Назад

Купить и читать книгу за 59 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Призрак океана, или Адмирал Колчак на службе у Сталина

   Была ли история такой, какой вам ее преподносили в школе, институте и с экранов телевизоров? По утверждению автора книги Ольги Грейгъ, адмирал Колчак не был расстрелян в 1920 году, а в течение многих лет был инкогнито ближайшим советником Сталина. Книга пропитана мистикой, наполнена событиями, о которых вы никогда не слышали, а между тем, по мнению автора, именно они определяют подлинное лицо современного мира.


Олег Грейгъ Призрак океана, или Адмирала Колчак на службе у Сталина

Часть 1
Уничтожить и самое имя Русь

Глава 1

   Вначале февраля 19…года в кабинет секретаря ЦККПСС, курирующего международные проблемы, принесли папку с докладом, которую он тактично передал своему ближайшему помощнику, лицу почти опекаемому и почти приближенному. Все время, пока тот изучал материалы, относящиеся к первой половине ХХ века, хозяин кабинета отрешенно-спокойно рассматривал пространство, не фокусируя взгляд на отдельных предметах, однако, благодаря общественному статусу, привычке и прожитым годам, он видел, не только КАК читал его помощник, но и ЧТО творилось в его душе во время чтения. Благодаря пониманию происходящего и наперед зная, что вот-вот ожидает человека, всецело поглощенного новой информацией, хозяин кабинета испытывал весомое удовлетворение.
   Тот, кто держал бесценную папку, часть из ее содержимого знал, частично – предполагал из анализа встреч, ситуаций и сообщений иного рода, но многое – видел впервые; многое – подтвержденное официально документами, которые не хранят ни в каких архивах, разве что в сверхсекретных архивах партийной разведки, о существовании которой в стране знает только ограниченное количество избранных, самых-самых, диктующих самому Господу Богу страницы мировой Истории…
   Высший партийный босс не торопил сотрудника, он и сам вообще никогда никуда не торопился, но все успевал, – многолик и вездесущ, этот маленький человечек, почтительно прозванный самыми приближенными в своем аппарате «папа Боря», тогда как члены Политбюро и секретари ЦК очень осторожно, с испуганным придыханием звали его «Исчадие ада». А что даст нам имя человека, просматривающего пожелтевшие от времени страницы; у людей, подобных ему, нет имен; ОН – в структуре, но он – не винтик, не цепочка и не гаечка цельного государственного механизма, а ветер, могучий и могущий без помощи других придать механизму центробежную силу… ибо в него заложена почти внеземная энергия, способная – по приказу папы Бори! – вздыбить земную ось и оседлать ее, как строптивую жеребицу… Однако, коль его как-то надо звать, то назовем так: Призрак, придав его облику немного скорбной сентиментальности.

   Вскоре ответственный сотрудник направился в свой кабинет, вместе с документами и напутственной благожелательной улыбкой босса, таящей зловещий смысл…
   Из бумаг становилось известно о деятельности Специального отдела ЦК ВКП(б) (формально: Спецотдела ВЧКОГПУ) под руководством Глеба Ивановича Бокия, возглавлявшего это скрытое учреждение без малого два десятилетия. Отдельно к папке прилагались обширные тома других документов. Всякий, кто мог бы прикоснуться хотя бы к одному из них, прочесть содержимое, просмотреть фотографии, графики и схемы, увидеть неразборчивые подписи и рядом аккуратно проставленные знакомые фамилии и при этом хотя бы вполовину понять суть представленного, засекреченного, – через короткое мгновение понял бы, что его мозг не только перестает функционировать, но и вообще перестает ощущать себя мозгом человека разумного; словно знания могут вызвать ядерный взрыв в мозговых клетках…
   Могут?! Без специальной подготовки нельзя было адекватно и спокойно реагировать на те ужасы, которые таились в обыкновенных исписанных листах.
   Но многое о деятельности Спецотдела сотрудник хозяина кабинета знал. Среди этого многообразия документов он выискивал некий особый, ради которого и был приглашен сюда. Но какое донесение, какая сводка, письмо, отчет, чья рукопись оформится в значимое дело, над которым придется работать? …может, просто прочесть, ознакомиться и уничтожить; …может, подменить фальшивкой и представить общественности; …а, может, довершить чьей-то жизнью… или даже своей
   Наконец интуитивно он особо отмечает, что гласит очередной документ, где сообщалось, что один из ответственных работников Секретариата товарища Сталина еще в начале 30-х годов информировал Орден о том, что объект «Призрак океана» продолжает сотрудничество с руководителем Спецотдела. Указывалось имя информатора – Б. Пономарев. И приписочка: «Согласовано с И. В.»
   Следующий документ гласил, что после ареста Г. И. Бокия все огромное количество документации, технические средства, многочисленные лаборатории, испытательные полигоны и проч., и проч., и проч. переходят в распоряжение Секретариата товарища Сталина. Особая ответственность при этом возлагается на двух сотрудников этого аппарата – А. Голованова и Б. Пономарева.
   Спустя десятилетия после тех давних событий человек, упомянутый в обоих документах, занял чрезвычайно влиятельное положение в руководстве партии, да и вообще в государстве.
   Это с его подачи будет запущена молва о том, что серым кардиналом КПСС является член Политбюро и секретарь ЦК Михаил Андреевич Суслов. Хотя тот хорошо понимал, что это как бы исполненный симпатии кураж за события, имевшие место в 1937 г. в Саратове, когда Борис Николаевич практически спас Суслова от подвалов Лубянки. Тогда как в действительности, только не серым кардиналом, а Черным Князем Тьмы стал Б. Пономарев с тех пор, как не без его участия ушел в конце 1952 г. (а не в марте 1953-го, как принято думать) из жизни товарищ Сталин. О скольких достоверных событиях еще предстоит узнать, коли фортуна соизволит повернуться лицом к нам, жаждущим истины. И коли даст она дозволение на раскрытие хотя бы части своих тайн.
   Со временем Борис Николаевич установил жесточайший контроль над сталинскими марионетками и, великолепно манипулируя, умело направлял их интриги. Так что не зря члены Политбюро и секретари ЦК очень осторожно, с испуганным придыханием прозывали его «Исчадие ада», не забывая при этом оглядываться.
   …А тогда, в те февральские морозные дни 19… года им была получена информация, что один из самых преданных его людей, человек, к которому он благоволил, стал, пользуясь терминологией того времени, его личным врагом, предателем, замыслившим расправу… Борис Николаевич никогда не позволял себе являться к подчиненным; и об этом знал тот, кто прошел почти два десятилетия совместной работы, и ради которого негласная традиция была однажды нарушена. В день 6 февраля босс явился в просторный кабинет своего ответственного работника, сел напротив за стол заседаний и, махнув рукой, чтобы хозяин кабинета не вставал из-за стола, совсем тихо, по-домашнему сказал:
   – Налей мне коньяку.
   Смакуя небольшими глоточками, выпил, встал и продолжил:
   – Ты ознакомился с материалами? Надеюсь, узнал много поучительного. Там хватает интересных судеб, начиная с самого Бокия. Но мне кажется, больше всех тебя заинтересовал вице-адмирал Колчак. – И, не ожидая ответа, завершил: – Ну что ж, собирайся…
   Не прошло и часа, как они оставили особняк в подмосковном лесу и оказались в личном самолете секретаря ЦК партии. А спустя какое-то время самолет, пролетев несколько поясовых часов, уже совершал посадку на одном из военных аэродромов Краснознаменного Сибирского военного округа. Здесь, в Сибири, величаво пробуждалось раннее утро 7 февраля. Пересев в вертолет, пассажиры добрались на берег Ангары, туда, где в реку впадает небольшой приток Ушаковка.
   Повернувшись к шедшему в полшага сзади от него человеку, секретарь ЦК спросил:
   – Как ты думаешь, где могла быть прорубь, в которую можно было воткнуть генерала Пепеляева и адмирала Колчака?
   Спутник негромко отозвался:
   – Да где угодно, может, даже здесь.
   Они сделали несколько шагов, и перед ними оказалась полынья. Только недавно заботливо подготовленная, она еще не успела покрыться корочкой льда. Папа Боря окинул заботливым взглядом собеседника и жестко констатировал:
   – За то, что ты сотворил, тебя нужно живьем сунуть в эту прорубь. Вот тогда восторжествует справедливость. Ведь советские люди знают, что гласит история… а история гласит, что Колчак вместе с Пепеляевым были расстреляны, как враги советской власти и спущены здесь в прорубь. Хотя кто-кто, а ты уже хорошо знаешь, что все следствие после ареста Колчака и Пепеляева было не чем иным, как фальсификацией. Да, Пепеляева действительно расстреляли, а Колчака – нет. Благодаря стараниям Бокия. Но такова была установка Ордена. Но ведь должен же Ледовитый океан принять тело своего исследователя, должен же дождаться своего вице-адмирала? А? Как ты думаешь? Будет справедливым, если тебя сунуть в прорубь головой вместо Колчака?
   Спутник Бориса Николаевича только и отчеканил:
   – Но я ведь не исследовал Ледовитый океан.
   – Зато ты слишком увлекся исследованием моей жизни. А ведь я могу сделать так, что от тебя даже пыли не останется. И даже если я оставлю тебя, то смогу опустить до состояния ничтожества, о котором никто никогда не слышал и которого никто никогда не знал. Запомни… Ты до сих пор живешь и возвышаешься, потому что так хочу я. А ты посмел поднять руку на своего благодетеля.
   Разительно-горячая волна обожгла грудь. Сердце своими ударами отсчитывало сотые доли секунды. Мозг работал лихорадочно, безустанно продумывая ходы. На какое-то мгновение возникло чувство страха, но тут же улетучилось – сказались профессиональная подготовленность и уникальный опыт, приобретенный за годы службы в этом чрезвычайном и сверхзасекреченном подразделении партии. Страх исчез, а вместе с ним исчезла и обжигающая струя, пронзившая грудь. Он резко присел, чтобы оттолкнуться ногами и прыгнуть в прорубь, как когда-то в детстве он любил прыгать вниз головой в заводи журчащей горной речки.
   …но прыжок не состоялся.
   Полынья внезапно покрылась толстым слоем льда. Неожиданно с неба посыпал густой снег, щедро покрывая черную флотскую шинель сотрудника ЦК партии, еще секунду назад готовившегося к прыжку в небытие.
   Борис Николаевич, увидев происшедшее, нисколько не удивился и спокойно сказал:
   – А тебе благоволят свыше.
   Он смотрел снизу вверх на виновника, все же удовлетворенный и развитием событий, и произносимым приговором:
   – Но вот одну звезду я с тебя все-таки сниму. И будешь ты, как и Колчак, вице-адмиралом. Ведь третьего орла он незаконно одел. Царь ему дал только по два орла на каждый погон.
   Его маленькая дьявольская фигура резко развернулась, и человек, невзирая на преклонный возраст, быстрыми мелким шагами направился к вертолету. Потом оглянулся и приказал:
   – А ты что стоишь, вице-адмирал, – в машину.
   Прилетев на аэродром, Борис Николаевич сразу же направился к своему самолету, бросив на ходу сопровождавшему:
   – А ты иди в свой.
   И указал на стоянку, где таки дождался своего хозяина Ту-134. Милосердие папы Бори было безгранично; он ценил сильных соперников, и потом – каждому свое время быть забытым

   …После возвращения в Москву секретарь ЦК направился домой, а его спутник возвратился в рабочий кабинет. Как только он вошел, раздался телефонный звонок.
   – Почитай информацию. Может, что полезного извлечешь, потом доложишь.
   Босс уникален и вездесущ; но что значит жизнь без этих знаний, без причастности к секретам и тайнам эпохи? – ничего, словно и не жил вовсе…
   Проработав ночь и почти весь следующий день, вице-адмирал проанализировал пласт прочитанной им информации. Вкратце это выглядело так…
   Документы свидетельствовали, что в конце XIX века Россия стала главным препятствием для международных сил, стремящихся контролировать мировые ресурсы.
   Силы эти, именуемые Орден, означают центр по подготовке войн и революций, еще – центр международного еврейства, и расположены по адресу: США, Нью-Йорк, Бродвей, 120.
   Тогда как в Англии еврейские банкиры, имеющие те же цели, организовались в так называемую Группу. Чтобы устранить препятствие в виде могущественной Российской империи, было предпринято множество подлых, но хорошо рассчитанных и верных шагов. К примеру, были приняты меры к иностранным займам, как долгосрочной кабале. Орден совершенно не устраивала русская идея всеобщего и полного разоружения. В связи с этим Орден предусматривал разрушить кадровый состав МИДа Российской империи. Происходило усиление масонства в России как высшей формы русофобии; усилилось влияние иностранных лож «Великий Восток Франции», «мартинисты», «розенкрейцеры»; масонство и сионизм насильственно вживлялись в организм здорового общества. Как орудие против России предусматривалось использовать и Японию, конечной целью которой является якобы возвращение исконно японских земель, захваченных русскими. Под нажимом извне, в результате хорошо спланированной партии политической игры, была осуществлена японская агрессия. При Порт-Артуре и в Цусимском проливе погиб русский флот; после чего в задачу Японии входило… попросить мир. Однако одновременно против России велась и тайная война; Орден с помощью японских спецслужб стал финансировать еврейских революционеров, находящихся в России. В России началась активизация масонского подполья, в частности, «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» во главе с Г. Плехановым. Толчком к активизации послужило совещание евреев в Париже. Внутри страны опора делалась на Гапона и его организацию «Тайная пятерка», которая находилась в тесном контакте с «Союзом борьбы…». Была спланирована и организована массовая провокация евреев против русских в виде шествия к царю 9 января; другие провокации во многих губернских городах, не говоря про обе столицы…
   Одной из важнейших задач для эскалации революции и захвата власти Орден предусматривал обязательное разрушение научных сил Российской империи. Помимо Русской Национальной академии и ее структурных подразделений, в поле внимания заинтересованных сил было и Русское Географическое общество (РГО). Особое значение здесь имел руководитель РГО, академик Семенов-Тян-Шанский, – тайный масон, в задачу которого входило поддерживать связь с агентурой Ордена, не допуская утечки самых значимых материалов об экспедициях и открытиях новых месторождений полезных ископаемых, в особенности на Севере, в том числе исследований Северного Ледовитого океана, Кольского полуострова, полуостровов Таймыр и Ямал.
   …Отдельно были материалы, касающиеся жизни и деятельности вице-адмирала Александра Васильевича Колчака.

   …Устереженному от смерти, избегнувшему ее тугих сонных объятий временами казалось, что поток информации не иссякнет и что босс при случае подкинет ему еще чтонибудь, имеющее отношение к столь щепетильной теме, – подготовленной словно бы для того, чтобы еще раз разбередить, всколыхнуть в нем ту минуту страха и густого жара, когда конец его личного земного пути был столь очевиден… и по которому он обречен был уйти в одиночку в небытие, не успев никого прихватить с собой… он еще тогда осознал, что ничего не сможет предпринять, никому не сможет отомстить, несмотря на скорую реакцию, годы тренировок и пережитых с отличными боевыми товарищами сражений; за его спиной стояли головорезы папы Бори – зомби с искусственно деформированным мозгом; поодаль, скрытые ветками густых елей, сидели снайперы; все это так очевидно, знакомая школа… он сам – ее лучший ученик…
   Одновременно раздумывая, просматривая и запоминая, он отмечает: вот материалы по подготовке и проведению экспедиций на Север во главе с Эдуардом Толлем и Георгием Седовым. Участник экспедиции Толля, русский офицер Колчак позже организует свою экспедицию, и его открытия и материалы по исследованию Северного Ледовитого океана будут иметь чрезвычайную важность для Ордена. Оттого доклад А. В. Колчака в РГО был изъят и отправлен в НьюЙорк. При этом Семенову-Тян-Шанскому строго наказали, чтобы Колчак никоим образом не распространялся о своих открытиях. В случае иного развития событий Орден давал академику задание публично свести открытия исследователя к фантазиям и бреду морского офицера, занимающегося не своим делом. Как крайняя мера предусматривалось убийство. Для того чтобы пресечь настойчивое желание распространяться о науке, Орденом было принято решение – через свою агентуру доказать необходимость возвращения Колчака для дальнейшей службы на флот.
   В документах подробно освещались задачи Ордена по организации движущих сил второй антирусской революции; опора на российское масонство; выделение более 170 млн. долларов на революцию; организация заговора против Императора и подготовка к инсценировке цареубийства; союз агентуры Германии и евреев-большевиков; попытки разложения русской армии, еврейский саботаж; пораженческая пропаганда еврея Ульянова-Бланка (Ленина) и иже с ним; образование еврейского (советского) правительства. Планы Ордена по захвату железной дороги Москва – Владивосток; Чехословацкий корпус; китайские соединения и организация Сибирского правительства во главе с Колчаком.
   Информация многоплановая и разносторонняя; трагедия эпохальной ломки; судьбы людей, многие из которых даже не понимали, что они – резидентура, что они действуют по воле и замыслу единого центра, сосредоточенного в Нью-Йорке.
   Но большинство все-таки прекрасно осознавали, что работают на центр мирового еврейства во имя сумасшедшей идеи так называемого «избранного народа» овладеть всем миром. Фанатики! Они и их преемники и сейчас, во время строительства «социализма с человеческим лицом», – думал сотрудник ЦК, – информируют обо всем происходящем в этом филиале центра мирового еврейства, в этой оккупированной евреями России, стране, где сами же и управляют! …Но тогда как понять: с какой целью разглашаются столь секретные сведения, зачем даются они ему, потомку могучего русского рода, практически вырезанного после 1917 г., выращенному как пособник, соратник и соучастник одного из главных строителей преступной советской системы?
   И тут же словно из ничего появился образ Бориса Николаевича. О, этот уникум любил подобные воплощения; куда до него знаменитому еврейскому чудеснику Вольфу Мессингу! Папа Боря – старый и почти немощный на вид – изредка проделывал свои шуточки даже во времена Горбачева, появляясь перед соратниками в Кремле так неожиданно, будто только что прошел сквозь стену. «Исчадие ада», – вспыхивало в мозгу партийных соратников, но от неожиданности сковывало губы, и выдыхалось не имя, а страх. Он владел многими тайнами и, как и Сталин, умел читать мысли.
   В тот раз его голос четко произнес:
   – Не можешь понять? А это цена вам всем – русским и другим народам, что вы не в состоянии понять наши еврейские фигли-мигли.

Глава 2

   Начальник Спецотдела при ОГПУ (на самом деле, как уже указывалось, при ЦК ВКП(б)) Глеб Иванович Бокий происходил из дворянской семьи, имевшей древние корни. Но вот его мать была еврейкой, причем одной из психопатичных натур, всецело поддерживавших народовольцев, покушавшихся на Императора Александра II. Ее нередко видели на площадях обеих столиц Империи, где она в истерических припадках выкрикивала в адрес проходящих людей: «Всех вас поглотит геенна огненная!» Как правило, ее тут же отвозили в желтый дом; а затем, после прохождения курса лечения муж забирал ее из больницы. Звали эту женщину Эсфирь-Юдифь Эйсмонт.

   ИНТЕРВЬЮЕР: – Но я не встречал этого имени в печатных источниках.
   ИНТЕРВЬЮИРУЕМЫЙ, он же – ПРИЗРАК: – И не встретите. Разве что в не доступных простому читателю документах… В редчайших советских источниках, где идет рассказ об этой семье, приводится совершенно другое имя, но чаще – речь о матери вообще не ведется. В переделанных документах мать Бокия получила русское имя; документы «выправляли» многим евреям, заполучившим власть в России, и они стали зваться вымышленными именами на русский лад; чтобы закрепить миф о так называемой «русской революции» в России в 1917 году.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Хорошо, допустим, я вам верю.
   ПРИЗРАК: – Хорошо или допустим?
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Верю. Тогда скажите прежде, как произошло ваше знакомство с секретарем ЦК КПСС?
   ПРИЗРАК: – Мы в помещении – назовем условно: в небольшом зале кафе. Сидим за столиком друг против друга. Мне предложена работа, оттого мы и встретились. Коротко присматриваемся. Он маленький по сравнению со мной, я сам себе кажусь гигантом, у него сила и власть, у меня – ухарство и смелость. У него – должность, у меня – специальная подготовка, полученная, между прочим, как я узнал много лет спустя, по его воле. Наше сидение напротив не длится больше пары минут, он спокойно задает такой простенький, такой безобидный вопрос: «А если за твоей спиной сидит враг, который хочет убить меня, как ты поступишь?» Еще звучат последние слова, а голова человека у меня за спиной разлетается вдребезги; я машинально достал пистолет и выстрелил – вот каков был мой ответ на простенький вопрос работодателя.
   ИНТЕРВЬЮЕР: —?!
   ПРИЗРАК: – …ничего, только шевеление за спиной, – его головорезы наводили порядок. Он только сказал удовлетворенно: «Ну что ж, продолжим работу». Никаких характеристик ему! Это был мягкий и корректный человек.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Вы сказали «мягкий и корректный»?
   ПРИЗРАК: – Все, разговор окончен.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Вы сказали…

   Судьбы братьев Бокиев – Глеба и Бориса – казалось, были предрешены «благодаря» такой наследственности. Правда, Борис оказался генетически предрасположен к отцу, тогда как Глеб – к матери. Первый впоследствии сделался известным в горной промышленности инженером.
   Бокий Борис Иванович (1873 – 13 марта 1927) – «советский» ученый в области горного дела. По окончании Санкт-Петербургского горного института (1895) работал на шахтах Донбасса. С 1906 г. – адъюнкт-профессор, а с 1914го – ординарный профессор Санкт-Петербургского горного института. С 1921 г. был также членом Научно-технического совета Главного горного управления ВСНХ РСФСР, а затем ВСНХ СССР и являлся ответственным консультантом трестов «Донуголь», «Югосталь», др., активно участвуя в восстановлении горной промышленности страны. Еще в 1914 г. вышел его трехтомный «Практический курс горного искусства», который впоследствии несколько раз переиздавался.
   Ну а Глеба Ивановича Бокия неуемная страсть и психопатство привели к революции; он разорвал отношения с семьей, разругался с братом и увлекся восточными учениями и оккультизмом. Его быстро выловили агенты Ордена и пристроили в подпольную масонскую организацию, громко названную «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», – резидентуру Ордена, возглавляемую Г. Плехановым. Социал-демократом Глеб стал в начале 1900 г.; за революционную деятельность и подрыв устоев общества его сослали в Восточную Сибирь.
   Здесь следует сделать краткое замечание, которое во многом прояснит наше повествование. Отправка дегенератов и бунтовщиков-евреев на так называемое исправление в Сибирь была не случайным делом – этот ход был давно продуман международным еврейством, как… форма освоения (и присвоения) невероятно богатых регионов Сибири и Дальнего Востока. С подачи агентуры международного еврейства, имеющих влияние при дворе, царские чиновники «проглотили» этот замысел, как наживку, и «успешно избавлялись» от всякого рода смутьянов и психопатов, отправляя их на перевоспитание подальше от столиц – в Сибирь и далее на Восток. Даже не подозревая, что тем самым закладывалась взрывная мощь огромной силы на столетие вперед в столь уникальном регионе Российской империи, без которого западная часть Великороссии и Малороссии фактически ничего не стоит.
   В числе таких «жертв режима» оказался и Глеб Иванович. Учеба в Горном институте в Санкт-Петербурге многое дала ему.
   Бокий Глеб Иванович, партийные псевдонимы Кузьма; Дядя; Максим Иванович. БСЭ (Большая советская энциклопедия, т. 3. М., 1971, с. 470) дает следующие даты жизни: 21.6/3.7.1879 – 15.11.1937; а СИЭ (Советская историческая энциклопедия, М., 1962, т. 2, с. 517) слегка отличающиеся: 1879–1940. Какой источник правдив в дате смерти этого по-своему уникального человека? – никакой. Но об этом позже…
   Г. И. Бокий, как и брат, родился в Тифлисе; как и брат, учился в Санкт-Петербургском горном институте. Но, в отличие от брата, участвовал в еврейской революции 1905–1907 гг. в Санкт-Петербурге, причем, как свидетельствуют советские источники, «работал по организации боевых дружин». В1916 г. былвведенвтакназываемоеРусское бюроЦКРСДРП(б). Неоднократно подвергался арестам и ссылкам.
   В молодые годы в нем проявились многие «таланты» его психопатической натуры: мелкое мошенничество, ловкий обман гоев (т. е. неевреев), «подставы» товарищей, лживость, шантаж и т. п. Именно эти его качества заинтриговали активного агента Ордена, проживавшего в Пскове (затем в Туле, Смоленске, Орле и других городах империи) Мойшу Тоцкого. Который при встрече и знакомстве с новым товарищем, высоко оценив в нем наряду с изощренным плутовством и незаурядный ум, рекомендовал тому обратиться к сподвижнику Ульянова-Бланка Карлу Радеку. Человека, взявшего псевдоним Ленин, и Бокий, и многие другие из их круга всегда называли только Ульяновым-Бланком, подчеркивая тем самым его настоящую, смешанную сущность и принадлежность к еврейству.
   Карл Радек – близкий приятель Тоцкого (оба занимались содомией друг с другом), охотно взял себе в помощники Глеба Ивановича. О чем спустя несколько лет он горько-горько пожалеет… как пожалеет об этом знакомстве и сам Мойша Тоцкий…
   Вскоре, получив указания Ордена относительно кандидатуры Бокия, Тоцкий передал Радеку, а тот в свою очередь доложил Ульянову-Бланку о необходимости пристального надзора и опеки над этим товарищем, в котором явно прослеживаются незаурядные задатки. После чего Ульянов-Бланк приблизил Глеба Ивановича к себе. В одну из их встреч Глеб Бокий высказал свое видение приближающихся событий по захвату власти, рассуждая о месте и степени участия каждого из них. Ульянов-Бланк, выслушав соратника, согласился с его предложениями, но на прощание сказал:
   – Вы знаете, мне нужно посоветоваться, что вам делать дальше. В свою очередь, Глеб Иванович, раздосадованный услышанным, довольно жестко и нелицеприятно заявил:
   – Уважаемый Бланк, а вот этого делать не следует. Мне хорошо известно, что за время пребывания в Европе вы не приняли ни одного самостоятельного решения, и вами всегда управляла приставленная к вам госпожа Крупская.
   Вот вы как были, так и оставайтесь марионеткой в компании содомитов.
   И, не прерываясь на выслушивание ответа от враз раскрасневшегося и запыхтевшего собеседника, Бокий продолжил:
   – А я бы хотел работать в той сфере, которую сам вижу наиболее перспективной для себя. Я уже все давно продумал. Но так как мы работаем на одну цель, поставлю вас в известность, что я должен буду иметь прикрытие. Скажем, вы или кто-то еще должен подтвердить, что во время захвата власти я состоял членом Военно-революционного комитета.

   Было время, когда Бокию, как и многим его товарищам по партии, рекомендовали ознакомиться с так называемыми «Апрельскими тезисами» Ульянова-Бланка. Однако Бокия ознакомили с первоначальным текстом, с оригиналом этого революционного «шедевра», разработанного аналитиками Ордена. Затем, как дознался Глеб Иванович, Надежда Константиновна Крупская забраковала этот первоначальный труд и составила новые тезисы, которые и выдали за труд Ульянова-Бланка. Но знания об этом и наличие оригинала, доставленного из центра мировой революции – из Ордена, стали позже одной из причин шантажа, вернее, картой в игре за передел власти; пусть далеко не козырной, но Глеб Иванович умело включал в игру карту любой масти и любой степени значимости.
   Уже после смерти Ульянова-Бланка Глеб Иванович будет манипулировать не только этим первоначальным текстом, но и другими не менее важными доказательствами, оказавшимися в его руках; он станет в какой-то момент, почувствовав безмерную силу, козырять перед Сталиным, Крупской и другими деятелями ВКП(б), предупредив, что сможет уверить, будто не они, а он стоял у истоков создания советско-еврейской власти в России. Словно потеряв разум, всегда расчетливый и рассудительный, он пригрозил товарищу Сталину, что раструбит на весь мир, – представив доказательства, – что Николай II еще жив, и тогда Генсеку действительно не поздоровится.
   Однако угрозы в адрес Генсека ЦК Компартии тут же стали известны в Ордене, оттуда «расшалившемуся» Глебу Ивановичу поступило указание попридержать язык. Скрепя сердце, всесильный начальник Спецотдела, который на тот момент и в самом деле имел практическую, реальную власть в стране, на какое-то время согласился и примолк. Он притих в ожидании своего звездного часа, готовясь и просчитывая…
   Бокий не сдержится в 1937 г., когда придет к осознанию, что не дождется «благословения» из-за океана и что пора заговорить о многих таинственных моментах, касающихся захвата и становления советской власти; и, свергнув Сталина на этой волне расчетливых «откровений», самому захватить власть не только фактически, но и юридически (хотя последнее слово неуместно для преступного режима).

   Что бы мог представить общественности Бокий?
   Многое, очень многое, чтобы полетели головы. Но вряд ли бы он рассказывал о делах своего сверхзасекреченного ведомства.
   …Когда евреи, прозвавшиеся большевиками, пришли к власти и в стране начался массовый террор против русского народа, произошло рядовое событие между двумя содомитами, которое спустя годы агитпроповцы станут трактовать как «чудовищное преступление международного империализма и их белогвардейских наймитов», покусившихся на патриота советской власти, руководителя петроградского ЧК Моисея Урицкого. Его именем назовут площадь в бывшем граде Петра Великого, переименованного в город имени еврея Ленина – Ленинград; городам, улицам, проспектам, колхозам и предприятиям в советско-еврейской Иудее присвоят имя жида Моисея Соломоновича Урицкого. Но советская власть никогда не признается, что на самом деле то был не заговор империалистов и их пособников, а банальное убийство одного педераста другим. Некий студент-еврей Канегисер, имевший для содомских утех своего сотоварища Мойшу Урицкого, во время игры в шахматы приревновал его к другому содомиту и убил. После чего место руководителя ЧК г. Петрограда занял Глеб Иванович Бокий.
   Тогда же распространили мнение, что Урицкий был дольно мягкотелым к врагам революции, вследствие чего якобы и произошел теракт, в результате которого был убит главный чекист города. На этом и сыграл Бокий.
   Он учел это обстоятельство и начал массовый террор в отношении врагов революции, а проще говоря, против педерастов и психопатов, которых он сам патологически ненавидел. Так в нем бунтовала древняя кровь русского дворянского рода.
   Не забыв при исполнении своего чудовищного плана мщения включить в число расстреливаемых аристократов, состоятельных промышленников, деятелей науки и культуры, да и просто русских людей. «Благодаря» ему было расстреляно более 10 000 русских жителей северной столицы, «этих проклятых гоев». Так в нем бунтовала черная кровь его еврейской матери-психопатки.
   Чудовищная генетическая смесь; выродок с историческим приданым в виде тяги к наукам и благородству, искаженных дьявольской наследственностью; гений со зловещей мукой в сердце; исполненный осознания своего предназначения, данного ему свыше…
   Главным тайным нюансом в этом деле было то, что многих из расстрельного списка, особенно имевших отношение к наукам, технике и искусствам, Г. И. Бокий не расстреливал. Он их стал «разрабатывать» в качестве потенциального стратегического резерва на случай захвата им всей власти в бывшей царской империи, ставшей Совдепией.
   Следует указать, что своих соплеменников он уничтожал безжалостно, в строго алфавитном порядке. Это потом те же евреи припишут немцам, что во время оккупации в годы Второй мировой войны для выявления евреев и советского актива (состоявшего в основном из тех же евреев) использовали данные системы телефонизирования; а кто, кроме этой категории людей в Советском Союзе мог иметь телефоны? И тех часто по наличию телефона выявляли, а затем расстреливали. Только вот впервые эту акцию «опознания» применил Г. И. Бокий, справедливо назвав ее «священным искуплением». В годы анархии, беспредела и захвата евреями власти в Петрограде, в Москве, других губернских городах телефоны были у аристократов (со сменой власти – у заселившихся в их дома евреев-большевиков) и у еврейских коммерсантов. Расстреливая их, Бокий создавал свою мощную финансовую базу, экспроприируя награбленное ими. Это он, выполняя установку Ордена, ввел в уши Ульянову-Бланку фразу: «Грабь награбленное!» и… сам в числе самых первых евреев-грабителей, будучи жестоким антисемитом, беспощадно убивал соплеменников и присваивал их награбленное имущество и золото.
   Чудовище, сущность которого практически невозможно понять; редкий уникум, самоупоенный своей властью над другими; садист с изящными манерами и страстью вражды… Как еще можно охарактеризовать этого человека?!
   Кровавая мясорубка, организованная – как это ни странно звучит – ярым антисемитом и врагом русской нации Бокием стала наилучшей проверкой его преданности идеям Талмуда и делам Ордена. И руководство большевистской партии на первых порах увидело в нем Того, кто для достижения своих чудовищных целей по уничтожению русского народа исполнит истерический материнский наказ: «Всех вас поглотит геенна огненная!»; развязав тем самым Г. И. Бокию руки, дозволив ставить чудовищные эксперименты над людьми, расселенными Господом Богом по 1/6 суши.
   Хорошо понимая, что кровавое месиво убитых им гоев рано или поздно станет препятствием в его дальнейшей карьере, он составляет архивные записи, свидетельствующие о патриотических деяниях в деле укрепления советской власти. Так, он приписывает себе организацию подполья в Минске, на различных фронтах Гражданской войны, организацию контрразведки ОГПУ и т. д.
   Были и другие сведения, подлежавшие при надобности огласке. Под руководством Бокия Спецотдел продолжал совершенствовать шифрование и кодирование документов, и во многих направлениях деятельности его аппарат превзошел своих бывших коллег из Третьего отделения МВД Российской империи, возглавляемых полковником Зубатовым. С помощью созданного небольшого, но мобильного коллектива – распространителей его идей (сейчас бы подобные действия назвали «пиаровская акция»), он убедил аппарат Совнаркома и активную часть членов ЦК, что наиболее надежным местом хранения документов о замыслах и методах борьбы против гоев является он сам и его аппарат.

   В начале 1920 г. с Бокием встретился давний знакомый Мойша Тоцкий и передал информацию, что Орден поручил руководителям разведслужб ряда европейских государств усилить активную агентурную деятельность против спецслужб советской власти.
   Бокий сразу же ухватил саму суть: гегелевский закон, согласно которому происходят войны и революции, продолжается. И, значит, коль сталкиваются запланированные тезис и антитезис, следует высчитать ожидаемый синтез
   Их разговор был долог; в свою очередь Тоцкий, выслушав отчет и удовлетворенный результативностью работы Бокия, прощаясь, напутственно сказал:
   – Не забывайте Глеб, в Ордене по-своему понимают цели и задачи иудейства в России. Конечно, Россия при царях жила хорошо и хлебом кормила чуть не весь свет. И финансы свои пополняла за счет мизерной реализации производимой продукции на внешнем рынке, а уровень жизни населения рос. И правильно делали цари, что приберегали свой стратегический запас, – хранили-берегли до поры до времени Сибирь и Дальний Восток. А вот ведь не понимали, что этот пышный пирог никогда не будет принадлежать им…
   Тоцкий, видимо, хотел продолжить свои философствования, но, увидев, что Глеб Иванович поднялся с кресла и протянул руку, намереваясь проститься, он слегка потянулся навстречу. И тут же, в момент вдруг осознал, что происходит нечто ужасное. Во время должного вот-вот свершиться рукопожатия из-под рукава протянутой Бокием руки мелькнул какой-то тускло сверкнувший предмет, и Мойша ощутил неприятно-холодящий толчок в глубине под ложечкой, разливающийся чувством окаянного страха где-то в области сердца. Но тут же в его глазах все померкло… навсегда.
   А Глеб Иванович, сделав рукой движение, отстегнул от запястья ремешок, на котором крепилось специальное устройство с ножом; в нужный момент нужно было только протянуть руку и буквально выстрелить им… Отстегнув окровавленную холодную сталь ножа, Глеб Иванович бросил его в ванну, в которую его помощник уже залил ведро спирта. Эта игриво-злодейская процедура была его коронным номером на пути к личной вершине власти. На начальном этапе своего восхождения он еще не поручал такие дела головорезам.
   Бокий приказал бросить труп в соляную кислоту (здесь он был не новичок; между прочим, в 20-е годы ХХ века это… любимое занятие некоторых партийных божков, растворявших в кислоте даже детей, – божков, чьи имена вписаны в учебники, и в первую очередь «вождя мировой революции» Ульянова-Бланка, отвозивших после какого-нибудь нового «красного» праздника нескольких русских детишек из детдомов в тайное помещение, где имелся бассейн с соляной кислотой, и дразнившего очумелых детей конфетками перед тем как лукаво приказать им: «п-Гы-гай!»… это звучит чудовищно, но как человек знающий, причастный, говорю со всей ответственностью: это правда, и даже старые кинопленки о подобных злодеяниях сохранились, только вот где они теперь-то?!..). Убедившись, что останки растворились, он умиротворенно сел в кресло, продолжив философские полеты еще недавно произносимых вслух мыслей.
   – Да, Сибирь и Дальний Восток – это огромный пирог для иудеев, им хватит на столетия вперед. Орден только наблюдает, как искусственно рождаются «правые» и «левые» и как погибают они в борьбе за иудейский синтез. Да, Орден умело манипулирует и первыми, и вторыми в международном масштабе. Он провоцирует переход от любых политических переговоров к физическому конфликту, причем после громкоголосых заявлений о попытках избежать войны.

   Итак, Бокий сразу же ухватил саму суть: гегелевский закон, согласно которому происходят войны и революции, продолжается… И, значит, коль сталкиваются запланированные тезис и антитезис, следует высчитать ожидаемый синтез
   Эта игра на игровом поле планетарного масштаба стала захватывать его все больше и больше.
   Бокий отлично понял, что центр международного еврейства одной рукой насаждает еврейскую власть в Москве; при этом правительство большевиков финансируется, получая поддержку, исчисляемую уже не 150–170 млн. долларов, а многими сотнями миллионов долларов. Вот – тезис. А второй рукой тот же центр организует стычки и войны против этой же власти, тем самым создавая иллюзию общественного мнения, что советская власть, свергнувшая режим царя, помещиков и капиталистов, является преступной, а потому ее необходимо уничтожить. И за время с 1917 г. Орден и Группа под общей координацией еврея Уинстона Черчилля организуют так называемый поход 14 государств против советской России. Вот – антитезис.
   Но Бокий разгадал все эти замыслы и, будучи уже активным резидентом Ордена, принимая все правила игры, вносит свои коррективы в эту кровавую бойню по захвату русских богатств, в первую очередь, богатств Сибири и Дальнего Востока, покушение на которые обострилось именно в 20-е годы ХХ в. Овладение чужими богатствами, вот – синтез.
   Но в этом беспроигрышном гегелевском раскладе Бокий увидел изъян.
   Столетиями иудеи пытались овладеть Русским государством и его недрами, его бесконечными просторами и божественной красотой. И лишь начало ХХ в. принесло им успех в неправедном сатанинском деле. Да, они захватили огромную территорию, но сумеют ли иудеи удержать чужую землю, пока на ней есть эти проклятые гои? Его мощный и пытливый ум осознает, что без уничтожения такой интеллектуально сильной, духовно-чистой нации, как русский народ, ни евреям, ни ему самому, ни всем остальным возжелавшим никогда не видать этих богатств.
   И вот тут-то он высоко оценил свою прозорливость, понимая, как был умен, что поставил на службу себе самому – единолично! – потенциал русской интеллигенции, аристократии и других элитных слоев русского общества, не расстреляв людей, упрятанных в застенки его Спецотдела, а то и в… шикарные особняки со сверхдостатком. Он – этот сумасбродный гений – сумел (кого как: посулами, страхом, пытками, долгим забвением…) убедить их, что они будут всегда полезны горячо любимой ими России, что они останутся верными патриотами Родины… Родины, которой после 1917 г. больше нет и никогда уже не будет…
   В руках Глеба ивановича находится высший слой всей передовой русской науки Российской империи!
   Немало среди них и тех, кто уже начал с ним сотрудничать на научной ниве, не без основания полагая, что такой неведомый им, не встречаемый ими ранее, непонятный в своей уникальности человек, как Бокий, не останавливаясь ни перед чем, станет щедро финансировать все (!) их научные проекты. И в самом деле, ученые, работающие у него, подобного финансирования не знали даже в недавние, лучшие для них времена, когда министром царского правительства был Сергей Юльевич Витте. Правда, русские ученые не знали и не могли знать некоторых важных нюансов. После скандального развода граф Витте женился на подсунутой ему Орденом агенте-еврейке. За что и станет впоследствии, при советской власти, зачислен в «прогрессивные» деятели «проклятой, темной, забитой царской эпохи». Потомки «новых русских» зачтут тот факт, что с 1905 г. в Российскую Думу стали избираться евреи. Тогда, в 1905-м, министр внутренних дел Александр Григорьевич Булыгин разработал закон по выборам в Первую Государственную думу; согласно закону крестьяне выбирали 43 % всех депутатов Думы, дворяне – 33 %, горожане (без рабочих и евреев) – 24 %. В это же время предатель государственных интересов, с 1905 года получивший должность председателя Совета министров Российской империи, граф Витте вел в США переговоры о мире с Японией и американцы, как посредники на переговорах, настояли допустить евреев к выборам в России! А вот рабочие были допущены к выборам позже… Тогда же его новая жена потребовала, чтобы тот убедил Императора, что средств для научных разработок недостает и потому Минфин считает нецелесообразным увеличивать финансирование научных исследований. Николай II, озабоченный уже не столько научным процветанием своей державы, сколько сохранением власти, согласился. Так что не удивительно, что работающие в Спецотделе ученые удивлялись неограниченной щедрости Г. И. Бокия.
   На фоне искусственно созданного большевиками голода в Петрограде, Москве и в европейской части России, не только финансирование, но и содержание ученых было действенным фактором верного служения своему благодетелю.
   За короткие 1,5–2 года Советской власти ученые Бокия, базируясь на огромном научном потенциале имперской России, создали уникальные чудеса техники в различных отраслях науки, немалая часть которых не доступна мировому ученому сообществу и лидерам государств и поныне!
   Одним из таких талантов, якобы «открытым» Бокием, был и Владимир Иванович Вернадский, создатель первой в мире ядерной бомбы. Он оказался не только одаренным ученым в области ядерной физике, но и в области психологии людей, и… одним из самых первых переиграл Г. И. Бокия. Во второй половине 20-х г. Бокию стало ясно, что Вернадский работает не столько на него, сколько на Сталина. Но он не стал мстить; мол, всему свое время. Но «время» для Глеба Ивановича не наступит.
   Бокий, создав научно-обоснованный молох смерти по уничтожению русского народа техническими, биологическими, генетическими и химическими средствами, недоучел одно обстоятельство.
   Когда гибли десятки миллионов русских гоев, вожди иудаизма, упиваясь апокалипсисом, не заметили, как из местечкового хаоса и дерьма повылезли мелкие, но такие же алчные и такие же фатально стремящиеся к вершинам власти, как когда-то они сами. Это потом, когда в 1937 г. Глеб Иванович Бокий окажется в подвале Донского монастыря, он вынужден будет признать, что все-таки знал, все-таки понимал, что эти третьесортные местечковые соплеменники будут всегда настроены против своих же вождей. Но упоенный властью и созерцанием организованного им апокалипсиса, он ослабил свое напряжение, прикрыл всевидящее око и потому вынужден был поплатиться жизнью.

Глава 3

   К началу 1920 г. Бокий собрал практически всех выдающихся ученых России во всех сферах науки. Пожалуй, он впервые пожалел (если ему было характерно чувство жалости к себе), что вместо того, чтобы учиться и познавать науки во время студенчества в Горном институте, он занимался далеко не благовидными делами. И он спешил наверстать упущенное, чтоб хотя бы поверхностно разобраться в тех массивах знаний и проектов, которые выдавали ему ученые. Нельзя сказать, что он сплоховал. Глеб Иванович от природы был редчайше одаренным человеком, невзирая на наследственную психопатию.
   В процессе работы ему стало известно, что еще в первом десятилетии ХХ в. некий русский офицер Колчак исследовал часть Северного Ледовитого океана, Кольский полуостров и сделал какие-то уникальные открытия. И что крест на его работах в Русском Географическом обществе поставил известный ученый Семенов-Тян-Шанский.
   Бокий затребовал все документы на Колчака.

   ИНТЕРВЬЮЕР: – Вы держали в руках те же документы, что и в свое время Бокий?
   ПРИЗРАК: – Да. Все документы, связанные с научной деятельностью вице-адмирала Колчака, находившиеся в Ордене, были изъяты и стали достоянием партийной разведки. Все выкрали. И это одна из причин, почему его имя и деятельность как ученого до сих пор остаются неизвестны в истории.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Его открытия были действительно значимыми?
   ПРИЗРАК: – Они просто уникальны. Тем, что подтверждают факт существования древнейшей цивилизации на территории нашей России, которая по своим научным и социальным открытиям превзошла нынешнюю цивилизацию. Но в силу природных катаклизмов ушла в глубины земли.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Но разве не было у него последователей?
   ПРИЗРАК: – Были… у Глеба Ивановича Бокия.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Какие чувства у вас вызывает эта личность?
   ПРИЗРАК: – …какие чувства может вызывать дитя дьявола на земле? – …это зависит от человека, как к нему относиться. Личность Глеба Ивановича не может измеряться обычными мерками: плохой он или хороший, палач или херувим. Оценку ему и ему подобным дают двое: Создатель и сатана.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – …а ваш босс?
   ПРИЗРАК: – Он превзошел Глеба Ивановича. Поэтому достояние Бокия, в том числе и научная база, перешли к моему боссу. Это давало возможность Сталину и до, и в годы Второй мировой войны, и после ее применять накопленный Бокием опыт по геноциду русского народа, совершая это как бы между делом.

   Александр Васильевич Колчак родился 4 ноября 1874 г. в Санкт-Петербурге. В метрической книге Троицкой церкви села Александровского Санкт-Петербургского уезда записали: «У штабс-капитана морской артиллерии Василия Ивановича Колчака и законной жены его Ольги Ильиной, обоих православных и первобрачных, родился сын Александр, четвертого ноября, крещен пятнадцатого декабря 1874 года».
   Сделав небольшой экскурс в историю, мы выясним происхождение фамилии Колчак. Языковеды при этом отталкиваются от собственного мужского имени Минчак, которое имеет своей основой широко распространенное в карлукских и кыпчакских языках слово, например, от староузбекского munčuq ~ munčаq, что означает: бисер, бусы, драгоценный камень; дагестанское (кумыкское) mundћаq ~ munčаq, что значит драгоценный камень; казахское, каракалпакское mоnљаq — бусы; татарское mujиnčаq – ошейник, при этом čаq — аффикс, образующий название предмета, относящийся к тому, что обозначено производящей основой, в данном случае mujиn – шея, и по аналогии: qоl – руки, а qоlčаq – нарукавники, как часть воинского снаряжения и qопčаq – наколенники, латы. Отсюда собственные имена qопčаq – имя половецкого князя Кончак и qоlčаq – русская фамилия Колчак. Так что, полагают языковеды, имя Минчак по аналогии с именами Кончак и Колчак могло принадлежать выходцу из Золотой Орды, прибывшему на службу к русскому князю. Возможно происхождение Колчак и Кончак от близких слов qоlč и qопč; например, русская фамилия Колчак из qоlč+аq, т. е. поручни кольчужные и имя половецкого хана из «Слова о полку Игореве» Кончак – qопč+аq, т. е. панцирные наколенники, голенища, краги.
   Словом, мы уразумели, что фамилия Колчак – тюркского происхождения, и даже отчасти становится понятным, откуда происходили далекие предки этой семьи. Согласно семейному преданию, Колчаки получили русское дворянство и герб одновременно с русским подданством примерно в 1745 г., во время царствования Императрицы Елизаветы Петровны. И, между прочим, из поколения в поколение передавали, что их древняя тюркская фамилия означает «боевая рукавица».
   В то время, когда у Ольги Ильиничны (в девичестве Посоховой) и Василия Ивановича, уже имевших дочь Екатерину родился сын, глава семейства служил приемщиком по морской части на Обуховском сталелитейном заводе. В юности участвовал он в Крымской войне, держал оборону на Малаховом кургане. Было ему, сыну Ивана Лукьяновича Колчака, выпускнику Одесского Ришельевского лицея, 16 лет от роду, когда его зачислили юнкером в 44-й флотский экипаж. Пройдет несколько сражений, и 4 августа 1854 г. из рук коменданта Севастопольского гарнизона князя Васильчикова прапорщик морской артиллерии Василий Колчак получит награду – орден Святого Георгия 4-й степени. Впоследствии, через полвека после тех событий, он напишет очерк «На Малаховом кургане» и книгу «Война и плен»; причем, – сожалеют некоторые исследователи, – если бы В. Колчак написал свою книгу раньше «Севастопольских рассказов» поручика горной артиллерии Льва Толстого, то, глядишь, и прослыл бы знаменитостью… Умер отец Александра Колчака 4 (17) апреля 1913 г., будучи тогда в чине генерал-майора.
   Мать Александра Ольга Ильинична, урожденная Посохова (1855–1894) происходила из дворянской семьи, чьи родители переехали в Одессу из Херсонской губернии. К слову, прадед А. В. Колчака Лукьян владел поместьем из 8 десятин земли в Ананьевском уезде той же Херсонской губернии; а дед А. В. Колчака Иван был старшим сыном Лукьяна. Отец Ольги Илья Андреевич Посохов был одесским головой (расстрелян большевиками в 1920 г.). Здесь, в прекрасном портовом городе, она и познакомится со своим мужем. Сюда же они из Санкт-Петербурга (где проживали в Поварском переулке, д. 6, кв. № 6) не единожды приедут с детьми к пожилым родителям. К слову сказать, в их семье родится и третий ребенок, дочь Любочка, но она умрет в раннем детстве.
   До 3-го класса Саша обучался в гимназии; в 1888 г. был зачислен в Морской кадетский корпус, переименованный в Морское училище. Особое влияние на выбор флотской службы оказали его отец и его дядья: капитан 1 ранга Петр Иванович Колчак, генерал-майор по морскому ведомству Александр Иванович Колчак, контр-адмирал Александр Федорович Колчак, а также родственник матери контр-адмирал Сергей Андреевич Посохов.
   В Морском училище Александр серьезно изучал точные науки, штурманское дело и навигацию, практиковался в Кронштадтской морской обсерватории и по окончании курса обучения был среди первых. Вот излюбленные исследователями жизни адмирала Колчака свидетельства. Говорит его однокашник Д. В. Никитин, ставший контр-адмиралом: «Кадет, среднего роста, стройный, худощавый брюнет с необычайным, южным типом лица и орлиным носом поучает подошедшего к нему высокого плотного кадета. Тот смотрит на своего ментора с упованием… Ментор этот, один из первых кадет по классу, был как бы постоянной справочной книгой для его менее преуспевающих товарищей. Если что-нибудь было непонятно в математической задаче, выход один: «Надо Колчака спросить». Вот вспоминает кадет младшей роты М. Смирнов, ставший контр-адмиралом: «Колчак, молодой человек невысокого роста с сосредоточенном взглядом живых и выразительных глаз, глубоким грудным голосом, образностью прекрасной русской речи, серьезностью мыслей и поступков внушал нам, мальчикам, глубокое к себе уважение. Мы… чувствовали в нем моральную силу, которой невозможно не повиноваться, чувствовали, что это тот человек, за которым надо беспрекословно следовать. Ни один офицер-воспитатель, ни один преподаватель корпуса не внушал нам такого чувства превосходства, как гардемарин Колчак. В нем был виден будущий вождь».
   По окончании Морского училища в 1894 г. Александр Васильевич наряду со своими сокурсниками был высочайше удостоен офицерского чина мичман и причислен к Санкт-Петербургскому 7-му флотскому экипажу, а спустя несколько месяцев его назначили помощником вахтенного офицера на достраивавшийся в Кронштадте крейсер 1-го ранга «Рюрик». Следует заметить, что русский флот славился, прежде всего, тем, что выпускники морских учебных заведений империи считали за высокую честь служить на боевых кораблях. И важна здесь не так высокая материальная оценка, сколько нравственная. Броненосный флот, куда относился и крейсер «Рюрик», являлся самым эффективным среди всех флотов конца ХIХ века.
   Но пылкая юношеская радость была омрачена смертью матери. Ольга Ильинична скончалась, не дожив и до 40, хотя была младше мужа почти на 13 лет. Ее похоронили на Успенском кладбище в пригородном селе Мурзинка.
   А в сентябре 1895 г. на флагманском корабле эскадры крейсере «Рюрик» Александр Васильевич впервые отправился в океанское плавание на Дальний Восток. Уже в 1896 г. его назначают вахтенных офицером крейсера «Крейсер» (следует пояснить, что это бывший клипер «Крейсер», построенный в Санкт-Петербурге в 1876 г., по классификации судов русского флота отнесли к крейсерам 2-го ранга). На этом корабле Колчак совершил ряд плаваний в восточных морях Тихого океана. А в мае 1899 г. возвратился на «Крейсере» в Кронштадт. Где был переведен на должность вахтенного офицера на эскадренный броненосец «Петропавловск». Вскоре броненосец взял курс на Дальний Восток, ставший для Александра Васильевича местом не только его совершенствования, как военного моряка, но и становления как личности и патриота своего Отечества.
   Можно вкратце упомянуть о трагической судьбе корабля мичманской юности Колчака «Рюрик». Крейсер примет неравный бой близ острова Цусима, во время которого погибнет капитан 1-го ранга Трусов (ему оторвет голову), один за другим погибнут и многие моряки команды, пока очередной заступивший на боевую вахту капитан Иванов-Тринадцатый не отдаст приказ затопить истерзанное судно, предприняв перед тем меры к спасению оставшихся живых и израненных. Александр Васильевич, сам принимавший участие в Русско-японской войне, узнает о судьбе корабля уже в Санкт-Петербурге, вернувшись из японского плена…

   Проходя службу на Тихом океане, Колчак изучил китайский язык, глубоко и основательно усвоил восточную философию; все свободное от службы время он – любознательный от природы, основательный, ищущий, – посвящал исследованиям океана в области океанографии, гидрологии, корректировал карты течений вдоль дальневосточного побережья материка. У него сформировалась тенденция к познанию в сфере морских исследований и научному обоснованию. Итогом его первой научной работы стала публикация в 1899 г. «Наблюдений над поверхностными температурами и удельными весами морской воды, произведенных на крейсерах «Рюрик» и «Крейсер» с мая 1897 г. по март 1898 г.», получившая высокую оценку выдающегося русского ученого, вице-адмирала С. О. Макарова. Который после знакомства с молодым ученым предложил ему участвовать в подготовке экспедиции в Северный Ледовитый океан на построенном по проекту самого Макарова ледоколе «Ермак».
   Макаров Степан Осипович (27.12.1848 – 31.03.1904), ученый, флотоводец, полярный исследователь. Родился в приморском городе Николаеве, в семье прапорщика морской исправительной роты. Вехи его жизненного пути можно обозначить следующим образом. Закончил Морское училище в Николаевске-на-Амуре в звании кондуктора Корпуса флотских штурманов (1865), затем – Николаевскую военно-морскую академию и Николаевскую академию Генерального штаба. С 1861 г. плавал на кораблях Сибирской флотилии и эскадры Тихого океана. В 1873 г. им был изобретен специальный пластырь для заделки пробоин судов; изобретение демонстрировалось на Всемирной выставке в Вене. Получил назначение на Черноморский флот командиром парохода «Великий Князь Константин». Участвовал в Русско-турецкой войне 1877–1878 гг., впервые в мире применив против турецких кораблей самодвижущиеся мины (торпеды). В конце 1879 г. женился на девице Капитолине Николаевне Якимовской; в это же время познакомился с генералом М. Д. Скобелевым. Участвовал в Ахал-Текинской экспедиции по Средней Азии (1880–1881). С октября 1881 г., командуя пароходом «Тамань», стоявшим в Константинополе, он исследовал течения в проливе Босфор и на основе наблюдений в 1885 г. написал труд «Об обмене вод Черного и Средиземного морей». Его работа получила высокую оценку – в 1887 г. она была удостоена премии Академии наук, а сам автор вошел в ряды известных океанографов. С того времени Макаров уже не оставляет занятий океанографией (гидрографией), не единожды выступая с докладами на съездах естествоиспытателей и врачей, в Физико-химическом обществе и т. п. Его капитальный научный труд ««Витязь» и Тихий океан» (2 тт., 1894) удостоен премии Петербургской Академии наук и золотой медали Императорского Русского Географического общества.
   В 1890 г. произведен в контр-адмиралы, в 1896 – в вице-адмиралы; с 1894 – командующий Средиземноморской эскадрой. Совершил поход на Дальний Восток (1895–1896). С 1896-го – старший флагман Практической эскадры Балтийского моря, по сути – командующий эскадрой Балтийского моря. Тогда же он принимается за разработку своей давней идеи, – за проект мощного ледокола. Мысль о том, что подобный корабль мог бы преодолеть льды Северного Ледовитого океана, зародилась у него еще в 1892 г. Он даже прочел публичную лекцию в РГО, на которой присутствовали многие ученые и видные высокопоставленные лица. Содержательная лекция была обставлена великолепно: с демонстрацией карт, чертежей, фотографий и даже моделей ледоколов. Ученый представил свой план использования ледоколов и будущего сибирских рек, впадающих в Северный Ледовитый океан. Вскоре председатель РГО академик Семенов-Тян-Шанский, получив из-за океана секретные распоряжения насчет строительства предполагаемого судна, встречается с министром финансов С. Ю. Витте. Последний приглашает к себе Степана Осиповича для знакомства с дорогостоящим проектом. И, давая согласие, оговаривает, что строительство нового корабля будет вестись в… Англии. Заказ в 1,5 млн. рублей золотом был отдан фирме «Армстронг, Витворт и Кє» в Ньюкасле.
   А через какое-то время под наблюдением С. О. Макарова, не раз приезжавшего в Англию, и был построен первый в мире мощный ледокол «Ермак» – тезка покорителя Сибири. 21 февраля 1899 г. он вышел в свое первое плавание, держа курс на Кронштадт. Летом 1899 г. и в 1901 г. «Ермак» совершал плавание в Арктику, в результате которых С. О. Макаровым был собран богатейший научный материал, часть из которого легла в основу книги «Ермак» во льдах» (1901).
   Интересно, что во время одной из операций по спасению из ледового плена броненосца «Генерал-адмирал Апраксин» впервые для практической цели использовалось радио, изобретенное А. С. Поповым за 2–3 года до этого. Сам Макаров по этому поводу писал: «Изобретение нашего кронштадтского ученого профессора Попова получило во время работ у «Апраксина» практическое применение. Профессор Попов первый открыл способ телеграфирования без проводов. Маркони выступил после Попова, но в Англии образовалось общество с большим капиталом, которое не щадило средств на исследование и рекламу…».
   В экспедиции Макаров применил не только радио, но и киносъемку, – и это было первое применение кино в океанографии! Это примечательно еще и тем, что кино только-только входило в обиход. Степан Осипович использовал съемку для того, чтобы показать работу ледокола в полярных льдах. Впоследствии этот фильм был продемонстрирован на заседании РГО. «Нахожу, что кинематограф должен составлять принадлежность каждой экспедиции, и надо, чтобы один из ученого штаба знал обращение с ним», – настойчиво порекомендует ученый своим коллегам.
   Правда, с упомянутыми экспедициями в Арктику было не все так гладко. Летом 1900 г. «Ермак» пришлось перестраивать, совершенно непригодным оказался поставленный английской фирмой-подрядчиком хваленый американский носовой винт. Работы по переделке были завершены в феврале 1901-го, после чего корабль вернулся в Кронштадт. И вот – в который раз – Степан Осипович поднимает вопрос об организации экспедиции в Северный Ледовитый океан. Он пишет обстоятельную докладную записку Витте, упоминая, что еще в 1897 г. он обращался с подобной просьбой в Академию наук и Русское Географическое общество, однако не нашел там поддержки. Витте тут же вызвал Семенова-Тян-Шанского, чтобы поинтересоваться его мнением на сей счет. Мнение академика резко отрицательное; его, как и Витте, интересует прежде всего коммерческая сторона вопроса, а не научная. Макаров реагирует бурно: «По мнению Вашего Высокопревосходительства, – пишет он СеменовуТян-Шанскому, – корабль должен быть деревянный, малого размера, с ограниченным экипажем, и на случай необходимости оставить корабль должны быть средства для следования на санях всему экипажу… С мнением Вашего Высокопревосходительства я вполне согласен, если это относится к тем способам, которые до сих пор практиковались…» Тогда как он предлагает новое решение, и «если это осуществимо, то изменяется совершенно тип полярных исследований, которые придется организовывать на других началах». Степан Осипович был столь настойчив, что в 1901 г. «Ермак» все же отправился в экспедицию; в составе его научной группы было 9 человек.
   Их исследования внесли значительный вклад в новую науку – океанографию, зародившуюся в середине XIX в.
   Процесс развития новой науки был многотрудным и продолжавшимся до конца Первой мировой войны. За этот временной отрезок были созданы теоретические основы океанографии, собран уникальный материал, позволивший составить общее представление о распределении глубины, температуры, солености и других океанографических характеристик Мирового океана и о закономерностях, коими все эти характеристики управляются…

   Впоследствии в своих показаниях во время следствия в ЧК Александр Васильевич писал: «Когда я в 1899 г. вернулся в Кронштадт, я встретился там с Его Превосходительством вице-адмиралом, который ходил на «Ермаке» в свою первую полярную экспедицию. Я попросил взять меня с собой. Степан Осипович высказал также подобную встречную просьбу ко мне, но по служебным обстоятельствам адмиралу не удалось удовлетворить свое желание и мою просьбу, и ледокол «Ермак» ушел без меня. Я же вновь отправился на Дальний Восток, полагая что, может быть, мне удастся попасть в одну из экспедиций – которая бы изучала северную часть Тихого океана в гидрологическом отношении. Я стремился попасть на какое-нибудь судно, которое уходит для охраны котикового промысла на Командорские острова к Берингову морю на Камчатку. С Его Превосходительством вице-адмиралом Макаровым я очень близко познакомился в те дни, так как он сам много трудился по океанографии».

Глава 4

   В сентябре 1899 г. «Петропавловск», на котором продолжал службу офицер Колчак, вновь ушел на Дальний Восток, но уже через Средиземное море, далее – через Суэцкий канал и Индийский океан. Во время плавания корабль посетил греческий порт Пирей, где Колчака ждала телеграмма за подписью Матисена с просьбой принять участие в русской полярной экспедиции, которую организовывала Российская Академия наук, определив начальником барона Эдуарда Васильевича фон Толля. Незадолго перед этим Э. В. фон Толль входил в научную группу под руководством С. О. Макарова, плававшую на «Ермаке». И, вернувшись, стал активно вести подготовку к собственной экспедиции к загадочной Земле Санникова, которую, по его словам, он видел с северо-западного мыса острова Котельный еще в августе 1886 г., когда участвовал в экспедиции А. А. Бунге. Определив тогда же ее примерные координаты, он запишет в дневнике: «Мы вправе, следовательно, нанести в соответствующем месте на карту пунктирную линию и надписать на ней: Земля Санникова». В тот раз его проводниками были два эвена (ламута), которых звали Джергели и Омунджа, – знатоки Новосибирских островов. Один из них к большой радости фон Толля подтвердил, что уже не раз с того же острова Котельного видел на севере в отдалении некую землю.
   Следующее посещение бароном тех мест в составе научной экспедиции, снаряженной Русской Академией наук, было в 1893 г. В задачу исследователей входили поиски трупа мамонта, обнаруженного звероловами у Святого Носа, а также организация на острове Котельном склада с продовольствием для одной из полярных экспедиций. И вновь барон видит загадочную Землю Санникова! Между прочим, в сопровождении все тех же «старых друзей», как он называл эвенов. На сломе эпох барон, как никогда прежде, мечтал покорить видение…
   В начале 1900 г. лейтенант А. В. Колчак прибыл в северную столицу, где Толль предложил ему должность второго штурмана (помощника командира) экспедиционного судна. Одновременно на него возлагались обязанности магнитолога, гидрографа, гидролога. С целью освоения специальности магнитолога, он посещает специальные курсы в Петропавловской магнитной обсерватории и Главной физической лаборатории в Санкт-Петербурге; проходит практику в Норвегии у Фритьофа Нансена. Там, в Норвегии, к талантливому офицеру и подающему надежды ученому начали впервые присматриваться агенты Ордена, которые находились в окружении знаменитого норвежского исследователя.
   Для экспедиции барона фон Толля прибрели деревянную трехмачтовую парусно-паровую шхуну грузоподъемностью 450 тонн, названную «Заря». Шхуна была переоборудована с учетом плавания в арктических широтах и, прибыв в первых числах мая из Норвегии в Санкт-Петербург, ошвартовалась у Морского кадетского корпуса. Шхуну перед ее ответственным походом посещали моряки, ученые, специалисты. Подготовка к плаванию широко освещалась в печати.
   …О загадочной Земле Санникова немало толковали еще в начале XIX века по всей империи. Молва гласила, что со склонов необитаемых островов Восточно-Сибирского моря кто-то из редких путешественников видел горные вершины далекого острова. Впервые эту землю-мираж увидел сибирский промышленник и исследователь Яков Санников в 1810 г., и с той поры она не давала покоя многим людям Руси, сильным духом и с пытливым умом. Доверие к сообщению Якова Санникова возникло хотя бы потому, что еще в 1800 г. он открыл и описал остров Столбовой, в 1805-м – остров Фаддеевский. В 1808–1810 гг. он принимал участие в экспедиции Матвея Матвеевича Геденштромма (из обрусевших немцев; впоследствии историки умышленно «потеряли» одну из двойных «м», характерных для исконно немецких фамилий, чтобы получить еврейское звучание), проводившейся для съемок и исследований Новосибирских островов. Тогда же Геденштромм вместе с землемером Кожевиным и геодезистом Пшеницыным картировал около 200 км береговой линии.
   После того как Колчак получил телеграмму от барона, он дал согласие на участие в экспедиции, и его прикомандировали распоряжением его высочества великого князя Константина Константиновича к Императорской академии наук.
   Великий князь всецело поддерживал мысль о важнейшей будущности Ледовитого океана и северного морского пути, который является ключом к богатствам сибири и Востока.
   К тому же президент Императорской академии наук – его высочество великий князь Константин Константинович самым серьезным образом изучил проект по освоению Севморпути, разработанный действительным тайным советником, профессором Дмитрием Ивановичем Менделеевым (!), которого также поддерживал и вице-адмирал Степан Осипович Макаров.
   Идею освоения неведомых – как казалось тогда – регионов поддержал и Государь Император Николай II, еще не забывший свое полукругосветное плавание вкруг ЮгоВосточной Азии на броненосном крейсере «Память «Азова». Еще бы! – в глубине души он был моряком, с честью и достоинством носивший военно-морскую форму и гордился чином капитана 1-го ранга.
   Идея освоения Земли Санникова досталась Государю как бы в наследство от его отца Императора Александра III, который благословлял изыскателей, – ведь их самоотверженными трудами и усердным старанием Российская империя прирастала без войн и завоеваний чужих земель. И было бы огорчительно, если бы на увиденной и почти открытой русским путешественником Санниковым земле первым бы взвился флаг иного государства.
   Особо об этом ратовал академик от географии Петр Семенов-Тян-Шанский. «Недалеко уже то время, когда честь исследования… Земли Санникова будет предвосхищена скандинавами или американцами, тогда как исследования этой земли есть прямая обязанность России».
   После этого заявления в прессе начальник имперской разведки граф Александр Георгиевич Канкрин, взяв папку, в которой были собраны необходимые документы и информация о резидентуре Ордена, уведомил Государя Императора, что академик Семенов постоянно информирует недругов о планируемых в Сибири и на Дальнем Востоке империи исследованиях, финансируемых правительством. В последнее время академик, посчитавший, что в ответ на его важные донесения руководители Ордена не предпринимают никаких мер, чтобы подстегнуть их к решительным шагам, стал делать некоторые официальные заявления, примером чему служат приведенные выше слова. Государь, внимательно выслушав своего генерал-адъютанта, сказал:
   – Ну-с, граф, ваши предложения?
   – Я уверен, ваше императорское величество, что Орден не остановится ни перед чем, чтобы превратить нашу свя щенную землю Сибири и Дальнего Востока в свою вотчину. Поэтому с учетом сложившихся обстоятельств я предлагаю продолжить начатую нами под Вашим руководством работу и продолжать дезинформировать Орден. Ничем себя не выдавая по поводу этих высказываний академика и других.
   – Ну что ж, граф, продолжайте работать. И подготовьте материалы о том, какова реакция наших друзей за рубежом в отношении моих мирных инициатив.

   ИНТЕРВЬЮЕР: – Согласитесь, что обвинение известного в обществе человека, уважаемого ученого, академика Семенова-Тян-Шанского по сути в государственной измене выглядит голословным?
   ПРИЗРАК: – По этому поводу можно сказать следующее (подходит к полке с книгами и почти без раздумий снимает внушительный том). …К примеру, в истории советской науки был ученый в области механики, нефтяного дела и геофизики, – прямо-таки суперученый Леонид Самуилович Лейбензон (и подобных ученых в СССР будут десятки, а то и сотни тысяч!). С точки зрения советской науки, это один из самых выдающихся ученых в своей области. Но этого ученого изгнали с преподавательской работы в «царском» Московском университете за элементарную безграмотность (как и его сотоварищей), ибо в курсе лекций и исследований почти каждый еврейский деятель науки не выходит за рамки Талмуда. Зато советские историки науки вписали в его биографию, что оттуда он ушел вместе с другими учеными в знак протеста против реакционных действий Министерства просвещения. Или (листает) вот пример из официальной биографии Ломоносова: «…антинародная политика правящих кругов русского дворянства привела к засилью иностранцев в Академии наук, которой фактически руководил советник академической канцелярии И. Д. Шумахер» (кстати, немецкая фамилия пишется: Шуммахер!); там же: «…как и многие другие иностранцы, проникшие тогда в Россию, он презирал русскую культуру и противодействовал ее самостоятельному развитию». О немцах и о немецкой науке Ломоносов всегда отзывался высоко, да и женился-то он на немке и имел тесное сотрудничество не только с Шуммахером, но и другими немецкими учеными, работавшими в России. А эту фразу из официальной советской биографии Ломоносова следует читать так: «Именно гуманная политика правящих кругов русского дворянства привела к засилью в университетах и академиях наук евреев, которые всячески стремились захватить власть в сфере просвещения. Они проникали в Россию, презирая русскую культуру и противодействуя ее самостоятельному развитию».
   ИНТЕРВЬЮЕР: – И вы считаете это ответом на вопрос?
   ПРИЗРАК: – Ну что ж, цитирую дальше: «Глубоко понимали и высоко ценили значение трудов Ломоносова и его борьбы за передовую науку и культуру революционеры-демократы А. И. Герцен, В. Г. Белинский, Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов, прогрессивные русские писатели, философы, ученые – А. Н. Радищев, А. С. Пушкин, Д. И. Писарев, Д. И. Менделеев и многие другие». Итак, кто же ценил Ломоносова с точки зрения советско-еврейского режима в свете высшей социологии? Педерасты и дегенераты Герцен, Белинский, Чернышевский и Добролюбов. И к этой компании извращенцев приписали великого Пушкина и профессора Менделеева. Каково опустить Ломоносова, Пушкина и Менделеева до уровня психопатов и педиков? Неужели не осталось здравомыслящих русских людей, чтобы понять, ЧТО же произошло с русской наукой после 1917 года?!
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Умышленное принижение заслуг русских и выпячивание заслуг иудеев, это вы имеете в виду? Вам не набила оскомину эта еврейская тема, не кажется она Вам вымышленной, раздуваемой?
   ПРИЗРАК: – Хорошо, пройдем дальше… по официальной биографии Михайло Васильевича: «В истории изучения жизни и деятельности Ломоносова важной вехой является широко отмеченный в 1865 г. 100-летний юбилей со дня его смерти. В связи с этим юбилеем появились собрания архивных материалов, опубликованных В. И. Ломанским, П. С. Белярским, А. А. Куником, П. П. Пекарским, Я. К. Гротом и другими, содержащие ценные исследования о жизни и научных заслугах Ломоносова». А теперь послушайте: в русской истории даже круглые даты со дня смерти – не отмечались как юбилеи! Вообще в России, при каких-либо значимых датах жизни и деятельности ученого или общественного деятеля, в мероприятиях, как правило, участвовали продолжатели его дела и почетные граждане городов (деревень), из которых происходили виновники торжества. А что здесь? – три первыми названных еврея из пяти действительно жили во второй половине XIX в., но были они не завсегдатаями заседаний Императорской Академии наук или иных научных обществ, а завсегдатаями желтого дома. Два последних еврейских имени просто выдуманы…
   ИНТЕРВЬЮЕР: – Но какова аналогия с…
   ПРИЗРАК: – Семенов-Тян-Шанский, чья мать была еврейкой, просто не мог не быть тем, кем он являлся. И он был не одинок в деле утечки секретов из империи. Информация о научных исследованиях, опытах и испытаниях, как правило, передавалась через подставных лиц или посредников, которым платили отступные. В качестве последних чаще выступали евреи-коммерсанты. …Великая русская наука (все открытия и наработки которой попали после 1917 г. в руки евреев, занявших ключевые посты в науке и заявивших, что они и есть «русские ученые»), резко затормозилась, и за весь ХХ век она не так развивалась, как медленно деградировала… Зачастую евреи-ученые из СССР приписывали себе заслуги ушедших в небытие русских ученых, чьи имена они постарались вымарать, уничтожить, а если этого не получалось, избирали другую тактику. Они взрастили ложь о том, что русских ученых во все времена окружали великие евреи и враги-иностранцы… К примеру, того же Ломоносова, который никогда и ни с кем не боролся, советский Агитпроп – через прессу, художественную и историческую литературу, фильмы, – окружил надуманными врагами из Германии. Хотя действительными врагами Ломоносова стали совсем иные силы, искажавшие даже память о нем. Но Михайло Васильевичу повезло, он не дожил до этого нашествия и оккупации его Родины и не оказался в руках у Бокия. Но исследования его были выхолощены до неузнаваемости.
   ИНТЕРВЬЮЕР: – А научные исследования и разработки, которые совершали советские ученые, они ведь тоже попадали за рубеж.
   ПРИЗРАК – Безусловно. Если восстановленное в 1948 г. государство Израиль (всем известно, что это слово, означающее и народ, и государство, переводится как «богоборец»[1]) является основным еврейским государством, то США – не что иное, как его филиал, где правят бал евреи 2-го сорта. Тогда как СССР являлся филиалом, где евреи были более низкого, 3-го сорта. Апотому ничего удивительного нет в том, что евреи, заправлявшие всеми отраслями науки в СССР, свои ничтожные открытия, значимость которых безмерно раздувалась, тут же передавали в США. Испектакль с «холодной войной» есть не что иное, как тот же гегелевский принцип: тезис – антитезис, как запланированный конфликт, и синтез в виде ожидаемой выгоды. То есть, когда евреи трех сортов делили лакомый пирог – Россию, то страдали от этого русские, немцы и прочие народы мира.

   Семенов-Тян-Шанский (до 1906 года – просто Семенов) Петр Петрович (2.1.1827 – 26.2.1914), географ, ботаник, энтомолог, статистик, почетный член Санкт-Петербургской академии наук (с 1873); государственный деятель.
   Родился в поместье близ г. Урусово Рязанской губернии в семье помещика; по матери – еврей. В 1848 г. окончил естественное отделение Санкт-Петербургского университета; вице-председатель Русского Географического общества (1873–1914); член Государственного совета (1897). В 1856–1857 гг. изучал Тянь-Шань, спустя 50 лет научное изучение этого края было отмечено добавлением к его фамилии «Тян-Шанский». В 1859–1860 гг. участвовал в качестве члена-эксперта в работе Редакционной комиссии по подготовке крестьянской реформы 1861 г.; в 1864–1874 гг. возглавлял Центральный статистический комитет, позже – Статистический совет. Имел отношение к проведению всеобщей переписи населения империи (1897).
   Его «прогрессивные» взгляды формировались – как напишут советские историки – в годы его участия в кружке «петрашевцев» (т. е., читай: в кружке революционеров-психопатов, желавших свергнуть законную власть!), «проявились в самоотверженной помощи политическим ссыльным: для многих из них добился амнистии или смягчения наказания и привлек к исследовательской работе» (БСЭ, т. 23, с. 233). Среди тех, кому академик так или иначе «охотно помогал», кого поддерживал и понуждал работать, давая темы исследований через членов РГО, – ссыльные революционеры Ванштейн, Кац, О. Аптекман, М. Лурье, Д. Виккер, С. Жебунов, А. Беркович, В. Ионов, Э. Абрамович, Ем. Ярославский (наст. Миней Израилович Губельман), Э. Пекарский, И. Черский, Г. Потанин, В. Богораз, И. Майнов, Л. Левенталь, В. Ливадин, С. Розеноер и многие другие. Некоторым из них Академия наук – стараниями академика Семенова – впоследствии присуждала медали, избирала членами-корреспондентами, а то и почетными членами академии! После 1917 г. многие из них (их сотоварищи и потомки), насаждая советско-еврейскую власть в Сибири и Якутии, занимали должности секретарей партийных организаций и комиссаров ЧК, активно уничтожая хорошо изученный ими благополучный быт недавних подданных Российской империи и способствуя физическому устранению миллионов сибиряков…
   Так что делал подобные «вспомоществования» «несчастным социалистам» резидент Ордена в русской науке не по доброте душевной, а чтобы, облегчая и так не тяжкую участь психопатов и бездельников, попавших за свои злодеяния против Российской империи, Императора и русского народа в Сибирь, заставить их приносить пользу будущим поколениям единокровных собратьев-иудеев, изучая этот наибогатейший край. В 1879 г. в Иркутске сгорело здание Сибирского отдела Географического общества, музей, библиотека с уникальным собранием редких рукописей; в огне погибли исследования величайших русских ученых Севера и свидетельства древнейших времен… Поджигателей, к сожалению, не нашли… почерпнутые сведения из библиотечных собраний, которой могли пользоваться хоть местные, хоть ссыльные, – при надобности можно было использовать в своих личных корыстных целях, делая повторные «открытия» и приписывая себе…
   Любопытно, что охотно «экономическими и статистическими работами Семенова-Тян-Шанского пользовались К. Маркс и В. И. Ленин» (БСЭ, там же), – влиятельные иудеи-резиденты Ордена. Не зря этого предателя русских интересов благодарно вспоминал в своих мемуарах Лейба Троцкий.
   Семенов-Тян-Шанский создал в глазах общества образ человека, душой болеющего за русскую науку. Его поддерживал в этом и… его высочество великий князь Константин Константинович, который неоднократно подчеркивал, что «экспедиция на Санникову Землю была бы теперь особенно своевременна…». Знал ли о неприглядных делах академика сановный руководитель Императорской Академии наук? Безусловно, знал, ибо сам Государь Император в приватной беседе с великим князем сказал, что «следует всячески поддерживать раздуваемый господином академиком пожар… имея при этом и свой интерес».
   Ведь, право дело, все равно невозможно было охладить интерес иностранцев, и в первую очередь иудеев, к богатейшим землям Сибири. Еще с давних времен они, нередко выдавая себя за немцев, англичан, голландцев иль шведов, беспрепятственно передвигавшихся по Российской империи, перекупали (выкрадывали) драгоценные для государства и науки сведения, составлявшие к тому же государственную тайну. К примеру, в далеком 1669 г. одну из карт Сибири тайком скопировал Кронеман, представившийся шведским послом. Он писал: «Карту всех этих стран в Сибири до Китая, которую прислал недавно тобольский воевода Годунов, показали мне, и я снял копию, получив дозволение продержать ее у себя целую ночь». И его помощник Клос Прютц, признаваясь, что чертеж давал на несколько часов князь Иван Воротынский с тем, чтобы тот «просмотрел, но не исчерчивал», также тайком снимает вторую копию. Одна из ценных карт Сибири подлым способом досталась и Исааку Массе, выдававшему себя за голландца. «Я получил ее с большим трудом, так как русский, сообщивший ее мне, подвергся бы смертной казни, если бы о том узнали». Так что – и это признавали даже советские историки, – издавая географические карты Сибири, иностранцы (которым те карты за большие деньги перепродавались удачливыми иудеями) приобретали широкую известность в науке, тогда как фамилии выдающихся русских – сибирских, якутских промышленников и казаков, – зачастую с риском для жизни добывавших географические сведения, оставались мало кому известными…
   Но в XIX веке это уже была широкомасштабная игра, имеющая целью подготовку и приближение удобного момента для перераспределения (захвата) чужих богатств.

Глава 5

   По высочайшему повелению его Императорского величества Государя Императора Николая II министерством финансов на экспедицию барона Э. В. фон Толля было выделено 240 000 руб. Помимо этого значительные суммы на реализацию национального проекта поступали от различных учреждений, ведомств и состоятельных людей.

   В те дни, когда судьба Колчака делала резкий поворот, он посетил дом отца в Петровском переулке. Отец, выслушав его, сказал: «На все воля Божья, сынок. Ты уже сформировался, как морской офицер, так что и своей гаванью с причалом пора обзавестись».
   Василий Иванович, выйдя в отставку, по своим земляческим каналам высмотрел сыну невесту. Это была гордая и весьма серьезная выпускница Смольного института благородных девиц Софья Федоровна Омирова, отец которой, умерший несколько лет назад, до того работал начальником Каменец-Подольской Казенной палаты. Девушка была сиротой, потому как матери ее также не было в живых. Софья получала после кончины отца достаточно высокое для девушки ее круга пособие. Но, судя по всему, это ее не удовлетворяло, и она стала зарабатывать в качестве домашней учительницы.
   Александра Васильевича выбор отца не очень обрадовал. И на предложение родителя он ответил:
   – Папа, сам-то ты с женитьбой не очень спешил.
   Надо сказать, что Василий Иванович Колчак женился в 34 года.
   – Сынок, не повторяй моих ошибок. И все же я долг перед своими предками выполнил, явил тебя, продолжателя нашего рода, и… по всем признакам достойного…
   – И все же, папа, моя сестра Екатерина старше меня, пусть она первая и продолжает наш род.
   – На сестру не кивай. С ней и фамилия наша исчезнет, а ты мне наследника рода подавай, чтобы Колчаки вовек не вывелись. И за это ты в ответе перед пращурами. Служба службой, наука наукой, а пресекать род наш не позволю!
   Встреча с Софьей состоялась. Смятение в Александре вызвало то, что она сразу же подчеркнула, что помимо пособия своим трудом зарабатывает деньги и что это придает уверенности и независимость женщине. В ходе беседы выяснилось, что Софья чудесно говорит на английском, французском, немецком (этими языками весьма хорошо владел и Александр). Чуть хуже она говорила на итальянском и польском языках. Помузицировала, показала свои милые акварельные этюды. Улыбалась, подробно расспрашивала о различных приключениях, которые свершались с ним в плаваниях. Как-то по-особому подчеркнула, что прежде чем погибнуть во льдах в июне 1881 г., один из исследователей Арктики, лейтенант американского флота Джордж Де Лонг успел назвать новый остров в честь своей возлюбленной – Генриетты. Два других острова руководитель экспедиции назвал в честь яхты «Жаннеты» и в честь издателя газеты «Нью-Йорк Геральд» Гордона Беннета, финансировавшего экспедицию. Александр Васильевич любезно подытожил, что если он сам откроет остров, то назовет его именем Софии. Совершенно без тени улыбки, она поблагодарила его, прибавив:
   – Только не пропадайте, сударь, во льдах, как лейтенант Де Лонг. Прощаясь, он сказал:
   – Если бы я был командиром судна, то непременно взял бы вас с собой.
   Известно из истории, что ряд полярных капитанов действительно возьмут с собой невест в океан: Русанов – Джульетту Жан, Брусилов – Ереминию Жданко, Василий Прончищев – Татьяну… Но все эти совместные походы с возлюбленными заканчивались трагически. Наверное, прав британский адмирал Горацио Нельсон, сказавший когда-то: «Женщина на корабле – быть беде».
   Будущая супруга А. В. Колчака родилась в небольшом старинном городке Малороссии Каменец-Подольске. По некоторым сведениям, со стороны ее матери Дарьи Федоровны Каменской одним из давних предков был известный в России генерал-аншеф М. В. Берг, а одной из ее бабушек по линии матери была Клара Исааковна Бергман-Каменская, дочь польского еврея-коммерсанта (что тщательно скрывалось родственниками, особенно когда Софья стала учиться в Смольном институте благородных девиц). Все родословные учащихся там, как известно, тщательно проверялись Святейшим Синодом, и потомки евреев туда никогда НЕ пропускались. Однако были случаи, когда путем сокрытия или фальсификации сведений они все же попадали в имперские элитные учебные заведения. Отец Федор Васильевич Омиров происходил из духовного сословия. Столь разнообразная кровь Софьи Федоровны делала ее энергичной, мятущейся, исполненной презрения к окружающему миру. Многие исследователи отмечали очень тяжелый, очень сложный характер этой женщины.

   Президент Императорской академии наук его высочество великий князь Константин Константинович 10 марта 1900 г. утвердил состав Северной экспедиции. В нее входили: руководитель экспедиции – барон Э. В. фон Толль; капитан шхуны «Заря» – лейтенант флота Н. Н. Коломейцов (употребляемый в некоторых источниках вариант «Коломейцев» неверный); геодезист, метеоролог, фотограф – лейтенант флота Ф. А. Матисен; гидрограф, гидролог, гидрохимик, магнитолог – лейтенант флота А. В. Колчак; зоолог экспедиции – А. А. Бялыницкий-Бируля (старший зоолог Зоологического музея Санкт-Петербургской академии наук; тайный агент Ордена); астроном и магнитолог – Ф. Г. Зееберг (доктор физики; встречается написание Зеберг); врач-бактериолог, зоолог Г. Э. Вальтер (доктор медицины, тайный агент Ордена). В команду вошли боцман Н. И. Бегичев; старший механик Э. И. Огрин; матросы-рулевые С. Е. Евстифеев, С. К. Толстов, А. В. Семашко (которого заменил П. Н. Стрижев), И. И. Малыгин (заменен С. М. Расторгуевым), В. И. Железняков, Н. К. Безбородов; машинист Э. З. Червинский; старший кочегар И. Ф. Клуг; второй кочегар Г. Т. Пузырев; третий кочегар Т. П. Носов; кок – Ф. И. Яскевич (тайный агент Ордена).
   21 июня 1900 г. шхуна «Заря» покинула акваторию Санкт-Петербургского порта. В Кронштадте пополнили запасы угля и получили дополнительный груз – приборы и оборудование. На проводы пришли вице-адмирал С. О. Макаров с супругой. 11 июля шхуна прибыла в Кольский залив, в Александровск. А спустя 10 дней начала плавание по плану экспедиции.
   Устья Енисея достигли в начале августа и стали продвигаться вдоль острова Диксон, производя морскую съемку. Александр Васильевич постоянно уточнял координаты приметных ориентиров, впоследствии на основе этих записей и схем он составит новые карты берегов Сибири от Диксона до мыса Челюскин. К середине сентября судно подошло к архипелагу Норденшельда. Столкнувшись со сплошным льдом, барон принял решение стать на зимовку, которая длилась 11 месяцев. Несмотря на наступившую полярную ночь, работа и исследования на шхуне продолжались.
   С началом льдообразований Колчак вел наблюдения за этим процессом и определил, что толщина покрова доходит до 180 см и зависит от суровости зимы. За зимовку он осуществил топографическую съемку и изготовил карту рейда шхуны. Изучал состояние развития морских льдов, вел магнитные наблюдения, брал пробы глубинного грунта, а также изучал морское дно сбором водорослей и живых организмов. Тогда же он совершил две санные поездки вдоль побережья Таймыра и на мыс Челюскин. Активно занимался астрономическими наблюдениями, что позволило ему впоследствии определить степень влияния звездных систем на строение Земли и тектонические процессы, проходящие в ее глубинах на Таймыре и на всем протяжении Сибири.
   Александр Васильевич тогда внедрил метод строительства из камней специальных знаков-гурий, с точными координатами, относительно которых можно производить тригонометрическую съемку окружающих территорий с ориентировкой на звезды.
   Колчак, не зная всех тех научных астрономических истин, которые были открыты еще жрецами в Древнем Египте, осуществил фундаментальные открытия в области астрономии, – влияние Космоса на структуру Земли, а, значит, на тектонические процессы и внутреннее ее содержание.
   В период работы экспедиции барон Толль назвал ряд безымянных объектов именами членов своей экспедиции. Среди других на карте был обозначен им и остров Колчака (впоследствии «благодарная» советская власть вычеркнула его имя с карты мира и назвала этот остров именем Расторгуева).
   По завершении зимовки экспедиция составила отчет по своей работе. К концу августа 1901 г. лед вокруг «Зари» пришел в движение, на судне подняли пары и двинулись по экспедиционному маршруту, направляясь в море Лаптевых.
   К началу сентября достигли мыса Челюскин. Фон Толль записывает в дневнике: «1 сентября наша ближайшая цель достигнута – мыс Челюскин показался перед нашими глазами! В волнении я потряс руки офицерам. Я спешил высадиться на берег, чтобы ознакомиться с этим мысом и произвести с нашими специалистами комплексные наблюдения: астрономические, магнитные, зоологические, ботанические и геологические…» Под руководством Колчака здесь был сооружен гурий, ставший впоследствии известным многим северопроходчикам. На его фоне сфотографируются члены экипажа «Заря»…
   Когда спустя 12 лет сюда подойдут корабли «Таймыр» и «Вайгач» русской гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана (начальник экспедиции Б. А. Вилькицкий), то в дневнике врача Л. М. Старокадомского появятся слова: «Еще издали мы увидели знак на невысоком мысе. Опознали его без труда – это знак, поставленный экспедицией Толля в 1901 году. Высота его метра три, сложен он из крупных темно-серых плит, наверху которых наложены бесформенные куски ослепительно-белого кварца… На западе, милях в пяти, возвышался еще один мыс, он и был истинным мысом Челюскин. К нему мы и направились…» Так что фон Толль радостно пожимал руки, увидев не мыс Челюскин, а… мыс Щербина (с 1970 г. – мыс Чекина), там же был сооружен и гурий, известный как знак «Зари» (в 1918 г. был разобран норвежцами из экспедиции Амундсена, – те, приняв его за знак Норденшельда, искали в основании какие-либо бумаги. Восстановлен советскими энтузиастами в 70-е годы ХХ в.).
   Исследователи осуществили высадку на берег, и А. В. Колчак продолжил свои исследования, которые подтверждали его первоначальные наблюдения. Замеряя глубины, сравнивая температуры и соленость воды, он сделал вывод, что полярные воды, несмотря на низкую температуру, с изменением глубины неоднородны по своему составу и что в них наблюдаются резкие перепады как по температуре, так и по солености.
   Уже значительно позже он напишет об этом не одну серьезную научную работу.
   По мнению Александра Васильевича, наша планета формировалась в течение многих миллиардов лет в разнообразной среде физико-химических процессов. Придет к выводу, что не только океан, а и вся Земля – это громадная лаборатория, где идут сложнейшие биохимические процессы. И покажет взаимосвязь между Космосом и оболочками Земли: атмосферой (воздушной оболочкой), литосферой (каменной поверхностью) и гидросферой (водной поверхностью). Показывая, что в их взаимодействии – на протяжении различных этапов развития – рождаются богатства, которые хранятся внутри.
   До сих пор, – напишет он, – несмотря на известные научные исследования в разных странах, в том числе и русских ученых, наши недра хранят в секрете как большинство этапов своего развития, так и особенности глубинного строения. Любой ученый, геолог, гидрограф, гидролог не видит эти особенности недр (и что в них таится!) под землей, под дном океанов и морей. В нашем распоряжении, – приводил он пример, – в лучшем случае имеются сведения о бурении дна на небольшую глубину, что обходится весьма дорого и позволяет изучать последовательность залегания пород лишь в определенной, одной координатной точке, т. е. там, где пробурена скважина. Наша же задача, – убеждал ученый, – установить, что находится под твердой оболочкой Земли.
   Особенно нам интересны горы, подводные хребты и впадины, в том числе и Ледовитого океана, нам важны скопления минералов и полезных ископаемых, разломы и трещины земной коры, различные геологические слои, которые на первый взгляд ничего не говорят, но проявляют себя физическими полями и процессами. Звезды и наше небесное тело, несомненно, – был уверен Колчак, – окружают магнитные, гравитационные, акустические, электрические, атомно-молекулярные и другие поля (тогда частью употреблялись иные термины, но они суть то же самое). Являясь неотъемлемой частью космической, надземной, водной и донной сред в морях и океанах, они несут в себе важную объективную информацию о физических параметрах космоса и гидросферы, их изменениях во времени и в пространстве. Мы благодаря этому познанию сможем изучить физические свойства Земли не только в локальном, но и в региональном смысле, – в глобальном масштабе; в том числе и процессы, происходящие внутри ее. Ученые, занимающиеся этой проблемой, должны использовать все достижения науки, которые способны обнаружить различия в плотностных, магнитных, электрических и иных свойствах; подходить к проблеме масштабно, действовать в сочетании знаний геологии, химии и физики с точным математическим расчетом тектонических подвижек нашей планеты. Проникая в различные сферы научной деятельности, мы должны изучить все известные и неизвестные физические явления, которые связаны с естественными и искусственно создаваемыми внутри Земли электромагнитными и гравитационными полями самой Земли, атомно-молекулярным устройством горных и донных пород, упругими волнами, тепловыми потоками… Мы смело должны утверждать, что геофизика, зародившаяся в России в XIX веке, должна получить мощное развитие в ХХ веке.

   Познание глубинных структур Земли[2]
   Занимаясь в экспедиции проблемами магнетизма, я прежде изучил достижения и открытия, осуществленные геофизическим прибором – компасом, которыми впервые начали пользоваться, естественно, мореплаватели. Компас, как прибор геофизики, существует по некоторым сведениям, с XII века. Но я смею утверждать, что он был изобретен значительно ранее, возможно, десятки тысяч лет назад. И исследования океана, а также подводных хребтов и разломов, несомненно, подтвердят мое предположение. Благодаря компасу были проведены сравнения астрономических определений континентов нашего света. Благодаря показаниям магнитных компасов было установлено, что магнитная стрелка не точно указывает на географический Север. И это отклонение в разных точках Земли не одинаково. Поэтому были установлены несовпадения географических и магнитных полюсов. А также весьма большие аномалии магнитного склонения.
   Изучая магнетизм, я пришел к выводу, что этот раздел науки далек от совершенства. Уже в последние несколько сот лет изготовлялись магниты различной формы. ВXV веке англичанин Джильберт (В. Гильберт) построил модель нашей планеты в виде намагниченного шара и, занимаясь опытами, написал научный труд «О магните, магнитных телах и о большом магните Земли». По его утверждениям, Земля представляет собой намагниченное тело, что для того времени, несомненно, было большим открытием. Я, как исследователь, утверждаю, что, изучив труды Джильберта, я во многом стал разделять его взгляды, которые подтвердил своими опытами, уяснив, что благодаря магнитам можно проникнуть в глубинные структуры нашей планеты. Я встречал мнение, что первую карту магнитного склонения в 1701 г. построил англичанин Э. Галлей, но это не соответствует действительности, ибо первая карта магнитных склонений была построена еще Петром I в 1696 г. И при этом сам Петр Великий утверждал, что он не сделал никакого открытия, а лишь использовал сведения, имевшиеся в архивах Додревней Руси, которые, по его мнению, он обнаружил в хранилищах известных Семи Холмов Кремля. Кстати, считаю необходимым заметить, что Петр Великий потому и велик, что обнаружив додревнейшие открытия русских, не присваивал их себе, а отталкиваясь от них, совершенствовал свои познания в мире различных наук. Может, потому-то и открывались ему – одному из немногих – эти Божественные Семь Холмов?
   XIII век ознаменовался открытием измерений склонения в различных точках планеты. Ученые делают вывод: длительные повторные наблюдения с магнитными стрелками показали, что магнетизм Земли меняется не только в пространстве, но и во времени. После проведенных мною исследований, было установлено, что магнитные изменения имеют глубинную геологическую и тектоническую природу, а также – космическую, что в первую очередь зависит от состояния магнетизма Солнца и звезд нашей Галактики.
   Возьмем такие примеры. Еще Петр I поручил офицерам флота, а также первым русским ученым, получившим свои знания в Германии, заняться проблемами такой отрасли науки, которая впоследствии получила название гравиметрии. Военачальникам довелось заняться составлением карт большого масштаба для ведения боевых действий. После Отечественной войны 1812 г. в военном министерстве был создан Корпус военных топографов, которые занимались астрономо-географическими исследованиями в империи. В 1837 г. этим корпусом была завершена Московская триангуляция. И при этом выяснилось очень важное – что в ряде точек геодезические широты не совпадают с астрономическими широтами. Когда полковник Корпуса военных топографов Амвросий Лубяной произвел замеры от центрального пункта в Москве – колокольни Ивана Великого, то оказалось, что отклонения отвеса в сторону севера от вертикальной линии составило 11». В своем рапорте он писал, что все отклонения отвеса в действительном меридиане Первопрестольной могут быть удовлетворительными, но при условии, что мы допускаем, что поперек меридиана c востока на запад проходит слой Земли, грунты которого по плотности равны половинной плотности земной коры. И простирается это до 30 верст к северу от Москвы под поверхностью Земли.
   Подобные заключения дали мне основания применить похожий метод в исследовании плотности слоев Земли на Кольском полуосрове, Таймыре, а также в иных местах, где я работал в экспедициях, и устанавливать те или иные структурные глубинные явления, происходившие на протяжении миллионов лет при тектонических подвижках нашей планеты. Используя этот метод, я нашел более эффективный, – не тот, что был доступен полковнику Лубяному. В процессе исследований был усовершенствован ряд астрономических инструментов, которые позволили нам установить гораздо большие погрешности в распространении определенных структурных масс в недрах Земли на больших глубинах, куда еще не могут проникнуть рудокопы. Исходя из гравиметрических исследований, участок максимальных отклоннений от веса соотвествует интервалу наибольших изменений ускорения свободного падения с севера на юг вдоль истинного меридиана на величину 90 мГал. Что вызывается резким погружением гранитного фундамента на глубины, исчисляемые в километрах, а то и более.
   С началом ХХ века у нас появилась сейсмология, – наука, которая изучает землетрясение. Конструкции сейсмографов, разработанные русскими учеными, уже ныне позволяют нам разобраться во многом из того, что происходит в земной коре; установить причину землетрясений, понять, как и отчего смещаются крупные части земной коры. Внутри планеты происходит перераспределение огромных масс вещества, которые вызывают резкие нарушения равновесия слоев, что и приводит к перемещению целых блоков горных пород и способствуют разломам Земли. Эти перемещения вызывают сейсмические волны, которые достигают поверхности Земли или водной поверхности, обуславливая ее движение. Чтобы более точно определить амплитуду колебаний, я полагаю, уже в ближайшие годы нам удастся создать ряд передвижных сейсмических пунктов с новейшими сейсмографами. Это позволит с высочайшей точностью определить время пробега сейсмических волн естественного или искуственного зарождения, – т. е. упругие колебания, возбуждаемые в результате воздействия внеземной энергии. Что позволит понять истинные причины процессов, происходящих в земной коре и в мантии.

   Что представляет собой строение Земли
   Мои наблюдения и анализ результатов воздействия сейсмических волн, возникавших при естественных и искусственных землетрясениях, подтвердили, что продольные волны до конкретной глубины распространяются весьма медленно. Нарастание скорости происходит постепенно, рывки отсутствуют. Мое мнение таково: слой планеты, находящийся выше этой границы, и есть земная кора. А слой, лежащий ниже границы, – есть мантия.
   Географические методы позволили изучить нашу планету и сделать вывод, что она имеет строение в виде слоев. Внешняя кора – до 70–75 км в глубину; твердая мантия уходит на глубину до 3000 км от поверхности; далее наступают границы внешнего ядра, которое, по утверждениям некоторых ученых, – а я придерживаюсь этой гипотезы, – считается жидким. И, наконец, в самом центре планеты находится твердое внутреннее ядро диаметром немногим более 2000–2200 км.
   В свою очередь, кора состоит из трех основных слоев: в самом низу, рядом с мантией, базальтовый слой, который состоит из основных пород базальта, габбро и других веществ. Выше находится слой гранита, который формирует породы, приближающиеся по своим свойствам к гранитам. Самый вехний слой земной коры – осадочный, состоит в основном из накоплений распада продуктов и самих продуктов животной и растительной жизнедеятельности, а также процессами выветривания, вымывания и химической переработки, происходящих на огромных глубинах океана. Каждый последующий слой имеет более высокую плотность, чем находящийся над ним. Мантия состоит из очень плотных пород. Но, несомненно, мантия не может вся быть твердой, ведь ниже, возле верхнего слоя раскаленного ядра, она может представлять собой массу, близкую к оплавлению. Что, несомненно, воздействует на земную кору, а та в свою очередь – на литосферу и астеносферу.
   При этом литосферой следует считать оболочку Земли, состоящую из земной коры и самых верхних слоев мантии. Под ней слоями формируется (слоится) астеносфера, которая проникает в мантию на глубину до 300 км пластиковым слоем и, по всей вероятности, способна к течению. Ибо давление в центре земного шара достигает по моим расчетам примерно 3 млн. атмосфер, тогда как температура колеблется в пределеах 6000–7000 градусов, а у основания коры – 600–800 градусов. В то время как под материковыми массивами и океанским дном – в пределах 200 градусов. Похожие предположения осторожно уже высказывались до меня, я же говорю почти с уверенностью.
   Осуществленный мною анализ сейсмических данных в тех регионах, где мне довелось работать, показывает, что энергетическая мощность земной коры изменяется в значительных пределах: в океанах она равна всего 10–12 км; в платформах она достигает 50, а то и 70 км; в гористых местностях – от 60 до 70 км. Поэтому земную кору следовало бы подразделять на два основных и один вспомогательный типы: континентальный, океанический и переходный.
   Горы возвышаются над уровнем океана на 4–8 км. А земная кора под ними уходит в глубину до 60 км. Под континентами она углубляется до 35–40 км. Значит, нижняя граница материковой коры как бы дублирует по своей форме свой внешний рельеф. Это как деревья, которые имеют похожие крону и корневую систему.
   Океаническая кора, а также донная поверхность – тонкая, ее толщина измеряется в некоторых местах до 5 км, в иных – до 15 км. В ее составе отсутствует гранитный слой, чаще есть лишь базальтовый слой и осадочные слои до 1 км. Главный слой в океане – базальтовый – покрыт извержениями вулканов и осадочными уплотненными породами.
   К переходному типу земной коры следует отнести кору в местах перехода континента к океану. Это весьма небольшая часть прибрежной полосы, шельфовая зона океанов и континентальный склон.

   Гравитация материков и океанов.
   Чтобы говорить о плотностных и скоростных особенностях в земной коре с точки зрения сейсмологии и гравиметрии, следует учитывать две основные исходные: 1) пространство между осадочной толщей и кристаллическим фундаментом; 2) пространство между фундаментом и мантией.
   В данном случае гравиметрия предусматривает познание распределения ускорения свободного падения по всему земному шару, в воздушной и водной среде. Исследовать это можно в процессе изучения слоев земли и на суше, и на дне океана. Одной из более «доступных» форм исследования (познания) являются источники, которые по принятым научным канонам пока не открывают нам свою доказательную базу. Возможно, через некоторое время и в иных условиях мне удастся установить доказательства, сейчас же я могу лишь утверждать, что такими источниками могут являться звезды, а также Солнце, напрямую воздействующие на нашу планету и на нашу жизнь.
   Чтобы получить сему доказательства, нужно только сконструировать инструментарий, который будет более точно фиксировать природные законы гравиметрии. При этом следует учитывать энергетические возможности и силу Земли, которые зависят от ее формы, общей массы, скорости вращения вокруг оси, а также вокруг Солнца, с учетом гравитационных аномалий, которые, несомненно, зависят от состава горных и донных пород и их пространственного положения в структурных глубинах нашей Земли.
   Породы, как известно, имеют различный состав, отсюда – и разную плотность. Над плотными породами ускорение свободного падения значительно выше, чем над легкими, где оно понижено. На холмистой местности плотностных границ наблюдаются положительные гравитационные аномалии. На пониженных – все действо совершенно противоположное. Наибольшая разность плотности наблюдается на границе между базальтовой толщей и мантией. Отсюда – при столь значительной разности плотности подкоркового вещества и вещества земной коры и при колоссальных изменениях мощности земной коры, которые обусловлены поднятием или опусканием границы, – обнаруживаются значительные аномалии ускорения свободного падения. Особо, – и это следует учитывать! – это касается Восточной части нашего континента на границе с Тихим океаном.
   Каждое поднятие поверхности верхней мантии проявляется отчетливым максимальным выбросом энергии, что особо наблюдалось мною в районе Таймыра, а также во время исследований в Татарском проливе на Тихом океане вдоль 46-й параллели северной широты.
   Интерес представляли участки максимальных изменений в горизонтальном направлении аномальных значений ускорений свободного падения. Эти интервалы наблюдений, представленных вам на графиках, характеризуются еще и наиболее резким изменением глубин морского дна Ледовитого и Тихого океанов. Эти участки относятся к переходному типу коры – от континентального к океаническому и для них характерно большое количество геофизических аномалий и других явлений, происходящих в глубинах океана и под донными слоями, вплоть до мантии.
   Мощность земной коры в Северном Ледовитом океане приблизительно равна 32 км. В Тихом океане – до 8– 10 км. Отсюда аномальное значение ускорений свободного падения для Арктических морей, в том числе Северного Ледовитого океана, – т. е. они имеют величины, свойственные для континента.

   Гравиметрическое поле и глубинная структура Баренцева моря
   Если говорить о глубинном тектоническом строении Баренцева моря и периферийной части Ледовитого океана, то прежде всего следует рассматривать зону сочленения Кольско-Канинской моноклинали, вытянутой вдоль Кольского полуострова и прогиба, который заполнен рифейскими и палеозойскими осадочными толщами пород мощностью до 17–20 км.
   С севера эта узкая полоса прогиба ограничивается по разлому резким возвышением гранитогнейсового слоя, образующего поднятие морского дна, – так называемый Северный хребет. Разность плотности гранитного слоя и осадочной толщи формируют резкую субвертикальную плотностную полосу, которая является основной причиной образования в южной части Баренцева моря положительной гравитационной аномалии. Выступ в районе островов обнаруживается в холмистом морском дне и завершает южную оконечность хребта. И также является продолжением аномалии с высокой амплитудой ускорения свободного падения. Центр амплитуды находится в пределах узкой, вытянутой вдоль линии Кольского полуострова полосы, шириной не более 20–25 км, и имеет протяженность до 250 км.
   Северной границей исследуемого максимума является участок горизонтального градиента ускорения свободного падения величиной до 0,35 мГал/км. Южная граница представлена аномально высокими порядками горизонтального градиента в 4,2 мГал/км, – что более чем в 12 раз превышает рассчитанное для данных широт значение градиентов нормальных полей.
   Экспериментальные данные и наблюдения показывают, что при выполнении гравиметрических съемок над плотностными границами обнаруживаются локальные участки, где горизонтальные градиенты ускорения свободного падения имеют значительные – в 3,8 раза большие величины, чем градиенты, полученные в результате местных гравиметрических исследований, которые осуществлялись в нашей экспедиции.
   На рассматриваемых площадях южной части Баренцева моря, а также части Карского моря и района Таймыра мной были отмечены следующие геохимические явления: 1) аномально высокие концентрации тяжелых углеводородов; 2) на некоторых участках тяжелые углеводороды имелись в образованиях донных отложений. Геохимические аномалии углеводородного происхождения соответствуют повышенным температурам в донных осадках во всем водном пространстве. Причем, разница температур происходит в многовекторном направлении: как по горизонту, так и по вертикали.
   Столь аномальная тектонико-и геологогеофизическая обстановка в центральной и южной части Баренцева и Карского морей связана с установлением глубинного строения и изучения осадочных слоев всей Южно-Баренцевской впадины и далее – вплоть до пограничных зон в районе Таймыра и в устье Енисея. При этом наличие углеводородных ресурсов позволяет установить весьма сложные геологотектонические, геофизические, геохимические и другие процессы, а также показать закономерность влияния звезд и Солнца на формируемые этими обстоятельствами регионы, которые имеют границу между континентом империи и Северным Ледовитым океаном.
   Большинство аномалий, связанных с этими явлениями, и определяют естественно-геологическую структуру глубин Земли и говорят об особенностях формирования составных элементов нашей планеты на этом участке.
   Интересующее нас пространство тянется, начиная от Кольского полуострова и до Аляски. И если сопоставлять даже те данные, которые удалось установить мне и о которых говорилось выше, то, смею утверждать, что пространство между тремя самыми могучими реками Сибири – Обью, Енисеей и Леной – составляет единую систему наружного слоя вместе с естественной природой, в глубине которой находится не менее 90 % всех мировых запасов ископаемых.
   Особенности глубинного тектонического и геологического строения Северной и Восточной части континента, т. е. Северного Ледовитого и Тихого океанов, говорит о том, что они являются фундаментальной основой возникновения силовых, гравитационных аномалий – высоких значений ускорения свободного падения и резкого изменения в горизонтальном направлении. Что также с научной точки зрения подтверждает высказанную мною мысль о богатстве Сибири и восточных земель Российской империи.
   Завершая эту научную записку в Русское Географическое общество, я не счел нужным подавать ее в президиум, решив повременить с тем, чтобы со временем получить максимальное подтверждение своих рассуждений. При этом мои исследования должны быть подвергнуты критическому анализу, в том числе и через дальнейшее изучение Сибири, Дальнего Востока, а также Северного Ледовитого и Тихого океанов. Возможно, я приду к каким-то умозаключениям, которые исключат возможность вообще об этом говорить на заседании Географического общества, а лишь изложить тезисно в Императорской Академии наук и лично его высочеству великому князю Константину Константиновичу.

   Но будет поздно
   Многостраничный объемный доклад А. В. Колчака, доказывающий присутствие в землях Сибири и Дальнего Востока Российской империи 90 % запасов мировых ископаемых, уже станет достоянием Ордена.
   Так что не зря еще в 1856 г. Семенов, будущий академик Семенов-Тян-Шанский, напишет: «Наука есть общечеловеческое достояние, и научные идеи, где бы они ни возникали, принадлежат всему человечеству». Мысль вроде правильная и гуманная. Только отчего-то научные открытия мирового значения, сделанные русскими в конце XIX – начале ХХ столетий, не стали достоянием русского народа, а достались – в том числе и благодаря Семенову и иже с ним деятелям, проникшим в русскую науку, – народу, прозвавшему себя «избранным».
   Со временем выкладки Александра Васильевича (многое из них) станут общеизвестным достоянием, войдут в научные трактаты, научные книги и учебники. Без упоминания имени Колчака.
   То же, что не стало достоянием широкой мировой мысли, осело в лабораториях Бокия и его преемников.
   Многое из научных разработок Александра Васильевича только недавно стало выходить наружу. К примеру, еще в начале ХХ в. он теоретически обосновал теорию строения Солнца, – что американцы сейчас выдают за свои научные достижения. Тогда как еще Колчак определил прямое воздействие Солнца на ядро Земли.

Глава 6

   Следует живописать эпоху, в которую большую часть жизни прожил Александр Васильевич Колчак, то есть эпоху Николая II. Без этого невозможно понять, КАКОЙ была Россия и какой стала при новой власти.
   Эпоха Николая II являлась самым уникальным периодом развития романовской России. В это время численность русского народа увеличилась на 62 млн. человек и составила более 190 млн. А в канун Первой мировой войны эта цифра перевалила за 200 млн. Такой рост населения был достигнут за счет высочайшего уровня жизни и существенно опережал рост населения Европы и США – почти в 4 раза.
   За последние пять лет до наступления ХХ в. на каждую тысячу человек только православного населения рождалось 53 ребенка. Рождаемость среди иных вероисповеданий, в том числе католиков и мусульман, была в 1,5 раза ниже. Уровень смертности русского населения при последнем Императоре резко снизился. Правда, начало ХХ в. ознаменовалось повышением смертности, однако в том не было ничего удивительного – оно происходило в результате резкого увеличения рождаемости. Фундаментом быстрого увеличения численности русского народа являлись прочный быт, крепкая любящая семья и сохранение родословной каждой русской семьи. Именно род и его продолжение являлись той стержневой основой, которая формировала высокий уровень рождаемости и чистоту русского народа.
   Неженатые или незамужние в обществе не воспринимались всерьез, и не могли иметь от империи земельного надела, являвшегося главным источником существования.
   По количеству венчаний и создания семей русские занимали первое место среди всех народов мира! Особенно высок был уровень создания семей у крестьянства – подавляющего большинства жителей империи.
   Семейные отношения в России до 1917 г. носили ярко выраженный патриархальный характер. Измена мужа или жены считалась грехом и осуждалась обществом. Отношения двоих строились так, что развод практически исключался (был наиредчайшим явлением!), – и обществом, и Церковью (Святейшим Синодом) он признавался тягчайшим грехом. Так же, как прерывание беременности; так что русские семьи в XIX – в начале ХХ вв. были многодетными. При этом количество рождений детей на одну женщину было близким к ее физиологическому пределу, – женщина, прожившая в браке до 45–47 лет, обычно без проблем рожала 10–12 раз.
   В связи с резким ростом деторождения у правительства Николая II возникла необходимость решать вопросы перенаселения центральных губерний. Одновременно назрела пора приступить к началу использования природных ресурсов Сибири и Дальнего Востока. Получалось, что можно благополучно разрешить две проблемы. Однако прежде чем переселить миллионы людей в восточные регионы страны, следовало решить там вопросы продовольственного и иного обеспечения. В правительстве принимались все проекты, которые могли бы благоразумно организовать подобное грандиозное «перераспределение», ведь это разгрузило бы европейскую часть империи от избытка рабочей силы, который составлял более 75 % от общего количества населения, жившего на западе страны.
   Итак, первое десятилетие ХХ в. ознаменовалось массовым переселением с большой государственной поддержкой. Для чего были созданы Переселенческие управления; в компетенцию управлений входило помимо прочего и снаряжение экспедиций для исследования почв, природных и др. ресурсов тех мест, куда предполагалось поселить людей. Всех желающих (!) переехать на восток империя освобождала от налогов, выделяла безвозмездные ссуды, бесплатный проезд, по прибытии на место выделяли 45 га земли на семью, плюс на месте выдавалось еще и пособие в 200 руб. за счет казны. По всему Великому Сибирскому пути формировались имперские склады земледельческих машин, продаваемых переселенцам по крайне низким ценам. За короткое время начала ХХ в. на Восток переселилось около 6 миллионов человек, а еще 5 миллионов, пользующихся такими же льготами, переселились на степной юг России.
   В период царствования Николая II, до Первой мировой войны, было 30 городов с населением более 100 000 горожан, в 7 городах проживало более 250 000 в каждом. Численность городского населения очень и очень незначительно прирастала за счет сельских жителей. В империи отсутствовала эмиграция русского населения в иные государства – в народе было высоко не только благосостояние, но и чистый помыслами патриотизм. Однако многие сыны Отечества по желанию получали дополнительное образование в вузах Европы. Мысль, что можно расстаться с Родиной, до 1917 г. была кощунственной. Основной поток эмигрантов из империи составляли евреи, несколько меньше – поляки.
   Тот период ознаменовался экономическим ростом и процветанием России. Строительство Великой Сибирской железной дороги (ВСЖД) было воистину великим научным и экономическим русским прорывом. Ее протяженность составила 7416 км; построена она была за 10 лет руками 8000 русских строителей, объединенных в рабочие артели – уникальную форму хозяйствования в промышленности, аналогов которой не существовало и не существует нигде в мире.
   Сама Российская империя конца XIX – начала ХХ вв. была самым великим в мире экономическим проектом, воплощенным в реалии!
   Формирование промышленных рабочих центров в империи естественным образом происходило за счет части крестьянства, ибо иных ресурсов Россия для этого просто не имела. Большинство из русских рабочих, согласно паспортам состоявших в крестьянах, выполнив весной – осенью сельхозработы, шли зимой на заработки на фабрики и заводы. Конец XIX в. был показателен тем, что фабрики ряда губерний до 85 % рабочих отпускали на сельхозработы. И число этих отхожих рабочих к концу века составило более 10 миллионов человек.
   Что касается личного хозяйства таких рабочих, то в большинстве русских губерний, где развивалась промышленность, особенно на Урале, в Сибири и на востоке, семьи жили в больших собственных домах с подклетями, имели десятки гектаров личных сельхозугодий и покосов, держали десятки, а то и сотни коров, мелкого скота и домашней птицы. Следовательно, у них превалировала крестьянская культура, где главными качествами были старательность, исключительное трудолюбие, добросовестность, а фундаментом этого служило стремление русских крестьян к общинным и артельным формам труда. Русская производственная артель была прочнейшим фундаментом всех устоев народной жизни, являясь добровольным товариществом абсолютно равноправных работников, работающих на основе взаимопомощи, взаимовыручки, и позволяющая осуществлять любые хозяйственные задачи. Объединение русских людей в артель совершенствовало в них дух самостоятельности, здоровой предприимчивости каждого члена артели. При этом артель была позитивным явлением, ничего общего с европейскими формами производственных взаимоотношений не имеющая. Любая эксплуатация в артели одного человека другими жестко пресекалась самими членами; каждому из артельщиков вменялись определенные обязанности, исполнять которые могли все члены поочередно; не нарушалось равноправие и при этом отсутствовала уравниловка – распределение прибыли осуществлялась по вкладу каждого в выполнение общей задачи. На общих сходках рабочие из числа артельных товарищей выбирали старост, канцелярских работников для ведения документации, других выборных работников. Артели могли решать вопросы поощрения и наказания своих членов.
   Артельные формы работ в конце XIX в. начали применяться на большинстве предприятий русской промышленности. Так, на ряде Демидовских заводов на Урале (Кувшинский, Тагильский, др.) артельные формы организации труда существовали в большинстве цехов, связанных с производством проката, ударно-трубочных, кирпичных и других цехах. Артели заключали договор, где определялись отношения между ее членами и администрацией заводов. При этом, к примеру, оговаривалось, что артельщики получают все необходимое для технологического и производственного процессов – материалы и сырье от руководства завода по установленным и приемлемым ценам и что производят оговоренные и закрепленные договором объемы работ по своему усмотрению, но под производственным контролем мастера и технологическим контролем инженера-технолога. За выполнение которых получали оплату через выборных доверенных. Разве можно подобные взаимоотношения между рабочими и работодателями сравнить с продажными профсоюзными, введенными новой советской властью?! Разве можно сравнить с современными коллективными договорами, которые сегодня навязывают работодатели бесправным сотрудникам?! Вопросы, как говорится, риторические…
   Вообще же артельные формы труда на Руси существовали издревле и считались одними из самых высокопроизводительных и хорошо оплачиваемых форм различных работ. По сути это был путь передачи предприятия в руки рабочего самоуправления. В конце XIX в. ряд выдающихся русских ученых – Д. И. Менделеев, А. Г. Столетов, др., – длительное время изучавших Демидовские металлургические заводы, высказали мысль, что здесь воссоздавался способ артельно-кооперативного хозяйства, применяемого еще во времена Петра Великого.
   В рядах артельщиков могло быть от 50 до 500 человек, которые брали в аренду не менее чем на 20 лет заводы на Урале, в Сибири, Востоке, и благодаря горячей инициативе и установившимся нормам отношения к труду в артели любое предприятие просто обречено было развиваться и приносить прибыль.
   При этом основным препятствием для артельщиков, желавших взять заводы в аренду, было сопротивление администрации или собственников заводов, напрямую связанное с негативным вмешательством ссыльных иудеев Сибири. Которые в силу своей природной изощренности и лживости не желая заниматься созиданием, проникали под видом инженеров и администраторов в руководство, создавали там «тепленькие места», протаскивали «своих» и проводили преступную политику деградации собственников заводов.
   Часто такие недоучки, вылетевшие из институтов и университетов, скрывая еврейскую принадлежность, женились на дочерях сибирских заводчиков и промышленников. Конечно же, они всячески препятствовали взятию завода в аренду артельщиками. Что в первом десятилетии ХХ в. послужило в Сибири основой формирования революционных групп психопатов и дегенератов, чаще всего из ссыльных, и противостояние их хозяевам сибирской земли; тем самым заложена была пропасть между некоторыми собственниками и рабочими.
   К примеру, подобная ситуация сложилась в Екатеринбургской губернии на Нижне-Исетском железоделательном заводе, на Иркутском заводе кожевенных изделий, на золотых приисках Алдана. Владельцы этих предприятий стали жертвами иудейского нашествия еще в 60-е годы XIX века, когда ссыльные евреи из тех, кто участвовал в терактах против российских государственных деятелей, выполняя задание резидентуры Ордена – марксистского Интернационала, – убедили собственников в необходимости обучения их отпрысков в Европе. Где те – юные и доверчивые, – были сразу же подвергнуты идеологической обработке со стороны марксистов, взяты в клещи психологической атаки. Далее схема такова. Получив образование, сыновья русских промышленников возвращались в насиженные места пращуров, где со временем в порядке наследования вступали в права собственности. А так как молодые люди – в соответствии с существовавшими православными нормами! – после возвращения в родные пенаты должны были обзавестись семьями, то им в качестве невест ссыльные евреи и их потомки подсовывали своих дочерей. Срабатывал пресловутый принцип Эстер.
   Конечно, задним числом возникает много вопросов: почему так, а не эдак? Впрочем, разве могли молодые люди отказаться от поездки за рубеж, когда их родителям внедрившиеся в администрацию и напичканные «передовыми» столичными идеями «смелые» евреи рекомендовали «по новой моде» «учиться уму-разуму в Европах», а после взять в дом благовоспитанную молодую девушку, закончившую гимназию, скажем, в Екатеринбурге? Право, в Санкт-Петербурге на всех невест не хватит… И те, не ведая опасности, брали в жены евреек, не подозревая, какую чудовищную наследственность получат их потомки до …надцатого колена! Вот эти-то уже нерусские потомки и дали себя знать и в конце XIX, и в начале ХХ вв., но более всего – в страшные кровавые месяцы и годы после 1917 г., когда их соплеменники оккупировали сибирские просторы.
   У рабочих артелей, видевших все это на протяжении десятилетий, возникало чувство справедливого гнева и протеста. Знало ли правительство об этом? Знал ли Император? Знали и делали все возможное, но недостаточно.
   К слову, в одном из советских источников приводятся воспоминания некоего Сергея Журавлева, каюра по национальности и работника артели, вернее, артелей, – сначала царских времен, затем советских. Он интересен нам некоторыми нюансами своей биографии. Родился Сергей Прокопьевич в октябре 1892 г. в простой семье, где было 6 детей. Отец его, переменив много профессий, стал промышленником на Новой Земле. То было время освоения севера империи; в 1877 г. освоены колонии у входа в пролив Маточкин Шар, в Белушьей губе, в 1910–1913 гг. – в Крестовой и Архангельской губах. И здесь, как и почти по всей державе, стала распространяться артельная форма труда. С. Журавлев также работал в артели на Новой Земле, которую организовывали архангельские промышленники, обеспечивавшие артельщиков орудиями лова и продовольствием. Жизнь шла своим привычным чередом, появилась семья, дети; но настали смутные времена… Сильный ревматизм, полученный им во время зимовок на Новой Земле, спас Сергея от насильственной мобилизации в Красную армию. Однако ненадолго. Уже в июне 1919 г. «пройдя 96-часовое всеобщее военное обучение, Журавлев направляется вместе с сотнями подобных ему бойцов молодой Красной Армии на Восточный фронт, участвует под началом будущего маршала В. К. Блюхера в разгроме колчаковских банд, затем, переболев тифом, возвращается на родину». (Сб. «Полярный круг», М., 1980, с. 49). Далее коротко говорится, что С. Журавлев не смог ужиться в советских «артелях», образовавшихся на Севере уже после коллективизации, т. е. ограбления богатых подданных бывшей Российской империи. Не раз он приводил примеры, как организовывались в царской России настоящие ненецкие артели на Новой Земле, Вайгаче, Колгуеве, на каких условиях приобретались орудия лова и плавсредства. «Подкулачника» и «бандита», как его окрестили, от расправы спасло только то, что он, человек опытный, становится проводником в экспедиции Г. А. Ушакова в 1930-х гг. на Северную Землю. Во время которой наш герой ведет любопытный дневник; что «несчастный бедняк-каюр, жестоко эксплуатировавшийся царской властью», житель самых-самых отдаленных земель империи получил образование до 1917 г., в книжке, естественно, не упоминается. Зато много внимания уделяется одному из членов этой экспедиции некоему Н. Н. Урванцеву, «рыцарю полярных странствий, первому норильчанину (?! – Авт.), выдающемуся географу, видному геологу, его имя называют в одном ряду с именами Амундсена, Нансена, Пири (?! – Авт.)…». Такие вот характеристики дает этому еврею из рядов советских ученых еврей из советских журналистов Львов Анатолий Львович. Вот уж почти 80 лет прошло с тех пор, как этот «выдающийся» «покорял» русский Север, а что-то никто из мировой научной общественности так и не вписывает его имя в один ряд с вышеперечисленными исследователями… «В 1930–1932 гг. Н. Н. Урванцев как научный руководитель Северо-Земельской экспедиции Всесоюзного арктического института провел (совместно с Ушаковым) первое (ложь! – Авт.) географическое и геологическое обследование Северной Земли» (БСЭ, т. 27, с. 74). Затем, в 1958–1967 гг., работал начальником отдела геологии Института геологии Арктики.
   К освоению этих божественно-заповедных мест земли русской приложили руку многие.
   Очень многие, стиравшие имена русских первопроходцев, исследователей, ученых, присваивавших себе их труды, их деяния и русские имена. Ведь кто, прочитав и не увидев фотографий, подумает, что и Николай Николаевич Урванцев, и его жена-«уралочка из уральского Кыштыма» Елизавета Ивановна Найденова – эти милые люди с привычными русскими именами – евреи ярко выраженной внешности? Вот ведь как поменялись времена: побывав в 1923 г. в «Питере» у еврея Вениамина Михайловича Свердлова (брата Якова Михайловича), у еврея Николая Александровича Семашко и истребовав деньги, бывшая подданная Российской империи Елизавета Найденова, получившая образование в гимназии в Екатеринбурге, – со товарищи, в числе которых ее соплеменники Клемантович, Левкович, Изюсимов и др., «осваивает» Норильск. Здесь – сульфидное медно-никелевое и богатые угольные месторождения; сюда станут присылать рабов из русских, помещая их в ГУЛАГ. Она – врач и какое-то время работает в «господском доме», бывшем доме Демидовых, превращенном в больничку…
   Неисповедимы пути твои, Господи!

   Но вернемся к теме, означенной в этой главе: Россия в эпоху Государя Императора Николая II.
   …По поручению Императора было инициировано создание специальных комитетов по улучшению положения рабочих, фабричных инспекций; был принят имперский закон о найме рабочих на фабрики и заводы, который подчинил внутренний распорядок предприятия общественному надзору фабричных инспекторов, при этом, согласно закону, категорически был запрещен труд детей в любой форме. Несовершеннолетние (подростки) и женщины, если и принимались с согласия фабричной инспекции, то могли работать только с 10 ч. утра и до 15 ч. с 2-часовым перерывом! При этом ни о каком «равенстве» с мужчинами в работе никто и помыслить не мог – подобное могло прийти в голову только сумасшедшему, кто поставил целью уничтожить общество здравомыслящих людей!
   2 июня 1897 г. был принят закон, который принял нормирование рабочего дня. Спустя некоторое время по инициативе (действительно по инициативе!) рабочих была принята законодательная норма с согласия фабрично-заводских инспекторов – 10-часовой рабочий день. Это было связано с тем, что рабочие в большинстве своем хотели иметь более высокие заработки, а нравственный климат артельной формы труда создавал все к тому условия. А, значит, труд в Российской империи был желаем, а не принудителен, приносил радость и удовлетворение.
   В 1903 г. был принят закон о вознаграждении потерпевших от несчастных случаев на производстве. Пострадавшим выплачивалась администрацией пенсия в размере 50–70 % от всего содержания, а благотворительные фонды и страховые компании компенсировали недостающие 30–50 % к назначенной пенсии. Так что русский рабочий, получивший увечье, до конца жизни был способен содержать себя и свою семью (чаще – многочисленную; притом, что жены не работали), получая пособие в размере своей зарплаты. То же касалось и вышедших на пенсию рабочих по выслуге лет на производстве. Какое еще государство могло (МОЖЕТ?) похвастаться подобной заботой о своих гражданах?!
   Материальный уровень русских рабочих был самым высоким в мире. Безработица в начале ХХ в. практически отсутствовала, составляя лишь в столицах не более 0,8 %. Да и то это были люди, которых устраивала беззаботная жизнь в Народных домах.
   У русских рабочих, как у крестьян и иных слоев русского общества во всей империи, не было никаких оснований для недовольства, а тем более для противостояний или революций против существующей законной имперской власти.

Глава 7

   Уже упоминаемая Великая Сибирская железная дорога являлась далеко не единственной, построенной при Николае II. Но зато была она самой крупной магистралью; начатая в 1893 г., была она завершена в 1903 г. Кстати, одним из инициаторов ее строительства был русский изобретатель и ученый Степан Иванович Барановский (1817–1890), разработчик проектов среднеазиатских железных дорог, а также… подводной лодки, которую построил вместе с сыном. А вот в разработке технического проекта и сметы Санкт-Петербургско-Московской ж/дороги принимал участие русский инженер Николай Осипович Крафт (1798–1857) (совместно с П. П. Мельниковым); он обосновал целесообразность пятифутовой ширины колеи, ставшей нормальной колеей железных дорог империи. Интенсивно строились и развивались Оренбургско-Ташкентская ж/дорога (после 1901 г.), Амурская ж/дорога, Закавказская ж/дорога. А вообще, первая русская ж/дорога (чугунная) строилась еще в самом начале XIX в., – с 1806 по 1810 г. – талантом алтайского инженера П. К. Фролова, – прообраз будущих стальных магистралей. В августе 1834-го начала работать Нижнетагильская железная дорога, первая в России. В 1837-м открылась 27-километровая Царскосельская железная дорога. В 1851 г. появилась экономически выгодная магистраль Москва – Санкт-Петербург длиной в 603 км. И уже к началу 1863-го были построены Санкт-Петербургско-Риго-Двинская, часть Московско-Рязанской, Санкт-Петербургско-Варшавская и Московско-Нижегородская; чуть позже начала строиться Закаспийская ж/дорога. Центральные промышленные районы Российской империи накрепко связывались с Балтийским морем и промышленными центрами Польши.
   Многие из ж/дорог, шоссейных мостов и тоннелей построены благодаря руководству русского инженера и ученого Николая Аполлоновича Белолюбова (1845–1922; ставшего по воле большевиков на еврейский манер Белелюбским), в том числе большие мосты через Волгу (Сызранский, в то время самый длинный в Европе, и Свияжский), Днепр, Обь. Ряд предложенных и разработанных им методов и условий испытаний строительных материалов вошел в международную практику!
   В 1881 г. русским ученым Александром Парфеньевичем Бородиным (1848–1898) была создана на базе Киевских мастерских Юго-Западной ж/дороги первая в мире (!) паровозная лаборатория. Сам он был одним из основателей журнала «Инженер» (с 1885 г. – главным редактором). Русское техническое общество учредило золотую медаль имени Бородина за лучшие изобретения и исследования в области ж/дорожного транспорта. Ну и как тут не вспомнить отца и сына ЧерепановыхЕфрема Алексеевича (1774–1842; названного при Советах ЕфимомПлатона Ефремовича (1803–1849: также прозванного Мироном Ефимовичем), работные люди Демидовских заводов. Это они в 1833–1834 гг. создали первый в России паровоз; при этом ими была спроектирована и проложена чугунная рельсовая дорога от завода до рудника.
   Ежегодно в империи возводилось примерно 2000 км дорог. Металл и металлоизделия, рельсы, вагоны, паровозы – все это производилось на русских заводах руками русских рабочих и талантом русских инженеров. Тогда же появилась и первая трамвайная линия в Санкт-Петербурге.
   Тут можно указать следующее: организовать телефонные сети больших городов позволили изобретения Павла Михайловича Голубева (1845–1911; стал вдруг Голубицким). Еще в 1883 г. он установил телефоны на Николаевской (после 1917 г. – Октябрьской) ж/дороге, которые использовались для передачи служебных распоряжений. В 1885 г. он изобрел наиболее чувствительный микрофон того времени. Награжден почетной медалью VI (электротехнического) отдела Русского технического общества в 1886 г.
   Для того чтобы уяснить уровень развития Российской империи на стыке эпох, нужно перечислить хотя бы основные проекты, воплощаемые в жизнь русскими людьми. отдадим память их славным делам и именам, чаще всего преступно выброшенным из нашей истории и науки.
   – В 1868 г. русский изобретатель Андрей Романович Власенко (гг. рождения и смерти не известны – такие сведения дают официальные источники. На самом деле замучен до смерти чекистами в 1919 г.) сконструировал первую в мире зерноуборочную машину типа комбайна, названную им «жнея-молотилка»; постановлением общего собрания членов Вольного экономического общества в 1887 г. был «за его высокополезную деятельность» награжден золотой медалью.
   – Прообраз современного колесного трактора появился в 1893–1895 гг.; его конструктором стал русский изобретатель Яков Васильевич мамин (1873–1955). Уже в 1913 г. (!) на заводе в Балакове начали выпускать трактора, впервые оборудованные двигателями мощностью 25–45 л.с. А теперь вспомните становление советской власти, создание колхозов, и как одна из заслуг передовой большевистской мысли – появление на полях трактора (широко рекламировалось советским кинематографом).
   – «Экипаж с подвижными колеями», т. е. на гусеничном ходу в 1837 г. первым изобрел Димитрий Андреевич Загряжский (1807– после 1860); получил в тот же год патент на свое изобретение. Эту технологию впоследствии станут применять при строительстве танков. А вот идею создания боевой бронированной гусеничной машины (танка) первым в мире выдвинул в 1911 г. русский изобретатель и конструктор Василий Дмитриевич Менделеев (1886–1922), сын выдающегося русского ученого Д. И. Менделеева. Сам проект был им разработан в 1911–1915 гг. Также проектировал подводные лодки, минные заградители.
   – Для печатания государственных денежных знаков (не только в России) в XIX в. применялись волосковские краски, не раз удостаивавшиеся наград в России и за рубежом (в 1851 – медаль на Всемирной выставке в Лондоне). Их изобретатель – Терентий Иванович Волосков (1729–1806) из Ржева, после смерти которого производство красок, считавшихся лучшими в мире, по его технологии успешно продолжал племянник А. И. Волосков.
   – Первую автоматическую наборную машину изобрел Петр Петрович (Павлович) Княгининский (ок. 1839 – ок. 1870-х). Предложенный им в 1860-х гг. принцип автоматического управления наборным аппаратом с помощью перфорированной ленты послужил основой для проектирования наборных машин во всем мире.
   – В 1897 г. русский изобретатель в области полиграфического производства Виктор Афанасьевич Гассиев (1879 г. – год смерти неизвестен, как пишет один из источников (его имени в БСЭ просто нет). Убит чекистами в 1918 г.) предложил и построил первую в мире действующую фотонаборную машину буквопроецирующего типа.
   – Русский ученый и инженер, князь Андрей Григорьевич Гагарин (1855–1920), работая в 1895–1900 гг. на Петербургском орудийном заводе, сконструировал пресс (т. н. пресс Гагарина), который до сих пор считается одной из лучших машин для механического испытания металлов. В 1896 г. на Всероссийской промышленной выставке в Нижнем Новгороде за свой пресс получил золотую медаль.
   – Русский металлург и берг-инспектор Уральских заводов Василий Васильевич Любов (1795–1852; стал в советских источниках евреем Любарским), разработавший совместно с русским инженером и металлургом Петром Григорьевичем Соболевым (1781 или 1782–1841; стал Соболевским) способ аффинажа сырой платины и превращения ее в ковкий металл, стали основоположниками порошковой металлургии. С 1828 г. по этому способу изготовлялась платина для чеканки платиновой монеты, как средства платежа в Российской империи!
   – Выдающийся русский химик-технолог Александр Александрович Летников (1848–1883; стал при Советах «носить» фамилию Летний) после 1879 г. проектировал ряд уникальных заводов, а затем руководил их строительством: завод по выработке смазочных масел (в Санкт-Петербурге); первый в мире завод по производству ароматических углеводородов из нефти по методу Летникова (близ Баку; его разработки легли в основу всемирно известного крекинг-процесса); первый в России завод по переработке челекенского озокерита в церезин (в Баку). Еще ранее – в 1874 г. спроектировал и построил первый асфальтовый завод в России (в Сызрани, на Волге). По проекту русского химика-технолога Егора Ивановича Орлова (1865–1944) в 1909–1910 гг. был построен первый в России формалиновый завод.
   – Талантливый русский инженер и химик-технолог Сергей Кузьмич Квитко (1855–1917; получил от большевиков имя Семен) в 1911 г. предложил установку по термическому расщеплению углеводородов нефти, нефтепродуктов и нефтяных остатков с целью получения бензина. Его идея широко воплощалась большевиками для получения высококачественного бензина.
   – В 1887–1892 гг. русским инженером Павлом Дмитриевичем Кузьминым (1840–1900; стал Кузьминским) изобретена и построена первая в мире газовая турбина.
   – В 1861 г. в Николаеве началось строительство ракетного завода; стройкой, а затем его работой руководил Константин Иванович Константинов (1817 или 1819–1871), который в 1844 г. создал электробаллистический прибор для определения скорости полета артиллерийского снаряда в любой точке траектории. Им также был создан ряд конструкций боевых ракет и пусковых установок к ним.
   – В 1916 г. начал строиться первый в России сталелитейный завод «Электросталь». Руководил строительством русский металлург, профессор Николай Иванович Беляев (1877–1920). За отказ сотрудничать с чекистами был приговорен к смертной казни. Однако его освободил от смерти Г. И. Бокий. В результате пыток, которые пережил этот человек в ЧК, по дороге в Спецотдел Г. И. Бокия он скончался.
   – В первые годы ХХ в. в Сибири (!), близ города Бодайбо, на Ленских приисках была построена одна из первых в России гидроэлектростанций (!). Были также разработаны и воплощены в жизнь проекты гидроэлектростанций на реках Малой Иматре (ок. 1905), Волхове (1910–1911), др.
   – Считается, что русский физик, академик князь Борис Борисович Голицын (1862–1916) вплотную подошел к квантовой теории в физике. Однако теоретические и математические расчеты, осуществленные русскими учеными М. Ломоносовым, профессором Санкт-Петербургского университета П. Л. Чебышевым (создатель русской школы теории вероятности!), профессором Казанского университета Н. И. Лобачевским (создатель неэвклидовой геометрии), – заложили теоретические основы, позволившие князю Голицыну сделать существенный шаг в обосновании квантовой теории.
   – Русский физик и электротехник Дмитрий Александрович Лачинов (1842–1902) в 1880 г. опубликовал известный труд «Электромеханическая работа», где исследовал работу электрических машин и математически доказал возможность (путем увеличения напряжения) передачи любых количеств электроэнергии на значительные расстояния. В 1882 г. опубликовал работу «О параллельном введении электрических ламп». Его выводы имели решающее значение для всего последующего мирового развития электротехники! И занимались этой популярной темой тогда многие светлые умы Отечества Русского. Проводя «электрификацию всей страны», большевики на весь мир рекламировали украденный у русских ученых проект, который планировалось осуществить в Российской империи в первые десятилетия ХХ века. К слову, еще в конце XIX в. в Санкт-Петербурге работала электростанция, превращенная большевиками в «Ленэнерго» (вот и пойми после переименования, кто причастен к прогрессу общества), и был основан Санкт-Петербургский электротехнический институт, готовивший кадры для скорой электрификации всей империи!
   – О передаче электроэнергии на большие расстояния указывал и русский изобретатель в области электротехники Федор Аполлонович Пироцкий (1845–1898). Впервые в России построил и испытал в Санкт-Петербурге (1880) трамвайный вагон с подвесным электродвигателем, питавшимся через рельса и колеса.
   – Невозможно обойти вниманием талантливейшего русского изобретателя в области электротехники, военного инженера Павла Николаевича Яблочкова (1847–1894); одно время служил начальником телеграфа Московско-Курской ж/дороги. Изобрел электрическую свечу, совершившую в буквальном смысле переворот в технике освещения (1876–1880), сыграл большую роль в деле становления электротехники и развития электротехнической промышленности. В 1879 г. предложил организовать централизованное производство электроэнергии и канализацию ее к месту потребления по сетям. Идея была реализована позже. Основал в России в 1878 г. «Товарищество электрического освещения П. Н. Яблочков-изобретатель и Ко» и электромеханический завод в северной столице. Участник Первого конгресса электриков (1881). Награжден золотой медалью Русского технического общества; имел множество наград отечественных и зарубежных выставок.
   – Создателем лампы накаливания был русский электротехник Александр Николаевич Лодыгин (1847–1923). В конце 1860-х им был разработан проект летательного аппарата типа геликоптера (прототип вертолета) с приводом винтов от электродвигателя на борту. В 1874 г. за изобретение лампы Санкт-Петербургская академия наук присуди ла ему Ломоносовскую премию. После чего, в том же году в России было организовано «Товарищество электрического освещения А. Н. Лодыгин и Ко». Их изделия (образцы ламп) были привезены в США и попали к американскому изобретателю Т. Эдисону, срочно занявшемуся усовершенствованием русских изделий. Сам Лодыгин, почувствовавший травлю евреев, проникавших в русскую науку, и уловивший веяние кровавой революции, спасаясь, в 1916 г. выехал в США. А теперь вспомните большевистский бред про «лампочку Ильича», прививаемый советским детям в детсадах и школах, вбивающий в головы мысль, что если бы не еврей Ульянов-Бланк (Ленин), то нищая и безграмотная Россия погрязла бы во тьме еще на века…
   – Отечественная эмбриология устойчиво занимала лидирующее место в мировой науке. Недаром в XIX в. Санкт-Петербурге был открыт Повивально-гинекологический институт. Русская система обслуживания населения – система земских врачей была самой эффективной в мире!
   – Самым передовым в мире был признан институт земских агрономов. Сельское хозяйство находилось на столь высоком уровне, что Российская империя могла свободно кормить хлебом весь мир. На Нижегородских ярмарках устанавливались мировые цены на хлеб!
   – В конце XIX в. русским сейсмологом Александром Петровичем Орловым (1840–1889) изобретен прибор для регистрации подземных толчков – сейсмограф. Которым стали пользоваться во всем мире.
   – Русские ученые изучали процессы радиоактивности. Снаряжались даже экспедиции для изучения радиоактивности Земли!
   – С 1896 г. велось фотографирование спутников внешних планет; с помощью фотографий изучалось движение звезд. В 1911 г. русский оптик Александр Андреевич Чикин (1865–1924) впервые в России изготовил параболическое зеркало для телескопа.
   – Талантливый русский электротехник, генерал-майор Евгений Павлович Тверитинов (1850 – ок. 1920. На самом деле умер от сердечного приступа в 1919 г. во время обыска в его доме, совершаемого чекистами) разработал оригинальный тип аккумулятора (1881–1883), который применил при устройстве им грандиозной для того времени иллюминационной установки на колокольне Иван Великий в Москве (1883).
   – Русский ученый Вячеслав Измайлович Срезневский (1849–1937), один из основателей и многолетний руководитель (1878–1916) V (фотографического) отдела Русского технического общества, первым в мире создал ряд уникальных специальных фотоаппаратов: портативная походная аппарат-лаборатория (1875); устойчивый против внешних воздействий фотоаппарат для экспедиции Н. М. Пржевальского (1882); первый аэрофотоаппарат и водонепроницаемая камера для морских съемок (1886); камера для регистрации фаз солнечного затмения (1887). Разработал и впервые изготовил специальные пластинки для аэрофотографии (1886). Редактировал журнал «Фотограф»; являлся автором первого русского справочника по фотографии «Справочная книжка фотографа» (1883). А еще – читал лекции в Санкт-Петербургском университете по истории русского языка, истории языкознания; являлся магистром славянской филологии.
   – Русским изобретателем Алексеем Доминиковичем Самариным (ок. 1855 – год смерти неизвестен; у советских историков он стал Самарским) разработан и запатентован в 1896 г. «хрономотограф», или телеаппарат. Известно, что уже в 1911 г. в России была изобретена электронно-лучевая трубка, что послужило развитию электронных систем телевидения!
   – В 1909 г. был запатентован изобретенный Сергеем Олимпиевичем Максимовым (1876–1942; при советской власти большевики переделали его в Максимовича!) способ трехцветного кино, в том же году проведены цветные киносъемки! Ставший волей обстоятельств «советским», ученый умер в Ленинграде в 1942 г.
   – Применение прожекторов для военных целей первым разработал русский ученый-артиллерист Василий Фомич Петрушин-Петрушевский (1829–1891; в советских источниках упоминается только как Петрушевский).
   – В 1908 г. русский конструктор стрелкового оружия (из семьи донских казаков), которому «суждено» было стать советским, Федор Васильевич Токарев (1871–1968), будучи слушателем офицерской стрелковой школы в г. Ораниенбауме, создал образец автоматической винтовки.
   – Русский физик Николай Дмитриевич Пильчиков (1857–1908) первым в России проводил опыты по радиотелеуправлению! По его инициативе были построены радиостанции на херсонском маяке, в Харьковском технологическом институте и др. Изобрел прибор для уничтожения влияния атмосферных помех на радиопередачу, названный им протектором.
   – Преподаватель Кронштадтской водолазной школы Евгений Викторович Колбасьев (1862–1920), русский изобретатель в области морского дела, в 1880-х гг. первым создает корабельные и подводные телефоны, разрабатывает систему телефонной связи с водолазом, а также способ подводного освещения. В 1893 г. он организовал мастерскую по производству водолазного снаряжения и телефонных установок для кораблей. Позже в этой мастерской строились первые радиостанции системы русского изобретателя радио Александра Степановича Попова (1859–1905; изучал также рентгеновские лучи). Добавим, что Е. В. Колбасьев был автором оригинальной конструкции плавучей мины и нескольких проектов подводных лодок. И еще что касается мин. Любопытно, что еще в 1807 г. русский военный инженер, генерал-майор Иван Иванович Фицтум (1760-е гг. – 1829) изобрел, изготовил и испытал первую в мире подводную мину заграждения. В том же 1807 г. (!) впервые высказал идею о возможности применения электричества (!) для взрывания мин (в 1912 г. было проведено подобное испытание, но уже другим русским ученым).
   – Русский военный связист Григорий Григорьевич Игнатьев (1846–1898) первым в мире в 1880 г. разработал систему одновременного телеграфирования и телефонирования по одному и тому же проводу. Система стала достоянием русского военного ведомства, но в 1892 г. был получен дозвол на ее экспонирование на IV электротехнической выставке в Санкт-Петербурге, где автору изобретения была присуждена золотая медаль.
   – Русский военный моряк, изобретатель в области воздухоплавания, вице-адмирал Николай Михайлович соковнин (1811–1894) в бытность комендантом Феодосии разработал (1866 г.) проект управляемого аэростата-дирижабля с реактивным двигателем, действующим реакцией струи сжатого воздуха.
   – В конце XIX в. создана первая русская военно-воздухоплавательная часть, которой командовал Александр Матвеевич Кованько (1856–1919). Под его началом в Русскояпонскую войну 1904–1905 гг. организовано боевое применение привязных аэростатов.
   – В 1912 г. русский военный инженер Борис Васильевич Голубов (1877–1932) совместно с русским инженером Д. С. Сухоржевским сконструировал дирижабль «Альбатрос»; скорость его достигала 68 км в час. Использовался в войне 1914–1918 гг.
   – В 1910 г. был создан «бимоноплан», который затем копировали за рубежом. В 1911 г. на Русско-Балтийском заводе создан первый в России гидросамолет-амфибия (Г-V) – двухместный моноплан.
   – Победителем первого русского перелета на значительные расстояния по трассе Петербург – Москва (1911) стал Александр Васильевич Васильев (1882–1918); в 1910 г. он получил звание пилота-авиатора.
   – в 1911 г. русский изобретатель Глеб Иванович Котельников (1872–1944) создал авиационный ранцевый парашют КР-1. Использовался в 1914 г., во время Первой мировой войны, для снаряжения летчиков, летавших на бомбардировщиках «Илья Муромец».
   – Кстати, в 1913 г. под руководством русского авиаконструктора Игоря Ивановича Сикорского (1889–1972, США) были сконструированы первые в мире многомоторные самолеты «Русский витязь» и упоминавшийся уже «Илья Муромец». Среди созданных им самолетов – разведчики-монопланы (опытные и серийные), поплавковые варианты сухопутных самолетов, истребители и т. д. В 1919 г. эмигрировал в США из «осчастливленной» убогими большевистскими идеями России.
   – В 1913-м русским авиационным конструктором Василием Адриановичем Слесаревым (1884–1921) спроектирован двухмоторный самолет-биплан «Святогор», который был для своего времени самым крупным в мире.
   – Полковник Сергей Алексеевич Ульянин (1871– по официальной версии год смерти неизвестен) в 1909 г. разработал проект двухмоторного самолета; в это время (с 1905) он находился в должности командира Варшавского крепостного воздухоплавательного отделения. В 1914 г. демонстрировал в Военно-морском штабе сконструированный им первый в мире прибор для управления самолетом на расстоянии при помощи электромагнитных волн. Как свидетельствуют некоторые справочники, когда происходила революция, он был в командировке за границей, – находился в качестве приемщика закупавшегося Российской империей военно-авиационного имущества и на Родину не вернулся. Но это неверная информация! Как патриот Родины, полковник С. А. Ульянин вернулся, чтобы сражаться с большевиками. Воевал в составе Добровольческой армии генерал-лейтенанта В. З. Май-Маевского. Погиб в 1919 г. в бою под Харьковом.
   

notes

Примечания

1

   «И сказал [ему]: отныне имя тебе будет не Иаков, а Израиль, ибо ты боролся с Богом, и человеков одолевать будешь» (Быт.32:28). – Ред.

2

   Фрагмент научной записки, поданной В. А. Колчаком в РГО (передаю ее суть по памяти. – Авт.).
Купить и читать книгу за 59 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать