Назад

Купить и читать книгу за 60 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Тысяча ударов меча

   Наложенное чародеем Зиртом проклятие сделало Тома единственным человеком, способным перемещаться между Землёй и Кристаллом. Но Том ушёл из Кристалла уже более двух лет назад и до сох пор не вернулся. Его подруга Джейн и ученик Том вместе с другими друзьями и своими учениками отправляются в Тибталаг, к оракулу, который предсказал, что Том вернётся…
   © fantlab.ru


Тысяча ударов меча Степан Вартанов

   © Степан Вартанов, 2014
   svartanov.com

   Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Глава 1

   Небо над Иситраром было синее-синее, и ни одно облачко не нарушало этой синевы. Стояла жара, и Роджер чувствовал, как стекают по спине, между лопаток, струйки пота. Белые башни Непобедимого Города нестерпимо сверкали на солнце, стоящие на них стражники с интересом посматривали на застывшую на площади толпу. Тишину нарушал лишь голос Наставника. Сегодня он подводил итог года обучения, выпуская в свет четыре десятка «групп», по десять учеников в каждой.
   – И наконец, я вручаю Знак Дороги смешанной группе учителей Джейн и Роджера, – произнес Наставник торжественно.
   В следующий миг из двадцати луженых глоток вылетел торжествующий рев. Это в Иситраре умели хорошо. Роджер усмехнулся. Учитель. Он – Учитель. Десять человек его группы и десять – из группы Джейн, стали наконец признанной силой, за год стали, вместо положенных трех.
   Они неплохо поработали за этот год, и можно сказать – прижились в этом городе, безусловно – самом странном из городов. Юноше давно перестала сниться Земля, и место это по любым меркам было теперь его домом. И группа попалась хорошая, как на подбор.
   – Пройдите путь с честью и будьте достойны этого знака… – Наставник махнул рукой, давая понять, что церемония окончена. Многотысячная толпа на площади поклонилась в ответ, синхронно, как один человек.
   Роджер поймал взгляд Джейн и широко улыбнулся. В том, что их группу назвали последней, не было никакого унижения, просто слишком нова была в Иситраре идея двух Учителей, которые издевались бы над учениками по очереди. Скорее всего, идею подхватят, они любят новшества, эти граждане Иситрара…
   – Домой? – поинтересовался Роджер.
   – В казарму. – Джейн тряхнула головой, отбрасывая прядь волос, и Роджер в который раз подумал, что девушке не мешало бы хоть иногда улыбаться. – Я хотела бы сегодня поставить перед классом задачу.
   – Так ты решила, куда мы пойдем? – удивился Роджер. – А почему мне не сказала?
   – Не успела. – Джейн подняла над головой шпагу в ножнах, и ее ученики принялись проталкиваться к учителю сквозь рассасывающуюся, но все еще довольно плотную толпу. Роджер подумал и сделал то же самое со своим мечом. Подними он вверх обнаженный меч – это бы означало, что Учитель попал в беду, меч же в ножнах был просто приказанием подойти.
   – Я должен угадать, или ты мне скажешь? – поинтересовался он.
   – Угадай. – Джейн повернулась и направилась к западному выходу из города, мимо сложенных и накрытых брезентом на маловероятный случай дождя осадных машин. – Ни за что не угадаешь.
   – Что тут угадывать? – пожал плечами юноша. – Ты уже прочесала Забытый Город вдоль и поперек, но Тома не нашла. Значит… – Тут он осекся, заметив, как сразу поникла его собеседница. – Извини, – сказал он после паузы.
   – Да что там! – Джейн оглянулась назад, где бодро маршировала их «объединенная группа», два десятка юных головорезов, только что получивших Знак Дороги, а потому рвущихся на подвиги. Они все рвались на подвиги в Иситраре, от детей до стариков. – Продолжай свое рассуждение, – сказала Джейн.
   – Ты посылала курьера к магу в Илинори, и он не смог ответить на твои вопросы, – продолжал Роджер. – Соответственно, остался только один человек, который может быть в курсе событий и с которым ты еще не разговаривала… Точнее, два…
   – Верно. – На этот раз в голосе Джейн проскользнула нотка уважения. – Молодец. И что ты думаешь на этот счет?
   – Самоубийство, – честно сказал Роджер. – Но я с тобой, конечно. А что касается учеников…
   – Они решат, что им оказана честь.
   – Ни один из учителей не выводил свою группу дальше Гзур или Источника. – Роджер пожал плечами. – Ты же собираешься пересечь Континент… За право участвовать в этом походе любой житель города отдаст свою… э… свое левое ухо.
   – И не только житель города, – кивнула Джейн.
   – То есть?
   – Есть еще кое-кто, кого я бы хотела держать подальше от этого похода, но…
   – Тиал? – Роджер нахмурился. – Ей ни к чему идти с нами. Да и потом, в тех краях эльфов очень не любит…
   – Скажи лучше – их там едят. – Машинально Джейн почесала кончик носа, что, как Роджер уже имел случаи убедиться, было у нее свидетельством глубокой задумчивости. – Наверное, придется их обмануть, – сказала она наконец без всякой уверенности в голосе.
   Казармы учеников располагались вне городской черты, на склоне холма, с которого открывался красивый вид на предгорья Кирисонди. В этих открытых всем ветрам палатках они провели последний год, с тех самых пор как Джейн поняла, что ее жених не вернется в Забытый Город и вообще в этот мир, и они выбрались из джунглей и избрали Иситрар своим домом.
   Иситрар стоял здесь с незапамятных времен, но при этом его жителям удалось сохранить окружающую природу. Поросшие кустарником холмы перемежались с полями, но их было немного, этих полей. В таком климате земледелие – вещь несложная. Впрочем, занимались им в основном приезжие, люди, эльфы и представители некоторых других, менее многочисленных народов. Им разрешали жить здесь по пять лет, но не разрешали оседать. Сами же горожане земледелием не увлекались, прямо сказать, им было не до того.
   Ученики сидели на коленях, в позе внимания, образуя полукруг, так что два Учителя находились в центре. Семнадцатилетние балбесы, влюбленные в боевые искусства, и для каждого из них идеалом является его учитель, а также две дюжины древних героев, свирепых убийц, маньяков и садистов, по мнению Роджера. Мнение это, к слову, он неоднократно высказывал вслух, впрочем, это ничего не меняло. Идею гармонии в Иситраре понимали своеобразно: ясный солнечный день, холм вроде этого, горы на горизонте, пение птиц, меч в твоей руке, и трупы врагов, под которыми не видно земли.
   – Сегодня, как многие из вас, наверное, заметили, особый день, – сказал Роджер, прохаживаясь перед внимающими ему бойцами. Руки он при этом заложил за спину на особый манер, точно так, как это делал Учитель Киза. Слушатели заулыбались. Манера Учителя передразнивать Наставников была общеизвестна, с одним только Кизой он трижды дрался по этому поводу на дуэли. Манеру Кизы говорить общеизвестные вещи с умным видом также все знали. – Я считаю, – теперь Роджер походил на Учителя Викра, – что вы особая группа. Вы лучше одеты, больше едите, дольше спите и…
   Улыбки стали шире. Подход Учителя Роджера к еде и сну как к вещам излишним для воина был также общеизвестен.
   – И поэтому вы лучше других, – резюмировал Роджер. – Так что мы решили подобрать вам соответствующую задачу, что-нибудь выдающееся… Джейн вам расскажет детали. Я имею в виду – Учитель Джейн.
   – Мы идем в поход по границе с Тимманом, – сказала Джейн, не тратя времени на предисловия и никому не подражая, – затем в обход Суриади и далее на остров Тибталаг…
   Договорить ей не дали – ученики разразились торжествующими воплями. Они были счастливы. Самый сложный маршрут, по которому доводилось пройти получившим Знак Дороги группам, не шел ни в какое сравнение с тем, что придумали их Учителя. Забыв про этикет, бойцы азартно лупили друг друга по спинам. Джейн с Роджером переглянулись, затем Роджер выразительно покрутил пальцем у виска.
   – Я иду с вами, – повторила Тиал.
   Роджер и Джейн дружно вздохнули. Эльфийка никогда не отличалась особой сговорчивостью по этому поводу, она всегда «шла с ними», однако на этот раз случай был особенно тяжелым.
   – А Жанна? – спросил Роджер. Эльфийка посмотрела на свою семилетнюю ученицу и в свою очередь тоже вздохнула: Жанне в походе делать было нечего.
   – Я иду с Тиал, – немедленно заявила девочка. Роджер открыл было рот, но его опередила Джейн.
   – Ты будешь нам мешать, – просто сказала она.
   На любого нормального ребенка такая фраза должна была бы оказать хоть какое-то действие. Жанна ее просто проигнорировала.
   – Я иду с Тиал, – повторила она. – И я уже не маленькая. Я могу о себе позаботиться в бою.
   Это было правдой, успехи девочки в области магии были просто выдающимися. Она уже могла зажечь свечу, потушить свечу, стать – если повезет – невидимой, а если нет – потерять сознание, а также договориться о ненападении почти с любым зверем. Пользы от этих умений в предстоящем походе не было никакой, на что Роджер немедленно обратил ее внимание.
   – Я иду с Тиал.
   Роджер вздохнул и перевел взгляд на последнего из присутствующих на стратегическом совещании – Илиси, мастера школы Света и без пяти минут Учителя. Тот развел руками, демонстрируя свое бессилие. Тиал была или по крайней мере считалась невестой Илиси, но это не значило, что юноша имел на нее хоть какое-то влияние, скорее наоборот. Да выражение его глаз Роджеру сильно не нравилось. Илиси наслаждался. Он предвкушал. Как всякий ненормальный из этого города, а они все тут были ненормальными, он мечтал совершить поход, желательно с боями и желательно с тяжелыми. Экспедиция на Тибталаг именно такой и обещала быть, а единственным способом в нее попасть для Илиси было – вместе с невестой.
   Не союзник он мне в этом споре, мрачно подумал Роджер.
   – Нас двадцать два человека, – говорила между тем Джейн. – Вооруженных до зубов. Подготовленных. Мы…
   – А кто ваши раны лечить будет? – прервала ее Тиал. – А кто вам дорогу покажет, когда вы заблудитесь?
   – А кого мы спасать будем, когда его опять в рабство продадут? – в тон эльфийке поинтересовался Роджер.
   – Кого? – подняла брови его собеседница.
   – Проиграли вы этот спор! – Голос прозвучал от двери и мог принадлежать только одному существу на свете. Он стоял в дверях, широко расставив ноги, облаченный в обычный для его народа костюм, словно срисованный с мультфильма про Белоснежку, и в придачу – со своим любимым топором за плечом. Хотя без топора он вполне мог бы обойтись, как ни странно это звучало, улицы Иситрара были абсолютно безопасны.
   Гномов в Иситраре любили. Любили не только как союзников, позволивших «кулаку добра» накачать неплохие экономические мышцы, но и уважали за трудолюбие и характер, в особенности за способность лезть на рожон по самому незначительному поводу.
   Этого гнома знали также как друга Учителей Джейн и Роджера, и их ученики именовали его не иначе как «наш гном». В свою очередь тот, в разговорах с указанными Учителями, именовал их учеников не иначе как «ваши бандиты». За это его тоже уважали.
   – Здравствуй, Кирк. – Роджер помахал вошедшему в комнату гному, затем повернулся к Илиси, который после последней реплики Тиал начал как-то подозрительно кусать губы. – Засмейся, и я лично дам тебе по шее, – пообещал Роджер.
   – Я серьезен, как тролль в женской бане, – ровным голосом произнес юноша. Затем он достал из кошелька монету, уронил ее под стол и полез поднимать.
   – Род, а он под столом смеется! – радостно сообщила Жанна.
   – Ты тоже? – спросила Кирка Джейн.
   – Пришел сюда, как только услышал, – кивнул тот. – Ваши бандиты ходят по городу, а приказа молчать вы им не давали…
   – Моя ошибка.
   – Так что вам сейчас завидует весь Иситрар, – резюмировал гном. – Почему ошибка? Пусть дети порадуются.
   – Я буду рад видеть тебя на нашей стороне в этом походе, – сказал Роджер. – Вот только надо как-то убедить Тиал…
   – Я иду с вами!
   Идея посетить оракула с острова Тибталаг принадлежала Джейн, и была в общем-то логичной идеей. Около двух лет назад наложенное его создателем, чародеем Зиртом, проклятие сделало жениха Джейн, Тома, тем единственным человеком, который был способен путешествовать между мирами. Так по крайней мере его заверяли… Вопрос к оракулу, да и Зирту тоже, таким образом, должен был звучать следующим образом: куда он делся, этот Том, после того, как растаял в воздухе, обещав скоро вернуться? Роджер достаточно хорошо знал свою напарницу, чтобы сочувствовать как оракулу, так и волшебнику. Особенно если те не будут склонны к сотрудничеству. Вот только не заработать бы им еще по проклятию…
   Однако остров Тибталаг находился далеко на востоке, и от Иситрара его отделяли земли, населенные народами агрессивными и, как правило, враждебными. Один раз они этот путь уже проделали – он, Джейн, Том, Кирк, Тиал и маленькая Жанна. В тот раз они главным образом скрывались и крались. Теперь же, во главе вооруженного отряда… Роджер с удовольствием подумал, что большей авантюры трудно было изобрести. Несмотря на привитое ему учителем Томом ироническое отношение к культам, и культу силы в частности, драться он любил. Недаром неофициальным прозвищем Учителя Роджера в Иситраре было – Забияка. Сейчас Учитель Роджер прогуливался по городской стене – отдыхал после напрочь проигранного спора с эльфийкой.
   – Отправляетесь в поход? – Учитель Киза, как всегда, подошел бесшумно, и Роджер мысленно чертыхнулся. Будь Киза врагом…
   – Легендарный поход, – поправил он, оборачиваясь и отвечая на ритуальное рукопожатие. Киза усмехнулся, отчего пересекающий его лицо шрам зашевелился, словно живое существо.
   – Зачем вам Тибталаг? – спросил он. – Я не пытаюсь отговорить, нет, мне просто интересно.
   – Джейн хочет задать пару вопросов тамошнему оракулу, – ответил Роджер. – И я не завидую бедняге, если его ответы ей не подойдут. Ты знаешь, она может быть настойчивой.
   – Забавно… В Аталете ведь тоже есть оракул, – заметил Киза.
   – ЭТОТ оракул заварил кашу, из-за которой мы сильно пострадали. – Роджер вздохнул. – Я потерял Учителя, Киза, а Джейн – друга… да что там! Больше, чем друга… И если честно – я тоже хочу кусочек этого оракула…
   – Хотел бы я пойти с вами… – Киза посмотрел с крепостного вала, где они стояли, вниз, туда, где отряд сдавал учебный инвентарь кладовщикам.
   – Ты, наверное, сотый, кто мне сегодня это говорит. – Роджер усмехнулся. – Знаешь, это неплохая идея – пойти в поход всем городом.
   Киза хохотнул:
   – И отдать эту землю Тимману. Нет уж, увольте… Однако…
   – Что – однако?
   – Я завершаю обучение своей группы через полгода…
   – Ты тоже хочешь поговорить с оракулом? – Роджер представил себе картину, как день за днем в пещеру к оракулу вламываются вооруженные отряды. – Ты знаешь, это было бы хорошей шуткой. Насколько я понял из рассказа моего Учителя, этого оракула довольно легко вывести из равновесия… – Они посмеялись.
   – Вечером у меня собираются Учителя восточного Сектора, – сказал Киза. – Приходите с Джейн. Будем рады.
   – Придем.
   – И – Роджер?
   – Что такое?
   – Я тоже научился тебя передразнивать. Ученики говорят – похоже.
   – Попробовали бы они сказать по-другому…

Глава 2

   Эльф шел в Иситрар, и это было непонятно. Человек в сером, видавшем виды халате посмотрел на заменявшее ему экран метрового размера зеркало в тяжелой деревянной раме и задумчиво почесал кончик носа. Этого он не ожидал. Эльфы не любили надолго покидать свои владения, они любили лес, если, конечно, это не были северные эльфы. И на тебе – Иситрар.
   – Дался тебе этот эльф, Арчи! – лениво произнесли у человека за спиной. От неожиданности тот подпрыгнул и едва не вывалился из кресла.
   – Никогда не делай так больше! – зло сказал он. – Сколько раз можно просить!
   – Ладно, ладно, – усмехнулся Джон Кролл, его помощник и товарищ по несчастью. Впрочем, Артур Норт давно уже не считал себя несчастным. В этом его точка зрения расходилась со взглядами десяти его бывших подчиненных, которых он сумел собрать воедино в этом дурацком замке на вершине скалы.
   Полтора года назад он, как и остальные десять тысяч «демонов» с Земли, вдруг обнаружил, что заперт в им самим сотворенной, а ныне взбунтовавшейся игрушке. И наравне со всеми был продан в рабство в Джиу – о, он еще доберется до этих торгашей… Но потом… В конце концов, он добился всего, о чем может мечтать программист, – его любимая программа ожила и стала настоящим миром. С ним тоже можно играть, особенно если знать, как он устроен.
   – Эльфы лучше людей, – назидательно произнес Норт. – Они бессмертны. С ними можно играть ВЕЧНО.
   – Играть?
   – Мы внутри игры. Играть. Именно так. И к этому эльфу у меня особые счеты.
   – К эльфу – счеты? Я думал, он тебя спас…
   Спас ли Великого Программиста этот эльфийский бродяга, или нет – оставалось открытым вопросом. Попав в рабство, Норт, непривычный к тяжелому физическому труду, очень быстро познакомился с им же самим когда-то запрограммированной манерой надсмотрщиков – чуть что, пускать в ход плетку.
   Прошло три месяца унижения, прежде чем он достиг «барьера пера и свечи». Магия. До того момента, как изучающий магию проходит этот барьер, он не способен ни на что, после – начинается долгое и мучительное восхождение к вершинам мастерства. Которое, впрочем, можно здорово ускорить, если знать как.
   Конечно, обидно изучать магию, которую когда-то сам изобретал… К тому же первое, что открыл Норт, – магия в Кристалле «поплыла», заклинания слегка изменились, и все, что хранилось в необъятной памяти Главного Программиста, сотворившего этот мир, нуждалось теперь в коррекции. Пусть. Зато он знал все «запрещенные приемы», всю изнанку магии, да и не только ее.
   Эльф выкупил Норта в тот момент, когда он мог уже освободиться и сам. Днем раньше, днем позже… И начал задавать Норту вопросы. Это было странно. Эльфы горды, если не сказать – спесивы. Учиться магии у человека? Эльфу?
   Сначала Норт решил, что перед ним демон, но слишком уж хорошо этот демон вписывался в окружающий его мир. Слишком много умел. Оборотень? За то время, что они общались, Норт не заметил в своем «спасителе» никаких намеков, подтверждающих это предположение. Шифтер со Странного Запада? Но эльф свободно, почти без акцента, говорил на десятке языков Кристалла… И не отвечать на его вопросы было… непросто. Ибо он был невозмутим, этот эльф. Он ни на мгновение не позволял своим эмоциям взять верх над разумом, как ни старался Норт, а с какого-то момента он начал стараться всерьез. Эльф – нормальный эльф – давно бы взбесился и выгнал нахального раба ко всем чертям, этот же лишь улыбался и повторял вопросы снова и снова. Пока не понял, что ищет не там… Что бы он ни искал…
   Расстались они, как и полагается старым друзьям. Норт сказал, что уходит, эльф сказал – пожалуйста. Норт добавил пару наблюдений личного характера, в ответ на что эльф взял палку и огрел непокорного раба пониже спины. Тогда Норт разозлился и сказал Слово, одно из тех, после которых рождаются легенды о непобедимых программистах… Справиться с человеком, которым руководит программа-лидер, невозможно… По крайней мере так Норт считал раньше. Эльф обезоружил его как ребенка, шутя… И ушел, даже не удосужившись убить…
   Впрочем, у Главного Программиста было много жизней…
   – Зачем он идет в Иситрар? – повторил Норт. Тут эльф, почувствовав, видимо, что за ним следят, махнул рукой, и волшебный экран погас. Человек поспешно отодвинул кресло, не дожидаясь, пока зеркало разлетится осколками, как было в первый раз. Хорошая игрушка – она должна сопротивляться, иначе не интересно. Но вот что это за заклинанье он использует?
   Из Иситрара они вышли через два дня, рано утром, когда на востоке еще только разгоралась заря. Причина для столь раннего выхода была проста – Тиал и Жанна еще спали. Джейн рассчитывала увести отряд достаточно далеко, прежде чем они проснутся. У Роджера не было особой уверенности в том, что упрямая эльфийка смирится с таким положением дел. В конце концов, ее знания магии позволяли идти по следу, как бы запутан он ни был. Выслушав его сомнения, Джейн не задумываясь скомандовала «бегом». Марш-бросок должен был оставить между отрядом и «погоней» достаточное расстояние…
   Путь их лежал вдоль южных предгорий Кирисонди, довольно большого горного хребта, отделяющего Иситрар с его плодородными степями от тимманской пустыни. С востока от этих гор располагался дружественный город Лоас, и там они должны были отдохнуть… Через несколько дней. Кирисонди были уже порядком изрыты гномами и считались самым перспективным из их поселений. С гномами Иситрар тоже дружил давно, и обе стороны были этим довольны, что нечасто случалось в отношениях разных рас. Вообще, Роджер в последнее время начал склоняться к мысли, что, дав дозированный выход своим агрессивным наклонностям в виде всех этих боевых искусств, люди Иситрара стали более терпимы. На вопрос Кирка о том, что сделало более терпимыми гномов, которые никакими подобными вещами не увлекались, а мирно копали руду, он ответа не знал.
   Зато с юга от избранного Джейн маршрута проходила граница с Тимманом, государством не менее воинственным, нежели Иситрар. Несмотря на существенные различия в основных положениях, религии, если так можно выразиться, обоих сторон были одинаково агрессивны. Мир вокруг, говорили в Иситраре, полон возможностей прославиться. Несовершенные подвиги ждут будущих героев… Тимман же стремился не столько к подвигам, сколько к соблюдению довольно сложного кодекса чести. Пройти мимо драки и не вмешаться – такой возможности этот кодекс не предусматривал. При отсутствии драки – ее всегда можно было создать.
   Напади на экспедицию отряд из Тиммана – а вдоль границы всегда было неспокойно, – и славный поход мог завершиться раньше времени. В кодексе чести Тиммана ничего не говорилось также и о том, что использовать численный перевес неэтично.
   По этой причине отряд двигался не колонной, а цепью, налети они на засаду, ее легко можно будет взять в кольцо и уничтожить (официальный подход Иситрара) или обойти и попробовать скрыться (Учитель Роджер).
   После шестичасового марш-броска они перешли на быстрый походный шаг. Степь вокруг пестрела цветами, весна только-только вступала в свои права. Роджер подумал, что будь сейчас с ними Жанна, она непременно бы решила собрать букет. К Жанне Роджер относился со смешанными чувствами. С одной стороны, невозможно было не любить этого ребенка, не способного ни секунды усидеть на месте. Жанна пыталась научиться всему – она уже умела метать ножи, фехтовала – довольно средне, но все же, умела лечить, готовить, читать следы и ездить верхом. И изучала магию под руководством Тиал, заменившей девочке мать. С другой же – именно в рюкзаке Роджера Жанна, как правило, отсиживалась во время их предыдущих марш-бросков. Если, конечно, Том не находил для него груза потяжелее.
   От размышлений его отвлек гортанный крик – один из бойцов заметил опасность. Над степью, низко стелясь над землей, плыла стая хрустальных бабочек.
   Роджер чертыхнулся и сел в траву там, где стоял. Теперь все, что он мог делать, было – ждать. Попались. Хрустальники не были простыми насекомыми, иногда их стаи приносило ветром из окружающей Тимман пустыни. Если они решат, что человек не представляет угрозы, они не причинят ему вреда. Надо просто сидеть и не двигаться.
   Минута – и вокруг сидящих и лежащих в степи бойцов закружилась стеклянная пурга. Одна из бабочек села Роджеру на рукав, и он мог рассмотреть ее во всех подробностях. Просто – стеклянная бабочка. Живая. Солнце отражалось на крылышках этой летающей драгоценности, отбрасывая маленькие радуги, и не верилось даже, что она – одно из самых грозных существ этого мира. Тиал, впрочем, бабочки не трогали, и Жанна в последнее время тоже хвасталась чем-то в этом роде. Магия. Роджер изучал магию с не меньшим упорством, чем Жанна, однако его успехи были пока более чем скромными.
   Несколько минут прошло в напряженном молчании, затем над землей прокатился хрустальный звон. Бабочки поднялись в воздух и через несколько минут исчезли из виду.
   – Рассчитаться! – скомандовала Джейн. Бойцы принялись выкрикивать свои номера. Все, кроме двенадцатого, мальчишки по имени Ирктан.
   – Найдите его!
   Ирктан лежал на земле, неловко запрокинув голову, и одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что здесь произошло.
   Роджер посмотрел на Джейн. Та чуть пожала плечами.
   – Разбудить!
   Бойца растолкали, сопровождая свои действия колкими насмешками.
   – Нервы у парня, – заметил Роджер. – Заснуть в такой момент!
   – Ты их совсем уморил, – возразила Джейн. – Еще немного, они и в бою засыпать начнут, попомни мои слова.
   – Да? – Роджер задумался. – Но… Гм… Если это не будет мешать делу – почему бы и нет? – Он махнул рукой, давая отряду команду возобновить движение.
   Раньше – до начала времен – эта степь была джунглями, и джунгли образовывали непреодолимое препятствие между землями, принадлежащим ныне Иситрару и Тимману. Затем первые поселенцы поднялись по реке Нарир и основали то, что со временем стало самым грозным оплотом сил Добра на Континенте. Одновременно – или гораздо позже, если следовать версии жителей Иситрара, – был заложен поселок Тимман-а-Тур, будущая столица государства Тимман.
   Именно эксперименты Тиммана в области земледелия и привели в конце концов к тому, что джунгли отступили на восток, и возникшая между сопредельными государствами степь сделала возможным передвижение армий. Наступило Время Героев.
   Роджер имел собственную точку зрения на это Время, равно как и на самих Героев. В любом другом государстве подобное отношение к господствующей идеологии грозило бы ему смертной казнью, но не в Иситраре, где считали, что идеология должна быть способна постоять за себя сама. И действительно, Роджера слушали, хлопали по спине и обещали, что он «со временем поймет».
   Зато когда в Кристалле начались новые времена и поднявшие голову орки и гоблины пошли войной на своих соседей, именно Тимман привел свои войска к осажденной Аталете – и говорят, там до сих пор не могут без содрогания вспоминать об учиненной под стенами города бойне. Армия Иситрара в это самое время «резвилась» близ Великого Леса, и опять же – эльфы теперь стали гораздо лучше относиться к людям, по крайней мере к своим спасителям из «кулака Добра».
   – Все готово, – сказала Учум, глядя на своего начальника, как всегда, чуть снизу вверх и слегка склонив голову набок. – Армия почти полностью на нашей стороне, не включая, правда, радикалов.
   – То есть предложение должно пройти без возражений, – кивнул Лет, крупный мужчина лет сорока пяти, начинающий лысеть и производящий на первый взгляд впечатление человека мягкого и безвольного. Впечатление это, впрочем, было ложно – Учум хорошо знала, какая стальная воля и аналитический ум скрываются за внешностью Второго Председателя Совета свободного города Аталеты.
   – Не вполне, – сказала Учум.
   – Что значит – не вполне? – Лет чуть подался вперед, и впечатление безвольного толстяка развеялось без следа. Советника Учум всегда забавляли подобные метаморфозы.
   – Некоторые из командиров пограничных отрядов, в том числе и ваш племянник, Тротти, выступают против идеи мира с силами, традиционно считавшимися враждебными. Они настроены очень… агрессивно, я бы сказала. – Советнк Учум всегда выбирала осторожные обороты. Если она говорила – агрессивно, значит, для этого были основания. Лет нахмурился и забарабанил пальцами по столу.
   – Расскажи подробнее о проблемах в Форте, – попросил он. – Что там такое произошло?
   – Эл Тротти выслушал посланника, – ровным голосом сказала Учум. – Затем он повесил посланника за подстрекательство к измене.
   – Так… – Лет встал из-за стола и подошел к высокому окну башни, из которого открывался вид на северные окрестности Аталеты – левый приток Риры, джунгли на горизонте и возделанные поля по обе стороны реки. – А золото? – наконец спросил он.
   – Золото Тротти взял, – последовал ответ. – И раздал солдатам.
   – Что сделает еще более сложным делом снятие его с поста, – кивнул Лет. – Не посылать же армию на штурм собственного Форта!
   – Учения, – осторожно предложила Учум. Лет резко обернулся, встретившись взглядом со своим Советником. Когда его план будет осуществлен и досадная приставка «второй» перед его титулом наконец исчезнет, придется взять Советника с собой… То есть назначить на его, Лета, нынешний пост.
   – Хорошая идея, – кивнул он. – Проработай детали. Надо, чтобы он оказался как можно дальше от Форта в нужный момент. Кто останется его замещать?
   – Тир Оскагур. – Учум со значением посмотрела на начальника. – Наш человек.
   – Это хорошо. Когда?..
   – Курьера я могу отправить сегодня. До Форта неделя пути – с учетом всех возможных задержек. Мы можем отправить сообщение нашим… партнерам – прямо сейчас.
   – Так и сделаем.
   – Остается последний вопрос, – тем же осторожным голосом произнесла Советник. – Что скажет Тимман, когда узнает о готовящемся союзе?
   – Что бы он ни сказал, – пожал плечами Лет, – мы просто сделаем вид, что не расслышали… В конце концов, это всего лишь дикари, не так ли?

Глава 3

   После Иситрара эльф пошел в Лоас, и тогда Норту стало ясно, что он идет не «куда-то», а «за кем-то». К сожалению, волшебное зеркало передавало звук, только если невидимая «камера» находилась близко к объекту наблюдения. Такие вещи эльф чувствовал мгновенно – и действовал соответственно. Зеркал не напасешься.
   – Пора, – сказал Норт, глядя из безопасного «далека», как его подопечный бодро топает по степи. – Начнем потихоньку.
   Взмахом руки он погасил зеркало и вышел на балкон – проще говоря, обнесенный перилами выступ скалы. Этот замок был создан для отдыха персонала Компании, и попасть в него, не зная дороги, было нельзя. С балкона открывался вид на лесистые окрестности, реку на горизонте и деревню у болота. За болотом находился город торгашей, Джиувери, но, разумеется, его не было видно. По сути дела, весь их замок – это была просто скала в лесу, но как же все это было красиво! Норт в который раз признался себе, что они сделали замечательную работу. Однако – к делу…
   – Орки, – задумчиво произнес Норт, – слишком тупы, хотя попадаются и… Да нет, что я говорю! Не конкурс же мне устраивать! Может, люди?
   Он вспомнил, как, словно живой, летал меч в руках этого эльфа. Нет, людям не справиться. Да и… Норт вовсе не собирался никого убивать. Нужны профессионалы. Гоблинов, что ли, взять?
   Заклинание вызова – никто и никогда не узнает этого заклинания, никто из магов Кристалла. Как не узнает и того, зачем спят под землей гоблины, или что творится за магическим барьером на Западе. Девять рубиново-красных искр сорвались с кончиков пальцев мага, который не был магом, и исчезли вдали. Десятой искры не получилось, и Норт мысленно выругал себя за небрежность – забыл снять с пальца обручальное кольцо! Что же, поздно что-либо менять… дело сделано, теперь – ждать.
   – Ты силен, приятель, – насмешливо процедил Норт. – И умен – не по годам. Посмотрим, насколько ты терпелив.
   Идея эта пришла ему в голову довольно давно. Вывести эльфа из равновесия. Заставить стать таким, каким – Норт был в этом уверен – он является там, под надетой неведомо зачем маской. Достать.
   Затем – на время – он забыл об эльфе и занялся другими делами. У Главного Программиста было много игрушек, помимо любимой.
   Лоаса они достигли без дальнейших приключений, если не считать за приключение дракона, который два дня следовал за отрядом, выписывая в небе круги и восьмерки, пока не решил наконец, что добыча ему не по зубам. Теперь ученики бодро вышагивали по направлению к стоящему на склоне горы и обнесенному стеной городу и старались не обращать внимания на выражение лиц Учителей. Бойцы кусали губы, хмурились, но в целом – справлялись с задачей. Замыкавший шествие Кирк, единственный из всех присутствующих, не боящийся гнева Джейн, напротив, гулко хохотал, игнорируя ее взгляды.
   Причина была проста – Тиал, Илиси и Жанна стояли на обочине дороги в сотне метров впереди, и миновать их незамеченными не представлялось возможным.
   – Ты можешь объяснить, – обратилась Джейн к подошедшему гному, – как они с ребенком на руках обогнали отряд на марше?
   – Лошади? – невинно предположил тот.
   Лицо Джейн вытянулось.
   – Ты хочешь сказать, что пока мы шли пешком…
   – Я не смеюсь, – поспешно сказал Роджер, поймав ее взгляд. – Я просто анекдот вспомнил…
   – Здравствуйте, – сказала Тиал, когда путники приблизились. – Как вам не стыдно?
   – Мы… – начал Роджер и надолго задумался. Двадцать лоботрясов стояли у него за спиной, и каждый улыбался во все лицо, это сильно мешало оправдываться.
   – Здравствуй, Роджер, – нарушил молчание Илиси, протягивая руку для рукопожатия. – Ты не возражаешь, если мы к вам присоединимся?
   – Да чего там… – Роджер вздохнул, и добавил: – Мы даже рады будем… Мы, собственно, с самого начала…
   – Вы поступили нехорошо, – сказала Жанна голосом Тиал. – Но мы решили вас простить. – Она помялась, затем не выдержала, и выпалила: – А я хрустальную бабочку поймала, вот! И отпустила потом.
   В Лоасе они решили провести ночь. Вечером Кирк повел Тиал и Жанну смотреть подземные поселения гномов, Роджер подумал и пошел с ними. Джейн же лезть под землю отказалась наотрез.
   Каменоломни были основой экономики Лоас-А-Тура, собственно, город был построен для защиты именно гномов – как от Тиммана, так и от нашествий населяющих пустыню существ, классифицировать которых иначе как «монстры» было затруднительно. Пару раз сюда вторгались также орки из Вонталы, но их очень быстро отучили от этой привычки.
   Там же, под землей, гномы построили город. Он был очень велик, просторен и освещался солнечным светом при помощи сложной системы зеркал. Роджер подозревал, что без магии тут тоже не обошлось, как иначе можно было объяснить, что в городе было светло и ночью? Факелов гномы не использовали, считая, что покрывать стены своего дома копотью способны только тролли да гоблины.
   В Лоас-Ир-На – подземную часть Лоас-А-Тур – они вошли через главные ворота, и Роджер с уважением посмотрел на цельнометаллические плиты метровой толщины, защищающие вход. Ворота приводились в движение машинами, и Кирк немедленно и с гордостью продемонстрировал им эти машины – переплетение непостижимых размеров рычагов и шестеренок.
   За воротами начинался Главный Тоннель, ведущий в самое сердце горы.
   – Понимаете, – говорил Кирк, – то, как мы обычно строим наши поселения, больше похоже на сеть кротовых ходов. Мы следуем путям рудных жил, уклоняемся от грунтовых вод и так далее.
   – А здесь? – Жанна, раскрыв рот, изучала извивающуюся по отполированной почти до зеркального блеска стене золотую жилу. – А это золото? Настоящее? А почему…
   – Это обманка, – поправил ее Кирк. – А что касается твоего первого вопроса – то здесь, в Кирисонди, мы строим то, что более напоминает кровеносную систему. Сначала идет главный тоннель. Затем сеть тоннелей поменьше. И так далее…
   – Пока вся гора не рухнет вам на голову. – Тиал обвела взглядом сводчатые потолки огромного зала, в который неожиданно превратился тоннель.
   – Не рухнет, – успокоил ее гном. – Мы хорошие строители. То, что останется после нас, будет прочнее, чем то, что было до. А вот и Великий Мост.
   – А что там внизу? – Жанна перегнулась через мраморные перила и посмотрела в бездну, освещенную колоннами уходящего из осветительных штолен света. – У нее вообще нету дна!
   – Внизу спит чудовище, – серьезно сказал Кирк. – Каждый день мы сбрасываем ему маленьких девочек, чтобы оно не проголодалось и не полезло наверх.
   – Ну да, – усмехнулась Жанна. – Оно сдохнет, пока будет лезть по этим стенам. Они же такие гладкие. А почему…
   – Я покажу вам Сердце Горы, – поспешно сказал гном.
   В это самое время по Рире спускался необычных очертаний корабль. Гоблины вообще-то не занимались судостроением, это был их первый, пожалуй, опыт в новой области. Черный корпус был одновременно обтекаемым и каким-то угловатым, а нос заканчивался не традиционной скульптурой, а острым, окованным металлом клином, который можно было при необходимости опустить под воду, дабы таранить корабли противника ниже ватерлинии. Косые паруса резко отличались от привычого в Кристалле прямого вооружения. Корабль назывался «Гром».
   Стоящий на корме дзай с интересом вертел головой, изучая проплывающие за бортом живописные окрестности. Это был его первый дальний поход, до сих пор все, чем доверяли заниматься Вуоту, были местного масштаба склоки. Походом на восток начинался новый этап его карьеры. Вуоту было поручено встретить и проводить в поселение гоблинов на горе Суриади посла с Черного Континента, легендарного Черного Континента, того самого, на который не пускали никого, кроме группы избранных. Сейчас, впрочем, никто тоже не собирался делать исключения, тем более для начинающего дипломата дзай. С кораблем посла они должны были встретиться в море, неподалеку от первого в цепи крошечных островов, тянущихся вдоль берега от устья Риры до Черного Острова.
   Вуот принадлежал к одному из самых необычных народов Кристалла, дзай, расе не имевшей и не желавшей иметь родины. Разбросанные по свету, дзай продавали свои услуги в качестве дипломатов, постепенно вытесняя из этой области конкурентов. Были они среднего роста, похожие на людей, если бы не неестественно светлые глаза и странная манера укладывать волосы узлом на затылке, манера, спасшая жизнь не одному из них – узел смягчал удары, и его было непросто перерубить мечом.
   Капитан «Грома», да и команда, знали свое дело хорошо, и корабль, безусловно, был в надежных руках, но все же… Все же дзай не оставляло ощущение, что гоблины управляют ими же созданным судном с плохо скрываемым чувством отвращения. Они предпочитали землю. Пещеры. Вода была стихией визанги, на худой конец людей и орков.
   Союз, если все получится так, как этого хотели люди из Аталеты, должен был сильно укрепить позиции этого города. Зажатая межу джунглями, воинственным Тимманом, гоблинами с Суриади и орками с Безымянного озера, Аталета нуждалась в подобном союзе, хотя, на взгляд молодого дипломата, союз с Тимманом был бы куда логичнее.
   Заключая мир с вечными врагами людей – гоблинами, – Аталета выигрывала по крайней мере несколько лет покоя. Торговля с Суриади могла компенсировать потерю рынков сбыта зерна и тканей на севере, откуда Аталету вытесняли невероятно ушлые купцы из Джиувери. Вуот покачал головой: так-то оно так…
   Но смогут ли люди ужиться с гоблинами? С ними и дзай-то приходится тяжело, хотя гоблины и не едят представителей своих союзников. И потом… Разумеется, никто не сообщал деталей плана Суриади молодому дзай, но ведь никто не мешает ему использовать собственные мозги… Гоблины получают от союза больше, чем отдают, они получают стратегическое преимущество, раскол между Аталетой и Тимманом… Дзай передернул плечами, вспомнив, что учинили эти дикари, когда словно снег на голову свалились на осадивших Аталету гоблинов, орков и – да и дзай тоже. Теперь все может измениться.

Глава 4

   – Девять гоблинов приперлись по служебному тоннелю, – сказал Джон вместо приветствия. – Как я понимаю – к тебе.
   – Ко мне. – Норт нашарил тапочки и поспешно встал из-за стола. – Я играю в «достань эльфа».
   – Чего его доставать? – удивился Джон. – Берется дракон…
   – Ты неисправим! – Норт махнул рукой и направился к выходу. Затем он остановился и с интересом посмотрел на своего помощника.
   – У драконов ведь не было подпрограмм перехвата управления, – подозрительно произнес он.
   – Не было, – вздохнул Джон. – Не успели… Это я так… мечтаю.
   – Смотри…
   Гоблины ждали в приемной, девять коренастых, увешанных оружием громил, одетых в черную кожу с кольчужной подкладкой. Классические «плохие». Глаза гоблинов горели желтым огнем, и даже сейчас, защищенный заклинанием, человек старался не встречаться с ними взглядом.
   – За мной!
   Гоблины молча поднялись и протопали за ним в кабинет. Задача, которую поставил перед собой Норт, была очень сложна, главным образом потому, что гоблины не умели делать того, что он хотел. Медленно, стараясь не сбиваться, человек произнес несколько слов, только одно из которых было паролем, а остальные – техническим жаргоном середины двадцать первого века. В воздухе перед ним возникла и засветилась красным паутина нитей, более всего напоминающая нервный узел, как их изображают в учебниках.
   Сидящий в углу Джон с завистью покачал головой, наблюдая за тем, как легко и быстро мелькают руки Главного, вносящего коррективы в снятую с гоблинской девятки матрицу. Все-таки он был гением, этот Норт. Без справочников, без помощи компьютера, почти вслепую…
   Великий Программист наделял гоблинов чувством юмора…
   Когда создавали Кристалл, джунгли были задуманы как стена. Идущий по степи отряд должен был вдруг увидеть, что степь кончилась и на смену ей пришел непроходимый лес. Год назад это было так, теперь уже нет.
   – Всех этих рощ в степи раньше не было, – заметил Роджер, с неодобрением глядя на расстилающийся у подножия холма, на котором они стояли, пейзаж. – Быстро тут все растет.
   – Джунгли расползаются, – кивнула Джейн. – Это может стать проблемой… Лет через сто.
   – Это уже проблема, – возразил Роджер. – Что может быть лучше для засады, чем такой вот… Я даже не знаю, как это назвать.
   – Когда мы подходили к Аталете в первый раз, мы видели что-то подобное…
   – И именно там Том попал в засаду, если ты помнишь.
   – И спас Тиал… – Джейн усмехнулась. – Смешно вспомнить, я тогда считала, что он сделал это зря…
   – Надо топать…
   Отряд разбился на четверки и двинулся вниз, туда, где степь кончалась и начинался редкий кустарник. Стоящая на горизонте стена джунглей, жара, крики птиц, которых довольные бойцы сшибали влет камнями – на ужин… Тиал с Жанной спешились и вели теперь единственную остававшуюся у них лошадь – вторую продали в Лоасе – в поводу. Илиси шел рядом с ними; судя по его виду, он полностью разделял опасения Роджера насчет возможной засады.
   – Мы можем отойти южнее, – предложил он наконец.
   – И оказаться ближе к Тимману? Нет уж, спасибо! Здесь нас по крайней мере труднее заметить издалека…
   – Если не считать того, что происходит с птицами, – сказал Роджер. – Мы ломимся через кусты, как стадо слонов…
   Местность слегка понижалась, и вскоре впереди послышалось журчание ручья. Еще одно идеальное место для засады. Роджер поделился своими идеями с Тиал, но был осмеян.
   – Никакой засады там нет, – сказала девушка. – Иначе птицы бы мне сказали…
   – Идеальное место для засады, – заметил подошедший Кирк. – Что здесь такого смешного?
   Джейн велела двум четверкам прочесать кустарник вверх и вниз по течению и лишь затем разрешила разжечь костер. Кирк немедленно потребовал усилить посты, и, к его собственному, кажется, изумлению, требование это было выполнено. В такой близости от границы с Тимманом никакие меры предосторожности не были излишними.
   – Учитель!
   Роджер обернулся. Лим, старший одной из посланных на разведку вдоль ручья четверок, шел к нему от берега, с очень озабоченным видом.
   – Мы нашли… что-то, Учитель, – сказал он. – Я думаю, вам лучше взглянуть.
   – Что это? – спросил Роджер. – Звери, люди?
   – Я бы сказал, что это машина, Учитель…
   – Машина? – Роджер поспешно направился туда, откуда пришел Лим. – Позови Джейн.
   – Она не похожа на машины гномов, – говорил Лим на ходу, – скорее на то, что делают эльфы. Но… все-таки это не работа эльфов, я уверен…
   Роджер посмотрел на Джейн.
   – Вот что, Лим, – сказал он, – возвращайся в лагерь и разбуди Кирка. Машины – по его части.
   – Слушаюсь… – Юноша повернулся и бесшумно исчез в чаще.
   – Что скажешь? – поинтересовалась Джейн.
   – Темнеет.
   – А по существу?
   – Во время подготовки им показывали машины, построенные гномами, эльфами, людьми и гоблинами. Значит, раз он говорит, что это что-то другое… То это что-то другое, только и всего.
   – Вопрос – что?
   – Ты надеешься, что это будет вездеход с Земли?
   – Не отказалась бы. На вездеходе мы добрались бы до Тибталага за несколько дней…
   – Если забыть, что здесь запрещены двигатели внутреннего сгорания…
   – Дай девушке помечтать…
   Это не было вездеходом. Планер. Легкая, ажурная и вполне современная конструкция из дерева и алого шелка лежала в ручье, и ясно было, что она свое уже отлетала. Трое бойцов неуверенно переминались с ноги на ногу неподалеку.
   – Пилот! – сказала Джейн.
   Они со всеми предосторожностями открыли сделанный из прозрачной пленки с каркасом из реек колпак кабины и замерли, глядя на то, что когда-то было пилотом.
   – Хорошо бы его обыскать… – неуверенно сказал наконец Роджер.
   – Ты и обыскивай.
   – Вот еще! А ученики на что? Рокта!
   – Слушаюсь, Учитель! – Маленький боец безо всяких колебаний выволок полуразложившийся труп из кабины на берег и принялся шарить по карманам.
   – Ничего, Учитель.
   – Похороните. – Роджер вздохнул и принялся за осмотр кабины. – Тоже ничего.
   – Планер не может просто так летать! – возмутилась Джейн. – Должна быть хотя бы карта! Навигационные приборы. Планшет с полетным заданием. Оружие, наконец!
   – Эта штука – ЛЕТАЛА?! – Подоспевший Кирк услышал последние слова Джейн и теперь с интересом изучал лежащие в ручье обломки. – Хорошая постройка, – заявил он наконец. – Но я не знаю народа, который так строит.
   – Учитель? – Роджер оглянулся и увидел, что его подчиненные глядят на него, раскрыв рот. – Он правда летал?
   – Летал, – ответила вместо Роджера Джейн. – Планировал, как дракон, но крыльями не махал.
   – И мы можем…
   – Нет. Он поднимет одного, максимум двоих… Да и вы же видите. Он разбился.
   – Интересно знать почему. – Кирк полез в воду, не обращая внимания на холод и прочие неудобства. Когда гному интересно, он перестает быть разумным существом и становится существом невменяемым.
   – Ваша четверка остается здесь, – сказал Роджер, когда стало ясно, что он готов работать и в темноте. – Охраняете Кирка. – Может, он и вправду что-нибудь найдет?
   * * *
   Кирк нашел. Он заявился в лагерь под утро, растолкал Роджера, сунул ему в руки кусок веревки, повесил у костра мокрые сапоги и улегся спать.
   Веревка была надрезана ножом, в этом не было сомнений. Пилот поднял планер в небо, а затем веревка лопнула, что и привело к катастрофе. Роджер лежал на земле, глядя в утреннее небо, и думал о всякой ерунде. Например, о том, что появление в Кристалле расы, умеющей летать, может сильно изменить соотношение сил, и хорошо, если это раса, стоящая на стороне Добра. Тот парень в пилотской кабине не был человеком, впрочем, опознать его расовую принадлежность после недели на такой жаре Роджер бы не взялся. Не эльф, глаза не те, и не гоблин – зубы другие.
   Утром они снова вышли в путь. По дороге Кирк, поминутно принимавшийся протирать глаза и зевать, с риском вывихнуть челюсть, рассказал, что перерезанная веревка действительно была связана с рулями высоты и без нее планер, видимо, летать не умел. К величайшему облегчению Роджера, гном был вполне удовлетворен осмотром летательного аппарата и не рвался построить такой же.
   
Купить и читать книгу за 60 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать