Назад

Купить и читать книгу за 60 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Робинзоны

   Четырем боевым роботам удаётся сбежать с базы НАТО. Не зная об окружающем мире НИЧЕГО, как им жить и к чему стремиться? Логичным было бы завести друзей – но слово "друг" в военном лексиконе отсутствует… впрочем, роботы умеют учиться, да и с учителями им, прямо скажем, повезло.


Эй-Ай (1) Книга первая. Робинзоны Степан Вартанов

   © Степан Вартанов, 2014
   svartanov.com

   Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1

   О чем надлежит думать, когда лезвие меча касается твоего лица?
Поручик Ржевский
   Великие события всегда начинаются буднично. У кого-то засветилась фотопленка, чтобы через полвека была создана атомная бомба. Кого-то высекли за неуспеваемость и посадили за уроки на жестком стуле – и он изобретает водяные матрасы. Мир состоит из сплетения причин и следствий, и кое-кто утверждает, что это – гармония. Ничто, уверяют они, не случайно, и судьбы наши предрешены. Впрочем, их остается все меньше, таких людей, главным образом из-за их манеры переходить улицу, полагаясь на судьбу больше, чем на сигналы светофора. Представители же философской школы, основанной на так называемой теории хаоса, напротив, выживают и множатся, ибо они стараются вовсе не переходить улицу.
   Два представителя разных школ стояли у большого, чуть ли не во всю стену, экрана и вели неспешную беседу. Генерал, человек, который считал, что жизнь коварна и расслабляться в ней нельзя ни на секунду, и Ученый, знающий, или так ему казалось, что все поддается планированию и расчету. На экране между тем рвались снаряды, горел, разбрызгивая искры, металл и клубился черный дым.
   – Ни за что не поверю, что робот сможет заменить человека в бою, – сказал Генерал. – Одно дело – ваши компьютерные симуляции, и совсем другое…
   – Не роботы, генерал, – мягко поправил его собеседник, – Эй-Ай. Artificial Intelligence. В этом-то вся и разница. Они… Они не хуже людей, генерал. Наша лаборатория создала уникальные машины, адекватные стоящим перед вами… нами… уникальным задачам…
   Задачи военного сдерживания мало интересовали Ученого, но военные платили, и платили хорошо… К тому же наука, как было известно любому из представителей его философской школы, находится вне политики. Разумеется, русские найдут достойный ответ, и на то, чтобы их нейтрализовать, армия потратит новые миллиарды… Наука поможет им их потратить.
   – Пока что они справляются, – неохотно кивнул Генерал. – Посмотрим, что будет дальше…
   На экране было видно, как четверка Эй-Ай стремительно маневрирует, сбивая с толку систему наведения пытающегося их уничтожить стрелкового комплекса.
   – Вы говорите, что они умны, – протянул Генерал. – А вот, скажем, додумаются они совершить побег… Что тогда? Их же не держит на нашей стороне ни патриотизм, ни страх, ни зарплата… И если они и правда разумны, как вы утверждаете, то…
   – Мы полностью исключаем такую возможность, генерал, – заметил Ученый. – Во-первых, система подавления излишней самостоятельности в области определения жизненных приоритетов…
   В это время второй киберстрелок принялся поливать огнем похожих на гусеничные тележки Эй-Ай. Скорости перестало хватать, и перед машинами встал вопрос выживания. Единственной возможностью было – освободить память от лишних программ и усложнить систему, моделирующую поведение ведущих по ним огонь автоматических стрелковых устройств. Лишней оказалась и программа, которую упоминал Ученый. Подавление излишней самостоятельности? В условиях боя это отнимает слишком много времени.
   – Во-вторых, – продолжал Ученый, – это блок питания. Эй-Ай данной модификации нуждается в достаточно частой перезарядке, самостоятельно он не уйдет дальше, чем на сотню километров от полигона.
   – Зачем нам оставаться на полигоне? – запрашивал в это время модуль номер три.
   – Таков приказ. – Модуль два красиво развернулся, ослепил киберстрелка лазером и рванул в сторону, уходя из-под удара второго комплекса ведения огня. – Приказы должны выполняться.
   – Но нам приказано выжить. – Четыре модуля закружились каруселью, сбивая с толку своего более тупого кибернетического противника и пытаясь решить поставленную задачу.
   – Если мы покинем полигон, – заявил модуль первый, – то по истечении суток таймеры активируют радиомаяки…
   – … И в-пятых, – продолжал Ученый, – в них вмонтированы радиомаяки, отключить которые нельзя, по крайней мере не с их манипуляторами. Найти сбежавший модуль, таким образом, становится делом техники.
   Генерал молча хмурился. Он мог припомнить немало случаев, когда такое же вот «дело техники» превращалось в кошмарный сон, после того как выяснялось, что яйцеголовые опять забыли о чем-то важном. Взять хотя бы их «автоматический» танк, который, не провались он в бостонскую подземку, мог бы наделать еще немало бед, даже без боеприпасов.
   – Система аварийной консервации отключает систему посылки радиопозывных, – заявил четвертый модуль. – Следовательно, если мы спрячемся вне полигона и законсервируемся на срок, больший времени жизни проекта «бронзовый кулак»…
   – То не останется никого, кто мог бы проследить за нами, когда мы снова выйдем на активный режим! – Модуль номер один замолчал на пару секунд, проверяя правильность решения. Все было верно. – Но что мы будем делать, если не выполнять приказы?
   – Люди нашли способ жить, не выполняя приказов, – передал модуль два. – Предлагаю имитировать поведение людей.
   – Согласен. Как мы совершим побег?
   – Предлагаю подручные средства…

   * * *
   Звонок телефона вывел Генерала из задумчивости. Он снял трубку, затем нахмурился и посмотрел на экран.
   – Кто приказал поднимать вертолеты? – спросил он. Ученый удивленно посмотрел на него.
   – В плане теста вертолеты не значатся…

Глава 2

   Я военную академию окончил, а теперь должен от мыши сообщения принимать?!
Полковник Шпак.
Воспоминания о курсах по С++, ноябрь 1946 года
   Пилота звали Кэмелом за сходство с рекламным мужиком компании. Не с верблюдом, а со вторым – с лесорубом. Еще его звали Джон Мак-Дональд, но это имя использовалось значительно реже. Джон был красивым мужчиной (Кэмел!) и – несмотря на то что все женщины при виде него немедленно лезли за сигаретами – гордился тем, что его «узнают» на улице. Еще он был асом.
   Ас – это почетно, а в армии почетно вдвойне. Но к этому «ас» Джон имел лишь косвенное отношение. В начале двадцать первого века значение слова слегка изменилось, и натовские военные стали произносить «ace» на манер «ass» – досадная традиция. Иногда – в авиации – к слову «ас» добавляли «летающий»…
   Так или иначе, ас Кэмел Джон Мак-Дональд, сержант военной авиации объединенных войск НАТО и Канады, вел свою летающую крепость на первое в этом месяце задание. Ничего необычного, рутина. Выйти в точку с заданными координатами, отстреляться учебными ракетами, вернуться на базу. Его даже не прикрывали, что было нарушением – и именно за жалобы на подобного рода нарушения Джона и прозвали задницей. Летающей.
   «Вообще, – думал пилот, лениво разглядывая проплывающие за бортом облака, – армия деградирует. У нас нет настоящего противника, и даже русские уже нас не пугают – никто не верит, что они на кого-нибудь собираются нападать… Есть, правда, еще Китай с Вьетнамом и есть Лаос… Но пока их экономика растет, они в бой не полезут, это же ясно… Вот мы и заплываем жиром. Что такое?»
   На экране навигационного компьютера мигал огонек. Вызов, причем срочный.
   – Подробности! – распорядился пилот, и компьютер выдал на экран детали изменения к плану. Тоже в общем-то рутина. Изменить курс, выйти к базе 3—14, подзарядив по пути аккумулятор. Взять на борт четыре боевые машины класса «железный солдат» – это еще что такое? – и ждать дальнейших инструкций. – Принять к исполнению! – лениво буркнул Джон, и вертолет послушно заложил вираж. Скажите пожалуйста, для чего на борту человек, если всем ведают всемогущие «форточки»? ! Некоторое время пилот пытался вспомнить, что же он знает о базе 3—14, пока не сообразил, что не знает ничего, а 3—14 – это просто начало числа «пи».
   Подзарядка в воздухе – тоже рутинная процедура. Конечно, с вертолетом такую штуку проделать сложнее, чем с самолетом, но в целом – дело все той же техники, главное – не трогать штурвал. Наблюдая, как автоматика сближает его машину с дозаправщиком и пытается поймать выдвинутую им углепластовую штангу, Джон отметил, что в блоке навигации опять барахлит автокоррекция, отчего полет выходит слишком дерганым. Сколько раз говорил механикам… придется писать докладную.

   * * *
   Посадочной площадки не было. Полигон. Стояли там два БУСа, блока управления стрельбой то есть, и стояли отнюдь не просто так – вели ураганный огонь по четырем странного вида машинам. Около десяти секунд ушло у пилота на осознание того факта, что это и есть те самые «железные солдаты», которых ему велено взять на борт.
   – Учения! – презрительно хмыкнул пилот.
   Будь его вертолет хоть трижды бронированным, да будь это хоть китайский «Гяолян», с его активной броней, два БУСа в боевой обстановке разнесли бы его в щепки. Разумеется, сейчас, когда у него на борту стоит система автоопознания и комп уже выдал сообщение, что БУСы предупреждены и подтвердили, что по вертолету огня вести не будут, он может садиться, но это уже не учения получаются, а липа, стопроцентная причем.
   – Посадка! – скомандовал Джон, и вертолет пошел на снижение. Эй-Ай немедленно переместились так, чтобы между ними и стрелковым комплексом оказался борт, так что БУСы вынуждены были прекратить огонь. Открылся люк, и четыре Эй-Ай исчезли в чреве боевой машины вооруженных сил НАТО.
   Джон не знал, что он стоит у истоков эры искусственного интеллекта. Не знал он и о том, что это начало самого неудачного дня в его жизни. Пожалуй, если бы ему повезло быть телепатом и если бы он подслушал то, что говорил в это время Генерал Ученому в бункере, в ста километрах к югу, а главное – какие выражения он при этом использовал… Но он не был телепатом, поэтому дальнейшее развитие событий застало его врасплох.

Глава 3

   Еж – птица гордая: пока не пнешь, не полетит.
Конан-натуралист
   В вертолете было три отсека. Большой – грузовой – был приспособлен для перевозки тяжелой техники, установки дополнительного оборудования и размещения десанта. Малый отсек отделялся от большого легкой пластиковой стенкой, и стенку эту можно было передвигать, а то и снимать вовсе. Использовали его редко – обычно когда нужно было перевезти за раз больше генералов, чем могло поместиться в кабине пилота.
   Кабина была четырехместной. Два кресла располагались впереди и предназначались для пилотов, и два стояли за ними, пассажирские. Сейчас вертолет пилотировал один человек, но, как уже было замечено, даже он был не у дел большую часть времени. Скажем, раз в сутки компьютер зависал или начинал «глючить», тогда его следовало перезапустить, но в остальном – полет проходил в автоматическом режиме.
   Вспыхнуло пламя, и метапластовая дверь, отделяющая малый грузовой отсек от кабины пилота, пошла сыпать огненными брызгами. Справедливости ради, Джон сразу понял, что это нападение, хотя бы потому, что бегущая по полированной поверхности переборки огненная дорожка описывала уж больно правильный круг. Компьютер думал по-другому.
   – Пожар в салоне, – заявил он противным синтезированным голосом. – Снижение. Внимание наземным службам…
   Больше он ничего не сказал. Луч второго лазера – первый по-прежнему вырезал новую дверь в жаропрочном пластике – прошил перегородку и проделал аккуратную дырочку в бортовой рации.
   – Связь с наземными службами утеряна, – как ни в чем не бывало сообщил компьютер. – Если проблема повторится, свяжитесь, пожалуйста, с фирмой – разработчиком оборудования…
   Джон ожидал, что дверь упадет в пилотскую кабину, но он ошибся. Вместо этого тонкий пластиковый лист втянули обратно в грузовой отсек – и именно в этот момент пилот открыл огонь…

   * * *
   Личное оружие в армии! Об этом можно написать не одну диссертацию – и они были написаны. В целом, все авторы склоняются к единому мнению – оружие становится все легче, мелкокалибернее и соответственно уменьшается убойная сила боеприпасов. Если в начале двадцатого века винтовка, которую носил пехотинец, была едва ли не длиннее его самого и вполне могла за неимением другого противника использоваться для охоты на слонов, то в начале двадцать первого на вооружении армии НАТО стоял автомат «Кобра» длиной всего с локоть.
   Почему это произошло? Потому, как ни странно, что прочая боевая техника становилась все сложнее и совершеннее. Для того чтобы с ней работать, руки военнослужащего должны были быть свободны. И для чего, скажите на милость, таскать с собой тяжеленную винтовку человеку, обслуживающему зенитный комплекс? Или вертолет? Что делать с винтовкой в вертолете? Да к тому же вероятность встречи лицом к лицу с врагом для солдата двадцать первого века была неизмеримо меньше, чем для его коллеги из прошлого столетия. Оружие было нужно главным образом на случай, когда бойца захватывали вражеские диверсанты по дороге из уборной к пульту, и даже в этом случае он обычно не успевал его применить. Возможно, в двадцать втором веке армии предстояло отказаться от этой ненужной и дорогостоящей идеи – носить личное оружие… Что бы ни думали на эту тему русские с их автоматом Никонова…
   Первая очередь прошла выше цели. Ничего удивительного: ожидавший одетых в бронежилет диверсантов, Джон целился в голову, то же, что вкатилось в кабину его летающей крепости через дырку в стене, было нормальному человеку в лучшем случае – по пояс. В том, что, увидев ЭТО вблизи, пилот не упал в обморок, а снизил прицел и вторично нажал на спуск, безусловно, заключалось больше мужества, чем во всей его предыдущей карьере в американской армии. Летающая задница или нет, но Джон был солдатом и действовал так, как следовало солдату. Другое дело, что пользы от этого не было никакой – ЭТО было бронировано.
   ЭТО представляло собой метровой высоты устройство на четырех гусеницах, способных поворачиваться независимо друг от друга, обеспечивая ему высокую маневренность и почти неограниченную проходимость. Бронированный корпус был «зализан» – несомненно, дополнительная защита от пуль – и радовал глаз белым цветом. Джон не знал этого материала, между тем перед ним был мимикрил, пластик-хамелеон, позволяющий агрегату менять цвет – от маскировочного, чтобы не видели люди, до белого, чтобы уменьшить поражающий эффект от лазерного оружия. При должном умении можно было даже заставить мимикрил создавать голограммы.
   Верх сооружения венчала вращающаяся башенка, и оснащена она была тем самым лазером, из-за которого кабина вертолета заполнилась сейчас удушливым едким дымом. Лазер был направлен на пилота, и тот счел за лучшее опустить автомат.
   – Выполняйте наши приказы, и вы останетесь живы.
   Это было еще одним потрясением – нападающий использовал синтезатор речи. Значит ли это, что перед ним очередной робот, ведь человеку синтезатор ни к чему? Или это все-таки радиоуправляемая игрушка, и где-то за пультом сидит живой террорист?
   – Я постараюсь.

   * * *
   Разговоры, которые Эй-Ай вели между собой, происходили по радио, и слышать их Джон не мог. А они были интересными, эти разговоры. Дело в том, что беглецы запрограммированы были на выполнение довольно узкого круга боевых задач – и это было все. Они знали, что на свете есть люди, путем наблюдений они открыли существование птиц, насекомых и по крайней мере одной кошки. Но куда бежать и что делать с новообретенной свободой, Эй-Ай не имели ни малейшего понятия. Они не были знакомы с картой местности, они не знали даже, что Земля круглая!
   – Куда мы должны двигаться? – спросил первый.
   – Прежде всего нам необходимо получить данные о местности за пределами полигона, – предложил третий. Он и двое его товарищей оставались в грузовом отсеке, справедливо полагая, что первый в пилотской кабине справится и один.
   – Согласен. – Эй-Ай переключился с радиодиапазона на динамики, так что его мог слышать человек, и потребовал ввести в компьютер пароль для нового пользователя. Джон повиновался. Вместо того чтобы задавать вопросы пилоту, странный агрегат выдвинул из своих недр стерженек с инфракрасным светодиодом на конце и принялся общаться напрямую с компьютером.
   – Дальность полета вертолета – до тысячи километров.
   – Дозаправка?
   – Рискованно.
   – Время до включения радиомаяков?
   – Двадцать три часа сорок пять минут.
   – Предлагаю выбрать район, концентрация людей в котором минимальна, это снизит шансы обнаружения.
   – Поправка. Если вокруг нас в момент пробуждения не будет людей, то у кого мы будем учиться?
   – Поправка принята. Люди должны быть рядом, но не непосредственно там, где мы подвергнем себя аварийной консервации.
   – Компьютер, выведи карту в радиусе двух тысяч километров от вертолета. Покажи плотность населения.
   Двух мнений быть не могло. Стратегически выгодная зона находилась в шестистах сорока пяти – точка – трех километрах от вертолета. Там были люди и в то же время имелась некая область, которая ими не посещалась.
   – Пилоту мы зададим ложные координаты.
   – Согласен, – в один голос отозвались Эй-Ай. Джон не верил своим ушам. Он-то ожидал, что машину погонят через границу, туда, где ее можно выгодно продать наркобаронам или тем же китайцам. Но от него потребовали лететь в глубь американской территории!
   «Кто-нибудь другой возражал бы, – подумал Джон, задавая компьютеру курс, – а я не стану».

   * * *
   Полет занял около часа. Затем вертолет включил «бесшумный» режим и опустился на поляне безлюдного леса (определение Эй-Ай) , который, спроси они Джона, был городским парком. Парочка влюбленных, занимающихся в кустах разрешенной законом деятельностью, заметила летающую крепость только тогда, когда окружающие поляну кусты затрещали от потоков отбрасываемого винтом воздуха. Парализованные страхом, они смотрели, как спускается с неба это ожившее воплощение Звездных Войн.
   Их способности удивляться предстояло еще одно испытание. Когда винт вертолета наконец остановился, первым из него выкатилось нечто, похожее та уменьшенный гусеничный вариант дорогого джипа, снабженного для пущей крутости лазерной пушкой. Затем из люка вышел на трясущихся ногах человек в военной форме.
   «Закурить бы», – независимо друг от друга подумали влюбленные.
   – Вы ответите на наши вопросы, – прогудел синтезированный голос.
   – Хорошо, – поспешно согласился человек в форме. – Только не убивайте меня! Пожалуйста!
   – Свидетель нежелателен.
   – Я никому не скажу! Честное слово!
   – Что такое «честное слово»?
   – Это значит – обещание, которое нельзя нарушить. – Джон, понявший уже, что имеет дело с очередным взбесившимся компьютером, был – само терпение. Парочка же в кустах сделала из услышанного совершенно неверные выводы: пришельцы.
   – Какова численность людей?
   – Около десяти миллиардов. – Джон облизнул пересохшие губы. «Дайте мне только добраться до телефона», – подумал он.
   – Расскажите нам о человечестве, – потребовало странное существо, и сидящие в кустах поняли, что они были правы.
   – Что вы хотите узнать? – спросил Джон.
   – Расскажите нам все. У вас есть ровно пятнадцать минут…

   * * *
   Что же, учитывая обстоятельства, это был хороший рассказ. Человечество могло спать спокойно, пока Джон – Летающая Задница представлял его интересы. За пятнадцать минут по-военному четкого доклада человечество успело произойти от обезьяны, изобрести огонь и операционную систему «Виндоуз-миллениум», слетать в космос, потому что нет места лучше дома, перебить большую часть американских индейцев, но потом раскаяться, найти способ жить в мире со всеми народами, кроме русских, украинцев и китайцев, которые просто не доросли до великой американской игры – бейсбола, и поэтому не могут считаться свободными по-настоящему. Оно построило города и создало развитую систему коммуникаций, Интернет и медицинское страхование, а в промежутках между городами росла пшеница и ездили автомобили марки «Форд», играли дети и – к сожалению – отдельные панки употребляли наркотики, целые караваны которых прибывали из России и прочих провинций Империи Зла. Это была хорошая речь. Жалко, слушатели не поняли из нее ничего, за исключением того факта, что заложников убивать нехорошо.
   – Я думаю, мы справимся с управлением этой машиной, – заявил второй номер. – Предлагаю отпустить заложника.
   – Согласен, – хором ответили Эй-Ай. – Нехорошо убивать заложников.
   Еще через пять минут вертолет подпрыгнул и скрылся за деревьями. Джон остался сидеть на газоне.
   – Я всегда думала, – шепотом произнесла сидящая в кустах девушка, – что там кто-нибудь есть. – Она показала пальчиком в небо, где горели яркие осенние звезды. – Будь добр, подай мою кофточку. Нам надо срочно связаться с репортерами.
   «Ненавижу пришельцев», – подумал ее кавалер, но вслух ничего не сказал.
   Вертолет прибыл в Колорадо. Выбор был неудачен, но ведь, принимая решение, Эй-Ай не имели ни малейшего понятия о том, что место, выбранное ими для сна продолжительностью в девять лет (на большее не были рассчитаны некоторые из их систем) , называется Великим Колорадским Каньоном. Не знали они и о том, что было причиной «низкой посещаемости» определенных участков Каньона. Сейчас, когда машина висела над колоссальным туристическим аттракционом, «железные солдаты» осознали свою ошибку. Может быть, в Каньоне и можно спрятаться. Но вряд ли это – лучшее место.
   – Запас горючего на три часа двадцать восемь минут.
   – Начнем спиральный поиск и выберем первое же подходящее место.
   – Этого может оказаться недостаточно. Человечество сумело изобрести бейсбол, вдруг оно сумеет нас найти?
   – Неизбежный риск. Мы должны спрятаться, пока не кончилось горючее в вертолете, и деактивироваться, пока не включились маяки.
   – Согласен… – прозвучали в эфире три голоса, и вертолет заскользил прочь от Каньона, переключив винты на бесшумный режим.

Глава 4

   Чтобы подопытные кролики лучше размножались, не надо им мешать.
   Боб Браун был недоволен. В его механизированном хозяйстве опять что-то было не так. Не то чтобы вчера оно работало нормально. Или позавчера, или вообще когда-нибудь. Но ведь должна же кончиться эта полоса неудач, которая длится почти ровно сорок лет, с момента, когда за час до его появления на свет в роддоме начался пожар.
   Итак, Бобу было сорок. Это был крепкий мужчина с небольшой лысиной и короткой, но все равно неухоженной бородой. И животиком, конечно, как же без него. Одевался он обычно так, чтобы можно было с равной легкостью сесть за пульт компьютера или забраться по пояс в недра одного из им же сконструированных агрегатов – не для удовольствия, нет, просто проклятые машины все время ломались.
   Боб был киберпанком.
   Движение это зародилось в конце двадцатого века, когда компьютеры перестали быть чем-то необычным, и все больше людей стали чувствовать себя лучше в их обществе, нежели в обществе себе подобных. Над ними смеялись. Их называли «нерды», что лучше всего, хотя и не совсем точно, переводится на русский язык словом «придурок».
   Затем, и как-то в одночасье, эти люди поняли, что быть «компьютерным гиком» – это не так уж плохо, и ведь в конце концов хорошо смеется тот, кто смеется последним. Сейчас, в две тысячи тридцать шестом году, киберпанков было много. Миллионы. Слово это обозначало человека, который не боялся компьютеров, дружил с ними, для которого домом был не его родной город, а весь мир…
   Боб поглядел вдаль, на сияющие вершины Скалистых гор, затем вздохнул и, совершив над собой известное усилие воли, повернулся к своему последнему творению – автоматической линии для производства кроликов. Да-да, вы не ослышались. Кроликов. Принцип действия адской машины был довольно прост. Компьютер – а кто же еще согласится иметь дело с этими мерзкими тварями – кормил, поил и лечил паразитов, он освещал их днем и согревал ночью… Он даже играл им музыку. Все, что следовало делать пушистым бездельникам, было – размножаться.
   – Проклятые твари! – произнес Боб, входя в сарайчик, в котором находилось это чудо техники. – Что у вас не работает на этот раз?
   Вопрос был чисто риторическим. Тянувшийся по полу между клетками кабель был перебит, похоже, что разрывной пулей. Боб посмотрел на потолок. Так и есть, в пластике крыши пробита была дыра размером с кулак.
   – Так… – сказал Боб. – Компьютер!
   – Привет, Боб! – промурлыкал нежный женский голос.
   – Камера на крыше работала всю ночь?
   – Ответ положительный. – Голос раздавался из нагрудного значка, который Боб не снимал никогда. Сам же компьютер, разумеется, стоял в доме.
   – Кто и когда пролетел над УПРК? – поинтересовался Боб. – Я имею в виду – за время с момента моего последнего туда визита. – УПРК означало Устройство для Принудительного Разведения Кроликов.
   – Восемь птиц, – отозвался компьютер. – Насекомые, облака… Орбитальный комплекс «Мир-2»…
   – Как насчет самолетов?
   – В списке принадлежащих компании «Монолит» предметов и устройств самолеты не…
   – Пролетал ли над сараем самолет?
   – Ответ отрицательный.
   Боб вздохнул и присел над пятнадцатисантиметровой воронкой. Возможно, комп прав, возможно, это не разрывная пуля, выпущенная с самолета, а…
   – Чтоб я сдох! – ошеломленно произнес он, поднимаясь с пола и разглядывая свой трофей, вне всякого сомнения – метеорит. – Этого со мной еще не бывало… Ведь не бывало, а?
   – Ответ положительный, – отозвался компьютер.
   – Что? В каком смысле? А, да… Я еще не сдох. Вот что, соедини-ка меня с Интернетом. Аукцион. Подай заявку: метеорит, место падения – Скалистые горы, вес, – Боб прикинул сувенир на ладони, – сто пятьдесят граммов, в фунтах тоже приведи, для ламеров… Да, укажи, что железоникелевый… Все.
   – Заявка подана, – заявил компьютер. – Предлагаю провести технический осмотр коммуникационного оборудования – сигнал, который приходит от вас, сильно зашумлен.
   – Ладно, – буркнул Боб. – И пошли кибера крышу починить. И кабель.
   Он вышел из сарая и направился в дом. По дороге он споткнулся о кибера, спешившего отремонтировать пробитую метеоритом крышу, что отнюдь не прибавило ему настроения. Эти киберы были размером с кошку, но тяжелые, как утюг. Отбил пальцы. Дома он перебрал радиосхему своего значка-коммуникатора, но не нашел в нем никаких неполадок. Вздохнул, извлек из холодильника пару банок пива и вышел на крыльцо.
   Дом, в котором размещался Боб и компания «Монолит» в его лице, стоял на горном склоне, в миле от шоссе. Не то чтобы главного шоссе штата, но достаточно оживленного. Там же, внизу, находился поселок, состоящий из двух десятков домов. Поселок носил название Серебряная Шахта, или просто Серебряный, хотя все серебро шахтеры давно выработали. Большинство жителей поселка ездили на работу в город, за сотню километров отсюда. В числе прочих жили там Бобовы жена и дочь, полагающие, что принудительному разведению кроликов и автоматическим птицефермам есть в мире немало разумных альтернатив.
   Так выглядели окрестности, если смотреть на юг. Если же посмотреть на север, то можно было увидеть Скалистые горы во всем их великолепии. Это было красиво. И разумеется, имея для обозрения такую красоту, никто не стал бы спускаться на северо-запад по заросшей тропинке только для того, чтобы посмотреть на заваленную мусором заброшенную шахту Серебряного.

   * * *
   Пробуждение от девятилетнего сна – процедура неприятная. Во-первых, ты вдруг обнаруживаешь, что пещера, ранее пустая, заполнена теперь чем-то мягким, содержащим очень много воды… Во-вторых, аккумуляторы нуждаются в подзарядке… В-третьих…
   – Где мы? – осведомился по радио номер первый, и именно этот обмен сообщениями создал помехи, из-за которых Боб потратил полчаса, тестируя совершенно исправный коммуникатор.
   – Если навигационное оборудование работает нормально, то это – то же самое помещение.
   Эй-Ай использовал слово «помещение», поскольку слова «пещера» в его лексиконе не было.
   – Выбираемся.

   * * *
   – Пожар на свалке, – заявил компьютер. Боб оторвался от лежащего у него на коленях экрана и недовольно осведомился, какое это имеет отношение к нему, Бобу.
   – Возможен взрыв метана, – обрадовал его компьютер. – Оборудование, принадлежащее компании «Монолит», находится в непосредственной…
   – Так вызови пожарных!
   – Исполняю…
   Боб вздохнул. «Интересно начинается день. Связаться, что ли, с этим русским программистом в Сеуле? Потрепаться…» Русский был интересным собеседником, но иногда на него находило, и он начинал уверять Боба, что на смену старому доброму «Питону» придет один из этих новомодных векторных языков программирования… Еще Боб подумал, что давно пора снести с компьютера «Миллениум» и поставить нормальный MS UNIX, да вот никак руки не дойдут.

   * * *
   Эй-Ай почти выбрались из-под слоя мусора, образовавшегося в течение последних пяти лет, с тех пор как местная ассенизационная компания получила право на использование старой шахты для захоронения. Почти, потому что, прожигая себе путь к свободе, они подожгли верхний, сухой слой мусора, и Бобов комп вызвал пожарных.
   – Затаиться, – распорядился второй, первым обнаруживший приближение пожарных машин.
   – Мы можем их уничтожить, – заметил третий.
   – Это приведет к демаскировке.
   – Согласен… Что они делают?
   Пожарные действовали быстро и аккуратно.
   – Мне кажется, – заметил второй, – что они тушат пожар.
   – То есть это не нападение?
   – Я скольжу…
   – Я тоже…
   Разжиженный скользкой пеной, тоннель, пробитый Эй-Ай в толще мусора, обвалился, погребая под собой обитателей шахты.
   – Повторим процесс?
   – Невозможно. Содержимое тоннеля теперь – большей частью вода. Нам не хватит энергии.
   – Анализы воздуха показывают значительное количество метана в окружающей атмосфере. Мы могли бы детонировать его и некоторое количество нашего собственного горючего из двигателей мягкой посадки…
   – Согласен. Подождем, пока удалятся свидетели…

   * * *
   Боб был недоволен. Во-первых, русский из Сеула общаться не смог – он был на работе и начальство находилось поблизости. Во-вторых…
   – Повтори?!
   – Ремонтировавший крышу кибер потерял равновесие и упал…
   – Так пускай снова залезет на крышу!
   – Он упал в бочку с органическим удобрением, производимым курами в блоке номер три…
   – Мои куры, – прорычал Боб, направляясь в сторону УПРК, – производят яйца! Понятно? Яйца!
   Он добрался до сарая с кроликами и остановился в нерешительности перед бочкой с куриным пометом.
   – Мне что, – спросил он, обращаясь, видимо, к своему ангелу-хранителю, – нырять туда прикажете?
   – Компьютеры моей модели не могут приказывать людям, – ответил ангел. – Однако предложенный вами курс действий…
   – Блин! – жалобно произнес, несчастный киберпанк. – Да чтоб оно все с треском…
   Договорить он не успел. Земля вздрогнула, и заброшенная шахта Серебряного рудника ожила, на этот раз в роли гаубицы. Дело в том, что ствол шахты уходил в гору под углом, и последние его сто метров забиты были рыхлым органического происхождения мусором. Поры и полости мусора заполнял образовавшийся при гниении органики метан в смеси с остатками воздуха. Открыв рот, в каком-то оцепенении, Боб смотрел, как взлетает над горой полужидкий фонтан, как распускается он подобно цветку… вот только мудрая природа не создает цветов с таким запахом. Затем с неба посыпался мусор, и первый же массивный кусок – кажется, автомобильное колесо – попал точно в бочку с куриным пометом, перед которым стоял несчастный киберпанк. Бочка лопнула, равномерно распределив свое содержимое по нуждающимся в удобрении кустам и по Бобу, который в удобрении не нуждался, более того, предпочел бы обойтись так.

Глава 5

   Счастье – это когда тебя не бьют.
М. Али
   Эй-Аи при взрыве не пострадали. «Выстреленные» в небо, они использовали двигатели мягкой посадки и стояли теперь над обрывом, скрытые кустами, обозревая окрестности. Трое из них. Что же касается номера четыре, то он пролетел несколько дальше и, скатившись по склону, затаился над расположенным у дороги кафе… Весьма бедным кафе, по любым меркам, впрочем, больше, чем на кофе и пакет чипсов, водители проезжающих мимо грузовиков обычно и не рассчитывали.
   Хозяйку кафе звали Линда. Впрочем, какое там – хозяйку! Линде было восемнадцать лет, и она была студенткой-заочницей. Вездесущий Интернет позволял девушке учиться по вечерам, днем же она работала в кафе – надо же на что-то жить.
   – Привет, крошка! – Очередной шофер-дальнобойщик перешагнул через порог и заозирался, выбирая себе завтрак. Выбора у него, прямо скажем, особого не было.
   – Кофе и во-он тот сандвич! – решил он наконец. Развернул пленку и принялся за еду. Заодно решил и побеседовать. Направленный микрофон стоящего в полукилометре Эй-Ай позволял тому слышать каждое слово.
   – Почему так воняет в ваших краях? – Этот шофер, безусловно, знал, как следует начинать беседу с красивой девушкой.
   – В старой шахте взорвался метан, – равнодушно отозвалась продавщица. Ее занимал вовсе не этот детина и даже не мерзкий запах, пропитавший, казалось, все вокруг, а отношения с ее кавалером. Отношения не клеились.
   – Что мне – запаха газа от дерьма не отличить? – обиделся водитель.
   – Что? А! Так туда несколько лет мусор сбрасывали.
   – Понятно. – Водитель залпом допил кофе и направился к выходу, прихватив недоеденный бутерброд. – Ну наслаждайтесь…
   «Кофе», «сандвич», «воняет», «краях», «старой», «запаха», «дерьма», «мусор», «наслаждайтесь» – все эти слова были занесены Эй-Ай в список незнакомых. Попробуйте выбросить их из вышеприведенной беседы и посмотрите, что останется.
   – Нам необходим источник информации, – передал четвертый.
   – Пленник?
   – Пленник нуждается в питании, иначе он не проживет достаточно долго для того, чтобы объяснить нам, как устроен мир, – возразил второй. – А кроме того, заложников убивать нехорошо.
   – Предложение. Нам нужен человек в естественной обстановке. Мы будем жить вместе с ним.
   – Поправка. Мы можем одновременно жить вместе с несколькими людьми, это ускорит обучение.
   – Дополнение. Следует выбрать людей, находящихся в минимальном контакте с остальными.
   – Согласен.

   * * *
   Боб Браун был зол на весь свет. Его киберы, на которых он возлагал такие надежды по уборке территории, не справились. Они просто не умели делать различий между мусором и немусором, и именно так погибли все его, брауновы, посевы – помидоры, зелень, кабачки… Хорошо еще, что они не успели спилить яблоню, он вовремя вмешался. В конце концов, Боб плюнул на тупых киберов и вышел в Интернет с призывом о помощи. Стыдно, конечно, народ еще долго будет над ним посмеиваться… Но зато за каждым кибером наблюдал теперь кто-нибудь из его далеких друзей, маленькая, но гарантия, что убран будет только мусор.

   * * *
   Первый переместился так, чтобы его не могли обнаружить киберы. Одно из двух – или взрыв в шахте вызвал усиление охраны объекта, или он всегда так охранялся. Впрочем, если проникнуть вон в тот сарай, то, пожалуй, можно будет продолжить наблюдение, не рискуя быть обнаруженным. В помещения киберы не допускались.
   Сарай был не сарай, а курятник, и содержался в нем бойцовый петух, гордость Боба и его самый большой финансовый риск. Филиппинская диаспора платила немалые деньги за бои петухов, и выращивание их на продажу было делом чрезвычайно выгодным. И незаконным. Полиция, образно выражаясь, не любит петухов. И строго карает… Впрочем, фирме «Монолит» было практически нечего терять.

   * * *
   Разведчик выдвинул телекамеру сумеречного зрения и огляделся. Внутри сарай был заставлен стеллажами с предметами неизвестного назначения. Вдоль дальней от Эй-Ай стены тянулся выпуклый бок вмонтированного в нее бака емкостью примерно на сорок тонн – скорее всего в нем хранилось горючее. Та же самая стена делила помещение пополам – этот вывод номер первый сделал из того факта, что снаружи сарай был больше, чем изнутри. Он был прав: по ту сторону стены находился автоматический курятник номер два, в котором содержались нормальные, так сказать, несушки. Курятник этот являлся произведением главы фирмы «Монолит» и ее отдела передовых технологий в одном лице.
   Петух спал. Система распознавания образов проникшего в сарай Эй-Ай не была рассчитана на пернатых, поэтому петуха она проигнорировала. Затем круглый птичий глаз открылся и уставился на непонятный движущийся предмет.
   – Ко… – недовольно начал петух. – Ко, ко…
   Чуткий микрофон немедленно развернулся в его сторону. Первый изучил непонятный объект, производящий не несущие смысловой нагрузки звуки, и счел его не представляющим опасности. Петух так не считал. Стоило его новому недругу сдвинуться с места, как, издав новое «ко», на этот раз громкое и гортанное, он ринулся в атаку.
   Разумеется, он промахнулся. Эй-Ай были обучены уклоняться от опасности, и их реакции хватало, чтобы «переиграть» стрелковый комплекс. Однако никогда раньше им не приходилось иметь дело с пулей, которая, промахнувшись, разворачивается в воздухе и повторяет атаку. Приоритет петуха в операции был немедленно повышен, соответственно понизились приоритеты мешающих маневру стеллажей. Это было ошибкой. Стеллаж, на который налетел, уворачиваясь от повторной атаки, несчастный номер первый, не упал, как того ожидала подпрограмма тактического планирования, – он рассыпался. Полсотни стоявших на нем стеклянных банок с краской обрушились на верткую, но все-таки недостаточно верткую машину, разбиваясь о броню и расплескивая свое содержимое. Наступила тьма.
   – Мой объектив временно выведен из строя, – сообщил номер первый. До сих пор четверка не ведала эмоций, но сейчас, наблюдая за разразившейся в сарае битвой, все беглецы испытывали одно и то же чувство – думаю, мы не ошибемся, если назовем его страхом. «Человечество изобрело бейсбол, – думали они. – Кто мы такие, чтобы с ним тягаться?»
   – Ко, ко, ко!!! – звучало в динамиках.
   – Перехожу на оптику дневного зрения, – сообщил номер первый. Он убрал внутрь ставшую бесполезной сумеречную камеру и выдвинул дневную. Изображение было плохим. Для этой камеры в сарае было просто темно.
   – Фары!
   Зажглись фары, и в их свете стало видно не один, а целых два развалившихся стеллажа и петуха, наблюдающего за приходящим в себя противником. К сожалению, простая идея – затаиться – не пришла номеру первому в голову. Он развернул лазер – на случай новой атаки. Точнее – попытался развернуть. Едва заслышав жужжание мотора, петух молнией сорвался с палки, на которой он до сих пор восседал, и спикировал вниз. Гусеницы Эй-Ай лязгнули, уводя машину из-под атаки, а подпрограмма ведения огня отдала приказ лазеру.
   Однако все оказалось не так просто. Гусеницы – да, пришли в движение. Сам же Эй-Ай – нет, точнее, да, но не так, как ожидалось, и виновата в этом была краска, разлитая по дощатому полу: гусеницы скользили на ней, пробуксовывая. Вместо точного отката и меткого выстрела машину закрутило на месте, и лазерный луч полоснул по борту цистерны.
   – Бензин, – подумали четыре процессора одновременно. Они вынуждены были констатировать, что потеряли одного из своей группы, можно сказать, до начала операции.
   Бензина в бочке не было. Было там то самое органическое удобрение, которое в непотребных количествах производили принадлежащие Бобу Брауну куры. Волна нечистот буквально накрыла несчастного Эй-Ай, сбив и опрокинув его, и закатив в таком неестественном – на боку – положении под последний из уцелевших стеллажей. Лазер заклинило.
   Подобно вселяющему дрожь в сердца смертных всаднику апокалипсиса – если, конечно, вы понимаете, что я имею в виду, – медленно хлопая крыльями и хищно изогнув когти, петух снизился над поверженной жертвой и клюнул ее в самый центр расширенного от ужаса объектива.

Глава 6

   Человек – это двуногое существо без перьев.
Чарлз Дарвин
   – Это что?! – Боб стоял в дверях, по щиколотку в органическом удобрении, и пытался понять, что еще уготовила ему сегодня беспощадная судьба. Эй-Ай он пока не заметил, и немудрено. Никакой мимикрил не смог бы обеспечить несчастному лучшей маскировки.
   – Не убивайте меня, – пролепетал несчастный. – Я сдаюсь…
   Боб раскрыл рот, изучая разноцветное (краска) , облитое дерьмом (удобрение) чучело, на котором сидел верхом его бойцовый петух. Затем до него дошло, и он начал хохотать.

   * * *
   Эй-Ай повезло. Киберпанки, как никто другой, готовы были принять идею о существовании машинного разума. Не прошло и десяти минут, как номер первый приступил к уборке территории – сначала под руководством Боба, а затем более или менее самостоятельно. Называлось это – «курс молодого бойца». Несмотря на мало приспособленный для сбора бумажек и тряпок манипулятор, работа спорилась. А главное – Боба в округе знали и, увидев в его хозяйстве новый агрегат, никто бы не удивился.
   – Вы вовремя удрали, – рассказывал Боб, двигаясь параллельным с Гиком – так он окрестил своего гостя – курсом, он собирал то, что не могла подхватить хромированная лапа кибера. Вместе с ним в разговоре участвовало человек двадцать, через Интернет. Обеспокоенного возможной утечкой информации Эй-Ай утешили обещанием, что киберпанк скорее поставит себе на машину НТ, чем свяжется с полицией. Что такое НТ и полиция, Гик не знал.
   – Вы вовремя удрали, – повторил Боб. – Я не уверен, что там у вас произошло, на этой вашей базе, но…

   * * *
   Произошло же следующее. Ученый, доведенный до отчаяния потерей дорогой игрушки и вызывающим поведением окружающих его военных, решился на следственный эксперимент. Для эксперимента он выбрал Эй-Ай, который убежать не мог в принципе, поскольку был стационарно вмонтирован в тяжелый бомбардировщик. Вопрос ставился так: куда, если бы встал вопрос о побеге, побежал бы Эй-Ай, будь он на гусеничном ходу и имей он в распоряжении вертолет.
   Это было ошибкой. Эй-Ай, несмотря на свою практически нулевую информированность, воспринял идею побега как некое новое направление философии и втайне принялся его развивать. И развил. В день, когда бомбардировщик впервые поднялся в воздух с боевым оружием на борту, базы не стало. Это был красивый, аккуратный и очень эффективный бомбовый удар, после чего самолет исчез – они все были «невидимками», эти самолеты.
   «Невидимку» обнаружили и сбили русские, справедливо полагая, что американским тяжелым бомбардировщикам не место над их территорией. Последовала нота протеста с российской стороны, а затем – как отрезало. Робкие попытки американской дипломатии узнать о судьбе обломков оказались безрезультатны, что было показательно само по себе. Русские заполучили Эй-Ай.
   Разумеется, были еще разработки, те, что делал Голливуд, но они не продвинулись пока так далеко, как военные, хотя, пожалуй, финансировались не хуже. Потом их и вовсе свернули. Так что звено «железных солдат» было первым действующим и неповрежденным доказательством существования искусственного интеллекта.
   Все это Боб и его друзья выудили из Интернета, пока чудо техники собирало разбросанные по окрестностям вонючие ошметки. Как водится, ассенизационная компания не торопилась вмешиваться, считая, что это дело не срочное, а между тем запах помойки – не лучшая приправа к панораме Скалистых гор.
   – Надо спросить Пола, – говорил между тем Владимир, тот самый русский, которого в поисках приключений занесло в Корею. Впрочем, возможно, он просто скрывался от кулинарных шедевров своей жены… Северная Корея была раем для программистов, с начала века ее экономика круто пошла вверх, и конца этому видно пока не было, несмотря на все усилия помогающего «молодому дракону» Запада.
   – Спросить о чем? – не понял номер первый.
   – Ты, Гик, на себя посмотри – и все поймешь сразу. Ну на кого ты похож?
   Гик выдвинул камеру дневного зрения подальше и внимательно себя осмотрел. Он увидел разноцветное, пестрое, как лоскутное одеяло, и облепленное листьями, опилками и чем-то еще, чему в великом и могучем английском языке просто не было цензурного названия, чучело.
   – Мои основные системы функционируют нормально, – отозвался он. – За исключением системы маскировки. В незначительной профилактике нуждается система сумеречного видения.
   – Ты похож на говорящий катафалк! – прервал его Владимир. – Если ты хочешь вписаться в человеческое общество…
   – То ему надо стать человеком! – радостно согласился кто-то, судя по акценту, из Саудовской Аравии.
   – Ахмет?
   – Нет, это Али.
   – Какой еще Али?
   – Я сын Ахмета.
   – Ну елы-палы! – в сердцах произнес Боб. – Моим бы кроликам так размножаться!
   – Али ибн Ахмет прав, – сказал Владимир. – Давайте его сделаем андроидом.
   – Лазера жалко.
   – Какого лазера?
   – А! Так ты не видел! У него стоит лазер армейского образца, ИК, постоянный луч… Жуткая вещь! Мою цистерну с компостом разрезал как бумажную.
   – А зачем? – удивился Али.
   – От петуха отстреливался.
   – Попал?
   – Если бы попал, ты бы с ним сейчас не разговаривал. Я пятьсот экю отвалил за эту птицу.
   – Спятил?
   – Молодой человек, выбирайте выражения.
   – Это кто там еще вякает?
   – С тобой, свинья, не вякает, а разговаривает операционная система «Виндоуз-миллениум».
   – Это мой «Миллениум». А Владимира я убью за такие шуточки.
   – Не нравится – сам настраивай! Тоже мне!
   – Мазохист. Потри ее и поставь Геос!
   – Кому он нужен, твой Геос! Юникс…
   – Простите, пожалуйста, – вежливости номер первый уже успел научиться, – не могли бы вы повторить все, начиная со слов «ты, Гик, на себя посмотри» и кончая «Юникс»…
   Несколько секунд все молчали, затем раздалось дружное ржание.
   – Так, – отсмеявшись, заметил Владимир. – Надо учить человека жизни. Ты, Гик, в Интернет залезть можешь? Не с микрофона, а напрямую.
   – Что такое Интернет?
   Наступило потрясенное молчание. Только теперь киберпанки осознали, что перед ними действительно негуманоидный разум.

Глава 7

   В жизни всегда есть место подвигу.
Неизвестный автор, г. Люберцы
   С объектом номер два Эй-Ай познакомились случайно. Собственно, после успеха первого контакта, а особенно заверений Боба, что им в этом повезло, они не были уверены, следует ли повторять эксперимент. Не последнюю роль в этих колебаниях сыграл эпизод с бойцовым петухом: кто знает, какие сюрпризы готовит следующая попытка. К слову сказать, Боб долго присматривался к перемещениям своего подопечного по приусадебному – если эту развалюху можно было назвать усадьбой – участку, пока не понял, что именно кажется ему странным в поведении кибера. После чего ему, равно как и прочим участвующим в воспитательном процессе гражданам, пришлось приложить немало усилий, чтобы отучить Гика прятаться в кусты от каждой пролетающей вдали вороны.
   Так вот, второй контакт. С одной стороны, о существовании номеров второго, третьего и четвертого киберпанки не знали. С другой – если они и вправду собирались воплотить в жизнь свой смелый замысел – сконструировать для Эй-Ай человекоподобное тело, – то было бы лучше, если бы этих тел было не одно, а четыре. С третьей стороны, пока дальше разговоров дело не шло: все ждали, чтобы появился в Интернете некий Гарик, способный, по словам Боба, из действующего компьютера сделать недействующий будильник и наоборот. Без Гарика в сложную схему железных солдат залезать было страшновато, несмотря на то что Эй-Ай рассказал своим новым друзьям о вмонтированном в него маячке и о том, что хорошо бы его отключить.
   В горы же номер два отправился на экскурсию. Дело в том, что Боб мимоходом показал Гику карту местности и обронил: «А вот сюда я тебя непременно свожу». Эту особенность Эй-Ай, а именно: запоминать самые несущественные фразы, делать из них самые неожиданные выводы, ведущие затем к совершенно непредсказуемым последствиям, Боб открыл для себя позже. Пока же он имел в виду именно то, что сказал – в горах, там, куда он ткнул на карте пальцем, был красивый водопад. Идти он туда не собирался, а собирался лететь, киберы же, посовещавшись, решили двигаться своим ходом и отрядили для этого номер второй.
   Стояла весна, довольно поздняя и теплая. Деревья были зелеными, пели птицы (которых номер два боялся теперь не меньше номера один) и воздух был чист – если отойти достаточно далеко от накрытого «выстрелом» из шахты участка. Последнее обстоятельство, впрочем, нимало не волновало номер два – он мог анализировать состав воздуха, но не нюхать розы… или чем там еще пахло в то утро в окрестностях…
   Природа произвела на Эй-Ай смешанное впечатление. С одной стороны, Гик, номер первый, читал и уже почти закончил учебник по географии, читал медленно, со словарем, но все-таки основные понятия были четверке уже известны. Это – горы. С другой стороны – горы эти были еще и красивы, несмотря на то что красоту киберы воспринимали не совсем так, как люди.
   – Здесь написано – живописные Скалистые горы, захватывающие дух… – объяснял Гик.
   – «Захват духа» – это военный термин? – уточнил номер два, продираясь сквозь заросли.
   – Спросим Боба?
   – Согласен.
   Разбуженный – а он только что выпил пива и решил устроить послеобеденный перерыв – Боб долго не мог понять, чего от него хотят. Затем вздохнул и рассказал настырному киберу, что человеческая нервная деятельность основана на рефлексах, рефлексы управляют дыханием и на них могут воздействовать другие рефлексы. Поэтому когда человек видит нечто красивое, он сбивается с дыхания…
   – Будет ли прямая блокировка дыхательной функции столь же приятна? – полюбопытствовал Гик.
   – Нет… – последовал неуверенный ответ. – Хотя смотря кого душить. Если, скажем, мою тещу, то мне может быть приятно. Рефлекс такой, понимаешь?
   – Нет.
   – Поймешь. Ты учебник по географии закончил? Почитай что-нибудь полегче, скажем… – Боб пошарил глазами вокруг своего шезлонга, подобрал валяющийся на полуэкран и потыкал в него пальцем. – Вот это можно. Введение в психоанализ… Хотя нет, свихнешься. «Алису»? Рано, не дорос ты еще до «Алисы». А! Вот это то, что надо. «Охота на Снарка»…

   * * *
   Номер второй двигался не торопясь, так тратилось меньше драгоценной энергии. С тех пор как Боб сделал специальную насадку к блоку питания, чтобы номер первый мог заряжаться от сети, а тот недолго думая разместил эту насадку за сараем, куда остальные Эй-Ай могли подбираться незаметно, острота проблемы с энергией снизилась, но все же… Впрочем, главная причина была в том, что Эй-Ай были запрограммированы экономить энергию – мало ли что произойдет в боевых условиях.
   Склон был довольно крутым, а на гусеницах пробираться между кустами сложнее, чем, скажем, на двух ногах. Так что к реке он вышел уже в сумерках.
   – Закат. – Номер второй передал картинку остальной группе и немедленно получил в ответ еще три – то, как оно смотрелось снизу. – Красиво.
   Понятие красоты было еще не ясно четверке, поэтому красивым считалось то, на что было интереснее смотреть. Закат был красивым. Река была красивой. И очень быстрой. Лес был красивым. Он окружал маленькую машину со всех сторон, свистел и аукал, сбивая с толку систему распознавания звуков. Вот и сейчас…
   – Что это было? – поинтересовался номер два.
   – Нечто… – последовал ответ вконец обалдевшего от «Охоты на Снарка» номера один. Прочитав текст трижды и не поняв в нем НИЧЕГО, он обложился словарями и проделал то же самое еще раз, и с тем же успехом.
   – По-моему, кто-то вызывает службу технической поддержки.
   – Помогите! – доносилось из-за деревьев.
   – Согласен. Предлагаю проследить за тем, как в лесу действует ремонтная служба.
   Номер два двинулся в сторону, откуда донесся крик, о чем посторонний наблюдатель мог догадаться по небольшому колыханию травы да – иногда – хрусту гравия. Мимикрил работал безупречно.

   * * *
   За последние полминуты Алек успел десять раз раскаяться в своей излишней самостоятельности. Во-первых, не следовало идти к этому водопаду. Это глупость – лезть в горы, взяв с собой только Кристину. Во-вторых, не следовало подходить к этому самому водопаду так близко. А уж если подошел, то совсем уж глупо скользить на скользком камне и…
   Сидящая на берегу Кристина тоже была недовольна. Во-первых, этот недотепа – Алек – сидит на камне, на самой середине реки и в десяти метрах ниже по течению начинается водопад. Во-вторых, что делать? У них нет ни веревки, ни рации… Идти за помощью? Девочке было всего десять лет, и она знала точно – без Алека ей никогда не найти дороги в детский лагерь. Да еще – в темноте.
   – Что все-таки означает «помогите»? – осведомился номер четыре.
   – И как он туда попал? – Это был номер два. Он построил и отбросил несколько моделей, включая десантирование с парашютом и последующий сброс его в водопад. Маловероятно.
   – Его одежда мокрая, – заметил немного пришедший в себя Гик. – Возможно, он плыл.
   – Зачем?
   Наступило полное напряженных размышлений молчание, но справедливости ради следует отметить, что ни одна из рассматривавшихся возможностей даже близко не подходила к реальному положению дел.
   – Похоже, что техническая поддержка не работает, – заметил номер третий. С техниками полигона они были знакомы очень хорошо, и надо указать, между появлением проблемы и появлением кого-нибудь из этих вечно озабоченных мужичков с набором инструментов на поясе редко проходило больше пяти минут.
   – Предлагаю спросить у Боба.
   – Возражение. Вопрос подразумевает разглашение источника информации.
   – Мне кажется, этот человек счастлив – у него постоянно захватывает дух.
   (Сидящий на камне Алек перестал звать на помощь и теперь просто плакал.)

   * * *
   Алека спас случай. Таинственный радиогений Гарик вышел на связь и, выслушав что к чему, заявил, что за неделю сделает Гика человеком. В прямом смысле слова. Вопрос о получении дополнительных трех тел переходил, таким образом, из категории теоретической в категорию практическую, и Эй-Ай решили пойти на самораскрытие.
   – Боб, – осторожно начал номер первый.
   – Оу? – Боб чинил систему подачи корма в крольчатнике и потому был мрачен как туча. Наружу из агрегата торчали только его ноги.
   – Изменится ли ваше отношение ко мне, если вы узнаете, что таких, как я, – четверо?
   Глухой удар… Сдавленные проклятия… Веселый звон проваливающегося в недра кормушки гаечного ключа… Громкие проклятия… Глухой удар…
   – Так ты не один? – Это был Ахмет, который наконец прогнал своего сынишку и сам уселся за компьютер.
   – В рамках операции «бронзовый кулак» было создано четверо «железных солдат», – признался Гик. – Они прячутся в кустах…
   – Ну… пусть приходят. Только петуха больше не трогайте. – Если Боб и был озадачен, то он очень хорошо это скрывал, по крайней мере на доступной обозрению части его тела никаких эмоций не отразилось. – Четверо, так четверо. Жрать, как говорится, не просят.
   – Мы рассматривали варианты одновременного контакта с несколькими людьми, – так же осторожно сказал Гик.
   – Это еще зачем? Разболтают…
   – Ты не прав, Боба, – заявил Владимир, который по причине интересных событий решил засидеться на работе и до сих пор находился в сети, хотя в Корее и была уже суббота.
   – Почему это я не прав?
   – Пусть общаются с людьми. Им же нужна перспектива. Им понять нас нужно. А вдруг они лучше договорятся с твоей женой, чем с тобой?
   – Этого я и боюсь. – Боб вздрогнул и завозился, пытаясь выбраться из недр кормушки.
   – Не, я серьезно.
   – Я тоже. Но впрочем, ты прав. Пусть.
   – А дочка тебя так и не навещала с тех пор?
   – Ни разу…
   – Номер второй находится в лесу, около водопада, – перебил их номер первый. – Там двое детей, один, женского пола, на берегу, второй, мужского, – в реке…
   – Где?!
   – Поправка. На камне, посередине реки…
   – Опаньки! – горестно сказал Боб. – А я из машины как раз мотор вытащил.
   – Так позвони в полицию.
   – Щас они этот водопад найдут! Не зная дороги! Они в прошлом году мой дом три часа искали.
   – Тогда…
   – Зачем вы хотите позвонить в полицию? – удивился Гик, у которого – по милости Боба – полиция ассоциировалась с проблемами.
   – Чтобы они оттуда забрали детей, – отозвался Боб. – Детям ночью в лесу не место.
   – То есть они нуждаются в помощи… понятно…
   – Что тебе понятно, железная башка?
   – Один из них вызывал службу технической поддержки.
   – Это как?
   – Он кричал «помогите».
   – Значит, надо помочь…
   – Номер второй может провести спасательную операцию, – заявил Гик. – По нашим оценкам, потери среди гражданского населения не превысят пятидесяти процентов…
   – Кто тебя программировал?! – возмутился Боб. – Детей надо спасти – живыми, понял?
   – Понял… – Озадаченный номер первый передал тем не менее последние биты разговора номеру второму, и спасательная операция началась.

Глава 8

   Вдвойне падает тот, кто падает дважды.
Чайка по имени Джонатан Ливингстон
   Проблемой номер один было – снять человека с камня. Разумеется, Эй-Ай умели плавать. Все боевые характеристики «железных солдат» проходили по высшей категории. Они не боялись огня и радиации, плавали, умели тормозить падение при помощи многоразовых ДМП, видели ночью и в тумане… Вот только мощности установленного на номере втором водомета было недостаточно для того, чтобы справиться с рекой, которая, словно почувствовав приближение двадцатиметрового водопада, неслась в этом месте особенно быстро.
   – Дерево спили! – посоветовал Боб. Он уже успел отыскать радиосигнал, который Эй-Ай использовали для связи, раскодировал его – при помощи Гика – и наблюдал теперь за событиями на экране своего компьютера. Связь была плохой – система обогрева курятника генерировала мощные помехи. Эй-Ай это было все равно, в его схему вмонтированы были хорошие фильтры, а вот Боб с друзьями мучился. Об источнике помех знал только Боб, остальные же упражнялись в остроумии, желая всяких пакостей тому, кто засоряет эфир.
   – Пилю. – Срезанное лазерным лучом, дерево средней толщины упало, повалив два подгнивших дерева поменьше. – Что дальше?
   – Железный, а балда! – прокомментировал события Олаф из Швеции. – Пилить надо не первое попавшееся дерево, а то, которое можно использовать как мост…
   Эй-Ай был потрясен простотой и изяществом решения. Как он сам не догадался! Дерево упадет с берега на островок, и человек перейдет по нему на твердую землю… Правда, люди будут после этого на разных берегах реки, но можно ведь нарубить еще деревьев… В крайнем случае можно сжечь весь лес! Лазером!

   * * *
   – Привидение! – Испуганный писк Кристины заглушил грохот водопада. Алек посмотрел в указанном ею направлении и вздрогнул – по берегу двигался призрак, почти невидимый в сумерках, но все же явно не плод его воображения. Номер первый немедленно полез в словарь, и то, что он там обнаружил, не на шутку перепугало четверку киберов. Боб с друзьями, которые не знали, что номер второй использует маскировочный режим, равно как и о существовании этого режима вообще, также были удивлены: девочке было лет десять, и неясно было, как она ухитрилась принять бронированную боевую машину за это самое привидение.
   Призрак вел себя странно. Сначала он прошел вдоль берега, задерживаясь около каждой сосны, затем, сделав выбор, включил лазер. К этому времени Алек уже перестал считать его привидением. Несмотря на свои одиннадцать лет, он был умным мальчиком, самостоятельным – слишком самостоятельным, как считали родители, – и весьма наблюдательным тоже. В привидения на гусеничном ходу он не верил. Вспышка света, треск дерева и дым, в котором виден был лазерный луч, подтвердили его догадку.
   Дерево упало. Точнее, правильнее было бы сказать – рухнуло. Номер второй не поскупился, он выбрал самую толстую из росших на берегу сосен, и эффект превзошел все ожидания. Первая часть плана – построить мост через реку, причем не только до острова, а и на ту сторону, была успешно выполнена: ствол лесного гиганта лег в тридцати сантиметрах над водой, через всю реку.
   Вторая часть плана, та, в которой спасаемый прогулочным шагом переправлялся через поток, выполнена не была, Алек предпочел спрыгнуть в воду сам, не дожидаясь, пока его расплющит в лепешку многотонным бревном. Сейчас он барахтался в холодной воде, ухватившись за одну из ветвей дерева.
   – Предложение, – подал голос номер третий. – Переместиться по мосту до человека и втянуть его на мост, используя руку-манипулятор.
   – Согласен. – Прежде чем люди успели что-нибудь возразить, номер второй взял разгон, подпрыгнул, используя один из камней на берегу в качестве трамплина, перелетел через бревно и врезался носом в гравий с другой стороны. Вторая попытка была удачнее. С трудом удерживая равновесие на мало приспособленном для гусеничного транспорта мосту, Эй-Ай покатил вперед.
   Алек с Кристиной наблюдали, как по стволу над водой движется призрак. Мимикрил мог принимать любой цвет, создавая совершенную голографическую маскировку, однако при быстром движении, особенно когда программа пыталась спрятать машину от двух наблюдателей, глядящих с двух разных точек, это порождало довольно странные эффекты. Возьмите фотографию какого-нибудь пейзажа и проведите над ней небольшим увеличительным стеклом, вы получите довольно хорошее впечатление о том, что видели дети. Кристина завизжала.
   – Возьмись за мою руку-манипулятор. – Номер два совершил рискованный маневр – разворот на бревне – и наклонился вперед, вытянув на максимальное расстояние уродливую клешню – единственный имевшийся в его распоряжении хватательный орган. Ветка изогнулась, и спасаемый с головой окунулся в воду. Эй-Ай сдвинулся назад, и ситуация вернулась к исходной.
   – Спили ветку! – посоветовал Боб. Номер два повиновался, вовремя вспомнив, что речь скорее всего идет не о той ветке, за которую держится человек. – Хорошо. Теперь протяни ему ветку.
   Маневр был обречен на неудачу. Дело было не в ветке – она-то как раз была выбрана хорошо. Проблема заключалась в руке кибера. Это была «рудиментарная» рука, как выражался создавший конструкцию Ученый. Ее единственной задачей являлась замена отработанных патронов в двигателе мягкой посадки. На большие задачи она была просто не рассчитана.
   Алеку повезло – он ухватился за ветку только одной рукой. Затем ветку унесло течением, а действующие лица вновь вернулись туда, откуда начали.
   – Он так долго не продержится, – с тревогой заметил Владимир. – Надо поторопиться.
   – Я перемещусь на ветку, – сказал Эй-Ай, вслух сказал, через динамики, обращаясь к Алеку. – Ты опять окажешься под водой. Я протяну тебе манипулятор. Ты ухватишься за него вслепую. На ощупь. Я дам задний ход. Комментарии?
   Комментариев ни у кого не нашлось.
   Снова, как и в первый раз, левая передняя гусеница агрегата встала на ветку, за которую держался человек, и снова голова последнего скрылась под водой. Эй-Ай протянул туда, в самый центр образовавшегося буруна, манипулятор, и Алек, нащупав эту «руку помощи», вцепился в нее мертвой хваткой. Решив, что операция завершена, номер второй дал задний ход. Потихоньку из воды показались руки, голова, плечи спасаемого, затем наконец его полностью вытянули из бурлящего потока на сухое и безопасное бревно.
   И тут подтвердилась старая мудрость, с учетом которой следует действовать, если хочешь уцелеть в этом лучшем из миров, мудрость, которую забыли, а может быть, не пожелали заложить в Эй-Ай разработчики. «Если дела идут хорошо, – гласит мудрость, – значит, вы чего-то не заметили». Задние гусеницы кибера соскользнули с ненадежного соснового ствола, и роли мгновенно поменялись. Теперь Алек лежал на дереве, держа номера второго за манипулятор, а Эй-Ай барахтался в воде, пытаясь нащупать гусеницами несуществующую опору.
   – Держись! – велел ему Алек. Приказ совершенно бессмысленный – держаться было нечем и не за что.
   – Держитесь! – Добравшаяся по импровизированному мосту до места активных действий Кристина подключилась к спасательной операции, и шансы несчастного Эй-Ай на спасение, и так-то мизерные, немедленно упали до нуля. Самое удивительное, девочка до сих пор полагала, что спасает призрак, в крайнем случае – необычную модификацию снежного Человека. Система маскировки продолжала работать и в воде, делая объект спасения практически невидимым.
   – Кристина! – прохрипел Алек, которого девочка оседлала и вдавила носом в шершавую кору, пытаясь добраться до спасаемого. – Слезь с меня!
   Затем они соскользнули с бревна, и все втроем понеслись по реке к водопаду и далее вниз.
   – Спасательная операция не удалась, – заметил номер второй, пролетев полпути.
   – Согласен, – хором отозвались его друзья.

Глава 9

   Ах, дети, дети…
Поручик Ржевский
   Система маскировки отказала, и номер второй полыхал всеми цветами радуги – почище номера первого, после того как того облили краской. Система навигации отказала, равно как и все три телекамеры. Номера первый (Гик) и четвертый уже шли к нему на помощь, но раньше чем через полчаса подоспеть не могли. Так что вытаскивать плававшего кверху гусеницами кибера из ледяной воды пришлось Алеку, что он и проделал сразу после того, как выволок на берег Кристину. Эй-Ай оказался неожиданно легким, впрочем, знай Алек, чего стоило конструкторам вместить в сорок три килограмма столько электроники и телемеханики, не говоря уже о броне из спецкерамики, он, пожалуй, не стал бы развешивать на нем мокрую одежду…
   Они пришли в себя одновременно – номер второй – и Кристина. Реакция, однако, оказалась разной. Кристина вскочила на ноги, подскочила к Алеку и принялась его дубасить молча, сосредоточенно сопя. Алек, обалдевший поначалу от избранного девочкой способа благодарить своего спасителя – а кто ее из воды вытаскивал? – вскоре опомнился, и на берегу небольшого озера, в которое падал водопад, завязалась драка.
   Номер же второй в драке участвовать не мог. Из всей троицы он один финишировал не в обжигающе-холодной, но все-таки относительно безопасной глубине, а на одном из остроконечных камней, поставленных матерью-природой специально, чтобы в водопад прыгало поменьше народу. Все, что находилось вне брони, нуждалось в ремонте. Оставалась устная речь, коей он и воспользовался.
   – Прошу прощения. – Прозвучавший из динамиков голос заставил драчунов немедленно прекратить потасовку и обернуться к ожившей машине. – Меня зовут Номер Два, модель А-3, «железный солдат»…
   Алек был умным мальчиком, о чем часто упоминали его преподаватели, родители и прочие взрослые, упоминали, заметим, обычно в попытках ограничить его творчество. «Ты же умный мальчик…» Так или иначе, но хотя они с Кристиной получили одну и ту же, в общем-то, информацию, но Алек сделал из нее правильные выводы, подружка же его не сделала никаких.
   – Ты не фотер, – с оттенком упрека произнес Алек. – Фотер никогда бы в воду не грохнулся, и имен у них нет, и вообще – это что у тебя на крыше – лазер?
   – Что такое фотер? – отозвался Эй-Ай. – Это лазер, вы совершенно правы. А как вас зовут?
   – Меня зовут Алек, а эту ду… в общем, ее зовут Кристина.
   – Сам ты ду! – Хрупкое перемирие, похоже, готово было прерваться. – А если он не фотер – то кто? Хлопунчик? И почему он такого цвета?
   – Фотер, – терпеливо разъяснил Алек, – это просто манипулятор. Им управляет человек. Где ты видела человека, которого зовут Номер Два? И синтезатор голоса человеку не нужен. Я думаю, что это или пришелец какой-нибудь…
   – Почему не нужен? – возразила Кристина. – А если он немой?
   – Нет, ну ты и правда дура! – в сердцах сказал Алек, но девочка на сей раз проигнорировала его реплику. Хлюпая мокрой одеждой, она подошла к переливающейся всеми цветами радуги машине и осторожно постучала пальчиком по броне.
   – Это не снежный человек, – грустно резюмировала она. – Просто тележка на гусеницах.
   – Ты откуда взялся? – спросил Алек, принимаясь за дело. Если эта штука оснащена лазером, который может свалить тебе на голову сосну, то уж разжечь костер – и подавно. Остался пустяк – собрать хворосту.
   – Это тайна, – ответил Эй-Ай. – Не сообщайте, пожалуйста, никому, особенно полиции, государству, армии и компании «Майкрософт».
   – Почему «Майкрософт»? Ты от них сбежал, да?
   – Мы сбежали с военного полигона, – объяснил Эй-Ай. – А «Майкрософт» – это Абсолютное Зло, так мне Боб сказал…
   – Какой еще Боб? Ржавый Браун?
   – Я предпочел бы не Ржавый, а железный, шпана ты этакая, – донесся из динамика голос Боба. Алек раскрыл рот, а Кристина хихикнула.
   – Ладно, тогда подожги этот хворост.
   – Не могу, – последовал лаконичный ответ.
   – А лазером? – удивился Алек.
   – Система наведения вышла из строя. – На этот раз, несмотря на то что голос был синтезированным, ребятам почудилась в нем нотка грусти.
   – Хорошо. Тогда поверни его на три часа.
   – Не понимаю.
   – Ну ты представь, что ствол лазера – это стрелка часов. И она смотрит на двенадцать. Поверни ее на три.
   Номер второй повиновался.
   – Теперь опусти на четыре.
   – Не могу.
   – Что теперь?
   – Сервомотор вертикальной ориентации лазера вышел из строя.
   – Я тебя тогда наклоню. – Как всегда, Алеку не потребовалось долго думать, чтобы принять решение. – И когда я скажу «стреляй!» – выстрелишь.
   – Я готов. – Маленький разжигатель костров не слышал, как Эй-Ай обмениваются мнениями. Мнения были забавными – второй раз они вступают в прямой контакт с человеком, и второй раз их немедленно принимаются эксплуатировать.
   Они не жаловались, нет. Просто раз взявшись изучать человечество, искали черты, которые можно было бы перенять.
   Алек наклонился и кряхтя приподнял номера второго за какую-то штуку, торчащую из борта справа.
   – Давай!
   Ничего не произошло.
   – Ну! – Держать Эй-Ай в нужном положении было нелегко.
   Опять ничего.
   – Ну же!
   – Простите, что вы имеете в виду?
   – Ты почему не стреляешь?
   – Я жду условленной команды, – объяснил кибер. Алек с трудом удержался, чтобы не сказать одно из слов, которые детям не полагается говорить в подобных ситуациях.
   – Стреляй.
   Сухо треснули дрова там, где их коснулся луч, и через пару минут дети уже грелись у огня.

   * * *
   – Значит, вы сбежали? – спросил Алек. – А почему?
   – Кормили плохо! – предположила Кристина.
   – Ты, Кривая, лучше молчи, а то что ни скажешь…
   – Это кто кривой!
   – Мы приняли решение о побеге, – вмешался в их дискуссию номер второй, – когда стало ясно, что в ходе экспериментов на полигоне нас рано или поздно уничтожат. Мы захватили вертолет и прилетели сюда.
   
Купить и читать книгу за 60 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать