Назад

Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Исцеление силой рода. Избавление от заболеваний тела и психики

   Может ли человек проконтролировать болезнь? Нет ни одной семьи, которая бы не столкнулась с хроническим или прогрессирующим заболеванием тела или психики. В чем причины тяжелых заболеваний? Почему болеют дети? И самое главное, возможно ли найти выход, чтобы человек смог выздороветь и вести полноценный образ жизни? Книга «Исцеление силой рода» предназначена для тех, кто хочет вести поиск причин своего заболевания. Она также подходит тем, кто не только хочет разобраться в том, что стоит за болезнями в семейной системе, в роду, но и найти индивидуальное решение проблемы для себя.


Оксана Владимировна Солодовникова Исцеление силой рода. Избавление от заболеваний тела и психики

   Книга посвящается моим родителям

Предисловие

   Эта книга – продолжение разговора, начатого в книге «Прими силу рода своего». Но сейчас речь пойдет о симптомах и заболеваниях человека. И этот разговор более глубок. Поскольку за болезнью могут стоять события, идущие сквозь многие поколения и порой являющиеся тайной в роду. А столкновение с тяжелой темой для одного человека окажется действительно возможностью для примирения и исцеления, а для другого – еще одним испытанием.
   Болезнь – это то, что может перевернуть и изменить жизнь человека. Она меняет его взгляд на свои силы, свой контроль и свое будущее. Болезнь – это то, чего многие стремятся избежать, принимая профилактические меры (отдых, БАДы, здоровый образ жизни). И во многих случаях болезнь – это то, что людей приводит к смерти. Внезапная смерть близкого человека пугает. Смерть ребенка или кого-то в молодом возрасте приводит всех членов семьи в ужас.
   В этой книге на болезнь я предлагаю посмотреть с позиции того, что происходит между больным, его родительской семьей и родом в целом. Увидеть ту мощь и силу, которая идет от системы. И одновременно рассмотреть в этой силе возможность найти через болезнь решение не только для самого больного, но и всей семьи. Ведь хроническое или прогрессирующее заболевание – это указание на то, что человек находится в переплетении. Переплетение – это термин, используемый для обозначения ситуации, когда человек связан в своей семье (системе) с местом или ролью, принадлежащей другим членам системы. Проблема, симптом или болезнь, существующая у данного человека, может указывать на подобные ситуации.
   Что происходит, когда человек сталкивается с какой-то проблемой? Что происходит, когда его финансовое благополучие под угрозой? Что, например, делает человек, когда партнер или ребенок демонстрирует нежелательное поведение? Муж пьет, ребенок не хочет учиться и прогуливает школу. Начальник придирается или вообще самодур. Если человек находится под влиянием переплетений, то он ждет изменений извне. Вразумить мужа, заставить ребенка вести себя по-другому и ждать изменений в поведении начальника. Человек, связанный переплетением, будет стараться изменить поведение других, там, где это возможно, заставить их измениться. При этом такие люди свято верят, что могут изменить другого и что изменения необходимы для общего благополучия. Что при этом происходит? Партнер, родители или ребенок сопротивляются их действиям, они не собираются меняться. Порой кажется, что они делают все назло. Страсти в семье с каждым днем все накаляются, люди выплескивают чувства друг на друга. При этом все забывают, что изменения в человеке возможны только при его собственном желании и если они и будут происходить, то в приемлемом для него темпе. Именно переплетения партнеров, родителей и детей сталкивают членов семьи друг с другом. Члены семьи внутри своей системы вынуждены снова и снова сталкиваться с проблемами и эмоциями, от которых на самом деле хотели уйти.
   При работе с семьями, где есть зависимость, можно заметить, что вылечить зависимого против его воли невозможно. Созависимые близкие сталкиваются с мощным сопротивлением. И скоро сами начинают испытывать те чувства, которые проявляют их зависимые близкие. Родственники испытывают тот же гнев, ярость, злость, вину, отчаяние и становятся агрессивными. Они становятся в своих чувствах копией своих зависимых близких людей. Родственники со временем чувствуют свое бессилие, как и их пьющий зависимый.
   Если родители, желающие изменить неправильное, агрессивное поведение ребенка, приводя их к терапевту или психологу, не готовы посмотреть на причину в себе, то психотерапевт если поможет, то на время. Агрессивное, гиперактивное поведение детей – это отражение того, что движет внутри их родителями. Ребенок своим поведением еще раз демонстрирует свою любовь. Он взял и что-то несет вместо своих родителей. И в этом его любовь.
   Взгляд психотерапии, пытавшейся со своей стороны посмотреть на причину заболеваний, давно устремлен больше на то, чтобы найти решение для исцеления человека. Работая с различными пациентами, с их симптоматикой, порой кажется, что людей больше интересует причина, чем решение и возможность исцеления. Почему многие люди так зациклены на поиске причин и не хотят направить свой взгляд на решение? Хотят ли они при этом искать решение? Ждете ли вы, читатель, перемен от жизни? Находитесь ли в состоянии ожидания? Есть ли у вас готовность? Или ваши заявления и мечты – это иллюзия?
   Поэтому для одних эта книга будет больше указывать на причины, а возможные решения могут остаться за кадром. А для других, наоборот, это указатель к поиску собственного решения. И позиция зависит не только от самого человека, но и от того, что идет от его семейной системы. Есть прекрасная метафора о замке и ключе: «Жалобы, с которыми пациенты приходят к терапевту, подобны замку в двери, за которой их ждет «хорошая жизнь». Клиенты уже использовали все возможное… но дверь все еще закрыта; поэтому у клиентов складывается впечатление, что они попали в ситуацию, решение которой находится за границами их возможностей… Клиенты пытаются разобраться в конструкции замка, в том, почему он не открывается Но очевидно, что к решению можно «пробраться» только с помощью ключа, а никак не с помощью дверного замка»…
   Потому в этой книге я желаю каждому найти свои ответы, причины и решения – выбор всегда остается за вами!

Глава 1
ИСТОКИ БОЛЕЗНИ

Болезнь – печаль или награда?
Гнев Божий или благодать?
А исцеление – награда?
Или отсрочка, как узнать?

   Что такое болезнь? Откуда она берется? Почему возникает? Эти и подобные вопросы начинает задавать себе человек, впервые столкнувшись с недомоганием, болью, нарушением физических или психических функций организма. Это может произойти в пожилом возрасте или в молодом. Не столь важно. Человек сталкивается с чем-то, что сильнее его. С тем, что подчиняет себе, заставляет вписываться в какие-то рамки, в чем-то ограничивать себя, чувствовать себя неполноценным, слабым. Человек сталкивается с собственным бессилием. И не важно, что это проходящая простуда или онкологическое заболевание. Что же такое болезнь? Можно использовать следующее определение.
   Болезнь – это возникающие в ответ на действие патогенных факторов нарушения нормальной жизнедеятельности, работоспособности, социально полезной деятельности, продолжительности жизни организма и его способности адаптироваться к постоянно изменяющимся условиям внешней и внутренней среды при одновременной активизации защитно-компенсаторно-приспособительных реакций и механизмов.
   Другими словами, болезнь – это какой-то патологический процесс внутри организма, создающий изменения в органах и тканях, вызывающий дискомфорт, боль или приносящий смерть. Болезнь – это чаще какое-то внутреннее повреждение, нарушение функций органа или системы. Но всегда ли при этом повреждение тканей присутствует? Вовсе нет. Например, известны случаи, когда при наличии жалоб врачи не находят у пациента никаких изменений в анализах, в результатах различных методов обследования. Или, например, при психических заболеваниях – шизофрении, неврозах, фобиях – депрессиях – изменения внутри органов, в частности повреждения нервной ткани, не обнаруживаются.
   Каждый народ стремится к пониманию причин болезней, а также плохого, тяжелого, темного в человеческих судьбах. Есть свои особенные взгляды и на причины появления и развития болезней. Служители церкви, знахари, колдуны, шаманы, целители своим образом трактуют недуги. Например, в нашей культуре среди знахарей и шаманов речь может идти о порче, сглазе, проклятии, грехах и еще каких-то подобных причинах.
   Существует много теорий и взглядов в отношении того, почему возникает то или иное заболевание. Со времен Гиппократа количество теорий неуклонно растет, но рост заболеваемости продолжается. С развитием медицины, с появлением новых методов обследования выявляются все новые и новые бактерии и вирусы, диагностируются новые заболевания. Одновременно медицина одерживает победу (например, при инфекционных заболеваниях) и терпит поражение (при аутоиммунных и других прогрессирующих заболеваниях). Некоторые болезни помолодели, то есть те заболевания, которыми болели люди пожилого возраста, стали диагностироваться у людей молодого возраста. Например, сердечно-сосудистые нарушения, онкологические заболевания.
   Что происходит внутри организма? Почему возникает болезнь? Почему заболевание появляется именно у данного человека? Почему при одинаковых диагнозах у одних наступает ремиссия, а у других идет прогрессирование заболевания, тяжелая инвалидизация или наступает смерть. Что стоит за выздоровлением человека? Что стоит за его смертью? Именно этим вопросам, вернее, поиску ответа на эти вопросы и посвящена данная книга. В ней я обобщила свои взгляды и свои практические наблюдения. Все больше людей прибегают к помощи психотерапевтов, поскольку прослеживается связь заболевания с перенесенной психотравмой или хронической психотравматической ситуацией. Все больше говорят об индивидуальной предрасположенности человека к появлению и развитию того или иного заболевания.

Связь тела, разума и души

   Неразрывности взаимодействия тела, разума и души посвящено немало книг. Связи заболевания с образом жизни, с образом мышления человека, с его поступками также посвящено немало литературы. Тело, разум и душа неразрывно связаны друг с другом. Они одинаково важны и необходимы для жизнедеятельности любого человека. Но вот кто мудрее? Наш разум? Навряд ли… Тело? Возможно, ведь оно несет в себе очень многое и многое могло бы нам рассказать, если бы мы могли прислушаться к нему… Душа? Да, она мудра, но ее мудрость скрыта от нас… В ней все – наша жизнь, наша любовь и наша боль… Свободны ли мы в своем выборе, как рассуждает разум? Нет… Всем ведает душа, и именно она ведет нас. А тело? Оно часто отражает то, что хочет донести до нас душа, – это то сокровенное и личное, что каждый из нас несет в этот мир… Они вместе – тело, разум и душа – рядом и вместе всю нашу жизнь. Всю нашу жизнь они служат нам, а мы прислушиваемся и чувствуем их. Именно в них – в теле, разуме и душе – находятся ответы на многие вопросы. Именно душа – хранительница тайн, загадок и перипетий в нашей судьбе. Именно у нее есть ответы на вопросы о том, почему мы болеем и почему именно это заболевание у нас.
   Возможно ли в нашей жизни приблизиться к мудрости души? Познать ее? Да, но часто к своей душе человек приходит только через болезни и страдания. Болезни могут сделать нас мудрее, порой добрее… Болезни могут помочь стать смиреннее, сострадательнее… Болезнь может что-то очищать в нас, куда-то нас вести… Но через нас болезнь ведет всю нашу семейную систему, наших предков и потомков…
   Мы не осознаем многие вещи. Мы не осознаем движения нашей души. Мы не осознаем симптомов нашего тела. Возможно ли прийти к внутреннему согласию с тем, что движет нашей душой? Да, но это означает отказ от многих прежних представлений и убеждений. Человеческий разум создал колоссальное количество способов и методов лечения, профилактики многих заболеваний. И за это надо отдать ему должное. Но многие возможности и открытия для исцеления еще впереди. И часть этих возможностей скрыта в психике каждого человека, и часть открытий будет принадлежать психотерапии. Но вот как это будет использовать в своей жизни человек? Сколько понадобится времени каждому человеку, каждой семье, чтобы воспользоваться этими знаниями?
   И сколько понадобится времени в каждой семейной системе, чтобы новые знания были приняты и использованы для исцеления? Это неизвестно. Может быть, в поколении родителей или бабушек и дедушек эта информация достигнет пункта своего назначения, а может быть, наоборот, никто из живущих ныне и пришедших вслед за ними поколений не примет исцеляющие силы души.
   Болезнь зарождается в человеке. Если болезнь начинает проявляться какими-либо симптомами, то часто человек и его близкие начинают искать причину или какое-то объяснение этому процессу. Например, расценивают болезнь как наказание за что-то, всяким образом ищут взаимосвязь с чем-то. Но это слишком простые, порой наивные объяснения. Наша жизнь наполнена большим количеством взаимосвязей со своей семьей, со своим родом. В каких взаимосвязях находится человек? Какие механизмы поддерживают этот симптом или эту болезнь? Любая болезнь – это то состояние, в котором тело человека в данный момент может находиться в этой жизни. Болезнь необходима и чему-то служит через данного человека. Служит через его тело, разум и душу его системе.

Человек и его связь с семьей

   Кто такой на самом деле человек? Каждый человек – это не только тело, разум и душа. Он связан со своим родом. Каждый человек – это его отец и мать, дедушки и бабушки, прадедушки и прабабушки. В нем находится несколько поколений одновременно. Все предки присутствуют в человеке сразу. Наша душа не ограничивается нашим телом. Она охватывает всю нашу семью, весь наш род. Она управляет нашей семьей, нашим родом. В нашей семье происходят важные жизненные процессы, в нас наш род продолжает жить и всем ведает душа! Все, кто имел в нашей жизни и жизни наших предков какое-то особое значение, находятся в поле нашей родовой души. Кто те люди, которые имеют особое значение? Может, это погибший на войне дедушка? Или, может, ребенок, отданный на усыновление? Или, может, погибший от несчастного случая дядя, или умершая от тяжелой болезни в молодом возрасте тетя? Может, это первый муж бабушки, не вернувшийся с войны? И все они связаны с нашим родом и с нами. Таким образом, через нашу душу идет взаимодействие со многими людьми, с миром в целом.
   В книге часто используется такое понятие, как семейная система. Семейная система – это не только члены нашей семьи, но и все, кто принадлежит нашей семье. Это наши дети, настоящие и прежние партнеры, родители, дедушки и бабушки, наши братья и сестры, братья и сестры наших родителей, их прежние партнеры. Это умершие братья и сестры и, возможно, члены семьи, о судьбах которых в семье забыли. Это жертвы и агрессоры, которые принадлежат нашей семейной системе, а также те люди, благодаря которым, возможно, кто-то из членов нашей семейной системы остался жив. Семейная система охватывает не только нашу семью, она охватывает несколько поколений, а иногда практическая работа показывает связь человека с событиями, происходящими 4–5 или 7–8 поколений назад.
   Многое из того, что происходило в жизни прошлых поколений, действует на человека одновременно. Травмы повторяются, отношения нарушаются, эмоции накаляются, болезни поражают тело, как и много лет назад. Что такое структура настоящей семьи? Это возможности и переплетения нескольких поколений одновременно. Мы не одни, мы связаны со многими предками одновременно. Познать себя в одновременной связи со многими поколениями – это процесс не одного дня или месяца. Когда человек начинает смотреть в сторону рода? Что его толкает на поиск своих взаимосвязей со своим родом? Часто это не просто неудовлетворенность. Это порой какая-то точка в собственной судьбе, это страдание, не важно, по какой причине. И именно такое страдание вызывает собственная болезнь или болезнь близкого человека. И тогда познание себя во взаимосвязях со своим родом становится первоочередной задачей.
   Многие болезни обусловлены нашей связью с нашей семьей, нашим родом. За этой связью стоит наша любовь к своей семье, своему роду, к тому, чему мы принадлежим. Болезнь – это состояние тела, разума и души человека. Болезнь – это состояние семейной системы человека и всего его рода в целом. Это неосознаваемый процесс, протекающий внутри нас длительное время. Нарушение порядков души приводит к появлению многих заболеваний. Заболевая сам или сталкиваясь с тяжелой болезнью кого-то из членов семьи, человек становится перед вопросами о причинах происходящего, о поиске выхода из сложившейся ситуации, о конечности жизни. То, что скрыто от нас и неведомо нам, – семейные тайны, закрытые темы – сквозь десятилетия и даже века способствуют появлению заболеваний в семейной системе. Это те темы, которые не нашли примирения в нашем роду и ищут их сейчас через нас. Тяжелые судьбы, например ранняя смерть в результате убийства, самоубийства или несчастного случая, через десятилетия и даже века оказывают влияние на возникновение болезней в семейной системе.
   Способов телесного проявления внутренних процессов, происходящих внутри семейной системы человека, масса. От легких недомоганий до тяжелых психических и физических заболеваний, влекущих смерть.

Причины заболеваний

   Знает ли современная медицина причины заболеваний? В отношении многих болезней, бесспорно, нет, не знает. Например, причины тяжелых психических заболеваний, а также причины онкологических болезней, зависимостей тоже находятся под вопросом. Почему они возникают? Почему у братьев и сестер, имеющих общих родителей, различные судьбы и различные заболевания? Можно ли каким-то образом повлиять на появление или развитие болезней? Когда наука получит исчерпывающие ответы на подобные вопросы? То, что не опознано, не поддается контролю, вселяет страх в людей, а значит, многие начинают поиски в эзотерических, биоэнергетических или других, наполненных магией или суевериями знаниях. Болезнь – это неосознанное желание человека нести что-то вместо кого-то в своем роду. Медикаментозное лечение, вызывая положительный эффект, не влияет на причину возникновения болезни. Поэтому часто возникают рецидивы или какая-то другая симптоматика.

   Очень показательными являются примеры из моей практики, когда люди обращались ко мне по поводу какой-то болезни именно после неоднократного рецидива заболевания. Примеры работы с подобными ситуациями, различными симптомами и заболеваниями я буду приводить ниже. Здесь приведу один из них, особенно четко, на мой взгляд, показывающий, как причина, продолжая оставаться внутри семейной системы, способствует появлению совершенно другой симптоматики. На прием обратилась мама молодой женщины, которая в детстве (7 лет) перенесла тяжелое заболевание – хронический лейкоз (онкологическое заболевание крови). В ходе лечения дочь два раза находилась в критическом состоянии, но терапия дала свои результаты, и болезнь отступила. Однако в 22 года поведение дочери стало меняться, она вела себя странно. Поведение было то беспокойным, то, наоборот, часами она могла лежать в постели и не вставать. Часто совершала какие-то навязчивые движения, конфликтовала с близкими. Они обратились на прием к психиатру, было назначено лечение, которое не дало эффекта. По рекомендации знакомых мама привела дочь ко мне. Когда был проведен сеанс психотерапии, то причина внутреннего состояния дочери оказалась в ее глубоких взаимосвязях с родительской семьей и родом в целом. Сначала необходимо было произвести работу по примирению жертвы и убийцы в трех поколениях назад. Спустя неделю мама сообщила, что состояние дочери стало улучшаться. Дочь продолжила учебу, на прием приходить больше не захотела. Мама рассказала, что между ней и дочерью по-прежнему остались конфликтные отношения, мать не понимает дочь, ее поведение и хочет еще раз привести ее на прием, но дочь отказывается. На мой взгляд, в отношениях мамы и дочери много внутренних неосознаваемых взаимосвязей, которые еще требуют разрешения. Я предложила маме самой прийти на прием, однако она считает, что причина в дочери, по-видимому, именно поэтому до сих пор не пришла. На мой взгляд, тяжелая болезнь дочки в детстве и ее психическое состояние связаны с темой жертвы и убийцы в семейной системе, но, кроме того, в отношениях: с мамой существует связь, которая отягощает психическое состояние дочери и их отношения. Дочь своим поведением и состоянием что-то делает для своей матери. Пока это не будет разрешено, отношения будут оставаться прежними. Но по поведению мамы можно сказать, что достаточной готовности в их семейной системе еще нет (об этом ниже более подробно). Надо время.

   Часто никто не уделяет внимания состоянию психики человека, болеющего соматическим заболеванием. Например, какие психотравмы перенес в своей жизни человек, какие отношения у него с близкими людьми? Какое место он занимает в своей семье? Что он несет из своей семьи? Зачем? Ведь медицина привыкла рассматривать не только самого человека отдельно от его семьи, но и какой-либо орган отдельно от всего его организма. Так каким образом врач может думать о перенесенном травматическом опыте и тем более перенятом? Врачи занимаются только той областью тела, за которую они отвечают. Психосоматическим симптомам, а также таким проявлениям, как страх, тревога, раздражение, часто не уделяют внимания. А те, кто попадает на прием к психиатру, получают медикаментозное лечение, дающее временное облегчение, а затем снова через время ощущают те же симптомы.
   Что такое здоровье? С точки зрения большинства людей, это хорошее ощущение себя во внешней жизни. Это хорошее настроение, активность, жизнерадостность, физическая и психическая полноценность. В этой книге я затрону многие вопросы, которые, казалось бы, не относятся к физическому здоровью. Например, непонятное агрессивное поведение ребенка, особые состояния психики человека. Являются ли здоровыми в психическом плане люди, совершающие преднамеренное насилие над другими людьми, убийцы, маньяки, насильники? Общество осуждает насилие, поступки преступников. Ведь они часто находят себе оправдания, а некоторые не находят в содеянном чего-то неправильного или несправедливого.

Семейная система. Родовая душа

Мы все одно, мы все едины,
Отец, мать в детях повторимы.
Мы одинаковы и не похожи!
И все мы целое – иначе быть не может!
Мы связаны с рождения любовью,
Незримой связью и незримой болью,
Мы вместе, значит, мы богаче,
Когда у каждого своя задача.

   Каждый человек имеет тело, разум и душу. Все это есть и у любой семьи. Каждая семья рождается и умирает. Все члены семьи находятся в тесном взаимодействии друг с другом. Состояние здоровья, психики, эмоциональный настрой одного члена семьи неизбежно отражается на всех. Каждая семья представляет собой семейную систему, существующую по своим законам. Несколько семей, объединенных друг с другом общими предками, представляют род. Семейная система – это предначертанное устройство семьи. К семейной системе относятся родители и их дети, дети детей, родители родителей, их дяди и тети. Это и те дети, которые рано умерли или были отданы на усыновление. К семейной системе относятся также их жертвы и их убийцы. Связь заболевания с процессами, происходящими в семейной системе, может охватывать несколько поколений предков. Именно в ней – причины болезней и здоровья, смерти в молодом возрасте и долголетия. Самая крепкая и прочная связь – это связь внутри семейной системы, то есть между членами одной семьи. Даже если люди живут далеко друг от друга и не общаются по какой-либо причине, связь между членами одной семьи очень прочная. Нерешенные конфликты, задачи предыдущих поколений наследуются потомками.
   Все основное и главное берет свое начало в семье. Проблемы, конфликты, боль, зависимость, болезни берут свое начало в семье. Любовь, доброжелательность, понимание, уважение тоже берут начало в семье. Мы наследуем не только цвет волос, глаз, походку, жесты. Мы наследуем убеждения, ценности, взгляды и противоречия, царящие в нашей семейной системе. Мы лояльны к своей семье, к своему роду, а это значит, что имеем право принадлежать своей семье, только если мы такие, как наши предки. Принадлежность – это все, сам того не сознавая, ребенок боится ее потерять. А это значит неосознанно повторять в семейной модели не только правила и принципы поведения, но и нести внутри себя противоречия и конфликты. Нести то, что и вызывает в теле и психике человека болезнь.
   В родовой душе (или в родовом поле) в настоящее время находятся прошлое, настоящее и будущее. В ней присутствуют предки из многих поколений, в ней присутствуют их судьбы, их боль и их радость одновременно. В родовой душе, которой мы принадлежим, наряду с нами присутствуют наши живущие близкие и умершие, а также те, о ком мы ничего не знаем. Нас всех объединяет принадлежность к нашему роду. В нашей жизни нами управляет множество взаимосвязей с нашей семьей, которые мы не осознаем. В родовом поле присутствуют проблема, задача, ресурсы и решение.
   Связь с семейной системой – это не просто генетическая связь. Ведь причины многих заболеваний объясняются генетической обусловленностью. Но при многих заболеваниях влияние наследственности весьма сомнительно. Генетическая причина заболеваний не объясняет одного важного фактора. Генетические маркеры, конечно, при том или ином заболевании встречаются в нескольких поколениях. Но гены не работают постоянно. Они способны включаться и выключаться. Что активирует работу гена, запускающего процесс болезни в организме человека? Что стоит за генной регуляцией, от чего она зависит?
   Наше психическое состояние зависит от того, как мы воспринимаем события из своей жизни, как реагируем во многих жизненных ситуациях. Также зависит от полученных и непереработанных психотравм, воспоминаний. Откуда идет именно такое восприятие действительности человеком? Из его семейной системы. Именно поле рода при рождении человека определяет, что он возьмет у своих предков. А также какую задачу он будет выполнять, какие душевные переживания будут его волновать, какой ген будет включен, активирован и с какой болезнью столкнется человек.
   Как передается информация? На уровне энергии родового поля. На уровнях души и бессознательного.
   Это банк, в который записано все, это хранилище многих семейных конфликтов, тайн, судеб. Даже если у потомков нет никаких воспоминаний, информация присутствует.
   Семейная система имеет два вида участников. Одни поддерживают и сохраняют ее структуру, способствуют ее выживанию, а другие своей болезнью, зависимостью или какими-то поступками, проблемным поведением расшатывают ее, привнося в нее неразбериху, хаос и боль. Первые пытаются проконтролировать вторых, вразумить их, наставить на путь истинный, вылечить, спасти. Но вторые часто продолжают вызывать страдание у первых. Они показывают, что их контроль – иллюзия, он бесполезен. Вторые – это те, кто связан с чем-то тяжелым в роду. Вторые – это те, кто неосознанно, через свою связь с родом указывают на путь примирения в семейной системе. Примирение, которое должно наступить не только в их душе, но и в душе членов всей их семьи. Но вот услышат ли их первые? Чаще нет. И тогда одни и те же проблемы повторяются в последующих поколениях. А темы и тайны ищут примирения. Вторые часто несут свой крест, и в их судьбах есть свое достоинство, ведь их жизнь – это компенсация, которую требует семейная система, за то, что исключено. Те, кто болеют или зависимы, на самом деле толкают всю систему на поиск новых решений, к принятию исключенного в систему, способствуя росту и развитию всей системы.
   Столкновение с тяжелой болезнью – это всегда психотравмирующая ситуация. Жизнь человека уже никогда не будет прежней, какие-то изменения внутри его происходят, осознает он это или нет. В его поведении, чувствах, взглядах что-то меняется. Иногда изменения настолько велики, что к человеку словно приходит какое-то озарение, открытие. Тогда может измениться вид его деятельности, его партнерские отношения, открываются творческие способности. В жизни происходит резкий поворот в направлении деятельности. В ситуациях, связанных с выздоровлением, с наступлением ремиссии, очень важно поблагодарить Бога, высшие силы (кто во что верит) за выздоровление и склониться перед болезнью. Ведь даже когда нам кажется, что перемены не так уж велики и желаемы или лучше, чтобы их вообще не было, как и самой болезни, тем не менее, возможно, именно болезнь повернула жизнь человека в обратную сторону от погибели.
   Болезнь или симптом – это попытка тела или психики справиться с тем тяжелым, что идет из семейной системы. Болезнь или симптом всегда ведут к травме личной или идущей из системы. У любой болезни или системы есть скрытый смысл, который необходимо не понять, а почувствовать. Куда он ведет человека? Что за болезнью или симптомом стоит на самом деле? Зависимость, онкология, аутоиммунные заболевания, психические болезни – это все компенсация, защита, способ выживания в настоящем с тем, что действует на человека из его системы, из его рода.
   Что из семейного поля оказывает влияние на возникновение заболеваний? Во-первых, это некая предопределенность. Это то, что обычно люди называют судьбой. Но судьба – это не значит злой неминуемый рок. Нет, это то, что человек берет из своего рода. Это предназначение и задача. Это то, что мы взяли от папы и мамы, дедушек и бабушек, прадедушек и прабабушек. Взяли и несем вне зависимости от того, какими они были. Многие события оказывают влияние на нашу судьбу. Исключенные – это те, с кем поступили несправедливо. Это забытые, жертвы, убийцы, насильники, умершие – все, кто жил или живет в настоящем, становятся нашей судьбой. Все то, что происходило в роду, имеет для нас значение, даже если мы не подозреваем о многих событиях. Наша жизнь – это некий узор, сплетенный судьбами предков. И любая судьба человека и его предков имеет право на уважение. Но есть ли это уважение в нас? Нет. Пока мы продолжаем жаловаться на родителей, или партнера, или детей. Пока мы злимся, обижаемся и жалуемся, уважение в нас отсутствует. Мы не уважаем их судьбу и свою судьбу тоже. Может ли изменить что-то или получить помощь тот, кто жалуется? Нет.

Порядки души

Болезнь указывает на задачу,
На то, куда течет моя любовь,
Быть может, это что-то значит?
Быть может, путь любви иной?
Болезнь, решенье, исцеленье,
Для всей семьи благословенье!
Вернуть с любовью, что исключено,
Но вот не всякому дано!

   На основе порядков души, описанных Бертом Хеллингером, можно проследить принципы зарождения болезней в семейной системе человека.
   Первый основной порядок гласит: каждый в системе, живущий или умерший, имеет равное право на принадлежность. Если одному члену системы отказано в праве на принадлежность – например, в силу моральной оценки: «он подлец», или «он пьяница», или «у него внебрачный ребенок» – последствия отказа в праве на принадлежность одни и те же, независимо от того, что именно ставится в вину такому члену семьи.
   Второй основной порядок гласит, что если кому-либо из членов семьи отказано в равном с другими праве на принадлежность, то порядок восстановится путем замещения такого члена семьи. Замещение происходит, как правило, таким образом: младший замещает старшего (того, кто был исключен) с целью компенсации. Младший страдает так же, как и старший, и становится таким же, как он. Так системе приходится вновь столкнуться с борьбой добра и зла.
   Итак, два основных порядка души – это равное право на принадлежность и компенсация отказа в принадлежности.
   Третий основной порядок требует, чтобы те, кто появился раньше в системе, обладали преимуществом по отношению к тем, кто появился позднее. Семейная совесть и семейная душа следят за тем, чтобы преимущество старших соблюдалось, в противном случае младшие приносятся в жертву с целью компенсации. Если преимущество старших не нарушается, то младшие освобождены от повторений.
   Порядки души оказывают влияние на жизнь человека, на его судьбу. Порядки души действуют на тело человека. И за возникновением болезней тоже стоят порядки души. Порядки души важны для восстановления здоровья не только тела, но и духа и души.
   Во многих разделах книги я буду говорить и рассказывать на примерах, как нарушение порядков души отражается на здоровье человека. Они ведут больного к примирению, и иногда это примирение наступает, тогда жизнь человека становится иной.
   Кто же такие исключенные? Когда в семье кто-то исключен, то он потерян для семейной системы. Тот, кто умер, потерян для семейной системы. А те, кто потерян, должны быть кем-то замещены. Несмотря на их физическое отсутствие в системе, связь с ними не прекращена. Умершие все равно остаются частью семейной системы. И исключенные тоже остаются частью системы.
   Почему мы исключаем? Например, мы вынуждены расстаться с человеком, если он умирает. Но умерший – это не значит исключенный. Мы вынуждены исключить кого-то, если он нес угрозу для нашего благополучия или для нашей жизни. Мы исключаем тех, чье поведение вредит нам, нашим представлениям и убеждениям о хорошем, правильном и безопасном.
   Исключенные – это те, кому отказали в праве принадлежать, кого осуждали, с кем не общались. Они в глазах других членов семьи стали плохими, недостойными.
   Кто эти исключенные? Возможно, это кто-то из предков, живших несколько поколений назад. Возможно, это умерший рано отец или мать. Возможно, это родители, отдавшие ребенка на усыновление. Возможно, это дедушка-алкоголик. Возможно, еще кто-то, о ком забыли, а мы даже не подозреваем о его существовании. Но все эти исключенные незримо находятся в родовом поле, оказывая действие на судьбу человека. И родовое поле, подчиненное своим законам, требует восстановления их принадлежности, их иерархии. Каждый должен быть на своем месте, никто не может быть вычеркнут. Болезнь, зависимость, поведение, трудности заставляют всю семью посмотреть на исключенного, соединив то, что кем-то когда-то было разделено. Это идет из системы, возможно, через несколько прошлых поколений человека, и этого не изменить просто по желанию.
   Что происходит в семейной системе, если кто-то умирает преждевременно? Ранняя смерть кого-то из членов семьи создает чувство тоски по невосполнимой потере, желание воссоединиться с умершим, словно вернуть его. И кто-то один из системы, часто из младшего поколения, берет на себя эту ношу – воссоединение с умершим. Но как можно с ним соединиться? Только самому умерев. Таким образом, дети через свои болезни, несчастные случаи или самоубийства могут брать на себя боль, желание соединиться с умершим. Ребенок, даже став уже взрослым, может и не подозревать о своем стремлении к смерти, поскольку оно неосознаваемое. Но тем не менее он чувствует свое стремление к смерти. Когда на приеме у психотерапевта это стремление осознается, то можно увидеть и даже почувствовать, как человек вздыхает с облегчением, увидев ношу, которую он нес всю жизнь. Именно нерушимая связь со своей семьей, глубокая любовь внутреннего ребенка запускает саморазрушающий механизм. Иногда если в системе умирает брат или сестра, то живущие чувствуют свою вину за то, что они продолжают жить. И тогда они стремятся уйти вслед за умершим, ибо воспринимают жизнь как нечто незаслуженное.

   На прием пришел сначала отец, спросить, можно ли что-то сделать для его дочери, которая болеет, несмотря на свой молодой возраст, гипертонической болезнью. В последнее время заболевание стало прогрессировать, лечение дает кратковременный эффект. Дочка Линда согласилась прийти на прием к терапевту. В ходе терапии стало понятно, что дочь хочет умереть вместо отца, который в свою очередь хотел умереть вместо своей матери, которая неосознанно стремилась уйти вслед за младшим своим сыном, погибшим в ДТП в возрасте 20 лет. Своей болезнью дочь вместо отца стремилась умереть, она внутри говорила: «Лучше я умру, чем ты». Бабушка (мать отца) уже несколько лет назад умерла, но стремление уйти вместо матери у ее сына продолжало присутствовать. А дочь делала это ради отца. В этом было направление ее любви. Работа в данной ситуации проводилась и с отцом и с дочкой, давление стало снижаться сразу на следующий день. В настоящее время дочь чувствует себя хорошо, препараты от гипертонии не принимает, стала больше зарабатывать. Кроме того, в конце консультаций дочь рассказала, что всю жизнь стремилась в чем-то ограничивать себя: покупать вещи подешевле, отдыхать поскромнее, хотя всегда неплохо зарабатывала. А в последнее время ей на работе неоднократно намекали, что за свои услуги ей давно стоит повысить расценки, а она все отмахивалась: мол, мне и столько хватит. Когда я спросила, у кого еще есть такое ограничение себя в семье. Она засмеялась и сказала, что у папы, в этом они похожи, всегда умели обходиться малым, но сейчас она чувствует, что можно позволить себе намного больше.

   Многие люди, болеющие различными заболеваниями, особенно тяжелыми, хотят избавиться от болезни. Вполне понятное человеческое желание. И тогда они все силы направляют на то, чтобы бороться с болезнью. Они так и говорят: «Я смогу победить (или побороть) болезнь». Но болезнь остается в теле, в поле человека и его семейной системы на всю оставшуюся жизнь, она в его поле, в поле его системы. Тот, кто стремится забыть болезнь, исключает ее, а также исключает ту семейную тему, которая стоит за болезнью и требует примирения. А исключенное стремится вернуться в систему. Тем, кто болел тяжелым заболеванием, известно, что диагноз хронической болезни, онкологии или зависимости никогда полностью не снимается. Если нет длительно проявлений болезни, то это указывает, что наступила ремиссия, но сколько она продлится, всегда остается под вопросом. Будет ли ремиссия длиться всю оставшуюся жизнь, или болезнь вскоре напомнит о себе?
   Болезнь играет большую роль в семейной системе. Она выполняет какую-то роль. Болезнь – это компенсация. Поэтому прежде, чем ставить цель избавиться от симптома или заболевания, необходимо понять и принять то, что стоит за ней. Разрешение ситуации возможно, если найдено исцеляющее решение, в противном случае человек столкнется с сильным сопротивлением, идущим из системы.
   Болезнь не во власти человека, хотя нам сложно с этим согласиться. Она связана с той силой, которая ведет нас по жизни. Она связана с порядками души. Нередко болезнь переворачивает всю систему ценностей, взгляды, убеждения человека, переворачивает всю его жизнь. Но иногда человек упрямо отказывается смотреть на болезнь и на то, куда она его ведет. И это не просто отказ. Связь человека неосознаваемая и глубокая ведет его к смерти, и готовности к исцелению в нем, в его системе нет. За тяжелым заболеванием всегда скрывается неосознанное желание человека уйти из жизни, то есть умереть. Иногда случается так, что болезнь, которая могла бы привести к смерти, останавливается в своем развитии, наступает ремиссия. Но в самом человеке болезнь уже что-то изменила. Болезнь – это компенсация в семейной системе. Болезнь – это способ системы справиться с тем, что требует решения.
   Болезнь – это исключенный человек. Забытое, исключенное преднамеренно или непреднамеренно какое-то событие связано с этим человеком, что-то тяжелое, неприятное в его судьбе. Событие столь велико, разрушительно или ужасно, что о нем тяжело говорить. В целях ограждения потомков от столкновения с чем-то тяжелым свершившееся трагическое событие утаивается. Чаще о нем не вспоминают, стараются забыть. Но вместе с плохим поступком исключается и сам человек, его совершивший. Но вот в чем парадокс: не имея никакой информации, потомки переживают все чувства, ощущения, вытесненные когда-то их предками. Потомки, не имеющие часто информации о том, что происходило, компенсируют своей жизнью и судьбой то, что исключено. Забытая или утаенная тема продолжает жить в их душе, психике и в их теле.
   Если человек болен, то он отделен от того, что исключено. Отделен от того, что исключено в его системе. Он отделен тем самым от чего-то в своем теле. Какой-то орган или целая система входят в согласие с тем, что исключено. Больной орган или система в согласии с тем, что исключено в системе. Больной орган или система в согласии с родовой душой, с порядками души, с тем, что исключено, но она указывает на то, на что человек не хочет смотреть и с чем не хочет соглашаться.
   Болезнь тела или психики – результат процессов, происходящих в семейной системе и охватывающих несколько поколений. Тяжелые заболевания психики или тела всегда являются результатом хитросплетений внутри рода. Сможет ли человек выйти из этой связи? Есть ли у него, кроме связи, внутренняя неосознаваемая готовность выйти из плена отягощающей его жизнь родовой связи?

   На прием пришел Вячеслав вместе с отцом, их целью было пройти курс психотерапии в отношении алкогольной зависимости Вячеслава. Когда я беседовала с отцом, он рассказал о своих переживаниях по поводу проблем сына, о своей готовности во всем ему помочь. Когда я начала работать с Вячеславом, оказалось, что он своей болезнью делает что-то для отца. Работа продвигалась небольшими шагами. Как только Вячеслав освобождался от того тяжелого, что он нес вместо отца, и ему становилось лучше, у отца повышалось давление. И Вячеслав снова возвращался в прежнюю связь, отцу становилось легче. Весь процесс протекал неосознанно и был понятен больше мне. Оставалось только одно – пригласить отца на сеанс терапии. Вячеслав и его сестра согласились передать мою просьбу отцу, но он отказался прийти, курс психотерапии Вячеслава пришлось прервать. В этом была его любовь – нести что-то вместо отца, в системе не было готовности для изменений. Хотя и неосознанно, но близкие были согласны с такой ценой.

   Человек, который болен, неосознанно отделен от чего-то в своей семейной системе, он отделен от больного органа или целой системы в своем теле. Больной орган или целая система связаны с кем-то исключенным из семейной системы больного человека. Кто это? Тот, кто не достоин по меркам семейных ценностей семьи из-за своих поступков принадлежать их системе. И тогда это проявляется в виде болезни в теле кого-то из младшего поколения. Болезнь связывает больного потомка с отвергнутым предком, с тяжелой темой. Что происходит в семье? Кто должен быть принят назад? Какой вытесненный опыт предков требует согласия?

Осуждение

Как осуждаем мы легко,
Как отвернемся от плохого.
Но, отвергая, мы опять
Все возвращаем снова!
Не смотрим на тяжелое —
Оно ворвется в жизнь!
И вспомним осуждения,
И тут поймем – прими, смирись!

   Все, что осуждается человеком, берет свое начало в осуждении в его семье. Все темы, которые отвергаются в семье, можно пересчитать по пальцам. В каждой семье это свой набор. То, что осуждается нами, и есть исключение.
   Что мы осуждаем на самом деле? Мы осуждаем то, с чем не согласны. Мы осуждаем, когда считаем других виноватыми, а себя правыми. То, что мы осуждаем, мы отрицаем, не хотим видеть. Мы осуждаем то, что предками не принималось в нашей системе, то, что они не хотели видеть и отвергали. Это какие-то поступки, какой-то человек. Некоторые суждения в семье запрещены, какие-то поступки осуждаются, что-то отрицается, вытесняется. Это и есть исключения.
   А что происходит с тем, что исключено? Исключение требует повторения в системе, в младшем поколении. Те, кто осуждает, часто вытесняют какие-то свои желания. Таким образом, они запрещают себе что-то, что когда-то имело место в их семейной системе, в их роду, но осуждалось.
   Каков вывод? Принять тот факт, что многое, что нами отрицается, имеет право быть. Поскольку то, что нами отрицается, непременно врывается в нашу жизнь. С тем, что осуждается, придется нам столкнуться в нашей жизни или нашим детям. За тем, что осуждается, стоят люди. И это кто-то из наших предков. Это члены нашей семьи или нашего рода. Мы на самом деле осуждаем их.

   Можно привести много примеров, как люди, осуждая что-то, не подозревают, что это имеет отношение к их семейной системе. Что осуждается? Часто это все те же тяжелые темы. Но в каждой семейной системе свой набор осуждаемых тем. Например, для одних отсутствие мужа у женщины или рождение ребенка вне брака – это позор, для других это вполне приемлемо. Или ребенок, от которого отказалась мать, – часто этот поступок осуждается женщинами. Часто осуждаемые темы находят в своем окружении как сторонников, так и противников. Знакомые из жизни ситуации: женщины, гуляя с детьми, часто что-то обсуждают, по некоторым темам они приходят к согласию, а по некоторым нет. Стоит научиться отслеживать свои реакции на то или иное сообщение, утверждение, осуждение, как вырисовывается несколько тем, которые нас особо затрагивают и вызывают наше осуждение. Вот тут и находится то, что сокрыто в нашей семейной системе и, возможно, является тайной.

   Что мешает человеку принять то, что он осуждает? Если мы принимаем осуждаемое в свое сердце, то мы принимаем того предка, который был исключен. Но вот в чем основное препятствие: когда мы принимаем осуждаемое, мы подвергаем сомнению семейные ценности, мы разрушаем некий семейной запрет. Мы сразу ощущаем дискомфорт, так как чувствуем потерю связи со своей семьей, а именно со своими родителями. От этого возникает внутренний дискомфорт, только преодолев который можно завершить принятие.
   Что происходит, если исключенное принято? Каждый исключенный приобретает свое место в системе, находит место в нашем сердце, делает нас добрее, человечнее, мы растем. В отношениях утихают войны, вопрос о том, кто прав, а кто виноват, становится снятым. Война прекращена. Партнеры становятся способными глубже понимать и чувствовать друг друга.
   Если то, что осуждалось, и те, кто отвергался, будут потомками приняты, то мы будем чувствовать себя иначе. В теле, в мыслях, в жизни появятся новые ощущения. Внутреннее принятие не может не отразиться на жизни человека, на его чувствах, ощущениях в теле.
   Если человек постоянно жалуется, печалится, ищет виноватых, считает себя правым, то именно этого он и хочет! Только этого – жаловаться и искать виноватого! Он на самом деле не хочет ничего другого, кроме того, чтобы окружающие согласились с тем, что он прав и совершенен! Он не хочет другой жизни! Если человек ничего не делает, не меняет, крепко держится за свои установки, то именно такой жизни он хочет! Если, например, человек говорит, что мечтает о другой жизни, других отношениях и о многом другом, но сам отказывается от действий или от того, чтобы рассмотреть свои взгляды с другой точки зрения, то его устремления, желания – это иллюзия. Это вечные мечтатели. Такие люди не хотят перемен. Они желают мечтать, жаловаться или страдать. Для них иные действия недоступны, они их боятся. И это ограничения, идущие из семейной системы.

   Из практики могу сказать, что среди женщин часто встречаются вечные мечтательницы. Наталья пришла на консультацию, чтобы разрешить вопрос о том, что они с мужем не понимают друг друга. Постепенно стали отдаляться друг от друга. Она рассказала о своих претензиях, что ее раздражает в нем, как он не понимает ее. В то время как она рассказывала, по своим наблюдениям я поняла, что особого рвения или изменений эта женщина не хочет. Когда мы начали работать и я ей показала, какие возможны перемены, какие шаги нам предстоит сделать, и предложила ей подумать, действительно ли хочет она перемен, Наталья долго молчала, а затем сказала, что ей еще раз надо все обдумать. На мой вопрос, что ее останавливает, она ответила, что почувствовала какую-то странную тревогу. Это заставило всерьез ее задуматься, хочет ли она на самом деле перемен, ведь в подобной семейной ситуации есть что-то комфортное для нее.

   Каким образом в семейной системе происходит исключение? За всеми исключениями стоят какие-то жесткие семейные правила и порядки. И это правило из-за лояльности к своей семье человек не может нарушить. Тогда по этому правилу он должен исключить тех, кого это правило (или чье поведение) требует исключить. В семьях происходят сложные, подчас трагические события. Во избежание этих событий они, во-первых, скрываются, так появляются тайны. Событие, настолько тяжелое, из рук вон выходящее, что ради выживания его лучше исключить и забыть. А во-вторых, появляются правила поведения, исключающие проявление и повторение подобного нехорошего поведения. Тут всегда необходимо проявлять уважение и осторожность при работе. Каким было это тяжелое событие? Внезапным? Сверхсильным? Насколько велика была беспомощность человека или предка перед этим событием? С одной стороны, человек должен быть готов к тому, что всплывут какие-то темы, связанные с тяжелой психотравматической ситуацией, пережитой предком. Но до конца к этому никто не бывает готов. Не бывает готов к тем чувствам, которые внезапно могут открыться и нахлынуть. Поэтому следует всегда использовать одно правило – чем тяжелее была перенесенная травма, тем медленнее стоит проводить работу. Решение сразу невозможно. Необходимо время для разрешения ситуации. Об этом следует помнить и самому человеку, ищущему помощи у психотерапевта.
   Каждый человек не хорош и не плох, он не сам по себе. Внутри его содержится все, что находится в его семейной системе, – хорошее и плохое. Если кто-то не совсем хорош с человеческой точки зрения, то и его система не совсем хороша. Не совсем хороша система – это значит в ней есть исключенные. Если дети или родители не совсем хороши, то они с кем-то связаны. С тем, кого когда-то отвергли или осудили. Если кто-то болен, это значит, вся его семейная система больна. Болезнь всей системы проявляется на физическом уровне именно таким образом и именно у этого члена семейной системы. Болезнь системы – это исключенные. Если кто-то зависит от алкоголя, наркотиков, игры и т. д., то вся его система больна.
   Самое тяжелое не всегда находится где-то в третьем или пятом поколении предков. Тяжелое может находиться совсем рядом, например в отрицании своих родителей. Ведь все, что мы осуждаем в своих родителях, мы повторяем в своей жизни. Берт Хеллингер писал: «То, что мы осуждаем в матери, тем мы становимся». Это касается и отца.
   Что такое добро и зло? Добро – это то, что мы принимаем, то, с чем мы соглашаемся.
   Добро – это то, что принимается нашей семьей, это, возможно, поступок, который будет одобрен. Зло – это то, что мы отвергаем, то, с чем мы не соглашаемся, что мы хотим исключить. Зло – это то, что отвергается, исключается в нашей семье, это то, чего боятся. Но зло – это еще и люди, не похожие на нас, другие по своим поступкам и взглядам. Зло – это люди из нашей семейной или родовой системы. Зло не только снаружи, где-то у соседей или далеко в другой стране, оно есть и в нашей семейной системе. Поскольку зло – это то, что отвергается нами.
   В психотерапии давно известны такие защитные механизмы психики человека, как смещение и проекция. Что такое смещение? Это можно наблюдать сплошь и рядом не только в чужой, но и в собственной жизни. Например, мы что-то осуждаем, отвергаем в окружающих людях или наших близких. Что происходит с нами? Если прислушаться к себе, то мы начинаем ощущать в себе то, что отвергали в других. Но наше поведение при этом направлено на кого-то другого, то есть на иной объект. Вот это и есть смещение. То, что мы отрицаем, отказываемся принимать в себе, мы вовне боремся в другом человеке. А наши дети проявляют в жизни то, что осуждают и не принимают в своей жизни родители.
   Любой конфликт обречен на провал. В любом конфликте нет победителей и побежденных, правых и виноватых. У любого из конфликтующих завязаны глаза, они слепы. Ведь конфликт – это еще один из способов отказаться посмотреть в глаза реальности. Конфликт – это способ отрицать реальность и продолжать пребывать в иллюзиях. Но борьба во внешнем мире на самом деле ни к чему не приводит, так как решение всегда внутри человека. Порядки души заставляют человека посмотреть и почувствовать реальность такой, какова она есть. Сколько времени и сколько поколений необходимо, чтобы посмотреть на реальность, на прошлое и увидеть их такими, какие они есть? У каждой семейной системы свой срок. А конфликты вовне никогда не найдут подходящего решения, поскольку решение всегда внутри. Внутри семейной души, родовой души и вселенской души. Ответы там.
   Любой человек именно такой, какой он есть. И человек именно такой, каким он должен быть. Иногда нам кажется, что кто-то должен быть другим, поступать иначе. Но это не так. Человек не сам по себе, он часть семейной системы. Он такой, какой он есть, так как в его семье происходило то, что оказывает влияние на всю оставшуюся жизнь. Мы такие, какие есть, поскольку в нашей семье и нашем роду происходило то, что оказывает влияние на всю нашу жизнь. Мы думаем, поступаем так, а не иначе, так как мы часть своей семейной системы и своего рода. Это различные события, и у каждого своя история рода и свои родовые тайны. Что оказывает влияние из нашего рода на нас, на наши мысли, поступки, на нашу судьбу? Это разные события. У каждого своя история рода. Это может быть чья-то ранняя смерть. Или чей-то тяжелый поступок, но поспособствовавший выживанию всей семьи. Или это может быть ребенок, отданный на усыновление. Или это может быть чье-то самоубийство. Или рождение внебрачного ребенка. Это может быть поражение или выигрыш. Взлет или падение. Преступление или подвиг. Это те события, которые перевернули жизнь всей семьи, а иногда нескольких поколений сразу.
   Это значительные для семьи события, которые происходят в настоящее время или которые происходили в родительской семье или много поколений назад. Это поворотные, ключевые события, после которых жизнь в системе не может протекать так, как раньше.
   Берт Хеллингер писал: «Все, что мы отвергаем, нами завладевает. Все, что мы любим, делает нас свободными».

Любовь внутреннего ребенка

Невыносима боль отца
И мамина утрата,
И я готова на себя
Взять всю расплату!
Нет никого любимей и родней,
Для них на все готова,
И пусть судьбою жертвую своей —
Им жизнь я облегчаю снова!

   Внутри каждого человека находится любовь ребенка. Когда здесь и в других разделах книги я буду употреблять словосочетание «любовь ребенка», то речь пойдет прежде всего о детской чистой и светлой привязанности к своим родителям. С рождения ребенок привязан к своей семье, ее ценностям, устоям, порядкам. Эта преданность, ощущение принадлежности к семье для ребенка и есть любовь. Ради своих близких маленькое существо готово на все. Ребенок готов заплатить своим здоровьем, благополучием, счастьем и даже жизнью. Ради принадлежности к семье ребенок готов на жертвы. Такая любовь порой пытается путем самопожертвования защитить близкого человека от бед, болезней, неудач, смерти.
   Существует представление у внутреннего ребенка, что он может своей любовью многое разрешить. Если кто-то заболел, то и я заболею, чтобы больному стало легче. Если кто-то хочет уйти, то уйду я, чтобы другой остался жить. Но, следуя за таким своим внутренним импульсом, внутренний ребенок не решает задач своей системы, даже принося свою жизнь в жертву.

   Выше я приводила пример с Вячеславом. В его случае, в динамике алкогольной зависимости, прослеживалось неосознаваемое желание уйти из жизни вместо отца. И выйти из этой динамики он не мог. И в этом его внутренняя детская привязанность, в его жизни пока нет места взрослой любви к родителям. Разрешает ли такая его жертва что-то для его отца? Делает ли она его судьбу легче? Навряд ли. Сын пытается что-то разрешить для отца, но его цена при этом – собственная жизнь. Нужна ли на самом деле такая помощь отцу от своего сына? По такой цене? К сожалению, то, что дети стремятся дать своим родителям, на самом деле родителям не нужно.

   Каким же образом любовь внутреннего ребенка способствует возникновению заболеваний? В следующих разделах я подробнее расскажу об этом. Здесь коротко остановлюсь на основных направлениях любви внутреннего ребенка, ведущих к возникновению тяжелых, хронических болезней и устойчивых симптомов. Речь на протяжении всей книги идет о неосознаваемых процессах внутри человека. Но иногда сам человек может ощущать подобные процессы внутри себя, но не может понять, что с ним происходит, не может найти объяснения своим ощущениям.

   1. Если в семейной системе есть умершие рано члены семьи, близкие ребенка, то у ребенка может появиться желание уйти вслед за кем-то из умерших. Часто это наблюдается в случае ранней смерти матери или отца, брата, или сестры, или близнеца. Тогда ребенок внутренне говорит: «Я уйду за тобой». Именно его связь с умершим ведет его к смерти. Это не умерший человек тянет его к себе, это живой в тоске об умершем, хочет разделить его судьбу, уйти за ним. И уже у взрослого человека присутствует это желание, хотя им оно не осознается. И эта смерть может произойти в результате несчастного случая, самоубийства или болезни.
   Такая динамика чаще всего наблюдается, если у ребенка рано умер кто-то из родителей или когда в семье умирает ребенок.
   Но не всегда это именно так. Все эти внутренние стремления уйти вслед за умершим человеком из семейной системы неосознаваемы. Поэтому, узнавая о них, люди, с одной стороны, удивляются, но чаще соглашаются, что внутри себя, где-то глубоко, ощущают именно это стремление.

   Сергей обратился по поводу беспокоящих его болей в области сердца. Ему было 30 лет, но здоровье уже давало сбой. При разговоре выяснилось, что заболеваний у его масса: энтероколит (воспаление тонкого и толстого кишечника), повышенное давление, ожирение 2-й степени, частые ОРЗ. Он не был женат, постоянно меняет своих подружек, склонен к трате денег, часто оказывается в долгах. Его отец умер, когда ему было два года, мама второй раз вышла замуж, в подростковом возрасте Сергей решил взять фамилию отчима. Здесь речь идет об исключении родного отца. Кем был исключен умерший отец? Сыном? Нет, сначала он был исключен его матерью. Дети принимают такое решение, часто следуя за внутренним желанием матери. Как часто мамы хотят, чтобы отчим заменил сыну умершего отца, чтобы у сына был настоящий отец! Вполне понятное желание матери, но где при этом ребенок? Сын внутренне связан со своим умершим отцом. Он всю жизнь внутренне смотрит на его смерть, хочет уйти вслед за ним. И часть проблем со здоровьем и в личной жизни имеет корни в этой связи. Для Сергея это было неожиданно, и словно он увидел что-то новое, обладающее иной силой. Чтобы работать над этой связью, нужно было подготовиться, и все-таки со временем Сергей смог сделать этот шаг. Какое было для него решение? Внутренне ему необходимо было сказать отцу: «Ты мой родной отец. Это так. Ты мой отец, а я твой сын. Ты умер, и я забыл о тебе. Сейчас я вижу тебя. Вижу твою судьбу. Я уважаю твою судьбу и все, что к ней относится. У тебя есть место в моем сердце, ты принадлежишь к нам, ты один из нас. Я – Переверзев (такая фамилия была у отца и сына изначально). Самое ценное, что ты мне дал, – это моя жизнь, остальное я в ней сделаю сам. Сейчас я принимаю свою жизнь по той цене, по которой она тебе стоила, и по той цене, по которой она будет стоить мне». Сергей несколько раз останавливался, слезы текли из его глаз. В 30 лет он снова приобрел отца, и это уже многое изменило в его жизни.

   Галина обратилась в связи с бессонницей, головными болями. Свое состояние она описала как «невроз, возникший из-за дочери». С ее слов, дочка сильно беспокойный ребенок. Ей 6 лет, она постоянно требует к себе внимания, очень подвижна, капризничает, стремится настоять на своем. Ей скоро идти в школу, и Галина беспокоится, что совсем не сможет с ней справиться. Что происходило с ребенком? Что происходило с мамой? Оказалось, что мама внутренне была связана с умершим первым ребенком, которого не стало, когда ему было один месяц. Ей необходимо было разрешить внутри себя вопрос этой перенесенной психотравмы. Она была связана с умершим ребенком, хотела уйти к нему, а дочь своим поведением возвращала ее к жизни. Ее дочь уже старалась взять эту мамину боль на себя. Какое было решение для мамы? Посмотреть на умершего ребенка, дать ему место в их семейной системе: умерший ребенок – первый, дочь – вторая. Согласиться с тем, что произошло, и дать понять дочери, что она сможет нести свою боль сама и что мама остается с ней. Здесь очень тонко надо подходить к чувству матери, которое относится к смерти ребенка, сначала создать ресурсы, чтобы в ходе работы ее не захлестнула боль утраты и она не провалилась в психотравму (об этом чуть позже я буду говорить в этой книге).

   2. Если у кого-то в системе (например, у отца или матери) присутствует это неосознаваемое желание уйти вслед за кем-то из своей родительской семьи или из своей новой семьи (например, за умершим ребенком или абортированными детьми), то ребенок, чувствуя это стремление, может испытывать желание уйти вместо кого-то. Своей жизнью он стремится дать возможность родителю остаться жить. Но такая жертва напрасна. Даже став взрослым, человек испытывает это стремление к смерти. Иногда он это осознает, иногда нет. Если он все-таки уходит, совершая самоубийство, заболевая тяжелой болезнью, погибая в результате несчастного случая, он не решает ничего для того, для кого он это делает. Такая смерть лишь приумножает несчастья в семейной системе, наводя на всех живущих ужас.

   В прошлом примере я рассказала о ситуации у Галины и что ее дочь неосознанно вместо матери хотела уйти из жизни. Дети часто берут на себя эту роль. В этом их детская любовь или привязанность к родителям.
   Анатолий пришел на прием узнать, может ли психотерапевт помочь их семье. У них с женой нет детей, они уже восемь лет в браке, прошли все необходимые исследования, но причин, почему беременность не наступала, врачи не находили. Они с женой стали подумывать об ЭКО, но в последний момент жена заняла иную позицию. Эльвира, его жена, сообщила, что будет надеяться только на Бога, мол, ЭКО многим не помогает и поэтому она не хочет мучить себя и мужа новыми надеждами, «как Бог даст». Анатолий рассказал, что он весь измучился, хочет детей, считает, что надо что-то делать, а не сидеть и ждать. Потом сокрушенно он заметил, что жена, конечно, в чем-то права, ведь многие семьи так и не решили эту проблему даже с помощью ЭКО. Считает, что на решение жены повлиял случай с их знакомой, которая только после трех ЭКО забеременела, но на пятом месяце произошел выкидыш, женщина с «нервным срывом» попала в психиатрический стационар. Эльвира согласилась прийти на прием. Внешне она была спокойна и сказала, что уже почти согласилась с тем, что, возможно, у них не будет детей, но поработать с психотерапевтом не против, так как чувствует, что их брак с Анатолием разрушается. Что не давало возможности Эльвире и Анатолию иметь детей? Из лояльности к своей семье Эльвира была связана со своей бабушкой по линии мамы, у которой было двое детей и она сделала большое количество абортов. Как она объясняла, что боялась, будто дети будут голодать, как она в детстве, и кто-то из них умрет, как в ее родительской семье умерло трое братьев. Мать Эльвиры хотела уйти вслед за абортированными детьми ее матери, а Эльвира внутри говорила, что лучше она умрет, чем ее мать. Какое решение было для Эльвиры? Внутренне ей необходимо было сказать своей бабушке: «Ты – моя бабушка, а я – твоя внучка. Сейчас я вижу тебя и все, что к тебе относится. Я уважаю твою судьбу, что бы в ней ни происходило. Твою боль, твою судьбу со всем, что к ней относится, я оставляю тебе. Это твое, и я соглашаюсь с этим. Бабушка, я остаюсь. Благослови меня, если я останусь жить». Когда через три недели Эльвира пришла на следующий сеанс, она сказала, что у нее совсем другие ощущения, она как будто впервые увидела себя, мужа, людей, жизнь. Мы еще поработали с Эльвирой и Анатолием, отношения между ними изменились, к этой паре я вернусь еще в своей книге. В настоящее время Эльвира беременна, беременность наступила почти через году как закончились наши консультации.

   3. Бывает так, что на ком-то из предков есть какая-то вина. Вина реальная, не выдуманная, но она предком не признана, скрыта, отрицается. Тогда кто-то из младшего поколения искупает своей жизнью, своей судьбой вину предка. И это искупление тоже может происходить через болезнь, в том числе через смертельное заболевание, или через самоубийство, или через несчастный случай. При этом существует иллюзия, что ребенок своим страданием помогает предку, но это не так. Искупление может быть также не чьей-то вины, а собственной. Именно той вины, которая отрицается и не признается. Например, вина женщины, сделавшей аборт. Или отца абортированного ребенка. Или вина водителя, в нетрезвом состоянии сбившего пешехода. Или врача, не оказавшего своевременную помощь больному. Можно привести еще много жизненных ситуаций, но объединяет их одно – все эти люди отрицали свою вину. Люди всегда могут найти оправдания своим поступкам, особенно тем своим действиям, которые имеют тяжелые последствия. Ведь признание вины – это признание того, что за счет другого ты что-то приобрел. В случае личной вины необходимо признать ее, только тогда из этого можно получить силы для чего-то хорошего в своей жизни.
   Часто в семейной системе при возникновении того или иного заболевания есть непризнанная или отрицаемая вина. Это та вина, которую не признал виновный, вытеснил, исключил. Часто это событие может в последующем стать тайной. Например, некоторые заболевания – это отрицание судеб жертв и преступников, и, как следствие, потому люди замещают своей жизнью, своей судьбой преступников или жертв.
   Болезнь в такой ситуации – это либо напоминание о страданиях жертв, либо груз вины преступника. Болезнь – это компенсация.

   Катерина обратилась на прием по совету своей приятельницы. Она три раза проходила курс лечения в психиатрическом стационаре, ее мучили депрессивные состояния, которые сопровождались суицидальными мыслями. Лечение давало кратковременный эффект. Она переживала, что может потерять хорошую работу, в последнее время ее мало что радовало, и к работе она тоже потеряла интерес. В ходе работы оказалось, что ее состояние связано с какой-то виной, имеющей отношение к отцу. О чем идет речь, Катя не знала, это и не играло роли. Какое было решение для Кати? Ей необходимо было сказать отцу: «Ты – мой отец, а я – твоя дочь. Ты остаешься моим отцом, а остальное я оставляю тебе. То, что относится к тебе, я оставляю с тобой. Это меня не касается. Это твое, и я соглашаюсь с этим». Когда мы начинали работу, у Катерины наблюдалась дрожь во всем теле, первые подготовительные шаги, казалось, давались ей с трудом, словно она не хотела расставаться с болезнью. Но в конце ее дрожь прошла, изменился голос, она выпрямилась на стуле. На следующий сеанс она пришла совсем в ином состоянии, она улыбалась и сообщила, что уже 5 лет(!) она не могла смеяться и удивлялась, когда видела радостные лица. А сейчас она специально в Интернете искала веселые истории или анекдоты и смеялась над ними от души. Что это была за вина? Я не знаю, здесь это не играло роли, процесс исцеления начался и без этой информации.

   Любовь внутреннего ребенка стремится уравновесить что-то в своей семейной системе. Ребенок жертвует собой, своей судьбой, своей жизнью ради кого-то. Ребенок через свою любовь стремится разделить чью-то болезнь, вину, смерть, то есть что-то тяжелое, чью-то сложную судьбу. Почему так происходит? К чему такие жертвы? Это неосознанная попытка дать кому-то из более старшего поколения что-то, что на самом деле дать невозможно. И в этой любви ребенок нарушает иерархию и компенсирует что-то одновременно. Любовь внутреннего ребенка направлена на то, чтобы помочь другому остаться в живых. Но цена такой помощи – собственная жизнь. Желание ребенка избавить кого-то от болезни ценой собственного здоровья или облегчить чью-то вину, искупая ее собственной жизнью, сделать чью-то судьбу лучше, легче ценой собственной жизни или смерти. Но своей любовью, своей жертвой невозможно что-то разрешить. И, отдавая свою жизнь, ребенок терпит крах иногда через болезнь, но это ничего не меняет для его близких.
   Болезнь или симптом – это любовь внутреннего ребенка больного человека к своей родовой системе. Это все делается из внутренней любви, именно из-за своей любви человек при тяжелых заболеваниях что-то несет за кого-то из своей семьи. Внутреннее желание умереть – это уйти вместо кого-то, за кем-то или во искупление чьей-то вины. Болезнь или симптом у конкретного члена семьи – это то, что необходимо всей его семейной системе. Это то, что действует на человека из его системы, это своеобразный способ психики и тела человека справляться с тем, что идет из системы, с тяжелым травматическим опытом предков. Болезнь – это указатель. Указатель на хаос в системе, на наличие психотравмы и вытесненных чувств. Болезнь и симптом смогут отступить, когда удается выявить то, что в системе стоит за болезнью, и найти исцеляющее решение.

Болезнь и родители

   При работе с заболеваниями или симптомами сразу видно, насколько отношения с родителями играют важную роль. Именно там скрыта энергия для решения. Человек, с одной стороны, хочет сохранить существующую связь с родителями, с другой – хочет повзрослеть и отпустить их. Если сильнее первое, то человек неосознанно держится за болезнь или симптом, держится за связь, которая, может быть, разрушает его жизнь или ведет его к смерти. Желание сохранить прежнюю связь с родителями, прежнюю близость, принадлежать к своей системе без остатка. Цена такой связи – собственная жизнь.
   Основным препятствием на пути к исцелению может быть нежелание детей отпустить своих родителей. Их любовь, их система крепко держат их не на своих местах в своей родительской семье. Но если дети хотят жить, если они хотят прожить свою жизнь, то они должны отпустить своих родителей. И это расставание может произойти только после внутреннего примирения и согласия. Тогда по направлению к родителям будет течь любовь взрослого ребенка, а не маленького существа, берущего на себя то, что нести ему все равно будет не по силам. Нередко взрослые сделать этого не могут. Там, где у взрослого человека преобладают чувства младенца, маленького ребенка, отделение не получится. Иногда для того, чтобы вырасти из этого детского чувства, требуется время, иногда много времени, а иногда этого времени просто уже нет…
   Взрослый человек способен на рост, иногда толчком к росту может служить понимание, что у взрослого уже много что есть – это его жизнь, его партнер, его дети, которым он нужен. Поэтому ощущение того, что жизнь родителей продолжается в нем, в его детях, что новое имеет преимущество перед старым, помогает освободиться от родителей и сделать при этом свое отделение с любовью, глубоким пониманием и приятием. Сила для подобных решений приходит из согласия. Если этого согласия нет, то задайте себе вопрос: «С чем на самом деле я не согласен?» и «Что мне необходимо, чтобы найти примирение с этой темой?». Ведь мало кто из родителей хотел бы, чтобы их дети платили своей жизнью за их жизнь.
   Вся сложность взаимосвязи родителей и детей состоит в том, что дети не могут заставлять родителей что-то разрешить. Не могут советовать или настаивать, чтобы они занялись поиском того тяжелого, что идет через них к детям. Это решение находится только во власти родителей. Как родители живут, как они взаимодействуют с тяжелым – это все они определяют сами. Последнее слово всегда за ними. Тогда уже взрослому ребенку предстоит поиск решения, но для себя, а не для родителей. Хотя найденное решение несомненно влияет на всех членов семьи.
   Болезнь – это результат любви внутреннего ребенка. Любая болезнь показывает некий путь, но не всегда только для больного человека, но и для всей его семейной системы. Не только для него самого, но и его родителей, партнера, детей и потомков. Для всех, кто жив и кто будет жить в будущем. Любая болезнь показывает любовь внутреннего ребенка, которая ведет к кому-то исключенному. Она указывает на тайну или на того, на кого никто не смотрит. Болезнь – это сила, которая может привести к внутреннему примирению.
   Почему любовь ребенка имеет именно такое направление? К чему эти несправедливые жертвы? Разве любовь может вести к таким порой трагическим последствиям? За этой любовью стоит потребность семейной системы. Каждый человек находится на службе у своей семейной системы, своего рода и мира в целом. Родовая душа как часть одной Большой души ведет человека особым образом. Человек отдан, предоставлен этой силе. Можно ли что-то изменить в направлении этой любви? Иногда да. Изменить таким образом, чтобы она не разрушала жизнь человека и продолжала служить его семейной системе, его роду. Иногда болезнь и появляется там, где только через нее возможно новое исцеляющее решение не только для самого больного человека, но и всей его семьи.

Что может сделать больной человек?

   Первый шаг – это обнаружить, куда направлена любовь его внутреннего ребенка. Часто для этого все-таки необходима помощь психотерапевта. Цель этой любви на самом деле иллюзорна. Уже взрослый человек может понять, что своей детской, наивной, слепой любовью ему не преодолеть желания близких уйти из жизни, не спасти, не преодолеть болезнь, смерть, вину других. Все, что дает ребенок неосознанно своим родителям, на самом деле им не нужно. Ребенок может давать только дальше своим детям – в этом есть смысл. А в отношении родителей он сможет самое большое – это принять во всей полноте от них свою жизнь и дать возможность им в свое время уйти.
   Здесь необходимо понять, что, пока человек борется с болезнью, он не видит ее и то, что за ней стоит. Пока он просто пытается избавиться от нее – он стремится исключить ее. Первый шаг – это дать болезни или симптому пространство, которое он и так уже занимает. Увидеть за болезнью свою любовь, которая направлена к кому-то из семейной системы.
   Второй шаг – это принять и согласиться с родными такими, какие они есть. С их болью, горем, болезнью. С их судьбой, жизнью, виной и даже смертью.
   Третий шаг – поиск решения, ведь любовь может быть направлена таким образом, чтобы возникло исцеление. Может прекратиться то, что в системе ведет к болезни.
   В любой ситуации, даже если исцеляющее решение невозможно, любовь ребенка что-то великое. Она в любом случае заслуживает уважения. Как заслуживает уважения такая судьба.
   Любовь ребенка настолько сильна и слепа, что, уже будучи взрослым, человек может нести что-то тяжелое, ведущее его к смерти. И таким образом умереть – причиной смерти может являться какая-нибудь тяжелая болезнь. Нам, глядя на такого человека, жаль его из-за его тяжелой судьбы. Но является ли на самом деле такой человек несчастным? Нет. Ведь у него есть его большая великая любовь. Окружающим часто жаль такого человека из-за его тяжелой судьбы. Но является ли на самом деле такой человек несчастным? Нет. Ведь он в согласии с этой внутренней большой любовью. И то, что он делает для своей семьи, для своего рода, он делает с радостью, он говорит: «Ради вас я сделаю все». И от этого ему светло и хорошо. Его жизнь не была напрасной. В душе он навсегда ребенок, так как не растет, не отделяется от своих родителей. Но для него это отделение невозможно. Он не может занять свое место и стать ребенком по отношению к своим родителям, стать маленьким, а не возвышаться над ними. И с такой позицией тоже нужно согласиться. Ведь эта связь необходима всей семейной системе, и отсутствие возможности для перемен тоже идет из нее.
   Такие «особо любящие» дети в семье играют свою роль, выполняют свою функцию. Они выражают чье-то стремление уйти вслед за умершим. И как любящие дети берут эту ношу и несут ее сами, говоря внутри: «Я уйду за тобой». Эта любовь сильна и слепа и ведет к краю пропасти, за которым – смерть. Слепа, потому что считает, что своей жертвой можно сделать счастливее кого-то в семье, облегчить чью-то жизнь. Что своим стремлением можно кого-то спасти. Так ли это? Нет. Спасти никого не удается. А преждевременная смерть от болезни, несчастного случая или самоубийства только приводит всю систему в еще больший ужас. Вносит больше боли, смятения и продолжает уже в ком-то другом стремление уйти вслед за умершим.

   Станислава пришла на прием из-за того, что ее беспокоили панические атаки. Когда она рассказывала о своей семье, особенно при разговоре о своем отце, она начала плакать. Оказалось, что ее отец год назад покончил жизнь самоубийством. Как позже в нашей с ней работе выяснилось, за смертью отца и ее болезнью стояли одни и те же причины. Я еще вернусь к этому случаю. Здесь хочу отметить, что Станислава сообщила, что поступок отца вверг всю семью в состояние ужаса. До сих пор в семье никто не может заговорить на эту тему, все отдалились друг от друга, стали словно чужими.

   Николай обратился за помощью из-за алкогольной зависимости, он уже два года не пьет, но внутри чувствует постоянную тревогу и беспокойство. В последнее время они нарастают, он стал раздражительным, вспыльчивым. Его родной брат разбился в 20 лет на машине насмерть, Николаю тогда было 11 лет. Он помнит на уровне чувств, каково было его матери, как тяжело перенес это событие отец. «Время в нашей семье с тех пор остановилось, – сказал Николай. – С тех пор я был совсем один». О том, как проходили консультации и что стояло за состоянием Николая, я расскажу дальше в книге.

   Какое будущее у подобной сильной большой любви внутреннего ребенка? Она не станет любовью взрослого зрелого человека, не станет расти. Внутри человек так и останется ребенком, но не на своем месте, не со своей судьбой. Ребенок, желая спасти родителей от их судьбы, сам станет их судьбой. Но может ли таким образом ребенок действительно спасти своих родителей? Такая помощь – это чаще крах для жизни ребенка и его родителей. Все в системе не на своих местах, и поэтому и жизнь ребенка, и жизнь родителей тяжела. Ребенок так и остается ребенком в жизни, несмотря на свой возраст, незрелым, связанным с родителями, даже после их смерти, часто контролирующим их. Рост возможен, если кто-то из системы сможет согласиться с тем, что у всех своя судьба, своя дорога.
   Каждый человек вышел из своей особенной семьи, и в этой семье у каждого своя неосознаваемая роль. Он в чем-то ограничен из-за влияния судеб его предков на его жизнь. Его семьей ограничены его выбор, взгляды, поступки, убеждения. И психотерапевту в любой ситуации необходимо согласиться с тем, что он смог сделать все, что смог. А человек, прибегающий к помощи терапевта, тоже должен понимать, что в данный момент он делает тоже все, что может. Забота, жалость психотерапевта – это тупик. Согласие психотерапевта с судьбой клиента, с его ограничениями – иногда это единственно возможный шаг. Как и многие проблемы в жизни человека, болезнь обусловлена детской слепой любовью, лояльностью к семейной системе. Это еще одна попытка спасти кого-то или установить с кем-то прервавшуюся связь. Это еще одна попытка проконтролировать чью-то судьбу, чью-то жизнь. Разве может человек контролировать такой глубокий внутренний процесс? Разве можно проконтролировать то, что выше тебя и сильнее? Ведь то, что мы видим на уровне тела, – это лишь отражение внутренних процессов, происходящих на протяжении многих столетий и десятилетий в нашем роду. Разве может один человек, страдающий заболеванием, контролировать развитие своей болезни? Разве под силу ему одному нести эту ответственность? Навряд ли, но люди могут пытаться это делать, и отвечать, и контролировать. Но в результате наступает момент, когда они соглашаются с тем, что болезнь и сама жизнь вне их контроля. И тогда они начинают прислушиваться к поиску своей души. Но сколько времени при этом пройдет? И возможно, сколько поколений сменят друг друга?
   Но можно ли что-то изменить в этой слепой глубокой детской любви? Возможно. Можно уже повзрослевшему человеку увидеть, как иначе можно любить. Для решения важно найти путь к зрелой любви. Эта любовь не иллюзорна, она видит всех членов семьи и себя такими, какие они есть, она уважает их всех в равной степени, дает им место в своем сердце. В поле такой любви все имеют равное право принадлежать своей семье, все уважаемы, живые и мертвые. Любовь внутреннего ребенка, которая привела человека к болезни, может изменить свое направление. И тогда зрелая любовь принесет исцеление и облегчение не только самому больному, но и всей его семье.

Готовность к исцелению

   Хочу с самого начала обозначить свою позицию в отношении лечения заболеваний. Психотерапию я считаю не отдельной наукой, а отраслью медицины. И к традиционному лечению заболеваний отношусь положительно. Я не разделяю мнения, что человек должен все свои вопросы со здоровьем решать однозначно без лекарств, а только с помощью современных подходов психотерапии. Не рекомендую людям, обратившимся ко мне за помощью, пренебрегать традиционными способами лечения заболеваний. Психотерапия может человеку помочь, например, в разъяснении многих вопросов, которые задает себе больной… Конечно, в случае хронических заболеваний или длительно протекающих симптомов, а также если у кого-то в семье тяжелое заболевание, прослеживается наличие в семейной системе сложных и тяжелых судеб. Конечно, можно проследить связь между тяжелой болезнью и исключенными в семейной системе. Конечно, можно увидеть, почему и за кем пациент хочет уйти из этой жизни или чью он искупает вину. Можно предпринять шаги для освобождения больного человека от роковой связи, ведущей к болезни или даже смерти. Конечно, психотерапия может оказать исцеляющее действие, но иногда это возможно только в сочетании с традиционным лечением. А иногда любые шаги медицины и психотерапевта обречены на провал. Не нужно переоценивать целительное действие психотерапии, как и искать панацею и спасение только в лекарствах. Лучше, на мой взгляд, позаботиться о себе с помощью обоих способов.
   Я не разделяю позиции психотерапевтов, считающих, что если бы человек захотел, то был бы здоров. Они твердят, что болен только тот, кто не хочет быть здоровым, что-то менять в себе, в своих взглядах. Конечно, перемены в себе не так легко даются многим людям. Но есть ли в этом их вина? Их готовность к переменам идет из их системы, ведь болезнь – это просто отражение телом тех нелегких и забытых событий, которые имели когда-то место в семейной системе. Могли ли ныне живущие повлиять на то, что было задолго до их рождения? Имеют ли они право искупать чью-то вину? Каким образом они, частицы своей семейной системы, могут одни нести ответственность и менять что-то настолько глобально, чтобы при этом оказаться здоровыми? Многие концепции, твердящие, что здоровье человека в его руках, словно обвиняют больных в том, что они больны. Мол, не хотите ничего менять, поэтому и болеете. В их концепции есть нечто привлекательное для многих людей – некая иллюзия, что человек может контролировать свои жизнь и болезнь. Поддавшись этим взглядам и столкнувшись с болезнью, человек чувствует себя виноватым в том, что болезнь появилась, в том, что плохо поддается лечению, в том, что наступила инвалидизация и их трудоспособность ограниченна. Но все то, что действует на человека из его семейной системы, из его рода, – это человеком не осознается. Болезнь что-то исцеляет в самой семейной системе, поэтому нужна для чего-то всей системе.

   На прием пришла Алина по поводу состояния своей дочери. Дочке Анне три года, но она плохо спит ночью, часто плачет, часто болеет. Алина сама психолог, но не может справиться с ситуацией. Дочку и отдыхать возили на курорты, проводили профилактику респираторных заболеваний, но ничего не давало результата. Что делать, Алина не знает. Не начинать же ребенку давать успокаивающие препараты? Что стояло за состоянием дочки Алины? Оказалось, что первая беременность Алины прервалась. Произошел выкидыш на третьей неделе. Алина сильно переживала, почти год не могла прийти в себя. Когда забеременела, вновь долго тревожилась о том, как будет протекать беременность. Все закончилось благополучно – ребенок родился доношенным в срок. О чем беспокоилась дочка Алины? О ком плакала маленькая Анна? Конечно, о неродившемся первом ребенке. Чьи боль и слезы несла Анна? Конечно, своей матери. Для Алины важным шагом было дать дочери место второго ребенка. Ведь первый желанный ребенок не родился, боль матери заставила вытеснить это событие, исключить неродившегося ребенка. Именно принятие первого ребенка, принятие своей боли, и освобождение дочери от необходимости нести боль вместо матери, смотреть на неродившегося ребенка вместо матери позволили состоянию Анны нормализоваться. После первой же консультации дочь спокойно проспала всю ночь. Психотерапия Алины не только успокоила дочку, нормализовала ее сон, улучшила состояние ее здоровья. Произошли поразительные изменения в семейных отношениях, в отношениях между Алиной и ее мамой, Алиной и ее мужем. Алина вышла на работу, ей сделали выгодное предложение, и ее доход увеличился. «Словно что-то ушло из нашей семьи» – так прокомментировала свои ощущения Алина. Это тот пример, когда любовь ребенка через болезни показывает родителям и всей семье то, на что следует обратить внимание. Ведь иначе никто бы не стал ничего делать. Но состояние дочери вызывало страдание и непонимание у родителей, и именно это заставило заглянуть проблеме, так сказать, «в глаза».

   Здоровье – это особое состояние. Это равновесие, благополучие физического и психического состояния человека. Это означает быть в ладу с собой, со своими близкими и родными, со своим окружением и с миром в целом. Это означает, что болезнь, вызывая дискомфорт и страдания, заставляет идти на все, чтобы быть здоровым. Боль, болезнь заставляют человека задуматься о том, что происходит. Боль и болезнь заставляют человека выйти за границы, установленные своей семейной системой, при этом сохранив принадлежность к своей семье.
   Нет никакого смысла в том, чтобы уговаривать человека, убеждать его, что он нуждается в переменах. Человек должен сам не просто хотеть, не просто декларировать свое желание, а стремиться к переменам. Нет смысла родственникам уговаривать близкого химически зависимого человека в том, что он нуждается в лечении. Нет смысла жене объяснять мужу, что он должен измениться. Нет смысла ждать перемен от кого-то и убеждать кого-то, что вы правы. Если вы считаете, что вашей семье нужны перемены, то начните с себя. Не считайте, что вы идеальнее и лучше, чем ваш партнер или ваши родители. Не считайте, что это другие отрицательно влияют на вас, заставляя чувствовать и реагировать именно таким образом. Это не так! Каковы бы ни были вы или окружающие вас близкие, никто не лучше другого. Представления о том, что хорошо, а что плохо – это только человеческие представления. Не имеет смысла приводить человека к психотерапевту или на семинар против его желаний или путем шантажа и манипуляций. Нет готовности у него – для него результата не будет. Поищите решение для себя. Почему вы так реагируете и так действуете? Почему вы болеете? Возможно, и у вас готовности нет. Если вы считаете, что уже готовы к переменам, начинайте с себя.
   Особенно изощренными мастерами по части манипуляций являются родственники лиц, страдающих какой-либо зависимостью. Под их напором больной, например, алкогольной зависимостью начинает уверенно утверждать, что хочет перемен. Но на приеме у психотерапевта видно, что это только заявление, желания нет. А что есть? Еще один способ убедить близких, что «ничего не помогает». Человек иногда так держится за свои привычки, что стремится убедить окружающих, что перемены невозможны. Они разубеждают окружающих, что у них может что-то поменяться, а больных зависимостью, например, что они когда-либо поправятся. Для таких людей быть правым важнее, чем быть счастливым. Они сами живут в состоянии внутренней тревоги и внутреннего беспокойства и не имеют надежды обрести внутреннее равновесие и покой. А что же делать близким, если их тяжелобольной человек отказывается от лечения, не хочет прибегать к помощи врачей или психотерапевтов? Ситуации бывают разные, но их объединяет одно: человек хочет неосознанно уйти из этой жизни, то есть умереть. Что делать близким? Остается только одно – уважать его стремление к смерти. И после уважения к этому стремлению могут появиться новые возможности для других продуктивных решений в семейной системе.
   На самом деле тех изменений, которых желает человек, ищет через него его семейная система, его родовая душа. Система не может пребывать постоянно без изменений, все события, которые встряхивают ее (болезни, разводы, смерти, суициды и многое другое), на самом деле толкают всех членов семьи на поиск решений, на изменения. Человек, своими действиями ищущий изменений, с одной стороны, выполняет свою роль в поиске, с другой – сталкивается с внутренним дискомфортом из-за того, что совершает нечто, что идет вразрез с семейными установками и взглядами. Это и есть рост, развитие через которое, хочешь не хочешь, человек должен пройти, а вместе с ним и его система. Некая сила, связь со своим родом, переплетения ведут его.
   Но близкие, например родители, ничего не знают о том, что стоит за судьбой их ребенка, и тогда его путь кажется им тяжелым, неправильным. Они печалятся, переживают и думают: «Это неправильно, так не должно быть». А взрослые дети при этом чувствуют, что их жизненный путь доставляет боль и разочарование родителям. Что тогда делать родителям? Принять судьбу ребенка, то, что действует на него из их рода, его жизненный путь. Родители могли бы внутри произнести следующее: «Я люблю тебя, несмотря ни на что. Я люблю тебя и то, что ведет тебя и меня. Я соглашаюсь». А что делать ребенку? Согласиться с тем, что действует на него, со своим предназначением, принять свой жизненный путь: «Я люблю вас, несмотря ни на что. Я люблю то, что ведет меня и вас. Я соглашаюсь».

Тяжелое

   Реальная жизнь порой нам кажется жесткой или жестокой, окружающие люди злыми, плохими, неправильными. Прошлое предков, родителей также может быть жестким, тяжелым. Да, действительность может казаться тяжелой. И тогда человек боится реальности, прошлого такими, какие они есть. И тогда мы хотим, чтобы все было иначе, другим. И погружаемся в иллюзорный мир. От этого человек становится слабее. Отворачивается, не хочет смотреть на тяжелое в своей судьбе, в судьбе своих предков, в окружающей реальности. Только четкий взгляд на прошлое и настоящее, такие, какие они есть, наполняет нас силой. Именно согласие с реальностью, с прошлым дает нам силы для роста, для жизни, для перемен. Посмотреть в глаза реальности – нелегкий, но важный шаг.
   Человек на самом деле не нуждается в нашей жалости. Он нуждается в нашем согласии и принятии происходящего. Соглашаясь, мы становимся сильнее, соглашаясь, мы даем силы другим. Тот, кто несет что-то тяжелое, способен что-то нести. Более того, только его ноша ему по плечу. Никто другой за него это сделать не сможет. Тот, кто сожалеет, стремится сделать что-то за другого, тем самым делая его слабее.

Согласие

   В созвучии, в согласии ли мы с собой, с телом, с семьей, с тем, что делаем? В согласии ли мы с исключенными, с предыдущими партнерами, с теми, кто рядом с нами по жизни, кто помогает и поддерживает?
   Прислушайтесь к себе. Может быть, вам кого-то не хватает? Может быть, вы без кого-то одиноки? Может, вы по кому-то тоскуете?
   Когда мы в согласии, мы в любви. В любви иной, в любви с собой, с телом, с семьей, с тем, что делаем. В любви с исключенными, с предыдущими партнерами, с теми, кто с нами по жизни. Мы в любви с собой, с другими, в любви с силой, что ведет нас. Мы в поле зрелой любви.
   Что такое согласие? Почему кому-то это чувство давно знакомо, а кто-то стремится к принятию, но ничего не получается? Нет согласия с собой, с судьбой, со своей судьбой? Почему иногда, когда согласие так необходимо для исцеления, прийти к нему невозможно? Согласие начинается с согласия с самим собой. Что такое согласие с собой? Оно невозможно без согласия с родителями. Согласие с родителями – это обретение своего места в системе, это положение ребенка по отношению к отцу и матери. И это взросление одновременно. Согласие с собой – это согласие со своими родителями. А согласие с родителями – это еще и найденное решение для утраты привязанности, если она имела место. Без согласия со своими родителями находиться в согласии с собой невозможно, поскольку мы и есть наши родители. Мы – это наши отец и мать. Без этого согласия невозможно обрести согласие по отношению к своему партнеру и детям. Без этого согласия окружающие родственники и люди будут казаться неправильными, плохими, злыми. Невозможно согласиться с предками из своего рода без согласия со своими родителями.
   С родителей начинается наша жизнь. Все в нашу жизнь приходит через них. Радость и боль, успех и поражение, здоровье и болезнь, богатство и бедность. Внутренний ребенок навсегда испытывает абсолютную любовь к своим родителям, какими бы они ни были. Так важно взрослым, молодым и не очень людям, будущим и настоящим мамам и папам обрести в этом сердце любовь, согласие со своими родителями такими, какие они есть. Как важно будущей маме найти успокоение на груди своей матери. И в буквальном смысле и внутри себя. Как важно будущему папе обрести чувство безопасности, идущее от своего отца. Согласие с другими, с тяжелой чужой судьбой тоже возможно только после согласия с родителями.

Путь исцеления

Болезнь указывает путь!
Путь к примиренью и смиренью!
И вот уже нельзя свернуть,
Коль подошел уже к решенью!
Сомненье, внутренняя тяжесть
Отступят вдруг, покинут,
Укроет нега, слабость,
И вдруг… любовь нахлынет…
Я вижу всех, я часть,
Я сын, ребенок, младший,
Вы – там, я – здесь,
Ты – мать, родитель, старший.
И все затихло – улеглось,
Прошли печаль и грусть.
Я маме нежно улыбнусь
И перед родом поклонюсь!

   В каждой семейной системе своя задача. Мы все часть своей семьи, своего рода и что-то несем из него. Мы выполняем какую-то функцию и несем некое поручение наших дедушек и бабушек, прадедушек и прабабушек, даже если их не знали. Семейная система, или родовая душа, определяет нашу функцию, нашу роль в ее структуре. Если что-то до сих пор не разрешено в отношениях, то оно меня держит. То, что меня держит, меня ограничивает. Если что-то я не хочу видеть, знать, то это не означает, что оно не присутствует в моей жизни. Связь все равно нас держит и все равно нас ограничивает. Я могу желать излечиться, но связь неразрешенная продолжает меня держать в болезни. Не решив определенных задач, мы не можем рассчитывать на исцеление собственное или своих детей. Ведь то, что не разрешилось у наших предков, передалось нам, а то, что не разрешено нами, будет передано нашим детям.
   Иногда мы пишем цели, создаем аффирмации для поддержания своего здоровья, пытаемся представить себя здоровыми и счастливыми и вроде бы все делаем правильно, но на деле все остается по-прежнему. Конечно, позитивный взгляд в будущее всегда важен, но где при этом болезнь? Мы ее видим при этом? Нет, мы ее стремимся отодвинуть в сторону, забыть, изгнать, то есть исключить. Мысленные образы хороши, но если ваша душа желает иного, если ее образы другие, то мысленный позитив ни к чему не приведет. Болезнь – это явный указатель на что-то, происходящее в человеке и в его системе. Болезнь – это проявленный образ нашей души, задача, с которой надо не бороться, а прежде всего увидеть ее, принять, признать, согласиться. А затем уже искать связь, образ в своей душе. Если душа хочет чего-то иного, ее желания далеки от мысленных образов, то вслед за ними она не пойдет.
   Мы, как часть своей системы, много чувствуем и много ощущаем, но не всегда можем понять, в чем дело. Путем анализа и рассуждений можно пойти не по той дороге, поскольку мы часть своей семьи, своего рода и что от нас скрыто – мы не увидим. Но то, что нам сложно увидеть, все равно продолжает оказывать на нас действие. Для этого необходим кто-то другой, вне нашей системы, чаще этим человеком и является психотерапевт. Именно он может помочь человеку почувствовать то, что скрыто от него, то, на что не выйти с помощью анализа и рассуждений.
   Хантер Бомон в своей книге пишет: «В 70-х годах, когда стал известен первый гуманистический подход в лечении рака, мои друзья из Южной Калифорнии, из пригорода Лос-Анджелеса, приняли участие в одном исследовательском проекте в университете. Я напрямую в нем не участвовал, но из разговора с друзьями достаточно точно знал, что там происходило. Было взято около 20 пациентов с тяжелыми раковыми диагнозами, при которых можно было предположить скорую смерть. Работа велась в соответствии с таким подходом: «Нужно взять ответственность за болезнь на себя, ведь это я сам делаю себя больным». Спустя всего лишь 18 месяцев все больные, принимавшие участие в этом проекте, умерли. И многие из них с чувством вины как раз за то, что не исцелили себя сами. Основным эффектом этой попытки было ощущение фиаско. Коллеги очень быстро научились уменьшать свои ожидания и не заноситься. Они поняли, что целью такого лечения не всегда может быть ремиссия симптомов».
   Исцеление зависит от того, сможет ли человек войти в согласие с тем, что исключено, и когда это произойдет. Произойдет ли это в начале заболевания или тогда, когда поражен весь организм? Произойдет ли вообще это событие – согласие с тем, что исключено? Ведь человек часть своей системы, и не в его власти решать, может он или нет обрести исцеление. Кто, он или кто-то из последующего поколения, сможет войти в согласие с исключенной темой? Человек, пребывая в таком внутреннем конфликте всю жизнь, неосознанно ищет решение. Часто его болезнь – это пока единственное возможное для него решение. Возможно ли иное, глубокое решение для больного? Для некоторых – да, для некоторых – нет. При этом не играет никакой роли, кто болен – тот, кто занимается различными духовными практиками, или тот, кто далек от них. Бывает так, что человек, совершенно не знакомый с психологией, эзотерикой и нетрадиционной медициной, за несколько сеансов у психотерапевта избавляется от какой-то симптоматики, приходит к согласию. А у того, кто знаком с многими практиками, а на приеме у психотерапевта остается непримиримым, этаким борцом за какие-то идеи, ничего не происходит, никакого исцеления. Бывает так, что принятие и согласие случаются тогда, когда уже сделана операция, потерян какой-то орган или трудоспособность или в органе произошли необратимые изменения и возможна только ремиссия. А иногда человек уже настолько приблизился к смерти, что уходит легко и с любовью.
   Иногда говорят, что вот у нас возник конфликт с партнером и после этого вы заболели. На самом деле болезнь все время говорит о связи с родительской семьей, а не с партнером.
   Почему, когда человек болеет, путь к его исцелению может быть закрыт? Да, иногда оказывается эффективным традиционное лечение. Иногда фитопрепараты, иногда психотерапия, иногда нетрадиционные методы лечения. Но много случаев, когда, несмотря на все лечение, болезнь прогрессирует. Путь к исцелению закрыт по нескольким причинам. Например, для исцеления необходимы такие внутренние и внешние перемены в человеке, для которых он не готов. Почему? Его семейная система не готова к изменениям, а тяжелая болезнь и смерть человека являются компенсацией чего-то произошедшего в прошлом. Это отнюдь не означает, что человек своей смертью кому-то помог и что-то для кого-то разрешил. Это означает, что перемены возможны, но уже в ком-то другом, например в последующих поколениях.
   Иногда в семейной системе такие сложные процессы, что прийти к уважению со своими предками и родителями человеку просто невозможно. Порой не хватает всей жизни. И это еще одна причина, по которой болезнь не отступает.
   Когда речь идет о болезни, то первое, на что необходимо обращать внимание, – это не сам больной человек или его болезнь, а семейная система, к которой он относится. Как ведет себя его система и члены семьи, которые относятся к ней? Если то, что исключено, и ведет к болезни? Именно принятие исключенных людей и тем может оказать целительное действие на больного.
   Для любого решения необходимо время. Время, чтобы то, что было посеяно на приеме у психотерапевта, дало свои плоды. Решение – это не процесс мозгового штурма, этот процесс полностью предоставлен нашей душе. Иногда та причина или тот выход, которые кажутся наиболее логичными, правильными, оказываются только миражом. Решение спокойно и не подлежит какой-то интерпретации и переосмыслению, оно такое, какое может и должно быть на данный момент жизни человека. Но что выберет человек? Близкую, тесную связь, обусловленную любовью внутреннего ребенка, или зрелую любовь, любовь, продолжающую связь. Но эта связь уже иная. Она на расстоянии, она связь взрослого человека со своими родителями, а через них со своими предками. Делая шаг к зрелой любви, всегда есть соблазн, и очень сильный, вернуться назад, в привычную любовь внутреннего ребенка. И многие возвращаются. Что же делать тогда? Терапевту – не вмешиваться, в каждой системе свой срок. Человеку – осознать свое возвращение назад и в дальнейшем решать, хочет ли он продолжать свое движение к зрелой любви.
Итоги главы
   1. Любая болезнь – это то состояние, в котором тело человека в данный момент может находиться в этой жизни. Болезнь необходима и чему-то служит через данного человека. Служит через его тело, разум и душу его системе.
   2. Многие болезни обусловлены нашей связью с нашей семьей, нашим родом. Болезнь – это состояние семейной системы человека и всего его рода в целом.
   3. На основе порядков души, описанных Бертом Хеллингером, можно проследить принципы зарождения болезней в семейной системе человека.
   4. Болезнь – это исключенный человек. Болезнь – это компенсация в семейной системе. Болезнь – это способ системы справиться с тем, что требует решения.
   5. Осуждение поступка – это тоже исключение в системе.
   6. Болезнь – это результат любви внутреннего ребенка. Любая болезнь показывает некий путь, но не всегда только для больного человека, но и для всей его семейной системы.
   7. Готовность человека к исцелению идет из его семейной системы.
   8. Те изменения, которых желает человек, ищет через него его семейная система, его родовая душа. Система не может пребывать постоянно без изменений, все события, которые встряхивают ее (болезни, разводы, смерти, суициды и многое другое), на самом деле толкают всех участников семьи на поиск решений, на изменения.
   9. Исцеление – это путь, по которому человек приходит в согласие с порядками души.
Поиск решения
   1. Для практической работы над исцелением по поводу любого заболевания необходимо собрать предварительную информацию о своей семейной системе. Нужно подробно ответить на нижеследующие вопросы, собрать соответствующую информацию.
   Кто ваш родной (биологический) отец? Кто ваша родная (биологическая) мать?
   Если вы были усыновлены, то кто ваши настоящие родители?
   Соберите всю информацию о братьях и сестрах, в том числе сводных, вне брака.
   Были ли умершие, мертворожденные дети до вашего рождения или отданные на усыновление?
   Были ли у родителей значимые для них отношения до брака, до вашего рождения?
   Были ли в предыдущих поколениях случаи насильственной смерти?
   Были ли в предыдущих поколениях случаи ранней смерти? В результате чего?
   Были ли в предыдущих поколениях люди, совершившие преступление?
   Были ли в предыдущих поколениях люди, совершившие убийство?
   Были ли в предыдущих поколениях люди, оказавшие отрицательное или положительное влияние на судьбы других людей?
   Были ли в предыдущих поколениях люди с тяжелыми судьбами?
   Были ли в предыдущих поколениях люди с тяжелыми заболеваниями?
   Были ли в предыдущих поколениях люди, страдающие алкоголизмом?
   Были ли в предыдущих поколениях люди, ведущие асоциальный образ жизни?
   Чем занимались предки из предыдущих поколений (работали, воевали и т. д.)? Где жили (переезжали или нет)? Сколько было браков, сколько было детей, чью фамилию они носили?
   2. Далее я рекомендую нарисовать схему вашего рода – генограмму.
   Генограмма – это генеалогическое древо. Гениосоциограмма – это комментированное представление генограммы, то есть дополненное информацией о жизни предков. В этой схеме каждое поколение занимает одну строку. Вначале идете вы и ваш супруг, а также партнеры до вашего брака, ваши братья и сестры. На строку ниже ваши дети. На строку выше ваши родители, их братья и сестры. Еще на строку выше родители ваших родителей, ваши дедушки и бабушки и т. д.

Глава 2
ПСИХОТРАВМЫ И РАЗВИТИЕ ЗАБОЛЕВАНИЙ. ПОИСК РЕШЕНИЙ

   Если в системе кто-то отступает от порядков души, если любовь внутреннего ребенка стремится искупить чью-то вину или уйти, то человек заболевает. Исцеление – это путь, в котором человек приходит в согласие с порядками души. Внутри у нас есть эти силы и знания, но доступ к ним утрачен. Исцеление – это путь навстречу тому, что когда-то было утрачено, потеряно.
   Болезнь – это часто что-то непризнанное. То, что не нашло признания в семейной системе, иногда на протяжении нескольких поколений. Это не обязательно какое-то событие, произошедшее век назад, нет. Это могут быть какие-то ситуации, повторяющиеся во многих поколениях. Поэтому болезнь – это то, что находится в поле семьи. Это то, что не принято в семейной системе, в роду и, конечно, самим больным. Только что это? Ответ на этот вопрос предстоит дать самостоятельно или совместно с психотерапевтом.
   Какое решение в случае болезни? Болезнь – это всегда указатель, это всегда поворот, это то, что толкает систему к решению, даже если болезнь ведет к смерти. Болезнь – это то, что требует принятия. Болезнь – это шаг на пути примирения с какой-то темой в роду. Что нужно от человека? Это заключить некое соглашение с тем, что требует решения. Но всегда ли это возможно? Ведь исцеление идет через принятие, согласие с болезнью и примирение с чем-то или кем-то в роду.
   Примирение возможно только в поле зрелой любви. В поле взрослой любви к родителям, а не детской привязанности. Это более сложный шаг, это совершенно другое состояние психики, эмоций и тела. Самому обрести свое место в семейной системе, позволить другим находиться в согласии со своей судьбой – это первоочередная задача, но сможет ли ее осуществить человек? Отказаться от противоречий внутренних и внешних, примирить со своей душой то, что вчера казалось еще непримиримым. Дать старшим возможность быть старше и выше и самим нести свою судьбу, оставить им их вину – вот этот шаг сделать удается немногим. К этой теме я еще не раз вернусь в своей книге. И остается некоей тайной, почему одни делают этот шаг легко, а другие не смогут его сделать никогда.
   Болезнь и смерть – они присутствуют в поле семьи, в поле семейной системы, они идут за порядками души. Можно сказать, что болезнь на службе у порядков души. Любовь внутреннего ребенка слепа, безропотна, сильна. Что делать человеку?
   Первый шаг – это понять, где и когда мы неосознанно подчинены этой любви ребенка. В своей болезни? В своих чувствах, эмоциях или ощущениях? В своих неудачах? В своих семейных отношениях? В переживаниях о детях, о жизни, о родителях? На работе, в бизнесе? Тогда, когда мы осуждаем и исключаем? Тогда, когда берем на себя больше, чем нам положено, занимая место вышестоящих в своей семье, которое нам не принадлежит? Каков же выход? В любом случае болезнь остается в поле человека. Остается посмотреть на болезнь и… склониться перед ней. Ведь она – это шанс на изменения, на изменения в системе. Ведь то, что принято в сердце, может отступить и перестать проявляться в жизни человека.
   Второй шаг – согласиться с тем, что есть. С обстоятельствами. С жизненной ситуацией, с судьбой. Это отнюдь не шаг бессилия и слабости. Именно согласие придает человеку силы. Этот шаг в отношении болезни подразумевает, что есть некие обстоятельства, которые ограничивают возможности исцеления. Например, наследственное заболевание, или врожденные аномалии, или последствия операций. Это реальный взгляд на то, что есть, без отрицания и иллюзий. Если болезнь с тяжелым течением или прогнозом, то не стоит к ней относиться как к чему-то злому, плохому, ненужному, требующему немедленного уничтожения. Здесь важно пересмотреть свои убеждения, как ни печально, но с некоторыми придется расстаться. И это всегда нелегко. Самое сложное – отказ от иллюзии, что что-то могло быть по-другому, отказ от своих представлений о власти и контроле над жизнью. Изменения всегда начинаются с принятия реально существующей ситуации и обстоятельств. Принимающий жизнь и обстоятельства человек не станет жаловаться. Тот, кто жалуется, еще находится в иллюзиях о том, как все могло быть по-другому. Тому, кто жалуется, помочь невозможно, поскольку он хочет, чтобы его окружающая реальность, люди были другими. А те, кто ему сочувствует, тоже хотят, чтобы все было иначе. И самому человеку и психотерапевту необходимо находиться в согласии с той ситуацией и с теми процессами, которые за ними стоят.
   Берт Хеллингер писал: «Что мы можем сделать для человека, если он начинает жаловаться на свою судьбу или на родителей? Ничего. Кто жалуется на родителей, тот их потерял».
   Третий шаг – человек должен понимать, что требовать что-то бесполезно. Обычно жалующийся человек является и требующим. Требующим от жизни или окружающих внимания, заботы, денег, работы, любви, поддержки. Кого в своих требованиях ищет человек? Родителя. Кто постоянно что-то требует? Ребенок. К психотерапевту часто приходят, когда попытки что-то изменить не приносят желаемого результата. Если человек от психотерапевта что-то требует, то он явно отводит ему роль родителя. А если психотерапевт соглашается и берет на себя эту роль, то помощь приведет к разочарованию обоих. Психотерапевт не может заменить родителя. Подружки за чашкой чая не могут заменить родителя. Партнер не может дать то, что не дал родитель. Друзья за бутылкой пива не могут заменить родителя. Все окружающие нас люди не могут восполнить то, что, мы считаем, не дали нам наши родители. Взрослый человек, отделившийся от своих родителей, не станет предъявлять требования в удовлетворении своих потребностей к окружающим.
   
Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать