Назад

Купить и читать книгу за 59 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Архипелаг Блуждающих Огней

   «Путешествия капитана Александра» – это сборники приключенческих рассказов для детей и юношества. Их герой, будучи юнгой, участвовал в Синопском сражении и в обороне Севастополя. Кумирами капитана Александра с детских лет были адмиралы Лазарев и Нахимов.
   Он путешествовал вместе со своими друзьями – Боцманом, Штурманом, Поваром-Коком и говорящим голубем Митрофаном. С ними путешествовали также два мальчика-великана Дол и Зюл, найденные на побережьях островов Франков и Бриттов.
   Приключения героев происходят в море, на суше и на островах, имеющих конкретную географическую привязку: Нормандские, Азорские острова, остров Комодо, Галапагосские, Маркизские острова, острова Туамоту, остров Мадагаскар, Патагония, Огненная Земля.
   Всего сборников – четыре. Первый сборник «Великаны» предназначен для детей шести лет. Второй, «Киты и люди» – для детей 10–11 лет. Третий – для детей 14 лет и старше. Он состоит из двух книг, представляющих собой облегченные политические памфлеты, предназначенные для юношеского и взрослого прочтения. Первая из этих книг, «Суеверная демократия. Остров Дадо», издана в бумажном и электронном исполнении. Вторая, «Остров Мория. Пацанская демократия» публиковалась частями в электронном виде.
   Сейчас находится в процессе подготовки к полному изданию. Приложение к ней «Морийские рассказы» издается отдельно на венгерском языке.
   Четвертый сборник «Архипелаг Блуждающих огней», предназначенный для детей 14 лет и старше, содержит только одну книгу. В ней описывается история колонизации Патагонии и островов Южной Америки.
   Надеюсь, что жизнь и приключения капитана Александра, до настоящего времени мало освещенные в литературе, окажутся интересными и поучительными для юных читателей и их родителей.


Саша Кругосветов Архипелаг Блуждающих Огней

Предисловие автора

   Это рассказ о путешествии капитана Александра туда, где кончается земля. Где расположена самая южная оконечность Южной Америки. Далекий край. Куда могут добраться только самые отчаянные или вконец отчаявшиеся.
   Ты увидишь необычную природу этого края. Животных, о которых в наше время остались только воспоминания. Возможно, почувствуешь незнакомый нам дух тысячелетнего запустения. Познакомишься с людьми, которые по собственной воле, в силу своего необузданного нрава или силою преследующих их обстоятельств и напастей, покинули привычные места обитания. Капитан Александр встретит гордых и униженных туземцев, пришедших сюда то ли с теплого севера, то ли из покрытой льдом Антарктиды. Туземцев, прошедших обучение в Англии, побывавших на приеме английской королевы и с удовольствием вернувшихся к обычной для себя дикой жизни на краю земли. Юную индейскую жрицу. Племена туземцев, которых сейчас уже нет. И от которых остался только их язык, записанный европейцами. Английского миссионера, в прошлом мальчика из богатой семьи, брошенного на произвол судьбы и найденного на мосту в Англии в день святого Томаса. Благородных миссионеров, разочаровавшихся в своей миссии. Самого жестокого убийцу. Русского бомбиста-анархиста. Неудавшегося президента. Самую богатую женщину Южной Америки, вывезенную отцом в пятнадцатилетием возрасте из местечка в Курляндии. Спившегося греческого попа. Бравого немецкого вояку, бывшего сержанта королевской гвардии в Вене. Браконьеров, настоящих «братьев-разбойников». Охранников тюрьмы из Хорватии. Огненного диктатора и жестокого преследователя индейцев. Всех тех, кто не смог или не захотел ужиться нигде в других краях и только на этой, забытой богом земле, нашёл свое место. Только эта земля смогла и принять их, и успокоить.
   А что ты скажешь о нашем главном герое, капитане Александре? Ты уже почти взрослый. И наверное, думаешь: опять все вокруг – то плохие, то несчастненькие, или в крайнем случае – так себе. А главный герой, конечно же, безупречен. Он никогда и ни в чем не ошибается. Всегда одерживает победы. Не совершает плохих поступков. И даже мыслей плохих не имеет. А рассказчик, наверное, постоянно прячется за своего героя и думает, что и сам он такой же.
   Конечно, это не так. Герой наш, как и все мы, не без недостатков, а рассказчик – и подавно. Были у капитана Александра и дни сомнений в правильности выбранного пути, были и ошибки, и минуты слабости. Просто если кто-то не поддавался этим самым минутным слабостям, делал много хорошего для людей и животных, не подводил друзей, не боялся, не отсиживался за чужими спинами, брал на себя ответственность, не гнулся при встречном ветре, слабым помогал, по чести, по совести жил, словом своим и честью страны дорожил… Если за жизнь его накопилось столько славных дел… А прошло уже пятьдесят лет, и сто лет, и сто пятьдесят лет. Из памяти людей выветрились ошибки этого человека, словно их никогда и не было. Если даже и были – важно ли это? Так устроена память. Запоминаем хорошее. О плохом стараемся не вспоминать. Остается благородный образ отважного русского мореплавателя, несущего по миру славу о родной земле. Будем вспоминать о нем то, что знаем. А чего не знаем – как мы можем об этом вспомнить? Вот и получается: герой наш чист, как кристалл ограненный. И перед богом, и перед людьми. И поблагодарим капитана Александра за его жизненный подвиг.


   Рассказ том
   как капитан Александр на своём корабле «Быстрые паруса» достиг края земли и какие новые приключения случились с ним во время этого путешествия.
   Corrige praeteritum, praesens rege, cerne futurum
   Исправляй прошлое, руководи настоящим, думай о будущем.
Сенека
   Создавая, не обладать.
   Приводя в движение, не прилагать усилий.
   Руководя, не считать себя властелином.
   Успешно завершая, не гордиться.
Лао Цзы
   Капитан Александр часто посещал великанов Дола и Зюла во время их учебы в университете и рассказывал о своих новых путешествиях и впечатлениях, которые он вынес из этих поездок. Конечно, Дола и Зюла интересовало все, но больше всего – именно то, что могло быть связано с историей их народа или следами, оставленными на Земле великой цивилизацией атлантов.
   Капитан Александр рассказывал им об идолах острова Пасхи, установленных людьми другой, отличной от нашей, расы времен Лемурии. Об исполинских сооружениях Нан Мадол, построенных лемурийцами, видимо, в те же доисторические времена и восстановленных их потомками атлантами. Об остатках впечатляющих каменных построек на островах Великих воинов и искусно выполненных изваяниях, встречающихся на острове Дадо. И то, и другое, – дело рук предков атлантов или самих атлантов.
   Но как же все это было давно, насколько древними были эти следы! Не сотни и даже не тысячи лет отделяют современный мир от цивилизаций, оставивших эти памятники и сооружения.
   «Мои друзья Дол и Зюл жили в недавнем прошлом на осколках их родины на Лазурных островах, – думал капитан Александр. – Кто и каким образом создал там особые условия, позволившие сохранить в неприкосновенности атлантов – гигантов, живших на земле до начала эпохи современных людей? Видно, существуют некие могущественные и неизвестные нам Архитекторы истории. Не видя воочию Дола и Зюла так, как вижу их я, трудно поверить, что такое возможно. А ведь великаны эти – такие же люди, как мы. С ними можно говорить, дружить, делить радости и печали. Дол и Зюл живут здесь, рядом. Но где их предки? Исполинские сооружения и постройки, подтверждающие существование на земле древнейших цивилизаций, отстоят от нас слишком далеко во времени, однако цепочка жизней, идущая от древних лемурийцев и атлантов до наших дней, не обрывалась. Где-то существует промежуточное звено, свидетельство о жизни этого народа, оставленное совсем недавно. В свое время атланты создали цивилизацию очень высокого уровня и расселились по всему земному шару. Обязательно должны сохраниться памятники этой цивилизации и артефакты на месте их исторической родины. Не могли они бесследно исчезнуть. Должны остаться следы этой культуры в письменности, искусстве или преданиях других народов, пришедших им на смену.
   Непонятно, где жили в наше время ближайшие родственники Дола и Зюла, их деды и прадеды, откуда пришли великаны Гаргантюа и Пантагрюэль. Быть может, атланты живы до сих пор и находятся где-то рядом. Многие тайны еще не открыты. Они сохранились под землей, на дне морей, в космосе, в малоизученных уголках нашей Земли», – так думал капитан Александр, глядя на своих молодых друзей. Он был уверен, что родители этих парней живы. Были ли у Александра основания так думать? Или просто очень хотелось, чтобы Дол и Зюл снова обрели своих родных?
   Капитан Александр рассказывал Долу и Зюлу о знаменитом городе Тиауанако, построенном предшественниками инков. Как в этих недоступных местах могла появиться столь развитая цивилизация? Где инки могли оставить потомкам послания своих знаменитых предшественников? Конкистадоры искали сокровища индейцев – не нашли. Быть может, думал Александр, вместе с не найденными пока сокровищами, посвященные сохраняли послания атлантов потомкам.
   Удивительны знания инков. Как объяснить то, что примитивные племена, не знавшие колеса, железа, математики, обладали такими знаниями в астрономии, и почему они смогли предсказать многие будущие исторические события?
   Конечно, капитан Александр беседовал с Долом и Зюлом и о заброшенных городах, и о подземных мирах. Греки называли подземный мир Аидом, скандинавы – Свартальвхеймом, иудеи – Шеолом, христиане – Адом, буддисты – Агартой. Александру были известны труды швейцарского и российского математика Эйлера, шотландского математика Лесли, американца Кливза Симмса-младшего, считавших, что земля полая. Предания и древние рукописи свидетельствовали, что выходы из подземных миров Агарты есть на полюсах, в Тибете, на островах Тихого океана, в Перу, в Калифорнии. Капитан Александр был знаком и дружен с британским полковником Перси Фоссетом, отважным исследователем бразильской сельвы в горах Рикардо Франко-Хиллс, посвятившим всю жизнь поискам «белых индейцев» – рыжеволосых голубоглазых потомков атлантов – и их изумительных городов, описанных в рукописном журнале португальского экспедиционного отряда (бандейры) XVIII века[1]. Знаком Александр был и с профессором антропологии и зоологии Челленджером[2], повторившим маршрут Фоссета, и с профессором минералогии Отто Лиденброком[3], опускавшимся в Исландии в кратер вулкана Ёкула Снефельс. И, конечно, он не раз беседовал с норвежцем Олафом Янсеном[4], попавшим вместе с отцом на «внутреннюю» поверхность земли и прожившим там два года. Достоверны ли сведения, полученные от этих людей? Одно можно сказать с уверенностью: у капитана Александра были основания надеяться, что на земле, под землей или под водой ему удастся отыскать древние города атлантов и встретиться с их жителями. Ведь ему довелось однажды проникнуть в тайные пещеры Нан Мадола, ревностно оберегаемые от чужих глаз одним из Хранителей истории. Не на все вопросы Александра согласился ответить Хранитель. Его молчание в ответ на некоторые вопросы временами было красноречивей ответов.
   Преподобный Льюис Доджсон, с которым капитан Александр также делился своими размышлениями на эту тему, посоветовал отправиться в самые отдаленные, наименее освоенные и заселенные места Южной Америки, к южной оконечности материка. И попытаться войти в контакт с живущими там индейцами – возможно, они помогут найти свежие следы древних культур и древних цивилизаций.
   Так начиналась эта история. Не исключено, что были и другие причины, побудившие нашего героя отправиться в южное Приполярье. Мы этого не знаем точно. Но факт остается фактом. Александр принял решение двигаться на юг, вдоль Южноамериканского побережья Атлантики, настолько далеко, насколько это будет возможно, и никогда в будущем не пожалел об этом.

   Томас Бриджес
   Льюис Доджсон дал капитану Александру рекомендательное письмо для своего друга – англиканского миссионера Томаса Бриджеса. Томас, как рассказал Льюис Доджсон, поселился среди диких индейцев приполярной области Южной Америки, подружился с ними, хороню изучил их быт и языки, ходил с ними на охоту и занимался рыбной ловлей.
   Следует остановиться на том, что это за человек, Томас Бриджес. Известная нам история о нем началась в середине девятнадцатого века в английском городе Бристоль. К солидному, чопорному англиканскому священнику Джорджу Деспарду, капеллану Клифтонского союза помощи бедным Бристоля и окрестностей, привели мальчика лет девяти, найденного в день святого Томаса на небольшом мосту города Бристоль. Одетый в безупречное платье, с расписным выгравированным медальоном на шее, ребенок, похоже, быт из богатой католической семьи. Ни документов, ни записок у него не было. Мальчик рассказал капеллану, почему он оказался брошенным на мосту (до нас эта история, к сожалению, не дошла), и сам захотел принять новое имя Томас Бриджес (Мосты): имя Томас – в честь Святого Томаса, фамилия Мосты определялась местом, где он быт найден. Мальчика крестили в Англиканской церкви и поселили в Георгиевском работном доме Клифтонского союза, а позже, как одаренного ученика, его перевели в частную школу в дом Деспарда.
   Какая семейная драма или трагедия разыгралась в самом начале сознательной жизни Томаса? Ни сам Томас Бриджес, ни его дети, ни Джордж Деспард никогда не упоминали об этом в своих воспоминаниях. Остается только догадываться, какие переживания и какую боль пронес Томас через
   всю свою жизнь, которая круто изменилась с того памятного дня Святого Томаса. Как мы увидим в дальнейшем, тяжелейшее потрясение, выпавшее на долю Томаса в таком нежном возрасте, не только не сломило его, тогда еще ребенка, а напротив – закалило характер и полностью определило неординарную судьбу этого человека. Всемогущее провидение заранее готовит несокрушимые характеры, безжалостно выдерживая их с детских лет в горниле самых тяжких испытаний. Не так ли и кузнец готовит лучший клинок дамасской стали в самом жарком огне, который можно получить только с помощью специально изготовленного коксующегося угля?
   – Кто это такой – капеллан?
   – Капеллан – это священник при часовне (капелле) или при домашней церкви.
   Его Преподобие Джордж Деспард, возглавлявший Свято-Троицкую церковь Ноттингема, становится секретарем общественной миссии Англиканской церкви в одной из областей Южной Америки. Еще через некоторое время, несмотря на многочисленные неудачи его предшественников и даже гибель некоторых из них, происходившие, как политкорректно объяснялось, в силу враждебности населения и плохой погоды, он согласился возглавить миссионерскую экспедицию Англиканской церкви и отправился в южные предполярные районы, взяв с собой жену, четырех дочек и одного сына. Томас также быт включен в состав экспедиции и сопровождал миссию. Ему было тогда 13 лет.
   – Что это – Англиканская церковь?
   – У нас в России – Русская Православная церковь. В Англии – Англиканская, тоже христианская церковь, представляющая собой одну из ветвей протестантских церквей.
   – А почему эта экспедиция называется миссионерской?
   – Миссионерство – форма деятельности религиозных организаций в целях обращения иноверцев в лоно церкви. Экспедиция Деспарда была организована Англиканской церковью. Задачами экспедиции были строительство церквей и молельных домов в отдаленных местах Южной Америки, вовлечение диких индейцев в христианскую жизнь, крещение, обучение ремеслам, ведению сельского хозяйства, обучение английскому языку. Миссионеры должны были приучить индейцев к оседлому образу жизни.
   Миссия поселилась среди диких индейцев Южной Америки. Экспедиция была сложной и опасной. Холода, снег, проливные дожди. Постоянные нападения индейцев. Гибель миссионеров от обморожений, болезней, от плохого питания, от стрел и копий туземцев. В течение четырех лет Томас вместе с экспедицией был в контакте с самыми дикими племенами индейцев на острове Адмирал Кеппел группы Мальвинских островов, посещал острова других архипелагов Южной Америки. В конце концов ему удалось подружиться с живущими там племенами, хорошо изучить их быт и языки. Много времени проводил Томас с индейцами, делил с ними их кочевую жизнь.
   И вот очередная неудача миссии на острове Вулья (Уоллиа). Нападение индейцев на молящихся в церкви. Гибель всех миссионеров, прибывших на Вулья с острова Адмирал Кеппел. В живых случайно остается только один – кок, спрятавшийся в трюме корабля. Церковь и помещение миссии сожжены.
   Кок возвращается на Кеппел, сообщает о случившемся. Душевные силы Деспарда на исходе. Измученный бесконечными бедами и несчастьями, Деспард с семьей решает покинуть Южную Америку и слагает с себя полномочия главы миссии. Томасу было всего 18 лет. Никто никогда не писал, что творилось тоща в душе бесстрашного юноши. Он был принят в семье Деспарда почти как родной н мог легко вместе с Его Преподобием покинуть Южную Америку. Томас понял, что наступил ключевой момент в его жизни. Он решил остаться. И взять на себя все хлопоты по управлению миссией на острове Адмирал Кеппел.
   Томас и Джордж Деспард расставались. Что чувствовал каждый из них? Томас испытывал благодарность к Деспарду за участие в его судьбе. Деспарду Томас тоже быт, конечно, не чужим. Оба они привязались друг к другу. Зная твердый характер юноши, Деспард не пытался уговорить Томаса покинуть вместе с ним Южную Америку.
   Томас и Деспард расстались спокойно. Оба понимали, что их жизненные пути расходятся. Слишком разными были они людьми. Г оды прошли. Имя Деспарда вспоминают теперь только в связи с именем Томаса Бриджеса. А имя Томаса навсегда вписано огненными буквами в историю этой земли.
   Обучение индейцев образу жизни европейцев, крещение, попытки научить их огородничеству, скотоводству и ремеслам проходили очень тяжело. Многие члены миссионерских экспедиций, пришедших в Южную Америку после миссии Деспарда, гибли от голода, холода и от нападений индейцев. Лишь Томасу всегда сопутствовал успех. Многие объясняли это тем, что Томас знал языки и обычаи индейцев. Но было другое, что помогало Томасу-миссионеру, просто мужественному человеку, – сочувствие к отверженным индейским племенам, уважение и любовь к этим, столь непохожим на нас, людям. Индейцы видели это, понимали и отвечали Томасу взаимностью.
   В возрасте 26 лет Томас был вызван Южно-Американским миссионерским обществом в Англию для принятия духовного сана. Томас был рукоположен в сан диакона Лондонским епископом, и там же, в епископате, он знакомится и сближается с преподобным Льюисом Доджсоном. Некоторое время Томас путешествует по Англии с чтением лекций об архипелагах южной оконечности Америки и его работе в этих краях в качестве миссионера. На церемонии награждения школьных учителей в Клеведоне близ Бристоля Томас встречает Мэри Энн Вердер, дочь плотника Стефана, с которой через три недели после знакомства венчается в приходской церкви поселка Харбертона, того, что в 15 километрах от города Тотнс.
   – Объясни, пожалуйста, что такое «сан диакона»?
   – Диакон в Англиканской, так же, как и в Русской Православной, церкви, – это первая ступень, первый сан, который получает человек, вступивший на путь священства, рукоположенный в священники.
   Бриджесы могли остаться в Англии. Но они решили уехать.
   Это был мужественный поступок двух молодых людей: осознание Томасом долга своего священства и беззаветная преданность молодой женщины, готовой идти за мужем буквально «на край света». Мэри Энн была уже в положении, когда Томас вместе с ней снова возвращается в Южную Америку. И селится там с семьей, где точно – неизвестно. Известно, что на юге. Далеко на юге. В предполярных областях. Вот к этому отважному, благородному и небезразличному человеку и посоветовал обратиться Его Преподобие Льюис Доджсон, вручив капитану Александру рекомендательное письмо для Томаса.

Там, где кончается земля

Потом я шел мимо уснувших хижин
по снегу Магелланова пролива
в Пунта-Аренас, средь ревущего простора,
среди стихии воющей и синей,
сквозь ночь последнюю земли. И вот
нашел несломленные бурей доски,
зажег фонарь сквозь резкий, дикий ветер
и окунул я руки в голубую весну
Антарктики в ее нагом величье,
и я поцеловал остывший пепел
цветов последних.

Пабло Неруда
   Настало время, и капитан Александр направил свой корабль «Быстрые паруса» на юг, туда, где кончается земля. Вот она перед ним – последняя земля, забытая богом земля, архипелаг Блуждающих Огней, или земля Дымов, где, по слухам, спрятаны несметные сокровища инков. Южнее архипелага – пролив Корсара, а дальше – суровый, покрытый многокилометровым ледяным панцирем таинственный антарктический континент, скрывающий ушедшие в прошлое великие земные цивилизации. Континент, достигнуть берегов которого и вернуться назад целыми и невредимыми удавалось лишь самым отважным и самым искусным мореплавателям. Среди них капитан Александр и его великие учителя – русские путешественники Беллинсгаузен и Лазарев. На берегах Антарктиды не живут ни люди, ни сухопутные животные. На пляжах Антарктиды, освобождающихся ото льда лишь в короткое южно-полярное лето в июле-августе, можно увидеть только водоплавающих птиц и животных – буревестников, пингвинов, тюленей, моржей, морских леопардов.
   А что же здесь, на последней земле? Путешественник поднимается на четырехсотметровую высоту последнего утеса. Глядит на юг. У него за спиной – весь мир людей, а впереди – лишь ледяной океан, ледяной ветер и ощущение ледяной безнадежной бездны. Где человек не может существовать ни как биологическое существо, ни как понятие, где он теряет волю, жажду жизни, где он будто бы прикасается к будущему концу человечества, земли и мира, к будущей замерзшей вселенной, где заканчивается всё, где нет ни пространства, ни времени, а есть лишь то, что нельзя ни назвать, ни измерить человеческим разумом.
   Что здесь, что на этой грозной земле, последней перед ледяной пропастью, на земле, покрытой предантарктическим лесом? Как она живет, эта земля, наполненная предчувствием ледяной бездны и конца вселенной? Кто эти люди, имевшие мужество поселиться здесь, из года в год преодолевающие ежеминутное ощущение безысходной тоски, ощущение приближающегося конца света, конца света, который, кажется, вот-вот наступит в этом покинутом богом крае? Как живут туземцы, которых называют Фуэгинами, пришедшие сюда, на острова архипелага Блуждающих Огней, 16 000 лет назад? Как они живут, осколки древних цивилизаций, выдавленные в эти унылые края, с юга – наступлением бесконечных морозов и льдов, с севера – своими воинственными родственниками, индейцами Куэльче, индейцами Большой Ноги, большеногими великанами, жителями соседней северной страны, названной в их честь страной Большой Ноги? А может быть, они, Фуэгины, языки которых имеют много общего с языками австралийских аборигенов, пришли сюда именно из Австралии, миновав тропические леса, покрывавшие некогда древнюю Антарктиду?
   Европейцы, впервые посетившие пустынные края архипелага Блуждающих Огней, были потрясены ощущением скорби и трагедии жизни, которыми веет от этих могучих, суровых пейзажей. Нет, не случайно они оставили потомкам такие географические названия, как гавань Голода, бухта Последней Надежды, гора Страданий, острова Фурий, мыс Обмана, остров Пустошь, берег Скорби, земля Запустения, бухта Бесполезная, мыс Своенравный, залив Одиночества. Каналы между островами, по которым проходили путешественники, напоминали каменные тиски, которые фантазия моряков населяла всевозможными опасностями. Их бросало в дрожь при виде проливов Мир Теней и Конец Света. Воображение поражали потусторонние пейзажи: черные конусы потухших вулканов; зелено-бурые леса, покрывающие долины между ними; сиреневые ледники, синие воды озер и фьордов со множеством оттенков и полутонов, о которых в обычной жизни даже не подозреваешь. Страна представлялась путешественнику хаотическим нагромождением диких скал, высоких гор и бесполезных лесов, и все это можно было видеть лишь сквозь туманы и бесконечные бури. Достаточно одного взгляда, чтобы понять, насколько природа архипелага отличается от всего, что они когда-либо видели раньше. Удручающая атмосфера, свойственная пустынной местности, навевает настроение, которое невозможно ни воссоздать, ни прочувствовать.
   Климат последней земли – предполярный океанический с коротким прохладным летом и долгой, влажной, умеренной зимой. Температура летом – не более десяти градусов, зимой – около нуля. Летом – частые дожди, возможны снегопады. Погода изменчивая: ветры, дожди. То моросит холодный дождь, то ни облачка. Неизменно порывистый ветер. Влажный прохладный климат, сырой, холодный воздух этих лесов способствовали сохранению древних ледников, спускающихся до самого моря.
   Вечнозеленый предантарктический лес имеет очень немного видов деревьев и растений. Коричневое дерево (чилийский бук нотофагус). Южноамериканская магнолия, кора которой, «Магелланова корица», используется для медицинских целей. Чилийская вишня. Из цветов – желтые фиалки, гвоздики, фуксии, белые и зеленые орхидеи, бессмертники, лютики и маргаритки. Из кустов – древесные вероники, барбарис, смородина. Деревья имеют листву особенного буровато-зеленого цвета с желтым оттенком. Весь ландшафт, окрашенный в этот цвет, выглядит мрачновато и уныло, тем более что его не часто оживляют лучи солнца.
   В открытых местах можно встретить деформированные от постоянно дующих ветров деревья-флаги с ветвями, горизонтально вытянутыми в одном направлении, ветвями, напоминающими длинные волосы женщины, идущей против ветра.
   На западе и на юге этой земли расположились горы, леса, ледники, проливы, острова и фиорды. На севере и на востоке – холмы, степи, луга, кустарники, торфяные болота и вересковые пустоши. Естественно, индейцы, жившие среди проливов и фиордов, заняты рыбной ловлей и охотой на морского зверя. Индейцы же, обитавшие среди степей и кустарников, охотились на наземных животных и птиц. И те, и другие были кочевниками, жили семьями и перемещались с места на место в поисках пищи. Индейцы архипелага Блуждающих Огней, Фуэгины, имели приветливый, дружелюбный характер. С севера в места их обитания вторгались иногда воинственные Куэльче, которым Фуэгины, в силу своей раздробленности, не могли оказывать достойного сопротивления.

Индейцы Фуэгины

   Кто хорошо сжился с бедностью, тот богат.
Сенека

   Здесь уместно рассказать о племенах Фуэгинов, живших на островах последней земли. Этих племен было четыре, отношения между ними были, в основном, мирными и добрососедскими.
   В центре архипелага жил один из самых древних народов Америки – индейцы Селькам, что означало «Мы – люди». Онас или Она, «Люди» или «Северный ветер», называли их соседи. Темно-коричневая кожа с медно-красным отливом, волосы жесткие, иссиня-черные, прямые, рост высокий, плечи широкие. Она – мускулисты, хорошо сложены. Их женщины – ниже и полнее. Язык – гортанный. Говорят Онас жестко и твердо. Лица – широкие, с выдающимися скулами, такие же, как у других индейцев Фуэгинов. Вооружены полутораметровыми луками с тетивой из кожаных ремней и стрелами с каменными наконечниками, изготовлять которые умели только Онас, одни из всех Фуэгинов.
   Плащ из шкуры гуанако, дикой ламы, стадами кочующей в пампасах архипелага Блуждающих Огней, и набедренная повязка – вот и вся их одежда, едва прикрывавшая тело. У мужчин плащ закреплялся под правой рукой, у женщин – шуба или плащ завязывались на груди. Женщины надевали на шею треугольное кожаное украшение кочил. Ноги Она оборачивали кусками шкур – хамни.
   Она были охотниками. Питались мясом гуанако, грызунов, птиц. Употребляли в пишу моллюсков, невкусные приполярные ягоды, ярко-желтые высушенные древесные грибы, напоминающие по вкусу трюфели. Из грибов варили хмельную похлебку. На охоту ходили без одежды при температуре до -12°. Использовали дрессированных собак для погони за гуанако и ловли выдр.
   Индейцы ставили хижины (вигвамы) конической формы, накрывали их мехом гуанако. Внутри, в центре, постоянно поддерживался огонь. Отверстие для отвода дыма располагали с подветренной стороны. Пол покрывали травой. При смене места охоты хижины переносились. При кратковременных стоянках вместо хижин ставился заслон, чтобы укрыться от ветра.
   На юго-востоке земли Блуждающих Огней жили кочевники Манекенки, другое название этого племени Хасш, или Ауш, также охотники на животных, вооруженные острогой, луком и стрелами.
   Наиболее известным племенем были индейцы Ямана (Яга-Мага) – «живущие люди», «живой» или «человек». Еще «Ямана» означает: жить, быть счастливым, выздороветь после болезни или быть в своем уме. Европейцы называли их Ягана. Ямана жили западнее и южнее Она. Они постоянно кочевали на лодках в поисках морского зверя и рыбы. Невысокого роста, чуть более полутора метров, они были сильными, кряжистыми, с широкой грудной клеткой, мощными руками, но имели слабые тонкие ноги, согнутые от постоянного пребывания в лодке. Язык Яманов мягкий, благозвучный, богат тонами и полутонами.
   Яманы имели на вооружении луки со стрелами, каменные наконечники которых выменивали у Она. Но основным их оружием был трехметровый гарпун, к концу которого ремнями из кожи прикручивалась китовая или тюленья кость.
   Одеждой Яманам служили накидки тувеаки из шкуры морского льва или выдры, которые практически не закрывали тела. Женщины носили короткий передник (повязку) масакана. Чтобы не мерзнуть, спали у огня. В лодке всегда был настил из камней и глины, на котором постоянно поддерживался огонь. Яманы обходились без одежды летом и зимой. Это связано с тем, что индейцы имели очень плотный слой подкожного жира и у них выработался механизм замедления обмена веществ. Кроме того, для сохранения тепла Яманы натирали кожу жиром морских котиков.
   В качестве украшения Яманы носили головные уборы из перьев баклана. Знахарям (ёкамунь) разрешалось делать головной убор из перьев цапли. Яманы носили на запястьях и лодыжках ног браслеты, сделанные из кожи тюленя и гуанако. Браслеты украшались ремешками, раковинами и костями птиц, шнурками из сухожилий гуанако. Челюсть дельфина использовали в качестве гребня.
   Яманы были морскими охотниками и рыболовами. Они охотились на морских львов, морских котиков, пингвинов, иногда на кита (если могли с ним справиться), на птицу. Ловили рыбу удочкой с леской из растительного волокна, водорослей или сухожилий, с петлей на конце, на которой закреплялась приманка. Этой петлей и выдергивалась мелкая рыбешка, пришедшая на приманку. Питались моллюсками, губчатыми наростами на деревьях (древесными грибами), лесными ягодами, кореньями. При охоте на тюленя и выдру использовали дрессированных собак.
   Женщины гребли на каноэ, в котором размещалась вся семья, а мужчины держали на носу сетку для ловли рыбы. Дети отвечали за огонь, женщины – за пропитание семьи. Они ловили удочкой рыбу, собирали моллюсков, морских ежей и ракообразных, с привычным мужеством ныряли в ледяную воду в любую погоду, в том числе во время ливня и снегопада. Когда им улыбалась удача, они поднимали со дна огромного королевского краба до двух килограммов весом и с клешней, достигающей одного метра.
   Варить пинту они не умели, но всегда готовили ее на огне: сало топили на горячих углях, моллюсков – в горячей золе, рыбу – в раковинах, мясо жарили на раскаленных камнях, жир запекали в кишках животных.
   Кочевники, питающиеся в основном моллюсками, вынуждены были постоянно покидать насиженные места, но потом снова и снова к ним возвращаться. За столетия странствий в местах их привычных стоянок образовались горы раковин, достигавших, должно быть, многих тонн весом. Такие кучи легко разглядеть издалека по ярко-зеленой окраске растений, буйно поднимавшихся на этих рукотворных холмах. Среди диких зарослей встречались иногда очень полезные растения – дикий сельдерей и ложечник (цинготная трава). Индейцы часто использовали холмы как места захоронений и места проведения ритуалов. В наше время горы раковин называют памятниками «кухонной» цивилизации.
   Восточные Яманы одевались, как Она. Их хижины, так же, как у Она, имели два входа – с леса и с берега. Когда Яманы покидали насиженное место, они оставляли на берегу остов хижины, который мог быть использован другими кочевниками.
   Западные Яманы имели хижины поменьше и накрывали их сеном летом и шкурами тюленей – зимой. Уходя, складывали хижины и забирали с собой.
   Яманы были превосходными ремесленниками. Они изготовляли инструмент, посуду, лассо, луки, стрелы, ловушки. Женщины плели сети для ловли рыбы и корзины из водорослей и травы. Посуда изготовлялась из раковин, ведра – из коры и кожи. Гончарное искусство индейцам было неизвестно. Огонь добывался высеканием искры ударом пирита о кремень. Чтобы сохранить его в дождливую погоду, в жилищах и в лодках постоянно поддерживался костер.
   Надо рассказать также о кочевниках на каноэ, Алкалуф (алакалуф), живущих на юге и западе архипелага Блуждающих Огней в самых неприветливых и неудобных для проживания местах, среди гор, ледников и фьордов. Себя они называли Халаквулум. Жили в лодках и естественных укрытиях – в пещерах, под навесами. Очень похожи на западных Яманов, но более мелкие, тщедушные. Казалось, что природа отдыхала, когда создавались Алкалуфы.
   Язык Алкалуфов похож по звучанию на язык Она, но абсолютно другой. Языки всех племен очень отличались друг от друга, что затрудняло их контакты и приводило к изоляции.
   Алкалуфы были искусны в использовании гарпуна, пращи; луком пользовались крайне редко.
   Яманы изготовляли каноэ на 5–7 человек из коры бука, сшитой китовым усом. Алкалуфы делали разборную лодку на 12 человек из досок и китового уса. Иногда ставили на лодки (далькасы) паруса из тюленей шкуры.
   Индейцы не знали ни живописи, ни скульптуры, ни музыкальных инструментов. Часто пели, но в песнях не было смысла. Танцы напоминали притопывания, и участвовали в них только мужчины.
   Индейцы покрывали лицо красками, замешанными на тюленьем жире. Красная краска, изготовленная на основе охры, обозначала дружбу, радость. Белая, на основе глины, – войну. Черная, на основе золы, – траур.
   Вот такие люди жили в этих богом забытых местах. Острова архипелага Блуждающих Огней никому не принадлежали. Ни один флаг еще не поднимался на его землях. Севернее простирались горы и бескрайние пампасы богатого края Большой Ноги. За этот край боролись два государства: Серебряная страна и страна Холодного Предела. Архипелаг Блуждающих Огней никого не интересовал. Корабли под европейскими и американскими флагами, китобои, зверобои, путешественники редко заходили сюда. Индейцы не часто видели белого человека, не знали ни лошадей, ни железа, ни огнестрельного оружия и совсем не знали ни английского, ни испанского, ни португальского, ни, тем более, русского зыка. Как узнать от этих людей, где сохранились еще следы великих инков и атлантов? Смогут ли они помочь в поисках Томаса Бриджеса? Капитан твердо решил найти какой-нибудь поселок переселенцев из Америки или Европы, китобойную станцию или военную экспедицию Серебряной Страны или страны Холодного Предела.

Встречи с Фуэгинами