Назад

Купить и читать книгу за 170 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Дифференциальная психология

   Книга – одно из первых отечественных пособий по психологии индивидуальных различий. Отражает современные представления об источниках индивидуальных вариаций психики (среде и наследственности), знакомит читателей с классическими и новейшими типологиями индивидуальности. Рассмотрены психологические признаки различной природы (формально-динамические, предметно-содержательные, духовно-мировоззренческие), их взаимодействие и развитие. Хорошо структурированное и оснащенное дидактическим материалом пособие подготавливает студентов у изучению цикла практических и прикладных дисциплин: психодиагностики, консультирования, психотерапии.
   Для студентов психолого-педагогических специальностей и всех интересующихся особенностями внутреннего мира человека.


Софья Кимовна Нартова-Бочавер Дефференциальная психология

Глава 1
Предмет, история и основные направления дифференциальной психологии

Дифференциальная психология как наука

   Дифференциальная психология – отрасль науки, изучающая индивидуальные различия психики индивидов и групп людей, а также природу, источники и последствия этих различий. Это наука о закономерностях психического варьирования.
   Индивидуализация есть свойство всего живого. Даже допсихические формы жизни обладают значительным спектром различий, правда, различия эти касаются строения и функционирования организмов. А с появлением психики как отражения бытия и ориентировки в нем различия стали затрагивать все формы активности живых существ. Индивидуальные различия психики присущи не только людям, но и всему животному миру, причем нередко внутривидовые различия превосходят межвидовые. Так, например, самая умная крыса может в одной и той же ситуации научения действовать эффективнее, чем самая глупая обезьяна, стоящая выше крысы на эволюционной лестнице. Существуют проявления социального поведения у серых гусей, которые традиционно считались свойственными только людям, пока на них не обратил внимание замечательный этолог К. Лоренц (триумфальный крик, свидетельствующий об избирательности в выборе партнера, случаи супружеской верности на протяжении сорока и более лет, данные о дружбе и ревности среди животных) (1).
   С другой стороны, такое свойство человеческого мышления, как способность решать двухфазные задачи (наблюдающееся у приматов, как это было показано экспериментами В. Келера), нередко отсутствует в области интеллекта социального (например, родители, после развода «делящие» право на общение с ребенком, зачастую совершенно теряют способность просчитывать «двухходовку» и таким образом защищать общие интересы). Следовательно, индивидуальные вариации действительно могут перекрывать вариации межгрупповые и межвидовые. То есть человек предстает в первую очередь как индивидуальность.
   В каждом человеке есть то, что является общим для всех людей, то, что роднит его с некоторыми из них, и то, что присуще только ему одному. В повседневной жизни мы часто сталкиваемся с явлениями индивидуальных различий, осуществляя житейскую психодиагностику людей, с которыми взаимодействуем. Однако научное знание отличается от ненаучного: наличием неразрешенной проблемы, теорий, которые могут способствовать поиску решения, разработанным понятийным аппаратом и наличием объективных методов регистрации научных фактов, объективностью и степенью обобщенности. Если сравнить научное познание с искусством, которое в той или иной мере открывается каждому человеку, то искусство основано на интуиции и потому субъективно и воздействует эмоционально. Наука отличается и от религии как пути познания человеческой души тем, что религия следует догме и основана на вере, а наука стремится к доказательству и постоянно обновляется, находясь в процессе самоопровержения. Поэтому концепции, некогда признанные ложными, время от времени вновь возвращаются в науку (3, 4).
   До недавних пор психология, подобно каждой молодой науке, стремилась к выявлению общих закономерностей психического, к разработке проблем с общих позиций. И в поисках общего, как правило, утрачивалось своеобразие индивидуального. Однако каждый исследователь сталкивался с индивидуальными вариациями психического, которые сначала рассматривались как источник ошибок наблюдения, а затем из этого источника ошибок стала возникать проблема вариативности психических проявлений человека. И сама логика развития науки привела к выделению дифференциально-психологического аспекта (9).
   Задачи дифференциальной психологии состоят в том, чтобы установить закономерности возникновения и проявления индивидуальных различий в психике человека, разработать теоретические основы психодиагностических исследований и психокоррекционных программ. Сегодня это область знания, максимально развернутая на запросы практики и потому очень быстро развивающаяся. И, подобно тому как для физики не было унижения в том, что из ее недр в практику вошли микроскоп, телефон, рентгенотерапия, так и психология отнюдь не утеряет своего истинно научного характера, если примет участие в решении практических задач, считал В. Штерн. Когда рождается новое понятие (например, акцентуация характера, стиль поведения), этот процесс осуществляется в лоне дифференциальной психологии, когда же создается тест для диагностики этого качества, то задача по эстафете передается специалистам в области психодиагностики и дифференциальной психо-метрик и (правда, наблюдались и обратные процессы, когда работающий в практике тест так и не обретал своего теоретического осмысления, что наблюдалось, в частности, при разработке факторных моделей интеллекта).
   Дифференциальная психология имеет области пересечения с различными другими отраслями психологического знания. Так, она отличается от общей психологии тем, что последняя сосредоточивается на изучении общих закономерностей психики (включая психику животных). Сравнительная психология (когда-то этот термин использовали как синоним дифференциальной психологии, являющийся буквальным переводом слова) в настоящее время изучает особенности психики живых существ, находящихся на разных ступенях эволюционной лестницы. Она чаще использует знания зоопсихологии, занимается проблемами антропогенеза и становления человеческого сознания. Возрастная психология изучает особенности человека сквозь призму закономерностей, присущих возрастной стадии его развития. Социальная психология рассматривает особенности, приобретаемые человеком в силу его принадлежности к некоторой социальной группе, большой или малой. Наконец, дифференциальная психофизиология анализирует индивидуальные особенности психики человека с точки зрения их обусловленности свойствами нервной системы (3, 8).
   С самого начала становления дифференциальная психология обращала на себя внимание неоднородностью своего предмета. Так, еще В. Штерн отмечал, что она изучает психические и физические феномены (явления), действия (которые он определял как феномены, обладающие временной протяженностью) и склонности (феномены, имеющие хронический и потенциальный характер). То есть можно пытаться изучать не только то, что скрыто и не поддается объективному наблюдению, но и то, что проявляется в поведении и намерениях, установках, иначе говоря, реализующихся и нереализованных способностях. Феномены в традиционном понимании – объекты непосредственного опыта, а действия и склонности – объекты опосредствованного опыта.
   В настоящее время дифференциальная психология изучает индивидные, предметно-содержательные и духовно-мировоззренческие качества индивидуальности, особенности самосознания, стилевых характеристик личности и осуществления различных видов деятельности (профессиональной, учебной, общения и др.).

Этапы развития дифференциальной психологии

   В своем развитии психология, как и все остальные научные дисциплины, прошла (точнее, находится в процессе прохождения) через три этапа: донаучного знания, естественнонаучной парадигмы познания и гуманитарной парадигмы. Донаучное знание характеризуется преобладанием метода наблюдения, накоплением житейских знаний и невысоким уровнем обобщения. Естественнонаучная парадигма провозглашает необходимость установления причинно-следственных закономерностей при опоре на данные эксперимента и обобщает эти закономерности (подход, отражающий общие свойства явлений, называют номотетическим). Генезис свойств и закономерностей при этом рассматривается не всегда. Пренебрежение к научным «происшествиям» рассматривается обычно как свидетельство молодости науки, для которой единичный феномен ценен постольку, нескольку может оказаться представителем определенного тада явлений, может привести к открытию всеобщего принципа или закономерности. Поэтому единичное обладает относительной ценностью для развития познания.
   Гуманитарная парадигма, в противоположность этому, сосредоточивается на уникальности рассматриваемого явления, не ставя перед собой задач статистического подтверждения достоверности данных (подход, утверждающий в качестве основной ценности индивидуальные особенности явления, называют идиографическим). «…Дифференциальная психология лишь тогда будет иметь перспективу достигнуть фазы спокойного развития, когда она эмансипируется от породившей ее науки – общей психологии», – писал В. Штерн в 1911 году (11, с. 6). Можно сказать, что сейчас это уже произошло. И здесь совершенно неизбежным оказывается исторический подход – рассмотрение явления в его становлении, анализ и прогноз последствий.
   Господство гуманитарной парадигмы свидетельствует о зрелости научной дисциплины и отмечается не только в муках об обществе и человеке, но и в науках о природе. Современная психология позволяет себе стремиться к психографии, познание – к пониманию и описанию. Таким образом, дифференциальная психология естественно выделилась из общей психологии, в рамках которой она существовала длительное время под именем психологии индивидульных различий. Поскольку значимость особенного в общем становится все большей, то и целью изучения становится индивидуальность (сравните с марксистским определением личности не как абстракта, присущего отдельному человеку, а как совокупности общественных отношений) (7, 11).
   Дифференциальная психология имеет и предысторию становления, в ходе которой некоторые направления донаучной, эмпирической мысли даже успели приобрести свои названия. Так, характерология стремилась свести различия между людьми к простым типам, т. е. занималась составлением классификаций по разным основаниям, как анатомофизиологическим, так и психологическим, подобно, например, способности человека принимать страдания. Представителями характерологии были И. Кант, И. Банзен. Другое направление, психогностика, выявляло и устанавливало отношения между определенными движениями, анатомическими характеристиками и свойствами характера человека. В фокус внимания при этом попадали, естественно, разные природные свойства человека. Так, в рамках физиогномики, основанной И.К. Лаватером, черты личности, мимика и даже просто изображение силуэта человека служили основой для предсказания его поведения. Сторонники френологии (краниоскопии), развиваемой Ф.А. Галлем, стремились определять особенности человека по форме строения черепа. А приверженцы графологии, науки о почерке, которой больше других занимался аббат И. Мишон, диагностировали признаки ивдивидуальности по написанию букв, наклону, нажиму и другим характеристикам точных движений человека, отраженным в его почерке. Все эти области донаучного познания, в свое время признанные ненадежными и отвергнутые позитивистской наукой, в настоящее время, уже на новых основаниях, вновь возвращаются в психологию индивидуальных различий. Задача будущих исследований – валидизировать эти приемы эмпирических обобщений и связать их с современными научными результатами.
   Термин «Дифференциальная психология» ввел немецкий психолог В. Штерн в своей работе «Психология индивидуальных различий», опубликованной в 1900 году. В течение некоторого времени в качестве синонимов использовались понятия: характерология (И. Банзен, Б. Люка), которая сегодня относится к области знания о характере; этология (Дж. Ст. Милль), в настоящее время изучающая науку о поведении; индивидуальная психология (А. Бине, Э. Крепелин), сегодня обозначающая адлерианское направление психоанализа; специальная психология (Г. Хейманс), обозначающая также медицинскую психологию (11).
   Первыми крупными представителями нового научного направления были А. Бине, Дж. Кеттелл, Ф. Гальтон, В. Штерн, в России – А.Ф. Лазурский. Основным методом исследования вначале были индивидуальные и групповые тесты, тесты различий умственных способностей» а позже – проективные методики для измерения установок и эмоциональных реакций (1, 2, 5).
   Психология индивидуальных различий всегда испытывала влияние практики – педагогики, медицины, психологии труда. А ее оформление в отдельную науку стало возможным благодаря следующим предпосылкам (3, 8).
   1. Внедрение в психологию экспериментального метода. Важнейшим событием здесь оказалось открытие В. Вундтом первой экспериментально-психологической лаборатории в 1879 году, где он начал в экспериментальных условиях (хотя и при помощи метода интроспекции) изучение психических процессов, в частности апперцепции. Очень быстро вслед за тем подобные лаборатории стали открываться и в других странах Европы и Америки. Не менее важным для развития позитивистской психологии стало выведение основного психофизического закона Фехнера – Вебера (Е = const In R, где Empfindung – величина ощущения, а Reiz – величина раздражителя), благодаря чему «светлая» и «теневая» стороны жизни оказались связанными между собой достаточно простой алгебраической зависимостью. Этот научный факт – выразительная иллюстрация неисповедимости научных путей, потому что Фехнер, по своим убеждениям «махровый идеалист», как писали о нем в доперестроечные времена, меньше всего стремился укрепить своими изысканиями позиции материализма.
   Еще в 1796 году благодаря мнимой оплошности ассистента Гринвичской обсерватории Киннибрука было открыто время реакции как психологическое явление (наблюдения опирались на метод «глаз и ухо», требующий координации зрительной и слуховой информации). Спустя двадцать лет об этом случае прочел в научных отчетах кенигсбергский астроном Бессель и заинтересовался вопросом об индивидуальных вариациях показаний разных наблюдателей. Это было основным аргументом в пользу того, чтобы начать рассматривать психическое как процесс, обладающий временной протяженностью, имеющий начало, середину и конец, а не как симультанный (одномоментный) феномен. Позже голландский исследователь Ф. Дондерс разработал специальную схему подсчета времени реакции, и увеличение времени реакции стало восприниматься как показатель усложнения психических процессов. Сегодня трудно по-настоящему оценить эти открытия, но на фоне полного отсутствия путей объективного наблюдения психического они имели поистине революционное звучание – психику стало возможно изменять, измерять и оценивать.
   Впрочем, освободив психологию от комплекса неполноценности в связи с признанием себя наукой, экспериментальный метод, по мнению известной современной исследовательницы А. Анастази, несколько затормозил развитие интереса к единичным явлениям психики, которые активно изучались на донаучном этапе.
   2. Следующей предпосылкой превращения дифференциальной психологии в полноценную науку явилось использование методов статистического анализа. Каждое психическое качество, любая особенность психики может быть рассмотрена как точка на континууме, выражающем изменение этой черты от минимума к максимуму. Почти каждый раз, когда рассматриваемое качество является результатом действия многих переменных, получается кривая нормального распределения, то есть малых (субнормальных) и больших (супернормальных) значений обычно меньше, чем значений средней величины (нормальных).
   Необходимо отметить, однако, что не все закономерности подвержены закону нормального распределения; например, существует закон Зипфа, определяющий распределение количества населенных пунктов разной величины. Этот закон выражает линейную зависимость: деревень и поселков много, а высоконаселенных городов мало. Поэтому всегда необходимо убедиться, что изучаемое явление описывается именно нормальным распределением.
   Первыми, кто обратил внимание на возможность применения теории вероятности к социально-психологическим явлениям, были бельгийский социолог Адольф Кетле и Фрэнсис Гальтон. Кетле изучал большие группы и обратил внимание на ритмичность социальных процессов, на основании чего им была создана многократно критикуемая отечественными психологами теория «среднего человека» (человек стремится действовать так, как поступает большинство людей). Ф. Гальтон, напротив, сосредоточивался не на средних характеристиках, а на значениях супернормальных: предметом его внимания были особые способности, о чем он и написал в книге «Наследственный гений», изданной в 1869 году. Гальтон стремился изучать суперменов и показал своими работами, что гениальность – это качество, обусловленное наследственно.
   Статистические методы – это приемы прикладной математики, используемые психологией для повышения объективности и достоверности получаемых данных, для обработки экспериментальных результатов. Идея корреляционного анализа родилась из попыток Ф. Гальтона исследовать закономерности наследования детьми психологических и физических признаков своих родителей. Им было разработано несколько вариантов факторного анализа для изучения интеллектуальных способностей, ряд методов был предложен специально для проверки вновь создаваемых тестов.
   Сейчас выделяют несколько направлений использования статистических методов в психологии: а) описательная статистика, включающая группировку, классификацию, графическое представление данных; б) теория статистического вывода, используемая для предсказания результата по данным обследования выборок; в) теория планирования экспериментов, служащая для обнаружения и проверки причинных связей между переменными.
   Обычно используют следующие приемы статистического анализа. Дисперсионный анализ позволяет определить меру индивидуального варьирования показателей (так, понятно, что при одинаковых средних показателях размах распределения может существенно меняться). Для некоторых исследовательских и практических задач именно дисперсия дает основную информацию. Так, например, представим себе, что средний балл, полученный школьниками за контрольную по алгебре, составляет 4 и для мальчиков, и для девочек. Но у мальчиков присутствуют и тройки, и пятерки, а все девочки активно списывали друг у друга и в результате получили по четверке. Понятно, что итог одинаков в каждой группе, а психолого-педагогический смысл, стоящий за средним баллом, совершенно различен.
   Корреляционный анализ удостоверяет наличие связи, зависимости между изучаемыми переменными. При этом подтверждается одновременность проявления этих признаков, но вовсе не их причинная обусловленность. Например, отмечается, что удовлетворенность браком у супругов отрицательно коррелирует с тревожностью (это значит: чем больше они довольны семейной жизнью, тем спокойнее себя ощущают). Однако на основании этого факта мы не можем узнать, спокойны ли они оттого, что дома все в порядке, или довольны совместной жизнью потому, что обладают низкой тревожностью и вообще позитивным отношением к жизни. Существует несколько формул подсчета коэффициентов корреляции, которые могут принимать значения от +1 до -1. Близкие к нулю корреляции не могут подтверждать наличие зависимости между переменными.
   И, наконец, факторный анализ – это группа методов, предназначенных для определения свойств, которые нельзя наблюдать и измерять непосредственно. Задача факторного анализа состоит в самом общем виде в том» чтобы уменьшить количество переменных, свести все их многообразие к нескольким общим факторам. В том случае» если по результатам подсчета коэффициентов корреляции прослеживаются особо плотные связи между несколькими показателями (корреляционные плеяды), можно предположить, что за ними стоит общий фактор – переменная более высокого уровня обобщения. Факторные модели используются сейчас везде, но особенно популярны в психологии личности и интеллекта.
   Чтобы использовать методы статистического анализа, нужно быть уверенным в нормальности распределения изучаемого качества; но даже и при этом условии существует вероятность того, что полученные результаты окажутся случайными. Эта вероятность называется «уровнем значимости».
   3. Третьей предпосылкой оформления дифференциальной психологии в подлинно научное знание явилось использование данных психогенетики – пограничной с генетикой области психологии, предметом которой является происхождение индивидуальных психологических особенностей человека, роль среды и генотипа в их формировании. Наиболее информативным явился близнецовый метод в его вариантах, который позволяет максимально уравнять воздействие среды и отдифференцировать в зависимости от источника дисперсию изучаемых качеств на аддитивную (передаваемую из поколения в поколение), неаддитивную (присутствующую у сиблингов, имеющую значение только для родственников одного поколения) и дисперсию, связанную с разницей в окружении. В последнее время, однако, используют также и генетический анализ (5, 9).

Понятие психологической нормы

   Основным потребителем дифференциально-психологических знаний является психодиагностика. В психологии индивидуальных различий рождаются понятия, для измерения которых затем создаются или подбираются методики. Здесь же возникает представление о способах оценки и интерпретации полученных результатов. В связи с этим очень важным является понятие психологической нормы, очень неоднородное по своему содержанию, на которое оказывают влияние по меньшей мере четыре фактора.
   1. Норма – статистическое понятие. Нормальным признается то, чего много, что относится к середине распределения. А «хвостовые» его части, соответственно, указывают на область низких («субнормальных») или высоких («супернормальных») значений. Для оценки качества мы должны соотнести показатель человека с показателями других и таким образом определить его место на кривой нормального распределения. Очевидно, что приставки «суб» и «супер» не дают этической или прагматической оценки качества (ведь если у человека «суперйормальный» показатель агрессивности, едва ли это хорошо для окружающих и для него самого).
   Нормы не абсолютны, они развиваются и получаются эмпирически для данной группы (возрастной, социальной и других). Так, например, на протяжении последних лет показатель маскулинности по опроснику MMPI у девушек устойчиво повышен; однако это говорит не о том, что они поголовно ведут себя как юноши, а о необходимости пересмотра устаревших норм.
   2. Нормы обусловлены социальными стереотипами. Бели поведение человека не соответствует общепринятому в данном обществе, оно воспринимается как отклоняющееся. Например, в российской культуре не принято класть ноги на стол» а в американской это никем не осуждается.

   Рис. 1. Гипотетическое распределение 600 учениц колледжа по результатам теста на доминирование. Выделены 1-й квартиль (область субнормальных значений, в которую попали девушки, избегающие быть лидерами), 2-й и 3-й квартили (область нормальных значений) и 4-й квартиль, в котором расположены показатели девушек, настойчиво стремящихся к лидерству

   3. Нормы ассоциируются с психическим здоровьем. Ненормальным может считаться то, что требует обращения к клиницисту. Необходимо отметить, однако, что и в психиатрии оценочный подход дискутируется, а в качестве наиболее существенных указаний на отклонение от нормы принимается нарушение продуктивности деятельности и способности к саморегуляции. Так, например, когда пожилой человек, осознавая слабость своей памяти, использует вспомогательные средства (записную книжку, раскладывание необходимых предметов в поле зрения), то это поведение соответствует норме, а если он, относясь к себе некритически, отказывается от необходимости «протезировать» свое жизненное пространство, то это приводит в конечном счете к неспособности решать поставленные задачи и свидетельствует о нарушении психического здоровья.
   4. Наконец, представление о нормах определяется ожиданиями, собственным необобщевяым опытом и другими субъективными переменными: так, например, если первый ребенок в семье начал говорить в возрасте полутора лет, то второй, который к двум годам еще не научился свободно изъясняться» воспринимается как наделенный признаками отставания.
   В. Штерн, призывая к осторожности в оценке человека, отмечал, что, во-первых, психологи не имеют права из установленной аномальности того или иного свойства делать заключение об аномальности самого индивида как носителя этого свойства и, во-вторых, невозможно установленную аномальность личности свести к узкому признаку как ее единственной первопричине. В современной диагностике понятие «норма» используют при изучении внеличностных характеристик, а когда речь заходит о личности, применяют термин «особенности», тем самым подчеркивая намеренный отказ от нормативного подхода.
   Итак, нормы – это не застывшее явление, они постоянно обновляются и изменяются. Обязательно должны регулярно пересматриваться и стандарты психодиагностических методик (5, 9).

Направления дифференциально-психологических исследований

   В настоящее время объектом внимания дифференциальной психологии иногда оказывается отдельный признак – например, тревожность, острота восприятия, профессиональная ориентация, а иногда – индивидуальность в целом. В. Штерн выделил четыре направления функционирования психологии индивидуальных различий, которые продолжают развиваться и обогащаться.
   Так, если изучать, насколько вариативным оказывается рассматриваемое качество, насколько велик размах его значений в данной выборке, мы проводим исследование первого направления. Если интересно выявить, с какими еще качествами одновременно проявляется интересующий нас признак, мы проводим другое исследование. При этом мы ни в первом, ни во втором случаях не задаемся вопросами генезиса и прогноза данного качества, мы ограничиваемся одномоментным срезом. Если же мы подходим к индивидуальности как к целостному явлению, нам необходимо соблюдать исторический подход, открывать причины и основные моменты развития интересующего нас качества. Историчными мы должны быть и в том случае, если пытаемся раскрыть многоуровневость и многофакторность индивидуальности – мы не знаем, что и с чем может проявляться одновременно, и должны обеспечить себе возможность применения типологического подхода. Поэтому в исследованиях второго и третьего типа мы проводим не поперечные, а продольные (лонгитюдные) срезы (11).
   Итак» к настоящему времени психология индивидуальных различий сохранила свою неоднородность, что, среди прочего, проявляется в преобладании частно-психологических теорий. Так, например, теория интеллектуальных способностей практически ничем не связана с эволюционной теорией пола» а теории темперамента никак не соотносятся с теориями черт личности. Поэтому основная тенденция современной дифференциальной психологии – это интеграция частных, разнородных знаний в единую теорию индивидуальности.
   К сожалению, и сегодня остаются верными слова В. Штерна о том, что дифференциальная психология отдельных функций, а также «психология женщины, художника, преступника и т. д. должны оставаться пока предметом обсуждения в монографиях» (11, с. 8). В дальнейшем, излагая основное содержание курса, мы постараемся придерживаться следующей логики: введение категории и ее наполнение психологическим содержанием; указание на врожденные и приобретенные детерминанты изучаемого качества; возможности психодиагностики в данной области. Однако эта структура может соблюдаться не везде, поэтому иногда мы будем ограничиваться либо данными о вариативности признака, либо рассмотрением эмпирических типологий.

   Таблица I
   Основные направления дифференциальной психологии

Вопросы и задания для самостоятельной работы

   1. Что является предметом дифференциальной психологии?
   2. В чем заключается область пересечения дифференциальной психологии с социальной, сравнительной, возрастной, этнической психологией?
   3. Каковы предпосылки возникновения психологии индивидуальных различий как научной дисциплины?
   4. В чем заключается стимулирующая и тормозящая роль эксперимента применительно к развитию дифференциальной психологии?
   5. Охарактеризуйте донаучный, естественнонаучный и гуманитарный этапы развития общей психологии.
   6. Как относится современная наука к данным графологии, физиогномики и френологии?
   7. Каковы источники формирования понятия «психологическая норма»?
   8. В чем состоит различие между «горизонтальными» и «вертикальными» исследованиями?
   9. Назовите примеры возникновения научных терминов, которые сначала возникли в психодиагностике, а затем – в теоретической психологии, и наоборот.
   10. Обрисуйте область практического применения исследования дифференциальной психологии.

Литература

   1. Анастази А Дифференциальная психология. – М.: Апрель-Пресс, 2001. – 745 с.
   2. Либин А.В. Дифференциальная психология: на пересечении европейских, российских и американских традиций. – М.: Смысл, 1999. – 534 с.
   3. Годфруа Ж. Что такое психология. Кн. 1 и 2. – М., 1992.
   4. Гриншпун И£. Введение в психологию. – М.: Международная педагогическая академия, 1994. – 146 с.
   5. Краткий психологический словарь. – М., 1985.
   6. Лейтес Н.С. Теплов и психология индивидуальных различий // Вопросы психологии. – 1982. – Т. 4. – С. 37–50.
   7. Машков В.И. Основы дифференциальной психологии. – СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та, 1998. – 132 с.
   8. Современная психология / Под ред. В.Н. Дружинина. – М.: Инфра+, 2000.
   9. Флоренская ТА. Диалог в практической психологии. – М.: ИПАН, 1991. – 244 с.
   10. Шнейдер Л.В. Основы психодиагностики. Ч. 1. – М., 1995.
   11. Штерн В. Дифференциальная психология и ее методические основы. – М.: Наука, 1998. – 335 с.

Глава 2
Методы дифференциальной психологии

Классификация методов дифференциальной психологии

   Метод в переводе с греческого означает путь, путь познания. Для того чтобы получить представление об индивидуальных различиях психики» используют различные способы получения данных. В мире животных это сделать проще – там в качестве основного применяется метод искусственной селекции. У человека же, к счастью, это пока не практикуется, но зато можно использовать статистическое исследование сходств и различий, особенно при варьировании условий воспитания. Для разных уровней индивидуальности (о чем будет говориться в следующих главах) могут быть использованы разные методы, которые можно классифицировать по разным дихотомиям (1, 2, 5, 7).
   По виду используемого опыта выделяют методы интроспективные (основанные на данных субъективного опыта) и экстраспективные (опирающиеся на объективный результат, доступный измерению).
   По активности воздействия выделяют наблюдение и эксперимент.
   По уровню обобщенности полученных закономерностей номотетические (ориентированные на общее, психологию объяснения) и идиографические (ориентированные на единичное, психографию, психологию понимания).
   По стабильности – изменению изучаемого явления различают констатирующие и формирующие методы (в которых конечное состояние изучаемого качества отличается от начального).
   Методы дифференциальной психологии развивались под влиянием оппозиции понимания и объяснения. Понимание привело к появлению идиографического подхода, объяснение – к экспериментальным методам. Противопоставление гуманитарной и естественнонаучной парадигм отразилось и в предпочтениях методического аппарата, которым пользуется исследователь. В настоящее время это противостояние смягчается.
   Однако остаются открытыми два наиболее серьезных методологических вопроса дифференциальной психологии, затрагивающие все экстраспективные методы. Первый звучит так: поскольку психические признаки даны непосредственно только самому субъекту, как, исходя из самого себя, исследователь может проникнуть в психический мир другого человека? Вопрос этот поднимает проблему аналогии, или интерпретации, в психологическом исследовании. Второй же вопрос касается соответствия между физическими признаками, которые только и даны исследователю непосредственно, и их внутренним психическим содержанием. Эта проблема касается симптоматологии (по симптому судят о психической причине). Итак, поиск максимально валидных методов психологического исследования – это постоянно решаемая и по-прежнему насущная задача.
   Методы, используемые дифференциальной психологией, можно условно разделить на несколько групп: общенаучные, психогенетические, исторические и собственно психологические.

Общенаучные методы

   Общенаучные методы представляют собой модификацию применительно к психологической реальности тех методов, которые используются и во многих других науках.
   Наблюдение – целенаправленное систематическое изучение человека, по результатам которого дается экспертная оценка.
   Существует несколько видов наблюдения.
   Преимущества метода заключаются в том, что 1) собираются факты естественного поведения человека, 2) человек воспринимается как целостная личность, 3) отражается контекст жизни субъекта.

   Таблица 2
   Виды наблюдения


   Недостатками являются: 1) слитность наблюдаемого факта с попутными явлениями, 2) пассивность: невмешательство исследователя обрекает его на выжидательную позицию» 3) отсутствие возможности повторного наблюдения, 4) фиксация результатов в описательной форме.
   Наблюдение можно сделать более научным, если сформулировать конкретную цель (определить, какие аспекты психической деятельности наблюдаются); обеспечить: объективность посредством нескольких одновременных фиксаций, систематичность, стараясь избегать больших перерывов, маскировку, организовывая наблюдение так, чтобы человек о нем не знал, и используя технику фиксации наблюдаемых явлений.
   В психологии вариантом наблюдения является самонаблюдение (см. ниже Интроспективные методы).
   Эксперимент – метод целенаправленного манипулирования одной переменной и наблюдения за результатами ее изменения. Особенность экспериментального метода в психологии состоит в невозможности прямого изучения явлений и неизбежности интерпретации фактов, в процессе чего возможны искажения, вызванные субъективным характером взаимодействующих реальностей. То есть, что бы мы ни пытались измерить, мы неизбежно сталкиваемся с взаимодействием субъективных реальностей по крайней мере трех человек: испытуемого, экспериментатора-интерпретатора и создателя используемой методики (теста).
   Преимущества экспериментального метода состоят в том, что 1) можно создавать условия, вызывающие изучаемый психический процесс, 2) возможно многократное повторение опыта, 3) возможно ведение простого протокола, 4) данные эксперимента более однотипны и однозначны по сравнению с наблюдением.
   К недостаткам относятся: 1) исчезновение естественности процесса, 2) отсутствие целостной картины личности человека, 3) необходимость специальной техники, 4) отрыв от естественного восприятия изучаемой реальности (экспериментатор больше ориентируется на показания стрелок приборов, тестов и т. д.).
   Существует несколько видов эксперимента. Лабораторный, как правило, проводится в специальных условиях, и испытуемый осведомлен о своем участии. Естественный эксперимент, введенный в научный обиход А.Ф. Лазурским, максимально приближен к условиям обычной деятельности человека, который может и не знать о факте своего участия в опыте. Например, З.М. Истомина, изучая объем кратковременной памяти дошкольников, получала существенно различные результаты в случае прямой инструкции (вспомнить слова, которые были названы) и в условиях игровой деятельности («купить в магазине» различные овощи). Камерный эксперимент занимает промежуточное положение между лабораторным и естественным (например, для изучения альтруистического поведения ребенка приглашают в кабинет методиста в детском садике, предлагая поиграть со взрослым).
   Формирующий эксперимент подразумевает не только констатацию некоторого положения дел, но и его изменение (например, удостоверившись, что высокая тревожность связана с низкой успеваемостью школьников, для них проводят тренинг уверенности в себе, который может быть отнесен к формирующим экспериментам). Вариантом формирующего является психолого-педагогический эксперимент, направленный чаще всего на апробацию метода обучения (который после этой апробации начинает называться программой).
   Эксперимент может проводиться индивидуально или в группе, краткосрочно или длительно.
   Эксперимент должен соответствовать требованиям валидности (пригодности, понимаемой как соответствие целей, методов и результатов), репрезентативности (представительности выборки и соответствия ее структуры той популяции, на которую распространяются выводы эксперимента), надежности (устойчивости результатов во времени).
   Моделирование – воссоздание психологической реальности различного содержания (ситуации, состояния, роли, настроения). Примером психологического моделирования может быть индуцирование настроения (изменение фона настроения испытуемого посредством рассказывания ему эмоционально окрашенных историй, пробуждения воспоминаний и пр.).

Психогенетические методы

   Эта группа методов направлена на выделение факторов среды и наследственности в индивидуальных вариациях психологических качеств (1, 10, 11, 12).
   Генеалогический метод – метод исследования семей, родословных, который использовался Ф. Гальтоном при написании книги «Наследственный гений». Посылкой для использования метода служит следующее положение: если некоторый признак является наследственным и кодируется в генах, то чем ближе родство, тем выше сходство между людьми по этому признаку. Поэтому в генеалогическом методе обязательно используется информация о родственниках первой степени родства, образующих нуклеарную семью (это пары родитель – потомок и сиблинг – сиблицг). Только они имеют в среднем 50 % общих генов. По мере уменьшения степени родства в (предположительно) наследуемых качествах должно проявляться меньше сходства.
   Существуют определенные правила составления генеалогических древ, символы и обозначения. Человек, ради которого составляется древо, называется пробандом (нем. der Proband – испытуемый). Члены родословной располагаются по строкам, соответствующим поколениям, от ранних к более поздним; дети также располагаются внутри одной строки по порядку рождения.
   Для задач психодиагностических и психотерапевтических иногда используют вариант генеалогического метода, называемый генограммой, в котором, наряду с отношениями родства, фиксируют отношения психологической близости (тесные – отдаленные), конфликтности, а также семейные сценарные установки. Генограмма составляется по крайней мере для семьи в пределах трех поколений и позволяет уточнить психологический контекст жизни человека (в этом случае можно говорить уже и о социальной наследуемости).
   Метод приемных детей состоит в том, чтобы в исследование включить детей, максимально рано отданных на воспитание биологически чужим родителям-воспитателям, приемных и биологических родителей. Поскольку с биологическими родителями дети имеют 50 % общих генов, но не имеют общих условий жизни, а с приемными, напротив, не имеют общих генов, но разделяют средовые характеристики жизни, то возможно разведение качеств, обусловленных наследственностью и средой. Интересующий признак изучается попарно (ребенок – биологический родитель, ребенок – приемный родитель). Мера сходства указывает на природу качества.
   Несмотря на многочисленные критические замечания по поводу операциональной валидности метода, в настоящее время он признан наиболее чистым в психогенетике.
   Близнецовый метод использовался Э. Торндайком, Р. Заззо. Среди близнецов выделяют монозиготных (развившихся из одной яйцеклетки и потому обладающих идентичными генными наборами) и дизиготных (по своему генному набору аналогичных обычным братьям и сестрам, с той только разницей, что родились одновременно). 1. Метод контрольных близнецов состоит в сравнении внутрипарно монозиготных и дизиготных близнецов. 2. Метод близнецовой пары заключается в изучении распределения ролей и функций внутри близнецовой пары, нередко образующей замкнутую социально-психологическую систему, включающую каждого из близнецов в качестве подсистемы, в силу чего близнецы образуют так называемую «совокупную личность».
   3. Метод контрольного близнеца состоит в том, что на одного из близнецов оказывают формирующее воздействие, а на другого – нет, и фиксируют время появления навыка. Если в конечном счете навык проявляется одновременно, это может быть отнесено за счет фактора созревания. Подобные эксперименты в области приучения годовалых детей к горшку и выработки навыка хождения по лестнице описаны Т. Бауэром. 4. Метод разлученных монозиготных близнецов используется в условиях социальных катаклизмов, когда в силу обстоятельств близнецы оказываются в существенно разных средовых условиях. Сходство качеств связывается с фактором наследственности, различие – с фактором среды.

Исторические методы (методы анализа документов)

   Исторические методы посвящены изучению выдающихся личностей, особенностям среды и наследственности, которые послужили импульсами для их духовного становления. Как правило, эти методы выбирают своим объектом исторического индивида – человека, деятельность которого привела к появлению результата, обладающего культурной ценностью. Однако исторический метод может быть применен и для подробного изучения вполне ординарных людей. К этой группе относят биографические, дневниковые, автобиографические методы, их общей чертой является использование первоисточников или биографий.
   Биографический метод – использование личной биографии выдающегося человека на протяжении длительного периода времени для составления его психологического портрета. В случае использования данных биографа трудность состоит в интерпретации точки зрения самого биографа, который нередко вместо фактов предоставляет выводы. Если психолог заинтересовался душевным устройством выдающегося человека, он может составить его жизнеописание и раньше официального биографа, сосредоточиваясь на психологических характеристиках; в этом случае он проводит «психографию». Вариантом биографического является также патографический метод, введенный П. Мебиусом (описание болезней выдающихся людей). В отечественной науке патографический метод использовался известным генетиком В.П. Эфроимсоном для изучения предпосылок гениальности.
   Дневниковый метод – вариант биографического метода, обычно посвящен изучению жизни обычного человека и содержит описание его развития и поведения, проводимое в течение длительного времени экспертом (родителями, воспитателем» коллегой).
   Автобиография – это жизнеописание, основанное на непосредственных впечатлениях и ретроспективном опыте. Искажения результатов данного метода могут быть вызваны процессами личностной динамики. Новейшие методы фиксации связаны с возможностями видеозаписи.

Собственно психологические методы

   Эта группа составляет основное содержание дифференциально-психологических приемов исследования (5, 6, 8, 9, 14, 15).
   Интроспективные методы (самонаблюдение и самооценка) открывают объект изучения непосредственно, что и представляет их основное достоинство. В современной науке они используются в основном на предварительном этапе исследований. 1. Самонаблюдение служит констатации актуального признака – феномена, имеющегося в данный момент у осуществляющей интроспекцию личности. К недостаткам метода относится факт разрушения значительной части психических феноменов (например аффектов) в процессе интроспекции, быстрое вытеснение феноменов в мир бессознательного и, как следствие, низкая надежность получаемых данных. Поэтому, как отмечал В. Штерн, в интроспекции нельзя принимать отрицательное экзистенциальное решение (утверждать, что не было образа или переживания, так как они могли редуцироваться при самовоспоминании). Источниками искажений являются речь (которая отстает от психического феномена), тенденция к логической связанности (в то время как психические феномены часто фрагментарны) и внушение, осуществляющееся через ожидания. Таким образом, интроспекция дает более или менее надежные данные о познаваемых элементах психики у специально обученных испытуемых.
   2. Самооценка, в отличие от самонаблюдения, отражает не только актуальные феномены, но и более стабильные психические качества. К недостаткам метода относятся поверхностность суждений (за внешне схожими симптомами могут скрываться разные свойства), ценностность большинства изучаемых свойств (в результате чего может наблюдаться стремление их преуменьшить или усилить), присутствие психического стыда (т. е. противодействия тому, чтобы раскрывать перед собой и другими сущностные свойства индивидуальности).
   Сделать самооценку более достоверным методом могут соблюдение анонимности и контроль за способностью испытуемого к самооценке.
   Психофизиологические (аппаратные) методы, предназначенные для изучения психофизиологических основ человеческого поведения, использовались в исследованиях школы Б.М. Теплова. Они требуют лабораторных условий и специальных приборов; в практической психодиагностике используются редко (13).
   1. Методика условно-рефлекторного изменения чувствительности (адаптация и сенсибилизация под влиянием раздражителей других модальностей). 2. Методика кожно-гальванических реакций (КГР) – изменение электропроводимости кожи. 3. Измерение абсолютных и дифференциальных порогов в обычных и особых условиях (зрения – при слуховых раздражителях и, наоборот, в присутствии других раздражителей – «индукционная методика», под действием кофеина и других фармакосредств). 4. Измерение других сенсорных функций: критической частоты слития мельканий и др. 5. Электроэнцефалографический метод (ЭЭГ, альфа-индекс, частота и амплитуда альфа-ритма). 6. Методика двигательных реакций (измерение времени реакции, методика сопряженных моторных изменений А. Р. Лурия, более известная под названием детектора лжи, и другие). 7. Методика дихотического прослушивания, используемая для определения церебрального доминирования по речи. Смысл ее состоит в одновременном предъявлении сначала вербального, а затем невербального материала, подаваемого одновременно в правое и левое ухо. При восприятии и воспроизведении вербального материала, как правило, преобладает левое ухо (т. е. правое полушарие), а при восприятии невербального – левое ухо. Дополнительным показателем являются данные ЭЭГ, указывающие на преимущественную активацию.
   Социально-психологические методы включают опросы и социометрию. Опросы опираются на данные самоотчета респондентов, а не на объективно регистрируемые факты. Разновидностями опросов являются беседа, интервью, анкетирование.
   1. Беседа – метод получения новой информации посредством свободного общения с человеком. В беседе роли распределяются симметрично.
   2. Интервью – особая форма беседы, при которой один из партнеров является лидером, а другой – ведомым, и вопросы задаются односторонне. Вариантом является стандартизированное интервью, содержащее строго определенный набор вопросов, которые должны быть заданы, но которые, впрочем, могут быть разбавлены другими, имеющими цель маскировки.
   3. Анкетирование – получение информации на основании ответов на специально подготовленные вопросы. Анкеты различаются а) по содержанию вопросов, б) по их форме – открытые и закрытые, в) по формулировке вопросов, г) по количеству и порядку следования вопросов.
   Анкетирование бывает устным и письменным, индивидуальным и групповым. В работе с детьми анкетный метод применяют обычно начиная с возраста десяти лет, а до тех пор ответы могут фиксироваться интервьюером.
   4. Социометрия изучает положение (статус) человека в группе и может использоваться в качестве экспертной оценки по признакам, выделяемым в качестве социометрического критерия (например, по социометрическому индексу можно судить о том, насколько человека считают альтруистичным, дружелюбным, ответственным и т. д. его коллеги по группе).
   Возрастно-психологические методы <<поперечных» и «продольных» срезов. 1. «Поперечные» срезы подразумевают сравнение отдельных различных по возрасту групп детей. Использовались А. Гезеллом для получения норм психического развития детей. Важен возрастной интервал, выбираемый для проведения исследования. Чем выше темп развития, тем меньше должны быть временные промежутки между отдельными «срезами», т. е. у маленьких детей их нужно проводить чаще. Метод подвергался острой критике со стороны отечественных психологов за отсутствие историчности.
   2. «Продольные» (лонгитюдные) срезы использовались при изучении Н.М. Щеловановым и H.Л. Фигуриным ежедневного поведения детей. Иногда изучаются отдельные стороны поведения (например, речевое развитие). Сюда же могут быть отнесены дневники, биографические методы (дневники матери и подростков), в которых содержатся результаты наблюдений детей с рождения до некоторого этапа. Недостатком метода является трудоемкость, большие временные затраты. Достоинство заключается в раскрытии динамики развития.
   Возможно сочетание продольных и поперечных срезов: вначале проводятся поперечные исследования, а затем в поворотных пунктах – более подробное продольное исследование.
   Анализ продуктов деятельности (творчества) – опосредствованное изучение психологической реальности через распредмечивание (восстановление деятельности по ее результату). Варианты – графологическая экспертиза, графические и другие проективные методы. В психолого-педагогическом исследовании они принимают форму различных видов контроля знаний (сочинения, диктанты, контрольные работы), которые позволяют воспроизвести динамику учебной деятельности человека.
   Тестирование – краткое стандартизованное испытание, предназначенное для установления межиндивидуальных, внутрииндивидуальных или межгрупповых различий. Использование тестов должно отвечать требованиям Декларации о правах человека и Конвенции о правах ребенка.
   В зависимости от изучаемой реальности тесты можно объединить в следующие группы (классификация имеет эмпирический характер, классы пересекаются). 1. Тесты способностей. 2. Тесты умений и навыков. 3. Тесты восприятия. 4. Мнения (интересы, социальные установки). 5. Эстетические тесты.
   6. Проективные тесты. 7. Ситуационные тесты (выполнение заданий в разных условиях). 8. Игровые тесты.
   Тесты очень экономичны, однако обладают малой надежностью и легко поддаются фальсификации (особенно в компьютеризованной форме, где число случайных ответов достигает иногда 30 %).
   Психосемантические методы (личностный дифференциал Ч. Осгуда, методика репертуарных решеток Дж. Келли) представляют собой группу максимально индивидуально-ориентированных методов, позволяющих определить бессознательно действующие измерения (конструкты) в отношении к миру и самому себе. Часто используются для изучения самосознания личности, требуют компьютерной обработки.

Каналы получения информации об индивидуальности

   Иногда методы изучения индивидуальности разделяют на три группы – на основании того канала, по которому была получена информация (9).
   L (life record data) – данные, основанные на регистрации поведения человека в повседневной жизни. Поскольку даже в научных целях одному психологу невозможно исчерпывающе изучить поведение человека в разных условиях, обычно привлекают экспертов – людей, имеющих опыт взаимодействия с испытуемым в значимой области.
   L-данные трудно сделать валидными, потому что нельзя освободиться от искажений, связанных с личностью наблюдателя, действует эффект ореола (систематические искажения), возможны также инструментальные искажения, связанные с несовершенством методик обследования (некорректно сформулированными вопросами). Другой недостаток L-данных – большие временные затраты.
   Чтобы повысить валидность, нужно соблюдать требования к экспертным оценкам: 1) определять черты в терминах наблюдаемого поведения (предварительно договориться, что мы будем фиксировать как проявление тревожности, агрессивности и пр.), 2) обеспечить длительность наблюдения, 3) привлекать не менее десяти экспертов на одного испытуемого, 4) ранжировать испытуемых в течение одной встречи не более чем по одному признаку, чтобы не было эффекта наведения и эксперты не повторяли свой список.
   Оценки должны быть обязательно формализованы и выражены в количественной форме.
   Т (objective test data) – данные объективных тестов (испытаний) с контролируемой экспериментальной ситуацией. Объективность достигается благодаря тому, что наложены ограничения на возможность искажения тестовых оценок и имеется объективный способ получения оценок по реакции испытуемого.
   Примерами использования Т-данных являются известные опыты Г.В. Биренбаум и Б.В. Зейгарник по запоминанию незавершенных действий, опыты с моделированием ситуаций для изучения альтруистического поведения. То есть необходимо создать целостную объективную ситуацию для проявления тех или иных особенностей личности.
   Этот канал получения данных тоже требует больших временных и кадровых затрат и используется чаще на этапе пилотажного исследования для определения гипотезы, которая затем проверяется при помощи других, более экономичных методов.
   Для того чтобы повысить валидность и эвристичность исследования, полезно применять следующие тактические приемы: 1) маскировку истинной цели исследования, 2) неожиданную постановку задач» 3) неопределенность и нечеткость формулирования целей исследования для создания зоны неопределенности и стимулирования активности испытуемого, 4) отвлечение внимания испытуемого, 5) создание эмоциональной ситуации при тестировании («Это задание до вас все выполняли с легкостью!»), 6) использование эмоционального содержания тестовой ситуации, 7) фиксацию автоматизированных реакций, 8) фиксацию непроизвольных индикаторов (электрофизиологических, биохимических, вегетативных изменений), 9) фиксацию «фоновых» индикаторов (физического статуса» уровня активности и утомления и пр.).
   Q (questionnaire data) – данные, получаемые при помощи опросников, анкет и прочих стандартизованных методов. Этот канал занимает центральное место в исследованиях индивидуальности благодаря своей высокой экономичности (можно применять в группе, автоматизированно обрабатывать результаты). Однако он не считается высоконадежным.
   Искажения получаемой информации могут быть связаны со следующими причинами: низким культурным и интеллектуальным уровнем испытуемых (заполнять анкеты сложно сельским жителям и детям моложе десяти лет), отсутствием навыков самопознания и специальных знаний, использованием неверных эталонов (особенно в ограниченном социуме, когда человек сравнивает себя с близкими, а не популяцией в целом). Кроме того, различная мотивация испытуемых может приводить к искажениям либо в сторону социальной желательности (дисимуляции, ослабления симптоматики), либо подчеркивания своих дефектов (аграеации и симуляции).
   Таким образом, абсолютно совершенного способа познания индивидуальности не существует, но, осознавая недостатки и достоинства каждого из перечисленных методов, можно научиться получать с их помощью вполне достоверную информацию. Но на этом научные изыскания не заканчиваются.

Приемы и способы научной классификации

   Полученные данные (независимо от канала) могут объединяться (9). Предположим, что мы обследовали некоторую обширную выборку испытуемых (Иванов, Сидоров, Петров, Федоров) по психологическим проявлениям, которые мы можем условно обозначить как А, В, С, D, и свели их в единую таблицу.
   Нетрудно заметить, что результаты Иванова напоминают результаты Федорова. Мы можем объединить их в один столбик вместо двух и дать название введенному нами типу личности (например, ИваФедороид). Всех, кто напоминает по своим психологическим качествам Иванова с Федоровым, мы можем теперь относить к одному типу. То есть тип – это обобщение, сделанное по группе испытуемых с похожими качествами. При этом, разумеется, в результате такого обобщения мы теряем индивидуальные отличия Иванова и Федорова (например, мы игнорируем несовпадение показателей по признаку D).
   Далее мы можем обратить внимание и на то, что признаки А и С, В и D принимают практически одни и те же значения. Это может быть связано с тем, что за этими проявлениями стоит общий фактор. И мы можем объединить столбцы нашей матрицы, присвоив новые названия психологическим качествам – например, вместо А и С ас» а вместо В и D – bd. Устойчивый способ поведения в различных ситуациях и условиях называется чертой личности.

   Таблица 3
   Гипотетические показатели гипотетических респондентов


   И таблица сокращается, а психолог получает данные о типах личности и чертах личности (в строгом исследовании эти процедуры, разумеется, осуществляются при помощи факторного анализа).
   В конечном счете не очень важно, какая методика была выбрана для изучения индивидуальных свойств человека, главное, чтобы она корректно применялась и оказалась полезной для приращения нового научного знания. А чтобы это произошло, полученные результаты необходимо обобщать (процедура деления некоторого множества на подмножества называется таксономией, или классификацией).
   В психологии индивидуальных различий не все типологии составлялись с учетом этих требований. Однако среди эмпирических (ненаучных) классификаций есть очень интересные, а строго научная может оказаться вполне бесполезной.

   Таблица 4
   Результат обобщения частных показателей отдельных респондентов


   Итак, очевидно, что для изучения признаков используются одни методы, а для исследования индивидуальности – другие. Поэтому для составления программы научного или практического исследования нужно последовательно определить следующие моменты: 1. Что является предметом рассмотрения – признак или индивидуальность? 2. К какому уровню индивидуальности относится рассматриваемое явление? 3. Какой парадигмы придерживается исследователь – естественнонаучной или гуманитарной? 4. Что предпочтительнее применять – качественные или количественные методы? 5. Наконец, конкретные методики какого рода следует ввести в программу?

Вопросы и задания для самостоятельной работы

   1. В чем состоит специфика психических феноменов и какие методологические трудности это вызывает?
   2. Как трансформируются общенаучные методы в дифференциальной психологии?
   3. Какие методы, заимствованные из других наук, использует дифференциальная психология?
   4. Обрисуйте возможности и ограничения каждого из методов дифференциальной психологии.
   5. Нарисуйте учебную генограмму для своей семьи по признакам «успеваемость в школе», «количество детей», «склонность к разводу».
   6– Попробуйте составить психологический портрет кого-либо из выдающихся писателей а) по впечатлению от его творчества, б) по личной биографии. Постарайтесь обнаружить причины расхождений ваших заключений, полученных с применением метода анализа продуктов творчества и метода биографии; аргументируйте их.
   7. В чем состоят различия между L-, Q– и Т-данными?
   8. Что такое идиографический и номотетический подходы; какой из них более адекватен предмету дифференциальной психологии?
   9. В. Штерн писал о психологической интерпретации: «А как же качественно отличное инобытие другого может стать доступным выводу по аналогии? Благодаря тому, что направление вывода об аналогии становится в определенном смысле перевернутым. Более простой… вывод по аналогии был центробежным; в этом случае я приписывал другому нечто, известное мне по самому себе. Теперь его надо сделать центростремительным: чему-то, предполагаемому у другого (на основании симптомов), я должен найти аналог у себя, либо, что еще труднее, создать его» (15, с. 45). Сопоставьте позицию В. Штерна, с одной стороны, и В.П. Зинченко и М.К. Мамардашвили – с другой (3).
   10. Какого рода результаты дает обобщение по группе респондентов и по группе поведенческих признаков в различных ситуациях?

Литература

   1. Акимова М.К. Интеллектуальные тесты // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 122–128.
   2. Анастази А. Психологическое тестирование. Кн. 1 и 2. – М.: Педагогика, 1982.
   3. Зинченко ВЛ., Мамардашвили MIC. 06 объективном методе в психологии // Вопросы философии. – 1977. – Ms 7, – С. 109–125.
   4. Краткий психологический словарь. – М., 1985.
   5. Либин АЗ. Дифференциальная психология: на пересечении европейских, российских и американских традиций. – М.: Смысл, 1999. – 534 с.
   6. Лучшие психологические тесты. – Петроком, 1992.
   7. Машков В.Н. Основы дифференциальной психологии. – СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та, 1998. – 132 с.
   8. Мейли Р. Факторный анализ личности // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 84—100.
   9. Мельников В.М., Ямпольский Л.Т. Введение в экспериментальную психологию личности. – М., 1985.
   10. Рави-Щербо ИЗ. Исследование природы индивидуальных различий методом близнецов // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 101–121.
   11. Равич-Щербо И.В., Марютина ТМ., Григоренко Е.Л. Психогенетика. – М.: Аспект Пресс, 1999. – 445 с.
   12. Современная психология / Под ред. В.Н. Дружинина. – М.: Инфра+, 2000.
   13. Теплое Б.М. Современное состояние вопроса о типах высшей нервной деятельности человека и методика их определения // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 24–31.
   14. Шнейдер Л.В. Основы психодиагностики. Ч. 1. – М., 1995.
   15. Штерн В. Дифференциальная психология и ее методические основы. – М.: Наука, 1998. – 335 с.

Глава 3
Источники индивидуальных различий. Личность, индивид, индивидуальность

Взаимодействие среды и наследственности

   Определение источников индивидуальных вариаций психического – центральная проблема дифференциальной психологии. Известно, что индивидуальные различия порождаются многочисленными и сложными взаимодействиями между наследственностью и средой. Наследственность обеспечивает устойчивость существования биологического вида, среда – его изменчивость и возможность приспосабливаться к изменяющимся условиям жизни. Наследственность содержится в генах, передаваемых родителями эмбриону при оплодотворении. Если имеется химическая разбалансировка или неполнота генов, развивающийся организм может иметь физические аномалии или психические патологии. Однако даже в обычном случае наследственность допускает очень широкий спектр вариаций поведения, являющихся результатом суммирования норм реакций разного уровня – биохимических, физиологических, психологических. А внутри границ наследственности конечный результат зависит от среды. Таким образом, в каждом проявлении активности человека можно найти что-то от наследственности, а что-то – от среды, главное – определить меру и содержание этих влияний (1, 2, 4, 17, 19).
   Кроме того, у человека присутствует социальное наследование которого лишены животные (следование культурным образцам, передача акцентуации, например шизоидной, от матери к ребенку посредством холодного материнского воспитания, формирование семейных сценариев). Однако в этих случаях отмечают скорее устойчивое проявление особенностей на протяжении нескольких поколений, но без генетической фиксации. «Так называемое социальное наследие в действительности не может устоять под влиянием окружающей среды», – пишет А. Аластази (1, с. 75).
   Относительно понятий «изменчивость», «наследственность» и «среда» существует несколько предрассудков. Хотя наследственность отвечает за устойчивость вида, большинство наследственных признаков поддается изменению, и даже наследственные болезни не являются неизбежными. Точно так же верно и то, что следы средовых влияний могут быть весьма устойчивыми в психологическом облике индивида, хотя передаваться последующим поколениям генетически они не будут (например, нарушения развития ребенка в результате родовой травмы) (1).
   Разные теории и подходы по-разному оценивают вклад двух факторов в формирование индивидуальности (X, 2, 3, 4, 17, 19, 21). Исторически выделились следующие группы теорий с точки зрения предпочтения ими биологической или средовой, социально-культурной детерминации. 1. В био генетических теориях формирование индивидуальности понимается как предопределенное врожденными и генетическими задатками. Развитие есть постепенное развертывание этих свойств во времени, а вклад средовых влияний очень ограничен. Биогенетические подходы нередко служат теоретической основой расистских учений об изначальном различии наций. Сторонником этого подхода был Ф. Гальтон, а также автор теории рекапитуляции Ст. Холл. 2. Социогенетические теории (сенсуалистический подход, утверждающий примат опыта) утверждают, что изначально человек – чистая доска (tabula rasa), а все его достижения и особенности обусловлены внешними условиями (средой). Подобная позиция разделялась Дж. Локком. Эти теории более прогрессивны, но их недостаток – понимание ребенка как изначально пассивного существа, объекта влияния (1, 4, И, 17). 3. Двухфакторные теории (конвергенции двух факторов) понимали развитие как результат взаимодействия врожденных структур и внешних влияний. К. Бюлер, В. Штерн, А. Вине считали, что среда накладывается на факторы наследственности. Основоположник двухфакторной теории В. Штерн отмечал, что ни об одной функции нельзя спрашивать, извне она или изнутри. Надо интересоваться – что в ней извне и что изнутри. Но и в рамках двухфакторных теорий ребенок по-прежнему остается пассивным участником происходящих в нем изменений. 4. Учение о высших психических функциях (культурно-исторический подход) Л.С. Выготского утверждает, что развитие индивидуальности возможно благодаря наличию культуры – обобщенного опыта человечества[1]. Врожденные свойства человека являются условиями развития, среда – источник его развития (потому что в ней содержится то, чем должен овладеть человек). Высшие психические функции, которые свойственны только человеку, опосредствованы знаком и предметной деятельностью, представляющими собой содержание культуры. А для того чтобы ребенок мог его присвоить, необходимо, чтобы он вступил в особые отношения с окружающим миром: не приспосабливался, а активно присваивал себе опыт предшествующих поколений в процессе совместной деятельности и общения со взрослыми, являющимися носителями культуры (3, 5, 8).
   Вклад наследственности и среды пытается определить генетика количественных признаков, анализирующая различные виды дисперсии значений признака. Однако не каждый признак является простым, фиксируемым одним аллелем (парой генов, среди которых есть доминантный и рецессивный). Кроме того, итоговый эффект не может быть рассмотрен как арифметическая сумма влияния каждого из генов, потому что они могут, проявляясь одновременно, также взаимодействовать между собой, приводя к системным эффектам. Поэтому, изучая процесс генетического контроля психологического признака, психогенетика стремится получить ответ на следующие вопросы: 1. В какой мере генотип определяет формирование индивидуальных различий (т. е. какова ожидаемая мера вариативности)? 2. Каков конкретный биологический механизм этого влияния (на каком участке хромосомы локализованы соответствующие гены)? 3. Какие процессы соединяют белковый продукт генов и конкретный фенотип? 4. Существуют ли средовые факторы, изменяющие исследуемый генетический механизм? (5, 17).
   Наследуемость признака распознается по наличию корреляции между показателями биологических родителей и детей, а не по сходству абсолютного значения показателей. Предположим» что в результате исследований обнаружилось сходство между характеристиками темперамента биологических родителей и их отданных на усыновление детей. Скорее всего, в приемных семьях дети будут испытывать влияние общих и различающихся средовых условий, в результате чего по абсолютным показателям они станут также похожими и на приемных родителей. Однако корреляции отмечаться не будет.
   В настоящее время дискуссия между сторонниками факторов наследственности и среды утратила былую остроту. Многочисленные исследования, посвященные выявлению источников индивидуальных вариаций, как правило, не могут дать однозначной оценки вклада среды или наследственности. Так, например, еще благодаря психогенетическим исследованиям Ф. Гальтона, проведенным в 20-е годы с использованием близнецового метода, было обнаружено, что биологически детерминированные характеристики (размеры черепа, другие измерения) определены генетически, а психологические качества (коэффициент интеллектуальности по разным тестам) дают большой разброс и обусловлены средой. На него влияют социальный и экономический статус семьи, порядок рождения и пр.
   Современное положение дел в области изучения взаимодействия среды и наследственности иллюстрируется двумя моделями средовых влияний на интеллектуальные способности. В первой модели Зайонч и Маркус утверждали: чем больше времени родители и дети проводят вместе, тем выше корреляция коэффициента интеллектуальности со старшим родственником (экспозиционная модель). То есть ребенок по своим интеллектуальным способностям похож на того, кто дольше его воспитывает, и если родители по каким-либо причинам уделяют ребенку мало времени, он будет похож на няню или бабушку. Во второй модели, однако, констатировалось противоположное: МакАски и Кларк отмечали, что наиболее высокая корреляция наблюдается между ребенком и родственником, являющимся предметом его идентификации (идентификационная модель). То есть самое главное – быть для ребенка интеллектуальным авторитетом, и тогда на него можно влиять даже дистантно, а регулярная совместная деятельность вовсе не обязательна (6, 19), Сосуществование двух по сути исключающих друг друга моделей еще раз показывает, что большинство дифференциально-психологических теорий носят узко ограниченный характер, а общих теорий пока практически не создано.

Современное понимание наследственности и среды

   Итак, к настоящему времени, не отрицая вклада среды и наследственности в формирование и проявление индивидуальных различий психики, теория дифференциальной психологии идет по пути уточнения этих понятий. Наследственность стала пониматься шире: это не просто отдельные признаки, влияющие на поведение (например, свойства нервной системы, как считалось в течение долгого времени), но также и врожденные программы поведения, в т. ч. и социального (грациализация, репродуктивное, территориальное поведение и пр.). Программы социального поведения, число которых постоянно увеличивается, изучаются социоэтологией (20). Программы отличаются от сменяющих друг друга под воздействием среды признаков тем, что в этом случае траектория развития предвосхищена; программа содержит в себе и время ее «запуска», и последовательность критических точек.
   Понятие среды тоже изменилось. Это не просто изменяющийся ряд стимулов, на которые индивид реагирует в течение всей жизни – начиная от воздуха и пищи и кончая условиями образования и отношением товарищей. Это скорее система взаимодействий человека и мира. М. Черноушек предлагает следующие признаки среды (24): 1. У среды отсутствуют твердо фиксированные рамки во времени и пространстве (т. е. она является фоном человеческого бытия, выступающего в качестве фигуры). 2. Она воздействует на все чувства сразу. 3. Среда дает не только главную, но н второстепенную (периферийную) информацию. 4. Она содержит всегда больше информации, чем мы способны переварить. 3. Среда воспринимается в связи с деятельностью. 6. Любая среда, наряду с материальными особенностями, обладает психологическими и символическими значениями. 7. Окружающая среда действует как единое целое. Таким образом, очевидно, что мы одновременно существуем в нескольких средах.
   У. Бронфенбреннер в своей книге «Экология человеческого развития» представил экологическую среду как систему из четырех концентрических структур (13). Микросистема – структура деятельностей, ролей и межличностных взаимодействий в данном конкретном окружении. То есть даже применительно к двум близнецам мы не можем утверждать идентичность среды развития, потому что к ним предъявляются разные требования, разные ожидания, потому что один из них неминуемо назначается старшим, а другой – младшим. Мезосистема – структура взаимоотношения двух и более сред (семья и работа, дом и группа сверстников). Так, если брат и сестра ходят в одну школу, но сестре разрешают приводить домой подруг, а брату – нет, мезосистема их жизнедеятельности будет различаться. Экзосистема – среда, в пространстве которой происходят значимые события (круг общения). Так, дети могут ходить в одну и ту же школу, но при этом круг одноклассников может быть значимым для одного и безразличным для другого, все важные жизненные события которого происходят, например, в драмкружке. И, наконец, макросистема – субкультура (ценности, законы и традиции, которым следует человек). У. Бронфенбреннер полагал, что макросистема играет решающую роль в образе жизни человека, подчиняя себе все «внутренние» системы. Так, понятно, что если в стране не поощряется рождаемость и не предоставляется отпуск по уходу за ребенком, то ребенок будет расти в условиях материнской депривации, а микро-, мезо– и экзосистемы могут оказаться недостаточными, чтобы это компенсировать. С другой стороны, независимо от частных внешних условий, основные составляющие образа жизни и мировоззрения сохраняются в субкультуре.
   По мнению У. Бронфенбреннера, среда содержит два основных измерения: эго виды деятельности, в которые вовлечен человек, и характеристики наставников (учителей), которых он выбирает для себя в течение всей жизни. На разных стадиях развития человек, естественно, выбирает и меняет свою среду, причем в течение жизни роль собственной активности в формировании среды постоянно увеличивается.
   Еще одна структура среды предложена известной отечественной исследовательницей B.C. Мухиной (11). В понятие среды она включает предметный мир, образно-знаковые системы, социальное пространство и природную реальность. Говорят также об языковой среде, образовательной среде (В.В. Рубцов), которые представляют собой источник тех или иных достижений человека. Причем сегодня, без сомнения, можно говорить уже и о виртуальной среде (проявляющейся в феноменах «Томагоччи», компьютерной зависимости и других явлениях устойчивого аффективного отношения к объективно не существующим явлениям). Средовое влияние, таким образом, включает в себя определенность психических особенностей географическими условиями – ландшафтом, климатом и т. д. (географический детерминизм), содержанием культуры и субкультуры, необходимыми и ценными для субъекта вещами, наконец, качеством и формой общения человека. Присвоение (персонализация) содержимого среды – важный фактор личности и самосознания человека.
   Одной из попыток примирения сторонников биогенетических и социогенетических концепций является ортогенетическая концепция X. Вернера (ортогенез – это теория развития живой природы) (13). Согласно его взглядам, все организмы рождаются с функциями (в том числе и психическими), зафиксированными на нижней точке своего развития. Взаимодействуя со средой, они приобретают новый опыт, который, в свою очередь, закрепляется в новых функциональных структурах, вновь определяющих минимум взаимодействия, но уже нового качества. Таким образом, организация предшествующих стадий подразумевает, но не содержат в себе организацию последующих. X. Вернер сравнивал организм с актером на сцене: в ходе развития происходит сдвиг от сцены к актеру. Чем выше стадия, тем чаще инициатива исходит от индивида, становящегося все более активным, начинающим манипулировать средой, а не только пассивно на нее откликаться. Расширение возможностей субъекта выражается в понимании групповых целей, умении откликаться на отсроченные и запланированные задачи.
   Другой известный исследователь Дж. Вулвилл, также отмечая изменение меры активности субъекта, предложил 4 модели взаимодействия субъекта и среды. Модель «больничной койки» – характерна для первых месяцев жизни человека, отмеченных почти полной его пассивностью. В модели луна-парк» – объекты среды уже могут выбираться ребенком, но их влияние остается неизменным. В модели, названной «соревнованием пловцов», субъект следует своему пути, а среда – лишь контекст жизни. И, наконец, модель «теннисного мяча» характеризуется постоянным взаимодействием между субъектом и средой (этот взгляд в общем отвечает позиции X. Вернера) (13).
   Итак, при изучении индивидуальных различий психики важно осознавать факт несовпадения понятий, во-первых, «средовое» и «социальное» влияние, во-вторых, «наследственное» и «биологическое», и, в-третьих, «устойчивое» и «наследуемое». Очевидно, что поскольку меняется среда и по-разному разворачиваются врожденные программы поведения человека, то и психика человека индивидуализируется в течение всей жизни. При этом в ней присутствуют области более вариативные и чувствительные к влиянию среды и относительно устойчивые. Более того, использование психогенетических методов позволяет определить вклад наследуемости, общей и различающейся для каждого человека среды. Отмечая общее, особенное и единичное, обычно используют термины индивид, личность, индивидуальность (3, 7, 14, 22).

Индивид, личность, индивидуальность

   Индивид – это физический носитель психологических характеристик человека (впрочем, К.А. Абульханова-Славская использует понятие «социальный индивид», чтобы отделить конкретного субъекта от социальной группы). Индивид создает предпосылки особенностей личности, но не может принципиально детерминировать тех ее качеств» которые социокультурны по происхождению. Личность же (согласно определению А.Н. Леонтьева) – системное качество индивида, приобретаемое им в ходе культурно-исторического развития и обладающее свойствами активности, субъектности» пристрастности, осознанности (3, 8).
   По логике этого определения, не каждый индивид развивается в личность, а личность» в свою очередь, не всегда однозначно определяется своими анатомо» физиологическими предпосылками. Несовпадение индивида и личности иллюстрируется на примере литературных персонажей, не имеющих телесной оболочки, но при этом обладающих вполне определенными чертами личности (таковы, например, поручик Киже из повести Ю. Тынянова, несуществующий рыцарь Агилульф из романа И. Кальвин о) (3, 8, 21). Понимание взаимодействия индивида и личности отражает в целом проблему тела и духа, которая решалась в истории по-разному. Так, например, утверждая, что тело – это судьба, 3. Фрейд биологическому фундаменту личности отводил решающую роль в жизни человека, а в отечественной психологии, напротив, несколько десятилетий назад широко обсуждались условия становления индивида личностью: кто может быть ею назван, а кто остается всего лишь индивидом. Это противопоставление, впрочем, имело не столько научный, сколько идеологический смысл, что вполне осознавалось сторонниками психофизиологического крыла психологии индивидуальных различий.
   В отечественной психологии существует несколько подходов к выделению структуры индивидуальности, авторами которых являются Б.Г. Ананьев, B.C. Мерлин, Э.А. Голубева. Сопоставительный анализ их взглядов проведен М.С. Егоровой (5).

   Таблица 5
   Сопоставление структуры индивидуальности в подходах Б.Г. Ананьева, B.C. Мерлина и Э.А. Голубевой (по 5)

   Для того чтобы объединить характеристики индивида и личности, B.C. Мерлин ввел понятие интегральной индивидуальности, подчеркивая самим названием, что все природные и социальные качества в ней плотно связаны (10). B.C. Мерлин, в отличие от А.Н. Леонтьева, не противопоставлял индивидные и личностные черты, а старался их соподчинить. Индивидное включается в индивидуальность. Индивидуальность – это саморазвивающаяся и саморегулируемая автономная, уникальная и неповторимая биосоциальная система. Она включает многомерные и многоуровневые связи, охватывающие все устойчивые факторы индивидуального развития человека, иерархически соподчиняя в себе свойства всех ступеней развития материи – физические, биохимические, физиологические, социально-групповые и общественно-исторические. Это форма бытия отдельного человека, в рамках которой он сохраняет целостность и тождественность самому себе в условиях непрерывных внешних и внутренних изменений (16).
   Важными в этом трудном для восприятия определении являются следующие моменты. В индивидуальности связаны между собой все проявления человека как организма, личности и носителя самосознания, причем эти проявления оказывают взаимное влияние друг на друга, в чем и проявляется способность саморегуляции – то есть, несколько огрубляя, можно сказать, например, что темперамент диктует загрузку человека и склоняет его к выбору профессии, а цели и ценности могут оказаться связанными с психотипом (характерологическими особенностями). И, несмотря на то что тканевый состав человека обновляется (внутренние изменения), а жизнь ставит новые задачи (внешние изменения), человек не теряет чувства «Я» – условие целостности, при нарушении которого личность переживает внутренние противоречия, конфликт и может, расщепляясь, прийти к саморазрушению.
   Итак, несколько упрощенно можно сказать, что индивидуальность – это индивид, личность и существующие между ними связи. Отмечая неоднородность разных характеристик индивидуальности, можно представить ее как трехэтажное «здание» (3, 4, 5, 10).
   Тогда на нижнем уровне (биологическом фундаменте личности) мы можем собрать все индивидные, формально-динамические характеристики (пол, темперамент, задатки способностей, асимметрию полушарий головного мозга). На втором уровне мы размещаем предметно-содержательные качества (черты, типы личности, способности, стилевые характеристики поведения). А на третьем, верхнем уровне будут присутствовать духовно-мировоззренческие характеристики (направленность личности, ценности, убеждения, взгляды, установки).
   Для удобства запоминания можно использовать такую схему: нижний этаж (природа) стимулирует активность «потому что» – от потребностей, средний этаж обеспечивает средства деятельности человека (способности, характер, особенности когнитивных функций, стилевые характеристики), а третий этаж – это цели (направленность личности, особенности самосознания – «для чего» деятельность осуществляется, к чему человек стремится). Уровни индивидуальности оказывают друг на друга взаимное, не только восходящее, но и нисходящее влияние.
   Соподчинение не означает главенства какого-то из этажей. Но нижний более устойчив во времени, практически не поддается социальному воздействию (попробуйте-ка изменить пол или асимметрию полушарий!), средний более восприимчив к воспитанию (характер можно изменять, способности – формировать), а в третьем уровне биологического содержится очень мало, и он в наибольшей степени изменчив (в самом деле, взгляды, убеждения, ценности человек меняет в течение жизни несколько раз).
   Естественно, существуют и другие попытки выделить структуру индивидуальности. Так, например, К. Леонгард выделяет 3 сферы: направленность интересов и склонностей (по содержанию напоминает выделенные нами духовно-мировоззренческие свойства), чувства и воля (близкие понятию «темперамент») и ассоциативно-интеллектуальная (соответствующая способностям и стилевым особенностям). Сравнительный анализ представлений о структуре индивидуальности, сложившихся в рамках отечественной психологии, предпринят в современном учебнике М.С. Егоровой (5). Таким образом, выделение трех этажей устойчиво прослеживается в разных подходах (5, 8).

   Таблица 6
   Структура индивидуальности


   Исторически сложилось так» что разным «этажам» индивидуальности соответствовали и разные подходы в изучении. Так, «содержательно-смысловой» подход направлен на познание и измерение индивидуальных вариаций характера, знаний, умений, способностей, смыслов, переживаний и других устойчивых психологических особенностей человека. «Поведенческий» же подход (который не нужно путать с бихевиористским!) связан с анализом объективно регистрируемых форм поведения – биохимических, вегетативных, моторных составляющих человеческой активности. Б.М. Теплов в свое время справедливо отмечал, что в первом подходе, несмотря на всю его содержательную привлекательность, отсутствует теоретическая основа, которая могла бы подтвердить валидность выдвигаемых психологических понятий (20, 23). Ведь нередко к чертам личности, например, относят чисто ситуативные флуктуации поведения, а их устойчивость весьма сомнительна. Для того чтобы убедиться, что индивидуальные различия, измеряемые при помощи тестов, не случайны, необходимо связать их со свойствами нервной системы (и другими биологическими факторами). То есть дифференциальная психология может быть признана объективной наукой только после того, как она докажет содержательную валидность своих конструктов.
   Задача подведения под дифференциальную психологию объективной базы может быть возложена на дифференциальную психофизиологию (20, 23).

Дифференциальная психофизиология как научная база психологии индивидуальных различий

   Одним из первых на связь поведения и свойств нервной системы обратил внимание выдающийся русский физиолог И.П. Павлов, в своих опытах на собаках выделивший такие свойства нервных процессов, как сила, подвижность» равновесие. Эти качества обеспечивают приспособляемость особи к изменениям среды. Всего же, комбинируя эти свойства, можно теоретически составить 24 типа нервной системы (при этом тип понимается как обобщенная картина поведения) (15). 4 из них могут быть поставлены в соответствие типам темперамента, давно известным в медицине (сангвиник, флегматик, холерик, меланхолик), однако И.П. Павлов особо подчеркивал, что закономерности, обнаруженные благодаря экспериментам на животных, не могут быть прямо перенесены на поведение человека.
   Свойства нервной системы как основы индивидуально-психологических различий изучались также и в школе Б.М. Теплова – В.Д. Небылицына, однако их подход несколько отличался от подхода И.П. Павлова (9, 12, 20, 21» 23).

   Таблица 7
   Свойства нервной системы по И.П. Павлову


   Принципы, на которых они строили свои исследования, до сих пор представляют собой основу дифференциально-физиологических исследований (5).
   1. Необходимо изучать свойства, а не типы. Если И.П. Павлов придерживался синтетического (типологического подхода), то Б.М. Теплов считал, что сначала нужно выделить отдельные свойства, а уже затем изучать их возможные сочетания.
   2. Необходимо осуществлять количественный анализ, а не описание отдельных случаев. Этот принцип ориентирует на четкое следование естественнонаучной, объективной парадигме исследования.
   3. Необходимо использовать лабораторный эксперимент, а не описание повседневных проявлений свойств нервной системы.
   4. Необходимо изучать только непроизвольные реакции организма. То есть элементы прижизненной регуляции должны быть сведены к минимуму.
   5. Нельзя использовать оценочный подход к индивидуальным различиям в психофизиологических характеристиках (т. е. не бывает свойств хороших и плохих, каждое из них может оказаться полезным для какой-либо деятельности).
   Б.М. Теплов и В.Д. Небылицын всего выделили по четыре свойства, относящихся к процессам возбуждения и торможения, итого – восемь. 1. Сила (выносливость) нервной системы к возбуждению – это способность выдерживать длительное или часто повторяющееся возбуждение. Экспериментальный прием, который использовался для изучения силы, – многократное повторение через короткие интервалы условного рефлекса с подкреплением. С силой коррелирует сопротивляемость к тормозящему действию посторонних раздражителей, особенности концентрации, величина абсолютных порогов зрения и слуха (чувствительность). Сила нервной системы к торможению – это способность выдерживать часто повторяемое действие тормозного раздражителя, что необходимо для создания дифференцировок – способности различения, которую И.П. Павлов называл «славой больших полушарий». Итак, сила свидетельствует о работоспособности и выносливости нервной системы. 2. Динамичность – скорость образования условных реакций. 3. Подвижность нервных процессов – переделка знаков раздражителей, скорость смены возбуждения торможением и торможения возбуждением. Это свойство является основой обучаемости. 4. Лабильность – скорость возникновения и прекращения нервных процессов.
   Для валидизации этих свойств было необходимо выделить свойства активированности мозга, которые носили бы обобщенный, а не парциальный характер, и таким образом могли бы рассматриваться в качестве коррелятов СНС (свойств центральной нервной системы). При помощи ЭЭГ выделены четыре интегративных свойства, которые, по-видимому, могут быть поставлены в соответствие СНС: общая мощность активированности (сила), пространственно-временная синхронизация и когерентность ЭЭГ-процессов, скорость достижения минимального предела активированности и скорость достижения максимального предела активированности, свидетельствующие о лабильности мозга как целого. По-видимому, эти свойства могут объяснить индивидуальные различия во всех значимых областях психики – особенности темперамента, характера, когнитивные стили, скорость интеллектуальных и других процессов могут быть связаны с этими характеристиками.
   Изучая силу и динамичность нервной системы, В.Д. Небылицы н отметил отчетливые связи между СНС и психологическими проявлениями – так, например, люди со слабой нервной системой легче справляются с монотонной работой, а в экстремальных ситуациях лучше проявляют себя люди, обладающие силой и динамичностью (12).
   Поскольку общие свойства нервной системы образуют устойчивую основу человеческого поведения, естественно, исследовался вопрос об их наследуемости (16). Исследования на близнецах показали, что внутрипарное сходство показателей ЭЭГ у них чрезвычайно высоко, причем это относится и к детям, и к пожилым близнецам. Однако было также обнаружено существование устойчивых в онтогенезе СНС (динамичности и силы), относительно наследственной природы которых надежных данных пока не получено. Таким образом, можно сделать вывод об устойчивости СНС, но нельзя объяснить природу их происхождения. Итак, биологическое, определяя поведение человека и его индивидуальные вариации, не всегда оказывается наследуемым.

Специальная теория индивидуальности

   На расшифровку конкретного действия биологических факторов и направлена специальная теория индивидуальности, в которой В.М. Русалов уточнил некоторые положения учения B.C. Мерлина об интегральной индивидуальности. Она включает в себя следующие пять положений (21).
   1. Биологические факторы индивидуальности – это не только телесная, морфофункциональная организация человека, но и программы поведения, создавшиеся в процессе эволюции живого мира. Программы эти начинают свое действие с момента зачатия, и уже на третьем месяце жизни эмбриона проявляются устойчивые формы индивидуального поведения[2].
   2. Существуют два типа одновременно действующих законов. В результате действия одних формируются предметно-содержательные характеристики психики (мотивы, интеллект, направленность), в результате других – формально-динамические особенности индивидуального поведения.
   Раньше не было данных об их происхождении, но теперь можно констатировать, что для содержательно-предметных характеристик структура обобщения задается извне, от среды, обеспечивая таким образом изменчивость психики. А формально-динамические свойства имеют другой источник, представляя собой результат обобщенных биологических программ. Таким образом, формально-динамические свойства, характеризуя все виды человеческой деятельности, позволяют» не растворяясь в мире, сохранять устойчивость, а предметно-содержательные – отвечать самоизменением на все разнообразие окружающего мира.
   3. Обобщение врожденных программ идет по трем направлениям. Первое направление – это динамико-энергетические характеристики поведения (выносливость, пластичность, скорость). Второе – эмоциональные характеристики (чувствительность, лабильность, доминирующее настроение). Третье – предпочтения (стимульной среды, когнитивного стиля). Таким образом, жизнестойкость, чувствительность, стремление к разнообразию или монотонности представляют собой устойчивые, практически не изменяющиеся на протяжении жизни человека свойства.
   4. Формальные свойства (традиционно объединяющиеся под общим термином «темперамент») не существуют изолированно, а включаются в более высокоорганизованные структуры личности. Это положение следует определению индивидуальности как иерархической системы, данному B.C. Мерлиным.
   5. Формально-динамические характеристики не только выступают в качестве предпосылок и условий деятельности, но и влияют на ее динамику, своеобразие и стиль, т. е. могут определять конечные результаты деятельности. Таким образом, формально-динамические свойства, предоставляя некоторую свободу в выборе стиля деятельности, тем не менее задают границы ее возможной продуктивности (подробнее мы поговорим об этом в связи с понятием «Индивидуальный стиль деятельности»).
   Итак, специальная теория индивидуальности – это теория о происхождении, структуре и месте биологических факторов[3] (которые В.М. Русалов объединяет под общим понятием «темперамент») в общей структуре индивидуальных свойств человека.
   На этом мы можем считать введение в дифференциальную психологию завершенным и перейти к изучению конкретных характеристик индивидуальности – функциональной асимметрии полушарий, темперамента, характера, черт и типов личности, способностей, психологического пола, ценностных ориентаций и направленности.

Вопросы и задания для самостоятельной работы

   1. Что рассматривают в качестве источников индивидуальных различий психики?
   2. Назовите теории развития, относимые к двухфакторным. Как представлены среда и наследственность в концепции Л.C. Выготского?
   3. Как соотносятся и чем различаются индивид, индивидуальность и личность?
   4. Что помимо видовых биологических особенностей может быть отнесено к надындивидуальным свойствам человека (общим для многих)? Попробуйте, опираясь на свой ответ, уточнить предмет дифференциальной психологии.
   5. В чем состоит психологический смысл специальной теории интегральной индивидуальности?
   6. Как понимается биологическая обусловленность психики человека в свете последних разработок дифференциальной психофизиологии?
   7. Как соотносятся дифференциальная психофизиология и дифференциальная психология?
   8. Какие типологические свойства нервной системы выделяют? Как они определяют поведение человека?
   9. В чем состоит отличие врожденных программ поведения от врожденных качеств и какое значение для психотерапевтической практики может иметь понятие программы поведения?
   10. Вспомните и перечислите качества, входящие в структуру разных «этажей» индивидуальности.

Литература

   1 .Анастази А. Дифференциальная психология. – М.: Апрель-Пресс, 2001. – 745 с.
   2. Анастази А. Психологическое тестирование. Кн. 1 и 2. – М.: Педагогика, 1982.
   3. Асмолов АХ. Личность как предмет психологического исследования. – М., 1984.
   4. Гуревич К. М. Проблема социального и биологического в дифференциальной психофизиологии // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 53–68.
   5. Егорова М.С. Психология индивидуальных различий. – М.: Планета детей, 1997. – 325 с.
   6. Кочубей В.И. Исследования по психогенетике человека // Вопросы психологии. – 1982. – № 1. – С. 134–140.
   7. Краткий психологический словарь. – М., 1985.
   8. Леонтьев А.И. Индивид и личность // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М.1982. – С. 15–20.
   9. Леонгард К. Акцентуированные личности. – Ростов/н/Д.: Феникс, 2000. – 536 с.
   10. Мерлин B.C. Очерк интегрального исследования индивидуальности. – М., 1968.
   11. Мухина B.C. Возрастная психология. – М.: Академия, 2000. – 453 с.
   12. Небылицын В Д. Основные свойства нервной системы человека. – М., 1966.
   13. Обухова Л.Ф. Возрастная психология. – М., 1999. – 445 с.
   14. Психологическое самообразование: читая зарубежные учебники. – М., 1992.
   15. Павлов И.П. Общие типы высшей нервной деятельности животных и человека // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 21–23.
   16. Равич-Щербо И.В. Исследование природы индивидуальных различий методом близнецов // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 101–121.
   17. Равич-Щербо И.В., Марютина Т.М., Григоренко ЕЛ. Психогенетика. – М.: Аспект Пресс, 1999. – 445 с.
   18. Робер М. А., Тильман Ф. Психология индивида и группы. – М., 1988.
   19. Роль среды и наследственности в формировании индивидуальности человека / Под ред. И.В. Равич-Щербо. – М.: Педагогика, 1988. – 330 с.
   20. Русалов В.М. Психология и психофизиология индивидуальных различий: некоторые итоги и ближайшие задачи системных исследований // Психологический журнал. – 1991. – № 5. – Т. 12. – С. 3—16.
   21. Русалов В.М. Теоретические проблемы построения специальной теории индивидуальности человека // Психологический журнал. – 1986. – Т. 7. – № 4. – С. 23–35.
   22. Современная психология / Под ред. В.Н. Дружинина. – М.: Инфра+, 2000.
   23. Типологические свойства нервной системы и их значение для психологии // Психология индивидуальных различий. Тексты. – М., 1982. – С. 32–38.
   24. Черноушек М. Психология жизненной среды. – М., 1989.

Глава 4
Индивидные характеристики: асимметрия полушарий и темперамент

Асимметрия полушарий и ее проявления

   Одним из важнейших индивидных свойств является функциональная асимметрия и специализация полушарий – характеристика распределения психических функций между правым и левым полушариями. Процесс становления асимметрии называется латерализацией. Асимметрия есть свойство всего живого, проявляясь по-разному – в тропизмах, направлении завертывания молекулярной спирали и т. д. (явление асимметрии в живом мире называется хиральностью). В физиологии животных используют понятие «лапость» (аналогично «рукости»), и наблюдения показывают, что у млекопитающих также все парные органы имеют ту или иную степень асимметрии, существуют доминирующие (ведущие) и подчиненные конечности. Учитывая раннее приучение детей к праворукости, практические психологи иногда предлагают ориентироваться на критерий «погости» для определения ведущего полушария (2, 11, 14, 19).
   Церебральное доминирование и доминирование руки (уха, глаза) связаны обычно контрлатеральными отношениями (т. е. при ведущей правой руке за речь отвечает левое полушарие). Но иногда они состоят и в ипсилатеральных отношениях (расположены на одной стороне тела). Не существует и абсолютного доминирования – у каждого человека наблюдается индивидуальное сочетание церебрального доминирования, доминирования руки, ноги, глаза и уха. Встречаются люди, в равной степени владеющие правой и левой рукой, – их называют амбидекстрами. Леворукость иногда приносит человеку неудобства, однако она может иметь различное происхождение, и поэтому воспитание и обучение леворуких детей должно основываться на данных нейропсихологического обследования (15).
   Церебральное доминирование по функциям – это не состояние, а процесс, который осуществляется в течение всей жизни человека. Если на ранних этапах изучения асимметрии использовались в основном данные клинической практики, то с появлением новых методов (в частности, метода дихотического прослушивания, о котором мы писали в главе 2) было установлено, что любая психическая функция осуществляется благодаря совместной работе обоих полушарий, причем ее анатомический субстрат представлен дважды – в правом полушарии образный, конкретный уровень осуществления функции, а в левом – абстрактный, вербально-логический (11). И если вначале был отмечен лишь принцип доминантности для речевых функций, то теперь говорят о разных стратегиях переработки информации: левое полушарие осуществляет ее последовательно, аналогично, правое – параллельно, синтетически.
   Левое полушарие обычно отвечает за оперирование вербально-знаковой информацией, чтение и счет, правое – за оперирование образами, ориентацию в пространстве, различение звуков и мелодий, распознавание сложных объектов, продуцирование сновидений. Поскольку левополушарное мышление аналитическое, оно действует, осуществляя ряд последовательных операций, в результате чего складывается внутренне непротиворечивая модель мира, которую легко закрепить в знаках и словах.
   Правополушарное мышление пространственно-образное, симультанное (одномоментное) и синтетическое, что дает возможность одномоментного схватывания разнородной информации. Итогом функционирования правого полушария является многозначность, которая, с одной стороны, является основой творчества, а с другой – затрудняет понимание между людьми, т. к. основана скорее на символах, чем на значениях. У мужчин асимметрия выражена сильнее, чем у женщин, что, по-видимому, и ограничивает у них возможности компенсации и обучаемость (2, 11, 14, 15).
   Доминирование полушарий в осуществлении той или иной функции не является фиксированной, а зависит от содержания деятельности, при изменении которой возможно не только сглаживание асимметрии, но даже изменение знака на противоположный. Оно обычно определяет наиболее развитую область психического – так, у правополушарных лучше развиты эмоции и интуиция, у левополушарных – восприятие и мышление, однако и те и другие способны включать разные полушария, а само понятие «правополушарность» не означает, что центр речи обязательно находится справа – оно лишь подчеркивает факт наибольшей вовлеченности правого полушария в обсуждаемый процесс. В зависимости от соотношения доминирующих и подчиненных функций формируется и структура личности в целом, о чем писал К.-Г. Юнг, причем подчиненная функция часто оказывается самой сильной. (Ее труднее контролировать, потому что человек в отношениях с миром привык опираться на другие информационные каналы к здесь оказывается беззащитным. Так, например, математик-программист, привыкший взаимодействовать с миром «левополушарно», может совершенно не контролировать собственные эмоции и легко впадать в состояние влюбленности или аффекта.) В близнецовых парах обычно один опирается на знаковую информацию, другой – на символическую; доминирование определяет и содержание типичных неврозов (возникают ли они в сфере представлений или чувств).
   У праворуких людей под большим контролем находятся мышцы правой стороны тела, так что скрытые эмоции чаще могут быть замечены на левом профиле лица. Поскольку в нашей культуре преобладает праворукость, понятно, недостаток чего испытывает большинство современных людей (2, 6, 8, 11).

Формирование асимметрии в онтогенезе

   Совсем недавно асимметрию полушарий определяли как уникальную особенность мозга человека, возникшую в антропогенезе в связи с появлением речи и праворукости. Сейчас, однако, с таким пониманием согласиться трудно.
   Существует несколько теорий, объясняющих становление асимметрии. Так, согласно концепции эквипотенциальности полушарий, изначально полушария совершенно идентичны в отношении всех функций, в том числе и речевой. В пользу этого свидетельствуют данные о высокой пластичности мозга и взаимозаменяемости симметричных отделов мозга на ранних этапах его развития. Согласно же концепции прогрессивной литерализации, специализация полушарий существует уже с момента рождения ребенка. У праворуких она проявляется в виде запрограммированной способности нервного субстрата левого полушария обнаруживать способность к развитию речевой функции и одновременно определять деятельность ведущей руки. Это подтверждается различиями в строении будущих речевых зон задолго до того, как речь формируется (11, 14).
   Формирование полушарий происходит не синхронно, что соответствует содержанию навыков и умений, которыми располагают дети. Так, например, речь развивается очень быстро в раннем детстве, и от 3 до б лет наблюдается ускоренное развитие левого полушария, после чего наступает замедление. А правое полушарие в раннем детстве несколько отстает в созревании, и начинает догонять левое в период от 8 до 10 лет; окончательное оформление доминирования отмечается к подростковому возрасту.
   К настоящему времени вклад наследственности и среды в формирование асимметрии определен не вполне. Так, было обнаружено, что асимметрия полушарий – обычное явление не только у современного и ископаемого человека, но и у человекообразных обезьян, причем наиболее значительна она в области височных долей (в левом полушарии область между извилиной Гешля и Сильвиевой бороздой обычно имеет существенно большие размеры). Недавно обнаружена асимметрия у новорожденных и плодов.
   Применение метода дихотического прослушивания позволило отметить асимметрию уже у новорожденных, по-разному реагирующих на речевую и неречевую информацию. А использование ЭЭГ показывает изменение спектральных характеристик активности их головного мозга в зависимости от качества стимуляции (речь – левое полушарие, музыка – правое). Фонемный анализ языка также производится асимметрично уже на ранних стадиях онтогенеза. Таким образом, в психофизиологии делается вывод о том, что доминантность левого полушария по речи потенциально фиксирована, т. е. существует нервный субстрат» приспособленный для переработки определенного типа информации – быстрой последовательности дискретных единиц, что и составляет основу языка. Однако анатомическая предрасположенность еще не означает окончательной фиксированности функций (вспомним теорию ортогенеза). Потому что последующий опыт может определить и степень асимметрии, и даже перемену знака доминирования на противоположный.
   Доминантность по речи окончательно оформляется в процессе психического развития человека. К настоящему времени сроки ее становления определяются как возраст пяти лет, что ограничивает и критический период овладения языком. А степень асимметрии зависит еще и от речевого стимулирования, полученного в это время, что способствует закреплению изначальной предрасположенности к доминированию. На ранних этапах онтогенеза существует высокая степень реорганизации внутри полушарий и между ними, поэтому до пяти лет можно говорить не об эквипотенциальности полушарий, а скорее о повышенной чувствительности к адекватной стимуляции» которая и способствует нарастанию функциональной асимметрии. В то же время это период высокой способности компенсации. Так, например» перинатальные повреждения, вплоть до полного удаления полушария, не сказываются на овладении ребенком речью (афазия возникают только в том случае, если нарушение затронуло субстрат уже сформированной функции). У взрослых и пожилых людей хирургическое вмешательство и органические поражения также могут компенсироваться.
   И поскольку все же прослеживается отчетливая связь между церебральным доминированием и доминированием руки, то исследования проводились и в этой области. Происхождение (точнее, оформление) леворукости связывают с действием трех групп факторов – средовых (включая культурные), генетических и патологических. Одна из первых генетических моделей наследования рукости опиралась на закон Менделя и предполагала, что это качество определяется действием одного гена. Однако было обнаружено, что почти половина детей двух леворуких родителей оказываются праворукими, что противоречит данной модели (11,14).
   Другая модель основана на том, что рукость является функцией двух генов, один из которых определяет локализацию центров речи (L – в левом полушарии и доминирует, 1 – в правом полушарии, рецессивный), а другой определяет, какой рукой будет управлять речевое полушарие – контрлатеральной или ипсилатеральной (соответственно С и с); эта модель предложена Дж. Леви и Т. Нагилаки.
   И, наконец, третья модель, предложенная английским психологом М. Аннет, основана на гипотезе о существовании отдельного гена «правостороннего сдвига» и его рецессивного аллеля. Наличие этого гена обеспечивает изначальную предрасположенность человека к тому, чтобы у него доминировала правая рука, а центр речи располагался в левом полушарии. Таким образом, данный ген определяет не только рукость, но и церебральное доминирование. Последняя модель в наибольшей мере охватывает факты, накопленные в области изучения асимметрии (11, 14).
   Исследование асимметрии еще раз продемонстрировало вклад генетических факторов в онтогенетические процессы: наследственность определяет нормы вариативности, а содержание актуальной ситуации – конкретное распределение доминирования.

Темперамент как свойство индивидуальности

   Темперамент представляет собой одну из наиболее изученных индивидных характеристик. Существует множество определений этого качества; каждое из них обычно подчеркивает комплексную структуру темперамента, само название которого происходит от латинского tempero, что означает «смешиваю» (1, 2, б, 8, 18, 20).
   Темперамент – закономерное соотношение устойчивых индивидуальных особенностей личности, характеризующее различные стороны динамики психической деятельности.
   Темперамент стал предметом внимания медиков и философов раньше других психологических характеристик, но изучение его было в основном эмпирическим или типологическим, основанным скорее на наблюдении, чем на достоверном анализе научных данных. Поэтому и большинство классификаций темперамента, будучи весьма выразительными и полезными для житейской психодиагностики, составлены совершенно без учета правил строгой научной классификации. Среди попыток объяснения природы темперамента выделяют гуморальные, конституциональные и психологические теории.
   Исторически одной из первых гуморальных типологий можно считать учение Гиппократа о четырех жидкостях и четырех темпераментах человека, возникшее в IV веке до н. э. В зависимости от преобладания той или иной жидкости в организме, утверждал Гиппократ, человек имеет соответствующий темперамент: оптимистический, жизнерадостный (сангвинический) нрав имеют те, у кого больше крови; печальны и угнетены (меланхолики) люди, у которых преобладает черная желчь; раздражительны и возбудимы (холерики) те, у которых слишком много светлой желчи, и, наконец, апатичны, равнодушны (флегматики) люди, имеющие больше других в организме мокроты. Древнеримский врач Гален, живший во II веке до н. э., полагал, что четыре первоначала темперамента олицетворяют четыре субстанции – твердое, жидкое, горячее и холодное. К настоящему времени физиологические основания этих классификаций много раз опровергались, но названия типов темперамента сохранились (2, 8, 10, 18).
   И.П. Павлов понимал темперамент как наиболее общую характеристику высшей нервной деятельности, выражающую основные природные свойства высшей нервной системы (в основном силу и быстроту). Предпринималась и попытка связать эти свойства с четырьмя темпераментами, но сам ученый предостерегал от неправомерного распространения этих выводов на поведение человека в целом и подчеркивал, что в своих опытах он ограничивался классификацией типов нервной деятельности собак (см. главу 3) (13).
   И. Кант полагал, что каждый из видов темперамента (а чаще всего их выделяли четыре) связан с возбуждением или ослаблением жизненной силы и отнесенностью к области чувств или деятельности (3). Так, темпераментами чувства являются сангвинический (когда на ощущение оказывается сильное воздействие, но проникает оно неглубоко) и меланхолический (при котором ощущение может быть не очень ярким, но зато пускать глубокие корни). Для людей с этими типами темперамента все самые главные жизненные события скорее переживаются эмоционально, чем осознаются, и описываются также в категориях чувств.
   Что же касается темпераментов деятельности, то к ним И. Кант относил холерический, присущий людям активно-вспыльчивым, и флегматический, характеризующий хладнокровных людей. Для представителей двух последних типов все основные явления предстают поведенчески, через события объективного, а не внутреннего мира. Флегматиков И. Кант считал наиболее адаптированными и продуктивными людьми. Примечательно, что со времен И. Канта чувства ни разу не рассматривались как составляющая темперамента, равноправная по сравнению с деятельностью.
   А В. Вундт считал, что каждый из четырех темпераментов может быть описан по двум основаниям – силе эмоциональных реакций и уровню их стабильности, подводя основы под возможность количественного, естественнонаучного изучения темперамента.

   Рис. 2. Четыре темперамента по В. Вундту

Конституциональные теории темперамента

   В XX веке также пытались установить связь телосложения и свойств личности. Все конституциональные теории основываются на двух положениях, называемых «конституциональной гипотезой»: во-первых» телосложение и поведение значимо связаны друг с другом, во-вторых, эта связь имеет «конституциональную» природу, т. е. скорее всего основанную на наследственности. Уязвимость «конституциональной» гипотезы состоит в том, что действительные связи разнонаправленны, и можно привести примеры психогенного переедания (булимии) или отказа от еды (нервной анорексии)» которое, естественно» приводят к телесным изменениям» но начинаются эти изменения с психики и поведения (1, 3» 7, 20).
   

notes

Примечания

1

   Строго говоря, работы К.*Г. Юнга показали, что и культура также является источником очень устойчивых поведенческих проявлений, закрепленных в коллективном бессознательном в форме архетипов, но их сохранение и проявления нельзя доказать естественнонаучными методами.

2

   Программа роста, или грациализации, – соотношение детского и взрослого в облике и поведении (открыта советскими исследователями А.А. Малиновским и Я.Я. Рогинским). 3) Программа энергозатрат, регламентирующая преобладание механизмов жирового обмена, интенсивного накопления энергии и меньшей ее траты (ассимиляции), либо механизмов углеводного обмена (диссимиляции), что также отражается в поведении и морфологии человека (открыта и описана советским исследователем В.Б. Бунаком). Помимо этих программ, выделено еще по крайней мере двенадцать, связанных с биологическим полом, о чем мы будем говорить позднее.

3

   А. Анастази предпочитает называть структурные свойства индивида “телосложением" и выделяет 1) соматопсихологические факторы (влияние болезней на психологические характеристики), физиологические факторы (ЭЭГ, автономный баланс как степень преобладания симпатического или парасимпатического отделов, биохимию, функционирование желез, факторы питания) и сенсорные ограничения; 2) анатомические изменения (размер и форма головы, рук, тела) (1).
Купить и читать книгу за 170 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать