Назад

Купить и читать книгу за 59 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Пролог. Смерти вопреки

   Через сорок дней корабль достиг Астры. Охранники высадили заключенных в Ассоне, столице Грезы. А уже утром преступники вышли на арену стадиона. На трибунах присутствовало двадцать тысяч зрителей. На кожу полуобнаженных каторжников плайдцы нанесли боевую раскраску, соответствующую образу какого-нибудь хищного зверя. Юный землянин получил кличку Одинокий Волк.
   Майору понравился отчаянный мальчишка. Андрей, сам того не желая, стал популярным гладиатором в герцогстве Плайдском.


Николай Андреев Пролог. Смерти вопреки

ВСТУПЛЕНИЕ

   Он могущественен и велик. Он правит звездными скоплениями и галактиками. Его возможности безграничны. Вселенная лежит у ног властителя. Но… у него есть враг. Сильный и опасный. Противник повелевает другим, таким же огромным, миром, и мечтает расширить свои владения. Они называют себя Светом и Тьмой. Об их существовании представители слаборазвитых цивилизаций лишь догадываются.
   Долгое время пути заклятых врагов не пересекались. Логос и Хаос жили обособленно друг от друга. Но однажды кто-то неразумный открыл проход между мирами, и хрупкий баланс был нарушен. Орды Тьмы вгорглись на территорию Света. Чудовищные твари начали покорять различные расы и народы. Кого-то обращали в рабов, кого-то в собственную веру, кого-то безжалостно уничтожали.
   И тогда Он вмешался в ход событий. В центре галактики состоялось грандиозное сражение, получившее название Армагеддон. В гигантском пламени пожара сгорели сотни звезд, тысячи планет, миллиарды ни в чем не повинных существ. Ни одна из сторон не добилась победы. Продолжать битву не имело смысла.
   Чтобы разрешить затянувшийся спор, Свет и Тьма заключили удивительную сделку. Они договорились выставлять на поединок строго ограниченное количество бойцов. Теперь не на жизнь, а на смерть дрались низшие цивилизации. Помогать им категорически запрещалось. Война превратилась в жестокую, азартную игру. Цель достигнута, а разрушений гораздо меньше. Проигравший безропотно отдавал победителю часть своих владений. Главное, чтобы на поле брани не осталось ни одного солдата противника.
   Раз в пятьсот лет где-то на необъятных просторах галактики разворачивалась страшная драма. Два народа сходились в отчаянной схватке, даже не предполагая, что за их спиной стоят куда более могущественные силы. Лишь ничтожная горстка избранных знала правду, но они свято хранили эту тайну.
   Удача – женщина переменчивая. Свет потерпел ряд тяжелых поражений, и Тьма вплотную подошла к звездным системам, населенным людьми. Настала очередь человечества вступить в войну миров. В ту пору на Земле крестоносцы сражались за Гроб Господень, а на Алане вот уже двести лет правил Великий Координатор.
   Чтобы покорить древнюю метрополию диктатор разработал программу «Воскрешение». На Таскону с далекой варварской планеты доставляли хладнокровных убийц-наемников. Однако часть бойцов отказалась выполнять приказы тирана и бежала из лагеря. Таким образом, Свет и Тьма расставили фигуры на поле и начали игру.
   Возглавляли мятежников Тино Аято, Олесь Храбров и Жак де Креньян. Удивительно, но земляне сумели изменить историю. Они свергли Великого Координатора, разгадали секрет «Ковчега», разгромили воинственную расу горгов. Враг проиграл эту битву. К сожалению, друзья дорого заплатили за победу. Из двенадцати избранных уцелели только двое. Тино Аято стал первым императором Асконийского государства, а Крис Саттон получил герцогский титул и две планеты в звездном скоплении Хороса.
   Но время идет. Четыреста пятьдесят лет пролетели как одно мгновение. Мир опять подходит к ответственному рубежу. Тьма не смирилась с поражением и готовится к новой схватке. Кто теперь встанет на ее пути? Кто бросит вызов адским тварям?

   За четыре с половиной века люди освоили десятки новых планет. Асконийская империя значительно разрослась. Однако сильнее от этого государство не стало. Страну раздирали внутренние противоречия. Герцоги, графы и бароны не хотели больше подчиняться династии Храбровых. Возглавлял заговорщиков влиятельный плайдский правитель Берд Видог. Дворяне терпеливо ждали своего шанса.
   В сражении с неведомо откуда появившимися пришельцами звездный флот понес огромные потери, и мятежники поняли, что наступил благоприятный момент для переворота. Армия бунтовщиков высадилась в столице Асконы Алессандрии и штурмом взяла дворец императора. Ольгер Храбров погиб в сражении. Однако радость Видога была омрачена тем, что он не получил контроль над боевыми спутниками. Допуск к пульту управления имели лишь представители древней династии.
   Герцог приказал захватить в плен наследника престола Кервуда Храброва. Принц с беременной женой отдыхал на планете Греза. Кервуд успел покинуть систему Астры, но наткнулся на флот другого врага – герцога Грайданского. Отчетливо осознавая, что вырваться из западни не удастся, принц поручил своему телохранителю, воину клана самраев, Астину Ворху спасти жену.
   Маленький космический челнок спрятался на поверхности безжизненной планеты. Астин и Эльвира издалека наблюдали за страшной трагедией. В жестокой схватке с врагом флагманский крейсер империи был серьезно поврежден, и Храбров направил израненное судно в бездну красной звезды под названием Убриэль. Беглецов противник не обнаружил.
   Выполняя распоряжение Кервуда, самрай полетел к системе Солнца. Только там они могли укрыться. Земля считалась запретной зоной.
   Любого незваного гостя безжалостно уничтожала могущественная каста хранителей. С ней правители старались не конфликтовать. На корабле Ворха стояла аппаратура, посылающая стражам необходимый сигнал.
   При посадке на планету у женщины начались роды. На свет появился мальчик, но сама Эльвира умерла. Замаскировав челнок, Астин взял младенца и отправился на поиски людей.
   На лесной дороге он стал невольным свидетелем нападения бандитов на карету богатой дамы. Женщина с грудным ребенком и солдаты, сопровождавшие ее, были убиты. Асконец тут же воспользовался представившимся шансом. Ворх застрелил из бластера разбойников и подменил малышей. Так наследник имперского престола стал внуком русского боярина Таратухина.
   Прошло шестнадцать лет. Самрай долго скитался по Земле, а затем, освоив местный язык, под видом иностранца нанялся к Таратухину учителем мальчика. Андрей Волков рос смышленым и подвижным ребенком. Он многому научился у Астина и мог за себя постоять. В то время Россия вела войну со Швецией, и подросток буквально рвался в действующую армию.
   Когда юноша получил предписание ехать в полк, асконец понял, что пора принимать решительные меры. По пути Ворх уговорил Волкова отклониться от маршрута. Самрай привел мальчика к звездному кораблю. Для Андрея это был шок. С помощью специального прибора Астин начал повышать интеллектуальное развитие подростка. В мозг юноши хлынул огромный поток информации. Волков справился с нелегким испытанием, но стал чересчур агрессивным и раздражительным. При вторжении в сознание побочные эффекты неизбежны.
   Спустя несколько дней судно стартовало к герцогству Хоросскому, Асконец надеялся найти там защиту от Видога до того момента, когда мальчик достигнет совершеннолетия. Об истинном происхождении Андрея Ворх благоразумно умолчал. До поры, до времени лучше держать юношу в неведении. Иначе он натворит немало бед и поставит свою жизнь под угрозу.
   К сожалению, достичь цели путешественникам не удалось. В гиперпространстве их перехватил пиратский корабль. Самрай был вынужден сдаться бандитам.
   Они стали пленниками Эдгара Стигби по кличке Ловец Удачи. Чтобы скрыть тайну, Астин в последний момент запустил на челноке систему самоуничтожения. Пираты едва успели выбросить судно в открытый космос.
   Пытаясь хоть немного заработать, Стигби продал Волкова перекупщикам. Что бандиты сделали с учителем, подросток не знал. Вскоре Андрей оказался на аукционе невольников. Его приобрел аланский землевладелец Крейн Мектон. Надзиратели постоянно издевались и били рабов. Люди умирали от непосильного труда. Чтобы выжить, юноша должен был бежать.
   Такой шанс представился, когда хозяин начал строить новый усадьбу. Техник Найджел Остин помог Волкову и его товарищу Алену Лейдлу снять электронные ошейники. Ночью невольники покинули лагерь и скрылись в лесу. К утру беглецы вышли к реке. Андрей надеялся затеряться в крупном городе. Осталось сделать последний рывок.

ГЛАВА 1
ЗАПАДНЯ

   Сбежавшие невольники медленно поднимались по крутому склону. Они не рискнули идти непосредственно по берегу. Слишком хорошо просматриваемое пространство. А то, что летательные аппараты скоро здесь появятся, Волков не сомневался. Солдаты определят квадрат поисков и приступят к проверке. Пленникам ничего не оставалось, как двигаться по густым зарослям. В случае опасности спрятаться в кустах не составит ни малейшего труда.
   К сожалению, Лейдл окончательно выдохся. Бедняга спотыкался и падал чуть ли не через каждые десять метров. Пришлось делать привал. Корзанец бессильно растянулся на мокрой от росы траве. Андрей сел возле дерева и с наслаждением вытянул ноги. Подросток тоже очень устал. Кроме того, ужасно хотелось есть. Синтетическая баланда практически не утоляла голод. Мерзавец Норквил постоянно экономил. В лесу на Руси Волков бы нашел пропитание, а в аланских растениях юноша абсолютно не разбирался.
   Андрей встал, приблизился к товарищу и негромко произнес:
   – Ален, на одном месте долго задерживаться нельзя. Мы и так еле плетемся.
   – Я понимаю, – вымолвил Лейдл. – Дай мне еще пять минут. Больше не прошу.
   – Хорошо, – проговорил подросток, отступая в сторону. – Но учти, я буду считать.
   – В тебе нет ни грамма сострадания, – горько усмехнулся корзанец, переворачиваясь на спину.
   – Я просто не хочу, чтобы нас поймали, – сказал Волков. – Чем дальше уйдем, тем больше шансов на спасение.
   Вскоре невольники продолжили движение. Низко опустив головы, они упрямо брели на юго-запад. Приблизительно через час Андрей заметил впереди просвет.
   Зеленая стена неожиданно оборвалась, и беглецы оказались на огромной поляне. Юноша недовольно выругался. Крюк по лесу составит несколько километров. Волков взглянул на Алена. Это известие его окончательно сломает. После некоторого колебания подросток решительно зашагал напрямик. Чему быть, тому не миновать. Надо всегда надеяться на лучшее.
   Трава достигала середины бедра и путалась под ногами. Безжалостно топча красивые ярко-красные цветы, Андрей старался ускорить темп и побыстрее проскочить опасный участок. Сзади учащенно пыхтел Лейдл. Бедняга явно на пределе. Внезапно юноша услышал подозрительный свист. Что это? Неужели транспортный бот? Волков посмотрел на восток.
   Сириус на мгновение ослепил подростка, но Андрей мог поклясться, что различил силуэт летательного аппарата. Мальчишка бросился к лесу, однако лазерный луч прочертил воздух и, выжигая растения, врезался в землю. Волков был вынужден остановиться. Юноша отчетливо осознал, что скрыться уже не удастся. Рядом рухнул на колени измотанный корзанец. В знак покорности молодой человек поднял руки верх. Андрей выл от злобы и отчаяния. Он допустил непростительный промах.
   Штурмовики действовали грамотно и умело. Зависнув над деревьями, машина с солдатами терпеливо ждала пленников. В утреннем свете белого гиганта подросток не мог ее увидеть. Выйдя на поляну, рабы обрекли себя на верную гибель. Но как охранники вычислили маршрут побега? Волков терялся в догадках.
   Страх еще не захлестнул разум юноши. Ни об издевательствах надзирателей, ни о предстоящей казни Андрей не думал. Душу заполнила обида и разочарование. Провалился блестящий, тщательно подготовленный план. А ведь поначалу все так успешно складывалось…
   Между тем, бот подлетел к беглецам, и, отрезая их от чащи, опустился на поверхность. Из раскрытой дверцы выпрыгнули Норквил и Дейн, помощник Элисона. Пилот выключил двигатели и тоже показался в проеме.
   Странно, почему на поиски пленников отправились всего три человека?
   С презрительными улыбками на устах аланцы неторопливо приближались к пленникам. Брук небрежно помахивает электрическим хлыстом, а штурмовик держит в руках лазерный карабин. Двадцать метров охранники преодолели секунд за десять. Мерзавцы никуда не спешили.
   – Что набегались, ублюдки? – с торжеством в голосе произнес надзиратель.
   – На колени, скотина! – прорычал штурмовик, обращаясь к Волкову.
   В ту же секунду Норквил ударил подростка хлыстом по ногам. Андрей вскрикнул и упал на землю. Дейн сильно пнул юношу ботинком в живот. Мальчик согнулся пополам.
   – А ведь мерзавцы проделали неплохой путь, – иронично вымолвил Брук. – Километров двадцать пять – тридцать, не меньше. Вот, что значит, стремление к свободе. И усталость не чувствуется.
   – Видимо, мало мы заставляем невольников работать, – откликнулся солдат.
   – Пожалуй, – согласился надзиратель. – Трудовой день нужно обязательно увеличить.
   Волков немногого отдышался и выпрямился. В глазах подростка сверкала ненависть.
   – Упрямый щенок, – покачал головой штурмовик и наотмашь врезал Андрею кулаком в челюсть.
   Сознание юноши на секунду померкло. Мальчишка беззвучно повалился на бок. Когда очнулся, почувствовал адскую боль в левой части лица. Из разбитой губы текла кровь. У Дейна тяжелая рука.
   – Очухался, урод? – проговорил солдат, толкая Волкова в спину. – Это лишь разминка…
   – Осторожнее, не убей его раньше времени, – вмешался Норквил. – Иначе веселья не получится.
   – Не волнуйся, – сказал штурмовик. – Парень крепкий. Он еще повисит на столбе. Вся потеха впереди.
   – Сволочи, звери, – пробурчал подросток, поднимаясь на четвереньки. – Чтоб вы сдохли…
   – Ругается, подлец, – рассмеялся Дейн и ударил Андрея ногой по ребрам.
   Юношу буквально перевернуло в воздухе. Шлепнувшись на траву, мальчишка застонал. Электрический разряд заставил тело Волкова неестественно дергаться. Зрачки расширились, зубы стучали, пальцы судорожно хватали землю. Брук убрал хлыст и отступил чуть назад. Настала очередь конвоира бить пленника. Аланцы развлекались от души. Негодяям доставляло удовольствие мучить подростка.
   Спустя пять минут Андрея облили из фляги водой и заставили сесть, И тут сквозь белую пелену тумана юноша увидел Алена. Лейдл расположился в стороне и с жалостью смотрел на товарища. Почему охранники не трогают корзанца? В мозгу мелькнула ужасная мысль. Уж не предал ли друга Ален? Нет, не может быть! Господи, да что же творится вокруг? Это не люди, а жалкие, трусливые твари.
   – Чего уставился? – ехидно произнес солдат. – Шестьсот седьмой не такой дурак, как ты.
   – Подлец, – прохрипел Волков. – Выдал меня вчера вечером у кухни. Я мог бы догадаться…
   – Прости, – вымолвил Лейдл. – Отговорить тебя не удалось, а умирать желания не было.
   – Заткнись, ублюдок! – гневно воскликнул штурмовик, надвигаясь на корзанца.
   – Постой, Дейн, – сказал надзиратель. – Пусть пообщаются. Это даже интересно. Люблю сцены выяснения отношений.
   – Ален, Ален, – прошептал подросток. – Ты угробил прекрасный план. Мы бы вырвались…
   – Иллюзия, – возразил молодой человек. – Нас бы в любом случае схватили в городе. Не забывай о клейме на плече. Аланская полиция по закону обязана вернуть рабовладельцу его собственность.
   – Чепуха, – произнес Андрей. – Затеряться в огромном мегаполисе сущий пустяк.
   – Глупец, – вздохнул Лейдл. – Ты словно из другого мира. Для того чтобы раствориться в толпе, нужны документы, деньги, кредитные карточки. В серой грязной одежде невольников мы бы далеко не ушли.
   – И какова цена твоей измены? – презрительно спросил юноша.
   – Жизнь, – ответил корзанец. – Кроме того, господин Норквил обещал перевести меня обратно в белую группу.
   – Иуда, – прошипел Волков. – Продался за тридцать серебреников. Будь моя воля, задушил бы…
   – Кто, кто, – не понял конвоир, перехватывая карабин. – Повтори имя, я не расслышал.
   – Да, пошел ты… – пробурчал подросток, потирая ушибленную грудь.
   – Ну, наглец, – вымолвил солдат и прикладом ткнул Андрея в позвоночник.
   Мальчишка распластался на земле. Дейн несколько раз ударил раба ногой по почкам.
   – Хватит, – проговорил Брук. – Ведь и вправду загнется. Силу соизмеряй…
   – Я думал, он назвал сообщника, – отреагировал штурмовик. – Ошейники-то у мерзавцев сняты.
   – Справедливое замечание, – сказал надзиратель. – Пора бы выяснить номер спасителя.
   – Мы сами отстегнули обручи, – поспешно произнес Волков. – Ничего сложного…
   – О, юнец, оказывается, разбирается в электронике, – улыбнулся Норвкил. – Но сдается мне, лжет, гаденыш.
   – Я не разглядел цифру, но лицо техника узнаю, – вставил Лейдл.
   – Замолчи, Ален! – выкрикнул подросток. – Не губи человека. Не бери грех на душу.
   – Вот это пафос! Вот это трагедия! – расхохотался Брук. – Болваны. Триста девяносто пятый давно сообщил о готовящемся побеге серых. Вы напрасно болтали со всеми подряд. Участвовать в авантюре невольники не пожелали, а информация просочилась. Если честно, я не сразу поверил пленнику.
   – Почему же нам позволили уйти из лагеря? – растерянно вымолвил Андрей.
   – Да потому что мне скучно, – проговорил надзиратель. – Вы втянули охрану в занимательную игру. Заодно позволили проверить бдительность моих подчиненных. Ночная смена проморгала двух рабов и лишилась премиальных. Представляете, как парни обрадовались? Но ничего, им наука на будущее.
   – А если бы мы не нашли беглецов? – недоуменно спросил конвоир.
   – Исключено, – сказал Норквил. – Триста девяносто пятый – прекрасный специалист. Освободив невольников от ошейников, тестианец тут же повесил кретинам на одежду маячки. Я внимательно наблюдал за перемещением пленников. В хитрости мальчишке не откажешь. Двинулся не по дороге, а к реке.
   – Значит, шестьсот седьмой просто спас свою шкуру? – произнес солдат.
   – Именно, – вымолвил Брук. – В последний момент ублюдок испугался и предал товарища.
   – Ну, что я тебе говорил! – истерично воскликнул корзанец. – Не было у нас ни единого шанса!
   Волков бессильно опустил голову. Он действительно наивный дурак. Принял откровенность Найджела и Алена за чистую монету. Вот когда юноша вспомнил заповеди Эссенса. Никому нельзя верить. Каждый раб старается только для себя. Лейдл снова отправится прислуживать в дом Мектона, Остин получит послабление в режиме, а Норквила повысят в должности.
   Нет, дело не в скуке. Негодяй умышленно подставил охранников, чтобы продемонстрировать хозяину собственное рвение и проницательность. Попадутся невольники при побеге, его похвалят за хорошую организацию дежурства, а если пленники сумеют выскользнуть, Брук лично поймает подлецов. Беспроигрышный вариант.
   Штурмовики. Элисона все утро прочесывают лес на востоке, а надзиратель спокойно ждет рабов у поляны. Редкостная сволочь. Вот почему аланцев двое. Норквил ни с кем не хочет делиться славой. Дейн не в счет. Слишком глуп. Конвоир Бруку не конкурент. Внутри Андрея закипал гнев. Ярость и ненависть заполонили разум. Терять подростку было уже нечего. Смерти не миновать. Надеяться на милосердие палачей глупо. Волков посмотрел на надзирателя и желчно заметил:
   – Метишь на место Дарнели? Жадность и тщеславие не дают покоя? Боюсь, Крейн тебя не оценит.
   В глазах Норквила сверкнула злость. Мальчишка, оказывается, не так глуп. Если невольник будет много болтать, неприятности посыплются, как из рога изобилия. Вряд ли Ник простит начальнику утренний переполох. В любой игре есть правила, которые надо соблюдать. Брук переступил допустимую черту.
   – У раба слишком длинный язык, – проговорил надзиратель. – Придется его подрезать.
   Норквил приблизился к юноше и взмахнул хлыстом. В тот же миг Андрей вскочил на ноги и нанес мощный удар аланцу в шею. Брук закряхтел и рухнул на колени. Пока надзиратель падал, подросток успел выхватить из кобуры мерзавца бластер. Ничего не понимающий Дейн испуганно попятился назад. Сняв оружие с предохранителя, Волков, не задумываясь, дважды выстрелил в конвоира. Солдат покачнулся и повалился в траву.
   Прохаживавшийся вдоль машины пилот запрыгнул в бот и попытался спрятаться в кабине. Юноша открыл по беглецу непрерывный огонь. Третий или четвертый луч вонзился в спину бедняги. Мужчина вскрикнул и выпал из летательного аппарата. Лишь теперь Андрей опустил бластер. Стоя на четвереньках, Норквил продолжал корчиться от боли. Данный прием Астин называл смертельным и разрешал применять лишь в крайних случаях. Разумеется, живых свидетелей остаться не должно.
   Чтобы прекратить мучения охранника, подросток выстрелил Бруку в голову. Окровавленный труп отбросило далеко в сторону. Столь же бесцеремонно Волков добил штурмовика. Странно, но юноша сейчас не испытывал ни радости, ни торжества, ни отвращения. Он превратился в жестокую, бесчувственную машину. Теперь настала очередь корзанца. Андрей повернулся к Алену. В глазах молодого человека застыли ужас и восхищение одновременно. Подобного Лейдл от товарища никак не ожидал.
   – Мне очень жаль, что все так вышло, – сказал подросток. – Ты сам сделал выбор…
   – Я не хотел, – с дрожью в голосе произнес корзанец. – Увидел у кухни Норквила и испугался.
   – Это судьба, – горько усмехнулся Волков, поднимая оружие. – Прими смерть достойно.
   – Неужели ты меня убьешь? – прошептал Ален. – Пощади. Прошу…
   Отчетливо осознавая, что жалость вот-вот победит, юноша решительно нажал на курок. Лазерный луч прошил Лейдла насквозь. Несчастный невольник вздрогнул, обмяк и рухнул лицом вниз. На спине в области сердца расплылось огромное красное пятно. Андрей сел на траву, обхватил колени руками и заплакал. Слезы перемешивались с кровью, текущей из разбитой губы, и капали на одежду.
   Подросток дал выход нервному напряжению. Он слишком долго терпел и страдал. Господи, что же с ним творится? За последние месяцы Волков испытал больше, чем за всю предыдущую жизнь. Мальчишку били, истязали, продавали, как скотину. Впрочем, и сам юноша не безгрешен» На его совести гибель пятерых человек. И оправдываться не имеет смысла. Бог потом рассудит, кто прав, а кто виноват.
   Закрыв глаза, Андрей несколько минут молился. Это лучшее успокоение. Наконец, подросток встал, убедился, что корзанец мертв, и зашагал к транспортному боту. Контрольный выстрел пилоту в голову, и Волков направился к лесу. Надо торопиться. Рано или поздно исчезновение летательного аппарата вызовет подозрение у аланцев. Связь отключена, на радарах машины нет. Элисон обязательно начнет поиски. А до города километров сорок. Юноше топать и топать.
   Внезапно Андрей замер. Нет, он действительно болван. Подросток обернулся и взглянул на бот. Отличная машина. Десять минут и мегаполис появится на горизонте. Астин что-то говорил о навыках пилотирования. Чепуха. Обучающая программа прекрасно подготовила Волкова. Упускать такой шанс нельзя.
   Юноша стремительно двинулся к аппарату. И тут Андрея осенила новая мысль. А если полностью принять облик аланца? Переодевание заняло четверть часа. Мужчина был значительно крупнее землянина, и форма мешковато сидела на подростке. Кроме того, Волкова могла выдать дыра на спине и кровавые пятна на плечах и воротнике. Зато в карманах бедняги юноша обнаружил и документы, и деньги и кредитную карточку.
   Закатав рукава, Андрей сел в кресло пилота. Панель управления принципиально иная, чем в звездном челноке, но с кнопками и тумблерами подросток быстро разобрался. Страха перед техникой землянин не испытывал. Вскоре Волков запустил двигатели. Бот слегка задрожал. Штурвал медленно на себя, и машина плавно оторвалась от поверхности. Теперь главное удержать равновесие и набрать высоту.
   На экране компьютера замелькали цифры. Три метра, пять, семь… Неожиданно аппарат качнуло вправо. Юноша резко бросил штурвал влево. Трагическая ошибка. Бот накренился и завалился на бок. Чтобы не упасть Андрей попытался сманеврировать. Возможно подросток и спас бы машину, но она зацепила подкрылком за верхушки деревьев. Сильный удар, треск ломающихся сучьев, скрежет металла. С ужасным грохотом летательный аппарат рухнул вниз. Волков дико закричал, врезался лбом в стекло кабины и потерял сознание.

   Землянин очнулся, с трудом разлепил веки. Один глаз почему-то плохо видит. Какой? Ответить на это вопрос оказалось непросто. Мозг категорически отказывался думать. Над головой серый потолок транспортного бота. Но чьи колени торчат сбоку? Юноша ничего не понимал. Постепенно память возвращалась. Неудачный опыт пилотирования, авария, темнота… Тело ужасно болело. Андрею здорово досталось при падении. Подросток хотел подняться, но не сумел. Руки и ноги Волкова были надежно скованы цепью. Раздался неприятный дребезжащий звук.
   – Ник, пленник очнулся, – послышался хриплый голос охранника. – Допрашивать будешь?
   К юноше склонился Элисон. На лице ни злости, ни раздражения. Скорее интерес.
   – Кто убил Брука и Дейна? – бесстрастно произнес штурмовик.
   – Я, – тихо вымолвил землянин. – Мерзавцы заслужили смерть. Гореть им в аду…
   – Похоже, парень помешался на религии, – заметил невысоким темноволосый солдат лет двадцати двух.
   – Помолчи, Лейн, – грубо оборвал подчиненного Ник. – А кто тогда прикончил невольника?
   – Тоже я, – проговорил Андрей. – Жаль, конечно, Алена, но…
   – Вы же вместе бежали, – удивился аланец. – Шестьсот седьмой твой друг.
   – Лейдл предал меня, – сказал подросток. – Заключил сделку с Норквилом. Мечтал снова стать прислугой в доме. Кстати, триста девятый повесил на нас маяки. Брук водил всех за нос.
   – Вот сволочь, – выругался штурмовик. – А мы четыре часа бесцельно блуждали по лесу. Теперь ясно, почему ублюдок взял с собой только Дейна. Старался прогнуться перед хозяином.
   – Но как щенок справился с двумя опытными бойцами? – вмешался Майк.
   – «Бойцы», – презрительно усмехнулся Волков. – Жалкие трусы. Отобрал у надзирателя бластер и пристрелил обоих.
   – А в транспортный бот зачем залез? – спросил Элисон. – Умеешь управлять?
   – Попробовал, – грустно произнес землянин. – Не получилось. Куда мы летим?
   – В усадьбу господина Мектона, – ответил аланец. – Он желает лично с тобой разобраться. За десять лет еще никому не удавалось убить охранников. А тут, мальчишка, юнец… Знаешь, что тебя ждет?
   – Догадываюсь, – вымолвил Андрей. – В назидание остальным повесите на столбе.
   – Это в лучшем случае, – проговорили Ник, – а в худшем Дарнели забьет преступника до смерти хлыстом.
   – Изобретательностью негодяй не отличается, – с ненавистью процедил сквозь зубы подросток.

   Летательный аппарат опустился возле помывочного блока. Боковая дверь с лязгом открылась. В машину хлынул яркий свет.
   Волков невольно зажмурился. Солдаты начали отстегивать цепи.
   – Привезли пленника? – раздался с улицы встревоженный голос Крейна.
   Для аланца данный инцидент – неприятный сюрприз. Если журналисты пронюхают о схватке в лесу, скандал разразится громкий. Проклятые репортеры многое припомнят рабовладельцу.
   – Так точно, господин Мектон, – отрапортовал Элисон, выпрыгивая из летального аппарата.
   Между тем, штурмовики бесцеремонно выволокли юношу. Стоять самостоятельно Андрей не мог, и конвоиры поддерживали его под локти. В вертикальном положении у землянина опять закружилась голова. Предметы расплывались и теряли очертания. Видимо при ударе подросток получил сотрясение мозга. Волков с трудом различал смутные фигуры. Крейн, как обычно, на лошади. Рядом расположились охранники и надзиратели. Эдвин с хлыстом в руке выдвинулся чуть вперед.
   – И этот малыш убил четырех человек? – изумленно выдохнул Мектон.
   – Совершенно верно, – подтвердил Ник. – Не знаю как, но он умудрился вытащить бластер из кобуры Норквила.
   – Позволите, я развяжу мерзавцу язык, – мгновенно отреагировал Дарнели.
   – Успеешь еще, – остановил гиганта хозяин. – Элисон, где трупы солдат?
   Штурмовик приблизился к Крейну и очень тихо сказал:
   – Я посчитал, что история с перестрелкой никому не выгодна. Мы засунули тела в транспортный бот. Небольшой взрыв, пожар и бедняги превратились в обугленные головешки. Сообщение об аварии машины и гибели трех пассажиров уже передано в информационные агентства.
   – А мертвый невольник? – поинтересовался Мектон. – Это хорошая зацепка.
   – Шестьсот седьмого мои парни закопали в овраге в четырех километрах от места катастрофы, – произнес Ник. – Даже если его найдут, увязать две трагедии воедино вряд ли удастся. Да и не станет никто тратить время на опознание беглого раба. Ну, а покойников можно передать родственникам.
   – Молодец, – похвалил Элисона аланец. – Отлично подчистил следы. Я в долгу не останусь.
   – Благодарю, – вымолвил штурмовик, отходя в сторону.
   Эдвин с завистью посмотрел на Ника. Подлец умеет угождать хозяину. Ловко воспользовался ситуацией. Но ничего, Дарнели свое наверстает. Пленник сполна заплатит за совершенное преступление. Господин Мектон будет доволен.
   Легкий взмах руки, и Андрея подвели к Крейну. Аланец ловко спрыгнул с коня и плетью приподнял подбородок юноши. На секунду глаза хозяина и невольника встретились. На Мектона обрушилась волна злобы и ненависти. Нет ни страха, ни раскаяния. Мальчишка либо безумен, либо отчаянно смел. Такой действительно способен убить кого угодно.
   – У гаденыша взгляд голодного хищника, – заметил Крейн. – Дай волю, он бы и мне вцепился в глотку.
   – И перегрыз бы ее зубами, – пробурчал Волков. – Вы не люди, вы выродки…
   – Ах ты, скотина! – воскликнул надзиратель, подбегая к подростку. – Еще и хамишь!
   Мощный удар кулаком в живот, и Андрей буквально задохнулся. Юноша, как рыба, выброшенная на берег, жадно хватал ртом воздух. В тот же миг солдаты отпустили пленника, и Волков упал на колени. Электрический хлыст стеганул подростка по спине. Землянин неестественно выгнулся и взвыл от боли. Лицо Андрея исказила судорога. Однако униматься Эдвин не собирался.
   Корчась и извиваясь, юноша дико вопил. Спустя минуту сознание отключилось. Волков погрузился в блаженную темноту. Наверное, он умер. Слава богу, мучения длились недолго. Ну, а на Страшном суде подростку есть, что сказать в свое оправдание. Внезапно Андрей вновь вернулся в реальный мир. Штурмовики вылили на раба два ведра холодной воды. Конвоиры грубо поставили землянина на ноги.
   – А почему невольник в форме пилота? – донесся до юноши голос Мектона.
   – Мерзавец снял одежду с мертвеца, – пояснил Элисон. – Он намеревался скрыться в Торноке.
   – Хитрец, – проговорил хозяин. – Поймать пленника в многомиллионном городе непросто.
   – Я думаю, полиция задержала бы подозрительного человека, – сказал Ник.
   – Не переоценивай возможности правоохранительных служб, – возразил Крейн. – Особого рвения патрульные бы не проявили. Это не их проблемы. Нам чертовски повезло, что стервец не справился с управлением транспортного бота. Для журналистов беглый раб – настоящая находка. Скандальные репортажи заполонили бы каналы голографического вещания. Опять митинги, демонстрации протеста…
   – Закон о купле-продаже невольники вряд ли отменят, – произнес штурмовик.
   – Конечно, нет, – усмехнулся аланец, – но ввести контроль над содержанием пленников общественные организации в состоянии. А тогда придется ограничивать рабочий день и отменять телесные наказания.
   – Интересно, и как я заставлю грязных скотов выполнять норму? – удивился Дарнели.
   – Убеждением, Эдвин, убеждением, – язвительно вымолвил Мектон. – Ведь невольники тоже люди.
   Хозяин приблизился к Волкову вплотную и бесстрастно проговорил:
   – Зря ты прикончил Норквила и Истена. Теперь я вынужден применить к тебе суровые меры.
   – Негодяи заслужили смерть, – ответил подросток. – Рано или поздно вы тоже заплатите за грехи.
   – Это угроза? – изумленно спросил Крейн. – Ты мне угрожаешь?
   – Господин Мектон, – вмешался надзиратель, – не воспринимайте слова мальчишки всерьез. Бред сумасшедшего. Я сегодня же выбью из него дурь. Он сдохнет в страшных мучениях.
   – Нет, нет, – со зловещей улыбкой на губах сказал аланец. – Никаких пыток и издевательств. Завтра с Маоры прилетит мой старый друг. Три года назад Грейсон купил фирму, занимающуюся добычей угля. Топливо дешевое, но дает немалую прибыль. Хочу продемонстрировать товарищу казнь непокорного раба. Глупо вешать на столб труп. А потому пленник должен выглядеть нормально.
   – Мы готовы выполнить любые распоряжения, – заискивающе отчеканил Дарнели.
   – Вот и прекрасно, – произнес хозяин. – Пленника раздеть догола и поместить в перевалочный барак. Накормить, напоить. Завтра в девять часов утра выстроите всех невольников у столбов. Проведем ритуал по полной программе. Растянем гаденышу удовольствие.
   – Превосходная идея, господин Мектон, – вымолвил надзиратель. – Остальным будет наука.
   – До встречи, юный преступник, – иронично проговорил Крейн, потрепав Андрея за щеку.
   Аланец запрыгнул на лошадь и поскакал к усадьбе. Вскоре мужчина скрылся в саду. И почти сразу Эдвин ударил землянина по ногам хлыстом. Волков, словно подкошенный, рухнул на траву. Мощный пинок ботинком по ребрам заставил подростка закричать. Боль была адской.
   – Прекрати, – вмешался Элисон. – У парня на теле останутся синяки. А если отобьешь почки?
   Дарнели поспешно отступил назад. Посмотрев на лежащего раба, надзиратель раздраженно сплюнул.
   – Проклятье! – выругался гигант. – Хозяин лишил меня такого развлечения. Я бы сначала сломал ублюдку пальцы, затем кисти, потом очередь дошла бы до ног. Целая ночь наслаждения…
   – Ты больной психопат, – заметил Ник. – Когда-нибудь, Эдвин, тебя упекут либо в тюрьму, либо на каторгу.
   – Что не нравятся мои садистские наклонности? – расхохотался Дарнели.
   – Иди к дьяволу, – сказал штурмовик, кивая головой подчиненным на пленника.
   Солдаты взяли невольника подмышки и поволокли к дальнему зданию. Возле двери конвоиры сняли с Андрея форму пилота. Через несколько минут обнаженного пленника толкнули в темное помещение. Сзади лязгнул тяжелый засов. Юноша вернулся в то самое сооружение, в которое его привезли после аукциона четыре с половиной месяца назад. Превратности судьбы.
   Волков прошел к стене и медленно опустился на землю. Состояние было кошмарным. Ныла и стонала каждая клетка организма. Слишком много испытаний выпало на долю подростка за последние сутки. Пожалуй, он напрасно сел за штурвал летательного аппарата. Подвела самоуверенность. Одно дело теоретические знания, и совсем другое практические кавыки. А ведь Астин предупреждал. Но кто и когда слушает наставников? Люди учатся исключительно на собственных ошибках.
   Спустя час охранник принес заключенному миску баланды и кружку воды. Андрей залпом осушил емкость и принялся за еду. Шансов на спасение нет, но восстановить силы все же надо. Утолив голод и жажду, юноша лег спать. Ничего иного Волкову и не оставалось. Какой смысл мучить себя философскими размышлениями о бренности бытия. В этом возрасте смерть не кажется страшной. Усталость быстро свалила мальчишку. Тревоги и невзгоды сразу забылись.
   Металлическая дверь противно скрипнула. Яркий свет Сириуса загородила гигантская фигура надзирателя.
   Андрей проснулся, протер глаза, неторопливо поднялся. Бояться юноше уже нечего.
   – В самообладании тебе не откажешь, щенок, – с восхищением произнес Эдвин.
   – Пора идти? – спокойно спросил Волков, бесцеремонно опорожняясь в угол.
   – Нет, все-таки жаль, что я тебе ничего не сломал, – вымолвил Дарнели.
   – Думаю, ты с лихвой отыграешься на оставшихся рабах, – заметил подросток.
   – А, может, плюнуть на приказ хозяина и вырвать твой поганый язык? – проговорил надзиратель.
   – Кишка тонка, – презрительно сказал Андрей. – Кто еще возьмет на службу тупого изверга.
   – Пытаешься спровоцировать меня, – рассмеялся Эдвин. – Напрасно. Я умею ждать. Через полтора часа тебя повесят на столбе. Вот тогда мы повеселимся от души. Только представь, птица садится на обожженное Сириусом плечо и безжалостно раздирает клювом живую плоть. Кровь течет по коже, и стервятники набрасываются на добычу. Но самый лакомый кусок – это глаза…
   – Лечиться не пробовал? – язвительно поинтересовался землянин. – Иногда помогает.
   Терпение у Дарнели оказалось не беспредельным. Аланец подскочил к пленнику и толкнул юношу на стену. Выставить руки Волков не успел и врезался в каменную преграду лицом.
   На мгновение подросток потерял сознание. Когда очнулся, то почувствовал, что разбит нос и верхняя губа.
   – Есть еще желание пошутить? – произнес надзиратель, склоняясь к Андрею.
   – Почему бы и нет, – иронично вымолвил юноша. – У тебя уродливая мерзкая рожа.
   – Упрямый стервец, – проговорил Дарнели и сильно ударил невольника ногой в пах.
   Волков скорчился от боли и громко закричал. В здание вбежали три штурмовика.
   – Черт подери, Эдвин, – раздраженно воскликнул Элисон. – Угомонись. Мектон будет в ярости.
   – Ладно, ладно, – сказал надзиратель, пятясь к двери. – Немного погорячился. Разбирайтесь с ублюдком сами.
   Дарнели покинул барак, а солдаты обступили лежащего на земле подростка. После короткой паузы Ник произнес:
   – Лейн принеси антисептик, воду и тряпки. И побольше. Надо привести парня в порядок.
   Темноволосый конвоир молниеносно бросился к выходу. Немного отдышавшись, Андрей сел на корточки. Нижняя часть живота буквально горела. С подбородка на колени закапала кровь.
   – Не трогай лицо руками, – вымолвил Элисон, когда юноша потянулся к носу.
   Спорить со штурмовиком Волков не рискнул. Через десять минут вернулся Лейн. Аланцы аккуратно обработали раны пленника и тщательно стерли кровавые следы.
   – Паршиво, – покачал головой Майк. – Губа рассечена и распухла. Примочки не помогут.
   – Это не наши проблемы, – проговорил Ник. – Если хозяин спросит, откуда повреждения, я ничего скрывать не буду. Пора мерзавцу научиться отвечать за свои поступки. Дарнели совсем обнаглел.
   – Тебе виднее, – пожал плечами подчиненный. – Но лично я не стал бы связываться с Эдвином.
   Подросток только сейчас заметил, что конвоиры без бластеров и лазерных карабинов. Печальный опыт Норквила не прошел даром. Штурмовики отчетливо осознавали, что при определенных обстоятельствах рабы могут запросто завладеть оружием. И тогда избежать жертв не удастся. Несмотря на далеко не выдающиеся кондиции Андрея, его отнесли к категории особо опасных преступников.
   – Пей, – сказал Элисон, ставя перед юношей большую флягу. – Это твоя последняя вода.
   – Зачем? – произнес Волков. – Чтобы дольше мучаться на столбе? Уж лучше сдохнуть побыстрее.
   – В твоих словах есть логика, – вымолвил Ник. – Но я бы все же поборолся. Удача благоволит смельчакам.
   Без сомнения аланец испытывал симпатию к подростку. Однако работа, есть работа. Солдаты оставили невольника одного и плотно заперли дверь. В помещении вновь воцарилась темнота. Лучи Сириуса не пробивались внутрь. Андрей подполз к фляге и жадно припал к горловине. Нет, умирать он не хотел. Живительная влага текла по губам, по подбородку, по груди.
   Спустя час пленника вывели из здания. Предварительно конвоиры привязали к запястьям юноши прочные веревки. Маленькая группа медленно двигалась на север. Изредка штурмовики подталкивали Волкова в спину. Лагерь рабов совершенно пуст. Вокруг ни души. Удивительная, неестественная, звенящая тишина. Ни криков, ни ругательств, ни топота шагов.
   Но вот отряд миновал бараки, и подросток увидел место казни. Мектон превратил страшную процедуру в настоящее шоу. Возле трех столбов ровными рядами застыли невольники. Слева расположились женщины, справа – мужчины. Сначала выстроены белые, затем синие и в самом конце серые. Андрей без труда различал знакомые лица. В глазах людей боль, горечь и сострадание. Любой из них может когда-нибудь оказаться в положении землянина.
   Перед пленниками, помахивая электрическими хлыстами, нервно прохаживались надзиратели. Солдаты с карабинами наперевес охраняли общий периметр. В центре, широко расставив ноги и периодически поглядывая на часы, стоит Дарнели. Все с нетерпением ждут хозяина. Конвой замер в пяти метрах от Эдвина.
   – Ну, что, щенок, готов повисеть на столбе? – ехидно проговорил гигант.
   – У тебя слюна брызжет от удовольствия, – отреагировал юноша. – Платок не дать?
   Элисон невольно улыбнулся. Мальчишка не сдается. Теперь понятно, почему Дарнели сорвался.
   – Ничего, скоро ты запоешь иначе, – с багровым от гнева лицом сказал старший надзиратель. – Посмотри на того парня, что ранил Луцели. Он замечательно высох Кое-где даже ребра торчат.
   Бастон действительно превратился в мумию. Изуродованное стервятниками тело, потемневшая плоть, белые, отполированные ветром кости. Ужасное зрелище.
   Ответить на тираду Эдвина Волков не успел. Из сада выехали два всадника, и Дарнели поспешил им навстречу.
   Впрочем, аланцы никуда не торопились. Они о чем-то беседовали, громко смеялись и размахивали руками. Казнь невольника всего лишь маленький пункт в обширной развлекательной программе.
   Подросток повернулся к Сириусу. Гигантский белый шар уже достаточно высоко. Скоро жара станет невыносимой. Андрей тяжело вздохнул. На глаза навернулись слезы. Господи, за что же ему такие испытания? Жизнь ведь только началась…
   Между тем, Крейн с товарищем остановились неподалеку от юноши. На вид маорскому промышленнику около пятидесяти. Внешность абсолютно противоположная Мектону. Высокий рост, густая светлая шевелюра, бледная кожа, вытянутое худощавое лицо, заостренный подбородок, длинный тонкий нос.
   Грейсон не понравился Волкову. В мужчине было что-то от хищника. Да и в серо-зеленых глазах легко читался холод и презрение. Очередной, безжалостный негодяй.
   – И это твой жестокий убийца? – насмешливо спросил гость. – Ты меня разочаровываешь, Крейн.
   – Недооценка мальчишки сыграла злую шутку с моими людьми, – возразил хозяин. – Он вытащил бластер у одного из охранников и застрелил четырех человек. Причем, всех добил.
   – Однако, – изумленно произнес маорец. – В рассудительности парню не откажешь.
   – Вот именно, – подтвердил аланец. – Поганец не оставил в живых ни одного свидетеля.
   Мектон взглянул на Эдвина и молча кивнул головой. Надзиратель тотчас выкрикнул:
   – Сегодня мы проводим казнь раба, совершившего тяжкое преступление» Семьсот тринадцатый бежал из временного лагеря, а при задержании оказал отчаянное сопротивление. Подлый выродок виновен в гибели людей и причинении ущерба. По законам Алана мерзавец приговаривается к смерти!
   Штурмовики словно по команде, поволокли Андрея к правому столбу.
   Подросток не вопил и не упирался. Даже нагота сейчас Волкова абсолютно не волновала. Кого ему стесняться? Палачей, солдат, невольников? Ничего нового они не увидят. Закусив нижнюю губу, юноша с трудом сдерживал рыдания.
   Охранник крепкого телосложения принес лестницу и взобрался на столб. Конвоиры связали ноги Андрею, дружно подняли подростка и поставили на нижнюю опору. Надзиратель плотно зафиксировал стопы. Резким сильным движением палач поддернул пленника вверх. Тело Волкова вытянулось в струну. Руки разведены в разные стороны. Пара узлов на второй перекладине и процедура завершена. Она заняла не более пяти минут.
   – Довольно оригинально, – заметил Грейсон. – Сколько времени длятся мучения?
   – Сутки, максимум двое, – вымолвил Крейн. – Сириус беспощаден. Да и хищники не дремлют.
   – К сожалению, на Маоре данный способ неприменим, – произнес гость. – Но мы используем другие, не менее эффективные, методы. На ледяных шапках планеты часто попадаются интересные статуи.
   – Шутники, – рассмеялся Мектон. – Как-нибудь обязательно выберусь на экскурсию. Опыт нужно перенимать.
   – Прилетай, – сказал Грейсон. – Климат у нас, конечно, похуже, зато вино гораздо крепче.
   – Ты неисправимый пьяница, – проговорил аланец, разворачивая лошадь.
   Маорец последовал примеру хозяина. Пришпорив животных, всадники поскакали к полям кражи. Крейн демонстрировал товарищу свои владения. Подождав, когда мужчины скроются из виду, Дарнели не спеша направился к Андрею. Хлопнув юношу по голени, Эдвин язвительно вымолвил:
   – Нигде не жмет? Веревки в кожу не впились? Может, ослабить?
   – Иди к дьяволу, ублюдок! – зло процедил сквозь зубы Волков. – Чтоб ты сдох!
   – Какая ненависть, какая агрессия, – продолжал издеваться надзиратель. – А ведь я с добрыми намерениями.
   – Если выживу, вырву твое сердце и заставлю сожрать, – произнес землянин.
   – Ну-ну, – иронично сказал Дарнели. – Я с удовольствием послушаю эти угрозы вечером.
   Негодяй отступил чуть назад, посмотрел на невольников и раздраженно воскликнул:
   – А почему грязные скоты до сих пор не работают? Хватит отдыхать! Гоните тварей отсюда.
   Строй пленников тут же рассыпался. Белые испуганно побежали к усадьбе, синие зашагали к боксам с техникой, а серые побрели к дороге, ведущей к каналу. Охранники яростно били невольников электрическими хлыстами. Казнь подростка спровоцировала излишнюю жестокость со стороны аланцев. Рабы же, наоборот, были подавлены и покорно терпели издевательства.
   Через пару минут площадка перед столбами опустела. Андрей остался один. Юноша опять взглянул на труп Грея Бастона. Господи, и ведь он превратится в нечто подобное. Кошмар. Только сейчас мальчик дал волю эмоциям. Слезы градом катились по щекам. Плечи Волкова сотрясались от рыданий. Немного успокоившись, землянин начал молиться. Вера в бога – это все, что есть у подростка.
   Прошло около четырех часов. Пылающий белый шар достиг зенита. Его лучи безжалостно жгли кожу Андрея. Влага из тела юноши давно испарилась. Губы потрескались, рот и горло пересохли, язык распух. Мальчик с вожделением и горечью вспоминал флягу, которую ему дал Элисон. Жаль, что не удалось опустошить емкость полностью. Пара глотков воды Волкову бы не помешала.
   Жажда. Она легко и непринужденно подчиняет себе сознание человека. Ни о чем другом люди уже не могут думать. Подросток закрывал глаза и видел широкие стремительные реки, темные лесные пруды, бескрайние синие озера и маленькие прозрачные родники. Порой Андрею казалось, что где-то рядом журчит ручей. Юноша с трудом разлеплял веки, а вокруг лишь раскаленное степное марево. Постепенно мальчик терял ориентацию в пространстве. Где поля? Где сад? Где бараки? Предметы расплывались и исчезали в дрожащей дымке.
   Внезапно Волков очутился в родном доме. Жаркий июльский день. Ярко светит солнце, щебечут воробьи, на душе тепло и радостно. И вдруг налетел мощный порыв ветра, раздался дребезжащий, надрывный раскат грома. Огромная черная туча нависла над усадьбой Таратухина. Разделяясь на множество искривленных линий, сверкнула молния. И почти тут же над головой послышался адский грохот.
   Девки и бабы, побросав грабли и вилы, испуганно бегут к навесу. Но вот ветер стих и наступила странная, томительная тишина. А через несколько секунд на землю обрушился поток воды. Благодатный летний ливень. Деревья, цветы, трава с жадностью впитывают спасительную влагу. Крупные тяжелые капли непрерывно барабанят по крыше.
   Усидеть в доме подросток не в состоянии. Андрей распахивает дверь и выскакивает на улицу. Босой, в коротких штанах и длиннополой рубахе мальчишка восторженно прыгает по лужам. Дед что-то раздраженно кричит, но внук не обращает на старика ни малейшего внимания. Наконец, дождь прекращается, и на небе появляется радуга. Потрясающая разноцветная дорога. Волков с восхищением смотрит на нее. Эх, пронестись бы на коне по такому мосту!
   Неожиданно левое плечо юноши пронзила дикая боль. Цепкие жесткие пальцы схватили Андрея. Чтобы разглядеть подлеца подросток резко развернулся. У самого уха недовольно клацнула клювом птица. Мальчишка пришел в себя. Сбывались худшие прогнозы Дарнели. Обнаружив добычу, к столбу слетались голодные стервятники. Три или четыре хищника кружили над пленником, а один спланировал и вцепился когтями в плечо Волкова.
   Землянин искоса, с опаской наблюдал за мерзкой тварью. Действовать надо предельно осторожно. Неловкое движение приведет к тому, что зрачок сверкнет в лучах Сириуса, и птица мгновенно клюнет юношу в глаз. На вид стервятник невелик. Тело в длину сантиметров двадцать, оперение серо-коричневое, когти крепкие, острые. Они разорвали кожу невольника, и по груди Андрея текли тонкие струйки крови. Именно этого хищник и добивался. Прочным изогнутым клювом падальщик вырывал куски мяса. Боль была нестерпимая.
   От злости и отчаяния подросток тихо завыл. Странный звук привлек ужасную тварь. Птица повернула голову и ударила Волкова в поврежденную губу. Юноша закричал и тряхнул плечом. Это мальчишка сделал напрасно. Пытаясь удержаться на жертве, стервятник начал хлопать крыльями и перебирать лапами. Когти превратили кожу в жалкие лохмотья. Подобная тактика не могла избавить Андрея от хищника. Необходимо придумать что-то более радикальное.
   Между тем, тварь продолжала клевать подростка. В ответ землянин решил укусить птицу. Зубы щелкнули в непосредственной близости от падальщика. Птица никак не отреагировала на ответную атаку. Хищник абсолютно уверен в собственной безопасности. Опыт приучил стервятника к тому, что добыча не представляет угрозы.
   Повторное нападение тоже не принесло Волкову успеха. Слишком маленькая амплитуда выпада. Да и скорости юноше явно не хватало. Борьба человека и птицы растянулась минут на десять. В верхней губе Андрея образовалась внушительная дыра. Тварь била гораздо точнее. Однако подросток не сдавался. Рано или поздно ему обязательно должно повезти.
   Отклонив голову чуть назад и слегка приоткрыв рот, землянин терпеливо ждал своего шанса. Он поймал хищника на встречном движении. Стремительный бросок вперед, и зубы сомкнулись на шее падальщика. Тварь упала с плеча и, стараясь зацепиться, царапала грудь противника. Рыча, словно зверь, Волков мотал птицу из стороны в сторону.
   Юноша отпустил врага лишь тогда, когда тот безжизненно повис. С глухим шелестом падальщик рухнул на высохшую траву. Приготовившиеся к дележу добычи, стервятники испуганно взмыли в небо. Такой финал отчаянной схватки напугал мерзких тварей.
   Выплюнув перья, Андрей устало опустил голову. Силы подростка окончательно иссякли, и он лишился чувств.
   Опять дремучий лес, узкая петляющая тропа и колыхающиеся на ветру макушки деревьев. Землянин невольно поежился. Место неприятное. В таких дебрях наверняка водятся опасные хищники. Словно в подтверждение тревожных мыслей Волкова неподалеку разился протяжный вой. Юноша сразу ускорил шаг. Вскоре зеленая стена расступилась, и Андрей вышел к реке.
   На замшелом поваленном стволе березы по-прежнему сидел человек в черном балахоне. Создавалось впечатление, что странник никуда и не уходил. Он повернулся к подростку и сказал:
   – Паршиво выглядишь. Судя по всему, жить тебе осталось часов пятнадцать-двадцать…
   – Я не боюсь смерти, – надменно возразил землянин. – Грехов у меня немного.
   – Надеешься попасть в рай? – иронично спросил незнакомец. – Забавно…
   – А почему бы и нет, – проговорил Волков. – Моя душа чиста и в помыслах, и в поступках.
   – Ой, ли, – усмехнулся мужчина. – А как же убитые на поляне люди? Ладно, охранники, негодяи получили по заслугам, а в чем виноват пилот? Да и товарища ты застрелил из мести.
   – Ложь! – воскликнул юноша. – Ален предал меня. Он трус и подлец. Выбора не было.
   – Выбор есть всегда, – произнес человек в балахоне. – Признайся честно – ненависть и злоба тогда заполонили твой разум. Люди – жалкие, ничтожные существа, не достойные милосердия.
   – Я просто пытался уцелеть, – вымолвил Андрей. – Астин запретил оставлять свидетелей.
   – Ах да, мудрый учитель, – язвительно проговорил странник. – Где, кстати, сейчас господин Бранбенлин?
   – Не знаю, – пожал плечами подросток. – Пираты продали его другому перекупщику.
   – Досадное недоразумение, – сказал мужчина. – Ну, да черт с ним, со стариком. А что если рая нет?
   – То есть как? – удивился землянин, посмотрев на мужчину в упор.
   К сожалению, или к счастью, Волкову не удалось увидеть глаза собеседника.
   – А так, – спокойно ответил темный. – Смерть – это конец пути. Дальше – небытие и забвение.
   – Снова намекаешь на сделку? – произнес юноша, садясь на влажную от росы траву.
   – В проницательности тебе не откажешь, – вымолвил странник. – Предлагаю закончить теологический диспут и приступить к обсуждению условий. Поверь, выигрыш очевиден. Никто не жаловался.
   – И ты вытащишь меня из рабства? – недоверчиво поинтересовался подросток.
   – Не сомневайся, – проговорил незнакомец. – Уже завтра те, кто издевался над тобой, будут лебезить и пресмыкаться.
   – Но за данную услугу он потребует душу, – раздался за спиной Андрея приятный голос. – Одни оковы сменятся на другие. Чтобы откупиться, придется пролить реки крови. Не чересчур ли высока цена свободы?
   – Так вы бог и дьявол! – изумленно выдохнул землянин. – И как же я раньше не догадался.
   – Наивный мальчишка, – сказал светлый. – Мы всего лишь слуги. Наши речи носят образный характер.
   – Но умрешь ты по-настоящему, – вмешался темный. – Используй свой шанс. Спасение рядом.
   – И потом я буду вечно гореть в аду! – произнес Волков. – Ну, нет, я не согласен.
   – Глупый дурак! – выругался странник. – И кто только вбил тебе в голову эти бредни. Мир устроен иначе…
   – Остановись, – жестко вымолвил человек в белых одеждах. – Нельзя нарушать правила.
   – Прошу прощения, – незнакомец символически поднял левую руку вверх. – Увлекся.
   – И не вздумай влиять на ситуацию, – продолжил светлый. – Судьба воина предопределена заранее.
   – А вот тут можно поспорить, – возразил темный. – Обстоятельства часто меняют мораль и нравы людей.
   Юноша очнулся от громкого клекота над головой. Голодные падальщики кружили метрах в пятидесяти от пленника. Упускать добычу кровожадные твари не желали. Гибель товарища отпугнула стервятников, но ненадолго.
   Набравшись смелости, одна из птиц спикировала на Андрея. Подросток громко, истерично закричал. В последний момент хищник, взмахнув крыльями, пролетел над головой и быстро набрал высоту. Падальщики решили не рисковать и дождаться, когда человек окончательно затихнет. Время у них есть. И уж тогда мерзкие твари попируют.
   Землянин посмотрел на Сириус. Сколько часов он висит? Судя по положению белого гиганта, около восьми. День в самом разгаре. Нет, до захода безжалостного светила Волкову не дотянуть. Однако страха почему-то не было. Смерть надо принимать достойно. Удивительно, но даже рваные раны на теле перестали причинять боль. Юноша закрыл глаза и опять провалился в черную, мрачную бездну.

ГЛАВА 2
ВЫГОДНАЯ СДЕЛКА

   Мектон и Грейсон не спеша объезжали территорию усадьбы. Хозяин не без гордости демонстрировал огромные поля кражи, тучные стада конов, роскошный сад плодовых деревьев. Особое восхищение у гостя вызвала система орошения. Десятки глубоких скважин, насосные башни и сотни километров каналов, прорытых машинами и вручную. Невольникам во владениях Крейна приходилось нелегко. Они наверняка трудились от зари до заката.
   Впрочем, этот аспект проблемы меньше всего интересовал маорца. Его приятель по фланкийской финансовой академии сделал почти невозможное – превратил дикую, безжизненную степь в доходное, очень прибыльное предприятие. В некотором роде Грейсон даже завидовал аланцу. В прагматичности и расчетливости Мектону нет равных.
   Крейн удивительным образом, значительно раньше конкурентов, определял наиболее выгодное направление в бизнесе. И главное, реализовывал задуманные программы. Двигаясь к цели, аланец сметал с пути любые преграды, не останавливаясь ни перед чем. Редкостный жмот и скряга порой бывал необычайно щедр и расточителен. Мектон никогда не жалел денег на подкуп чиновников. Казнокрадов и бюрократов надо держать на коротком поводке. Шантаж – лучшее оружие.
   Кроме того, Крейн часто жертвовал значительные средства на благотворительность и устройство пышных национальных праздников. Рабовладелец старался выглядеть в глазах общественности честным, добропорядочным гражданином. Помощь инвалидам, детям-сиротам, учебным заведениям Оклана и других городов. Аланец постоянно мелькал на каналах голографического вещания в разделе светской хроники.
   Разумеется, Мектон не распространялся о том, как нажил свои богатства. Обывателям незачем знать ни о несчастных проститутках, ни о пленниках, чистящих траншеи по шестнадцать часов в сутки под палящими лучами Сириуса, ни о распятых на столбах людях. Журналисты не раз пытались опорочить имя Крейна, но он без труда отбивал все атаки. В конце концов, аланец действовал исключительно в рамках закона. Купля-продажа невольников разрешена графиней Торнвил.
   До масштабов Мектона гостю было далеко, но и Грейсон мог похвастаться успехами. Несколько лет Линк удачно играл на бирже ресурсов и сколотил неплохое состояние. Три года назад маорец приобрел по дешевке восемь нерентабельных шахт. Государственная компания прекратила там добычу полезных ископаемых и демонтировала автоматическую линию. Однако лифты, тоннели, монорельсовые дороги остались.
   Вложив в дело около миллиона сириев, Грейсон начал поставлять на рынок каменный уголь. Конкуренция в данной сфере крайне жесткая, и Линк обязательно бы разорился, если бы не умел экономить. Маорец отказался от дорогостоящих комбайнов, роботов и машин. Разработка лавы велась по старинке с помощью кирок и отбойных молотков. Расходы на электроэнергию минимальны. Основная трудность – где взять такое количество пленников? Цены на невольников хоть и падают, но все же достаточно высоки.
   Грейсон сумел найти оптимальное решение. Он заключил договор с правительством планеты об аренде каторжников.
   Содержание опасных преступников всегда было головной болью властей. Мерзавцев тысячами присылали на Маору с Тасконы и Алана. Да и собственных негодяев хватало.
   И вот появился человек, который не побоялся отправить убийц и грабителей в только что купленные шахты. От государственной охраны Линк отказался и лично нанимал надзирателей и конвоиров. Грейсону требовались люди с особым складом характера. Церемониться с каторжниками маорец не собирался.
   Инспекторы специальной службы регулярно докладывали о нечеловеческих условиях, в которых живут и работают преступники, однако чиновники из правительства смотрели на эти нарушения сквозь пальцы. Деньги в казну промышленник вносит исправно, а судьбы ничтожных отбросов общества никого не интересуют. Чем меньше заключенных вернется обратно на Алан и Таскону, тем лучше.
   Линк блестяще справлялся с поставленной задачей. Каждые четыре месяца каторжники спускались крупными партиями в забой, и никто за три года не поднялся наверх. Несчастные случаи в шахтах Грейсона – обычное явление. Люди погибали в обвалах, от удушья, от ударов током. Старое оборудование давно отслужило свой срок. Мертвых преступников хоронили там же, в пустых катакомбах. Человек, попавший на маорские рудники, не имел ни единого шанса на спасение.
   Всадники миновали сад и подъехали к широкой каменной лестнице. К лошадям тотчас метнулись невольники в белых одеждах. Мужчины спешились и небрежно бросили поводья. Пленники осторожно взяли животных под уздцы и повели их в конюшню. На мгновение Крейн и Линк замерли. Окинув взором окрестности, гость с нескрываемой завистью сказал:
   – Хорошо здесь. Простор, свобода, неограниченные возможности. Вести бизнес на Алане одно удовольствие.
   – А разве на Маоре иначе? – спросил Мектон. – Богатейшие залежи полезных ископаемых…
   – Не забывай, недра принадлежат графине, – возразил Грейсон. – Контрольный пакет акций крупнейших добывающих компаний – собственность Октавии Торнвил. Мы довольствуемся крохами. Да и климат у нас значительно холоднее. Короткое ветреное лето и суровая длительная зима. Даже в экваториальной зоне морозы достигают двадцати градусов, о полюсах и говорить не стоит. Есть проблемы и с воздухом. Южная реакторная установка до сих пор восстанавливается. А ведь прошло почти пятьсот лет.
   – Император финансировал другие, куда более выгодные проекты, – заметил хозяин.
   – Согласен, – кивнул головой Линк. – Но и местные власти, извлекая из планеты гигантскую прибыль, не вкладывали в нее денег. Строительство в городах идет крайне медленно.
   – Это вполне объяснимо, – вымолвил Крейн. – Маора – бесперспективная колония. Рано или поздно она умрет. В космосе немало привлекательных мест. За четыре с половиной века правления Храбровых человечество продвинулось вглубь галактики на сотни парсек, освоило около тридцати планет. И это лишь капля в море. Разведчики постоянно находят новые миры.
   – А куда девать двухсотпятидесятимиллионное население? – произнес гость.
   – Чепуха, – махнул рукой Мектон. – Миграция – неизбежный процесс. Когда-то в Сирианском графстве проживало восемнадцать миллиардов граждан. А сейчас еле дотягиваем до одиннадцати. Люди постоянно ищут, где лучше. Аскона и Эстера когда-то начинали с нуля.
   – Ты забыл, что страна распалась, и дворяне враждуют, – сказал Грейсон.
   – Война не будет длиться вечно, – проговорил хозяин. – Уверен, скоро наступит развязка.
   – И кто победит? – спросил Линк, поднимаясь по ступеням. – Графиня Торнвил?
   – Нет, – ответил Крейн. – С потенциалом герцога Видога никто не сравнится. Мощная промышленность, развитая инфраструктура, сильный флот. Октавия – умная женщина. Она признает власть императора и присягнет ему на верность. Таким образом, графиня сохранит свои владения.
   – Почему же герцог за прошедшее время не захватил ни одного баронства? – удивился гость.
   – Всему виной близость грайданцев, – пояснил Мектон. – Видог пока не рвется сойтись с Делвилом в открытом сражении. Отчаянная жестокая схватка приведет к ослаблению обоих противников.
   – И соседи мгновенно воспользуются благоприятной ситуацией, – догадался Грейсон.
   – Именно, – подтвердил хозяин. – Риск в данном случае неоправдан. Однако правитель Плайда умеет ждать. Корзанцы и тестианцы недавно поссорились с могущественным покровителем и теперь уязвимы.
   – Что-то мы увлеклись политикой, – вымолвил Линк. – Ну, ее к дьяволу! Обсудим лучше дела…
   – С удовольствием, – откликнулся Крейн. – Предлагаю тебе продать шахты и перебраться на Алан.
   – Ну, уж нет, – рассмеялся маорец. – Хорошие участки здесь очень дороги. Да и конкуренция серьезная. Я наслышан о твоих злоключениях с покупкой земли у Дейрона.
   – Что верно, то верно, – согласился хозяин. – С маркизом Сентоном у меня возникли большие проблемы.
   Мужчины не спеша проследовали в холл здания. В отличие от улицы в помещении было достаточно прохладно.
   Многочисленные кондиционеры поддерживали оптимальный климатический режим. Одернув влажную от пота рубашку, гость произнес:
   – Ну и жара. Кружка холодного светлого пива сейчас бы не помешала.
   – Слуга, живо! – молниеносно отреагировал на реплику товарища Мектон.
   Словно из-под земли появился раб с блестящим никелированным подносом. На нем стояли четыре стакана, наполненные янтарной искрящейся жидкостью. Невольник почтительно замер в двух метрах от гостей.
   – Вот это сервис! – восхищенно сказал Грейсон. – Признаюсь честно, не ожидал…
   – Нет ничего удивительного, – улыбнулся Крейн. – Твои пристрастия мне прекрасно известны.
   Взяв по стакану, аланец и маорец двинулись в гостиную. Пленник покорно шел сзади. В огромном просторном зале слуги накрывали роскошный стол. Рядом, внимательно осматривая закуски, прохаживалась полноватая брюнетка лет сорока пяти.
   – Я распорядилась достать из подвала хорошее вино, – заметив мужа и гостя, проговорила женщина, – а они, как обычно, начинают с пива. Линк, ты неисправим.
   – В сорок восемь лет привычки не меняют, Хельда, – вымолвил Грейсон.
   – Не буду спорить, – произнесла хозяйка. – Однако в таком виде за стол вас не пущу. Приведите себя в порядок и переоденьтесь. Я не выношу конского запаха.
   – Старая песня, – развел руками Мектон. – Придется подчиниться. В данном вопросе она непреклонна.
   Через полчаса принявшие душ, посвежевшие мужчины вернулись в гостиную. Со стула, стоящего в углу, тотчас вскочил худощавый загорелый мальчик и направился к отцу.
   – О, Брин, ты здорово вытянулся! – воскликнул маорец. – Скоро меня перерастешь.
   – Благодарю, господин Грейсон, – вежливо сказал ребенок. – Я стараюсь не отставать от сверстников.
   – Правильно, – проговорил Линк. – Главное никого не пропустить вперед. Как учеба? Школа еще не надоела?
   – Немного, – уклончиво ответил мальчик. – Некоторые предметы не очень интересны.
   – Он лукавит, – вмешался Крейн. – Брин – наша гордость. У него отличные показатели. Через год мы будем поступать на подготовительное отделение финансовой академии. Конкурс, конечно гигантский, но Мектоны трудностей не боятся. Лично я не сомневаюсь в успехе.
   – Полетите во Фланкию? – с ностальгическими нотками в голосе уточнил гость.
   – Думаю, да, – кивнул головой хозяин. – Хотя жена хочет поближе, в Оклан. Но разве периферийный город сравнится со столицей. Совсем другие возможности и перспективы.
   – Пожалуй, – согласился Грейсон. – Однако я слышал, что в последнее время в заведении царит суровые нравы. Мальчик должен уметь постоять за себя. В противном случае сожрут беднягу.
   – Эта проблема меня совершенно не беспокоит, – улыбнулся Крейн. – Денег на образование сына я никогда не жалел. Брин отлично ездит верхом, великолепно стреляет и фехтует на шпагах.
   – Фехтует? – изумленно переспросил Линк. – Надеешься, что он когда-нибудь получит дворянское звание?
   – А почему бы и нет, – вымолвил Мектон. – В период смуты всякое бывает. Четыреста пятьдесят лет назад после победы над горгами Тино Аято многим офицерам пожаловал баронские титулы.
   – Но так обычно отмечают храбрость и героизм на поле брани, – возразил маорец.
   – Я не зря упомянул смуту, – произнес аланец. – В хаосе и неразберихе часто выходят на передний план не смелость и отвага, а хитрость и изворотливость. Надо лишь не упустить свой шанс.
   – Крейн, ты – опасный человек, – рассмеялся гость. – Я даже не догадывался…
   – Хватит спорить, – сказала Хельда. – Обед стынет. Рассаживайтесь побыстрее.
   Долго уговаривать мужчин было не нужно. И Грейсон, и Мектон любили вкусно поесть. Серьезных бесед за столом не вели. Короткие, отдельные реплики, в основном, о специфике местной кухни. Хозяин не без гордости заявил, что поваром у него невольник, работавший в лучших ресторанах Лендлина, одного из крупнейших городов Грайданского герцогства. Улучив удобный момент, женщина повернулась к маорцу и негромко поинтересовалась:
   – Линк, ты когда отправляешься домой? Дня два-три побудешь у нас?
   – А что уже надоел? – весело произнес Грейсон, отставляя тарелку в сторону.
   – Наоборот, – вымолвила аланка. – Гости скрашивают скучную, рутинную жизнь усадьбы.
   – Увы, Хельда, увы, – с горечью сказал маорец. – И рад бы, да не могу. Я ведь на Елании по делам. Договорился с властями, чтобы осужденных преступников доставляли сразу на шахты, минуя перевалочные базы. Первую партию необходимо проконтролировать. Челнок стартует в двадцать три часа по стандартному времени. А мне еще ехать на электромобиле до космодрома. Четыреста тридцать километров – не шутка.
   – Жаль, – искренне расстроилась женщина. – Приятно было бы вспомнить молодые годы.
   – В другой раз, – произнес Линк. – Обещаю, что прилечу с семьей. Тогда и поболтаем.
   После обеда Грейсон и Мектон прошли в кабинет хозяина. Биржевые новости и цены на продовольствие и рабов мало волновали хозяйку дома. Ближе к вечеру гость начал собираться в дорогу. Тепло попрощавшись с Хельдой и Брином, маорец зашагал к стоящему у лестницы лимузину.
   Крейн двигался чуть сзади.
   Массивная, тяжелая дверь машины плавно поднялась вверх.
   – До встречи, – вымолвил аланец, крепко пожимая руку товарищу. – Удачи в бизнесе.
   – И тебе того же, – ответил Линк. – Уверен, через пару лет ты переселишься в более престижный район.
   – Надеюсь, – проговорил Мектон. – Я вложил большие деньги в новый проект.
   Грейсон хотел сесть в электромобиль, но вдруг остановился и спросил:
   – Кстати, сколько ты заплатил за пленника, распятого на столбе сегодня утром?
   – Что-то около шести тысяч, – после непродолжительной паузы сказал хозяин.
   – Значительная сумма, – произнес маорец. – А что если я предложу тебе за парня пятьсот сириев.
   – Смеешься? – недоуменно вымолвил Крейн. – Невольник стоит гораздо дороже.
   – Согласен, – кивнул головой Линк. – Но уже завтра он превратиться в высохший труп, и ты ничего не получишь.
   – А какой в этом твой интерес? – проговорил аланец. – Неужели только выгода?
   – У меня возникли некоторые проблемы с людьми, – пояснил Грейсон. – Взрывы и обвалы выкосили сорок человек. Часть тоннелей пустует. Я терплю убытки. Каждый раб на счету. Так зачем напрасно губить хороший товар? Вернешь хотя бы часть затраченных средств.
   – Но мальчишка – преступник, – возразил Мектон. – Убиты охранники и пилот бота.
   – Мерзавцы различного рода – моя специализация, – отреагировал маорец. – Поверь, негодяй попадет в прекрасную компанию. Мало ему не покажется. Среди заключенных есть редкостные выродки.
   – Рассуждаешь логично, – сказал Крейн. – Но ты забыл, что пленник висит почти с рассвета.
   – Думаешь, парень умер? – произнес Линк, опираясь плечом на дверцу лимузина.
   – Нет, невольник достаточно крепок, – вымолвил аланец. – Однако ублюдок наверняка лишился глаз. Стервятники добычу не упустят. Да и шкуру рабу хищники изрядно подпортили. Он на грани.
   – А если проверить? – проговорил не желающий отступать Грейсон. – Вдруг бедняге повезло.
   – Ты упрям, – усмехнулся Мектон, доставая из кармана маленький сребристый аппарат.
   Хозяин быстро перелистал перечень абонентов и, найдя нужный адрес, нажал на кнопку. Ожидание длилось секунд пять. Наконец, связь наладилась, и Крейн громко сказал:
   – Эдвин, немедленно возьми врача и сходи к столбу. Через минуту доложишь о состоянии пленника.
   Не успел аланец закончить фразу, как маорец хлопнув приятеля по плечу, произнес:
   – А чего стоять, тут доехать сущий пустяк. Я хочу лично взглянуть на мальчишку.
   – Хорошо, – вымолвил Мектон. – Давай, прокатимся. Ты меня заинтриговал.
   Мужчины сели в машину, и электромобиль сорвался с места. Вскоре водитель повернул к лагерю невольников. Крейн издали увидел странную группу возле бараков. Дарнели выполнил приказ хозяина и вел к рабу женщину в белой одежде. Следом за надзирателем шли четыре штурмовика.
   – А твой помощник не дурак, – заметил гость. – Догадался, что подобные распоряжения отдаются не случайно.
   – Этот кретин не способен на такое, – проговорил Мектон. – Инициативу проявил начальник конвоя.
   Фигуру Элисона аланец различил сразу. У крайнего здания лимузин замер. Дальше дорога отсутствовала. Покинув электромобиль, Крейн и Линк зашагали к солдатам. Охранники, между тем, время напрасно не теряли. Они приставили лестницу к столбу, и врач осторожно поднялась к пленнику. Осмотр невольника явно затягивался. Рабовладельцы приблизились к штурмовикам. Ник и Эдвин что-то бурно обсуждали. На лицах обоих неподдельное изумление. В правой руке надзирателя мертвая птица.
   – О чем спор? – прерывая беседу подчиненных, спросил хозяин.
   – Семьсот тринадцатый умудрился прикончить крекота, – доложил Дарнели, демонстрируя стервятника.
   – Каким образом? – удивленно произнес Мектон, поворачиваясь к Волкову.
   Выглядел пленник ужасно. Одно плечо изуродовано, на груди глубокие царапины, на лице и на теле кровавые подтеки. Падальщики с добычей не церемонились и рвали ее буквально на куски.
   – Поймал хищника ртом и перекусил твари горло, – бесстрастно сказал Элисон.
   – А подобное уже бывало? – вмешался в разговор Грейсон.
   – Нет, – отрицательно покачал головой Эдвин. – Обычно невольники лишь кричат и дергаются.
   – Мальчишка мне определенно нравится, – усмехнулся маорец. – Борется до конца.
   Женщина неторопливо спустилась с лестницы и направилась к Крейну.
   – Ну что, мерзавец еще жив? – вымолвил аланец, обращаясь к врачу.
   – Да, – ответила рабыня. – Он сейчас без сознания. Незначительная потеря крови, обезвоживание организма, разодрано левое плечо, рана на верхней губе. Есть серьезные ожоги кожи.
   – Медицинские подробности никому не нужны, – раздраженно произнес Мектон. – Необходимо общее заключение.
   – До утра протянет, – сказала пленница. – Может, даже до полудня.
   – Отлично, – проговорил Линк. – Я не ошибся в своих прогнозах. Итак, пятьсот сириев.
   – Тысяча, – вымолвил Крейн. – Парень необычайно вынослив. Уж лучше потерять товар, чем отдать за бесценок.
   – Теперь понятно, как ты сколотил состояние, – произнес Грейсон. – Предлагаю семьсот.
   – Тот, кто не умеет торговаться, ничего не добьется в бизнесе, – возразил аланец. – Восемьсот.
   – Хитрец, – улыбнулся гость. – Мое последнее слово семьсот пятьдесят. И ни сирием больше.
   – Согласен, – сказал Мектон. – Я конечно в проигрыше, но компенсация за моральный ущерб не помешает.
   Хозяин посмотрел на Дарнели и, небрежно махнув рукой, проговорил:
   – Снимайте невольника. Сегодня у него второй день рождения. Негодяю чертовски повезло.
   – Но он же опасный преступник, – не удержался от реплики надзиратель. – Убиты Брук и Дейн…
   – Правильно, – подтвердил Крейн. – А потому место ублюдку на шахтах Маоры. Туда гаденыша господин Грейсон и доставит. Раб будет трудиться в подземных тоннелях вместе с бандитами и грабителями.
   Ник отреагировал на приказ Мектона молниеносно. Легкий, едва заметный кивок головой, и солдаты кинулись к Андрею. Один штурмовик взобрался на столб и развязал узлы на верхней перекладине, двое других ловко поймали бесчувственное тело. Несколько секунд конвоиры провозились с веревками на ногах юноши. Вскоре аланцы положили Волкова на сухую траву.
   – Принесите воду, бинты и антисептик, – неожиданно жестко скомандовала врач.
   Солдаты растерянно замерли. Выполнять распоряжения женщины или нет?
   – Чего застыли? Бегом за аптечкой! – вымолвил хозяин. – Вот бестолковые олухи…
   Штурмовики тотчас метнулись к медицинскому блоку. Приблизившись к Андрею, Элисон отстегнул от пояса флягу и протянул ее пленнице. Вода тонкой струйкой потекла на лицо подростка. Волков пришел в себя и начал жадно хватать ртом живительную влагу. Казалось, юноша никогда не утолит жажду. Он пил, пил и пил. К сожалению, емкость быстро опустела.
   С трудом открыв глаза, мальчик недоуменно огляделся по сторонам. Над ним склонилась врач, за невольницей стоит Ник Элисон, а чуть дальше расположились Дарнели, Мектон и маорский друг аланца. Андрей абсолютно не понимал, что происходит вокруг. Все это очень напоминало очередную галлюцинацию.
   Охранники вернулись с огромной канистрой и пластиковым чемоданом. На землянина вновь полилась вода. Обмыв подростку раны, женщина умело перевязала Волкову плечо, грудь и лицо. После некоторой паузы рабыня достала из аптечки шприц и вколола его юноше в бедро. Сознание мальчика помутнело, предметы расплылись, и Андрей опять провалился в забытье.
   – Я ввела снотворное, – пояснила врач. – Так бедняга быстрее восстановит силы.
   – Когда стервец приступит к работе? – поинтересовался Линк.
   – Выздоровление зависит от условий содержания, – проговорила пленница. – В лучшем случае через полторы декады.
   – Ничего, мы ускорим данный процесс, – сказал Грейсон. – Грузите невольника в багажник машины.
   Штурмовики подхватили подростка и понесли к лимузину, Маорец рассчитался с Крейном наличными, и мужчины зашагали вслед за солдатами. На всякий случай Эдвин защелкнул наручники на запястьях землянина. Спустя пять минут электромобиль тронулся в путь.
   Попрощавшись с Мектоном у усадьбы, Линк приказал водителю ехать на космодром «Эстелан». До старта челнока осталось меньше четырех часов. Надо торопиться. На пустынной трассе машина без труда разогналась до двухсот километров. Аварии Грейсон не боялся. Встречные электромобили попадались крайне редко. Кроме того, разделительный барьер между полосами достаточно высокий и надежный. Мерам безопасности на Алане уделялось огромное внимание.
   Маорец развалился на заднем сидении лимузина и задумчиво смотрел на мелькающие за окном поля и поселки. А что если действительно взять и перебраться на Еланию? Благоприятный климат, многомиллионные города, роскошные морские курорты. На родной планете особо не покупаешься. Температура воды в реках и озерах редко когда достигает пятнадцати градусов. Об океане и говорить нечего. К материкам даже летом приплывают гигантские айсберги, отколовшиеся от полярных ледяных шапок. Суровый, холодный край.
   Единственное достоинство – крупные залежи полезных ископаемых. Но и они за тысячелетний период непрерывной добычи изрядно истощились. Пожалуй, Крейн прав. Древняя тасконская колония скоро умрет. И что тогда? Тысячи, миллионы людей отправятся искать счастье в другие звездные системы. Маора превратится в тюрьму для изгоев общества. Уже сейчас плата за прием убийц и грабителей составляет значительную часть бюджета.
   Грейсон тяжело вздохнул. Вопрос в том, что ждет переселенцев на Алане? Деньги у Линка есть, но вложить их в выгодное предприятие будет нелегко. Конкурентная борьба здесь часто ведется не по правилам. Наиболее дорогие и респектабельные участки раздаются дворянам, приближенным графини Торнвил. А оспаривать решения правительницы рискнет только сумасшедший. Могущественная своенравная властительница возражений не терпит. Чужакам придется годами прозябать на периферии.
   Мектон и сам признает, что пробиться наверх необычайно сложно. Перед маорцем стояла непростая дилемма. Впрочем, года три-четыре Линк наверняка еще протянет. Пленники и преступники приносили ему неплохую прибыль.
   Грейсон не заметил, как пролетели два с половиной часа. Водитель резко сбросил скорость и повернул с магистрали направо. На горизонте показались очертания космодрома. Центральную башню объекта видно издалека. Подавшись чуть вперед, маорец негромко произнес:
   – Поезжай к служебным воротам. У меня специальный пропуск. Проблем не возникнет.
   – Как прикажете, – спокойно вымолвил водитель. – Невольника тоже туда везем?
   – Разумеется, – проговорил Линк. – Он теперь моя собственность.
   Машина обогнула длинный ряд технический боксов и остановилась возле поста охраны. Из здания вышел коренастый смуглокожий лейтенант и быстро двинулся к электромобилю. Боковое стекло в лимузине плавно опустилось. Достав из кармана документы, рабовладелец протянул их аланцу.
   – Все нормально, господин Грейсон, – проверив удостоверение личности особым прибором, отчеканил офицер. – Колонна прибыла двадцать пять минут назад. Мерзавцев еще только выводят.
   – Значит, я вовремя, – бесстрастно сказал маорец. – Что ж, взглянем на негодяев…
   Лейтенант лихо козырнул и кому-то махнул рукой. Массивные металлические ворота медленно открылись. Машина въехала на территорию космодрома. Линк издалека увидел космический челнок и стоящие возле корабля странные бронированные фургоны. Шофер без труда догадался, куда нужно двигаться.
   Лимузин замер в десяти метрах от полицейского электромобиля сопровождения. Выйдя из машины, Грейсон решительно зашагал к транспортному судну. Перед трапом в три шеренги выстроились приговоренные к каторжным работам преступники. Маорец насчитал сто пятьдесят человек. Все в одинаковых светло-коричневых робах, на запястьях наручники, на ногах короткие цепи. Возможность побега полностью исключалась.
   Кроме того, по периметру расположились солдаты с лазерными карабинами и хорошо обученными тапсанами. И это не местные маленькие пушистые зверьки, а мутировавшие злобные хищники Тасконы, достигающие почти полутора метров в холке. Дрессировка подобных животных дело сложное, а потому и стоят они неимоверно дорого.
   Между тем, к Линку направились двое мужчин. Высокий стройный блондин в темно-синем мундире – инспектор по исполнению наказаний Брук Мейсон. Слева от него идет неказистый щуплый помощник Грейсона Элисон Вулвил. Внешними физическими данными природа беднягу обделила, но зато щедро наградила Элисона хитростью и пронырливостью. При желании Вулвил способен обвести вокруг пальца любого.
   Именно помощник подсказал Линку идею заключить договор с правительством об аренде заключенных. Выгоду получали обе стороны. Правительство Маоры избавлялось от расходов по содержанию и охране каторжников, а Грейсон за мизерную плату приобретал дешевые трудовые ресурсы.
   К сожалению, количество передаваемых Линку преступников строго ограничивалось. Вот и сейчас рабовладельцу по контракту принадлежали лишь тридцать человек. Ну, да и это неплохо. Учитывая, что заключенные находятся на положении невольников, Грейсон на каждой партии экономил примерно сто-сто двадцать тысяч сириев.
   – Вы задержались, – с укором в голосе произнес Мейсон, показывая на часы.
   – Обстоятельства, – улыбнулся Линк. – Столкнулся с очень необычным случаем. А заодно приобрел раба.
   – Везде успеваете, – заметил Брук, доставая из кейса папку с документами.
   После некоторой паузы инспектор протянул бумаги собеседнику и сказал:
   – Надеюсь, помните, что выбирать нужно только осужденных со сроком не меньше десяти лет.
   – Само собой, – откликнулся Грейсон. – На мелких воров, мошенников и аферистов мы не претендуем.
   Впрочем, таковых среди каторжников и не было. В шахты Маоры власти графства отправляли исключительно убийц, бандитов и разбойников. На совести каждого преступника не одна искалеченная человеческая жизнь. Мерзавцы заслужили суровую кару. Совсем иное дело невольники. Они абсолютно ни в чем не виноваты. Но тут уж ничего не изменишь. Судьба. Жалости к несчастным пленникам никто не испытывал. За прошедшие годы сердца и души людей зачерствели.
   Линк взял в руки папку и тотчас отдал помощнику досье на заключенных. Небрежно переворачивая листы, Элисон громко выкрикивал фамилии. Услышав свое имя, осужденный не спеша, гремя цепями, выходил из строя. Судя по огромным, крепким фигурам негодяев, пройдоха Вулвил заранее успел познакомиться с документами каторжников. Грейсон не увидел среди преступников слабых и больных. Проверив список, Мейсон усмехнулся, покачал головой и проговорил:
   – «Отличный» контингент. Сплошь садисты и изуверы. Если честно, я бы вздернул выродков на виселице.
   – Вы чересчур жестоки, инспектор, – иронично сказал Линк. – К оступившимся членам общества надо относиться с добротой и пониманием. Моя система способна перевоспитать даже закоренелых мерзавцев.
   – Не сомневаюсь, – произнес Брук. – У вас большой опыт. Грузите ублюдков в первую секцию.
   Услышав приказ начальника, солдаты повели заключенных к челноку. Тихо ругаясь, каторжники брели по трапу в грузовой отсек корабля. Здесь осужденных встречали надзиратели. Преступников бесцеремонно заталкивали в металлическую клетку, усаживали на пол и пристегивали наручники к горизонтальной перекладине. Заключенные не сопротивлялись и не возмущались. Электрические хлысты, висящие на поясе охранников, быстро успокоят недовольных. Через пять минут к судну потянулась вторая колонна.
   Вскоре стартовая площадка опустела. Фургоны и полицейские машины медленно покидали космодром. Грейсон жестом подозвал к себе помощника.
   – Возьми двух конвоиров и вытащи невольника из багажника лимузина, – вымолвил рабовладелец. – Парень в бессознательном состоянии, поэтому поаккуратнее. Ему сегодня уже досталось.
   Элисон беспрекословно выполнил приказ хозяина. Солдаты достали Андрея и, подхватив юношу под мышки, поволокли к челноку. Обнаженного подростка положили в первый сектор у ног каторжников. Глядя на окровавленные повязки, Вулвил бесстрастно спросил:
   – А он по пути не сдохнет? Возиться с трупом нет ни малейшего желания.
   – Не волнуйся, мальчишка крепок и вынослив, – проговорил Линк. – Да и раны ерундовые…
   – И сколько вы заплатили за раба? – поинтересовался помощник.
   – Тысячу двести сириев, – солгал Грейсон и махнул водителю Мектона, чтобы тот возвращался домой.
   Аланец показал, что понял маорца и сел в электромобиль. Набирая скорость, машина устремилась к воротам.
   – А не слишком ли дорого? – не унимался Элисон. – Товар явно порченый.
   – Поверь, невольник поправится и будет трудиться наравне со всеми. Я не прогадал.
   – Вам виднее, – пожал плечами Вулвил. – Хотя, по мне, парень чересчур худой и изможденный.
   Спорить с помощником Линк не стал. Элисон был редким занудой. Пилот убрал трап, закрыл внешний люк и запустил двигатели. Ровно в двадцать три часа корабль оторвался от поверхности. Устроившись в мягком кресле, Грейсон лениво потягивал холодное пиво. Рядом разместился Вулвил, напротив, на переносном компьютере Мейсон корректировал базу данных.
   «Стик-31» относился к категории специальных судов. Эти челноки способны не только выходить в космос, но и достигать любые объекты в пределах восьмисот миллионов километров. Из звездной системы Сириуса им не выскочить, но до Маоры и Тасконы они долетают без труда. Использование подобных кораблей позволяло властям доставлять преступников на орбиту планеты без дополнительных пересадок на транспортные суда, что значительно уменьшало риск нападения. Попытки освободить осужденных, несмотря на тщательную охрану, иногда предпринимались.
   Волков очнулся, но вставать не спешил. Для начала нужно вспомнить события последних часов и сориентироваться. То, что его сняли со столба, землянин сразу догадался. Нет обжигающих лучей Сириуса, противного клекота стервятников, тянущей боли в руках, привязанных к перекладине. Вопрос в том, почему Крейн смиловался? Сострадание тут ни при чем.
   В сознании мелькнула странная сцена. Склонившаяся к пленнику женщина-врач, поток льющейся на лицо воды, стоящие неподалеку Мектон и Грейсон. Стоп! Повторное присутствие приятеля аланца вряд ли случайность. Накануне Крейн обмолвился о том, что его товарищ купил на Маоре шахты по добыче угля.
   Логическая цепочка постепенно прояснялась. Алчный рабовладелец продал приговоренного к смерти невольника. Тогда где Андрей находится сейчас? Судя по голосам, рядом тихо беседуют несколько человек. Разобрать слова подросток, к сожалению, не сумел. Кроме того, слышен глухой равномерный рокот. Пол, без сомнения, металлический. Вывод очевиден – юноша на борту космического корабля.
   Волков оперся на правый локоть, с трудом приподнялся и сел. На плече, груди и голове тугие повязки. Раны ужасно ноют, да и кровь проступила сквозь дешевую материю. Удивительно, что в лагере пленников вообще оказались медикаменты.
   Кое-как разлепив веки, землянин осмотрелся по сторонам. Увиденное Андрея не обрадовало. Полутемный трюм, прочная толстая решетка, непрерывно прохаживающиеся по коридору охранники. Но больше всего подростка поразили люди, прикованные к поперечной балке. Угрюмые, небритые лица, крепкая, развитая мускулатура, жесткие злые глаза. Нет, на обычных рабов они не похожи.
   – О, наша спящая красавица проснулась, – язвительно произнес темноволосый мужчина со шрамом на шее.
   – Действительно, – поддержал соседа парень лет двадцати пяти. – А какая у нее привлекательная фигура.
   – Я бы выразился точнее, – сказал аланец с выступающей вперед челюстью.
   Преступники дружно загоготали. Юноша не реагировал на реплики мерзавцев. Обострять отношения с заключенными не стоило. Волков уже понял, с кем имеет дело.
   – Мальчик, иди ко мне, – с притворной лаской в голосе проговорил каторжник с плоским, расплющенным носом. – Я доставляю тебе неописуемое удовольствие. Ну же, не стесняйся…
   Негодяи снова захохотали. Осужденные откровенно издевались над Волковым. И с этими ублюдками землянину придется жить. Что ж, опять предстоит расчищать себе место под солнцем. Ничего кроме силы подобные выродки не признают. К сектору неторопливо приблизился солдата и раздраженно сказал:
   – Ну-ка заткнулись, грязные скоты! Громко болтать на судне не положено. Вы нарушаете порядок.
   Преступники тут же смолкли. С надзирателями лучше не связываться. Однако заключенный с выступающей челюстью, не обращая внимания на требования охранника, продолжал нести какую-ту чушь. Солдат подошел к мужчине и резко ударил каторжника электрическим хлыстом по спине. Осужденный буквально взвыл от боли. Остаточный разряд по металлической перекладине тряхнул и других преступников. На глупца обрушился поток отборных ругательств.
   – Больше предупреждать не буду, – произнес надзиратель. – Если хотите повеселиться, могу увеличить мощность.
   – Не надо, господин охранник, – мгновенно отреагировал темноволосый заключенный. – Подобное не повторится.
   Желание шутить у каторжников пропало. В помещении было достаточно холодно, и тело землянина начала бить легкая дрожь. Чтобы согреться, Андрей согнул ноги и обхватил колени руками. Загружая невольника в багажник электромобиля, Линк Грейсон даже не подумал о наготе бедняги. Через пару минут подросток снова задремал. Организм нуждался в полноценном длительном отдыхе.
   Перелет к планете занял почти одиннадцать часов. Многоцелевые челноки, увы, значительной скоростью не обладали. Вдобавок ко всему, Алан и Маора в данный момент находились на противоположных сторонах звездной системы. Корабль сделал крюк и на огромном расстоянии миновал Сириус.
   Длительное путешествие доставило немало хлопот солдатам. Конвоиры непрерывно, соблюдая строжайшие меры предосторожности, выводили осужденных в туалет. Процедура не очень приятная и не такая уж простая.
   Хорошо хоть, что кормить мерзавцев не надо. Но вот судно достигло конечного пункта назначения. На орбите челнок лег в дрейф.
   Линк поправил ворот рубашки и взглянул в иллюминатор. Планета, как обычно, покрыта густой пеленой облаков. Сквозь разрывы иногда пробивается темная синева океанов и бледная зелень экваториальной суши. Северная и южная часть Маоры исключительно белого цвета. В салон вошел второй пилот и взволнованно сообщил:
   – Господа, к нам движется транспортный бот. Опознавательных знаков на бортах у него нет.
   – Все нормально, – улыбнулся Грейсон. – Это мой аппарат. Сейчас я с ним свяжусь.
   Рабовладелец достал из кармана спутниковый телекс и набрал нужный код. Инспектор сохранял невозмутимое спокойствие. Данная операция осуществляется впервые и накладки неизбежны.
   – Ордент, ответь, – громко сказал Линк. – Вы готовы и швартовке? Оборудование в порядке?
   – Так точно, господин Грейсон, – раздался хриплый мужской голос. – Ждем дальнейших распоряжений.
   Брук повернулся к офицеру и тоном, не терпящим возражений, проговорил:
   – Обеспечьте контакт с ботом. Начальнику охраны усилить бдительность. Посты возле секций удвоить.
   – Слушаюсь, – отчеканил молодой человек и поспешно покинул помещение.
   – Пора прощаться, – вымолвил промышленник, вставая с кресла. – Приятно было с вами работать.
   Обменявшись с Мейсоном крепким рукопожатием, Линк направился в тюремный блок. Элисон неотступно следовал за хозяином. Через десять минут летательные аппараты состыковались.
   По специальному тоннелю на корабль перебрался высокий широкоплечий маорец лет сорока. Он имел довольно запоминающуюся внешность. Абсолютно лысый череп, густые брови, крупные серые глаза, мясистый квадратный нос, выбритый до синевы подбородок. Левое ухо у мужчины отсутствовало. Темно-коричневая униформа висела на Орденте несколько мешковато.
   Маорец спустился по лестнице на нижний ярус и, окинув взором клетки с преступниками, произнес:
   – Отменные ублюдки. Ну, что изверги и душегубы, искупим грехи честным трудом?
   На призыв мужчины никто не откликнулся. Осужденные с ненавистью смотрели на гиганта.
   – Перестань, Ярис, – вмешался Грейсон. – Нет времени на пустую болтовню. В нашем распоряжении полчаса.
   – Успеем, – уверенно проговорил Ордент. – Эксцессов и задержек я не допущу.
   Между тем, солдаты охраны с лазерными карабинами наперевес выстроились в коридоре. Русоволосый подтянутый капитан кивнул головой сержанту, и тот открыл дверь первой секции. Надзиратели отстегнули ближайшего заключенного от перекладины и повели его к тоннелю.
   Тяжелые цепи на ногах каторжника с отвратительным дребезжанием волочились по металлическому полу.
   – Живее, живее, ленивая тварь, – бесстрастно выкрикнул лысый маорец. – Ты не на прогулке.
   Преступник на реплику Яриса никак не отреагировал. Гигант махнул рукой и сказал:
   – Вторая пара забирайте осужденного. Хватит мерзавцам прохлаждаться.
   – Это нарушение инструкции, – возразил сержант. – Вы не доставили на бот еще и одного…
   – К черту инструкции, – прорычал Ордент. – Никуда гады не денутся. Если попытаются оказать сопротивление, лично сверну шею.
   – Выполняй, Алекс, – произнес офицер. – Я беру ответственность на себя. Прикрытие у нас надежное.
   Процесс перемещения каторжников сразу ускорился. Заключенных поточным методом переправляли в летательный аппарат, где их принимали четыре крепких охранника. Дальше по стандартной схеме: клетка, поперечная балка, электрический замок. Впрочем, усаживали преступников гораздо плотнее, чем на челноке. Размеры машины невелики и приходилось тесниться. Наконец, очередь дошла и до Волкова. Взглянув на обнаженного, забинтованного невольника, Ярис изумленно спросил:
   – Откуда такой голодранец, господин Грейсон? На преступника мальчишка не похож. Чересчур хлипок.
   – Вот и я о том же, – вставил Вулвил. – Пленник не протянет в забое и трех месяцев. Напрасно выброшенные деньги.
   – Вы его купили? – растерянно вымолвил гигант. – Моему удивлению нет предела.
   – Никогда не торопись с выводами, – усмехнулся Линк. – Внешность часто бывает обманчива. Подросток необычайно упрям и вынослив. Он борется за жизнь отчаянно, самозабвенно, не жалея никого.
   – Звучит впечатляюще, – проговорил Ордент. – И что же стервец совершил на Алане?
   – Бежал из лагеря, – сказал рабовладелец. – Снял ошейник, отполз в лес и двинулся к городу.
   – Неплохо, – произнес Ярис. – Однако юнцам свойственны столь рискованные поступки. Глупцы думают, что затеряются в толпе. Святая наивность. Рано или поздно их ловят либо охранники, либо полиция.
   – Согласен, – вымолвил Грейсон. – Но далеко не каждый невольник способен при задержании убить четырех человек: двух надзирателей, пилота транспортного бота и своего товарища.
   – А вот это уже интересно, – проговорил гигант. – И как мальчишка справился с вооруженными людьми?
   – Вытащил бластер из кобуры одного болвана, – пояснил Линк. – Важнее другое. Зачем пленник сделал контрольные выстрелы? Негодяй разнес головы жертв в клочья.
   – Парнишка действительно непрост, – сказал после паузы Ордент. – Чувствуется определенная подготовка. Быстро воспользовался оружием, не промахнулся, не оставил свидетелей. Жестокий, хладнокровный убийца. Да, пожалуй, я ошибся. И, тем не менее, гаденыша поймали.
   – Счастливая случайность, – произнес промышленник. – Невольник завладел документами, переоделся и сел за штурвал летального аппарата. Опыта, видно, было маловато, и машина врезалась в дерево. Солдаты обнаружили беглеца в бессознательном состоянии. Раба заковали в цепи и доставили в усадьбу хозяина. Надо отдать должное, подросток перед казнью держался молодцом.
   – Почему же негодяй до сих пор жив? – бесцеремонно вмешался Элисон.
   – Аланцы любят растягивать удовольствие, – иронично вымолвил Грейсон. – Слышали что-нибудь о распятии на столбе?
   – Да, – ответил Ярис. – Пленник медленно умирает под палящими лучами Сириуса. Порой, мучения длятся двое суток. Через три-четыре декады человек превращается в высохшую мумию.
   – Правильно, – подтвердил Линк. – Но ты забыл упомянуть о крекотах. Ненасытные хищники безжалостно клюют плоть приговоренного к смерти невольника. Адские вопли умирающего разносятся по окрестностям.
   – И к чему такие подробности? – недоуменно спросил Вулвил. – Ублюдки получают по заслугам.
   – А к тому, что мальчишка поймал стервятника и перекусил ему зубами шею, – сказал Грейсон.
   – Мне кажется, вы приобрели не раба, а кучу проблем, – тяжело вздохнул помощник.
   – Ерунда, обломаем, – произнес Ордент. – Попадались выродки и поопаснее. Вспомните хотя бы Дерлинтона. Этот маньяк задушил более ста женщин. И где он теперь? Гниет в отстойнике.
   – Нашел с кем сравнивать, – язвительно заметил Элисон. – Тасконец был тупым садистом.
   – Что же мерзавца не могли поймать почти двадцать лет? – возразил охранник.
   – Бессмысленный спор, – вымолвил Линк. – Я всего лишь хочу, чтобы на пленника обратили внимание. Дней десять-пятнадцать подросток проведет в лазарете. Пусть немного подлечится.
   – Поставлю туда Нортона и Шейнса, – мгновенно отреагировал Ярис. – Мимо них не проскочит.
   К маорцам не спеша приблизился капитан. Офицер поправил ворот мундира и вежливо проговорил:
   – Господа, погрузка завершена. В секции не осталось ни одного заключенного.
   – Отлично, – сказал Грейсон, глядя на часы. – Двадцать две минуты. Мы уложились в срок.
   Мужчины попрощались с офицером и быстро зашагали к лестнице. Преодолев тоннель, рабовладелец разместился в мягком кресле сразу за кабиной пилотов. Здесь же расположились Вулвил и Ордент. Надзиратели сидели на скамьях неподалеку от клетки с каторжниками. Вскоре бот отстыковался от космического корабля и устремился к планете. Полет занял часа полтора. По пути кто-то из осужденных тихо попросился в туалет. Маорцы дружно засмеялись.
   – Терпи, придурок, – грубо произнес светловолосый охранник лет двадцати семи. – Ты выбрал неподходящий момент. И не вздумай изгадить пол. Языком заставлю вылизывать.
   – У нас есть права, – жалобно пролепетал преступник. – Ограничение свободы не влечет…
   – Заткнись, кретин! – оборвал заключенного надзиратель. – У каторжников нет никаких прав. Вы отправитесь в преисподнюю и будете там день и ночь добывать уголь. Осужденные на Маоре приравниваются к невольникам.
   – Сволочи, – процедил сквозь зубы аланец со шрамом. – Они всех прикончат в шахтах и рудниках.
   У преступников рассеялись последние иллюзии. Приговор, оглашенный на родной планете, тут не имел ни малейшего значения. Никто из заключенных домой не вернется. Люди умрут в подземных тоннелях от болезней и истощения. Обществу не нужны убийцы, бандиты и грабители.
   Машина снизила скорость, на секунду зависла, а затем плавно опустилась на поверхность. Задний люк с грохотом упал на бетонную площадку. В салон бота хлынул холодный, пронизывающий до костей ветер. Не привыкшие к таким погодным условиям каторжники завыли.
   – Добро пожаловать на Маору, – презрительно вымолвил Ярис, надевая теплую куртку и шапку.
   – Уводите осужденных, – приказал Линк. – Нечего ублюдкам торчать на базе.
   Охранники отстегивали преступников от перекладины и бесцеремонно выгоняли их на улицу. По инерции заключенные пробегали несколько метров вперед. Чтобы согреться, люди сбились в кучу и плотно прижались друг к другу.
   Андрей с трудом поднялся на ноги и, покачиваясь, побрел к выходу. Один из надзирателей сильно толкнул юношу в спину. Колени у подростка подкосились, и Волков рухнул на металлический скат. Самостоятельно встать пленник не сумел. Чей-то ботинок больно ударил Андрея в бок. Юноша тихо застонал и оперся на локти.
   – Чего разинули рты, болваны, – обратился к каторжникам Ордент. – Двое последних, живо сюда!
   Гремя цепями, осужденные двинулись к гиганту. С маорцем лучше не спорить.
   – Взяли мальчишку под руки и понесли! – распорядился Ярис. – И попробуйте только уронить…
   Преступники подхватили землянина и поволокли к остальным заключенным. Вскоре аланцы замерли. Волков осмотрелся по сторонам. Несколько двухэтажных каменных построек, три полукруглых ангара, квадратная посадочная площадка, колючая проволока по периметру и четыре наблюдательных вышки. На каждом сооружении охранник, скорострельная лазерная пушка и мощный прожектор. Покинуть лагерь незаметно абсолютно невозможно. Наверняка есть еще и скрытая от глаз система обнаружения. Подросток заметил на крышах зданий и столбах голографические камеры.
   Направив оружие на каторжников, солдаты застыли в тревожном ожидании. В случае бунта они без колебаний откроют огонь на поражение. Понимали это и осужденные. Природа тоже не настраивала на оптимистический лад. Пожелтевшая трава, голые, без листвы деревья, на небе серая унылая пелена облаков. В данной части планеты ранняя осень. Температура воздуха градусов пять-шесть тепла.
   В легких просторных робах преступники ужасно мерзли. Но хуже всех приходилось Андрею. Ведь на нем не было ни одежды, ни обуви. Ноги заиндевели, кожа посинела, тело била дрожь, зубы отчаянно стучали. Надзиратели в теплой униформе неторопливо пересчитывали преступников. Внезапно из-за туч вынырнул Сириус. Маленький белый шар, почти не согревающий Маору.
   – Вам чертовски повезло, – сказал Ордент. – В это время года здесь редко разъяснивает. Советую полюбоваться на наше скромное светило. Больше вы его никогда не увидите.
   Слова гиганта звучали зловеще. И самое страшное, что Ярис не язвил и не юродствовал. Мужчина с жесткой холодной бесстрастностью говорил правду. Задрав головы, заключенные взглянули на бледный диск. Жалкое, убогое подобие аланского Сириуса. На родной планете даже в далеких от экватора районах звезда значительно крупнее. Волков же с ностальгической тоской вспоминал Солнце. Оно гораздо ласковее и добрее могущественного собрата.
   Налетевший порыв ветра вернул каторжников в суровую реальность. Облака снова затянули небо. Вокруг все потемнело. Словно по команде охранники начали строить осужденных в колонну по два. Через минуту группа зашагала к массивному двухэтажному дому. Шли преступники достаточно быстро, и землянин еле успевал перебирать ногами. Люди надеялись, что в здании будь хоть немного теплее.
   Помещение оказалось практически пустым. Лишь в центре стояло какое-то оборудование и зарешеченная просторная кабина. Возле нее неторопливо прохаживались два человека в синих полинявших комбинезонах. Судя по масляным пятнам на одежде, маорцы относились к техническому персоналу базы. Сотрудники Грейсона с интересом изучали заключенных.
   
Купить и читать книгу за 59 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать