Назад

Купить и читать книгу за 75 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Как любят россияне

   Эта книга о любви, в которой собраны письма о самом важном из человеческих чувств.
   Автор книги, Новелла Иванова, почти два десятилетия вела рубрику «Признание в любви» на страницах еженедельника «Семья». За это время в редакцию газеты пришло огромное количество признаний и откровений. Новелла Иванова оказалась в роли духовника, выслушивающего чужую исповедь, она собрала самые трогательные письма о любви и объединила их в книгу.
   Эта книга о каждом из нас – о первой любви, о сложностях взаимопонимания и радости быть любимым. В этих грустных и смешных, добрых и искренних историях каждый увидит свою собственную.


Новелла Иванова Как любят россияне

Слово к читателям

   Знаете ли вы, как любят в России? Я держу в руках мою новую книгу, которая называется «КАК ЛЮБЯТ РОССИЯНЕ?». Прочитав ее, вы найдете ответ на этот крайне важный для всех нас именно сегодня вопрос! Это моя четвертая книга, и у нее оказался самый долгий путь – почти два десятилетия! Столько лет жила рубрика. «Признание в любви», которую я вела на страницах еженедельника «Семья», где я работала. Задумав ее в те дни, когда рухнул привычный мир россиян и многие оказались на острове, имя которому ОДИНОЧЕСТВО, я рискнула пригласить читателей к разговору о самом светлом, святом и прекрасном даре человеческом – О ЛЮБВИ и встрече с нею. И сразу же нескончаемым потоком хлынули письма. Их пришло более трех тысяч, причем авторам было от 12 до 80 лет! Конечно, отобрать среди этого потока искренних исповедей те, что перед вами, было непросто. Я приношу извинения тем, чьи послания не вошли в эту книгу, хотя и были напечатаны в газете. Усомнившись в таком потоке исповедальных писем, мой зарубежный коллега приехал в редакцию и, выбрав наугад 10 исповедей, прочитал их. Он был поражен тем, что россияне размышляют о счастливой и несчастливой любви в то время, когда людям не хватает самого необходимого: еды, одежды, жилья! А меня это ничуть не удивляло. Я родилась и выросла в России, где еще в стародавние времена в национальную генетическую память наших предков был заложен поистине великий дар – ДАР СОПЕРЕЖИВАНИЯ. Если я счастлив, я хочу поделиться счастьем со всеми! Если же совершил роковую ошибку, познал беду, я спешу предостеречь других, даже незнакомых, чтобы они избежали беды! Человеку не дано выбрать время, в котором он живет. Нам досталось НАШЕ ВРЕМЯ. Его ныне называют по-разному. Время распада СССР. Время олигархов. Время рыночных отношений. С телеэкрана нам постоянно внушают, что мы утратили былые моральные ценности: любовь, милосердие, доброту, – а вместо них в душах угнездились злоба, зависть, цинизм и равнодушие. Но вот как оценивают наше время сами россияне. «Я стал читать письма в этой замечательной рубрике и был сражен их чистотой и искренностью, – написал из Архангельска авиатехник Сергей Ярыгин, – люди не пытались вывернуть любовь наизнанку, упростить ее, ссылаясь на наше тяжкое время. Они просто рассказывали о том, что еще, слава богу, есть среди нас люди, сохранившие веру в самую могущественную силу на свете – ЛЮБОВЬ. Этим исповедям веришь, и потому я доверил вам то, что очень дорого мне и дорогой мне женщине». Кто-то, может быть, сочтет несовременным описание подвигов во имя любви. Ну а я поразилась тому, как точно названо то, что объединило и сделало единомышленниками всех тех, кто в минувшие годы слал в рубрику «Признание в любви» письма о самом сокровенном. О мечтах встретить любовь. О разочаровании в любимом. О счастье разделенной любви и горечи предательства. О тоске по любви и наказании одиночеством. О любви запретной, тайной и любви последней, наполненной светом и радостью. И, читая эти письма, я торжествовала: нет, не убита житейскими невзгодами душа моих дорогих соотечественников! И вовсе не случайно в дни крушения и развала Отечества хлынули потоком исповеди, потрясающие своей правдивостью, силой чувств и жаждой подвига во имя любви. Мужчины, женщины, старики и подростки обнажали сердце свое, бестрепетно несли на суд людской свои прекрасные и не очень-то красивые поступки и мысли только потому, что они все верили в главное предназначение человеческого сердца – дарить веру, надежду и любовь! Неожиданно для себя я оказалась в роли духовника. «Пишу именно вам, потому что нет у меня рассказывали о том, что еще, слава богу, есть среди нас люди, сохранившие веру в самую могущественную силу на свете – ЛЮБОВЬ. Этим исповедям веришь, и потому я доверил вам то, что очень дорого мне и дорогой мне женщине». Кто-то, может быть, сочтет несовременным описание подвигов во имя любви. Ну а я поразилась тому, как точно названо то, что объединило и сделало единомышленниками всех тех, кто в минувшие годы слал в рубрику «Признание в любви» письма о самом сокровенном. О мечтах встретить любовь. О разочаровании в любимом. О счастье разделенной любви и горечи предательства. О тоске по любви и наказании одиночеством. О любви запретной, тайной и любви последней, наполненной светом и радостью. И, читая эти письма, я торжествовала: нет, не убита житейскими невзгодами душа моих дорогих соотечественников! И вовсе не случайно в дни крушения и развала Отечества хлынули потоком исповеди, потрясающие своей правдивостью, силой чувств и жаждой подвига во имя любви. Мужчины, женщины, старики и подростки обнажали сердце свое, бестрепетно несли на суд людской свои прекрасные и не очень-то красивые поступки и мысли только потому, что они все верили в главное предназначение человеческого сердца – дарить веру, надежду и любовь! Неожиданно для себя я оказалась в роли духовника. «Пишу именно вам, потому что нет у меня духовника, который мог бы помочь мне обрести утраченный душевный покой, несмотря на видимое благополучие в моем доме», – написала 28-летняя Кристина из Астрахани, которая узнала, что ее предал любимый. А Ольга из Вологды ей вторила: «Только с вами могу поделиться самым сокровенным. Родные отрицают, что есть любовь, ради которой можно круто изменить жизнь. Меня убедили, что в семье любовь вовсе не главное, и я рассталась с любимым человеком, который вошел в мою жизнь и украсил ее. Мы были с ним так счастливы! Теперь живу с мужем, а люблю другого, во сне шепчу его имя и тайно с ним встречаюсь. Да, я грешница, но готова за свою любовь заплатить смертными муками. Вот вам рассказываю, и на душе легче становится».
   Не знаю, что в подобных случаях испытывает церковный духовник. Я же с благодарностью принимала на себя боль и радость таких искренних признаний. И с каждым новым письмом во мне крепла уверенность, что нужно собрать эти исповеди и сделать книгу, которая, уверена, будет встречена с интересом, а главное, принесет пользу тем, кто утратил веру во Всепобеждающую Силу Любви. И, словно услышав мои мысли, 37-летний ученый из Санкт-Петербурга прислал письмо: «Исповеди о самом сокровенном, открытие души, эти признания любви нам сейчас нужны, как никогда прежде! Как воздух! Как вода! Чтобы выжить, не зачерстветь, не огрубеть от нашей повседневной жизни. Они вселяют веру, дают уверенность тем, кто уже отлюбил и кто переживает первую любовь. И, прочитав эти прекрасные, а главное, правдивые строки, люди начинают задумываться. Ведь есть же она, ЛЮБОВЬ! Надо только постараться чуточку измениться, погасить в себе дурные мысли и эгоизм. „Признание в любви“ – это открытый практический урок для тех, кто хочет любить, но не знает, как стать счастливым на всю жизнь!»
   И для меня это был повод вернуться к моему архиву с вашими поистине исповедальными письмами, которые я хранила все минувшие годы. Кого-то может удивить публикация давних писем. Но давайте задумаемся, почему именно в наше время есть серьезная необходимость в этом. За минувшие годы произошло так много перемен, которые во многом изменили условия жизни. Эра компьютера не сблизила нас, а, напротив, отдалила друг от друга. Многие часами беседуют не с близкими людьми, а с… машиной! Это еще полбеды. Куда страшней такое явление, как вещизм! Вы, наверное, заметили, что люди, особенно молодые, озабочены приобретением всевозможных разрекламированных товаров! Ах, как много соблазна в фирменных магазинах! Незаметно, шаг за шагом, мы погружаемся в этот мир вещизма. Но для подлинного счастья человека важны не вещи, а люди, которые нас любят и которых любим мы! Представьте на минуту, что ваш дом полон разных красивых вещей, но к вам никто никогда не приходит. И вы тоже не испытываете желания с кем-то побеседовать! Вещизм убивает душу человека. Кстати, это он повинен в том, что ныне светлое, возвышающее человека чувство любви все чаще заменяется его примитивной подделкой – бездумным сексом с кем попало! Вот почему именно теперь, сегодня важно напомнить человеку, независимо от того, молод он или стар, О САМОМ ВАЖНОМ ДЛЯ СЧАСТЛИВОЙ ЖИЗНИ – УМЕНИИ ЛЮБИТЬ ДУШОЙ И СЕРДЦЕМ. И потому я приглашаю вас на уроки любви, проверенные жизнью россиян всех возрастов!

Глава 1. Кто сказал, что мужчины любить не умеют?

   И в самом деле, отчего у многих такое убеждение, мол, только женщинам дано подняться до высот любви и только они способны на самоотверженную, беспредельную, безответную любовь? Думаю, это один из штампов, с которыми мы прожили долгие годы.
   Прочитав множество мужских признаний в любви, причем даже в стихотворной форме, адресованных женам, невестам, возлюбленным и детям, мне захотелось, справедливости ради, начать эту документальную повесть о любви именно с мужских писем. Мне очень хочется, чтобы люди наконец узнали, что они у нас есть – НАСТОЯЩИЕ МУЖЧИНЫ: сильные, добрые, верные, умные, нежные. Поверьте, таких куда больше, чем тех недотеп, алкашей, карьеристов и бабников, которые вот уже много лет кочуют по страницам печати и глядят на нас с киноэкранов.
   Задумывались ли вы над тем, как сегодня живется нашим мужчинам? Холостякам и женатым. Дедушкам и подросткам. Любимым и нелюбимым. Я, например, твердо убеждена, что в эту трудную пору нашей общественной, политической, экономической ломки под колеса истории угодили прежде всего они – наши мужья, братья, отцы, деды, возлюбленные, друзья и коллеги.
   Крах социалистической модели жизни, в которой прежде им, как и, впрочем, всем остальным, было уготовано какое-то твердо обозначенное место, в одночасье лишил многих профессии, которая не только кормила семью, но и была любимой. К ней человек шел порой всю жизнь! Так что же стало с мужской душой в такое трудное время? Не очерствела ли она от обид и унижений?
   Честно признаюсь, я была поражена, когда на мой призыв поговорить о любви пришло множество мужских писем. Да каких! Вот они перед вами…
Да святится имя твое!
   Не верьте тем, кто говорит, что нет больше Рыцарей Любви! Они есть, Рыцари Любви, пусть даже и не разделенной, но истинной и потому прекрасной. Побывайте в старинном провинциальном городке Калязине. Сюда часто наезжает из сибирской глубинки рыцарь, чтобы увидеть ту, которой он навсегда отдал свое сердце. Вот история его любви, которую он поведал.
   Это удивительный городок. Там в воде стоит древняя колокольня, о которой пишут стихи. О Калязине писали Паустовский, Лидин, Михаил Кольцов. А еще там есть чудесная ландышевая роща и уникальная библиотека, в которой всю жизнь проработала необыкновенная женщина. Моя любовь. Вернее, Моя Икона, Мое Божество.
   Много лет назад в Калязине был детский дом. Там жили я и мои друзья – Серега и Мишка. Директором дома был добрый и чуткий человек. Жили мы не очень сытно, но было детство, мечты и грезы. Однажды к нам с лекцией пришла молодая женщина. Ее звали Алла Алексеевна Туманова. Она рассказывала нам о том, как важно быть скромным, вежливым и деликатным. Она была прекрасна: черные как смоль косы, звездные глаза – теплые, полные ласки. И мы, пацаны, влюбились в нее. То была детская любовь, любовь-мечта, любовь-греза, когда «лишь солнце вокруг и ни одного поцелуя». Она приходила очень часто, и мы боролись за право сидеть рядом с ней, говорить с ней. Она учила нас мечтать, думать, любить небо, облака, ручьи, березы, птиц. Недалеко от Калязина, около станции Укладка, было болото. Она уверяла нас, что там живет заколдованная лягушка, и мы воображали себя Иван-царевичами и верили, что там еще живут русалки. Алла Алексеевна говорила нам, что без воображения человек не может жить, и цитировала своего любимого Паустовского: «СКАЗКА НУЖНА НЕ ТОЛЬКО ДЕТЯМ, НО И ВЗРОСЛЫМ. ОНА ВОЗБУЖДАЕТ ВОЛНЕНИЕ – ИСТОЧНИК ВЕЛИКИХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ СТРАСТЕЙ». Какие вечера мы проводили у нее дома! Ее мама, пением которой восторгался еще Шаляпин, умела нас вкусно угостить, а ее чуткий, умный муж-педагог разделял все наши восторги. Какие книги мы читали! Пушкин, Лермонтов, Фет, Тютчев, Блок…
   Алла Алексеевна писала стихи, и я никогда не слышал и больше никогда не услышу такого чтения! Мы были опьянены стихами, как колдовством, и знали, что есть высшие ценности: Бетховен, Баратынский, снег, улыбка, грезы, добро… Однажды я спросил у Аллы Алексеевны, какие ее любимые духи, и услышал: «Жар-птица!» Она так сказала, потому что таких духов не было! Она боялась, что мы потратим заработанные деньги на духи для нее (мы работали тогда в колхозе и заработали немножко денег). Но я все же поехал в Москву за «Жар-птицей». В детском доме начался переполох. Меня искали и высадили из поезда неподалеку от Калязина. Так я и не купил «Жар-птицу» своей царевне!
   Но ландыши, фиалки всегда весной лежали у ее крыльца. После окончания десятого класса я уехал в Сибирь – отыскалась дальняя родственница. В Новосибирске окончил техникум. Я – технарь! Все последующие годы не было дня, чтобы я не молился ей, моему Божеству!
   Я приезжал в Калязин и видел, что моя богиня становилась все прекраснее. Она научила меня любить музыку, поэзию. Научила не только брать, но и отдавать. До сих пор слышу ее слова: «Любовь к людям – цель, и надо к ней стремиться; уметь любить – значит все уметь!»
   …Спустя десять лет я приехал, пришел в библиотеку и увидел полный зал. Выступает она, моя любовь! Люди слушают ее, плачут и смеются. После нее говорил писатель Юрий Нагибин – вечер был в его честь. Он поцеловал руку Алле Алексеевне и сказал, что никогда не слышал такого выступления.
   Алла Алексеевна училась недолго в Театральном институте, и великая актриса Тарасова, с которой она состояла в переписке, утверждала, что в Алле погибла талантливая артистка.
   В последний мой приезд она прочитала такие свои строчки:
Мне для счастья очень мало надо:
Корка хлеба, кружка молока, —
Да вот это небо, эти облака.

   Она продолжала писать стихи, хотя уже была на пенсии и пережила гибель любимого мужа. Сын с семьей живет далеко. Я не могу и не хочу знать, что она на пенсии. Она и пенсия? Это несовместимо!
   Я всю жизнь искал человека хотя бы чуточку на нее похожего. Но, увы! Нет таких глаз, нет такой души – жаждущей, ищущей, справедливой. Нет такого золотого сердца. Приезжая в Калязин, целую землю, по которой она ходит, и повторяю: «Да святится ИМЯ ТВОЕ!» Мне ничего не надо от нее. Ничего! Живи, живи, на радость жизни и людям! Но я завидую всем, кто видит ее ежедневно, всем, кто говорит с ней. Я завидую людям, которые ей помогают, а она помогает всю жизнь многим бескорыстно. Я завидую цветам, которые растут около ее маленького домика по адресу Красноармейская, 16. Я очень хотел бы жить в Калязине. Но она запретила мне. Может быть, кому-то это покажется странным, даже невероятным. Но я твердо знаю – у любви нет возраста, и для меня Алла Алексеевна всегда молода!
   У нее много книг с дарственной надписью знаменитых писателей – Солоухина, Эренбурга, Леонова, Нагибина. Они приезжали в Калязин и преклонялись перед этой замечательной женщиной. И я счастлив своему выбору. Я никогда не женюсь. Я в добровольной неволе ее глаз, голоса, души, сердца.
   Поэт Волошин говорил, что «МОЛИТВА – ПРЯМОЕ ВНУШЕНИЕ». И я молюсь каждый вечер: Светлая, Сказочная, Необычная, дари свой свет людям долго-долго!
   И я снова собираюсь ехать к Ней. Может, зайду, нарвав ее любимых лесных цветов… или просто постою у ее дома…
   Вячеслав Стрельченко
Я восхищаюсь этим дедом
   У нас рядом живет семья. Они вместе прожили 50 лет. Им обоим по 70 лет исполнилось, и вырастили они трех сыновей. Да только не были они счастливы. Я часто хожу к ним по-соседски, и мне кажется, что муж не только не любит жену, он ее ненавидит. И все же живут! Что же их теперь связывает? Я постоянно хотела развязать этот узел, но дед неразговорчив, а жена его и вовсе лишнего не сболтнет!
   И вот однажды я зашла к ним за солью – у меня суп на плите, а дома соли не оказалось. Смотрю на деда, и не узнаю его – он весь так и светится радостью, будто выиграл миллион. Жены дома не было – ушла за пенсией. Дед дал соли, да не отпускает меня… «Соседка! Удели мне 20 минут, мне надо выговориться, так много на душе накопилось!» Я спешила, но его необычайный торжественный вид заставил меня остановиться и даже за стол присесть. Дед поставил на стол чайник с чашками, вазу с конфетами, варенье, и я услышала историю, которая меня потрясла.
   …Оказывается, он был когда-то женат и всю жизнь любил первую жену. А женился он еще во время войны, когда служил в армии и влюбился в Марусю. Сам он татарин, а влюбился в русскую девушку. Влюбился на всю жизнь, и они расписались, она дочку ему родила. И он привез голубоглазую, стройную, ненаглядную Марусю с дочкой в свою послевоенную, голодную татарскую деревню.
   Родители ее не приняли. Марусю свекровь замучила упреками да наставлениями. Та терпела, терпела, но однажды, не выдержав, схватила дочку в охапку и уехала на родину. Уехала с надеждой, что он поедет за ней. Но родители чуть ли не за руки его удержали, говорили: «Что тебе к чужим ехать, когда тут тебя уважают люди!»
   И впрямь, вскоре его избрали председателем сельсовета, и родители женили его на разведенной татарке. Один за другим родились трое мальчиков, и он подумал, что уже ничего нельзя изменить в своей судьбе.
   Как-то сел и письмо Марусе написал, рассказал про себя и спросил: «Как дочка?» Писал, что не забыл ее и дочку русскую, любит их и просит ответить. Да только напрасно ждал ответа. Он не знал, что письмо первой увидела дочка и спрятала его от матери: боялась, а вдруг она ее нового отца и сестер бросит и уедет к татарину?
   Маруся тоже вышла замуж, и у нее росли три девочки. Но он все ждал ответа и, не дождавшись, на весь мир обозлился, замкнулся. Жизнь текла своим чередом: однообразная, без любви, без мечты и ожидания чуда. С годами он стал молчаливым, безразличным ко всему, а больше всего озлобился на жену, которую ему навязали вместо голубоглазой Маруси.
   А год назад у Маруси умер муж, и дочь, к счастью, сохранила то письмо и отдала матери. Маруся побледнела, ей стало плохо. Она дрожащими руками открыла конверт, но не было сил прочитать, и дочка стала читать привет из далекого прошлого. Она читала, а мать плакала. Потом решила написать ответ по старому адресу. И написала, что НЕ ЗАБЫВАЛА ЕГО ВСЕ ЭТИ ГОДЫ МИНУВШИЕ, ВСПОМНИЛА ПРО ИХ ЛЮБОВЬ. Это письмо дед мне показал и сказал, что непременно поедет повидать свою Марусю! Но его вторая жена, тетя Мадина, сказала: «Если поедешь – сюда не возвращайся!»
   Дед ко мне пришел, на глазах слезы, просит меня, чтобы я уговорила тетю Мадину отпустить его только проститься с Марусей. Я пошла к соседке и сказала: «Отпусти его! Он вернется. Ему надо обязательно увидеть ее, и тогда его душа успокоится, и он умрет со спокойной душой!» И тетя Мадина тогда пошла в магазин и купила для Маруси отрез на платье, платок, гостинец и проводила деда.
   Спустя неделю он явился, и я его не узнала – так он помолодел. Он привез мне шарфик в подарок и сказал: «СПАСИБО, ДОЧКА, ЧТО ПОМОГЛА МНЕ УВИДЕТЬ МАРУСЮ. Я ЗАНОВО РОДИЛСЯ! ОКАЗЫВАЕТСЯ, Я ВСЕ ЭТИ ГОДЫ НЕ ЖИЛ, А СУЩЕСТВОВАЛ. Я дремал все эти 50 лет и только неделю, как проснулся от долгого сна. Я решил – поеду к Марусе жить. Я должен быть рядом с нею. Мне ничего не нужно – ни эта квартира, ни эти ковры, да и денег не возьму, что копил всю жизнь! Я это оставляю Мадине. В молодости я совершил страшную ошибку, но ошибку не поздно еще исправить. Я оказался однолюб. Любил Марусю и буду любить до конца жизни только ее. Дети мои уже взрослые – должны меня понять. Если надо, я им помогу…» Он сказал: «Прости меня, Мадина. Я ничего не могу с собой поделать. Теперь тебе со мной еще труднее будет жить!»
   Собрал он свой маленький чемоданчик и уехал. Я плакала, не могла удержаться, а у тети Мадины было спокойное лицо. Она перенесла это легко, будто ей было все равно, где он будет жить, здесь или еще где-то. А через несколько недель я получила письмо от деда. Большой привет слал и приглашал в гости.
   Вот такая история, поучительная, интересная и какая-то сказочная. Я восхищаюсь этим дедом! Оказывается, в наши дни есть еще однолюбы. И есть она, святая любовь, для которой нет на свете преград.
   Ольга, г. Набережные Челны
Кроссы во имя любви
   Признание в любви… Как мы его ждем, хотя давно все понятно и без слов. Люблю ли я? Ну конечно люблю! Сколько бессонных ночей мы проводим, обдумывая, как произнести это чудесное слово. И сколько из-за него мучений! А все выходит так просто и обыкновенно, как будто было давным-давно предопределено. Вот только почему-то сердце не слушается: колотится, колотится в груди, и с каждой минутой все громче и громче, даже сейчас, когда вспоминаю тот день, ставший почему-то семейным праздником. В тот день я точно так же, как в первый раз, произношу женушке одну сокровенную фразу, перевернувшую тогда всю мою жизнь…
   Это была ЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА. Но как я мог признаться ей? Я даже боялся думать о признании! И только через мучительные, но счастливые полтора года я ПРИЗНАЛСЯ. Да, это было мучительное время. Встречаться – и не выдавать своего чувства, нежно разговаривать с ней – и не обмолвиться о самом главном, бессонными ночами посвящать ей стихи, думать, мечтать – и терзаться подозрением: неужели она не догадывается? Но вся беда в том, что она как-то все же догадывалась, не показывая этого.
   Ну и глупыми мы были! Любили друг друга, а виду не показывали! Да, она меня любила, но как я мог об этом догадаться? Сколько раз я получал от ворот поворот!
   Ну скажите, как бы вы себя чувствовали, если каждый день рано утром тайком из воинской части совершали «легкую пробежку» в два с половиной километра до ее дома, чтобы две минуты под окном насвистывать любимый ее мотив, надеяться, что она выглянет в окошко? Моя любимая не спала, она преспокойно собиралась на работу, а я пулей летел обратно в часть, дабы вернуться до общего подъема! Если бы эти кроссы продолжались не только полтора года, а дольше, то я бы стал не только чемпионом по скоростному бегу и прыжкам в высоту (точнее сказать – через каменные заборы), но и неуловимым Штирлицем! Уже тогда я овладел навыками бесшумно скрываться и незаметно появляться, маскируясь под спортсмена-любителя, и считать из укрытия с компьютерной точностью 5–8 часов подряд все проходящие автобусы, на которых могла приехать моя «дачница», а потом, увидев ее, подходил и ненароком бросал: «А я только что подъехал, так кстати!»
   Но были и разоблачения. Надо же было повиснуть на дереве у ее дачи пред лицами ее недоумевающих родителей и краснеть от стыда, и все из-за того, что ветка, на которой я устроился, сломалась с таким грохотом и выдала мой тайный пункт наблюдения за любимой! А как я потом усердно махал лопатой! Это заметили все, кроме Радости моего сердца! Она спокойно ходила от куста к кусту и ножницами приводила их в порядок, меня совсем не замечая. А каково мне было ремонтировать дореволюционный граммофон, в котором я, увы, не разбираюсь, или вылавливать коромыслом ускользающее ведро из колодца, который прежде видел только на картинках! И ЭТО ВСЕ Я ДЕЛАЛ ВО ИМЯ ЛЮБВИ! Но почему-то это мою возлюбленную не восхищало! А над моими стихами – вернее, орфографическими ошибками в них – она смеялась очень мило. Конечно, она не знала, чего мне, недавно овладевшему русским языком, стоили эти стихотворные строки!
   И если мои стихи ее смешили, то мои рисунки ее явно обижали. Ну что поделаешь, если так хочется нарисовать любимую, а ты это не умеешь? А фотографию у нее попросить почему-то язык не поворачивается. Зато потом у меня их столько было! Правда, я делал их из своего укрытия, а значит, тайком. Я даже научился прилично фотографировать. ВЕРНО ГОВОРЯТ: «ПОЛЮБИШЬ – ВСЕМУ НАУЧИШЬСЯ». Даже не верится, что такое бывает. И не верится, что я уже глава семьи и даже уже папочка и возле меня барахтается наша крошечная дочка, которая всегда хвостиком за нами ходит и торжествует, если ей удается на пути найти трофей – мамину шпильку!
   И можно было бы на этом закончить повествование о любви, которая не только выдержала полтора года испытаний, но так закалилась и окрепла, что ее хватит на наших внуков, правнуков и праправнуков, если не вспомнить самое главное – ПРИЗНАНИЕ В ЛЮБВИ. Вот та фраза, которая перевернула нашу жизнь: «А я не могу без тебя… Я… люблю тебя!» Да, я не могу жить без нее, без моей Анечки, потому что я так люблю, что и не передать словами!
   Роман Курбатов, г. Владивосток
Нам предстоит пройти трудной дорогой возрождения
   Я преклоняюсь перед любовью и убежден, что мы живем, работаем, познаем мир благодаря Любви и во имя Любви. Ради нее мы творим добрые дела.
   И сегодня задача – сберечь ее, потому что несовершенство нашего мира сегодня привело к трагедии: многие люди озлобились и заменили любовь ненавистью. Они копят ее, забыв, что только любовь способна создавать, а ненависть все разрушает. Вспомним трудные военные годы, когда, казалось бы, народ был на грани гибели. Но мы ненавидели врага, а всех остальных – без разбора, татарин ли он, русский, калмык, грузин, еврей – МЫ ЛЮБИЛИ! И это дало нам силы победить врага. Вот я и думаю, что настало время ВОЗРОЖДЕНИЯ ЛЮБВИ.
   Да, всякое было. И есть. И души, отравленные догмой. И просто верноподданные души. И подлецы. И праведники. И чумовые чудаки, что сто раз на дню мастерят икаровы крылья. И все же не нам ли, бывшим и прозревшим, в первую очередь выпала светлая доля помочь подняться с колен Отчизне? Ибо не все в нас пущено по ветру и разорено, хоть что-то осталось и бьется и ждет приложения к делу.
   Не верьте иным скудоумным, завистливым, косноязычным, всем, бывшим с нами в час осознания себя и прорыва из мрака к свету. И моему поколению присущ моцартианский дух созидания жизни и любви.
   И на этом святом пути чувство к Женщине, может статься, было, есть и будет самой неистребимой и светоносной силой на свете.
   Я еще на пути к ней. Ее покуда нет рядом, лишь смутное предчувствие, ибо не все, должно быть, во мне самом устремлено на созидание. Судьба словно взвешивает на незримых весах своих – стоишь ли ты того? ИБО ЛЮБОВЬ НЕ ПРИОБРЕТЕННОЕ ПО СЛУЧАЮ, А ДАР СВЫШЕ. И заслужить его дано не всякому – чтобы ни в чем не было стыдно за себя, будь то владение ремеслом, будь то твоя каждая прожитая минута. А если так – верь всякий одинокий, что и тебе Любовь явит тебе свой лик… Сбудется!
   Владимир Толоковский, г. Пермь
Я любви и, значит, живу!
   Каждый человек мечтает найти свою половинку, каждый мечтает любить и быть любимым, каждый ищет свое счастье и каждый верит в любовь.
   Разочарование приходит позднее, когда на поставленные жизнью вопросы нельзя найти ответ. Это происходит из-за нашего «я», когда порою думаем о себе или когда выдаем желаемое за действительное. Я воспитывался, формировал свои взгляды далеко от родного дома. Те люди, которые были рядом, научили меня понимать прекрасное, гореть не «дровами», а «свечкою», как Пушкин, Оскар Уайльд, Пастернак, Галич, Ахматова, и это далеко не полный перечень тех, кого впитала моя душа. Не подумайте, что это пишет слабенький очкарик или замкнутый в себе человек. Я мечтал любить и искал свою единственную. В шумных компаниях, на дискотеках – везде, где бывал, я ее искал. Но увы!.. Бывало, увлекался, но быстро остывал. У одних было много фальши, другие были просто пустышками. Друзья женились, делились впечатлениями. Вывод: 90 процентов людей перестали верить в любовь и женились, пять процентов – «по залетам»: девушка забеременела, 4 процента женились по совету родителей и только 1 процент опрошенных утверждал, что женились по любви. Из 29 парней моей группы – а учился я в военном училище, – 24 были женаты. Поневоле у меня возникло чувство своей неполноценности. Я задавал себе вопрос: а не много ли я хочу от жизни? НО ВЕРИЛ В ЛЮБОВЬ И ЖДАЛ, хотя уже во многом разочаровался. За полгода до выпуска в совершенно чужом городе я познакомился с одной девушкой. Она мне очень понравилась, наши взгляды во многом были схожи. Я решил, что нашел ее, и дал слово, что женюсь. Об этом я сообщил родителям, и они очень обрадовались. День регистрации брака был назначен на 14 июля. Я писал ей нежные письма, часто звонил и думал, как все в жизни просто. Но я ошибался… 9 июня, ровно за месяц до выпуска, я был в городе и позвонил своей будущей жене, поговорил с ней о пустяках. Настроение было обычное, временем я располагал, но решил не расслабляться, а вернуться в общежитие. И вот на остановке троллейбуса я встретил свою Судьбу!
   …Во мне что-то перевернулось. В тесном троллейбусе мы стояли рядом, я не мог оторвать от нее взгляда, хотя понимал, что это неприлично. Я не понимал, что со мной происходит. На нужной остановке я не вышел, решил остаться с ней и узнать, где она живет. Я вел себя как безрассудный мальчишка. Она вышла, и я за ней. Мы шли одни по тенистой аллее. Я решил познакомиться. Первые ее слова, взгляд пленили меня навсегда. Я понял, что влюбился на всю жизнь. Мы гуляли по парку, я читал стихи. Все было по-настоящему, без фальши, я был самим собой. Сердце громко стучало и дрожало, а душа пела! Я любил!
   Время моего короткого отпуска давно кончилось. А у нас за это по головке не погладят. Но я об этом ни минуты не думал. ОНА БЫЛА РЯДОМ, И ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ БЫЛО СУЕТОЙ. Потом были другие свидания, слова любви. Я ждал ее иногда часами. Я забросил учебу, все курсовые и государственные экзамены сдавал без подготовки. Из-за этого я потерял красный диплом. Я жил! Я любил! Я летал! И понял, что, если она будет рядом, я смогу совершить что-то необыкновенное. Ведь все прекрасное на земле появилось из-за любви к женщине!
   МЫ ПОНИМАЛИ ДРУГ ДРУГА С ПОЛУСЛОВА, ОНА ЛЮБИЛА МЕНЯ. Но не подумайте, что все было так гладко. И не пытайтесь осуждать. Она была замужем, и у нее была дочь. Я объяснялся ей в любви каждый день, просил, умолял быть со мной, даже плакал, как ребенок. Она отдавала мне всю себя, но я понял, что близость людей – это не только удовлетворение физических потребностей. Я уговаривал ее развестись с мужем, я бы удочерил ее ребенка, и не надо никаких алиментов. Все было напрасно. Мне оставалось одно – ждать. За этот месяц я трижды был готов оставить этот мир. Не подумайте, что я слабак. Раньше я таких осуждал, презирал, а теперь – наоборот! Поверьте, без нее моя жизнь пуста и никчемна.
   Еще одно мучило меня – данное мною слово. Перед данными словами я беззащитен, хотя моя совесть была чиста. Я не лишил девушку чести. И вот выпуск… Если бы вы знали, как тяжело мне было уезжать! Уезжать от любимой к той, которая должна была стать моей женой! Где-то в глубине души я понимал, что поступаю нечестно. Ведь я делал попытку разрушить чужую семью!
   Я уехал, но жениться так и не смог. Не смог предать своего чувства к ней. Зато лишился ЧЕСТИ. А честь превыше всего. Значит, я не достоин жить! За свой 21 год я ни разу не бросал слова на ветер, ни разу не совершил недостойного поступка. Поверьте, я говорю искренне. Первый отпуск прошел как в бреду. Родители не могли понять меня, а я ничего не пытался им объяснить. Потом уехал служить Родине далеко за ее пределы. Я жду. Я верю. Я люблю. МОЙ МИР ВО МНОГОМ ИЗМЕНИЛСЯ, МОЯ ЛЮБОВЬ ОТКРЫЛА МНЕ ИНЫЕ КРАСКИ ЖИЗНИ, О КОТОРЫХ Я НЕ ПОДОЗРЕВАЛ. Душа стонала и плакала, я тосковал и не находил себе места.
   Командировка полгода спустя. Встреча, безумный порыв чувств. Мне казалось, что она не сможет уехать от меня. Ведь знаю – снова пережить разлуку не могу. Но она уехала, и я ничего не мог поделать. В аэропорту я проводил ее до трапа самолета. Она повернулась и помахала рукой. Она улетала, и я понял, что жить больше незачем. Я поехал домой к маме. Хотел повидать своих родных, а потом… Мое состояние было ужасное.
   Бабушка дала совет – креститься, тогда душе будет спокойнее. Мне было все равно. Когда принял веру, было ощущение, что моя душа – комната, из которой вынесли все. Моя мама очень любит меня и желает мне добра.
   Я решил, что стану для нее таким, каким она хочет меня видеть. Она раньше мечтала познакомить меня с дочками своих подруг. Я всегда отказывался. А теперь мне было все равно. Все было как во сне. Вечером познакомился, на второй день «узнали» друг друга, на третий день я осознал, что хотят от меня. Сделал предложение на четвертый день и уехал к месту службы.
   Я рассказал любимой все, и она пожелала мне счастья. Только просила писать ей, так как без меня ее жизнь тоже пуста. Я женился: мама добилась своего. Месяц прожил с женой – ни полета души, ни вдохновения. Простая жизнь простого обывателя. Снова командировка – и снова встреча с любимой, и я понял, что любить другую я не смогу никогда. Развелся, к изумлению родителей, а своей бывшей жене я дал право говорить обо мне все что угодно. Родители жены – влиятельные люди, и для них это было как гром среди ясного неба.
   Мне 23 года. У меня все есть: хорошая работа, образование, здоровье, да и внешностью природа меня не обидела, материально я независим. Как буду жить, не знаю! Раз в году буду встречаться с любимым человеком, а остальное время буду ждать встречи. Я ЛЮБЛЮ – ЗНАЧИТ Я ЖИВУ! Таких, как я, очень много. Понятие «верность», «честь», «любовь» для меня святы. Не надо осуждать моих современников за то, что они, как и я, любят тайно. Это очень обидно и больно.
   Сергей, г. Петропавловск
Мой муж подарил мне крылья
   Каждое утро, проснувшись, я лежу, не размыкая век, и улыбаюсь. Улыбаюсь благодушно и счастливо. Улыбаюсь от того, что начинается новый день, солнечный или пасмурный, веселый или грустный, заботливый или ленивый.
   Сколько их было? Боже мой! Двенадцать тысяч семьсот семьдесят пять! Помню ли я их все? Нет, не помню. Одни выпадали из памяти совсем, будто их не было вовсе. Другие сложились в месяцы, годы. Но есть дни, которые и до сей поры как болезненные уколы: вспомнишь – передернешься. Это мои черные дни, месяцы, годы.
   Но сегодня я улыбаюсь, спрашиваю: «А что принесешь ты мне, наступившее утро? Наверняка счастье! Почему? Да потому, что в этот день Я УВИЖУ ТЕБЯ, ЧЕЛОВЕКА ИЗ СТРАНЫ ДОБРА И ЛЮБВИ – страны Грина, моего любимого писателя».
   Знает ли кто, как мы на воздушном шаре влюбленности отправляемся в эту спасительную страну, где нет места неискренности, недоверию – в общем, всему тому, что начинается с отрицания?
   Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Это то, что делает меня счастливой. Или этого мало? Разве мало того, что руки твои дают мне ощущение тепла твоей души, твоего стремления согреть меня?
   А без тебя? Без тебя мне холодно. Я иду на кухню, кипячу чай, наливаю в стакан. Чай обжигает губы, но не согревает душу. Чем ты занят сейчас, любимый? Может, как Грей, герой повести Грина, придумываешь свои «Алые паруса»? Сегодня мы опять будем вместе, и я попробую заглянуть в наше Будущее твоими глазами.
   Эти строки я адресовала своему мужу семнадцать лет тому назад – тогда мы еще только-только познакомились. Он приехал в наш город – не заладилась личная жизнь в столице – и стал работать в газете, где от случая к случаю появлялись мои стихи, отзывы на книжные новинки. Заинтересовался: кто я и что я? А я, в общем-то, человек, которого судьба постоянно наказывала. В пятилетнем возрасте – полиомиелит, полная неподвижность. К семи годам на училась ходить с посторонней помощью: упаду – не поднимусь сама, как, впрочем, и сейчас. Когда ноги почувствовали уверенность, мне посоветовали сделать операцию. Увы, она была неудачной. В 14 лет заново училась ходить. Преодоление самой себя давалось нелегко. Окончила институт, но не заочно, как ожидали от калеки, а вместе с другими, здоровыми. В целом, если многое опустить, мне везло на людскую доброту, иначе я была бы НИКЕМ. Но я двенадцать лет преподавала в школе – папа возил на машине. В 1976 году он умер. В этом же году я сломала ногу – мою главную опору. Перелом ноги, смерть папы – и я оказалась в четырех стенах навсегда. Если бы не телефонный звонок – начало моему будущему счастью. Тогда я впервые услышала ЕГО голос. Он сказал, что давно собирался позвонить. Мы встретились. Его потрясло, что, несмотря на свои больные ноги, я не нытик, а оптимист. А меня поразила его эрудиция. За плечами Институт стали и сплавов и журфак МГУ. Он – поэт, писатель, журналист, и все в одном лице. В газете его зовут «ходячая энциклопедия». «Несносный, неуживчивый характер», – говорят про него. А для меня – нежнее, добрее, заботливее, чем он, нет человека на свете!
   Летней порой (зимой я не выхожу из дома) утром мы до начала его работы гуляем. А еще в это время года он устраивает мне путешествие на теплоходе по реке от Уфы до Астрахани или до Москвы, где живет его мама, Александра Григорьевна, человек удивительной доброты и щедрости. Поклон ей от меня низкий за то, что благословила наш союз и принимает меня, как родную дочь. Да, благодаря мужу я увидела свет! А ведь я на ступеньку без его руки подняться не могу, хожу медленно, трудно, с остановками. Надо видеть, как он оберегает меня в пути! Бог не дал мне детей. Сын мужа – наша общая гордость, радость и, если хотите, смысл существования. На все, что выходит из-под нашего пера, мы глядим сначала его глазами: он у нас – самый справедливый критик. Вот так и живем. КАЖДОЕ УТРО Я ПРОСЫПАЮСЬ И СЛЫШУ: «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!»
   Я – счастливая женщина. Судьба погубила мои ноги, а муж подарил крылья!
   Зимина Н. Н., Башкирия, г. Белорецк

Глава 2. Что вы вспоминаете о своей первой любви?

   Приходилось ли вам рассказывать о своей первой любви своим детям, внукам? Расскажите, и вы почувствуете, как станете намного ближе друг к другу!
   Первая школьная любовь… Сколько же я тогда перечитала рассказов и стихотворений о любви! Не знаю, как ныне, а в прежние годы хорошая литература формировала вкус и обучала умению держать марку человека знающего, много умеющего, а потому лидирующего в компаниях! Читая исповеди наших внуков о том, чем увлекаются они, когда покупают книгу, вижу большую разницу. Интересы, конечно, во многом изменились. Но самое печальное, что в основном наше молодое поколение сидит в Интернете, даже малыши. Они реже теперь слышат сказки, которые рассказывают родители и бабушки. Сегодня нечасто можно увидеть малых ребятишек, которые придумывают сказки и играют в них.
   Что же касается первой любви, то тут перемены серьезные. Хотя в почте много мужских радостных писем, но, увы, в большинстве случаев битву за любовь ныне активно ведут женщины. Их размышления на эту тему убеждают в том, что наши молодые, да и не только молодые, женщины мудро и умело выполняют те непростые задачи генетического рода, которые им подкидывает жизнь. Давайте задумаемся, как велика ответственность первой любви для будущего человека! Читала письма и думала – первая любовь может повлиять на судьбу человека и сделать его счастливым с первых минут и до последних. А может обрушить на него весь негатив, накопленный за годы, – и тогда человеку кажется, что жизнь у него прошла впустую, а сам он никому не нужен.
Мой восторг омыт слезами…
   В 17 лет я мечтала рассказать всему свету о своей первой и единственной любви. Так хотелось поделиться своими чувствами, буквально переполнявшими меня. И я делилась, рассказывала всем знакомым и случайным людям, с кем приходилось встречаться. Хотелось говорить и говорить о своей чудо-любви, хотелось, чтобы было кому-то хоть чуточку теплее от огня моей радости, счастья. И если бы случилось это письмо написать четыре года назад, то моим восторгам не хватило бы восклицательных знаков. Увы, жизнь оказалась такой, что восторги мои были омыты слезами.
   …Жила-была девчонка. Читала книжки о любви, смотрела кино про любовь. Создала себе идеальный образ любимого, которого встретит обязательно. Я ждала его, своего принца, своего единственного, ненаглядного. И он пришел! На двадцатом году моей жизни.
   Увидела его на танцах (тогда были танцы, а не дискотека, так как против таких знакомств была моя классная дама в годы учебы в педучилище). Стоя у стенки, подняла глаза. ОН!!! Вся кровь прилила к щекам, сердце провалилось куда-то, исчезло в сладком угаре, а в висках: «ОН! ОН! ОН!» (Люди, милые, не верьте, что нет любви с первого взгляда и до последнего вздоха. Она есть!) Пригласил танцевать – и исчез весь мир, остался только он. Оказывается, среди огромной массы людей можно видеть одно лицо и слышать только один голос! Проводил до дома и попытался поцеловать. Я увернулась, и он уткнулся носом в мою шапку.
   По книжкам и кино знала: сразу полез с поцелуями – значит несерьезно, значит знакомство на вечерок. Сердце упало снова, но уже безнадежно, тоскливо – все, продолжения не будет. Вскоре я должна была уезжать учиться в другой город. Он проводил до автобуса и опять стремился поцеловать, и я, гордячка, не позволившая бы этого никогда, вот так, с ходу, схитрила, сказала: «В щечку!» Он засмеялся и чмокнул в щечку. (До сих пор разливается колокольчиком его смех, когда вспоминается этот первый поцелуй.) Я уехала доучиваться, мучительно страдая по нему, ждала от него письма и надеялась на встречу. А он забыл, просто-напросто выбросил из головы. Для него я была «очередная девчонка». А меня любовь безответная терзала. В любой мужской походке искала его походку, приезжая на выходные домой (он жил в моем родном городе), я не сводила глаз с его дома. Увы, он не обращал внимания, когда я появлялась на танцах, не видел меня, не замечал. Эти мучения длились семь месяцев: я, зная, что ему скоро в армию идти служить, страдала – значит, всему конец?
   И вот за 10 дней до отправки он подошел ко мне на танцах во второй раз. Как хотелось прогнать его, но СЕРДЦЕ ПОДСКАЗЫВАЛО: НЕ ИГРАЙ С СУДЬБОЙ, ПРОГОНИШЬ – БУДЕШЬ МУЧИТЬСЯ ВСЮ ЖИЗНЬ. Не прогнала. Провожая в армию, видела, что еще не любит. И два года ждала, верила, что полюбит. Мучилась, радовалась, сомневалась, но ждала. И сбылось. Он привез полный чемодан моих писем, а я сохранила столько же его. Приехал совсем другим – влюбленным, моим! Он признался, что полюбил меня только в армии, что не мог жить без моих писем и что роднее меня нет никого. Родителям перед отъездом из армии написал, что приедет с женой. Те перепугались, но, увидев, что идет с чемоданом, а рядом местная девчонка, успокоились – не успел он жениться!
   Я уже трудилась в своем городе, отработав обязательные два года в сельской школе, и он сразу сделал мне предложение. У него сестренка с женихом уже подали заявление, и в семье готовились к свадьбе. Пришлось ждать три месяца, ежедневно после работы он летел ко мне, мы часами говорили, читали книжки (я готовилась к сессии, потому что я уже поступила в пединститут на заочное отделение), целовались или просто молчали. А в шесть утра он бежал сразу на работу. Я стыдилась родителей, соседей, которые не только думали о нас «плохое», но и говорили. Мне это «плохое» не дозволяло воспитание, и он берег меня. Наконец, сыграли свадьбу. Он полностью отвечает моему идеалу – черноглазый, высокий, умный, добрый, непьющий, заботливый и работящий. Было полное доверие и взаимопонимание. И вдруг – трагедия! Он попал в аварию на мотоцикле. Как я не хотела, чтобы он покупал этот мотоцикл, словно предчувствовала, что будет беда.
   Почернел весь мир для меня, я никого не видела, не слышала. Восемь дней и ночей не смыкала глаз у его постели, слушая каждый вздох. Я не верила в его смерть, потому что знала, что не буду жить, если не станет его, хотя у нас уже росли две дочки. Верила в любовь, в ее Божественную силу и нашла в себе силы помочь врачам выходить его. И любимый выжил, пролежав два месяца в больнице.
   Как-то мы обсуждали с подружкой: в чем смысл жизни? Ответила: «В НЕМ, В ЛЮБИМОМ, ЕДИНСТВЕННОМ!» Как? А дети? А работа? И все-таки в нем, потому что если есть он, то все будет прекрасно. И в работе, и с детьми. Он – надежда и опора. Он – лучшая подружка. Он – глубокий тыл. Он – дом и уют. Для всей родни и знакомых был примером для подражания, а теща называла его «мой золотой зять».
   Родился сын, нам этого очень хотелось! Я мечтала подарить ему сына, кто из мужчин не мечтает о сыне, хотя рисковала жизнью. У меня развилась гипертония. И еще – резус-фактор отрицательный, а ребенок уже третий. Все обошлось, и радости не было предела! На всех свадьбах, куда нас приглашали, я от всего сердца желала молодоженам: «Живите, как мы!» Для меня это был эталон счастья. Казалось, никто в мире не живет лучше нас. Хотелось, чтобы было как можно больше таких семей. Ведь сколько их, несчастливых! Мы справили 17-летний юбилей совместной жизни.
   И вдруг – гром среди ясного неба! Пресловутый треугольник. Я думала, что наша любовь застрахована на всю жизнь. Но ненадежной оказалась эта страховка, непрочной, и для меня смерть и измена имели одно лицо. Неожиданно, коварно я получила удар в спину. Господи, какая это была боль! Увлекся, думал, что полюбил во второй раз… другую, молодую. И все рассказал мне. Какую ошибку мы допустили: он рассказывал, я слушала, так ведь у нас было всегда – делиться всем, что есть на душе.
   Моя подружка ходила со мной в лес, чтобы никто не слышал моих страшных стенаний. Я хоронила свою любовь, а без этой любви, хотя у меня были детки, жизнь казалась ненужной. Понять мои адские муки может только тот, кто сам пережил подобное.
   И ВСЕ-ТАКИ МОЯ ЛЮБОВЬ ПОБЕДИЛА! Немалую роль в этой победе сыграла «Семья», письма тех, кто в рубрике «Признание в любви» рассказал о такой же ситуации. Жаль, что прежде я их не прочитала, тогда бы могла избежать многих терзаний и ошибок. Оказывается, были ошибки и у меня в моей безоблачной влюбленности! Я читала мудрые советы тех, кто прошел такое испытание, и многое пересмотрела в своей жизни.
   И вот уже прошло четыре года, и нынешней весной исполнилось 22 года нашему счастливому супружеству. Мне 43 года, мужу на год меньше, и мы уже бабушка с дедушкой. НАША ЛЮБОВЬ СТАЛА ЕЩЕ КРЕПЧЕ И СЛАЩЕ, и я думаю – неужто после испытаний и боли любовь становится такой пронзительной, чудесной? Я теперь знаю твердо: если ЛЮБОВЬ пришла в наш дом, она поможет справиться с любой бедой, ведь любовь истинная, святая все осилит. Но, люди, дорогие мои и хорошие, помните, что надо беречь любовь от ОДНООБРАЗИЯ И ИЗЛИШНЕГО СПОКОЙСТВИЯ. А то, неровен час, «мутная вода» просочится в дом и унесет, как щепочку, любовь в необозримое море чужой жизни. Попробуй тогда отыскать ее!
   Так берегите же свою любовь те, кого она посетила. Боготворите ее, у кого есть эта благодать!
   Любовь Д., Челябинская область
Скажите мне, как приходит любовь?
   Последние годы задаю вопрос и ищу ответ на него: как приходит любовь? Как происходят те внутренние превращения, когда эта накопившаяся мощная энергия чувств неудержимо прорывается наружу, одарив тебя счастьем и радостью, принося также, увы, боль и страдания?
   Мне 50 лет. Рано пришлось начать трудиться – семья была большая. Отец погиб в войну, и за все хорошее в воспитании нас мы благодарны нашей маме, ее душевной щедрости, ее трудолюбию, ее заботливым милым рукам. Не обошла меня и первая любовь, когда я учился в школе. Испытал волнение, трепет, ожидание и встречи… Какой там поцеловать, пальцем-то боялся тронуть! Наши отношения были чистыми и искренними. Но вместе мы все-таки не остались. Моя реакция на всю прекрасную половину человечества была негативная, и я из-за нее по-юношески обиделся на весь прекрасный пол. После школы – работа, затем служба на флоте, институт. Был далеко не безразличен девушкам, но они меня не захватывали, а флирт и прочее не в моей натуре. К созданию семьи я подходил серьезно, считал и считаю, что семья – начало всех начал, на ней, как на фундаменте, строится башня жизни. Говоря крылато, «счастлива та семья, в которой счастлива женщина».
   И вот встречаю Людмилу, она вошла в мою жизнь как-то сразу, с ней мне было хорошо, понимание полнейшее. Мы поженились. Живем в согласии, воспитываем троих детей, все шло в жизни у нас размеренно и гладко.
   Я души не чаял в своей жене, она отвечала взаимностью. Друзья считают нас идеальной парой. К женщинам отношусь с уважением, благосклонно. Мы мало их одариваем вниманием и заботой. Как трудно им в нашей жизни: их терзают всевозможные бытовые неурядицы, жилищные, продовольственные и социальные проблемы. Какие они все-таки терпеливые и милые у нас! Хотя понимаю, что быть женщиной и гужевой лошадью одновременно очень нелегко. Есть категория «рыцарей», которые, говоря проще, не то что за звездой, за каждой юбкой тащатся. Я другой закваски.
   В нашем роду – у меня целая армия родственников по матери и отцу – честь превыше всего. У всех прочные семьи, нет ни одного развода.
   Да, я смотрел на женщин, в том числе и на нее. Мы долго вместе работали в одной организации, смотрел, но совсем не заинтересованно, полагал, что во мне только Людмила и мое сердце на замке. До сих пор гадаю, ищу ответа: что же случилось? Как мог зародиться и зародился этот загадочный вирус любви, который сначала робко, а затем во всю силу заговорил во мне, и мне хотелось называть и шептать ее имя – Тамара. Меня волновали ее голос, глаза, волосы – все-все… Мне хотелось ее чаще видеть. Господи, я схожу с ума, говорил себе! У меня добрая, милая жена и дети, в доме просто надежная гавань, да и только. А мысли о ней мне не удавалось прогнать. Я более четырех лет носил в себе эту тайну.
   Так как же рождается любовь? В улыбке? В первом взгляде? В движении глаз? Не забуду один майский день. Было по-весеннему солнечно и тепло. Мы случайно оказались одни. Я уже не мог сдержать свои чувства. Я целовал ее. Словно электрический ток проходил по мне, я был просто парализован тем, что мой дорогой, любимый человек рядом, наконец-то я могу выплеснуть лавину своих затаенных чувств. Зная меня по работе, зная нашу семью, являясь сама хранительницей очага и веря мне, что чувства мои искренние, она сама была в шоковом состоянии, пыталась держать дистанцию, говорила, что у нас семьи, это… просто вспышка чувств, все пройдет, нет, нет, нет! Затем еще более месяца мы встречались изредка, только по работе, испытывали необъяснимые неудобства, было почему-то грустно.
   Мы взаимно испытывали радость и счастье принадлежать друг другу. Я не ханжа и не гурман в сексе. Я был потрясен тем наслаждением, которым меня одарила Тамара. Я ничего подобного не испытывал, хотя я и ни в чем не изменился.
   Я понимаю, что это плоды чувств, любви и нашей общей гармонии. Наши встречи были до обидного редки. Я ожидал ее всегда с волнением, как будто это первая встреча, мы не замечали времени, так было хорошо, мы ощущали земное тяготение, нашу реальность. Но Тамара говорит, что отнимать чужое она не имеет права, не может строить свою жизнь на несчастье Людмилы.
   Над нами постоянно довлело предательство по отношению к нашим половинам, ведь мы вели какую-то двойную жизнь, и мы прекратили наши встречи. Вот уже три месяца я вообще ее не видел, а мысли только о ней, о моей любимой, и не знаю, что будет дальше, как я поступлю. Но она постоянно во мне, я постоянно ощущаю ее присутствие. Только открываю глаза – сразу шепчу ее имя: хорошо, что есть она. Она живет на соседней улице. Я дышу ею. Постоянно испытываю потребность, желание и жажду видеть ее… Порой кажется, что я к Тамаре шел всю свою недлинную жизнь: не транжирил и не распылял свои чувства, аккумулировал свою теплоту, нежность и ласку, чтобы разом отдать ей все, ждать и тосковать по ней и любить самозабвенно. Свой ранний утренний маршрут бега я прокладываю мимо ее окон, останавливаюсь: «Здравствуй, родная, доброго тебе утра». В субботу и воскресенье невдалеке от ее окон я среди двух моих березок, как мальчишка, зачарованно чего-то жду необычного, подчас одного ее взгляда – вдруг хоть мигом увижу?..
   Я стал более задумчив, супруга заметила во мне перемены. Однажды после ее участливых вопросов: «Павел, да что с тобой?» – я ответил: «Влюбился!» Она обиделась: «Я серьезно, а ты…» Господи, знала бы она, насколько это глубоко и серьезно!
   Сейчас мне не мил свет, мне больно, и я мучаюсь этой болью и вместе с тем испытываю наслаждение, я благодарен судьбе, что она одарила меня этим высочайшим чувством – чувством любви, которую она не каждому отпускает.
   И я просто жалею тех людей, которые этого не испытали. От общения с Тамарой я просто преображался. Во мне был океан энергии, я на словно на крыльях летел на работу и с работы. По натуре добрый, стал еще более чуток. Бывало, просто поговорим по телефону, обычные вроде слова, а такое умиление, теплота и радость. Как мало надо человеку для счастья!
   Дорогие и милые читатели «Семьи», мужчины и женщины, ответьте мне на вопрос, который меня мучает: как любовь приходит? Может, это судьба? И во Вселенной нет ничего более таинственного? И нужно ли бороться с этим чувством? От разума ли оно? Может, от сердца и природы? А может, в 50 лет уже поздно влюбляться? Когда писал, меня не покидало чувство, что я говорю с добрым другом, и я поведал ему о своем самом-самом сокровенном.
   Павел К., Новосибирская область
Нас разлучили, и мы несчастны
   Дорогая «Семья»! Как мне важен разговор о любви, который вы затеяли.
   Я испытываю сложные чувства. Дело в том, что мою любовь растоптали, унизили. И все-таки я благодарна судьбе за то, что она подарила мне счастье испытать это чувство – чувство бесконечной нежности и любви.
   Это была моя первая и, думаю, последняя любовь. Увы, с этим человеком я не связала свою судьбу, но счастье, которое я испытала 27 лет тому назад, осталось со мной навсегда. Я до сих пор с трепетом вспоминаю то замечательное время, когда мы встретились и полюбили друг друга…
   …Было мне тогда 16 лет, и на вечере в школе я познакомилась с молодым человеком. Ему было 24 года. Как ни странно, несмотря на такую разницу в возрасте, у нас с ним завязался оживленный разговор и нам было интересно друг с другом. Он пошел меня проводить домой. Потом, спустя какое-то время, мы снова встретились на танцах в клубе. На этот раз мы больше танцевали, чем говорили, и опять он пошел меня провожать до дома.
   Ухаживал он за мной настойчиво и был беспредельно нежен. Я поняла, что он мне очень нравится и мне с ним хорошо. Тогда я еще не знала, что это была любовь. Мне об этом сказали другие.
   В деревне никуда не спрячешься от глаз и пересудов. И как только люди узнали, что мы влюблены, началась настоящая травля. Кажется, не было во всей деревне человека, который бы понял, что это первая, очень чистая любовь. Хотя нет, был один такой человек – моя учительница по русскому языку и литературе. Она как-то подошла ко мне, отвела в сторонку и сказала: «Если любите друг друга, ни на что не обращайте внимания. Идите своей дорогой вместе!»
   Конечно, мои родители – и теперь я их понимаю – были категорически против наших встреч. Ведь мне всего шестнадцать, а он – взрослый парень! Сначала они просто старались мне объяснить, что он мне не пара по возрасту. Но когда увидели, что я все равно с ним встречаюсь, дома началось что-то немыслимое. Меня ругали, унижали, оскорбляли. Мне запрещали выходить без сопровождения родных из дома и даже не разрешали произносить его имя! Чаще всего мне говорили: «Посмотри на него, он старик против тебя! Найдешь себе молодого, ровесника – и люби, сколько влезет!» И так почти каждый день.
   Сколько я слез пролила! Но все равно не было минуты, чтобы я не думала о нем и не тосковала. Он тоже не забывал обо мне ни дня. Я каждое утро на крыльце находила букетик цветов.
   Летом в деревне много работы, мы, молодежь, подрабатывали в поле. Это была нелегкая жизнь. Мой любимый водил грузовик. И бывало, когда был немного свободен, подойдет ко мне и скажет: «Постой в сторонке, передохни, а я за тебя все сделаю».
   ДА, ЭТО БЫЛА ЛЮБОВЬ! Но сколько она вызвала пересудов! В школе собрался педсовет. Вызвали меня и бурно обсуждали мое поведение. К учебе нельзя было придраться – я училась на четверки и пятерки. В общем, все в школе осудили меня, дома чуть со света не сжили. Сама не знаю, как мы вытерпели эту травлю полтора года. Но она сделала свое дело. Я первая не выдержала и сказала ему, что надо расстаться. Он очень удивился: «Почему? Кому мы сделали плохо?» Я не могла ему объяснить, что дома уже нет мне житья и его никогда не примет моя семья. Так вот и расстались…
   Спустя четыре года после моего замужества он женился. Но наши браки несчастливые, потому что В НИХ НЕТ САМОГО ГЛАВНОГО – ЛЮБВИ. Все эти годы при встречах мы останавливали свои взгляды друг на друге с такой тоской…
   …Вот уже восемь лет нет его на белом свете. За месяц до его смерти я приехала на свою дачу и прочитала на двери свое имя. Неужели он чувствовал, что мы больше никогда не увидимся, и прощался со мной?
Счастье – любить, пусть и безответно!
   Здравствуйте, люди дорогие! Вы всколыхнули воспоминание о первой, такой романтичной и возвышенной любви. Мне было девятнадцать, когда мы повстречались. Была я застенчивой и, увы, не красавицей. Но за невзрачной внешностью таилось столько нежных трепетных чувств, данных мне от природы. После школы я не поступила в мединститут и окончила в Воронеже бухгалтерские курсы. Меня временно приняли на работу в сберкассу одного из райцентров Воронежской области, где жили мои родители.
   Однажды к нам приехал ревизор. И вот в этого немолодого ревизора я влюбилась с первого взгляда. Я знала, что у него семья. Но это не было преградой, чтобы любить его. Я не могла назвать его по имени, а только по имени и отчеству. Конечно, все вскоре догадались о моей влюбленности. Это было написано на моем лице, которое светилось в его присутствии.
   А наши сотрудницы поняли все превратно, хотя он относился ко мне тактично, по-отцовски, не допуская никаких намеков и пошлости. Наверное, я бы не устояла тогда и кинулась с головой в омут, если бы он меня поманил. Но ОН СБЕРЕГ МОЮ ЧЕСТЬ И БЫЛ ПРЕДЕЛЬНО ТАКТИЧЕН, ЧУТОК И БЛАГОРОДЕН. Он рассказывал мне о своей семье, о том, как воевал. Ни одного плохого слова о жене или о ком-то другом! Для меня он был героем и образцом мужчины. Спустя месяц он уехал. Мы переписывались, иногда встречались. Я не претендовала ни на что и рада была каждой встрече.
   После его отъезда меня уволили, объяснив, что я хотела разбить чужую семью, а это аморально. До сих пор остался на душе горький осадок – так опошлили люди наши романтические, чистые отношения!
   Обо мне пошла молва по поселку, и я уехала, поступила на работу учителем в другом районе. Я заочно училась в пединституте. И был там один парень – дебошир и пьяница, который не давал мне проходу, говорил, что ради меня бросит пить. И я спустя какое-то время вышла замуж, уверенная, что перевоспитаю его. Увы! Некоторое время, когда родился сын, он не пил, а потом взялся за старое. Пьяный, избивал меня и выгонял с ребенком ночью из дома. Пришлось расстаться с ним и уехать куда глаза глядят. Так я оказалась в Орджоникидзе. А спустя годы, в 78-м, поехала на родину – умер мой папа и тяжело болел брат.
   Видимо, действительно силы небесные сжалились надо мной, послали мне встречу с любимым. Я втайне просила Бога о встрече – и в Воронеже встречаю его на улице! Ноги приросли к земле, и я упала бы, если бы он не подхватил меня под руки.
   У меня уже в то время была дочь от второго брака, а муж умер. Он был хорошим, добрым человеком, и я его уважала. Но эта встреча с любимым 22 года спустя пробудила во мне и жизнь, и слезы, и любовь! Он был болен – давали знать старые раны войны. И жена его была больна. Спустя два года я переехала в Краснодарский край, где и живу по сей день вот уже 20 лет. Я – вдова, мне 64 года, но Я ТАК И НЕ ЗНАЮ, ЧТО ТАКОЕ СЧАСТЬЕ. Может быть, счастье – любить вот так, как я, всю жизнь, безответно, по сути своей. Детей своих я воспитала быть добрыми. Но на сыне сказалась наследственность. Он рано пристрастился к спиртному, а теперь и к наркотикам. Сейчас он болен, но имеет очень хорошую, преданную жену и детей. Я же превратилась в дряхлую старуху, пережив столько невзгод и лишений. Отдала всю себя детям и внукам, ничего не требуя взамен, кроме понимания. Но, увы! Никто из близких не знает, чем я духовно живу. Да и поймут ли? Думают, что мать – безропотное существо, дошла до нищенства, а душа ее никому не нужна и никто в нее не заглянет. Да, в наше время духовность и доброта никому не нужны!
   Часто вижу во сне своего любимого. Не знаю, жив ли он? Как он? Как его семья? Ведь минуло еще 22 года после последней нашей встречи. А может, не последней? МОЖЕТ, МЫ ВСТРЕТИМСЯ ЕЩЕ НА ЗЕМЛЕ, А НЕ НА НЕБЕСАХ? Я одинока, и скоро мой кочующий челн исчезнет из мира жизни… Только тебе, моя любимая «Семья», я рассказала о любви, которую пронесла сквозь годы.
   С уважением, Л. Н., Краснодарский край
Хоть плохонький, да мой?
   Я человек сентиментальный, плачу над исповедями о любви. Сама хотела написать, да была слишком счастлива. А вот теперь… Когда я встретила своего единственного, мне было 32 года. Росла я в семье инженеров. Интересы родителей, однако, вращались вокруг музыки и литературы. Была классически красивой. Мой отец армянин, а мать полька.
   Вот и родилась я, длинноногая, стройная красавица с огромными зелеными глазами и роскошными золотыми волосами необычайной пышности и длины. А замуж не выходила – крутила носом долго, а потом 10 лет платонической любви художника, которого я вдохновляла. Так случилось, что художник остался с ребенком один, я была готова стать его женой, но он… отказался. Я, оказывается, слишком умна, слишком образованна, слишком красива, слишком обеспечена.
   И вот, в момент приступа тоски, встретился он. На 13 лет старше меня, вдовец, с двумя неласковыми эгоистками дочками, нищий, в грязной, ободранной трехкомнатной квартире, всегда голодный и полупьяный. Я работала заведующей детским садом в ведомстве завода, на котором до пенсии отработали мои инженеры-родители, и там же работал он. В нашем Доме культуры проходил вечер, и, учитывая мои музыкально-литературные данные и образование, руководство завода назначило меня председателем жюри.
   Мой любимый работал начальником крупного цеха, но из-за своего образа жизни был на грани увольнения. И вот на этом вечере он увидел меня. Надо же, жили всю жизнь почти рядом, работали в одном ведомстве. Его дочери отдыхали в пионерском лагере, где я летом работала, и не были знакомы. А тут…
   У меня была комната в семейном общежитии, которой я очень гордилась, но я там не жила. В общем, после вечера мы пошли гулять. Это было 14 марта. На мне были сапоги на высоких каблуках, а он мне – чуть выше подбородка. В общем, я не хочу гулять и приглашаю его к себе. А это в пяти минутах от его дома. Он забежал, взял шампанское, и мы пошли. Мы у меня посидели, поговорили хорошо. Чувствую, ОН ТЕРЯЕТСЯ ПЕРЕДО МНОЙ, НУ И СДЕЛАЛА САМА ПЕРВЫЙ ШАГ. Потом он ушел, ни о чем не договорившись. На другой день я собралась домой. Вышла, а вокруг курсирует старенький «жигуленок». Я и не догадывалась, что у него есть машина и он будет меня ждать. Довез меня до дома, и мы стали встречаться. Сначала по пятницам у меня, а потом он на коленях уговорил ходить к нему. Дал мне ключ от своей квартиры. Я в пятницу вечером «заступала» и оставалась до вечера воскресенья. Старшая дочь была замужем очень удачно, жила в другом городе. Младшая – училась на втором курсе института. О женитьбе мы не говорили, я не решалась, а у него была куча долгов, он решительно с ними разделывался и был этим очень горд. Каким счастливым он был по пятницам и горестным – по воскресеньям! Как он не хотел меня отпускать, звонил, только я вернусь домой, и напивался после моего ухода.
   Наш завод получал по бартеру импортную одежду обувь, продукты. Мы смогли приобрести не только телевизор, холодильник, но даже новую прекрасную машину. Мы расставались, только когда шли на работу, да и то созванивались, или он приезжал днем, просил хотя бы посидеть в машине, так как соскучился. Он брал меня туда, куда женщинам дорога заказана: на рыбалку, на охоту. Мы изъездили все вокруг, ни один выходной не сидели дома! Он столько мне рассказывал интересного, показывал деревню и дом своего детства. Трижды своим ходом ездили к его друзьям в Краснодарский край. Я его научила слушать музыку, сама все время пела. Мы старались не расставаться. И теперь, когда я о нем пишу, я вижу его, как он стоит дверях. В черных кудрявых волосах блестят снежинки, а он кричит: «Родничок, иди скорее сюда!» Я подошла, а он уткнулся в мои руки и со слезами прошептал: «Впервые за 45 лет меня ждут». «Родничком» он меня сразу окрестил. Сказал, что Я ЕГО ОЖИВИЛА, ВЕРНУЛА К ЖИЗНИ. Я по складу характера (мой знак Зодиака – рак) очень домашняя, люблю и умею готовить. А он родился в начале войны в многодетной семье в деревне. В 13 лет ушел из дома в самостоятельную жизнь. В неполные 18 лет женился на соседке по деревне. Переехал в город. Мать его первой жены всегда жила рядом и занималась хозяйством. В его собственной семье, да и в семье его родителей не принято было заботиться друг о друге. Внимание на душевное состояние не обращалось. А ВЕДЬ ОН – ВУЛКАН ЛАСКИ И ДОБРОТЫ. Жена родила одну дочь, он ушел в армию. Вернулся – жизнь давала трещину. Но жена, решив сохранить семью, рожает еще одну дочь и почти сразу серьезно заболевает. Она болела 10 лет. Цирроз печени. И он терпеливо за ней ухаживал. Научился делать уколы, возил в клиники, даже за рубеж. Но она умерла. Старшая дочь сразу уехала, устроила свою жизнь. А младшая, 12-летняя, осталась с ним. Он закармливал ее фруктами, каждое лето возил на море. Шесть лет жил один. Делал немыслимые долги, в квартире не было ни штор, ни светильников, ни мебели. И это при его огромной зарплате! Его дочерей, как и покойную жену, быт не интересовал.
   И вот, через год таких наших встреч я решилась выйти замуж за него. Ему – 46 лет, мне – 33. Все знакомые, даже его родственники – в шоке. Куда такая красавица и умница – за пьяницу?! Но мои родители и сестра с мужем сразу приняли и поняли его, сказали, что он очень хороший, настоящий человек. 27 апреля мы поженились, я официально перебралась к нему.
   Начала все отмывать, скоблить, покупать своему любимому белье. А недавно я поняла, что все еще жду чуда, которое никогда не произойдет. Беда в том, что он любит себя куда больше, чем меня!
   Ольга, г. Челябинск
Помнишь ли ты меня?
   «Пришла пора – она влюбилась», – писал Пушкин о Татьяне Лариной. Ко мне эта прекрасная пора пришла, когда я училась на первом курсе.
   Я долго сопротивлялась своему чувству, не признавалась в нем самой себе. Здравый смысл подсказывал, что нет у этой любви будущего. Но здравый смысл засыпал, когда мы общались в институте, а потом долго гуляли по улицам. Во время этих прогулок мы все больше узнавали друг о друге. Бывает так, что общаешься с человеком и видишь, что твои и его мысли и мнения по разным вопросам совпадают. СОЗДАЕТСЯ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, ЧТО ТЫ ОБРЕЛ ДРУГА-ЕДИНОМЫШЛЕННИКА. СКОЛЬКО РАЗ БЫВАЛО, ЧТО МЫ БУКВАЛЬНО УГАДЫВАЛИ МЫСЛИ ДРУГ ДРУГА. ЭТО БЫЛО НАСТОЯЩЕЕ РОДСТВО ДУШ.
   Однажды, прощаясь у подъезда, он поцеловал мою ладошку. Это было так неожиданно, потому что он был очень робким со мной. Но в то же время в нем чувствовались страсть и боязнь меня обидеть. Я понимала, что все больше привязываюсь к нему.
   Первый поцелуй он выпросил ради праздника 23 февраля. Это было спустя полгода после нашего общения. И тогда же он сказал фразу, которую я запомнила навсегда: «Я бы так хотел, чтобы ты вышла за меня замуж и родила мне джигита!»
   Как он догадался о моей тайной мечте – родить любимому детишек! Увы, несмотря на любовь и родство душ, было одно непреодолимое препятствие. После первого курса его должны были забрать в армию. Он хотел, чтобы я его ждала и мы бы поженились после его возвращения. Я обещала ждать и писать. Прощались мы со слезами. Он ушел из моего дома и, как потом оказалось, поздно вечером вернулся и всю ночь простоял под моими окнами. Я узнала об этом спустя два с половиной года.
   Полгода я жила ожиданием писем от него. Они были такие нежные, ласковые и страстные. Я храню их до сих пор! Сама я писала такие же и в два раза чаще. Я уже решилась стать его женой, но на месяц он замолчал. Чего я только не передумала! Потом пришло последнее письмо – как раз в зимнюю сессию. Не знаю, как сумела я тогда сдать экзамены. Строки его последнего письма все время стояли передо мной. Оказывается, он был ранен на учениях и к нему приехали родители в госпиталь. Он рассказал обо мне, и они вынесли такой вердикт: «Если ты продолжишь любить эту девушку, мы заберем из института твои документы. Не бывать этой любви. Ты еще слишком молод. И не понимаешь, что тебе нужна девушка нашей веры!» Вот оно, то непреодолимое препятствие на пути нашего счастья. Он был другой национальности и другой веры! Я написала ему в ответ: «Если ты ранен, я приму тебя в любом виде и буду любить». Но больше писем не было.
   Два года я залечивала эту душевную рану. Никто мне больше не нравился, и казалось, что ни к кому больше я не испытаю такого чувства. Вокруг меня было много знакомых, которые уверяли, что любят меня. НО МОЕ СЕРДЦЕ МОЛЧАЛО.
   Через два года он вернулся из армии. Я была на 4-м курсе, он пришел на 2-й. Я хотела узнать: неужели он все забыл? Впервые мы увиделись среди толпы студентов. Я после этой встречи две ночи проревела в подушку. Наконец он подошел ко мне: «Когда у тебя заканчивается лекция? Я подожду тебя у метро».
   Никто в институте не знал о нашей любви. Мы встретились, и я поняла: он любит меня по-прежнему. Он рассказал, что все ребята в его взводе знали про меня, и как он мной гордился, и как ребята ругали его за то, что он написал последнее письмо. А он, написав его, убежал из части и хотел попасть в Москву, чтобы все мне объяснить. Но его снял с вокзала патруль, и в итоге его посадили на губу. И снова он говорил о любви и просил выйти за него замуж и поехать к нему в Ташкент.
   Но во мне уже что-то умерло. Ведь он, послушный сын, предал меня. Я понимала, что он, в сущности, мальчик, а я казалась старше его и больше понимала в жизни. Мы встречались еще несколько раз, и, разговаривая, я с трудом сдерживала слезы. Мне тогда казалось, ничего больше не повторится, и в сердце была настоящая рана. Мне было больно оттого, что я больше не хотела тех отношений, что были прежде. Воспоминания о нашей первой романтической, чистой любви жгли душу.
   Я записала в своем дневнике тогда: «Я считаю, что только в 17–18 лет возможна настоящая любовь, и след от нее тянется всю жизнь». Всех своих парней я вольно или невольно сравнивала с ним.
   …Прошло 15 лет, как я вышла замуж. Никогда об этом не пожалела. С каждым годом люблю и уважаю своего мужа все больше и больше. Он – первый в моей жизни мужчина и отец двоих детей. Я никогда не рассказывала мужу о первой любви. Знаю, это причинило бы ему боль, потому что я не могу без слез вспоминать то первое чувство. Однажды мы сидели с мужем в ресторане, и вдруг зазвучала мелодия, которую мы слушали с тем, другим. У меня полились слезы, и муж перепугался: что со мной?
   Муж мой – самый хороший, верный, любящий, заботливый и надежный человек. Теперь я понимаю, что судьба и Бог уберегли меня тогда от непоправимой ошибки – стать женой человека из другого мира.
   Подписаться полностью не могу, А. (Это первая буква моего и его имени.)
Горжусь своим мужем-афганцем!
   Меня зовут Анна, мужа – Федор, сыновей – Алексей и Иван. Наша семья сравнительно молодая, нам с мужем 24 и 27 лет, детям – 5 и 3 года.
   Мы с мужем познакомились в самую красивую пору года – весной. Учились на одном факультете, только на разных курсах. Мой будущий муж тогда только вернулся из армии. Он был в Афганистане и теперь ходит с тросточкой. Лицо его всегда озарено светлой, застенчивой улыбкой. Улыбался он и радовался жизни, был счастлив оттого, что чудом остался жив, что нога заживает после ранения.
   А весна распускала листья на деревьях и залечивала душу, израненную ужасами войны. И вот его первый букет тюльпанов, преподнесенных на Восьмое марта, положил начало нашей любви, а потом и нашей семье.
   Через год, 27 апреля, в День афганской революции, у нас родился первенец – мальчик. Для мужа двойной праздник получился. А я, счастливая, держала кроху на руках и даже не знала, как пеленать малыша. Мы жили в общежитии и с мужем вдвоем учились пеленать, пеленки стирать, ночей не спать.
   Через два года родился второй сын. Трудностей прибавилось. Родственники говорили, хотя бы институт окончите, а потом рожайте себе на здоровье – куда с двумя детьми в комнате общежития в восемь квадратных метров?! НО ЛЮБОВЬ – ЭТО ВЕЛИКОЕ ЧУВСТВО, ОНО ВДОХНОВЛЯЕТ И ПОМОГАЕТ ОДОЛЕВАТЬ САМЫЕ НЕМЫСЛИМЫЕ ТРУДНОСТИ. Мы учились и детей растили, а мальчишки, на радость, крепкие родились, редко болели.
   С тех пор как познакомились, мы с мужем не разлучались надолго никогда. Словно какой-то невидимый магнит придерживал нас и не отпускал. И как хорошо, когда возле тебя плечо верного друга, любящего мужа, тогда не боязно перед любой преградой, потому что она преодолима.
   Слово «любовь» мой муж произносит редко, но это чувство не покидает нас и в моменты тяжелых испытаний жизни ПОМОГАЕТ НЕ ТЕРЯТЬ ВЕРЫ В СЕБЯ И В ЛУЧШЕЕ. В семейной жизни всякое бывает: ссоры, бытовые неурядицы, – ведь сейчас время очень напряженное и трудное. И в каждую тяжкую минуту я вспоминаю ту первую застенчивую улыбку на его смуглом лице.
   Верю, что любовь с годами не теряет свою силу, а лишь крепнет, цветет, а потом дает свои плоды. А плоды любви – это дети и дети наших детей.
   Муж любит футбол, и не только смотреть, но и играть, хотя больная нога дает о себе знать. И сыновей он учит играть в футбол. А когда они скачут втроем по всей комнате, переворачивая все вокруг вверх дном, он превращается в озорного мальчишку. Эти минуты редки, но для малышей они самые счастливые.
   Я очень горжусь своим мужем. Он награжден орденом Красной Звезды за боевые заслуги в Афганистане. Но он очень стесняется носить свою награду и медали. Говорит: «Нечестную войну мы вели в Афгане». Но разве он виноват в этом? Он не только не виноват, но и пострадал, здоровье потерял, инвалидом на всю жизнь остался.
   Еще хочу сказать, что любовью нужно дорожить и оберегать ее от грубых и жестоких слов и поступков, от них она погибает, а душа черствеет, сохнет, как земля без дождя.
   Анна, влюбленная в мужа

Глава 3. Победила смерть!

   Пожалуй, эта история самая драматическая. Она длилась не один год, и ее герои приезжали в «Семью» не раз, чтобы рассказать, как удалось победить смерть, а потом болезни. Эта влюбленная пара из Тюменской области выиграла сражение. Дай Бог им долгой жизни. Рассказ ведет глава семьи Володя, который смог выжить только благодаря своей «птахе», так он называл свою жену Наташу.
   Когда, пережив все ужасы столкновения Володи с трубовозом-убийцей, они пришли в редакцию, все, кто был на работе в тот день, жаждали познакомиться с ними и своими глазами увидеть чудо, которое сотворила эта влюбленная пара. Внешне простые, ребята вызывали желание потрогать руками главу семьи. Красивый, смущенно улыбающийся Володя Кораблев представил нам свою «птаху», которая оказалась женщиной солидной комплекции, круглолицая, с детскими, добрыми глазами. Встретишь такую парочку на улице и не подумаешь, что перед тобой настоящие герои.

   Я хочу рассказать о любви, которая вынесла очень страшные испытания. Может кто-то, прочитав эту исповедь, станет больше ценить это чувство.
   Начиналось все очень просто. Знакомство, свидания, свадьба, рождение дочери. Но мне сейчас издали кажется, что наша любовь взрослела и крепла вместе со мной, моей Наташей и с нашей – тогда еще крошкой – Ариночкой. Жили мы в Киргизии, солнечном и благодатном крае. Но, как это часто бывает, вмешался Его Величество Случай. Приехал школьный друг в отпуск, он после армии уже год отработал на Севере, ну и заворожил своими рассказами «о белом безмолвии». Было это летом, а моя Нат ка осенью уже провожала меня посмотреть Север. Действительность превзошла все мои ожидания: от Тюмени, в километрах 500, севернее, рос новый город – строит почти одна молодежь, но какими делами ворочает! В общем, назад в Киргизию я не вернулся. Вызвал телеграммой мою Наталью, и начали мы обживаться на новом месте. Прошли все трудности первопроходцев нелегкого северного быта. Сначала жили в разных общежитиях, потом получили маленькую половинку блока металлического домика. Родилась у нас еще одна дочурка – Оксаночка. В 1986 году прибавился сын Женечка. Да и с жильем уже стало получше – мы жили в то время уже в деревянном доме в коммуналке. Наконец, весной следующего года выделили мне в управлении Трубопроводстроя четырехкомнатную квартиру улучшенной планировки, так как я был газосварщиком высшей квалификации. Вселение в квартиру было назначено на 13 июня. А я попал в собственную квартиру только в конце декабря. Позже будет понятно почему.
   …В то утро, 11 июня, было очень солнечно, ехать-то было и не обязательно. Я уже был как бы в отпуске. На объекте у меня были кое-какие производственные дела. Короче, подобрал меня попутный трубовоз, большая такая машина для перевозки труб большого диаметра для нефтепроводов. Доехали, крикнул привычное «пока» шоферу, и тут все и произошло. Неудачный прыжок с подножки. Удар в плечо запасным колесом, потом ужасная тяжесть на ногах. Я лежу на бетонке на спине, а по мне катятся задние колеса машины, а ведь это 7 тонн! Я только помню, как упирался в колеса руками и жутко кричал. Но разве мог я своими руками остановить это семитонное чудовище? Водитель каким-то чудом меня услышал и, доехав моей до груди, остановился, переключил скорость и поехал назад. Странно, но боли я абсолютно не чувствовал, только треск костей и нестерпимый жар. Потом врачи объяснили, что у меня был шок, я сознание потерял, когда уже меня грузили в «скорую помощь». А до этого я все ободрял плачущего водителя.
   Глянул на себя и не узнал своего тела. Как потом мне рассказали, меня спасали семеро хирургов. Оперировали пять часов. Перекачали через меня 16 литров крови. Ребята из бригады – молодцы, все сдавали кровь для меня, и по гроб я их должник. В моей медицинской карточке – первая запись: «Травма, несовместимая с жизнью». Но я выкарабкался только благодаря моей Наталье да милости Божьей.
   На пятые сутки после операции меня перевезли в палату. Можете представить, что я из себя представлял: весь на растяжках, просверлен, зашит, весь в трубках, да капельницах. У меня были отдавлены ноги, размозжен таз, порваны все внутренности и мышцы. Я ПРОСТО НЕ ХОТЕЛ ЖИТЬ. Одна мысль сверлила – кому я такой нужен? Однако повеситься я не мог и вот что придумал. Настанет ночь, надену на голову целлофановый мешок и перетяну бинтом под одеялом. Никто не заметит, а утром будет поздно. Но тут в палату вбежала моя Натаха, увидела меня. Я думал, в обморок упадет. Нет, выдержала, побелела и говорит: «Вовка, ты что с собой натворил?» Я посмотрел ей в глаза – и понял, что ничего с собой не смогу сделать. Буду жить ради нее и детей. Ох, тяжко писать… В общем, целый месяц она просидела возле меня. С детьми пока была ее мать. Сколько мы с Наткой переговорили по ночам! Вначале я ее гнал: «Иди отдохни часок!», а она мне: «Дурачок, да я возле тебя только и могу быть, а дома кажется, что тебе плохо или ты умер!» Она меня просто от смерти спасла своей любовью! Только благодаря ей я встал на ноги. Принесла гантели, эспандер, разрабатывала суставы. Своей любовью внушила, что я смогу все! Мне дали 2-ю группу инвалидности и говорили, что до конца жизни за мной нужен уход, что передвигаться я смогу только в инвалидной коляске, в лучшем случае – на костылях. Но 1 сентября, в свой день рождения, я СДЕЛАЛ НАТАШЕ ПОДАРОК – ВСТАЛ С КРОВАТИ НА СЕКУНДОЧКУ С ПОМОЩЬЮ ДРУЗЕЙ. Это было началом выздоровления. Но я уже ничего не боялся – рядом Наташино плечо. Потом еще в ноябре две страшные операции!
   Сейчас позади 15 операций! Самое главное – моя Наташка! С ней ничего не страшно! Раньше женщины на Руси говорили своим суженым: «Жалею тебя». Вот она и есть любовь-жалость, которая не унижает человека, а возвышает.
   Ну вот и весь мой сумбурный рассказ о пережитой борьбе со смертью вместе с моей Наташей. Дай Бог всем такой любви!
   И еще одна похожая история!
Вместе они отстояли жизнь!
   Жизнь угасала постепенно. Кто-то невидимый своей могучей рукой капля за каплей выжимал из тела последние соки. Сознание, затуманенное обезболивающими, не позволяло в полной мере ощущать страх приближающейся смерти. Ей никто не говорил о диагнозе, и она не спрашивала.
   Очнувшись от наркоза после операции, она прочла в глазах хирурга, что шансов на жизнь у нее практически нет. И теперь ей хотелось знать лишь одно: сколько осталось этих безрадостных, бессмысленных, мучительно убивающих ее дней?
   Когда ей было легче, она вставала чуть свет и подолгу сидела у полутемного окна. В часы зарождающегося весеннего дня Надежда Николаевна испытывала неимоверную тоску по жизни. Она знала теперь, почему старики встают так рано – чтобы продлить оставшиеся дни…
   По пути в колледж Дашуня забежала проведать мать. Надежда Николаевна встретила дочку неизменной страдальческой улыбкой, когда улыбается лишь одно лицо, а глаза остаются безучастными. Она искренне жалела Дашу и старалась при ней не раскисать, хотя не упускала случая примирить дочь с мыслью, что та скоро останется одна. «Ну что за настроение, мама! – тихонько возмущалась Дашуня. – Так нам в самом деле не выкарабкаться». Уходя, Дашуня заглянула в свою сумку, откуда несколько минут назад достала продукты для матери, и сказала: «Мама, чуть не забыла, тебе письмо из Орла. Прости, что вскрыла. Уж больно любопытно было узнать, кто вспомнил о нас».
   Надежда Николаевна тотчас с головой погрузилась в письмо и не обманулась в догадках – это был он, Стас Ольшевский, ее первая и теперь уже последняя любовь.
   С той замечательной школьной поры, когда их связывало пылкое чувство, прошло около двадцати лет, и за эти долгие годы они виделись лишь однажды, да и то мельком. У каждого из них к тому времени была семья, и каждый при встрече хотел показаться счастливым. Хотя Стас, похоже, был и впрямь счастлив и не скрывал, что и карьера, и личная жизнь у него заладились. Надя же просто не могла признать, что у нее так не сложилось, потому что она любила и любит только его.
   Впрочем, начиналось и у нее все совсем неплохо. Но потом ее муж, рубаха-парень, то ли почувствовав, что ее сердце навсегда принадлежит другому, то ли просто оказавшись слабым для этой жизни, неожиданно запил. Надя всячески старалась помочь мужу – объясняла, что он дорог ей и дочке, что она верна ему и что жизненные неурядицы надо переносить стойко, чтобы дождаться добрых перемен в судьбе. Увы, супруг был непреклонен и продолжал катиться под откос. Вскоре он оставил работу, а потом перешел на жительство к местной пропойце и гулене Катьке Бродяге. Для Нади это был второй ощутимый удар, который поверг ее в отчаяние. НО ОНА ВЫСТОЯЛА. А затем последовал третий, нокаутирующий: муж, будучи еще достаточно молодым и красивым, во время приступа белой горячки покончил с собой.
   Чувствуя свою вину за случившееся, Надежда Николаевна изводила себя денно и нощно, что не замедлило сказаться на здоровье. Пропали сон и аппетит, и она таяла на глазах, теряя всякий интерес к жизни. Потом пришли эти мучительные, изнуряющие боли. Ослабленный организм постепенно сдавал позиции, уступая место новым болезням, одна из которых и привела ее на операционный стол.
   «Дорогая Надежда! Привет от школьного друга… Сказать, что судьба обошлась со мной немилосердно, – значит не сказать ничего. Я попал в серьезную автокатастрофу, и меня пытаются собрать по частям. Но едва ли это возможно. Да и ни к чему. Жена меня оставила, дети забыли…» Волнение целиком захватило Надежду Николаевну, но она продолжала читать: «Теперь, когда дни мои сочтены и сама жизнь кажется нестоящей вещью, я хочу сказать, что любил тебя всегда».
   Она ответила ему в тот же день: «Стас, я помню тебя сильным и хочу, чтобы ты мужественно перенес удар судьбы. А самое большое мужество, как известно, жизнь любить. ЛЮБИТЬ ТОГДА, КОГДА НЕТ СИЛ ЛЮБИТЬ, КОГДА УСТАЛОСТЬ И БОЛЬ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО!»
   Надежда Николаевна даже словом не обмолвилась о своей болезни. Она была одержима лишь одним – стремлением помочь любимому человеку, понимая, что ему сейчас неимоверно трудно и он более всего нуждается в ее поддержке.
   Забыв о своих проблемах, она строчила Станиславу Михайловичу длиннющие письма, умоляя держаться, ибо он нужен ей, нужен другим людям, не оставившим его в беде. Свою боль она перестала чувствовать, вернее, не придавала ей прежнего значения. Сердце подсказывало ей, что она спасет Стаса, если выживет сама. Дашуня не узнавала свою мать, настолько разительны были перемены к лучшему. Откуда только силы взялись – теперь она не только ухаживала за собой, но и помогала другим тяжелобольным.
   Станислав Михайлович писал в ответ, что жив еще благодаря ее задушевным письмам. Собственно о любви больше не было сказано ни слова, но высоким, светлым чувством была наполнена каждая строка его письма. «Конечно, жизнь бесценна, – писал он, – но дороже жизни человеческая душа, человеческое участие, человеческая судьба».
   В раздумьях о дорогом человеке Надежда Николаевна не заметила, как отступили собственные боли. И когда через три месяца врач провел ей новое обследование, то результаты подтвердили неожиданное улучшение: легкие светлеют, практически исчезли спайки и уплотнения, рассосались метастазы, шов зажил и угадывается с трудом.
   Вдохновленная этим, теперь она не пугалась зеркала и немало времени уделяла своей внешности. Днем успевала сделать много разных дел, а вечерами гуляла в больничном скверике. И наконец, уговорив врача выписать ее досрочно, помчалась в Орел. Дашуня предостерегала: «Мама, ты еще очень слабая, куда тебе в дорогу?» – «НЕТ, ДОЧЕНЬКА, Я СИЛЬНА КАК НИКОГДА», – с улыбкой отвечала ей на глазах преобразившаяся мать.
   …У постели Стаса Надежда Николаевна провела несколько бессонных ночей и, кажется, готова была провести всю оставшуюся жизнь. Она чувствовала себя счастливой, потому что Стас окончательно поверил, что не одинок в этом мире и по-прежнему любим. Она бывала у него каждую неделю и отмечала, что дела идут на поправку, но очень медленно. Когда встал вопрос о новой операции, она убедила любимого в ее необходимости. И Стас начал вставать. А она была рядом и помогала ему делать первые трудные шаги. К исходу лета они уже гуляли вместе по больничному городку, поддерживая друг друга…
   Среди стройных сосен, вплотную подступивших к городу, пролегла ухоженная асфальтовая дорожка. В вечерний час, пробегая по ней, я встречаю почтенную пару, совершающую свой моцион. Он, высокий, прекрасно сложенный и седой как лунь, слегка припадая на левую ногу, ведет под руку ее, женщину хрупкую и миловидную, несмотря на возраст, который она умело скрывает.
   Я очень дорожу этими мимолетными свиданиями и стараюсь не разминуться в пути с этими красивыми, достойными, умудренными жизнью людьми. Встречи с ними благотворно влияют на меня, делают меня лучше и чище, побуждают к добру. А это, как известно, единственная форма настоящей жизни и любви.
   Петр Кузнецов, г. Сельцо, Брянская обл.
Они встретились, и она гладила его седые волосы
   Спасибо тебе, «Семья», за замечательные конкурсы! Я читаю тебя давно, со дня основания газеты. Но впервые решилась участвовать в конкурсе. Хочу рассказать о двух очень близких мне людях. Тридцать лет прошло со дня их знакомства, и у каждого – свои семьи. Так что я не буду называть их имена. Пусть это будет ОНА и ОН.
   …Она приехала в этот поселок в школу-десятилетку из небольшой деревни. И к великой радости узнала, что здесь есть Дом пионеров, а в нем танцевальный кружок. И хоть в классе она оказалась самой маленькой, она была зато очень подвижной и шустрой. Смуглая была, ну прямо галчонок. На новеньких всегда обращают внимание.
   
Купить и читать книгу за 75 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать