательного, – сморщившись, сказала мисс Минг. – Какая-то погребальная песнь. Я люблю что-нибудь поживее, – она вздохнула и печально добавила: – Какая грустная вечеринка!
   – Вам не нлавится скопление толстокожих? – удивился Сладкое Мускатное Око. – Но это гландиозно, масштабно, выпукло! – посмотрев на поникшую собеседницу, он смутился и перешел на извинительный тон: – Вплочем, это лишь на мой вкус. Знаете ли, у меня подкачало с вооблажением.
   – Я ожидала большего, – вздохнула мисс Минг.
   – От певчих гигантов? Не оголчайтесь. Впеледи пил. Эдгалоселдный По обещал угостить на славу.
   Мисс Минг снова вздохнула.
   – Меня больше интересует духовная пища. Я надеялась повстречать здесь приятных людей, найти человека, который поймет меня. Такого я бы по достоинству оценила, – она выжидательно взглянула на своего элегантного провожатого.
   – Толстокожие, а как жалостно поют, – сказал Сладкое Мускатное Око, стараясь разглядеть голову ближайшего исполина.
   – Я вижу, вы и сами не в настроении. Думаю, интереснее здесь не будет. Поеду домой. Хотите присоединиться ко мне? Или заглянете в другой раз? Я живу у Доктора Волоспиона.
   – Плавда?
   – Мне надо высказаться определеннее? – обескураженно спросила мисс Минг. – Конечно, кто же примет робкое предложение. Вы навестите меня? – Не дождавшись ответа, она тронула щеголя за рукав.
   – Ах, извините меня, мисс Минг, я засмотлелся на голову исполина. Вы о чем?
   – Я приглашала…
   – Ах, чуть не забыл: пообещал О'Кэле встлетиться с ним… А вот и он. Еще лаз плошу извинить меня, – кавалер изысканно поклонился и помахал рукой, радостно улыбнувшись.
   – Разумеется, – процедила мисс Минг.
   Сладкое Мускатное Око взмыл на несколько футов в воздух и поплыл навстречу О'Кэле, который явился на вечеринку в обличье носорога.
   – Еще немного, и я начну предлагать себя толстокожему, вроде этого носорога, – пробормотала мисс Минг. – Прощай, Сладкое Мускатное Око. Никакой ты не сладкий. Боже, какая скука!
   Едва мисс Минг успела пожаловаться на свою горькую участь, как она оживилась, увидев Доктора Волоспиона, своего хозяина, покровителя и наставника.
   Доктор первым обнаружил ее в корабле, когда она, до смерти испуганная, оказалась на Краю Времени. Сначала он поместил ее в свой зверинец, приняв путешественницу по туманным речам за члена религиозного ордена, однако, узнав позднее, что она обыкновенный историк, возомнившая, что очутилась в средневековье, решил, что ей не место в коллекции, состоявшей из ученых монахов, пророков, демонов и богов, и, поразмыслив, предоставил изгнаннице комнаты в своем доме.
   Доктор Волоспион приветливо махал рукой Комиссару Бенгалии, спускавшемуся на землю в золоченом аэрокаре в виде седла с балдахином (вероятно, Абу Талеб подымался ввысь, чтобы накормить певчих гигантов).
   – Ку-ку, – позвала мисс Минг, подойдя поближе.
   Доктор не шелохнулся.
   – Ку-ку!
   Никакого ответа.
   – Ку-ку, Доктор!
   Доктор Волоспион, успевший поприветствовать Комиссара Бенгалии, нехотя повернулся и еле кивнул, растянув в кислой улыбке тонкие губы.
   – Малютка Мэвис к вашим услугам, – прощебетала мисс Минг.
   Ей ответил Абу Талеб.
   – Вот мы и снова встретились, дорогая, – проговорил он тоном доброго дядюшки. – К нам явилась Шехерезада, – Абу Талеб был одним из немногочисленных приятелей Доктора и, пожалуй, единственным доброжелателем крошки Мэвис. – Надеюсь, вы довольны увеселением?
   – Настоящий праздник для любителей толстокожих, – пропела мисс Минг, но, заметив недоуменный взгляд Комиссара Бенгалии и почувствовав, что шутка не удалась, поспешила исправиться: – Лично я без ума от слонов.
   – Вот не думал, что у нас одинаковое пристрастие.
   – О, я полюбила этих толсто… этих умных животных еще в детстве. Маленькой девочкой я все время каталась. Во всяком случае, раз в год – в день рождения. Я ходила в зоопарк с папой. Нам не могли помешать никакие случайности.
   – И я должен сделать вам комплимент, – вмешался в разговор Доктор Волоспион, пробежав взглядом от туфелек своей подопечной до банта на ее голове. – Вы затмеваете всех, мисс Минг. Сколько вкуса! Какая безупречная элегантность! Мы в своих убогих одеждах точно тусклые свечи в сиянии сверхновой звезды.
   Мисс Минг настороженно взглянула на Доктора, усомнившись в искренности своего покровителя, но затем не удержалась и расплылась в улыбке.
   – Вечно вы ставите меня в неловкое положение, – кокетливо сказала она. – Я стараюсь быть остроумной, холодной и неприступной, а с вами начинаю, как школьница, краснеть и глупо хихикать.
   – Прошу извинить меня.
   Мисс Минг наморщила лоб и на секунду задумалась.
   – Вот теперь изволь, чтобы доставить вам удовольствие, придумать остроту.
   – Одно ваше присутствие – величайшее удовольствие, – Доктор развел руками, до того тонкими, что, казалось, рукава его блузы из золотисто-черной парчи для него неумеренно тяжелы.
   – Но… – начала мисс Минг, однако так и не успела то ли ответить на новый изысканный комплимент своего покровителя, то ли блеснуть вымученной остротой.
   Доктор Волоспион обратился к Абу Талебу:
   – Вы открыли нам новый мир, изобретательный Комиссар. Ваши питомцы парадоксальны: огромны телом, кротки духом и прекрасно воспитаны.
   – Они необыкновенно полезные животные, Доктор Волоспион, – осторожно ответил Абу Талеб и испытующе посмотрел на своего собеседника, ибо разделял общую точку зрения, что замечания Доктора насмешливы, хотя и звучат неизменно приветливо и невинно.
   – Вне всякого сомнения, – ответил Доктор Волоспион, посматривая на остановившегося слоненка, который доверчиво потянулся за лакомством к ладони Абу Талеба. – Помощники человека с самых древних времен.
   – Зачастую обожествляемые, – добавил Абу Талеб.
   – Да они просто были богами!
   – Я воссоздал особи всех известных мне видов: английского, болгарского, китайского и, конечно, индийского, – доверительно сообщил Комиссар Бенгалии, расставшись со своей подозрительностью.
   – Среди них есть любимый? – Доктор преодолел тяжесть парчового рукава и почесал бровь.
   – Мои любимцы – слоны Швейцарских Альп. Кстати, этот – один из них. Обратите внимание, у него особенные конечности. Похожие ноги были у знаменитых белых слонов Черного Погонщика, освобождавшего Чикаго в пятидесятом столетии.
   – Вы уверены, Комиссар? – подала голос мисс Минг. – По-моему, это событие происходило в другое время и в другом месте. Я как-никак историк, хотя и не больно знающий. Вы не Карфаген имели в виду? – она тут же смутилась, испугавшись, что задела самолюбие Комиссара Бенгалии. – Прошу меня извинить, вмешалась по недомыслию. Вы же знаете, я бесхитростная маленькая глупышка.
   – Ничего страшного, только я подтверждаю свои слова, – добродушно ответил Абу Талеб. – Я почерпнул эти сведения, прослушав запись с магнитной ленты, найденной Джереком Карнелианом в одном из наших гибнущих городов.
   – Но эта лента, может, отделена от первоисточника множеством других записей. Переписывали, переписывали, вот и стал Карфаген Чикаго. Потом я сильно подозреваю, что Черным Погонщиком называли…
   – Да, прежним временам в романтике не откажешь, – прервал Доктор Волоспион. – Ваши рассказы, мисс Минг, неизменно полны ароматом прошлого.
   Абу Талеб съежился, зато мисс Минг расцвела.
   – Могу вас уверить, что прошлое было далеко не безоблачным, – проворковала она и обратилась к Абу Талебу: – Знаете, за что я люблю Доктора Волоспиона? Он не зажимает мне рот и обладает редкостным качеством: умеет слушать.
   Абу Талеб отвел глаза в сторону.
   – А что касается прошлого, то в моей жизни было немало черных полос, – продолжила с энтузиазмом мисс Минг, – но, признаться, были и наслаждения, о которых сейчас я могу, увы, только мечтать. Секс, к примеру.
   – Вы имеете в виду удовлетворение от полового сношения? – Комиссар Бенгалии вытащил из кармана банан и стал его чистить.
   При виде банана мисс Минг пришла в замешательство.
   – Вот именно, – глухо проговорила она.
   – О, догадываюсь, – протянул Доктор Волоспион.
   – К сожалению, здесь не интересуются сексом, – безапелляционно сказала мисс Минг. – Я говорю о подлинном интересе. Если это занятие – пережиток, я готова вернуться в прошлое, когда угодно, в любой день недели. Ах, да вы не знаете ни дней, ни недель, но, думаю, понимаете, что я имею в виду.
   Почувствовав, что была неумеренно откровенной, мисс Минг деланно рассмеялась. Когда смех утих, Доктор Волоспион задумчиво потер лоб.
   – Вы говорите серьезно, мисс Минг?
   – Ах, Доктор, вы иногда заставляете робкую девочку чувствовать себя глупой. Понимаю, что не со зла. В душе вы так же застенчивы, как и я. Вот вы и прикрываете смиренность нападками. Не возражайте, я успела вас изучить.
   – Весьма польщен, что вы уделяете мне такое внимание, однако вы меня несколько удивили. Среди нас немало таких, кто только и думает о сексуальных утехах: Миледи Шарлотина, Оборотень О'Кэла, Гэф Лошадь-в-Слезах, не говоря о Госпоже Кристии, Неистощимой Наложнице. А возьмите Джерека Карнелиана. Он пропал в толще времени с дамой своего сердца. Вот уж истинный воитель на бранном поле любви.
   – Все эти люди только играют в любовь, – с жаром возразила мисс Минг. – Разве их обуревают настоящие чувства? – она смутилась и поспешно добавила: – Во всяком случае, все они не в моем вкусе.
   – А Шарлотина? – спросил Комиссар Бенгалии, только что закончивший важную процедуру: он накормил с ладони очередного слоненка. – Вы, кажется, ухаживали за ней.
   – О, это было в прошлом.
   – А следом появилась другая леди, путешественница во времени, – заметил Доктор Волоспион. – Впрочем, она и меня не оставила равнодушным. Мы даже соперничали с вами, мисс Минг. Вы говорили, что влюбились в нее.
   – О, не будьте таким жестоким. Что может быть хуже горьких воспоминаний?
   – Понимаю, трагедия, – бесстрастно сказал Доктор Волоспион.
   – Не люблю думать об этом. Все мои усилия пошли прахом. Сначала меня оставила Дафниш, а потом погиб Сопун. Откуда мне было знать… Если бы вы не поддержали меня, не знаю, что бы я натворила. Прошу вас, не станем ворошить прошлое, хотя бы сейчас. Ах, люди… они сами создают себе трудности. Мне далеко до совершенства, но я стараюсь быть деликатной, видеть только хорошее. Помогаю другим. Бетти мне не раз говорила: – «Ты лезешь из кожи вон, опекая других, а о себе забываешь». О, Бетти, обо мне люди думают, что я круглая дура, да и то если соизволят меня заметить, – мисс Минг шмыгнула носом. – Прошу извинить меня.
   Тем временем Доктор Волоспион (скажем в скобках, чтобы не обидеть мисс Минг, – пропускавший мимо ушей стенания альтруистки) заметил вблизи Ли Пао и жестом пригласил его подойти. Китаец, в свою очередь заметивший Доктора, а рядом с ним Абу Талеба и крошку Мэвис, попытался скрыться в толпе, но приглашение подойти сначала остановило его, а затем потянуло, будто арканом, в нежелательном направлении.
   – Мы обсуждаем коллекцию Комиссара Бенгалии, – сказал Доктор Волоспион, обращаясь к Ли Пао. – Она просто великолепна.
   Абу Талеб скромно потупился.
   – Любуетесь, как эксплуатируют несчастных животных?
   – Ах, Ли Пао, вечно вы ругаете нас, но тем не менее всякий раз посещаете наши скромные праздники. Значит, и вы находите в них что-то приятное.
   – Я посещаю эти собрания, руководствуясь чувством долга, проявляю сознательность, – ответил китаец. – Мое место в народе. Я прививаю людям истинные моральные ценности.
   Ухо защитника угнетенных по-приятельски тронул слоновый хобот. Китаец отпрянул.
   – Не могу с вами полностью согласиться, – миролюбиво произнес Доктор. – Моральные ценности хороши для двадцать седьмого века, а на Краю Времени другие заботы. Наше будущее неопределенно. Космос сжимается, угасает. Кто знает, сколько ему осталось существовать. А вместе с ним исчезнем и мы. Вы носитесь с мыслью, что всеобщий организованный труд может помешать распаду Вселенной. Я так не думаю.
   Сочтя разговоры о мироздании утомительно скучными, мисс Минг занялась прической.
   – Выходит, вы боитесь Конца Света? – спросил Ли Пао, пронзая Доктора взглядом.
   Доктор Волоспион гулко зевнул.
   – Боимся? Что это значит?
   – Я говорю о страхе. Это чувство здесь не проявляется в полной мере, но его ростки существуют. Зачатки этого страха коренятся и в вас, Доктор Волоспион.
   – Вы считаете, что я чего-то боюсь? – Доктор Волоспион презрительно фыркнул. – Это голословное утверждение. Скорее, даже обвинение.
   – Я не обвиняю вас и не собираюсь унизить. Страх перед лицом реальной опасности закономерен, естественен. Неразумно игнорировать нож, занесенный для удара в самое сердце.
   – Нож? Сердце? – беззаботно протянул Комиссар Бенгалии, пытаясь подманить виноградной гроздью одного из своих любимцев.
   – Думаю, вы, Ли Пао, можете считать меня неразумным, – сказал Доктор Волоспион.
   – Нет, вы не лишены страха, – не унимался китаец. – Ваше отпирательство тому подтверждение, а ваш гордый вид и язвительность – обычная маскировка.
   Доктор пожал плечами.
   – Инстинкты на Краю Времени давно атрофировались. Вы валите с больной головы на здоровую, приписываете мне собственные эмоции.
   Китаец не успокоился.
   – Вам не провести меня! Кто вы, Доктор? Странник во времени или пришелец с другой планеты? Я вас раскусил. Вы не здешний.
   – Что? – Доктор насторожился.
   – По сравнению с вами обитатели Края Времени безобидны, а вы ненавистник. Общеизвестно ваше отношение к Джереку Карнелиану. Вы преисполнены зависти и тщеславия – чувствами, которые незнакомы, к примеру, Герцогу Квинскому. Вас одолевают нездоровые страсти. Их надо искоренять, поэтому я и уделяю вам столько внимания.
   – Мне оно ни к чему, – ответил Доктор, гневно сверкнув глазами. – Вы далеко заходите, Ли Пао. Обычаи вашего времени не допускали столь оскорбительной манеры вести беседу.
   – Мне кажется, вы и вправду зашли далеко, Ли Пао, – вмешалась мисс Минг. – Зачем вы задираете Доктора? Он вас не трогал.
   Пропустив мимо ушей аполитичное замечание, китаец снова насел на Доктора:
   – Вы отказываетесь признаться в собственных недостатках? Не верите в пользу общественного труда?
   – Общественный труд не спасет от гибели. Не хочу терять чувство собственного достоинства даже в преддверии Конца Света. Зачем порождать пустые надежды, скулить о спасении, когда гибель неотвратима?
   – Смотрите! Смотрите! – заверещала мисс Минг, стараясь разрядить накаленную обстановку. – Появился Эдгаросердный По. Скоро начнется пир!
   – Что-то запоздал, – буркнул Абу Талеб, оторвав взгляд от слона.
   Обстановка не разрядилась.
   – Надежду дает работа, к тому же трудовое воспитание преображает людей! – воскликнул китаец.
   – Кто в это поверит? – Доктор Волоспион огляделся по сторонам, словно пытаясь найти союзника, но, натолкнувшись на плотоядный взгляд своей подопечной, оставил попытку и продолжил сражение в одиночку: – Конец близок, неотвратим. Смерть восходит над горизонтом. После многих тысячелетий покоя Земля на пороге нового катаклизма, но только теперь ей будет не возродиться. А вы говорите: работа! – Доктор разразился демоническим смехом. – Что она дает? Наша эпоха не зря называется Краем Времени. Мы свое пожили. Скоро от нас останется один пепел в безжизненном космосе.
   – Но если мы объединим наши усилия…
   – Простите, Ли Пао, мне становится скучно. К тому же я уже натерпелся от пустословия.
   – В самом деле, мальчики, хватит спорить, – сказала мисс Минг, избрав менторский тон классной дамы. – Глупая болтовня не приведет ни к чему хорошему. Ну-ка, глядите повеселей. Я вам не рассказывала о том, как однажды, когда мне было четырнадцать, я со своим дружком прямо в церкви… Вы понимаете? Так вот, в самый неподходящий момент нас застукал преподобный… – она осеклась, заметив хмурый взгляд Доктора.
   – Вам совсем не подходит роль дипломата, мисс Минг! – безжалостно изрек Доктор Волоспион.
   – О! – по лицу мисс Минг пошли красные пятна.
   – Будьте добры не вмешиваться и не прерывать разговор глупыми и неуместными шутками.
   – Доктор Волоспион! – мисс Минг в ужасе отшатнулась.
   – Да она хотела, как лучше, – подал голос Ли Пао.
   – Как лучше? – Доктор Волоспион смерил мисс Минг уничижительным взглядом. – Тогда, может, вы нам подскажете, как разрешить конфликтную ситуацию. Со шпагами в руках, подобно Герцогу Квинскому и Лорду Акуле? На пистолетах? Скажите только, мы достанем и огнеметы.
   – Я не имела в виду ничего… – пропищала мисс Минг, содрогаясь от страха.
   – Гм… – Доктор выпятил подбородок. – Говорите же, великодушный арбитр. Мы слушаем вас.
   – Я только пыталась помочь, – прошептала мисс Минг, не смея поднять глаза. – Вы были оба раздражены, и мне показалось…
   – Раздражены? Вы тупица, мадам. Мы просто шутили.
   Не зная, как возразить, мисс Минг окончательно растерялась. Ее щеки пылали. Ли Пао поджал губы и качал головой. Абу Талеб кормил с ладони слоненка.
   Мисс Минг застыла на месте. Живыми оставались только глаза, смотревшие со страхом и укоризной на своего благодетеля. Она собралась бежать, но, пересилив себя, решила испить чашу до дна.
   – Назвать другого тупицей – не очень удачная шутка. Вспомните, Доктор Волоспион, всего минуту назад вы расточали мне комплименты. Если вам недостает доводов в споре, зачем вымещать досаду на крошке Мэвис? – мисс Минг, как совсем недавно Доктор Волоспион, огляделась в поисках дружеского участия, но также не преуспела: Абу Талеб и Ли Пао отвели глаза в сторону.
   – Буду более чем признателен, если вы замолчите, – гневно ответил Доктор. – Ваша убогая речь до смерти надоела. Неужели вам не понять, что мы рассуждаем о высоких материях? Профану не место в бурном потоке философского диспута.
   Мисс Минг застонала. Вряд ли она расслышала что-нибудь, скорее только почувствовала очередную гневную вспышку своего покровителя.
   – Вы сегодня не в настроении, – прошептала мисс Минг. По ее щекам покатились крупные слезы.
   – Волоспион, вы ополчились на эту несчастную, убедившись в безосновательности своих рассуждений, – снова подал голос Ли Пао.
   – Ха! – выдохнул Доктор и медленно повернулся, преодолевая тяжесть парчи.
   Зарыдав, мисс Минг привлекла внимание Комиссара Бенгалии. Он внимательно посмотрел на нее, затем подошел, склонился и с интересом спросил:
   – Это что, слезы?
   Мисс Минг всхлипнула.
   – Я слышал о таких выделениях у слонов, – Абу Талеб на секунду задумался. – Хотя, может, мне говорили о крокодилах. Но сами слезы мне видеть не приходилось.
   Мисс Минг подняла заплаканные глаза.
   – Вы все такие же толстокожие, как и ваши дурацкие слоны.
   – Видно, у всех путешественников во времени особые представления об учтивости, – холодно сказал Доктор. – Полагаю, мадам, мы все еще не постигли премудрости вашей этики.
   – Да она просто обиделась, как ребенок, – сказал китаец.
   – Оставьте меня в покое, Ли Пао, – простонала мисс Минг. – Вы сами все начали.
   – Ну, возможно… – китаец попятился.
   – Бывает, обижаются и слоны, – заметил Абу Талеб.
   – Я погорячилась, – согласилась мисс Минг. – Простите, Комиссар. Я виновата, Доктор Волоспион. Я совсем не хотела…
   – Это мы виноваты, – добродушно сказал китаец. – В душе вы малый ребенок, и нам надлежало…
   Слова сочувствия утонули в громком рыдании.
   Доктор Волоспион, Абу Талеб и Ли Пао затоптались на месте, не зная, что предпринять. Ли Пао многозначительно посмотрел на Комиссара Бенгалии. Абу Талеб принял вызов и участливо произнес:
   – Ну, ну, успокойтесь.
   Расхрабрившись, он неловко погладил Мэвис по голове.
   – Простите. Я просто хотела помочь… Ну почему у меня всегда… – мисс Минг снова пустилась в слезы.
   Доктор Волоспион взял ее за руку.
   – Мне вас проводить? – спросил он, проявляя великодушие. – Вам следует отдохнуть.
   Мисс Минг потянулась к своему покровителю, но тут же, отдернув руку, заголосила:
   – Вы правы, Доктор Волоспион. Я круглая дура, уродина!
   – Нет-нет, – запротестовал Комиссар Бенгалии. – Мне вы кажетесь исключительно привлекательной.
   Мисс Минг подняла трясущийся подбородок.
   – Не беспокойтесь, – сказала она, сглотнув слезы. – Я уже успокоилась. Просто не могла видеть, как люди обижают друг друга. Вы правы, Доктор Волоспион, мне лучше поехать домой.
   – Вот и хорошо, – отозвался Доктор. – Я отвезу вас в своем экипаже.
   – Не лишайте себя удовольствия – праздник в самом разгаре. Я сама виновата, и поеду одна.
   – Вы слишком расстроены. Вас нельзя отпускать одну.
   – Я могу проводить мисс Минг, – предложил Ли Пао. – Я первым начал дискуссию.
   – Каждый из нас разгоняет тоску по-своему, – философски заметил Доктор Волоспион. – Впрочем, я напрасно вспылил.
   – Вы были правы! – мисс Минг вновь разрыдалась.
   – Хотите, я подарю вам летающего слоненка? – примирительно сказал Комиссар Бенгалии. – Можете забрать его прямо сейчас.
   Мисс Минг издала душераздирающий стон.
   – Бедняга, – посочувствовал Комиссар. – Может, в зверинце ей было бы лучше, Доктор? В вольерах путешественники во времени чувствуют себя гораздо вольготнее. Наш мир слишком сложен для их восприятия. Будь я на вашем месте…
   Мисс Минг истошно заголосила.
   – Вы слишком чувствительны, – заметил Ли Пао. – Вы не должны принимать нас всерьез.
   – Вот как? – Доктор Волоспион рассмеялся.
   – Я имел в виду – не принимать всерьез наши слова.
   – А вот и ваш приятель, мисс Минг! – неожиданно воскликнул Доктор Волоспион.
   – Что еще за приятель?
   – Эдгаросердный По, кулинар.
   Мисс Минг утерла слезы, и вовремя. Не прошло и минуты, как к шагнувшему навстречу Комиссару Бенгалии подошел, растолкав слонят, внушительного вида толстяк в высоком темно-коричневом колпаке и такого же цвета просторной блузе.
   – Прошу прощения, Комиссар, мое приношение несколько запоздало, – сказал толстяк, отвесив церемониальный поклон.
   – Какие могут быть извинения, По, – ответил Абу Талеб. – Я чрезвычайно доволен, что вы почтили мой скромный праздник своим присутствием.
   – Подождите хвалить меня. Я в отчаянии: в рецептуре отдельных блюд оказались непозволительные погрешности. Кулинарные хитрости для сокрытия недостатков я счел недостойными.
   – Вы слишком строги к себе, непревзойденный шеф-повар. Слишком взыскательны в творчестве. Уверяю, никто из нас не заметит тех маленьких недостатков, о которых вы говорите. Ваши блюда в любом виде достойны самого изысканного стола.
   Шеф-повар зарделся от удовольствия.
   – И все же я недоволен. Настоящие артисты во все времена необычайно требовательны к себе. Надеюсь, мне удастся исправить ошибку. Если нет, предложу вашим гостям только удавшиеся блюда.
   – Я вас понимаю. Муки творчества неотделимы от подлинного искусства. Может, вам нужна наша помощь?
   – Я и пришел за помощью. Хочу получить оценку со стороны. Требуется оценить не столько вкус, сколько консистенцию. Это недолго. Если бы кто согласился…
   – Мисс Минг! – безапелляционно назвал дегустатора Доктор Волоспион.
   – Я?
   – Вы всегда всем помогаете.
   – Я не гурман, но, если подойду Эдгаросердному По, то, конечно, не возражаю.
   – Суждение знатока не требуется, – заверил шеф-повар. – Вы отлично справитесь, мисс Минг.
   – И вам, должно быть, будет приятно, – добродушно добавил Абу Талеб.
   – Конечно, – согласилась мисс Минг и вопросительно посмотрела на Доктора. – Вы не против?
   – Я сам предложил вашу кандидатуру.
   – И сделали совершенно правильный выбор, – твердо сказал Ли Пао.
   – Раз так, я к вашим услугам, кудесник кухни, – проговорила мисс Минг. – Еще раз прошу прощения за сумятицу.
   Доктор Волоспион, Абу Талеб и Ли Пао протестующе замахали руками. Мисс Минг улыбнулась.
   – Как приятно уладить недоразумение. Ведь мы снова друзья?
   – О чем речь! – воскликнул Доктор Волоспион.
   – Несомненно, – отозвался Ли Пао.
   – Так не возьмете летающего слоненка? – спросил Комиссар Бенгалии. – Я себе сотворю другого.
   – Взяла бы с радостью, но у меня нет зверинца. Может быть, обстоятельства переменятся, и тогда…
   – Ну, что же, – Абу Талеб облегченно вздохнул.
   – Если вы готовы, мисс Минг, поспешим, – подал голос шеф-повар. – Гости ждут угощения.
   – Я в вашем распоряжении, только объясните мне поподробнее, в чем будет состоять моя помощь.
   – Выскажете свое мнение, вот и все.
   – Вы очень вовремя к нам подошли, милый По, – сказала мисс Минг, отойдя от своих друзей на безопасное расстояние. – Вы такой серьезный, уравновешенный. Без вас мне пришлось бы худо. Нежданно-негаданно оказалась в центре скандала. Я, конечно, чуть не разбилась в лепешку, чтобы утихомирить буянов. А заварил кашу Ли Пао. Доктор Волоспион так доходчиво все растолковывал, а Ли Пао его не слушал, бубнил свое. Видно, этот китаец, кроме себя, вообще никого не слышит. А в результате виновной во всем оказалась я, крошка Мэвис. Представляете, какая несправедливость?
   Шеф-повар чмокнул губами.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ, в которой мисс Минг испытывает новое разочарование

   Эдгаросердный По запустил руку в чан и извлек оттуда небольшого плезиозавра. Длинная радужная шея потревоженного животного начала поворачиваться, и шеф-повар осторожно опустил его на траву. Облизнув пальцы, он скорбно вздохнул.
   – К сожалению, жидковат, а вкус превосходный. Плезиозавр, переваливаясь с боку на бок и едва передвигая студенистые лапы, медленно побрел в сторону своих столь же несовершенных собратьев, которые паслись меж деревьями, приготовленными из дудника, начиненного сладостями. По разумению кулинара, перед тем как попасть на стол, плезиозаврам следовало размяться.
   – Согласитесь, мисс Минг, лапы у них жидковаты, – повторил свое суждение кулинар, облизнув губы.
   – Не надо расстраиваться. Строго говоря, ошибка вовсе не ваша. Плезиозавры – морские животные. Их ласты хороши для воды. По суше на таких конечностях не расходишься. Нельзя их усилить?
   – Да проще простого. Одним поворотом Кольца можно заменить лапы на подходящие, но это не выход из положения: загадка останется и будет мучить меня. Результаты моих исследований показывают, что эти рептилии способны без труда передвигаться по суше. Может, температура оказалась выше, чем нужно? Хотя, вряд ли. Скорее, избыточный вес животных оказывает негативное влияние на структуру атомов желатина. Это обстоятельство следовало учесть при составлении рецептуры, а начинать все заново слишком поздно.
   – Может, все-таки воспользоваться Кольцом?
   – Нет, тут дело принципа. В следующий раз уделю больше внимания рецептуре. Эти плезиозавры – брак. На стол не пойдут, зря разминаются. Предложу гостям Комиссара другие, более совершенные деликатесы из мезозоя.
   – Думаю, никому и в голову не придет попросить кусочек плезиозавра. И так все будут довольны.
   – Надеюсь, – тяжело вздохнув, ответил шеф-повар.
   – Как приятно хотя бы немного побыть в тишине, наедине с рассудительным человеком, – сказала мисс Минг, одарив собеседника приветливым взглядом.
   – Вы уже хотите вернуться?
   – Нет, напротив, хочу остаться здесь, с вами, если вы только позволите крошке Мэвис посмотреть, как работает настоящий артист.
   – Конечно.
   Мисс Минг улыбнулась.
   – Приятно провести время с полноценным мужчиной, с таким, который способен на энергичный поступок, – крошка Мэвис хихикнула. – Я про то, о чем постоянно думаю…
   Эдгаросердный По внезапно подпрыгнул, пытаясь поймать пролетавшего птеродактиля. Попытка не удалась, и шеф-повар упал на одно колено.
   – Увертливы бестии, – сказал он, отряхивая штанину. – Сам виноват: переусердствовал с хересом, а бланманже пожалел.
   – У моего мужа тоже случались промахи, но, если, сказать по правде, Донни Стивенс был полноценным мужчиной.
   Эдгаросердный По ахнул и упал на оба колена. Вскоре он поднялся, держа в ладонях, сложенных ковшиком, желто-зеленую желеобразную массу овальной формы.
   – Эта находка компенсирует все мои неудачи, – дрогнувшим голосом вымолвил кулинар. – Мисс Минг, вы знаете, что это?
   – Кусочек желе.
   – Кусочек желе? – Эдгаросердный По благоговейно подышал на свою находку. – Это яйцо, мисс Минг. Хвала небу! Моя рецептура позволила ящерам размножаться. Великий день! Блестящее достижение!
   – Такой человек, как вы, добьется всего. У Донни тоже были неплохие способности. Вот не думала, что стану скучать по ублюдку.
   Шеф-повар не слушал. Будто забыв про свою помощницу, он шарил вокруг глазами в поисках другого яйца. Мисс Минг подошла поближе. Едва сдерживая прерывистое дыхание, она тронула шеф-повара за рукав и с чувством произнесла:
   
Купить и читать книгу за 39 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать