Назад

Системный анализ экономического кризиса
Любой профессионал знает, что судить о тех или иных экономических процессах можно только на основе анализа системы показателей, адекватных объекту исследования. Однако нередко сталкиваешься с примитивным подходом к анализу столь сложного феномена, каким является экономический кризис, тем более глобальный. Индикаторами обычно служат объемные показатели, в первую очередь ВВП. А ведь любой кризис – явление многогранное, затрагивающее не только экономику и финансы, а также социальную сферу, политику, и, безусловно, нравственный мир людей. Именно поэтому в системе показателей, используемых для анализа кризиса, должны применяться такие показатели, как динамика уровня цен, биржевых котировок, инвестиций, безработицы, а также платежный баланс, баланс внешней торговли, сведения о доходах и расходах государственного бюджета и т.п. Крайне важна информация, полученная в ходе социологических обследований.
Сегодня любая национальная экономика представляет собой многоуровневую, многосекторную и многофакторную систему. А мировая экономика, интегрирующая экономики двух сотен государств, является гигантской суперсистемой. Ее главной качественной характеристикой является капиталистическая система воспроизводства. Именно она и определяет динамику крайне противоречивого и неустойчивого поведения этой суперсистемы. В то же время в мировой экономике, представленной чрезвычайно различающимися по уровню развития производственного потенциала группами стран (подсистемами), наблюдаются не только тесная взаимозависимость национальных и интегрированных региональных экономик, неизбежно порождающих «эффект домино», но и процессы, различающиеся по своим количественным и качественным параметрам.
Механизм современного глобального кризиса описывается четырехмерной матрицей, включающей в себя: 1) факторы, порождающие кризис; 2) страны; 3) субъекты воспроизводственного процесса (международные и региональные организации, ТНК, банки, средние и мелкие предприниматели, домохозяйства); 4) фактор времени. Последний имеет огромное значение. Капиталистическая экономика в мире не стоит на месте, она развивается, как в результате наращивания производительных сил благодаря научно-техническому прогрессу (интенсивно), так и распространения своего воздействия на все новые рынки (экстенсивно), такие, например, как китайский, российский, индийский, бразильский, мексиканский и т.п. Неустанно и мощно работают два двигателя развития: погоня за максимальной прибылью и конкуренция.
Рассмотрим вышесказанное более подробно, отслеживая динамику текущего, шестнадцатого по счету, глобального экономического кризиса, длящегося уже шестой год и прошедшего несколько этапов. Маховик кризисной цепной реакции начал раскручиваться в США в третьем квартале 2007 года. Все началось с обвала на рынке жилья. За 2006 год и первую половину 2007 года закладка новостроек сократилась с 1,8 млн. (в годовом измерении) до 1,47, или на 20 %, замедлив рост ВВП США. Проблемы, связанные с ипотечным кредитом ненадежным заемщикам в США, привели к полномасштабному кризису на рынках кредита во всей системе мировых финансов.
Кризис не свалился, как снег на голову. Грозовые раскаты – предвестники приближающегося кризисного фронта - были слышны еще за два года до краха рынка ипотеки в США. За год до осени 2007 года на глобальном фондовом рынке прошли две волны продаж: первая – в мае-августе 2006 года была вызвана рекордной по тем временам ценой за 1 баррель нефти (77 долларов) и ожиданиями дальнейшего повышения процентных ставок в США; вторая (26 февраля 2007 года) - была реакцией на заявление китайского правительства о возможном дополнительном ограничении для портфельных инвесторов.
Глубинные же причины разразившегося в 2007 году кризиса коренились в крайне неустойчивом характере функционирования глобальной капиталистической системы. Экономический рост с самого начала текущего столетия, как в США, так и во всех ведущих развитых странах в значительной степени поддерживался высоким потребительским спросом, который стимулировался легким доступом к кредиту (к 2003 году базовая ставка ФРС США достигла исторически самого низкого уровня в 1 %). Высокими темпами развивались экономики таких стран, как Китай, Индия, Россия и др., накопившие благодаря экспорту значительные ресурсы иностранной валюты и приобретавшие активы, деноминированные главным образом в долларах, а также жаждавшие прямых иностранных инвестиций. Переизбыток предлагаемого капитала был налицо. Темпы денежного предложения были выше темпов роста ВВП примерно в полтора раза, побив все исторические рекорды. Избыток денежных средств должен был куда-то деваться и он, благодаря спекуляциям и мошенническим операциям, органически присущим существующей системе, естественным образом трансформировался в различного рода многочисленные “пузыри” на мировых рынках. В финансовом секторе наблюдалось огромное увеличение новых разновидностей производных финансовых активов (ценные бумаги, обеспеченные ипотечным кредитом, страхование невыплат по кредиту и др. деривативы). Спекулятивные сделки с деривативами, портфельными инвестициями, валютой, нефтью, металлами, продовольствием, а также “строительство” финансовых пирамид достигли фантастических масштабов. Соотношение собственных и заемных средств некоторых финансовых институтов достигло 1 к 30, в то время как максимальный потолок, установленный для депозитных банков, равен 1 к 10.
Параллельно с вышеописанным процессом в США и в других странах росла задолженность потребительского, корпоративного и государственного секторов по отношению к уровню национального дохода, объем которой по сравнению с началом 1980-х годов увеличился в 4-5 раз! Доступность дешевых кредитов поощряла многих людей приобретать себе собственный дом. Однако далеко не все домохозяйства оказались в состоянии выплачивать плату по ипотечному кредиту, что и стало непосредственной причиной старта финансового кризиса. Начало ипотечному кризису было положено в феврале 2007 года, когда Federa Home Loan Mortgage Corporation (Freddie Mac) заявила о приостановке дальнейшего выкупа рискованных ипотечных кредитов (subprime mortgage). Летом 2007 года многие американские и европейские банки последовали примеру Freddie Mac, отказавшись от рискованных бумаг. Спрос на них повсеместно упал настолько резко, что деньги банков и хэдж-фондов, вложенные в такие активы, быстро испарились, что послужило причиной череды банкротств в финансовом секторе. Ряд крупнейших американских и европейских банков заявили о колоссальных убытках уже по итогам 2007 года.
Второй этап кризиса начался в 2008 году (см. таблицу на стр. 6), когда произошел качественный скачок в мироэкономике, а именно избыток свободных средств в финансовой сфере сменился их острой нехваткой. Непосредственной причиной возникновения дефицита капитала стали плохие активы в виде просроченных кредитов и обесценение деривативов. Самостоятельно, без помощи государств многие банки уже были не способны восстановить свою капитализацию. После того, как один за другим стали сдуваться и лопаться на биржах спекулятивные “пузыри”, резко снизился потребительский спрос, упал оборот торговли и фаза поражения перекинулась в промышленность, строительство и на транспорт, обусловив волну банкротств и быстрый рост безработицы Рост цен в США в 2007 году составил наибольшее значение за последние 17 лет. Кризис перекинулся и на фондовый рынок. Скопившаяся на вершине мировой экономики огромная задолженность лавиной ринулась вниз по склону, сметая все на своем пути. Общий объем списаний и убытков, которые понесли во всем мире финансовые компании, перевалил за триллион долларов. По неофициальным же данным, — намного больше. Например, только с итальянских бирж в день утекало по миллиарду евро. Агентство «Фаст Сет» подсчитало, что примерно из 50 тысяч акций по всему миру подорожало к декабрю 2008 года всего три тысячи. Из 100 ведущих компаний свободные деньги остались лишь у 29.
До декабря 2008 года многие сектора кредитного рынка были по существу парализованы. Начиная с середины 2008 года валюты развивающихся стран, в частности стран – экспортеров сырьевых ресурсов, значительно ослабли по отношению к доллару. Стремление международных инвесторов избегать рискованных инвестиций и их стремление к безопасным активам привело к понижению доходности по краткосрочным долговым обязательствам США практически до нуля.
Дальнейшие события показали, что, несмотря на тесную взаимозависимость мировых хозяйственных процессов, кризисные явления происходили на планете неодновременно и неравномерно.
В 2008 году цунами кризиса накрыло мироэкономику тремя гигантскими волнами: сначала оно обрушилось на развитые страны, затем – на страны с развивающейся (по терминологии ООН –“переходной”) экономикой и, наконец, - на беднейшие периферийные государства т.н. “третьего мира”. Наблюдалась и определенная последовательность развития кризиса по секторам экономики: из финансового сегмента он переместился в торговый, а затем в сферу реального производства. Так, в бедственном положении оказалась автомобильная промышленность США, Европы и Японии, что, разумеется, привело к спаду и в смежных отраслях промышленности. На американском рынке снижение продаж автомобилей в 2008 году составило 20-40 и более процентов.
Хорошо известно, что в любой экономике существуют довольно устойчивые корреляционные связи. Так, например, начиная с XIX века, уровень добычи и продажи нефти и газа тесно связан с динамикой роста производства товаров и услуг. Аналогичная зависимость имеет место и в отношении некоторых других изделий (металлы, цемент, химические товары и т.д.). Если в результате экономического кризиса сокращаются объемы производства, то, естественно, падает и спрос на углеводородное топливо, сырье и материалы, снижаются цены на них, так как в течение определенного периода времени предложение на рынке превышает спрос. Например, цены на сырую нефть за короткий промежуток времени в 2008 году рухнули в четыре раза (почти 150 долларов баррель стоил еще летом, но потом - 60, 50, 40…). Именно в 2008 году волна глобального кризиса накрыла и Россию, экономика которой базируется в основном на экспорте углеводородного топлива, сырья и материалов. За короткое время Минфином России был сделан поворот на 180 градусов: от безмятежного оптимизма до панического пессимизма.
Третий этап кризиса характеризуется активным вмешательством государств, МВФ и Всемирного банка, которые спасая частный финансовый сектор, стали вливать в него огромные ресурсы, наращивая объем своих долгов. Европейский Союз выделил на стимулирование экономики 200 млрд. евро. Еще больше пришлось направить на спасение национальной экономики правительству США. 5 октября 2008 года Президент США подписал т.н. «план Полсона» (Emergency Economic Stabiization Act of 2008), предусматривающий выделение 700 млрд. долларов государственной корпорации, которая должна была выкупать проблемные активы у банков. 25 ноября 2008 года в США было объявлено о намерении ФРС выделить еще дополнительно 800 млрд. долларов для банковской системы и стимулирования розничного кредитования потребителей. Центробанки стали снижать процентные ставки. Так часто и так низко в рамках одного года ставки еще никогда не снижали: ЕЦБ до — 2%, ФРС — почти до нуля. Пошли на этот шаг также Япония и Великобритания, однако реанимировать здоровье экономик так и не получилось.
В результате кризиса убытки понесли крупнейшие банки США и других развитых стран. Рухнул банк Lehman Brothers, почти полностью лишился капитала UBS. Банки Morgan Staney, Mizuho Financia Group, Washington Mutua понесли убытки на треть капитала. Значительную часть своих активов потерял Bank of America. который прославился на весь мир выплатой огромных бонусов его топ-менеджерам. В США обанкротился крупный банк Coonia Banc Group.
В период с сентября 2008 года по май 2009 года объем рыночной капитализации активов американских и европейских банков сократился на 60 % (или на 2 трлн. долларов).
США, Великобритания и другие ведущие страны ОЭСР, невзирая на причитания поборников неограниченной свободы предпринимательства, начали проводить политику более жесткого государственного контроля над рынками, даже осуществлять национализацию банков и корпораций, находящихся на грани банкротств. Правительства при этом вынуждены были руководствоваться не только идеей сохранения костяка капиталистической системы, но и интересами тех слоев населения, которые оказались в трудном положении, т.е. интересами не только его величества Капитала, но и общества в целом. Как метко заметил Премьер-министр Великобритании Гордон Браун, «побеждает тот, кто первым меняет правила игры». Лидеры государств прекрасно понимали, когда шли на беспрецедентные меры вливания огромных средств в спасение тонущих банков и осуществление контроля над их деятельностью, что экономическая система их стран, да и всего глобального капитализма стояла на краю пропасти. Эта политика тушения пожара за счет средств налогоплательщиков не могла не привести к глубокому кризису суверенных долгов. Так, например, в Европейском Союзе дефицит государственных бюджетов возрос с 2,4 % в 2008 году до 6,9 % в 2009 году, превысив более чем в два раза критерий, установленный Маастрихтским договором, а государственные долги возросли на 12 процентных пунктов.
Начался четвертый этап глобального кризиса, который сегодня особенно ощутим в Евросоюзе. В очередном обзоре, подготовленном ЕЦБ, отмечено, что распространение долгового и бюджетного кризисов в еврозоне может продолжиться, захватывая все новые страны и создавая серьезные риски для финансовой стабильности как для «единой» Европы, так и для мира в целом. Как явствует из нижеприведенной таблицы, консолидированный государственный долг всех 27 стран Евросоюза составил в конце 2010 года баснословную сумму – почти 10 триллионов евро, или свыше 80% от ВВП (кстати, в США он уже перевалил за 100 %).
На декабрьском (2011 год) совещании министров финансов стран еврозоны было принято решение внести в Международный валютный фонд 150 млрд. евро вместо 200 млрд. Вопрос о 50 млрд. евро был “отложен”, как минимум, до будущего саммита “большой двадцатки в начале 2012 года. Не был также решен вопрос об увеличении кредитных возможностей Европейского фонда финансовой стабильности (ЕФФС). Объем фонда по-прежнему составляет 500 млрд. евро. Поэтому можно вновь констатировать: спасение еврозоны — дело рук только государств самой еврозоны, “добровольных” участников пока привлечь не удалось, и в целом ситуация осталась такой же, как и до саммита глав ЕС 9 декабря 2011 года. Политическим деятелям и экспертам стало ясно, как божий день, что судьба евро в руках Германии. Но у нее самой накопились огромные долги и она просто не в состоянии сегодня бросить на алтарь «еврозоны» недостающие сотни и сотни миллиардов, чтобы выправить ситуацию. Что же касается позиции руководства ЕЦБ, то, несмотря на громогласные заявления о том, что банк не начнет печатать деньги в ответ на долговой кризис в еврозоне, у ЕЦБ нет другого выхода, как пойти на плавную девальвацию евро (см. bankdeo.ru/mnenieexsperta/EvroDoar_copy.pdf). При этом следует отдавать себе отчет в том, что дешевый евро выгоден в первую очередь самой Германии.
Эксперты отмечают, что волатильность рынка суверенных обязательств уже достигла уровней, которые были зафиксированы после коллапса Lehman Brothers в 2008 г., и уже превзошла пиковые уровни кризиса вокруг Греции в мае 2010 г. Это означает, что Евросоюз сегодня представляет собой гигантскую пороховую бочку, которая в любой момент может взорваться, похоронив под своими обломками всю систему капиталистической глобальной экономики. Поэтому абсурдной представляется та информационная кампания, которая ведется против евро США и связанными с ними инвестиционными фондами. Разумеется, это делается, чтобы отвлечь внимание от тех проблем, которые есть у самого доллара. Однако такая политика близорука, ибо крах евро не будет означать победы США. Министр финансов ФРГ Вольфганг Шойбле в ответ на давление Барака Обамы и его правительства выступил с довольно резким заявлением. Он сказал: «Властям США следует прекратить вмешиваться в экономическую политику, проводимую властями Европейского Союза. Вместо этого американцам следует сосредоточиться на решении собственных экономических проблем». По словам Шойбле, в том, чтобы давать советы другим, нет ничего сложного, и он сам мог бы начать оказывать консультации властям США.
Между прочим, следует заметить, что меры жесткой экономии бюджетных средств в США, Евросоюзе и Японии неизбежно отрицательно скажутся на мировой экономике в 2012 и 2013 годах
Объем статьи не позволяет привести динамику основных показателей, комплексно характеризующих течение кризиса в целом по мировой экономике. Интересующиеся соответствующей информацией могут обратиться к обстоятельным докладам ООН, МВФ и Всемирного банка. Я же здесь ограничусь только некоторыми сведениями, отражающими ход кризиса в Евросоюзе (данные Евростата по 27 государствам):
Основные показатели20062007200820092010Дефицит государственного бюджета- млн.евро
172078,6
110313,6
302419,7
810475,1
805007,9То же – в %% к ВВП
1,5
0,9
2,4
6,9
6,6Консолидиро-ванный государственный долг – млн. евро

7200496,5

7315132,8

7790966,5

8779319,1

9812653,1
То же – в %% к ВВП
61,5
59,0
62,5
74,7
80,1
Темпы прироста ВВП-% 
3,3
3,2
0,3
-4,3
1,9Уровень безработицы - %
8,3
7,2
7,1
9,0
9,7
Итоги за 2011 год Евростатом пока еще не подведены, однако квартальные данные оперативной статистики неутешительны. Так, темпы прироста ВВП (в годовом исчислении) составляли в I квартале - 2,4 %, во II квартале - 1,7 %, в III квартале - 1,3 %. В целом же по 2011 году ожидается 1,6 %, а в 2012 году – мизерный прирост ВВП или даже его снижение (так же как и в целом по мировой экономике). Безработица в течение всего 2011 года варьировала на очень высоком уровне - 9,7-9,8 %. Баланс внешней торговли и текущий счет платежного баланса имели отрицательное сальдо. Объемы промышленного производства и строительства сокращались. Дефициты государственных бюджетов и сумма госдолга неуклонно возрастали.
Особенно следует отметить тот факт, что несмотря на все предпринятые меры по спасению Греции от дефолта, ситуация в этой стране остается крайне напряженной. Согласно последнему прогнозу МВФ, экономика Греции в 2011 г. сократится на 5,5%, а в 2012 г. - на 3%. Греции для урегулирования долговых проблем может не хватить планируемого 50%-ного списания долга частными инвесторами.
Единая европейская валюта в начале 2012 года упала до минимального за последние 15 месяцев уровня по отношению к американскому доллару и британскому фунту стерлингов/ Еврозону тянут на дно финансовые проблемы не только Греции, но также Италии и Испании. Дефицит бюджета Испании может оказаться больше 8 процентов. Новый кабинет министров во главе с Мариано Рахоем уже признал, что в первом квартале этого года в стране продолжится рецессия, ВВП сократится еще на 0,3 процента. У Италии по-прежнему сохраняется почти двухтриллионный долг в евро. Между прочим, в целом за 2012 год правительства 17 стран еврозоны должны будут погасить своих долгов на 1,1 трлн. евро
Что касается России, то, как заметил директор департамента стратегического анализа компании ФБК Игорь Николаев, в 2012 году вместо роста страна получит сокращение ВВП на 1-2%, дефицит бюджета будет на уровне 4-5%, инвестиции в основной капитал составят от минус 2% до 0, промышленное производство сократится на 3-4%, а инфляция будет на уровне 8-9% (15.12.2011. FINMARKET.RU.).
Какие выводы можно сделать из этого краткого обзора динамики текущего экономического кризиса?
1. Начало, объединяющее мировую экономику в единое целое, а именно капиталистические экономические отношения, характеризуется не только центростремительными, но и центробежными тенденциями. ТНК и международные банки, составляющие костяк глобальной экономики, а также структуры, стоящие на их службе (МВФ, МБРР, ВТО) не в состоянии противостоять стихии спекулятивных сделок и протекционизму. Сегодня не может быть и речи о синэргичности гигантской системы: ее элементы действуют вразнобой, преследуя каждый свои интересы и жестко конкурируя между собой. Наглядным примером служит Европейский Союз, как один из важнейших секторов суперсистемы, где на протяжении последних двух лет руководители 27 стран не могут выработать согласованного решения долгового кризиса. Еще одной характерной чертой современной экономической ситуации является противоречивость осуществляемых государствами мер по преодолению кризиса, который я назвал бы «эффектом бумеранга». Начавшийся переход к жесткой экономии бюджетных средств создает риск дальнейшего замедления восстановления, роста безработицы и сокращения покупательского спроса на рынке товаров и услуг. В то же время эти неизбежные последствия политики жесткой экономии неизбежно приводят к дальнейшему росту государственного долга и дефицита бюджета из-за недостаточного роста производства, вызванного сужением рынков.
Особенно следует подчеркнуть, что важнейшей причиной центробежных тенденций является эмерджентность глобальной системы, т.е. принципиальная несводимость интересов составляющих ее компонентов. Примером является поведение Китая, который, впрочем, как и все другие государства, в первую очередь печется о своих национальных интересах. При этом его экономика остро нуждается в рынках сбыта своей продукции в высокоразвитых странах мира. Именно в свете этого следует расценивать договоренность Японии и КНР содействовать использованию национальных валют вместо американского доллара в сделках между японскими и китайскими компаниями. К такой договоренности пришли под занавес 2011 года в Пекине премьер-министр Японии Ёсихико Нода и премьер Госсовета КНР Вэнь Цзябао, трезво учитывая то обстоятельство, что доллар США и евро теряют свои позиции на мировом рынке. Обе стороны рассчитывают, что договоренность о более широком использовании национальных валют при двусторонних сделках положительно скажется на экономическом развитии и конъюнктуре внутренних рынков обеих стран. В ходе двусторонней встречи Ёсихико Ноды и Вэня Цзябао была также достигнута договоренность о покупке Японией китайских гособлигаций. Китайские власти строго контролируют продажу своих облигаций и сами выбирают, кому из зарубежных стран предоставить возможность их приобретать. Несмотря на то, что Японии будет позволено приобрести лишь строго ограниченное число китайских гособлигаций, данную договоренность можно считать крайне важным шагом на пути развития японско-китайских экономических связей. Между тем, сама КНР недавно приобрела дополнительный пакет японских гособлигаций.
2. Кризис, продолжающийся уже шестой год, свидетельствует о неустойчивости глобальной капиталистической экономики. И пока в ней не проглядываются силы, способные к самоорганизации этой суперсистемы. Международные структуры оказались беспомощными перед лицом надвигающегося кризиса. Несмотря на все потуги государственных деятелей, МВФ, Мирового банка, ВТО, ОЭСР, G-8 и G-20, руководствующихся рекомендациями высококлассных специалистов, капиталистическая экономика становится все более и более неуправляемой, все меньше и меньше подчиняясь воле властителей этого жестокого и абсурдного по своей сути мира. Даже Папа Римский  "ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B5%D0%BD%D0%B5%D0%B4%D0%B8%D0%BA%D1%82_XVI" o "Бенедикт XVI"Бенедикт XVI  "ru.wikipedia.org/wiki/6_%D0%BE%D0%BA%D1%82%D1%8F%D0%B1%D1%80%D1%8F" o "6 октября"6 октября  "ru.wikipedia.org/wiki/2008_%D0%B3%D0%BE%D0%B4" o "2008 год"2008 года вынужден был отметить, что глобальный финансовый кризис свидетельствует о бесполезности  "ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B5%D0%BD%D1%8C%D0%B3%D0%B8" o "Деньги"денег и тщетности накопления материальных ценностей, а «единственной твердыней является слово Божие».
Баснословные суммы финансовых вливаний из средств государственного бюджета в частный сектор, снижение центробанками процентных ставок и ряд других мер, хотя несколько и смягчили негативные явления, однако не в состоянии были преодолеть кризисные явления, ибо не разрешено основное противоречие глобальной экономики - между общественным характером воспроизводства и частной формой собственности на средства производства. Поистине смехотворными и беспочвенными являются выводы неолиберальных экономистов о том, что нынешний кризис был вызван коллективными ошибками руководства ТНК и банков, а также административных служб правительств. Дело не в ошибках и просчетах руководителей государственных служб и бизнесменов, хотя они, вне всякого сомнения, имели место, а в объективных закономерностях функционирования глобальной капиталистической экономики.
3. Несмотря на то, что центробежные силы перевешивают центростремительные, однако объективно существующая взаимозависимость национальных экономик приводит к такому парадоксальному результату, что каждый партнер, отстаивая свои кровные интересы, при этом непременно вынужден учитывать меру влияния своей внеэкономической политики в отношении рынков других стран и регионов. Так, например, страны мира, включая Евросоюз, Китай и Японию, не заинтересованы в том, чтобы топить доллар и вообще экономику США, несмотря на острейшую конкуренцию, существующую между ними.
Повторяю, несмотря на острейшие противоречия, современную мировую экономику следует рассматривать как единое целое, в котором взаимосвязаны все его составляющие. Эту сложную взаимосвязь можно проиллюстрировать на следующем примере. Вынос ТНК многих предприятий в «периферийные» страны привел к тому, что они стали обслуживать потребительские рынки богатых государств ОЭСР. Процесс переноса многих промышленных производств в бывшие аграрные страны в погоне за максимальными прибылями (благодаря низкооплачиваемому труду, не защищенному в достаточной мере социальным законодательством в условиях отсутствия профсоюзов или их недееспособности) породил ряд новых явлений. В «старых» промышленных странах произошло снижение реальной заработной платы и возросло напряжение на рынке труда (кстати, этот процесс еще не завершен, вызывая массовое недовольство увольняемых работников в связи с закрытием предприятий и их последующим перебазированием в зоны дешевого труда). Все эти процессы в своей совокупности не могли не привести к уменьшению глобального платежеспособного спроса, которое не было компенсировано некоторым ростом потребления товаров в «периферийных» странах в связи с тем, что перебазирование индустрии в государства «третьего» мира вызвало пролетаризацию крестьянских масс, которые до этого вели традиционное натуральное хозяйство. Словом, расширение емкости рынка в слаборазвитых странах (даже с учетом того, что в них появился «средний класс» и увеличилась численность буржуазии) не в состоянии было перекрыть сокращения платежеспособного спроса в государствах ОЭСР. Сжатие же глобального потребительского рынка затормозило воспроизводство промышленного и торгового капиталов, что вынудило банки стимулировать спрос путем предоставления доступного потребительского кредита, источником финансирования которого стали сверхприбыли, полученные за счет эксплуатации трудовых и природных ресурсов в «периферийных» странах.
4. В мире существенно усилилась спекулятивность капиталистической экономики, особенно в финансовом секторе, что, несомненно, усугубляет ее стихийный характер. Картину кризисного хаоса «украшают» не только проделки мелких спекулянтов, зарабатывающих себе денежки на хлеб насущный, но и крупные мошенники – настоящие акулы бизнеса, такие, как Б.Мэдофф – экс-глава знаменитой фондовой биржи Nasdag, который умудрился нанести ущерб клиентам своей гигантской финансовой пирамиды, исчисляемый в 60 миллиардов долларов Так, в печати сообщалось, что потери нидерландского банка Fortis составили 1 миллиард евро, испанского банка BBVA (второго по величине в этой стране) оценивается в 300 миллионов евро, а британский HSBC лишился 1 миллиарда долларов и т.д. Стало известно о проделках еще одного миллиардера - бывшего исполнительного директора компании-производителя микросхем Broadcom Г.Николаса, который обвиняется американскими властями не только в финансовых махинациях, но и в хранении и продаже наркотиков. Сегодня в сфере финансов преобладают спекулятивные операции, достигающие, согласно оценкам экспертов, примерно 95 процентов от общей суммы сделок.
Сумма виртуальных денег, или вторичных долговых обязательств (деривативов), обращающихся на фондовых биржах, которые Д.Сорос образно назвал «токсичными», возросла в предкризисном, 2006 году до фантастической величины – 473 триллионов долларов США, превысив объем мирового ВВП в 10 раз! В прессе можно встретить и такую цифру, как 1500 трлн. долларов. Дело, в конечном счете, не в точности этих цифр, а в том, что такое явление, как гигантские объемы спекулятивных денег сегодня деформируют мировой финансовый рынок. Кроме того, только на валютном рынке ежедневно заключаются сделки на общую сумму свыше 3 трлн. долларов.
Деривативы вошли в моду на волне кредитного бума, став одной из самых распространенных форм передачи кредитных рисков другим инвесторам. Особую популярность приобрели контракты, предполагающие выплату премии тому, кто берет на себя риск невозврата по тому или иному кредиту (Credit defaut swaps). Впервые такой инструмент в 1997 году запустил в оборот JP Morgan на общую сумму 9,7 млрд. долларов. Среди заемщиков были Ford, Wa-Mart, IBM и ряд других крупнейших американских компаний. Глядя на них, стали расти ряды покупателей данного вида деривативов. Продав свопы, JP Morgan, хотя и обязался платить премию, высвободил из резервного фонда сотни миллионов долларов. Этот процесс распространения деривативов, с одной стороны, стимулировал ажиотаж на рынке недвижимости, а с другой стороны, спровоцировал неуправляемый рост “токсичных” активов. Их сумма в конце первого полугодия 2008 года в США составляла около 182 трлн. долларов, из которых на кредитные контракты приходилось 15,5 трлн. долларов.
Спекулянты получали огромные прибыли, пока цена на наиболее рискованные бумаги вроде ипотечных облигаций росла. Ненадежные схемы оказывались самыми доходными. К середине 2008 года в управлении хедж-фондов находилось около 2,5 трлн. долларов. С началом кризиса сотни их лопнули, так же как рухнули и некоторые мошеннические финансовые пирамиды.
Финансовый мир все больше отрывается от реальной экономики, нависая над ней, как грозовая туча. Теперь даже министры финансов и центробанков стран, входящих в G-8, признают «фундаментальную слабость мировой финансовой системы». Эмиссия кредитных денег, в том числе электронных, связана не столько с реальными доходами, сколько с гипотетическими, т.е. возможными доходами заемщиков, еще не полученными в процессе реального производства. У многих заемщиков закладные под недвижимость не имеют достаточного обеспечения, являясь фиктивными. Таким образом, образуется кредитный «пузырь», способствующий возникновению кризисов, ибо в один прекрасный день он неизбежно должен лопнуть. Повторяю, банки приучают домохозяйства жить в кредит, способствуя движению капитала, который может существовать, только сбросив с себя товарную форму и превратившись в деньги с тем, чтобы начать новый цикл своего расширенного воспроизводства. Однако такая практика, как показывает беспрерывная череда циклических финансовых кризисов, чревата потрясениями.
Спекуляции в условиях быстрого роста мировой экономики распространились и на сырьевые рынки. Инвесторы с началом финансового кризиса в панике искали, куда можно вложить свои средства, выведенные из ненадежных финансовых активов. Их взоры обратились на такие товары, спрос на которые всегда высок: от продовольствия и нефти до золота. Летом 2008 года, перед тем как рухнуть, цены на нефть добрались до отметки в 150 долларов за баррель. У таких спекулятивных акций было несколько отрицательных последствий. С одной стороны, они еще больше усложнили положение на внутренних рынках высокоразвитых стран, которые по уши влезли в кризис, нанесли удар по экономически отсталым странам, увеличив число нищих и голодных, а с другой стороны, породили в ряде стран иллюзию благополучия на начальной стадии глобального кризиса, как это произошло в России (более подробно см. мою статью «О спекуляции» (it.ib.ru/p/pauxman_w_f/).
5. Отличительной особенностью развивающегося кризиса является подтверждение прописной истины об объективной закономерности процесса обобществления капиталистической экономики, однако, теперь уже не только в рамках отдельных национальных экономик, но и в глобальном масштабе.
Это выражается в том, что практически во всех странах, охваченных в той или иной мере мировым экономическим кризисом, проводится политика активного вмешательства государств, а также международных экономических структур в деятельность частного бизнеса. Иначе и быть не может, ибо капитал – это коллективный продукт, создаваемый трудом всего общества, а не результат деятельности индивидуальных предпринимателей.
Глава Deutsche Bank Ж.Акерман заявил: «Я больше не верю в саморегулирование рынка». Президент Франции Н.Саркози вторит ему: «Идея всесильного и неподконтрольного рынка безумна<…>Саморегулирование завершено. Эпоха aisser faire окончена». Жестокая действительность убедительно доказала полную иллюзорность концепции «рейганизма» и «тэтчеризма», их основополагающей идеи о том, что компании финансового и реального секторов экономики могут успешно регулировать свою деятельность.
Обобществление производства выражается, в частности, в продолжающейся монополизации и концентрации капитала через слияние или покупку. Например, Vokswagen (WW) завладел 42 % акций Porche за 3,3 млрд. евро; Koenigsegg выкупила Saab Automobie, ранее принадлежавшему Genera Motors Co. Возрастает роль ТНК в мировом производстве и торговле. В условиях кризиса более сильные банки стали поглощать слабых. Bears Stearns, потерявший на обвале рынка ипотечных облигаций более 1 млрд. долларов, перешел в руки JP Morgan. Lehman Brothers был раскуплен частями английским Barcays и японским Nomura. Merri Lynch был куплен Bank of America.
6. Нельзя также не отметить устойчивую тенденцию возвышения в мировой экономике влияния Китая и одновременно упадка США. Китай демонстрирует в условиях кризиса и трудностей с экспортом своих товаров высокие темпы роста народного хозяйства. Руководство Китая своевременно разработало меры по противодействию негативному влиянию кризиса на экономику своей страны. В частности, Председатель КНР Ху Цзиньтао обратил внимание всех органов управления на необходимость реализации разработанной программы интенсификации внутреннего потребления, активизации монетарной политики, дальнейшего реформирования модели экономического развития.
Китай в принципе может перевести свои долларовые активы в другие, более ценные, чем нанесет серьезный удар по финансовой системе США. Такой шаг, безусловно, изменил бы расстановку сил еще больше в пользу Китая. Однако, повторяю, позиции США пока довольно сильные и они, несмотря на все трудности, остаются по-прежнему мировым лидером глобального капитализма. В этом я вполне солидарен с Ф.Фукуямой, который в интервью российскому журналу The New Times 18 ноября 2008 года сказал, что текущий кризис “…это не конец капитализма. Я думаю, это конец “рейганизма”…».
7. Экономический кризис привел к углублению острейших диспропорций, существующих в асимметричной мировой системе:
- между странами ОЭСР и беднейшими странами;
- между США и остальными государствами мира;
- сокращение расходов на социальные программы;
- сохранение и, возможно, даже усиление непосредственной причины, вызвавшей глобальный системный кризис, а именно уменьшение платежеспособного спроса семей, относящихся к т.н. «среднему классу» в силу увеличения долговой зависимости от кредиторов.
По данным обследования МВФ, от кризиса серьезно пострадала экономика следующих наиболее бедных и уязвимых стран мира: Албании, Анголы, Армении, Бурунди, Вьетнама, Ганы, Гаити, Гондураса, Демократической республики Конго, Джибути, Замбии, Киргизии, Кот д?Ивуар, Лаоса, Лесото, Либерии, Мавритании, Молдавии, Монголии, Нигерии, Папуа-Новая Гвинея, Сент-Люсия, Сент-Винсент, Гренадины, Судана, Таджикистана, Центральноафриканской республики. Кризис для перечисленных государств обернулся для них упадком торговли, а также значительным снижением иностранных инвестиций и денежных переводов. Общий внешний долг (государственный и частный) «развивающихся» стран возрос до 24,8 % ВВП в 2009 году, а среднее отношение внешнего долга к экспорту увеличилось до 82,4 %. МВФ считает, что по предварительным подсчетам, необходимый объем дополнительного финансирования беднейших стран может достигнуть 140 млрд. долларов (и это на фоне триллионов долларов, которые направляют государства ОЭСР для стимулирования своей экономики и реструктуризации финансового сектора!).
В мире увеличилось число безработных (на 30 млн. человек с 2007 по 2009 год), бедных, нищих и голодных. В настоящее время половина человечества еле-еле сводит концы с концами.

Пожалуй, объективную обобщающую оценку ситуации, сложившейся на данный момент в мирохозяйстве дала глава Международного валютного фонда (МВФ) Кристин Лагард. «Перспективы развития мировой экономики на данный момент не особенно радужные. Довольно мрачные. Это именно то, что произошло в 1930-х годах, но таких последствий мы не хотим»,— приводит слова Лагард издание The Guardian. Глава  "news.mai.ru/tag/587/"МВФ добавила, что к решению кризиса должны подключиться страны всего мира. «Нет ни одной экономики в мире – будь то страна с низкими доходами, средним уровнем доходов, или хорошо развитой экономикой, которая будет застрахована от кризиса, не только не утихающего, но все больше возрастающего»,— отметила она.
К сказанному госпожой Кристин Лагард можно добавить только одно: к началу XXI столетия масштабы и уровень назревших проблем глобализации возросли настолько, что стихийное развитие уже недопустимо. Необходимо активное вмешательство общественного разума для сознательного регулирования экономики и политики, чтобы снять угрозу назревающих катастроф. А это в свою очередь предполагает мобилизацию не только накопленного технологического и производственного потенциалов, но и всего интеллектуального потенциала человечества, развитие активного общественного сознания по всем направлениям.
Завершая статью, приведу прогноз  "un.org/russian/esa/desa/"Департамента по экономическим и социальным вопросам ООН на 2012 год: «Несмотря на заметный прогресс, достигнутый в сокращении проблемных активов банковского сектора, многочисленные риски остаются. Положение на рынках недвижимости может еще более ухудшиться, рост кредитов остается слабым, а безработица удерживается на устойчиво высоком уровне. Большинство стран сохранили и даже усилили политику дешевых денег (низкие процентные ставки и расширение денежной массы), стараясь помочь финансовому сектору вернуться к нормальному состоянию и стимулировать экономическую активность, по мере того как фискальные стимулы поэтапно отменяются. Однако это добавило новые риски, включая высокую волатильность основных валют и всплеск нестабильного притока капитала на формирующиеся рынки, которые уже стали источником экономической напряженности и могут нанести вред восстановлению в ближайшем будущем. Такая напряженность ослабила обязательства по координации политики на международном уровне, что в свою очередь, осложнило устранение глобальных дисбалансов и других структурных проблем, которые, с одной стороны, привели к кризису, а с другой – были созданы самим кризисом (un.org/ru/deveopment/surveys/docs/wesp2011.pdf). Таков неутешительный прогноз осторожных экспертов ООН. Словом, конца кризиса пока не видно. И с этим согласны эксперты рейтинговых агентств Fitch и Moody's. Не заставляет ли все вышесказанное сделать вывод, что глобальный экономический кризис становится перманентным?










 * MERGEFORMAT 1