Назад

Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

История России: все темы для подготовки к ЕГЭ

   Издание окажет помощь старшеклассникам при подготовке к ЕГЭ по истории России. Книга поможет быстро и эффективно повторить и обобщить учебный материал. В пособие включен теоретический материал по всем темам ЕГЭ. Вопросы, задания и упражнения помогут закрепить знания. Ко всем заданиям в конце книги приведены ответы.
   Издание подготовлено в соответствии с современными требованиями школьной программы среднего (полного) общего образования.


Ирина Бабленкова, Вадим Акимов, Елена Сурова История России: все темы для подготовки к ЕГЭ

Предисловие

   Учебное пособие «История России» предназначено для абитуриентов, поступающих в высшие и средние специальные учебные заведения. Особенно полезно это пособие будет тем, кто решил избрать профессию юриста, финансиста, экономиста, менеджера – специалиста в сфере государственного и муниципального управления, так как авторы его – преподаватели Всероссийской государственной налоговой академии (ВГНА), имеющие немалый опыт работы в качестве экзаменаторов. Учебное пособие соответствует требованиям, предъявляемым к абитуриентам, и нормам государственного образовательного стандарта по истории России. В данное издание включены не только вопросы для самопроверки, хронологическая таблица с пояснениями к ней, но и задания тестового характера для самоконтроля. Это делает пособие полезным для тех старшеклассников, которые готовятся к ЕГЭ по отечественной истории.
   Экзамены – всегда серьезное испытание для всех, участвующих в них, ведь проверяются внимание, умение сосредоточиться, выделить наиболее существенное, легко перейти от одного блока информации к другому, уточнить формулировку и, конечно, компетентность, владение материалом. Авторы пособия убеждены: при подготовке к экзаменам старшекласснику и абитуриенту целесообразно использовать не одно учебное пособие, а два, три и более, причем разного типа: от кратких проспектов-«шпаргалок» до серьезных обобщающих учебных курсов. Не следует пренебрегать и учебными пособиями, специально издающимися для абитуриентов конкретного учебного заведения, они в наибольшей степени учитывают направленность и специфику подготовки специалистов определенного профиля. Однако ограничиваться такими учебными пособиями нельзя: их объем редко вмещает все богатство реалий, с которыми должен быть знаком студент. Обязательно следует также использовать материалы иллюстративного ряда. Применительно к изучению отечественной истории это атласы, в том числе и школьные, альбомы с иллюстрациями, позволяющими лучше представить себе процессы, протекающие в сфере художественного творчества наших соотечественников в течение более чем тысячелетней истории народов России.
   Старшекласснику сегодня недостаточно просто «выучить некоторое количество конкретного материала». Необходимо стать компетентным в предмете, который учащийся собирается сдавать. Старшекласснику стоит приобрести широкий кругозор, общую культуру, интеллигентность. Будущий специалист должен уметь четко, грамотно, убедительно говорить и писать, логично и последовательно развивать свою мысль. Как научиться этому? Существует, конечно, много способов, но один из них, испытанный уже многовековым опытом народов Европы и Азии, – изучение истории своего Отечества. Прошлое самоценно. Оно привлекательно еще и тем, что несет в себе мерило истины, помогающее отличить вечное от преходящего. Память о прошлом способна создать ощущение устойчивой исторической почвы под ногами, наглядно показать, к какому народу принадлежит человек, каков менталитет его сограждан, как он сформировался. История Отечества дает возможность ставить и решать сложнейшие вопросы взаимосвязи власти и свободы человека, мирских благ и духовного начала, общественной морали и личности. Есть и еще одна причина, более, пожалуй, утилитарная, но не менее значимая. Асинхронность экономических, политических и культурных процессов в различных странах мира определяет взаимосвязь модернизации и традиции, различные темпы и формы преобразований. Кому, как не будущим специалистам, предстоит осмысливать, подготавливать и осуществлять грядущие реформы? Как проводить их в жизнь в огромной стране с разноязыким населением, следующим разным религиозным традициям, имеющим культурные различия? Для подготовки к практическому решению этих исключительно сложных и ответственных задач совершенно необходимо ознакомиться с опытом реформаторов прошлого. Поэтому в предлагаемом учебном пособии истории государства, административным, налоговым, правовым и иным преобразованиям, а равно и проектам нереализованных реформ уделено особое место. Немалое внимание авторы пособия уделили также внешней политике и международным отношениям России, поскольку в современном мире актуальность вопросов, связанных с геополитической проблематикой, чрезвычайно возросла. И, наконец, как никогда ранее, много места в пособии заняли материалы, отражающие культурное развитие страны, а равно материалы, посвященные истории общественной мысли и общественного движения в России.
   Коллектив авторов надеется, что учебное пособие будет полезно абитуриентам при подготовке к ЕГЭ по истории России, к олимпиадам и вступительным экзаменам и собеседованиям.
   Желаем успехов!

Введение

История и историки

   Познание окружающего, в том числе социальных явлений, – важный компонент взаимодействия человека с миром. Оно развивается вместе с обществом. Представления о мире и человеке существенно отличаются от эпохи к эпохе; от территории к территории меняется мир, меняется и человек. История – это развивающийся массив социального опыта, передающийся от поколения к поколению, который каждый раз осмысливается заново. Нередко одно и то же событие или явление оценивается по-разному, бытуют и противоположные мнения. Но можно ли в этом случае считать историю наукой? Что такое история?
   Слово «история» заимствовано из греческого языка, где оно означало «исследование», «расспрос», «повествование», «рассказ о событиях», «знание». Сегодня слово «история» используется, как правило, в двух смыслах: во-первых, для обозначения процесса развития человеческого общества, личности во времени; во-вторых, когда речь идет об отрасли знаний, которая изучает этот процесс.
   Долгое время история рассматривалась как часть литературы, воспринималась как разновидность художественного творчества. В греческой мифологии покровительницей истории считалась одна из муз – Клио, чье имя произошло от греческого слова «прославляю». В самом деле, первые известные хроники, биографии правителей, истории военных конфликтов посвящались в основном прославлению правителей и военачальников.
   В современной мировой исторической литературе встречаются самые разнообразные определения предмета истории. Считают, что таких определений около тридцати. Историк присоединяется к той или иной оценке либо разрабатывает собственное определение предмета этой науки в соответствии со своим мировоззрением, т. е. системой взглядов на мир.
   Предпосылки научного понимания истории складывались в русле религиозных представлений о мире. Провиденциалисты, т. е. сторонники точки зрения на мир как на место, где реализуется, проявляется воля Божия, часто сомневались в возможности постижения человеком законов истории. Но они оставили в наследство исторической науке идею всемирной истории, совершающейся под воздействием универсальных закономерностей, общих для всех народов, включающихся в историческую жизнь. С началом Нового времени христианская историософия была подвергнута критическому переосмыслению. В эпоху Просвещения (XVIII в.) возникла рационалистическая концепция истории, впоследствии систематизированная в философии истории Г.В.Ф. Гегеля и историческом материализме К. Маркса. И Гегель, и Маркс разделяли точку зрения, что история универсальна, в ней действуют общие и объективные по характеру закономерности. История проходит несколько ступеней развития. Гегель выделяет восточный (азиатский), греко-римский (античный) и германский (европейский) мир. Маркс – первобытно-общинную, рабовладельческую, феодальную, капиталистическую и коммунистическую общественно-экономические формации. Для обоих мыслителей характерно убеждение, что важнейшим общественным институтом является государство. Присущий воззрениям Гегеля и Маркса, а также их сторонников европоцентризм значительно сокращал возможности построения картины всемирной истории, поскольку не учитывал особенностей развития даже так называемой европейской периферии (Восточная, Южная Европа, Россия), не говоря уже об Африке или Америке. Это обусловило кризис рационализма и необходимость создания альтернативной концепции истории. Ею стала идея локальных цивилизаций. Суть концепции заключается в том, что история человечества рассматривается как пространство, заполненное самобытными регионально-культурными организмами, или локальными цивилизациями. Каждая из них в своем существовании и развитии проходит стадии рождения, становления, расцвета, упадка и гибели. Наиболее подробную разработку теория локальных цивилизаций получила в трудах Н.Я. Данилевского, О. Шпенглера, А. Тойнби.
   Российские исторические школы до XVIII столетия находились, как и везде в Европе, под влиянием провиденциализма. В первой половине XVIII в. стала преобладать рационалистическая концепция. Крупнейшими историками ХVIII–XIX вв. В.Н. Татищевым, Н.М. Карамзиным, С.М. Соловьевым и В.О. Ключевским были созданы обобщающие, фундаментальные труды по российской истории. Для российских историков этой плеяды было характерно исключительное внимание к государству как институту, организующему народную жизнь.
   На рубеже ХIХ – ХХ вв. некоторые российские историки оказались под влиянием марксизма. Н.А. Рожков и М.Н. Покровский и их многочисленные последователи выработали «марксистско-ленинскую» концепцию всемирной истории, в основе которой лежит представление об истории человечества как о череде закономерно сменяющих друг друга общественно-исторических формаций, базирующихся на определенном способе производства, и о классовой борьбе как главной движущей силе этого процесса. На протяжении семидесяти советских лет эта концепция считалась единственной подлинно научной и потому неопровержимой.
   За рубежом в первой половине XX в. сложилась школа, получившая название евразийской. К ней принадлежали Г.В. Вернадский, Г.В. Флоровский, Н.С. Трубецкой. Эти исследователи отвергали как рационализм западного типа, так и марксистскую интерпретацию истории и рассматривали Россию как особый историко-географический континент с уникальной судьбой.
   В последние десятилетия широкое распространение получила плюралистическая, множественная, многофакторная интерпретация исторического процесса, когда не признается общая причина исторического развития, а считается, что в обществе действует множество разнопорядковых факторов, которые регулируются многообразием интересов различных социальных групп и общественных организаций.
   В настоящее время по-прежнему имеет своих сторонников марксистская историко-материалистическая трактовка истории, признающая конечной причиной и решающей движущей силой всех важнейших исторических событий производство, способ производства, особенности трудовой деятельности людей. Но сторонники этой точки зрения, как правило, уже не отрицают важности влияния «особенного» в историческом процессе: географических, климатических, демографических и других факторов, специфики местных условий классовой борьбы, конъюнктуры международных отношений. Значимым считается и «единичное» – прежде всего деятельность исторических личностей.
   Распространена, особенно среди обществоведов Запада, мысль, что труд историка не что иное, как обработка документов, фиксирование событий прошлого, спасение от забвения исторических фактов. Активная роль ученого в оценке и организации изучаемого материала отрицается.
   И все же среди историков преобладает убеждение, что изучение истории – это серьезное аналитическое занятие, требующее владения философскими, общенаучными и специальными методами. Задача историка – проникать глубже лежащих на поверхности фактов, воссоздавать историческую картину, более или менее адекватную прошлой реальности, во всей ее сложности и противоречивости, вскрывать закономерности общественного развития. Многие мыслители убеждены, как и известный философ К. Ясперс, что «настоящее совершается на основе исторического прошлого, воздействие которого мы ощущаем на себе». Для того чтобы понять настоящее, необходимо знать историю.
   История познаваема, но, чтобы вскрыть причины явления, проследить процесс развития, осмыслить особенности исторических периодов, нужно использовать подходящую для данного типа исследования научную методику, обладать точным научным инструментарием. В историческом познании используются как общенаучные методы, так и собственно исторические. Наиболее распространенными являются генетический, сравнительный, историко-типологический, системный. Находят применение методы моделирования исторических ситуаций, диахронного анализа. Используются и методы количественного анализа.
   На каких бы мировоззренческих позициях ни находились историки, все они используют специальный научный аппарат: понятия, термины, категории. Важнейшей среди категорий является категория «исторического времени». Она позволяет измерить временными и пространственными характеристиками любое событие. А история как процесс – это не просто множество рядом расположенных точечных событий, но движение от события к событию.
   Понятие исторического времени позволяет периодизировать исторические процессы, выявлять этапы развития, соединять качественные и количественные характеристики. Так, в эпоху Просвещения в Европе (XVIII в.) было предложено деление истории человечества на три периода: естественного состояния, дикого и цивилизованного. Позже наметились иные подходы к периодизации. В марксистской литературе, как уже отмечалось, в основу периодизации была положена смена способов производства, или общественно-экономических формаций, базирующихся на этих способах и последовательно сменяющих друг друга.
   Свои, особые, подходы к периодизации истории предлагают сторонники теории локальных цивилизаций. Один из них – английский историк А. Тойнби на исходе первой трети XX столетия предпринял попытку определить число самостоятельных цивилизаций, обладающих особыми свойствами, а также дать понятие цивилизации. Сначала он насчитал до 100 самостоятельных цивилизаций. Затем, работая над своей теорией, он сократил их число до 36, затем до 21, наконец, до 13. Особое внимание он уделял семи наиболее значимым цивилизациям.
   Цивилизационная теория приобрела к настоящему времени немало сторонников и в нашей стране. В учебном пособии для вузов «Россия в мировом сообществе цивилизаций» его автор Л.И. Семенникова предлагает рассматривать тип цивилизации (или иначе – тип развития) как укрупненную единицу анализа. Л.И. Семенникова выделяет типы развития по следующим признакам:
   1) общность и взаимозависимость историко-политической судьбы и экономического развития;
   2) взаимопереплетение культур;
   3) наличие сферы общих интересов и общих задач с точки зрения перспектив развития.
   На основе этих признаков она выделяет три типа цивилизации: непрогрессивной формы существования, циклического развития, прогрессивного развития. К первому типу отнесены теснейшим образом связанные с природным окружением цивилизации оленеводов сибирского Севера, эскимосов Аляски, индейцев, живущих по берегам Амазонки. Ко второму типу принадлежат цивилизации Востока, в том числе такие крупнейшие, как Китая или Индии в древности и в Средневековье. К последнему типу относятся цивилизации Древней Греции и Древнего Рима, а также современная европейская цивилизация. К третьему типу Л.И. Семенникова относит и общество, созданное восточными славянами на территории современных Белоруссии, Украины и России в конце I тыс. н. э. Цивилизация, по определению Л.И. Семенниковой, это «сообщество людей, объединенное основополагающими духовными ценностями и идеалами, имеющее устойчивые особые черты в социально-политической организации, культуре, экономике и психологическое чувство принадлежности к этому сообществу. В центре исторического процесса – человек с особенностями его менталитета, сложными взаимосвязями с обществом, а также общество как саморазвивающаяся система».
   Историк, имеющий дело с прошлым, не может непосредственно наблюдать объект своего изучения, начиная от давно свершившихся единичных событий и кончая исчезнувшими цивилизациями. Главным, а в большинстве случаев – единственным источником информации о прошлом для него является исторический памятник, с помощью которого он получает фактический материал, составляющий основу исторического знания.
   Поэтому факт в исторической науке рассматривается в двух смыслах: как явление, имевшее место в истории; как знание, как отражение факта в науке. Второе невозможно без первого.
   В разных системах взглядов один и тот же исторический факт получает разное толкование, разное значение. Между историческим фактом и соответствующим ему научно-историческим фактом стоит интерпретация. Значит ли это, что исторической истины нет или, напротив, их несколько? Как правило, исследователи исходят из того, что движение науки идет от неполной, относительной истины к более полной. Но абсолютной истины не существует, так что, пока общество живет, не будет написано и «последней главы» истории.
   Факты, исторические свидетельства, отражающие явления общественной жизни, откладываются, как уже говорилось, в исторических памятниках, которые столь же часто именуются историческими источниками. Специальная научная дисциплина об исторических источниках, приемах их выявления, критики и использования в работе историка называется источниковедением.
   Исторические источники можно разделить на несколько групп:
   1) письменные источники (от надписей на камне, керамике, металле, бересте до рукописей на папирусе, пергаменте, бумаге, печатных материалов);
   2) вещественные памятники (орудия труда, предметы домашнего обихода, украшения, одежда, монеты, оружие, архитектурные сооружения и т. п.);
   3) фольклорные материалы (предания, песни, сказки, пословицы и т. п.);
   4) кинофотодокументы, документы видео– и аудиорядов;
   5) лингвистические памятники (географические названия, личные имена и т. п.).
   Изучение в совокупности всех видов источников позволяет воссоздать в ряде случаев достаточно полную и достоверную картину исторических явлений и процессов.
   К сожалению, в абсолютном большинстве случаев вне поля зрения историков остаются проблемы, связанные с естественной историей человечества. Действительно, человек – существо не только общественное, но и природное, и развивается не только по социальным законам, но и по законам природы. Этногенез (естественно-историческое развитие народов) тоже изучается давно и серьезно, но закономерности его в большинстве случаев не постигнуты и принадлежат пока к сфере догадок, гипотез, предположений. Какова, скажем, продолжительность существования народа (этноса)? А. Тойнби и О. Шпенглер исходили из того, что народы и создаваемые ими цивилизации «живут» примерно одну тысячу лет. Бельгийский исследователь Кетле пришел к заключению, что древние империи существовали 1461 год; погрешность, по его мнению, составляет примерно 185 лет. Более чем столетие спустя после Кетле к подобным выводам пришел путем подсчетов, выполненных в основном на средневековом материале, Л.Н. Гумилев. Цикл развития этноса, по его мнению, составляет около 1500 лет.
   Как же развивался этнос, к которому мы принадлежим сегодня? Можно ли говорить о российской цивилизации? Для ответа на эти вопросы абитуриент может использовать материалы предлагаемого учебного пособия, построенного по хронологическому принципу. В его разделах, с разной степенью полноты, обусловленной продолжительностью и отдаленностью от современности рассматриваемого периода, излагается исторический путь россиян.

Вопросы для самопроверки

   1. Что в разные времена было принято понимать под термином «история»?
   2. Какие подходы к изучению прошлого и когда получили наибольшее распространение?
   3. Что принято понимать под историческим фактом?

Образование древнерусского государства

Восточные славяне в древности

   Историки располагают для реконструкции древней и средневековой исторических эпох на территории России как вещественными, так и лингвистическими, фольклорными и другими источниками. Особую группу, едва ли не важнейшую, составляют письменные источники, неравномерно и неполно, но освещающие жизнь славян и их соседей в первые пятнадцать веков от Рождества Христова.
   Первые упоминания о славянах встречаются у античных авторов. В середине I в. н. э. римский историк Плиний, автор «Естественной истории», описывает венедов, соседствующих на востоке с группой германских племен – ингевонами: «Земли до реки Вистулы обитаемы сарматами, венедами, скифами, гиррами». Скорее всего, это были земли в бассейне Вислы и к востоку от нее. Еще ранее, в V в. до н. э., «отец истории» грек Геродот сообщал о «скифах-земледельцах», под которыми некоторые специалисты понимают предков славян. К концу I в. н. э. относятся сообщения о славянах римлянина Корнелия Тацита, который, как и Плиний, называет их венедами. Далеко не все историки согласны безоговорочно считать венедов Плиния и Тацита славянами.
   Лишь в середине I тыс. н. э., около VI в., на исторической арене Европы как многочисленная этническая общность выступают собственно славяне. О них пишут византийские авторы Прокопий Кесарийский, Менандр Протиктор, Феофилакт Симокатта, Маврикий. Описываются преимущественно славяне Балканского полуострова и Подунавья, поскольку в эту эпоху славянские племена стали все чаще вторгаться в пределы Восточной Римской империи.
   Существенные сведения для изучения славянских племен середины I тыс. н. э. содержатся в труде готского епископа Иордана. Иордан считает венедов славянами, подчеркивая, что венеды и другие славянские племена заселяли в VI в. территорию от Среднего Подунавья до нижнего Днепра.
   Во второй половине I тыс. н. э. о славянах писали и арабские географы и хронисты Ибн-Хаукаль, ал-Балхи, ал-Истархи и др. Сведения о славянах содержатся в эпосе германцев и скандинавов, но сведения зачастую противоречивые, неполные.
   Современные славяноведы настаивают на том, что решение вопроса о происхождении и первых этапах развития славянской общности может быть достигнуто только на путях содружества различных областей науки: лингвистики, истории, археологии, филологии, этнографии, антропологии. Ни одна из этих наук, взятая сама по себе, не сможет дать ответы на возникающие у ученых вопросы.
   К настоящему времени изучение ранней истории славянства позволило составить следующую принимаемую многими авторами картину: славяне – индоевропейцы, принадлежат к той же языковой семье, что и германские балтские племена, племена древних греков и латинов, населявших Древний Рим.
   В первые века нашей эры на землях, заселенных ближайшими предками славян, от Одера и Вислы до Среднего Приднепровья, развивались плужное земледелие, скотоводство, ремесло. Кроме кузнечного ремесла, которое всегда первым отделяется от земледелия, появилось и гончарное производство с использованием гончарного круга. Развивалась торговля. В это время славяне заимствовали римские зерновые меры (русский «четверик», просуществовавший до 1924 г., равен римскому квадранталу и византийскому амфорию). Очевидно, славяне торговали хлебом с римскими городами. В славянских землях, особенно часто на территории современной Болгарии, находят клады римских монет II–IV вв. н. э., зарытых, вероятно, во время набегов враждебных племен. Предполагают, что монеты могли использоваться на славянских землях уже и в своем прямом качестве – иметь хождение в качестве денег.
   Известно, что римские императоры, в частности Траян (98–117 гг. н. э.), стремились покорить праславян, населявших Фракию, но безуспешно. Как ни сильна была Римская империя, подчинившая себе галльские, британские, часть германских племен, распространить свою власть на славянские земли ей не удалось.
   В начале I тыс. н. э. городища (укрепленные родовые поселки) начинают исчезать. Их сменили большие, вытянутые вдоль рек на 1–1,5 км, открытые неукрепленные деревни, близ которых находят обширные кладбища, так называемые поля погребений. Историки считают, что именно в первые века I тыс. н. э. у праславян, как и у прагерманцев, происходило разложение родовой общины, которая перерастала в общину соседскую, территориальную. Этот процесс обычно сопровождается возрастанием роли военных вождей племени, развитием имущественных отношений, патриархального рабства.
   У славян, германцев, балтов начали складываться союзы племен – крупные территориальные общности, в значительной мере обусловившие дальнейший переход этих народов к государственности. Именно применительно к эпохе II–VI вв. н. э. большинство исследователей полагают возможным говорить о завершении праславянской, прагерманской, прабалтской истории. На исторической арене появились собственно славяне, балты, германцы.
   Первые века нашей эры (со II или IV, по разным оценкам) стали временем массовых миграций в Евразии, получивших название «Великое переселение народов». Иногда для обозначения этого явления используют даже понятие «этническая революция». История многих современных народов берет свое начало в этой эпохе. Миграция послужила фоном и главным условием начала этногенеза большинства европейских наций.
   Современные историки не слишком расходятся в определении состава участников Великого переселения народов: гуннские, германские, славянские, аланские, арабские и некоторые другие племена.
   Первая волна Великого переселения народов была связана с германцами. Около II–III вв. через Русскую равнину с севера на юг из районов Прибалтики и Дании в Крым, на Балканы и оттуда в Южную Азию двинулись германские племена готов. Готский епископ Иордан упоминает о мордве, мери, веси, эстах и об онежской чуди – племенах, которые вошли в состав Готского королевства, созданного вождем готов Германарихом и простиравшегося на всю Русскую равнину. От готов потерпел поражение полулегендарный славянский князь Бус. После кровопролитной битвы (а по другим вариантам этой легенды, после вполне мирных переговоров) Бус, его сыновья и 70 славянских старейшин были умерщвлены готами.
   Готское государство на Русской равнине существовало недолго. На Запад двигались орды степняков-гуннов. Под напором гуннов и славян готы оттеснялись все дальше на юго-запад, пока, наконец, не передвинулись из Причерноморья на Балканы, приведя в движение другие германские племена, граничившие с Римской империей. Германцы в IV–V вв. н. э. основали королевства в бывших римских провинциях: в Южной Галлии и Испании – вестготы; на юго-западе Германии, в Эльзасе, большей части Швейцарии – алеманны; на юго-западе Галлии (на территории современной Франции) – бургунды; в северной части Галлии – франки; на Британских островах – англы, саксы, юты. В результате германского нашествия рухнула Западная Римская империя и установились государства, на полторы тысячи лет определившие политическую географию Западной Европы: Франция, Италия, Испания, Великобритания, Германия. Путем смешения германцев с кельтами и романизированным населением римских провинций сформировались современные европейские этносы – французы, англичане, испанцы, итальянцы, голландцы и др.
   Славяне во второй половине I тыс. н. э. активно внедрялись в области севернее и восточнее зоны их прежнего проживания – в места проживания летто-литовских и финно-угорских племен, смешиваясь с ними и ассимилируя их. В VI в. славяне начали свое великое расселение, продолжавшее перекраивать карту Европы и Евразии. В современной науке существует несколько точек зрения по поводу перемещений славян в середине I тыс. н. э.:
   1. Согласно первой точке зрения славяне – коренное (автохтонное) население Восточной Европы. Их предками были жившие здесь в раннем железном веке создатели зарубинецкой и черняховской археологических культур. С VI в., постепенно расселяясь, славяне существенно расширили территорию своего проживания.
   2. Согласно второй точке зрения, славяне переселились на Восточноевропейскую равнину из Центральной Европы, из района верховий Вислы, Одера (слав. Одры), Эльбы (слав. Лабы) и Дуная. Их стали называть восточными славянами. Группы славян, мигрировавшие на северо-запад, к Балтийскому морю, получили название западных, ушедшие на Балканы – южных. В настоящее время эта точка зрения получила наибольшее распространение в науке.
   3. Высказывается также мнение, что мог иметь место и другой путь переселения славян в Восточную Европу: с южного побережья Балтийского моря на берега Ладоги и Волхова (в район будущего Новгорода).
   Итак, к VI в. фактически существовало две ветви славянства: западная и восточная; теперь два широких потока, двинувшиеся на юг, образовали третью ветвь – южных славян. К ним относились будущие югославы – сербы и отделившиеся от них позднее черногорцы, словенцы, хорваты, болгары. С VI в. началось «ославянивание» Восточной Римской империи – Византии.
   В 70-е гг. VII в. оформилось первое славянское государство – Болгария. В IX в. в Центральной и Восточной Европе образовалась Великоморавская держава, включившая в свой состав западнославянские племена (чехов, моравов, словаков) и племена южных славян. К началу Х в. Чехия обрела самостоятельность. Тогда же по соседству с ней начало свое существование Польское государство. Образовались Сербское княжество и Хорватское королевство.
   Тогда же, в конце IX – Х вв., сложилось восточнославянское государство – Киевская Русь.

Восточные славяне на пути к государственности

   Природное окружение (лес, степь и реки), а также достаточно суровый климат оказали значительное влияние на весь ход «писаной» русской истории, которую, как правило, «ведут» с IX в.
   Восточные славяне во второй половине I тыс. н. э. жили небольшими селениями, преимущественно по берегам рек и озер. В первую очередь речными бассейнами направлялось размещение всего населения. По сути, гидрографическим фактором определялось и политическое деление страны. Реки, будучи готовыми первыми дорогами, «рассеивали» население по своим ветвям. Однако взаимная близость речных бассейнов не позволяла группам населения обособляться друг от друга. Водные пути играли существенную роль в осуществлении государственного объединения страны.
   Расселение восточнославянских племен по Восточноевропейской равнине видится современным историкам так:
   • по среднему течению Днепра – поляне;
   • к северу от полян, в окрестностях нынешнего Чернигова, по рекам Десна, Сейм и Сула – северяне;
   • к северо-западу от полян, в лесистой местности на правобережье правого притока Днепра реки Припяти древляне;
   • по Западной Двине – полочане;
   • севернее древлян, между Припятью и Западной Двиной – дреговичи (от «дрягва» – болото);
   • на реке Сож, левом притоке Днепра, севернее Десны – радимичи;
   • по верхнему течению Днепра, в районе Смоленска и севернее, в верховьях Западной Двины и Волги – кривичи;
   • на Ильмень-озере и по реке Волхов – ильменские словене;
   • по рекам Оке и Москве – вятичи;
   • на Западном Буге – бужане;
   • на территории современной Украины, в ее западной части, – уличи, тиверцы, волыняне.
   Поселения восточных славян тяготели к крупнейшим водным путям: Днепру, Западной Двине, Оке, Ильмень– озеру. В VIII–X вв. сложилось до полутора десятков крупнейших союзов племен. Племенные объединения состояли из нескольких отдельных племен, в свою очередь распадавшихся на роды. Последние делились на общины, в рассматриваемый период при оседлой жизни и занятии земледелием эволюционировавшие из родовых в соседские (семейные). Союзы племен, будучи этническими общностями, постепенно приобретали отдельные черты территориально-политических объединений. В частности, к IX в. внутри союзов племен уже хорошо прослеживались так называемые городовые области – новые административные единицы, сохранившиеся и развившиеся в государственный период. Уровень развития различных союзов племен мог быть неодинаков: одни племена подошли ближе к государственности, другие были еще далеки от нее. Примером такой неравномерности развития могут служить племенной союз полян, которому предстояло стать центром образующегося государства Киевская Русь, и племенной союз древлян, их непосредственных соседей. Форму общественных отношений в этих племенах и союзах племен в отечественной исторической литературе долгое время характеризовали как военную демократию.
   Как орган племенной демократии народное вече известно большинству народов. Однако в Центральной и Западной Европе с образованием государств вечевые собрания потеряли политическое значение или прекратились вовсе. Решающая роль в политической жизни перешла к государственному аппарату и феодальной аристократии, опиравшимся на формирующиеся правовые институты, отличные от институтов, основанных на древнейшем, обычном праве (признаком государства является право писаное).
   В древнерусском государстве от Волыни до Владимиро-Суздальской земли и от Киева до Новгорода народное вече продолжало играть важную, нередко определяющую роль в общественной жизни, воссоздавая и сохраняя нормы обычного права. Такое положение в некоторых землях сохранялось до XV в. включительно. Некоторые современные историки, в частности А.А. Горский, полагают, что уже в ходе расселения славян «происходила ломка племенной структуры, и осколки прежних племен, объединяясь в ходе миграций или уже на месте нового поселения, создавали новые общности, имевшие уже чисто территориальную», а не кровнородственную основу. А.А. Горский указывает на то, что «византийские авторы …с VII столетия используют термин „славинии“ (от слова „славяне“), с указанием названия того или иного образования. …Так, император Константин Багрянородный, составляя в середине Х столетия трактат „Об управлении империей“, писал … о восточнославянских общностях, зависимых от киевских князей. …Он определял их как „славинии древлян, дреговичей, кривичей, северян и прочих славян“». «Таким образом, – продолжает А.А. Горский, – славянские государства складывались не на племенной основе, а на основе переходной структуры, которая уже не являлась племенной, но еще не была государственной. Время, которое отпустила этой структуре история, было (для большинства славиний) небольшим. Так, по совокупности данных письменных источников и археологии, формирование известной по „Повести временных лет“ структуры восточной ветви славян можно датировать VIII – первой половиной IX века, а уже к концу X столетия все ее составляющие – славинии Восточной Европы – вошли в состав государства Русь».
   Главным занятием восточных славян было земледелие, еще не пашенное, а подсечно-огневое и переложное. Подсечно-огневое земледелие получило распространение в лесной полосе. С осени деревья подрубали, они засыхали на корню, а ранней весной и сжигались. После этого земледельцы пни выкорчевывали, а землю, удобренную золой, рыхлили (без пахоты) и засевали. Урожай в первые годы порой доходил до сам-5, по мере истощения почвы с трудом удавалось получить вдвое больше посеянного (т. е. сам-2). Тогда участок переставали обрабатывать. На ранее использованный участок земледельцы возвращались через 25–30 лет. Переложное земледелие практиковалось в лесостепной полосе. Трава выжигалась, полученной золой удобрялась земля, рыхлилась и засевалась. Участки приходилось менять каждые 6–8 лет. Славяне занимались домашним скотоводством. Разводили крупный и мелкий рогатый скот, лошадей, свиней, а также бобров. Было распространено птицеводство. Важную роль играла охота, в том числе на пушного зверя (белку, куницу, соболя, горностая). Занимались бортничеством – собиранием меда диких пчел, рыболовством. К VIII–IX вв. быстро развивались ремесла: кузнечное, гончарное, столярное и др., а также торговля. Торговали мехами, медом, воском, обменивая их на ткани и драгоценности, главным образом в Византии. Основными торговыми путями Древней Руси к началу становления государственности были: Волжский торговый путь из Балтийского моря в Каспийское и путь «из варяг в греки» из Балтийского моря в Черное. Он начинался от реки Невы. Далее шел так: Ладожское озеро – река Волхов – Ильмень-озеро – река Ловать – волоки до притоков Днепра – река Днепр – Черное море. Преимущественно аграрный характер деятельности предопределил особенности верований восточных славян.
   В XII в. неизвестным автором были составлены заметки о развитии языческих верований у древних славян – «Слово о том, как языческие народы поклонялись идолам и приносили им жертвы». В «Слове…» история славянских верований в дохристианский период разделена на три этапа: сначала славяне приносили жертвы упырям и берегиням, затем они начали «трапезу ставити» Роду и рожаницам. Наконец, в поздний период язычества они стали молиться Перуну и другим богам.
   Упыри и берегини – это злые и добрые местные божества. Упыри называются в одном ряду с вампирами, оборотнями, русалками, лешими. Прослеживается связь представлений о «нечистой силе» с культом предков. Нередко упыри – покойники, умершие не своей смертью, непогребенные и мстящие за это живым. Они «обитали» в реках, колодцах, лесах. Христианские священники после крещения Руси долго еще обвиняли крестьян, что они «жрут [молятся] бесам и болотам и колодезям». Берегини были добрыми божествами. Покровителем рода считался предок – чур (или щур). Сохранившееся до XX в. присловье в детских играх «Чур, меня!» означает «Храни меня, предок!».
   Культ Рода и рожаниц, божеств плодородия, связан с дальнейшим развитием родового строя и сельского хозяйства у восточных славян. В Роде одновременно олицетворялись силы плодородия земли и единство поколений людей.
   Наиболее поздними языческими божествами явились Хорс и Даждьбог (божества солнца и плодородия), Велес (бог – защитник домашнего скота и торговли), Стрибог (бог ветра), Симаргл (божество подземного мира), Макошь (богиня, покровительствующая хозяйственной домашней деятельности, женщинам, деторождению). На стадии формирования княжеской власти на одно из первых мест в этом языческом пантеоне (собрании богов) выдвинулся Перун – бог грозы, грома, войны и оружия, покровитель князя и дружины. В конце Х в. началось массовое приобщение древнерусского населения к христианской религии.
   Для начальной истории Руси характерно мирное совместное проживание славянских племенных объединений с финно-угорскими. Часть последних при расселении славян на север и восток Русской равнины отходила с насиженных мест ближе к Уралу, как коми, вотяки (удмурты), либо жила рядом со славянами, сохраняя свои язык и обычаи (мордва, зыряне), либо ассимилировалась славянами, «обрусевала», как меря, мещера, мурома.
   Значительное влияние на развитие государственности у восточных славян оказали три соседних с нею государственных образования: Византия – преемница греческой и эллинистической культуры и государственно-правовой организации Римской империи, Хазарский каганат и молодое государственное образование, созданное в Скандинавии и по берегам Балтийского моря варягами (норманнами). Международная торговля по Днепру и Волге контролировалась в IX – Х вв. почти исключительно норманнами и хазарами соответственно.
   В то же время русские князья стали использовать варягов на административной службе в начавшем складываться государственном аппарате, что имело далеко идущие последствия: взявши на себя защиту торговых путей, норманны скоро подчинили себе большие города, торговые округа, а в известном смысле и целые племена, собирая с них дань. До сих пор не вполне ясен механизм установления такой зависимости. Как бы то ни было, городовая область (иначе торговый округ), управляемая городом, названа в древнейшей русской летописи, «Повести временных лет» (XII в.), первой политической формой, другими словами, первой формой правления на Руси.
   Большинство таких областей составили разные племена и их части. По существу, это было новое административное деление территории восточных славян. Так, Киевскую область составили поляне, древляне и южная часть дреговичей. В то же время племя северян распалось на две городовые области: Переяславльскую и Черниговскую. Однако в состав последней вошли еще часть радимичей и все вятичи, у которых не было значительных городов и которые не образовали особых областей.
   В дальнейшем связанное с новыми процессами размывание прежних родовых и племенных связей облегчило складывание государственного единства.
   Арабские хронисты ал-Истархи и ал-Балхи (X в.) называли три славянских объединения в VIII – начале IX в.: Куябу (Киевская земля), Славию (Новгородская земля) и Артанию. Одни историки склонны видеть в Артании Рязань, другие – Ростов Великий, третьи – Таманский полуостров. Возможно, эти объединения можно считать раннегосударственными образованиями, хотя сведений о них ничтожно мало.
   В исторической науке по вопросу образования государства у восточных славян с XVIII в. кипят страсти. В 30–60-е гг. XVIII в. немецкие ученые Иоганн Готфрид Байер и Герард Фридрих Миллер, работавшие в Петербургской академии наук, попытались доказать, что древнерусское государство было создано варягами. Они положили начало норманнской теории происхождения Российского государства. Крайним проявлением ее является утверждение, что славяне в силу своей неполноценности не могли создать государства, а затем без иноземного руководства управлять им. Против этой теории решительно выступил М.В. Ломоносов, которому императрица Елизавета Петровна поручила написать историю России. С тех пор борьба противников и сторонников норманнской теории не утихает. В то же время в современной науке существует единое мнение о том, что призвание варягов не являлось началом государственности на Руси. Государство возникло в результате закономерного развития восточнославянского общества. Норманны находились на той же стадии развития. Скорее всего, враждующие племена призвали их как нейтральную силу, способную прекратить усобицы. Варяги не были связаны ни с одной из враждующих группировок и потому в равной степени устраивали всех. Варягов призывали на княжение, из чего следует, что племенные княжения у славян уже существовали.
   Летопись сообщает, что в 862 г. ильменские словене, за которыми несколько позднее закрепилось наименование «новгородцы», изгнали варягов за море, но среди разноязыких племен (славянских, финно-угорских и, возможно, балтских) мира не было, и пришлось пригласить князя, «который бы владел и судил по праву». Пошли за море к варягам и пригласили трех братьев: Рюрика, Синеуса и Трувора. Рюрик стал княжить в новом политическом и торгово-ремесленном центре, получившем название Новгорода, Синеус – на Белоозере, а Трувор – в Изборске. После смерти братьев, сообщает летопись, Рюрик княжил один, а своим дружинникам отдал Полоцк, Ростов, Белоозеро.
   В середине IX века среди предводителей викингов известен из западных источников тезка Рюрика – датский конунг Рерик. Некоторые историки говорят об их тождестве. По мнению А.А. Горского, такое тождество позволило бы объяснить, почему словене, кривичи и чудь пригласили в стоящийся Новгород именно этого конунга: ведь раньше здесь скорее всего имели дело со шведскими викингами, жившими в непосредственной близости к этому региону, «в силу этого естественно было призвать на княжение предводителя других викингов, датских. … Среди словен, по-видимому, были выходцы из славинии ободритов, обитавших на южном побережье Балтики по соседству с датчагами; они и могли стать инициаторами приглашения Рерика».
   Когда умер Рюрик (879 г.), воевода Олег вместе с малолетним Игорем (сыном, племянником или воспитанником (?) Рюрика) повели племена по торговому пути «из варяг в греки». В походе участвовали весь, меря, варяги, словене, кривичи. В 882 г. был захвачен Киев. Момент объединения Олегом Киевского и Новгородского центров формирующегося древнерусского государства считается формальной датой образования государства Киевская Русь.

Вопросы для самопроверки

   1. У каких греческих, римских, византийских, арабских авторов мы встречаем упоминания о славянах и их историческом окружении?
   2. Что такое Великое переселение народов?
   3. Каков был общественный строй восточных славян в VI–IX вв.?
   4. Каковы особенности духовной культуры восточнославянских племен?

Тренировочные задания для подготовки к ЕГЭ

Часть 1

   А1. Великое переселение народов имело следствием выделение ветви славян
   1) восточной 3) византийской
   2) северной 4) украинской

   А2. Среди славянских племенных союзов к IX–X вв., согласно летописным и другим источникам, выделялись
   1) карела 3) меря
   2) чудь 4) поляне

   А3. Гостомыслом звали
   1) князя, имевшего большое семейство
   2) одного из новгородских старейшин IX в.
   3) одного из бояр, участвовавших в составлении Правды Ярославичей во второй половине XI в.
   4) первого митрополита русского происхождения

   А4. Среди культур, которые производили восточные славяне, не было
   1) картофеля 3) лука
   2) ржи 4) чеснока

   А5. Восточными славянами в лесной зоне использовалась преимущественно
   1) подсечно-огневая система земледелия
   2) переложная система земледелия
   3) трехпольная система земледелия
   4) плодопеременная система земледелия

   А6. Восточными славянами в степной зоне использовалась преимущественно
   1) подсечно-огневая система земледелия
   2) переложная система земледелия
   3) трехпольная система земледелия
   4) многопольная система земледелия

Часть 2

   В1. Расположите следующие события в хронологической последовательности.
   А) нашествие гуннов на Русскую равнину
   Б) образование государства готов на Русской равнине
   В) завершение Великого переселения народов
   Г) войны римского императора Траяна с праславянами во Фракии

   Ответ:


   В2. Расположите следующие события в хронологической последовательности.
   А) образование государства Киевская Русь
   Б) образование государства у болгар на Балканах
   В) образование Великоморавской державы
   Г) образование самостоятельного государства у чехов.

   Ответ:

   В3. Установите соответствие между именами восточнославянских божеств и сферами их «покровительства».


   Ответ:


   В4. Какие три из перечисленных племен участвовали в Великом переселении народов?
   А) германские
   Б) славянские
   В) корейские
   Г) аланские
   Д) палестинские

   Ответ:

Часть 3

   С1. Ниже приведены две точки зрения на характер политических объединений восточных славян в VIII–IX вв. Укажите, какая из названных точек зрения представляется вам более предпочтительной. Приведите не менее трех аргументов.
   1. Восточные славяне жили союзами племен. В их общественной жизни большую роль играли народные собрания. Сохранялись кровнородственные общины.
   2. Восточные славяне в этот исторический период образовывали славинии – политические объединения переходного к государственности типа, которые представляют собой племенные княжения и в которых идет процесс превращения родовых общин в соседские.

   С2. Рассмотрите историческую ситуацию и ответьте на вопросы.
   Великое переселение народов перекроило политическую и этническую карты Европы. У большинства ее жителей изменились общественный строй, институты управления и даже культурные предпочтения.
   Почему становление государственности у отдельных народов весьма часто способствует их переселенческой активности? Какие социальные и политические институты образуются в процессе переселений? Каковы социальные и политические последствия переселений?

Киевская Русь и предпосылки политической раздробленности

Особенности древнерусского государства

   Важнейшими признаками государственности традиционно признаются: наличие определенной территории, границы которой установлены и, насколько возможно, охраняются; отделение власти от народа и формирование государственного аппарата, включающего в себя, как правило, аппарат управления и карательный аппарат; систематизированное налогообложение; наличие идеологии, используемой для обоснования и подтверждения полномочий правящей верхушки. Такая идеология в Средние века имела в странах Европы исключительно религиозный характер. Важнейшим признаком государственности является также применение норм писаного права, не являющегося ни в коем случае простой записью норм обычного права. Как правило, наличие всех названных и иных признаков, менее определяющих, но порой придающих государственному образованию присущую только ему специфику, позволяет говорить о завершении процесса образования государства.
   В Древней Руси складывание этих признаков шло в Х – XI вв. весьма динамично.
   Летопись рассказывает об успешном морском походе русских, предводительствуемых князем Олегом (879–912 гг.), на Константинополь в 907 г. Результатом его было заключение письменного договора между Византией и Русью, весьма выгодного для последней. В 941 г., в княжение Игоря (912–945 гг.), поход на Византию был повторен, но оказался менее удачным. В 944 г. был совершен еще один поход. Договор с Византией был возобновлен, по нему Русь признавалась по-прежнему суверенным государством, но он был менее выгоден, чем договор, заключенный в правление Олега. В текстах договоров упоминается «Закон Русский» – правовые нормы, которыми руководствовались представители русской стороны.
   Восточные славяне в первой половине Х в. совершали походы в Закавказье, используя для выхода в Каспийское море Дон и Волгу. В княжение Святослава Игоревича (с 945 г. в связи с его малолетством княжила его мать княгиня Ольга, умершая в 964 г., однако уже в 957 г. Святослав стал ее соправителем и до своей гибели в 972 г. проводил дни в военных походах) русские дружины нанесли сокрушительный удар Хазарскому каганату. Вятичи были освобождены от уплаты дани хазарам. Владения Киева распространились до низовьев Дона, до Северного Кавказа, Тамани и Восточного Крыма, где возникло Тмутараканское княжество. В состав Руси вошли земли ясов, касогов, обезов – предков современных осетин, балкарцев, черкесов, кабардинцев и других народов Северного Кавказа. На Дону русские использовали как форпост хазарскую крепость Саркел (русская Белая Вежа).
   В 968 г. русские дружины во главе со Святославом совершили поход на Дунай. Целью похода было создание обширного славянского, русско-болгарского государства с центром в низовьях Дуная. В короткий срок Восточная Болгария была покорена, а сам Святослав обосновался в Переяславце, в Добрудже. Тогда военные действия против Руси начала Византия. Святослав привлек на свою сторону болгарского царя Бориса, и Болгария выступила союзницей Руси против Византии. В 970 г. они начали наступление, перешли Балканы, спустились в долину и по Македонии двинулись к Константинополю. Только весной 971 г. император Иоанн Цимисхий смог оказать отпор дружинникам Святослава в перейти в наступление. Русские и болгары героически отстаивали Переяславец и Доростол, но огромное численное превосходство византийцев вынудило Святослава вступить в переговоры с императором. Дружины Святослава, не имея возможности удержать балканские завоевания, вернулись в Причерноморье, двинулись к Киеву, но у днепровских порогов на них напали печенеги – кочевые племена степняков. Святослав был убит. По мнению многих историков, печенеги получили от Византии все необходимые сведения о времени продвижения войск Святослава и их численности.
   Конец X столетия ознаменовался завершением объединения всех восточных славян в государственных границах Киевской Руси. Это объединение падает на время княжения Владимира Святославича (980–1015). В 981 г. была присоединена область Червенских городов и Перемышль, т. е. восточнославянские земли до реки Сан. В 992 г. в состав государства вошли земли хорватов, лежащие по обоим склонам Карпатских гор. В 983 г. русские дружины ходили на ятвягов, и русское население, заселившее край вплоть до границ владений пруссов, положило начало Черной Руси (современные западные области Белоруссии). В 981 г. в состав древнерусского государства вошла земля вятичей, хотя здесь еще долгое время сохранялись следы независимости правящей местной верхушки. В 984 г. власть Киева распространилась и на радимичей.
   Так было закончено объединение всего восточного славянства в единое государство. Столицей неизменно являлся Киев – «мати градом русским».
   При Владимире усиленно укреплялись южные окраины Руси, которым угрожали печенеги. По Десне, Трубежу, Суле, Стугне и Остру были возведены города, заселенные воинами – славянами (словенами, кривичами, вятичами), финно-уграми (чудью). Города, засеки, валы и ограды с воротами, протянувшиеся полосой к югу от Киева, служили надежной оборонительной линией от враждебной Руси кочевой степи.
   Одним из важнейших событий, связанных с Киевской Русью, с образованием и развитием древнерусского государства, является складывание восточного славянства в древнерусскую народность. На смену племени, этнической категории первобытно-общинного строя, вместе с утверждением и развитием государственных отношений на Руси приходит иная общность людей – народность.
   С течением времени в древнерусскую народность слились все племенные и территориальные объединения восточных славян: не стало ни полян, ни кривичей, ни северян, ни древлян.
   В основе народности лежит общность языка. Вместе с созданием единой древнерусской государственности, с развитием торговли, с расширением связей между населением разных земель в местные диалекты проникают элементы диалектов соседей. Если в VII–VIII вв. славянские племена, для которых было характерно языковое единство, расселялись по обширным просторам Восточной Европы, дробились и расходились, что усиливало местные языковые особенности, то политическое единство восточных славян обусловило усиление языковой общности, развитие языка народности.
   Не позднее конца IX – начала Х в. на Руси распространились славянские азбуки – кириллица и глаголица. Созданные во второй половине IX столетия братьями Кириллом (Константином) и Мефодием и первоначальное распространение имевшие в западнославянском государстве – Великой Моравии, они вскоре проникли в Болгарию и на Русь. Первым известным памятником славянской письменности является русско-византийский договор 911 г. Использование письменности само по себе является немаловажным признаком развития государственности.
   Синтез славянской дохристианской культуры с тем культурным пластом, который поступил на Русь в конце Х в. с принятием христианства из Византии и Болгарии и приобщал страну к византийской и славянской христианской культурам, а через них – к античной и ближневосточной культурам, создал феномен русской средневековой культуры. На Русь из Болгарии и Византии прибыли священники, иконописцы, строители, возводившие храмы и монастырские постройки. Получило распространение византийское церковное право. Оригинальность и высокий уровень древнерусской культуры были во многом обусловлены бытованием в качестве литературного славянского языка, понятного всему населению. (В отличие от Западной Европы, где языком церковной службы была латынь – к концу I тысячелетия н. э. давно уже мертвый язык.)
   Необходимость новой религии определялась социально-политическим развитием страны. С ликвидацией автономии славянских союзов и племенных княжений складывалась структура единого государства с единой династией во главе, с единым господствующим слоем, представленным военно-служилой знатью (включавшей дружину киевского князя и дружины его родственников). В сфере политико-территориальной в этих условиях для центральной власти оказались непригодными старые центры племенных княжений и были созданы новые, в которых и располагались князья – родственники киевского правителя (Владимир-Волынский; Смоленск, отстроенный на новом месте; Ростов; новая крепость-детинец в Полоцке; Туров и т. д.). В сфере же идеологической оказались непригодными старые политеистические языческие культы, носившие местные черты и могущие служить сепаратистским тенденциям.
   Владимир (бывший в момент смерти Святослава князем Новгородским), овладев в 980 г. Киевским престолом и устранив старшего брата Ярополка (972–980), сделал попытку создать общерусский языческий пантеон во главе с Перуном, которому как покровителю княжеской власти и военной удачи поклонялись княжеские дружинники. Однако желаемого результата киевский князь, по-видимому, не добился, и через некоторое время он ставит вопрос о решительном разрыве со старой языческой традицией и о принятии монотеистической религии.
   Существовало несколько возможных вариантов выбора такой религии: восточный, византийский вариант христианства, западноевропейский, римский вариант христианства (позднее выросшие в православие и католицизм); мусульманство, господствовавшее в территориально близкой к Руси Волжской Болгарии; наконец, иудаизм, бывший религией господствующей верхушки Хазарии. Выбор был сделан в пользу уже распространявшегося в торговых городах по пути «из варяг в греки» (из Скандинавии в Византию), и прежде всего в Киеве, христианства по византийскому образцу. В Киеве уже к середине Х в. существовала многочисленная христианская община, гордящаяся принадлежностью к христианам княгини Ольги (945–964).
   Летопись сообщает о событиях, предшествовавших крещению Руси, следующим образом. В 988 г. византийские императоры Василий и Константин обратились к Владимиру за помощью против мятежного полководца Варды Фоки, хозяйничавшего в малоазиатской части империи. Владимир поставил условием предоставления помощи свой брак с сестрой императоров Анной. Мятежники были разгромлены, но императоры не спешили выполнять договор. Тогда Владимир выступил походом на центр крымских владений Византии – Херсонес (Корсунь, ныне Севастополь), взял его и тем самым принудил императоров выполнить договор. Анна была прислана к нему в Херсонес. Вместе с ней прибыли из Византии на Русь священнослужители. Владимир принял крещение и женился на принцессе. После возвращения на Русь им было осуществлено массовое обращение в христианство жителей Киева. Все эти события произошли в 988–990 гг. (точная их хронология – предмет споров). Затем новая религия стала распространяться более или менее мирно по городам Руси. Были случаи кровавых столкновений (как, например, в Новгороде). На севере и северо-востоке страны сельское население всячески сопротивлялось обращению: вспыхивали восстания под руководством языческих жрецов и волхвов (ХI–XII вв.).
   Между тем в Киеве была учреждена русская митрополия, подчинявшаяся константинопольской патриархии. К концу Х – XI вв. относится возникновение нескольких епископств, создававшихся в важнейших центрах: Новгороде, Полоцке, Чернигове, Переяславле, Белгороде, Ростове. На Руси появилось православное духовенство (главным образом греческое и болгарское на первых порах), богослужебные и иные книги на славянском языке, поступившие в основном из Болгарии. Таким образом, акт принятия христианства приобщал Русь к ценностям мировой культуры – древнегреческой, раннехристианской, византийской, славянской христианской, а также ставил страну в один ряд с наиболее развитыми государствами той поры.
   Политический строй древнерусского государства был монархическим. Во главе государства стоял киевский князь, называвшийся великим князем. Киевский князь управлял при помощи Совета из других князей и дружинников, который в Киевской Руси стал называться Боярской думой. Дружина делилась на три разряда. В «старшую» дружину входили богатые и влиятельные бояре, имеющие земли, дворы, челядь, своих дружинников, «младшие» дружинники («детские», «отроки», «гриди») жили при дворе князя, обслуживали его дом, двор, хозяйство, в мирное время выступая в роли управителей и слуг, а в военное – воинов. Третью группу составляли «вои», набираемые из сельского и городского люда в случае военных действий. В Х в. княжеская, дружинная, военная организация все более подчиняла себе прежнюю «тысячную» организацию восточных славян. По этой последней восточнославянские воины объединялись в десятки, сотни и тысячи во главе с десятскими, сотскими и тысяцкими. Такое деление народного ополчения характерно для племенной стадии общественного развития. На Руси народное ополчение созывалось и на стадии государственного развития, поэтому должности тысяцкого и сотских надолго сохранились в крупнейших русских городах.
   Суд, сбор дани и судебных пошлин осуществлялись княжескими дружинниками, называвшимися мечниками, вирниками, емцами, подъездными, биричами, метельниками. Из состава дружины выделились и управители княжеского вотчинного хозяйства – тиуны. С XII в. они включаются и в систему государственного управления.
   Киевские князья и их дружинники собирали дань в основном в зимний период. Ежегодно в ноябре князь с дружиной отправлялся из Киева в «полюдье», т. е. в объезд славянских земель. «Кормясь» там в течение целой зимы, они в апреле, когда вскрывался Днепр, возвращались в Киев с данью. Красочное описание «полюдья», закончившееся убийством князя, желавшего получить как можно больше, не считаясь с возможностями населения, сохранила летопись в известном рассказе о смерти Игоря в 945 г. в земле древлян.
   В 946–947 гг. вдова Игоря, княгиня Ольга, по словам летописи, объездила некоторые области Руси и «установила» «уставы» и «уроки», «оброки» и «дани», иными словами, определила нормы налогов и повинностей, наметив во время своей поездки «становища» и «погосты» – административно-финансовые центры сбора податей. Таким образом, система сбора дани была изменена и упорядочена. Единицей обложения данью служили «дым» (крестьянский дом, очаг), рало, плуг (крестьянское земледельческое хозяйство).
   Завершение складывания государственной структуры сделало необходимой кодификацию древнерусского права. Свод законов Киевской Руси, составление которого началось в первой трети XI в., именовался Русская Правда.
   Русская Правда известна в трех основных редакциях: Краткая Правда, составленная в XI в., Пространная Правда, составленная в XII веке, и Сокращенная Правда, появившаяся путем переработки Пространной в XV столетии. В составе Краткой Правды, в свою очередь, принято выделять Правду Ярослава, составленную около 1015 г., и Правду Ярославичей, появившуюся во второй половине XI в.
   Русская Правда – важнейший исторический источник, позволяющий не только реконструировать правовые отношения в древнерусском государстве, но и получить представление о социальном составе населения. Самой многочисленной группой населения были свободные общинники – людины, или люди (отсюда сбор дани со свободных общинников называется «полюдьем»). Людины жили сельской общиной – вервью. Вервь обладала определенной территорией, внутри верви выделялись экономически самостоятельные семьи. Вторая большая группа населения – смерды. Полагают, что это полусвободные княжеские данники. Смерд не имел права оставлять свое имущество непрямым наследникам. Оно передавалось в случае отсутствия сыновей князю. С развитием феодальных отношений эта категория населения численно росла за счет свободных общинников, утрачивающих экономическую независимость. Третья группа населения – рабы. Они известны под двумя названиями: челядь и холопы. Челядь – это раннее название, холопы – исторически более позднее. Различались рабство полное и неполное. Источники полного рабства – плен, самопродажа в рабство, брак с рабом (рабыней), поступление на службу к князю тиуном, ключником, ратайным (полевым) старостой при незаключенном договоре. Неполные рабы (закупы) появились в XII в. Закуп – это, по-видимому, общинник, попавший в долговую кабалу по получении от князя или боярина ссуды (купы). Он мог быть слугой в доме или работником в поле. Закуп был лишен личной свободы, но у него сохранялось свое хозяйство, и он возвращал себе свободу, вернув долг. Средства он мог добывать и на стороне, господину запрещалось препятствовать закупу идти «искать кун». В отличие от холопа, закуп был субъектом государственного права.
   Небольшой группой зависимого населения Руси были рядовичи (ряд – договор). Судя по Русской Правде, они были мелкими служащими в княжеском или боярском дворе. По истечении срока договора (ряда) такой служащий, возможно, становился свободным. Другая небольшая группа – изгои, люди, лишившиеся своего социального статуса (холопы, отпущенные на волю, общинники, изгнанные из верви). Возможно, изгои пополняли ряды городских ремесленников и даже княжескую дружину, особенно во время военных походов.
   Согласно Русской Правде, довольно многочисленной группой населения Руси были ремесленники, причем как сельские, так и городские. Города по мере роста общественного разделения труда становились центрами развития ремесла. К XII в. в них насчитывалось около 60 ремесленных специальностей. Русские ремесленники производили тогда до 150 видов железных изделий. На внешний рынок шли не только пушнина, мед, воск, пенька, но и льняные ткани, оружие, изделия из серебра, стекла. С ростом городов, развитием ремесла связана деятельность такой постоянно растущей в Киевской Руси группы населения, как купцы, называемой также гостями.
   Русской Правдой руководствовались князья, бояре, княжеские дружинники, вершившие суд. Кроме того, в Киевской Руси существовал и церковный суд, где разбирались преступления против веры, семейные дела, наследственные споры и т. п. Духовенству была дана власть в решении этих дел, потому что такой порядок был установлен в Византии. Под церковной юрисдикцией находились люди, служащие церкви или занятые в церковно-монастырском хозяйстве (так называемые церковные люди). Все их преступления, кроме уголовных и направленных против государства, разбирались церковным судом. Все древнерусское население подлежало церковному суду за преступления против церкви, за нарушение семейно-брачных правовых норм, а также нравственных норм.
   Законодательство Киевской Руси устанавливало пониженный штраф (виру) за убийство зависимого человека – 5 гривен. За убийство свободного платилась вира в 40 гривен, а за убийство княжеского приближенного – 80 гривен. Система штрафов за убийство и нанесение увечий являлась в XI в. новшеством, свидетельствующим о постепенном усилении государства. Согласно Правде Ярослава допускалась, хотя уже и ограничивалась кругом ближайших родственников, кровная месть. Правда Ярославичей ее безусловно запрещала и заменяла вирой.
   По мере развития государственности и феодальных отношений в Киевской Руси становились очевидны и те противоречия, которые, накапливаясь, приводили к переменам в общественных сношениях. Русь стояла на пороге феодальной раздробленности, пережитой и другими раннефеодальными европейскими державами. Развитие русских земель шло во многом синхронно с развитием этих держав, что обусловливалось не только общим ходом исторического процесса в регионе, но и постоянными контактами между ними.
   В русских источниках X–XII вв. термин «немцы» обозначал зачастую не только немцев в собственном смысле слова, но и вообще представителей всех народов, проживавших к западу от русских земель. Только в эпоху политической раздробленности в русском языке появились термины для обозначения итальянцев, французов, немцев и представителей некоторых других народностей. Наиболее постоянными были, пожалуй, контакты Киевской Руси с германцами: в Центральной и Северной Европе.
   Российско-германские отношения пережили длительную историю. Уже с середины X века германский император Оттон I и правительница Киевской Руси княгиня Ольга впервые установили дипломатические отношения между своими государствами. Отношения эти оказались с самого начала не лишенными противоречий.
   Немцы тяготели к римской, западной церкви, а Русь поддерживала постоянные связи с Византией и Болгарией. Крещение первые русские христиане принимали, видимо, чаще здесь, как это было, например, с княгиней Ольгой.
   Попытка Оттона I послать бенедиктинского монаха Адальберта из Трира в качестве епископа всех русских при княгине Ольге потерпела провал, а в дальнейшем угрозы из Рима еще более укрепили киевских князей в стремлении защитить новую веру и свое достоинство.
   Русские стали обращаться к Библии, поскольку она была переведена Кириллом и Мефодием на славянский язык уже во второй половине IX в. При германском дворе прочесть Библию могли только грамотные люди, знающие латинский язык, ведь переводов ее на национальные языки не существовало. Перевод Библии на немецкий язык был сделан лишь пять веков спустя Мартином Лютером.
   Но все же культурные и торговые связи между Киевской Русью и Священной Римской империей постепенно налаживались. Уже в начале XI в. немецкий епископ Титмар фон Мерзенбург с восхищением отзывался о Киеве как о большом городе, где было 400 церквей, а хронист Адам фон Бремен, посетивший Киев в том же столетии, находил его похожим на Византию.
   Киевские князья внимательно следили за тем, чтобы при формировании военно-политических и торговых связей учитывались, в первую очередь, их национальные интересы. Вошло в обычай заключение династических браков между членами семей правителей Киевской Руси и представителями правящих домов других государств с целью усиления территориального и политического господства. Эта тенденция сохранялась в позднее Средневековье, когда заключались династические браки Московских князей, а потом царей и императоров с германскими правителями вплоть до XX в.
   Так, князь Владимир Святославич после смерти своей жены, византийской принцессы Анны, женился на дочери немецкого графа Куно фон Эннингена. Три сына Ярослава Владимировича (Мудрого) были женаты на немецких принцессах. Сестра Владимира Мономаха Евпраксия-Адельгейда в 1079 году вышла замуж за германского императора Генриха IV.
   Один из исследователей Киевской Руси, прибалтийский немец Вальтер Шубарт, хорошо знавший ее обычаи и порядки, в своей книге «Европа и душа Востока» попытался наметить особые черты двух типов русских людей, живших в то время, с учетом их религиозности и психологии.
   По мнению В. Шубарта, живущих на Руси людей можно разделить на два типа: прометеевский (героический) и иоанновский (мессианский). Первый тип более характерен для германцев, в том числе и выходцев из Скандинавии, второй тип – для славян. В. Шубарт замечал, что «прометеевский героический человек» усматривает в мире хаос, который ему следует преобразовать с помощью своей организующей силы; страдающий жаждой власти, этот человек удаляется все дальше и дальше от бога и все глубже уходит в мир вещей. Поэтому-то германские народы на своем историческом пути приходят к секуляризации, т. е. уменьшению роли церкви. Постепенно их жизненное чувство – героизм – ослабевает, а конец – трагичен.
   Напротив, «иоанновский мессианский человек», полагал В. Шубарт, хочет восстановить вокруг себя ту гармонию, которая ощущается в его душе. Мессианского человека одухотворяет не жажда власти, а настроение примирения и любви. Этот человек не стремится властвовать, но ищет разобщенное, чтобы его воссоединить. Поэтому им не движут подозрение и чувство ненависти, и он полон доверия к сущности вещей.
   Не эти ли противоречия в национальных чертах характера немцев и русских являлись одной из причин постоянных конфликтов двух народов в течение всей истории их взаимоотношений?
   Известный русский историк С.М. Соловьев в своей книге «Чтения и рассказы по истории России» отмечал, что в начале новой европейско-христианской истории два племени приняли господствующее положение и удержали его за собою навсегда: германское и славянское, племена-братья одного индоевропейского происхождения. Они поделили между собой Европу. В этом начальном делении, в этом начальном движении – немцев с северо-востока на юго-запад, в области Римской империи, где уже был заложен прочный фундамент европейской цивилизации, и славян, наоборот, с юго-запада на северо-восток в девственные и обделенные природой пространства, – в этом противоположном движении лежит различие всей последующей истории обоих племен.
   Различий этих действительно оказалось немало, как немало было и общего. Народы Европы вступали, втягивались в эпоху политической раздробленности.

Начало политической раздробленности

   Борьба между князьями за «киевский стол» вспыхивала не раз в Х – первой половине XI в. Одной из главных причин кровавых распрей была неупорядоченность родственно-наследственных и правовых отношений внутри правящей династии. До середины XI в. все русские земли считались совокупным владением великокняжеского дома. Перед смертью Ярослав Мудрый поделил территорию на пять «отчин» по числу своих наследников. Все они стали самостоятельными владельцами земель и правителями в доставшихся им уделах. Великим по-прежнему считался киевский князь. Он собирал дань со всех разделенных земель. Однако он уже не был для удельных князей «государем», его далеко не всегда и не во всем слушались.
   После смерти киевского князя великокняжеский титул наследовал не его старший сын, а старший в роду князь. В свою очередь, и его освободившийся удел доставался не старшему сыну предшественника, а следующему по старшинству среди остальных князей. Такой принцип наследования получил название «лествичного» («лестничного»). В силу установленного порядка князья не закреплялись в своих уделах навсегда. Со временем они перемещались в другие, более богатые и престижные земли. Вполне естественно, что такие переходы не могли не порождать всевозможные интриги и споры, которые нередко заканчивались военными столкновениями. Чрезвычайно напряженно складывались отношения между потомками Ярослава Мудрого. Стремясь предотвратить усобицы и кровавые столкновения, князья собрались в 1097 г. на съезд в городе Любече на Днепре. Было принято решение закрепить «отчины» за князьями («каждо да держит отчину свою») и исключить перемещения со «стола» на «стол». Но усобицы продолжались. Одна из них, продолжавшаяся несколько лет, вспыхнула сразу после съезда.
   Самым достойным преемником Ярослава Мудрого оказался его младший внук, Владимир Всеволодович Мономах (по-гречески – «единоборец»). Великокняжеский престол он получил, будучи уже очень немолодым человеком, в 60 лет, при том что княжить начал в 13 лет и при нетипичных обстоятельствах. Киевские бояре выдвинули на вече его кандидатуру и были всецело поддержаны народом. Народное недовольство было тогда столь велико, что выливалось в Киеве в стихийные погромы. Страсти утихли лишь после того, как Мономах прибыл в Киев и сел на княжение. С удельными князьями Владимир старался быть в мире и мирить их в случае конфликтов. Ему удавалось привлекать князей для совместной защиты рубежей страны, прежде всего от степняков – половцев. В княжение Владимира Мономаха на Руси «установилась тишина». При нем и его старшем сыне Мстиславе Великом (1125–1132) единство Русского государства было в целом восстановлено. При Ярополке Владимировиче (1132–1133) Киев вновь становится яблоком раздора и ареной многочисленных княжеских усобиц. В 1169 г. Владимиро-Суздальский князь Андрей Боголюбский взял приступом Киев, но в «стольный град» не переехал, а своей столицей по-прежнему считал Владимир-на-Клязьме. Киевское княжение поручалось теперь удельным князьям. Значение города как политического центра русских земель стало падать; постепенно Киев утрачивал свое значение и как центр ремесла и торговли. Разрушение Константинополя крестоносцами в 1204 г. и образование Латинской империи способствовали упадку древнего торгового пути «из варяг в греки». Сожжение Киева в 1240 г. монголо-татарами было последним ударом для древней столицы.

Культура Киевской Руси

   Ко времени принятия христианства Русь уже около ста лет развивалась в условиях становления раннефеодальной государственности, социального расслоения, совершенствования производства. Высокого уровня достигли ремесла, техника деревянного строительства. В эпоху перехода к раннеклассовому обществу, как и у других европейских народов, у восточных славян складывался эпос. Его сюжеты сохранились в основном в записанных много веков спустя «былинах», называвшихся тогда старинами. К IX–X вв. относится появление сюжетов таких былин, как «Михайло Поток», «Дунай», «Вольга и Микула». Княжение Владимира Святославича (980–1015) стало «эпическим временем» русских былин, а сам князь – обобщенным образом правителя Руси. К концу X в. относится появление былин, героями которых были Добрыня Никитич (его прототипом послужил дядя Владимира Святославича по матери Добрыня, бывший наставником и советником князя в годы его молодости) и Илья Муромец.
   К концу IX – началу X в. на Руси становятся известными славянские азбуки кириллица и глаголица. Созданные во второй половине IX столетия братьями-монахами Кириллом (Константином) и Мефодием и первоначально распространенные в западнославянском государстве – Великой Моравии, они вскоре проникают в Болгарию и на Русь. Первым известным памятником славянской письменности является русско-византийский договор 911 г.
   Соединение славянских дохристианских традиций с тем культурным пластом, который поступил на Русь с принятием христианства из Византии и Болгарии и приобщил страну к византийской и славянской христианским культурам, создал феномен русской средневековой культуры. Ее особенности были во многом обусловлены использованием славянского в своей основе языка в качестве языка церковной службы и вследствие этого становлением литературного славянского языка, понятного всему населению. В Западной Европе и славянских странах, принявших западный вариант христианства (с середины XI в. католицизм), где языком церковной службы была латынь, возникали как эпические произведения на национальных языках, так и латиноязычная «официальная» литература.
   Появление на Руси после принятия христианства литературы на славянском языке способствовало распространению грамотности. Ярким свидетельством этого являются берестяные грамоты – письма на бересте разнообразного (преимущественно делового) содержания. Они обнаружены при раскопках уже в девяти древнерусских городах. Большая часть находок происходит из Новгорода, где естественно-географические условия способствовали лучшей сохранности писем на бересте. Авторами берестяных грамот были люди всех слоев древнерусского общества. Наиболее ранние из грамот датируются XI в.
   В XI – начале XII в. на Руси большой интерес вызывали переводные сочинения как религиозного, так и светского содержания. Среди них были и исторические сочинения, например перевод византийской «Хроники Георгия Амартола». В это же время происходит становление оригинальной древнерусской литературы.
   Одним из самых ранних дошедших до нас произведений древнерусской литературы является «Слово о Законе и Благодати». Оно было создано в середине XI в. митрополитом Иларионом, первым и единственным в период с принятия христианства до середины XII в. русским по происхождению главой русской церкви. Основная идея «Слова о Законе и Благодати» – вхождение Руси после принятия христианства в число христианских народов, в чем автор видит заслугу князя Владимира и продолжающего дело распространения новой веры его сына Ярослава. При этом дохристианское прошлое Руси в глазах Илариона не выглядит «темными веками». Он подчеркивает, что Владимир, его отец Святослав и дед Игорь «не в худой и неведомой земле владычествовали, но в Русской, которая ведома и слышима во всех четырех концах земли».
   Во второй половине XI – начале XII в. в церковных кругах были созданы оригинальные произведения житийного жанра, среди которых выделяются цикл сказаний о первых русских святых – князьях Борисе и Глебе и «Житие» игумена Киево-Печерского монастыря Феодосия, написанное монахом этого монастыря Нестором.
   Важнейшее место в древнерусской литературе занимают летописи. Некоторые исследователи полагают, что уже к концу X в. был создан первый летописный свод. Другие относят появление первого свода к более позднему времени – второй половине XI в. Первым летописным сводом, текст которого может быть реконструирован, является так называемый Начальный свод конца XI в. Его текст сохранился в составе Новгородской I летописи.
   В начале XII столетия в Киево-Печерском монастыре был составлен летописный свод, получивший название «Повесть временных лет». Из отечественных источников помимо Начального свода летописец привлек устные легенды об основании Киева, о призвании варяжских князей, о княгине Ольге и ряд других. «Повесть…» начинается с рассказа о расселении славян по Европе и их взаимоотношениях с другими народами. Далее повествуется о возникновении государства Руси, деяниях первых его правителей. Особенно подробно изложены в «Повести…» события второй половины XI – начала XII столетий.
   В Лаврентьевский список «Повести временных лет» были включены произведения, принадлежащие руке князя Владимира Мономаха. Среди них «Поучение», которое состоит из двух частей: «Поучения детям» и перечня «путей» – походов и поездок, которые Мономах совершал в течение своей жизни. Рядом помещено послание Владимира Мономаха Олегу Святославичу, написанное в разгар усобиц 90-х гг. XI в. после гибели в бою с Олегом сына Мономаха Изяслава. Произведения эти являются не только ценным историческим источником, но и ярким литературным памятником, дающим представление об общественном сознании высшего слоя древнерусского общества.
   В XI – начале XII в. продолжалось развитие эпического жанра. Со сватовством норвежского короля Харальда к дочери Ярослава Мудрого Елизавете связан сюжет былины «Соловей Будимирович». Ряд эпических песен возник в связи с борьбой с половецкими набегами конца XI – начала XII в. В них в измененном виде встречаются имена известных по летописям половецких ханов (Тугоркан – Тугарин Змеевич, Шарукан – Шарк-великан, Кудреван, Сутра – Скурла).
   Образ князя Владимира Мономаха, инициатора борьбы с кочевниками (в былинах они выступают под именем татар, народа, имя которого позже заслонило собой имена прежних врагов Руси), слился с образом Владимира Святославича. К эпохе Мономаха относится появление цикла былин об Алеше Поповиче, былина «Ставр Годинович» (прототипом ее героя послужил приближенный Владимира, позже новгородский боярин Ставр Гордятинич).
   В XI в. развиваются каменное храмовое строительство, церковная живопись. До наших дней сохранились выдающиеся памятники зодчества середины XI столетия – соборы св. Софии в Киеве и Новгороде и Спасский собор в Чернигове.

Культура эпохи политической раздробленности

   Со второй трети XIII в. вследствие раздробленности культурное развитие отдельных русских земель и княжеств стало приобретать свою специфику. Сложились новые центры русского летописания. Так, летописание центров Южной Руси в наибольшей степени отражает Ипатьевская летопись (конец XIII в.), Северо-Восточной – Лаврентьевская летопись (начало XIV в.), Радзивилловская летопись и летописец Переяславля Суздальского (XIII в.).
   В конце XII в. было создано одно из замечательных произведений мировой средневековой литературы «Слово о полку Игореве». Оно посвящено упомянутому выше неудачному походу на половцев в 1185 г. Новгород-Северского князя Игоря Святославича. То, что именно этот поход послужил поводом для создания такого произведения, не случайно. Ряд обстоятельств – сопутствовавшее походу затмение солнца, невзирая на которое Игорь продолжил поход, гибель воинов и пленение немногих выживших, бегство князя из плена – произвели сильное впечатление на современников. Кроме «Слова…» им посвящены две пространные повести, дошедшие до нас в летописях.
   «Слово о полку Игореве» в дошедшем до нас виде было написано, возможно, осенью 1188 г. Предполагают, что основа текста создавалась еще в 1185 г., вскоре после бегства Игоря из плена, а в 1188 г. в рукопись были внесены добавления в связи с возвращением из плена брата и сына Игоря. Попытки историков и филологов установить авторство «Слова…» продолжаются почти два столетия, но пока не увенчались успехом. Главная идея «Слова…» – необходимость единства действий русских князей перед лицом внешней опасности. Препятствие этому – княжеские распри и междоусобные войны. При этом автор «Слова…» не сторонник единого государства: разделение Руси на княжества под властью суверенных правителей он воспринимает как должное: его призыв направлен не к государственному объединению, а к внутреннему миру. Являясь произведением о событиях своего времени, «Слово…» одновременно представляет собой и памятник исторической мысли. «Нынешнее» время сопоставляется в нем с прошлыми событиями второй половины XI в., когда началась эпоха княжеских распрей, приведших к ослаблению обороноспособности страны, что сделало ее уязвимой для половецкой агрессии. В своем обращении к истории автор «Слова…» широко использует эпические мотивы.
   В период раздробленности в Северо-Восточной Руси появилось другое выдающееся произведение древнерусской литературы – «Слово Даниила Заточника». Оно представляет собой послание к князю, имя которого не называется, и по форме афористично. В 20-е или в первой половине 30-х гг. XIII в. была создана вторая редакция этого произведения, именуемая «Молением Даниила Заточника». Она адресована Ярославу Всеволодовичу, в то время князю Переяславля-Залесского. Характерной чертой «Моления…» является негативное отношение к боярству.
   Еще одно замечательное произведение древнерусской литературы «Слово о погибели Русской земли» было написано в самые тяжелые для Руси дни, во время монголо-татарского нашествия. Скорее всего, оно было создано в начале 1238 г. в Киеве, при дворе князя Ярослава Всеволодовича. Автор начал писать, как предполагают, после получения в Киеве вестей из Северо-Восточной Руси о вторжении в нее полчищ Батыя и о гибели в бою на реке Сити брата Ярослава – Юрия. Это оставшееся незаконченным произведение прославляет Русь, не забывшую о своем былом могуществе (при князьях Владимире Мономахе, его сыне Юрии Долгоруком и внуке Всеволоде Большое Гнездо). В текст помещено и рассуждение о «болезни» – усобицах, подтачивавших силу Руси со времени после смерти Ярослава Мудрого. Подобно автору «Слова о полку Игореве», автор «Слова о погибели…» обращается к прошлому своего Отечества, пытаясь отыскать и понять причины его сегодняшних бед.
   В середине XII – начале XIII в. продолжал развиваться эпический жанр. Появились новые былинные сюжеты: о «Сауре Леванидовиче», о «Сухиане». Получили известность циклы новгородских былин о Садко, песен о князе Романе. Прототипом этого героя выступил Роман Мстиславич, князь Волынский и Галицкий.
   В первые десятилетия раздробленности, до начала монголо-татарского завоевания, продолжали развиваться каменное строительство (в основном храмовое, но появились и каменные княжеские дворцы) и церковная живопись. В архитектуре второй половины XII – начала XIII в. сочетались местные традиции, заимствованные из Византии формы и некоторые элементы западноевропейского романского стиля. Из сохранившихся памятников зодчества той эпохи особую художественную ценность имеют Георгиевский собор Юрьева монастыря (первая половина XII в.) и церковь Спаса на Нередице (конец XII в.), Успенский и Дмитровский соборы во Владимире, церковь Покрова на Нерли (вторая половина XII в.), Георгиевский собор в Юрьеве-Польском (1234).

Вопросы для самопроверки

   1. Перечислите признаки государства как политического института.
   2. Проследите, какие признаки государственности нашли свое проявление на Руси уже в X в., а какие только в XI столетии.
   3. Каковы предпосылки политической раздробленности?
   4. Охарактеризуйте основные направления развития духовной культуры древнерусского населения.

Тренировочные задания для подготовки к ЕГЭ

Часть 1

   А1. Кем были введены уроки и погосты?
   1) князем Игорем 3) князем Святославом
   2) княгиней Ольгой 4) князем Владимиром

   А2. Когда были введены уроки и погосты?
   1) в начале X в. 3) в середине X в.
   2) в конце X в. 4) в начале XI в.

   А3. Среди платежей, вносимых населением Киевской Руси в казну, не было одного из следующих
   1) мыт 3) выход
   2) перевоз 4) мостовщина

   А4. Южным и юго-восточным границам княжений, входивших в состав Киевской Руси, в начале Х в. угрожали
   1) монголо-татары 3) хазары
   2) половцы 4) печенеги

   А5. Южным и юго-восточным границам княжений, входивших в состав Киевской Руси, в конце Х в. угрожали
   1) монголо-татары 3) хазары
   2) половцы 4) печенеги

   А6. Южным и юго-восточным границам княжений, входивших в состав Киевской Руси, в последней четверти ХI в. угрожали
   1) монголо-татары 3) хазары
   2) половцы 4) печенеги

   А7. Население Киевской Руси вносило налоги и сборы в
   1) скотницу 3) сборницу
   2) штатс-контор-коллегию 4) векшицу

Часть 2

   В1. Установите соответствие между датой смерти и именем каждого из упомянутых древнерусских князей.


   Ответ:


   В2. Установите соответствие между датой начала княжения в Киеве и именем каждого из упомянутых древнерусских князей.


   Ответ:


   В3. Расположите имена древнерусских князей в соответствии с хронологией их правления.
   А) Владимир I
   Б) Рюрик
   В) Олег
   Г) Игорь

   Ответ:

Часть 3

   С1. Ниже приведены две точки зрения на характер древнерусской государственности в IX–XI вв. Укажите, какая из названных точек зрения представляется вам более предпочтительной. Приведите не менее трех аргументов.
   1. Киевская Русь была политическим образованием с многоукладной экономикой: играли немалую роль патриархальный и рабовладельческий хозяйственные уклады. Феодальный уклад лишь начинал формироваться. Еще не до конца разрушилось племенное деление общества. В его жизни большую роль играли народные собрания. Не слишком быстро кровнородственные общины превращались в соседские.
   2. Киевская Русь была раннефеодальной монархией. Рабство большой экономической роли не играло, население постепенно становилось зависимым от землевладельцев – князей и бояр. Аграрные отношения были определяющими, что является важной чертой феодальной общественно-экономической формации. Государство уже сложилось, поскольку его признаки были налицо и быстро шел процесс превращения родовых общин в соседские.

   С2. Рассмотрите историческую ситуацию и ответьте на вопросы.
   В первые десятилетия существования Киевской Руси города представляли собой центры управления: в них селились князь и дружина. Города укреплялись: их ограждали частоколом, валами, ставили в месте впадения малых рек в большие, чтобы создать водные препятствия для нападавших врагов. За стенами города скрывались в случае опасности ремесленники, селившиеся за пределами крепостных стен – в посадах. С XI в. города постепенно стали превращаться в ремесленные и торговые центры. Они становились средоточиями уже не только политической, но и экономической и даже культурной жизни округи.
   Каковы, по вашему мнению, могли быть экономические социальные и политические последствия такого превращения? Много ли городов было в Киевской Руси? Какие города сыграли особую роль в жизни древнерусского общества?

Политическая раздробленность Руси

Раздробленность как закономерный этап развития раннефеодальной монархии

   Под 1132 г. летописец записал: «И раздрася вся Русская земля…» Начавшийся распад Киевской Руси на отдельные княжества и земли сопровождался и изменениями в составе народонаселения. Сложившаяся в Киевской Руси древнерусская народность, в состав которой вошли не только славянские племена, трансформировалась под влиянием новых этнических, социальных и политических конфликтов в три новые народности: великорусскую (русскую), белорусскую, малоросскую (украинскую). Эта трансформация заняла около трех столетий.
   Уже в XII в. существовало не менее десяти полугосударств, т. е. территорий, частично зависимых от крупнейших городских центров: Новгородская республика, Полоцкое княжество, Смоленское княжество, Ростово-Суздальская земля, Рязанское княжество, Турово-Пинская земля, Русская земля, включавшая три княжества (Киевское, Черниговское и Переяславское), а также Волынь и Червонная Русь (часть Галицкого княжества). В начале XIII в. Галицкое княжество объединилось с Волынью. К этому списку необходимо добавить завоеванную Владимиром Мономахом Половецкую степь между Доном и Карпатами.
   Академик Б.А. Рыбаков отмечал, что «раннефеодальная империя – так сказать, возрастная, временная политическая форма, особенно необходимая в условиях постоянной внешней опасности для содействия первичным процессам феодализации. Развитый феодализм характеризуется потребностью наладить нормальное производство на феодальных началах в деревне и в городе. Огромные масштабы Киевской Руси для этого не нужны. Феодальному хозяйству тогда не под силу было действенно объединить колоссальные пространства Киевщины и Полесья, Суздальского Ополья и новгородских озер, плодородной Волыни и приморской Тмутаракани. Время для централизованного государства в таких масштабах еще не настало: это произошло лишь на пороге капитализма, в XVIII в., когда масштабы европейской части Российской империи приблизились к Киевской Руси. Для молодого русского феодализма IX–XI вв. единая Киевская Русь была как бы нянькой, воспитавшей и охранившей от всяких бед и напастей целую семью русских княжеств. Они к XII в. выросли настолько, что могли начать самостоятельную жизнь».
   Окончательному распаду древнерусского государства способствовала пришедшая из Азии новая волна кочевников – монголо-татар. Нашествие 1237–1242 гг., самым неблагоприятным образом отразившееся на социально-экономическом и политико-культурном развитии народов Восточной Европы, имело существенное значение и для их этнической истории. Исконные славянские земли в Северном Причерноморье, в Нижнем, а отчасти и в Среднем Поднепровье почти запустели. Население уходило в леса к северу и особенно северо-востоку.
   Восточные славяне заслонили своих западных соседей от орд кочевников, которые попали в центральные области Европы уже значительно ослабленными, что было одной из причин их поражения в Чехии. Монголо-татары вернулись на Русь и в прилегающие области. В Среднем и Нижнем Поволжье, в причерноморских степях и в Крыму образовалось несколько монголо-татарских государств с полукочевым скотоводческим, а кое-где и с оседлым земледельческим населением. Теснейшим образом с Русью оказалась связанной Золотая Орда. Позднее, к началу XVI в., с ее распадом возникли Крымское, Казанское, Астраханское и другие ханства, а также Ногайская орда, в XVI–XVIII вв. присоединенные к Российскому государству.
   Уже на рубеже XIII–XIV вв. на Руси начинается сначала очень медленный и постепенный процесс преодоления раздробленности. Земли постепенно объединяются вокруг нового политического центра – Московского княжества, выделившегося из Владимиро-Суздальского в последней четверти XII в. Процесс такого объединения получил название процесса централизации, но следует иметь в виду, что со второй половины XV столетия он был дополнен созданием централизованного государственного аппарата, новой структуры власти в Московском государстве.

Новгородская земля в XII–XV веках

   К XIII в. Новгородская земля оказалась самой зажиточной и культурной областью из всех, входивших ранее в Киевскую Русь. После разгрома Византии крестоносцами в 1204 г. остатки русской внешней торговли переместились на Балтийское море, и Новгород с зависящим от него Псковом занял место Киева как деловой центр страны.
   Новгородская земля расположена на северо-западе Руси. Она отличается скудными и болотистыми почвами, а потому условия для земледелия здесь неблагоприятны. Обширные лесные пространства обеспечивали возможность охоты на пушного зверя, а по берегам Белого моря и на морского. Новгород расположен на реке Волхов, непосредственно на пути «из варяг в греки» (Финский залив – Нева – Ладожское озеро – Волхов). Его географическое положение создавало благоприятные условия для торговли с Русью и зарубежьем.
   Из-за своего северного положения Новгород не всегда мог обеспечить себя продовольствием и вынужден был закупать зерно в Германии и в междуречье Оки и Волги. Процветание Новгорода зиждилось на тесном сотрудничестве с Ганзейским союзом свободных торговых городов, чьим активным членом он сделался. Немецкие купцы основали постоянные колонии в Новгороде, Пскове, Соли Вычегодской и других городах. Они обязывались новгородскими властями контактировать с производителями товаров только через русских посредников, взамен чего получали полный контроль над всей заморской частью дела, включая перевоз и сбыт. Именно интересы внешней торговли, как считает большинство историков, заставили новгородцев раздвинуть пределы своего государства вплоть до Урала, разведав и колонизовав большую часть севера страны.
   Сложившийся в Новгороде порядок правления во всех главных чертах напоминал форму, известную из истории средневековых городов-государств Западной Европы.
   Новгород состоял из двух сторон (Софийской и Торговой), делившихся на концы. Первоначально концов было три (Славенский, Неревский, Людин), позднее – пять (выделились Прусский и Плотницкий). Первоначально концы представляли собой самостоятельные разноплеменные поселки, слившиеся позднее в единый город. Их населяли ильменские словене, кривичи, меря и, возможно, чудь. Непосредственно «Новгородом» первоначально именовался не весь город, а Кремль, где располагались общая для всех поселков светская администрация и жречество.
   Большая часть богатства находилась в руках не князей, а сильных торговых и землевладельческих фамилий. Для ведения военных кампаний новгородцы приглашали князей. В XIII в. это часто бывали сыновья великих князей Владимирских. Избирало князя вече, и оно же устанавливало правила, которых он обязан был держаться. После 1200 г. вече стало средоточием новгородского суверенитета. Старейшая из сохранившихся договорных грамот Новгорода с князем относится к 1265 г. Правила отличались строгостью, особенно в вопросах финансовых. Князь владел неким имуществом, однако ему и его дружинникам недвусмысленно запрещалось обзаводиться поместьями и челядью (рабами) на территории Новгорода и эксплуатировать промыслы без разрешения веча. Князь не мог увеличивать или уменьшать налоги, объявлять войну и заключать мир и каким-либо образом вмешиваться в деятельность государственных учреждений и в политику города. Иногда князю воспрещалось и входить в прямые сношения с немецкими купцами. Эти ограничения ни в коей мере не были пустой формальностью, о чем свидетельствует изгнание из Новгорода князей, обвиненных в выходе за пределы своих полномочий. В один особенно бурный период в Новгороде за 102 года перебывали один за другим 38 князей.
   Вече распоряжалось и гражданским управлением города и прилежащих волостей, избирая посадника, тысяцкого и назначая церковного владыку – архиепископа (в ранний период существования республики – епископа). Допускалось присутствие на вече всех свободных новгородцев, в том числе и из отдаленных городов и сел земли. Новгород был разделен на 10 податных «сотен», которыми управляли сотские, подчинявшиеся тысяцкому. Некоторые историки высказывают мнение, что тысяцкий руководил новгородским ополчением – «тысячей». Посадником после того, как Новгород обособился от Киева, бывал уже не старший из сыновей Великого князя киевского, а всегда кто-либо из бояр. Тысяцким первоначально избирался представитель купечества, но в XIII–XIV вв. и эта должность перешла в руки бояр. Избранного на вече новгородского архиепископа («владыку») затем утверждал киевский митрополит. Архиепископ вместе с посадником скреплял своей печатью международные договоры Новгорода, представлял новгородцев на переговорах с русскими князьями. Он даже имел собственный полк. Рядовое население Новгорода принимало участие лишь в «кончанских» и «уличанских» вече, избирая старост концов и улиц. Впрочем, кончанские и уличанские веча бояре также нередко использовали в своих целях, настраивая жителей «своего» конца против соперников из других концов.
   Решающее слово на вече было за новгородскими боярами, ведущими свое происхождение от старой дружины, в которой преобладали выходцы из славян и варягов. Боярство состояло из нескольких десятков виднейших фамилий, каждая из которых организовывалась в корпорацию вокруг личности святого – покровителя какого-либо храма. Нередко храм возводился на средства боярской семьи. Независимость бояр не знала себе подобия ни в одном русском городе ни тогда, ни после. Боярские фамилии замещали все высокие должности в городе. Новгородское боярство было ориентировано в большей степени на поддержание тесных связей с Литовским государством, нежели чем с Владимирской (позже Московской) Русью. Особенно это проявилось в XV в.
   Монголо-татары не разграбили Новгород в 1238 г. Они не дошли до него около 100 километров. Но дань им Новгород по требованию своего князя Александра Ярославича (после 1240 г. – Невского) платил. В политическую систему Новгородской земли монголо-татары не вмешивались, бывали в этих местах нечасто и на этнокультурные процессы фактически не повлияли.
   Гораздо напряженнее были отношения Новгорода с северо-западными соседями. В начале XIII в. немецкие крестоносцы захватили земли западных литовцев (жемайтов), куршей, земгалов, латгалов и южных эстов. Северная Эстония в то же время была захвачена датчанами. Орден меченосцев, овладев Восточной Прибалтикой, лишил ослабевшее Полоцкое княжество политического влияния в низовьях Западной Двины. В 1237 г. орден меченосцев объединился с Тевтонским орденом, обосновавшимся в Восточной Пруссии. Образовался Ливонский орден. Силами, которые на протяжении десятилетий противостояли орденской агрессии, были Литва и Новгородская земля. Нередки были и военные конфликты Новгорода и Литвы.
   В 1239 г. великий князь Владимирский Ярослав Всеволодович восстановил свою верховную власть над Смоленском, отвоевав его у Литвы. В 1239–1240 гг. его сын Александр разгромил шведов на Неве. В 1241–1242 гг., заручившись поддержкой ордынских татар, он изгнал немцев из Копорья и их сторонников из Пскова, а 5 апреля 1242 г. нанес немцам сокрушительное поражение в битве на Чудском озере (Ледовое побоище). После него Ливонский орден 10 лет не решался предпринять наступательные действия против Руси.
   Однако орденская феодальная колонизация в Прибалтике с насаждением там католической религии не приостановилась. Новгород, стремясь урегулировать взаимоотношения с новым соседом, вступил в переговоры с Ливонским орденом.
   В 1243 году был заключен мирный договор, по которому немецкие рыцари теряли все земли, захваченные ими у русских: Псков, земли финно-угорского племени водь, Лугу, а также часть орденской территории под названием Латыполец. Новые попытки орденской агрессии, однако, не заставили себя долго ждать.
   Следующее поражение немецким рыцарям нанес князь Святополк, разбив их у Рейзенского озера. Эти победы русских произвели на Ливонский и Тевтонский ордена сильное впечатление. И только отсутствие полного единства между князьями, а также вмешательство германских королей и папской курии спасли немецких рыцарей от окончательного поражения. Эти победы приостановили колонизацию русских земель иноземцами. Русским князьям удалось убедить своих соседей, и в первую очередь немецких рыцарей и шведов, в эффективности и целесообразности вести с ними диалог не мечом, а путем переговоров.
   В 1262 г. были подписаны договорные грамоты между Новгородом и немецкими представителями Риги и Ордена, а также с главным городом немецкого союза прибалтийских городов Любеком.
   Новгородцы уже в 1245 г. были, однако, вынуждены противостоять вновь вторгшимся в их пределы литовцам. Сопротивление возглавил Александр Невский. Во второй половине XIII в. Новгород и Псков вели постоянные войны с Литвой и Ливонским орденом, шведами, датчанами. Подсчитано, что в последующие два века московские и другие князья, Новгород и Псков воевали с Литвой 17 раз, причем наибольшее количество войн приходится на рубеж XIV–XV вв., когда Литва предпринимала активные наступательные действия.
   Начиная с XIV в., наблюдалось, с другой стороны, укрепление и развитие торговых, культурных, политических связей между русскими княжествами и германскими государствами.
   В 1357 г. под эгидой немецкого города Любека был создан торговый и политический союз северогерманских городов под названием Ганза, осуществлявший посредническую миссию в сфере торговли между Западной, Северной и Восточной Европой. Ганза открыла свои представительства в Новгороде и Пскове, а во второй половине XV в. – в Москве.
   Вместе с тем в XIV–XV в. Ливонский и Тевтонский ордена не оставляли попыток захвата земель у славян и прибалтийских народов. Объединенные войска русских, поляков и литовцев в 1410 г. в Грюнвальдской битве нанесли рыцарям Тевтонского ордена сокрушительное поражение. В середине XV в. между Москвой и Литвой шла длительная борьба за обладание Новгородом. В 1456 г. в результате успешного похода московского князя Василия II был заключен Яжелбицкий мир между Москвой и Новгородом, согласно которому новгородцы признали верховную власть Москвы. Попытка Новгорода вскоре после этого нарушить договор, войдя в состав Польско-Литовского государства, вызвала войну 1471 г., закончившуюся победой московского оружия на реке Шелони и Коростынским договором того же года. После успешного похода Москвы на Новгород в 1477 г. Новгород окончательно превратился в протекторат Москвы, а позднее – в составную часть Московского государства. Как символ падения независимости Новгорода из него в 1478 г. был вывезен вечевой колокол.
   Борьба за присоединение к Московскому государству западных и юго-западных земель Древней Руси привела к затяжной литовско-московской войне 1487–1494 гг. Согласно договору 1494 г. Москва получила Вяземское княжество и территорию в бассейне верхнего течения Оки. Это было началом долговременной кампании, начатой Русским государством за возвращение земель Киевской Руси на западе и расширение западных пределов. В эпоху феодальной раздробленности восточные славяне, населявшие юго-западные области распавшейся Киевской Руси, волею исторических судеб стали гражданами Литовского государства.

Галицко-Волынское княжество в XII–XIII веках

   Галицко-Волынское княжество образовалось в конце XII в. в результате слияния двух княжеств – Галицкого и Волынского. Галицкая земля граничила с Польшей, по Карпатам – с Венгрией, на юго-востоке граница шла от Южного Буга к устью Дуная. Волынь занимала земли по течению Западного Буга и верховьям Припяти. Волынь и Галицкая земля на востоке граничили с Киевским и Пинским княжествами. Галицко-Волынская земля – юго-западная окраина Руси. Земли эти находились далеко от главного торгового пути Киевской Руси – «из варяг в греки», но зато речными путями были связаны с Черным морем (Южный Буг, Днестр, Прут) и с Балтийским морем (Сан и Западный Буг, впадающие в Вислу). Через Галицию и Волынь проходили также сухопутные торговые пути в Польшу и Венгрию.
   На Волыни и в Галицкой земле издавна развивалось пашенное земледелие и, кроме того, скотоводство, охота и рыболовство. С учреждением феодальных отношений здесь быстро росло крупное боярское и княжеское землевладение. Обогащению бояр способствовала и их широкая торговля. Край находился на пересечении важных речных и сухопутных путей. Весьма сильное экономически боярство края, особенно галицкое, превращалось во влиятельную политическую силу.
   Ремесло в XII–XIII вв. достигло значительного развития. В Галицкой земле велись большие разработки соли, которую везли и в другие земли Руси. Наибольшего развития в крае достигли ремесла: железоделательное, ювелирное, кожевенное, гончарное и строительное. Ремесло здесь приобрело довольно узкую специализацию, особенно в городах Владимире, Галиче и др. В XII в. в крае насчитывалось уже около 80 городов; наряду с новыми и старые города (Владимир-Волынский, Луцк, Берестье и др.) значительно выросли за счет притока торгово-ремесленного населения из Поднепровья. На путях в Византию, Корсунь и Киев было развито судоходство.
   Экономическое развитие Галицкой земли с центром в городе Перемышле и усиление здесь феодалов способствовали тому, что в крае уже в первой половине XI в. начала проявляться тенденция к политическому обособлению. Впервые при Ярославе Мудром было выделено Перемышльское княжество. Попытки обособления Волыни от Киева наметились с середины XI в. Усиление Галицких князей, братьев Володаря и Василька Ростиславичей (1084–1124), стало причиной союза киевского и волынского князей и Польши, а затем и Венгрии. Однако Ростиславичи при поддержке местных феодалов и городов успешно выдержали наступление. Галицкая земля окончательно обособилась, в то время как Волынь до середины XII в. оставалась зависимой от Киева.
   Галицкое княжество особенно усилилось в княжение Ярослава Владимировича (1159–1187). Этот князь настойчиво добивался укрепления своей власти. Он умело привлекал на свою сторону союзников из русских князей, проводил внешнюю политику в интересах не только своего княжества, но и всей земли. Выдающиеся способности Ярослава признавали и современники, называя его, грамотного, начитанного, владеющего восемью языками, свободно мыслящего человека, Осмомыслом.
   Автор «Слова о полку Игореве» говорит о Ярославе Осмомысле как об одном из самых сильных князей на Руси, который подпирает «горы Угорскии своими железными полки».
   Скоро Галицкое княжество было присоединено к Волыни князем Романом Мстиславичем (1199–1205). Опираясь на возросший слой служилых феодалов и при поддержке городов, Роман упорно боролся за укрепление своей власти и ограничение прав крупных светских и духовных феодалов. Часть бояр была истреблена, другие вынуждены были бежать. Земли своих противников князь раздавал служилым феодалам. Роман добился передачи Киевского княжества своему ставленнику. Половцы были отброшены, и безопасность южных земель княжества на время обеспечена.
   Роман Мстиславич погиб в одном из сражений, и власть в Галиче при малолетних его сыновьях Данииле и Васильке захватили бояре.
   Десятилетиями продолжались в Галицко-Волынской земле боярские мятежи и феодальные усобицы, сопровождаемые вторжениями чужеземных феодалов.
   Только в 1227 г. Даниил Романович, опираясь на богатых горожан и служилых феодалов, восстановил единство и независимость Волыни. В 1238 г. он стал также галицким князем, объединив, таким образом, под своей властью Галицко-Волынское княжество. Вслед за тем Даниил Романович овладел Киевом. Окрепли силы, тяготевшие к централизации власти, к политическому объединению, к преодолению феодальной раздробленности.
   Даниил был крупным государственным деятелем, талантливым дипломатом и полководцем. Много внимания и сил он уделял строительству городов. Обладая большим политическим опытом, Даниил умело и гибко вел борьбу со своими противниками, часто используя их разногласия. Однако скоро обстоятельства резко ухудшились: с востока началось нашествие на Русь монголо-татарских завоевателей. В 1240 г. пал Киев.
   В 1263 г. Литва захватила Полоцкое княжество, ранее входившее в состав Киевской Руси.
   В княжение Гедимина (1316–1341) в состав расширяющегося Литовского государства вошли новые русские земли. При Ольгерде (1345–1377) Литва включила в свой состав практически все южнорусские и юго-западные земли, в том числе Галич и Волынь.

Литва в XIII–XV веках

   В бассейне Немана, Вислы и Западного Буга балтийские, литовские племена создали к середине XIII в. свое раннефеодальное государство. В течение XIII–XIV вв. основная территория бывшего Киевского государства вошла в состав нового государственного образования. Заполняя вакуум, созданный распадом Руси, литовцы не встретили большого сопротивления и легко установили контроль над западными и юго-западными областями Руси. Великий князь Литовский не вмешивался во внутреннюю жизнь завоеванных княжеств и не стеснял местных институтов и традиций. Мелкие князья стали его вассалами, платили ему дань и служили ему во время войны, оставаясь фактически полными хозяевами своих земель, обладающими значительными феодальными иммунитетами. У великого князя было меньше земли, чем у князей и их дружинников, вместе взятых. Это неблагоприятное распределение богатства заставляло его внимательно прислушиваться к пожеланиям Рады (Совета), составленной из его виднейших вассалов. Если позволительна такая аналогия, в Новгороде князь напоминал выборного президента. Великий князь Литовской Руси, как нередко называли это государство, был похож на конституционного монарха.
   Русский язык (точнее, древнерусские диалекты, в которых уже проступили некоторые черты будущего белорусского диалектного единства) и культура играли здесь большую роль, что отразилось даже в позднейшем названии – Великое княжество Литовское, русское и жемонтское (жемайты вошли в Литовское государство к началу XV в.).
   Под влиянием польских феодалов в условиях возрастающей угрозы со стороны немецких крестоносцев и внутренних феодальных распрей литовские князья пошли в 1385 г. на союз (унию) с Польшей. Уния была личной: литовский князь Ягайло женился на польской королеве Ядвиге и стал польским королем, взяв имя Владислав. По месту заключения в местечке Крево она получила название Кревской. Ее следствием стало крещение литовцев-язычников в католическую веру. Литовский великокняжеский престол занял двоюродный брат Ягайло Витовт. В 1413 г. была заключена новая польско-литовская уния, предоставившая католической церкви ряд преимуществ, что оттолкнуло от Литвы православное духовенство. Возникли предпосылки для перехода земель, населенных православными, из-под власти Литвы под власть Москвы. В начале 90-х гг. XIV в. отношения Москвы и Литвы улучшились благодаря династическому браку: Василий I Дмитриевич женился на дочери Витовта Софье. Оба княжества совместно выступали против Орды, но с переменным успехом. В 1399 г. литовско-русское войско под началом Витовта потерпело тяжелое поражение от татар в битве на р. Ворскле. Как уже говорилось, в 1410 г. на землях, входящих ныне в состав Польского государства, произошла Грюнвальдская битва. Польские, литовские войска и смоленские полки нанесли решительное поражение Тевтонскому ордену. Орден потерял роль серьезной военно-политической силы в Прибалтике.
   Но литовская и польская народности продолжали существовать в значительной мере обособленно. Восточнославянское население, несмотря на межэтнические контакты, особенно с литовцами, также сохраняло языковую и культурную самобытность. Возможно, в качестве нового государственного образования Польша и Литва могли бы поглотить большую часть русского населения и устранить необходимость создания отдельного русского государства на землях бывшей Киевской Руси, но русское население здесь противостояло окатоличиванию, держась православной традиции.
   Задачу нового объединения восточных славян в едином государственном образовании пришлось решать самой бедной и отсталой первоначально области Руси, расположенной на северо-востоке у слияния Волги и Оки.

Северо-восточная Русь в XII–XV веках

   Владимиро-Суздальская земля сыграла особую роль в истории нашей страны, составив основу будущей российской государственности. Именно здесь уже в домонгольский период произошли значительные социально-политические изменения, унаследованные затем Московским государством. Ростово-Суздальская (позднее – Владимиро-Суздальская) земля располагалась на северо-востоке Руси и отделялась от Приднепровья мощной полосой леса. Население северо-востока русских земель составляли меря, мещера, мурома, кривичи и вятичи. Эта территория находилась вдали от традиционно важнейшего торгового пути «из варяг в греки». На большей части северо-восточных земель преобладали подзолистые почвы. Большая часть территории была покрыта лесом. Обилие лесов позволило долго сохранять среди основных занятий населения охоту и подсечное земледелие.
   До XII в. эта область была третьестепенным пограничным районом. Население там оставалось еще по преимуществу угро-финским; по сей день почти все реки, озера, многие населенные пункты носят неславянские названия. Подъем области начался в XII в., когда ее главный город Ростов (позднее Ростов Великий), возникший как столица в землях угро-финского союза племен меря, сделался наследственной собственностью младшей ветви семьи великого князя Киевского Владимира Мономаха. Первый самостоятельный правитель Ростова, младший сын Мономаха Юрий Долгорукий (ок. 1090–1157), оказался весьма предприимчивым колонизатором. Он выстроил множество городов, сел, церквей и монастырей и щедрыми земельными пожалованиями и освобождением от налогов переманивал в свои владения переселенцев из других княжеств. Эта политика была продолжена его сыном Андреем Боголюбским (ок. 1110–1174). Уже к концу XII в. Ростовское княжество было наиболее плотно населенным районом Руси. Оно явилось колыбелью Московской Руси.
   Стремясь подорвать первенствующую роль Киева, Андрей пытался учредить во Владимире отдельную митрополию, но не добился согласия константинопольского патриарха. В 1174 г. Андрей был убит приближенными, недовольными его деспотическим нравом. После его смерти начались усобицы. На владимирский престол претендовали сыновья старшего сына Юрия Долгорукого Ростислава (давно умершего) и младшие сыновья Юрия Долгорукого – Михаил и Всеволод. Ростиславичам оказали поддержку старые вечевые города Ростов и Суздаль, Михаилу и Всеволоду – город Владимир. В 1176 г. Михаил и Всеволод одержали победу. Победа князей, опиравшихся на город Владимир, не имевший своего веча, способствовала еще большему ослаблению вечевого начала на северо-востоке Руси. Всеволод, ставший после скорой смерти Михаила единоличным правителем Владимиро-Суздальской Руси, правил до 1212 г. Он провозгласил себя великим князем владимирским. Таким образом, на Руси стало два великих княжения: киевское и владимирское. Всеволод по своей воле пытался ставить князей на киевский престол и вмешивался в дела других княжеств. Один из его сыновей был приглашен княжить в Новгород. Русские князья нередко обращались к нему с просьбами разрешить споры, оказать покровительство.
   После смерти Всеволода Большое Гнездо между его сыновьями начались усобицы. В 1217 г. старший из Всеволодовичей – Константин – при поддержке смоленского князя Мстислава Удалого разгромил в битве при Липице младших братьев Юрия и Ярослава и стал великим князем владимирским. Но наследовал ему Юрий, а сыновья Константина заняли второстепенные княжеские престолы в северо-восточных землях. К моменту монгольского вторжения Северо-Восточная Русь была, пожалуй, самым мощным в русской земле политическим объединением.
   Здесь сложился строй, весьма отличный от строя Киевской Руси. В ней, да и во всех землях и княжествах, вышедших из нее, кроме северо-восточных, население появилось прежде князей: сначала образовались поселения, а потом политическая власть.
   Северо-восток, напротив, был по большей части колонизован по инициативе и под водительством князей. Здесь власть предвосхитила население, прежде всего, конечно, восточнославянское. Поэтому местные князья обладали престижем и властью, на которые не могли рассчитывать их собратья в Новгороде и Литве. Земля, по их убеждению, принадлежала им, а люди, живущие на ней, были их челядью либо арендаторами на разных условиях. В любом случае они не могли претендовать на землю и обладать какими-либо неотъемлемыми личными правами.
   Владение в средневековой Руси обозначалась термином «вотчина». Корень его «от» тот же, что и в слове «отец». «Оставленное мне отцом» значило «неоспоримо мое». Такой язык легко понимали в обществе, где живы были общинные, патриархальные порядки. Между разными видами собственности не проводили различия: вотчиной были и земля, и рабы, и ценности, и права на рыболовство и разработку недр, и даже предки или родословная. Еще важнее, что ею была и политическая власть. В этом нет ничего странного, если учесть, что в Древней Руси власть политическая, по сути, означала право налагать дань, т. е. она являлась экономической привилегией.
   Будучи частной собственностью, княжества на северо-востоке (и лишь там) передавались по наследству в согласии с владельческими традициями русского обычного права, т. е. сначала какое-то имущество отказывалось женщинам и церковным учреждениям, а потом оставшееся делилось на примерно равноценные доли для распределения между наследниками мужского пола. Такая практика может показаться странной современному человеку, привыкшему считать государство неделимым, а монархию наследной по праву первородства. На северо-восточных землях такой порядок установился не ранее XV столетия.
   Удел, наследуемый князем от отца, делался его вотчиной, которую он, когда приходило время писать духовную грамоту, в свою очередь дробил (вместе с новоприобретенными землями) между своими потомками. Эпоха, на протяжении которой шло это дробление (с середины XII до середины XV в.), известна в исторической литературе под названием удельного периода.
   Типичное княжество на девять десятых состояло из девственной природы. Удельная Русь не знала больших хозяйств – латифундий. Даже крупнейшие владения состояли из множества крошечных ячеек – деревенек в один-два двора, рыбных ловель, бортей, садов, мельниц, рудничков, разбросанных по речным берегам и росчистям.
   Князь был крупнейшим землевладельцем удельного государства. Львиная доля его доходов поступала от эксплуатации его личных земель. За пределами своего поместья князь обладал ничтожно малой властью. С населения ему не причиталось ничего, кроме податей, и оно могло, как ему заблагорассудится, переселяться из одного княжества в другое. Только в середине XVII в. московские правители, к тому времени «цари всея Руси», сумели заставить военно-служилый слой общества и простолюдинов сидеть на месте.
   Помимо князей землевладельцами Северо-Восточной Руси были духовенство и бояре – духовные и светские феодалы. Предки бояр служили в дружинах киевских и ростово-суздальских князей. Наследовались боярские земли по вотчинному праву, как и княжеские. Вотчину можно было продать. Бояре могли поступить на службу к любому князю по своему выбору, равно как и уйти со службы. Можно было служить и иноземному правителю, скажем, такому, как великий князь Литовский. Покинуть князя можно было без предупреждения, воспользовавшись правом «отказа». Этим правом располагали все свободные, «вольные» люди.
   Обрабатываемая земля, не эксплуатируемая ни князем, ни светскими и церковными вотчинниками, являлась «черной», т. е. подлежащей податному обложению (в отличие от «обеленной» служебной, церковной земли). Состояла она по большей части из пашни, расчищенной в лесу крестьянами. Входили в нее и отдельные города и торговые пункты. Крестьяне жили самоуправляющимися общинами, члены которых сообща занимались большей частью полевых работ и раскладывали между собой податные обязательства. Юридический статус «черной» земли не был вполне определенным. Крестьяне вели себя так, как будто она была их собственностью, продавали и передавали по наследству. Однако юридически она не являлась полной собственностью, и это подтверждает тот факт, что земля крестьян, умерших, не оставив мужского потомства, по решению князя могла присоединяться к его владениям, а могла быть разделена между членами общины. Крестьяне были вольными людьми и могли переселяться, куда и когда хотели. Перед ними простирался, как тогда говорили, через всю Северо-Восточную Русь «путь чист, без рубежа».
   Можно видеть, что государство складывалось здесь относительно медленно, публичная власть была слабой, карательным аппаратом князь фактически не располагал и даже хозяйственные процессы на княжеских землях шли совершенно так, как у бояр-вотчинников.
   Именно Северо-Восточная Русь более других русских земель и княжеств пострадала от татаро-монгольского нашествия и впоследствии – ига. По подсчетам В.Л. Егорова, специалиста по истории Золотой Орды, за период с 30-х гг. XIII в. до середины XIV в. на земли Северо-Восточной и Юго-Западной Руси было совершено более двадцати военных нападений различных по численности золотоордынских отрядов. В первое десятилетие XIII в., провозгласив образование государства под началом Темучина, получившего почетное прозвище Чингисхана (Великого хана), монголо-татары начали свои завоевательные походы. Покорив часть Сибири, в 1215 г. они приступили к завоеванию Китая. В 1219 г. вторглись в Среднюю Азию. Вслед за Средней Азией был захвачен Северный Иран, после чего войска Чингисхана совершили грабительский поход в Закавказье. С юга они пришли в половецкие степи. Русь в эти годы с половцами связывали оживленные торговые отношения, нередки были династические браки. Просьба половцев помочь им в борьбе против опасного врага была принята русскими князьями, хотя далеко не все они приняли участие в знаменитой битве на реке Калке 31 мая 1223 г. Битва закончилась поражением русско-половецких войск, многие князья и дружинники погибли. В результате раннегосударственное половецкое политическое объединение оказалось уничтоженным, а сами половцы вошли в состав государства, созданного монголо-татарами к середине 40-х гг. XIII в., – Золотой Орды.
   В 1231 г. монголо-татары вновь вторглись в Закавказье. Последствия этого нашествия были исключительно тяжелы для грузин, армян и азербайджанцев. В 1236 г. войска внука Чингисхана – Батыя – завоевали Волжскую Болгарию. Разгромив ее, они оказались на границе Рязанского княжества.
   Появление монгольских всадников зимой 1236–1237 гг. в лесных дебрях, куда прежде никакие кочевники не проникали, явилось великим потрясением. В 1237–1238 гг., а затем вновь в 1239–1241 гг. они разоряли русские города и деревни, вырезая всех, кто осмеливался оказать сопротивление. Северо-Восточная Русь и Новгород сделались данниками Золотой Орды, центром которой был город Сарай в Нижнем Поволжье. Литва избежала этой участи. Монголо-татар не интересовали леса и пашни – им нужны были деньги, ремесленники и подростки для пополнения вооруженных контингентов. Русь была обложена данью. В 1257 г. с помощью привезенных китайских специалистов монголо-татары провели первую всеобщую перепись населения и, исходя из ее результатов, разложили обязательства по выплате дани. Как и в Китае, основной единицей обложения являлся двор. В дополнение к этому на все товары, обмениваемые посредством торговли, был введен налог с оборота (тамга). Каждый город был обязан брать на постой монгольских чиновников-баскаков с вооруженной охраной, занимавшихся сбором дани и тамги, набором «рекрутов»-подростков. В XIV в. сбор дани постепенно сделался делом самих русских князей, которые и возили ее в Орду.
   Монгольский хан стал бесспорным личным сувереном страны. В русских документах после 1240 г. он обычно именуется царем или цезарем, т. е. титулами, которые прежде предназначались императору Византии. Ни один русский князь не мог вступить в свои права, особенно если речь шла о великокняжеском престоле, не заручившись предварительно ярлыком – документом о разрешении монгольского хана властвовать. Князья находились под надзором ханских агентов и под бдительным оком своих соперников – претендентов на ярлык. Любой неверный шаг, недоимки при сборе дани вели нередко к вызову в Орду, потере ярлыка, если не хуже. Князья, поддерживавшие порой народ против сборщиков дани, могли рассчитывать на то, что в подавлении народных волнений вместе с монголо-татарами примут участие русские князья, как это было, например, в 1327 г. в Твери, когда московский князь, приходившийся тверскому племянником, выставил рядом с монгольским отрядом московское воинство.
   В этих обстоятельствах беспринципность и безжалостность, подозрительность и коварство стали в Северо-Восточной Руси политическими добродетелями. Вече, никогда не имевшее особой силы на северо-востоке страны, вслед за недолгой полосой подъема в XII в. переживало упадок. Монголы, видя в нем средоточие народного недовольства, вынуждали князей от него избавиться. К середине XIV в. вечевой строй почти прекратил здесь свое существование. С ним исчез единственный институт, способный в какой-то мере обуздывать держателей политической власти.
   Русская жизнь ожесточилась. Сформировалось отношение к государству как к силе, чуждой народу, забирающей все, до чего только сможет дотянуться, а взамен ничего не дающей. Однако за ним стоит вооруженная мощь, причем безжалостная и часто нерациональная, не заинтересованная в процветании и развитии земель и населения.
   В XIV в. московские князья, в основном в борьбе с Тверью, закрепили за собой право на великокняжеский ярлык. В конце столетия они стали рассматривать великое княжение как свою естественную привилегию. XV век был временем, когда Русь фактически превратилась в единое государство. Удельные княжества потеряли свою самостоятельность и подчинялись одно за другим московскому князю. Присоединением Новгорода был сделан важнейший шаг к созданию общности, которая в XVI столетии получила название Россия. В 1480 г. Русь освободилась и от уже ставшего почти формальным монголо-татарского политического контроля.
   Историки единодушны в том, что важнейшую роль в процессе объединения русских земель вокруг Москвы сыграла православная церковь. Монголо-татарское завоевание не затронуло ее статус. Следуя своей тактике невмешательства в религиозные дела завоеванных стран, татары не разрушали специально монастыри и даже предоставили им определенные привилегии. Перенесение центра древнерусского государства на северо-восток обусловило и переезд митрополита всея Руси Максима в 1299 г. из Киева во Владимир. Впоследствии церковь явилась важнейшим фактором консолидации Руси вокруг Москвы. С 1326 г. митрополиты постоянно жили в Москве. Она получила преимущества религиозного центра Руси. Московский князь воспринимался не столько как государь национальный, сколько как царь православного христианства всего мира. После падения Византии в 1453 г. и заключенного в 1472 г. династического брака московского великого князя Ивана III с византийской принцессой Зоей (Софьей) Палеолог, племянницей последних императоров, эти идеи приобрели особое значение. Москва стала преемницей Византии (в начале XVI в. появилась формула «Москва – Третий Рим, а четвертому не бывать»), носительницей национальной и наднациональной, православной идеи. Период политической раздробленности завершился, центростремительные тенденции взяли верх, в результате чего быстрыми темпами стал развиваться процесс государственной централизации и формирования соответствующих новой государственности политических институтов и норм.

Культура русских земель и княжеств в XIII–XV вв.

   От вторжения Батыя в 1237 г. до стояния на Угре в 1480 г. русские земли находились в зависимости от Орды, что оказало крайне негативное воздействие на развитие русской культуры. Особенно тяжелы были первые несколько десятилетий. Тысячи людей погибли в битвах, огне пожарищ, от голода и эпидемий, были уведены в рабство. Чаще всего «в полон» забирали ремесленников и молодежь. На Руси наблюдалось повсеместное сокращение числа ремесленных специальностей: ювелирных, гончарных, кожевенных, кузнечных, стеклодувных и др. Прекратилось каменное строительство. К концу XIII в. положение начало немного улучшаться. В Твери, претендовавшей на роль центра Северо-Восточных земель, в 1285 г. начал возводиться каменный храм в честь Преображения Господня. Спасопреображенские храмы нередко строились в то время в этом регионе, поскольку Спас почитался покровителем Владимирской княжеской династии. С начала XIV в. каменное строительство постепенно приобретало размах. Возобновилось и летописание, а также переписывание и создание новых книг. Сохранившиеся до нашего времени новгородские берестяные грамоты этой эпохи свидетельствуют о наличии высокого уровня грамотности среди городского населения. По-прежнему «сказывали» былины, возникшие в более ранний исторический период. Наряду с ними появились и новые предания и легенды. Особенно любили «Сказание о граде Китеже» – городе, ушедшем при нападении захватчиков под воду, на дно озера, со всеми защитниками и жителями, не сдавшимися врагам. В XIV в. дорогой пергамен, изготавливавшийся из телячьих кож, стал заменяться бумагой, в обиход вошло более беглое и свободное письмо – полуустав, заменившее бытовавшее ранее «уставное» письмо. С XIV в. летописи вновь становятся все более подробными, ведутся почти во всех крупных городах, но постепенно центром летописания становится Москва. В 1408 г. был составлен Общерусский летописный свод, так называемая Троицкая летопись, погибшая в московском пожаре 1812 г., а к 1480 г. относится создание Московского летописного свода. В 1442 г. Пахомием Логофетом был составлен первый русский Хронограф, в котором нашли отражение события всемирной истории.
   Одним из самых распространенных литературных жанров были исторические повести, в которых описывались «хожения» (путешествия) и крупные исторические события. Выдающимся памятником русской культуры XV в. явилось «Хожение за три моря» тверского купца Афанасия Никитина, содержащее сведения об Индии и странах, лежащих на пути из Руси в Индию. Ценные географические описания других территорий представлены в «Хожениях» новгородца Стефана (1348–1349) и смолянина Игнатия (1389–405) в Царьград (Константинополь).
   Широкое распространение до Куликовской битвы имели повесть «О битве на Калке», «Повесть о разорении Рязани Батыем», повести об Александре Невском. Поэма «Задонщина» была посвящена уже самой победе на Куликовом поле.
   Церковная (житийная) литература пользовалась особой популярностью. Монголо-татары отличались веротерпимостью, так что русская церковь имела возможность и поддержать патриотические настроения народа. «Житие» Дмитрия Донского создавало образ мужественного полководца. Талантливые церковные писатели Пахомий Логофет, Епифаний Премудрый составили жизнеописания крупнейших деятелей Русской православной церкви: митрополита Петра, перенесшего церковную столицу из Владимира в Москву, Сергия Радонежского – основателя Троице-Сергиева монастыря.
   Подъем русской культуры в XIV–XV вв. проявился и в архитектурном творчестве. В Новгороде в XIV в. были построены Ковалевская церковь, имеющая фресковую роспись, Волотовская церковь и др. Еще при Дмитрии Донском в 1367 г. были возведены первые белокаменные стены Московского Кремля. Спустя столетие с помощью итальянских мастеров были возведены уже из красного кирпича кремлевские стены, которые сохранились в основном до наших дней. Московский Кремль стал одной из крупнейших крепостей в мире. Под укрытием мощных стен в нем были возведены дворцы великого князя и митрополита, здания государственных учреждений, монастыри. В центре Кремля, на Соборной площади начали строить самое высокое здание в тогдашней Москве – колокольню, получившую название «Иван Великий», окончательно достроенную позже, уже при Борисе Годунове. В 1479 г. был сооружен на фундаментах старой церкви главный собор Московского Кремля – Успенский, который начали строить псковские мастера, а завершил талантливый зодчий итальянского Возрождения Аристотель Фиорованти. Пятиглавый Успенский собор являлся крупнейшим общественным зданием того времени.
   В 1484–1489 гг. псковские мастера возвели Благовещенский собор – домовую церковь московских государей. Неподалеку от него несколько позже была сооружена усыпальница московских великих князей – Архангельский собор. В конце XV в. была построена Грановитая палата, названная так благодаря «граням», украсившим наружные стены. Грановитая палата являлась частью царского дворца, его тронным залом. Московский Кремль стал своеобразным символом могущества и силы сложившегося вокруг Москвы государства.
   Идея русского единства воплотилась и в ряде других архитектурных памятников, например в соборе Савино-Сторожевского монастыря близ Звенигорода, Троицком соборе Троице-Сергиева монастыря, Звенигородском соборе и др. При сооружении этих храмов были использованы традиции древнерусского зодчества (планы зданий, особенности архитектурной композиции и т. д.). В некоторых соборах делались цветные (майоликовые) полы, медные двери с различными изображениями и украшениями, золоченые прорезные кресты, производилась внутренняя и внешняя роспись стен. На каменное зодчество XIV–XV вв. большое влияние оказал стиль деревянных построек, тесно связанный с народным творчеством. Характерное для русской культуры того времени подчеркивание исторических связей с предшествующим периодом нашло, в частности, свое выражение в реставрации архитектурных памятников Переяславля, Ростова, Владимира, Твери, Новгорода.
   Русская иконописная традиция к XIV–XV вв. достигла замечательных высот. В Новгороде, при росписи Волотовской церкви, храма Спаса на Ильине улице, а позднее в Москве в конце XIV – начале XV в. работал выходец из Византии выдающийся художник Феофан Грек. Он расписал вместе с Симеоном Черным московскую церковь Рождества Богородицы.
   Высший подъем иконописного искусства связан с творчеством современника Феофана Грека – русского художника Андрея Рублева. Впечатление цельности и законченности образов А. Рублева создается во многом благодаря сочетанию чистых и нежных красок. Знаменитая «Троица» стала одной из вершин не только русского, но и мирового искусства. Кисти А. Рублева принадлежит также фресковая роспись Успенского собора во Владимире, иконы Звенигородского собора, Троицкого собора в Троице-Сергиевой лавре.

Вопросы для самопроверки

   1. Какие земли и княжества играли наибольшую политическую и хозяйственно-культурную роль в период политической раздробленности на Руси?
   2. Какова специфика государственного управления в Великом Новгороде, Галицко-Волынских землях и в северо-восточных княжествах?
   3. Как земли и княжества Древней Руси боролись с внешней агрессией?
   4. Какую роль сыграли древнерусская литература, архитектура и живопись в объединительном процессе русских земель и княжеств?

Тренировочные задания для подготовки к ЕГЭ

Часть 1

   А1. Южным и юго-восточным границам княжений, входивших в состав Киевской Руси, в ХII в. угрожали
   1) монголо-татары 3) хазары
   2) половцы 4) печенеги

   А2. Кто угрожал Южным и юго-восточным границам княжений, входивших в состав Киевской Руси, в середине ХIII в.?
   1) монголо-татары 3) хазары
   2) половцы 4) печенеги

   А3. Как можно назвать форму правления в Древнем Новгороде в XV в.?
   1) боярской олигархией 3) монархией
   2) охлократией 4) деспотией

   А4. Как можно назвать форму правления в Древнем Новгороде в XII–XIV вв.?
   1) республикой 3) абсолютной монархией
   2) охлократией 4) парламентской монархией

   А5. Как можно назвать форму правления во Владимиро-Суздальском княжестве в XII–XIII вв.?
   1) боярской олигархией 3) деспотией
   2) монархией 4) тиранией

   А6. Смоленское княжество в XIV в. оказалось в составе
   1) Польши
   2) Великого княжества Литовского, русского и жемойтского
   3) Великого Новгорода
   4) сохранило самостоятельность

   А7. Галичское княжество в XIV в. оказалось в составе
   1) Польши
   2) Великого княжества Литовского, русского и жемойтского
   3) Великого Новгорода
   4) Великого княжества Московского

   А8. Киевское княжество в XIV в. оказалось в составе
   1) Польши
   2) Великого княжества Литовского, русского и жемойтского
   3) Великого Новгорода
   4) сохранило самостоятельность

   А9. Полоцкое княжество в XIV в. оказалось в составе
   1) Польши
   2) Великого княжества Литовского, русского и жемойтского
   3) Великого Новгорода
   4) Великого княжества Московского

   А10. Черниговское княжество в XIV в. оказалось в составе
   1) Великого княжества Литовского, русского и жемойтского
   2) Великого Новгорода
   3) великого княжества Московского
   4) сохранило самостоятельность

   А11. Псковская земля в XII в. оказалась в составе
   1) Великого княжества Литовского, русского и жемойтского
   2) Великого Новгорода
   3) Великого княжества Владимирского
   4) приобрела самостоятельность

   А12. Псковская земля в XIV в. оказалась в составе
   1) Великого княжества Литовского, русского и жемойтского
   2) Великого Новгорода
   3) Великого княжества Московского
   4) приобрела самостоятельность

   А13. Новгородское феодальное государство существовало в
   1) 879–1132 гг.
   2) 1136–1478 гг.
   3) 1238–1550 гг.
   4) 1327–1584 гг.

   А14. Великое княжество Литовское, русское и жемойтское образовалось
   1) в X в.
   2) в XI в.
   3) в XII в.
   4) в XIII в.

   А15. Великое княжество Литовское, русское и жемойтское создало с Польшей политический союз, подписав Кревскую унию
   1) в XI в.
   2) в XII в.
   3) в XIII в.
   4) в XIV в.

   А16. Как назывались сборники законов в русской раннефеодальной монархии периода раздробленности?
   1) судебниками
   2) уложениями
   3) правдами
   4) конституциями

   А17. Московское княжество приобрело статус удельного в
   1) 1237 г.
   2) 1252 г.
   3) 1276 г.
   4) 1303 г.

Часть 2

   В1. Восстановите хронологическую последовательность появления городов
   А) Новгород
   Б) Москва
   В) Киев
   Г) Нижний Новгород

   Ответ:


   В2. Установите соответствие между именами князей и периодами их правления.


   Ответ:

Часть 3

   С1. Ниже приведены две точки зрения на место и роль русских городов в период раздробленности XII–XV вв. Укажите, какая из названных точек зрения представляется вам более предпочтительной. Приведите не менее трех аргументов.
   1. Политическая раздробленность сопровождалась ростом числа и населения древнерусских городов, поскольку великие и удельные князья были заинтересованы в создании более эффективной системы управления своими территориями.
   2. Политическая раздробленность сопровождалась разрушением городов и сел в ходе военных столкновений, сопровождавших княжеские усобицы.

   С2. Рассмотрите историческую ситуацию и ответьте на вопросы.
   Второй сын Даниила Александровича Московского князь Иван Данилович (Калита) в 1327 г. принял участие в подавлении восстания тверичей против монголо-татарского баскака Чолхана.

   Как вы оцениваете этическую сторону поступка московского князя? Каковы были политические последствия этого поступка? Долго ли еще сохранялась зависимость Руси от Орды?

Московская Русь

Формирование единого Российского государства в XV – середине XVI века

   Политическая централизация и объединение отдельных феодальных княжеств в национальное государство – это два взаимосвязанных, но полностью не совпадающих процесса. Централизованным можно назвать только такое государство, в котором существуют законы, признаваемые во всех его частях, и аппарат управления, обеспечивающий исполнение этих законов и реализующий политические решения, принятые в одном центре.
   Стремление центральной власти к контролю над обществом, подчинению местных интересов единой воле сталкивалось в Московской Руси XV в. с противодействием как политических структур, сохранявшихся по инерции или по традиции, так и различных социальных групп, чаяния которых лишь частично совпадали с задачами центра. В этом столкновении интересов постепенно определялась разумная степень централизации, с которой готовы были мириться наиболее влиятельные слои общества.
   Великий князь складывавшегося Московского централизованного государства не просто брал под свою опеку новые земли, но и включал их в систему правовых отношений, существовавших в более древних его владениях. Следовательно, централизация принесла с собой серьезные изменения, невозможные при активном противодействии жителей.
   Централизация Московского государства не сводилась к механическому прибавлению новых областей. Она требовала качественных преобразований, затрагивающих духовные и материальные интересы людей, поэтому нуждалась в общепонятной и общепризнанной объединительной идее – национальной общности. Поэтому на смену феодальной раздробленности на Руси пришло национальное Московское централизованное государство.
   Предпосылкой объединения служили никогда не исчезавшее полностью единое национальное самосознание, единый язык, единая вера, общие традиционные правовые нормы.
   Сохранялись и хозяйственные связи между различными землями. Но они были слабы, до начала складывания всероссийского рынка оставалось более двух столетий. Города на Руси, в отличие от Западной Европы, не стали решающей силой в борьбе за объединение государства. Уровень торговых связей еще не заставлял горожан стремиться к объединению. К тому же города северо‑востока Руси не имели тех традиций самоуправления, какие сложились на северо‑западе и в ряде государств Центральной и Западной Европы. Если в Западной Европе формирование единых государств происходило в связи с формированием буржуазного уклада, то на Руси единое государство сложилось по инициативе властей.
   Ликвидация феодальной раздробленности и возникновение централизованного государства были закономерным и неизбежным явлением на определенном этапе развития феодального общества, когда зарождающаяся специализация общественного труда и отчуждение продуктов на рынке увеличивают значение собственности как товара. Развитие крупного феодального землевладения способствовало росту городов как центров обмена и реализации прибавочного продукта.
   В то же время наряду с развитием земледелия на Руси происходило характерное и для Западной Европы дальнейшее разделение труда. Землепользование усложнялось, а ремесло постепенно приобретало черты простого товарного производства.
   Превращение домашних промыслов (т. е. обработки сырья для своего потребления) в мелкое производство промышленных продуктов на рынок способствовало созданию впоследствии товарного производства в промышленности.
   Усиление Московского княжества привело к изменению отношения к татарам: от политики покорности и повиновения Орде к политике борьбы против нее, начатой Дмитрием Донским в ходе Куликовской битвы в 1380 г.
   Дмитрий Донской передал в наследство своему сыну Василию I Владимирский великокняжеский престол как вотчину, не спрашивая ханского разрешения. Смерть Василия I положила начало феодальной войне второй четверти XV в., основными причинами которой следует считать:
   1) политическую консолидацию отдельных княжеств Северо-Восточной Руси и их неизбежное противодействие объединительной политике;
   2) сопротивление удельных князей подчинению центральной власти в надвигавшейся ломке удельной системы;
   3) усиление противоречий внутри боярства.
   Поводом к войне явилось противостояние брата Василия I, князя Галицкого княжества Юрия Дмитриевича Звенигородского, и сына великого князя – Василия II по вопросу наследования власти. На первом этапе войны галицкие князья имели твердую опору на окраинах Северо-Восточной Руси и боролись за возврат родового порядка наследования. Однако после смерти Юрия Дмитриевича в 1434 г. его сыновья фактически возглавили оппозицию государственной централизации. В этой усобице решающую роль сыграла церковь, которая поддержала Василия II и его сына Ивана III как более «законных» князей. Кроме политического междоусобия в княжение Василия II произошла церковная смута: в споре между Москвой и Константинополем за право назначать митрополита выиграла русская церковь, которая отказалась признать Флорентийскую унию 1439 г. об объединении православной и католической церквей с признанием верховной власти римского папы, и стала автокефальной (независимой).
   Завершение феодальной войны означало окончательную победу объединительной тенденции вокруг Московского княжества, которая сопровождалась пересмотром политических отношений великого князя с его союзниками или противниками в этом политическом конфликте. Так, в договоре великого князя Василия II с верейским князем Михаилом Андреевичем 1450 г.:
   1) устанавливалась иерархия договаривающихся сторон (последний был признан «братом молодшим»);
   2) принимались взаимные обязательства;
   3) гарантировалась политическая и территориальная неприкосновенность княжеств, а также политические и имущественные права бояр и слуг вольных.
   Были ликвидированы княжества противников великого князя в феодальной войне, в том числе Можайское (1454), Серпуховско-Боровское (1456) и др. Линия поведения Ивана III (1462–1505) объективно отражала новую тенденцию: ликвидацию уделов и образование основной территории России, окончательное освобождение от монгольского ига и формирование политических основ централизованного государства. Так, по договору 1464 г., несмотря на целостность Верейско-Белозерского удела, понижался его политический статус и устанавливалась новая иерархия князей (удельный князь должен был называть себя младшим братом не только великого князя, но и его сына). В дальнейшем упразднение Дмитровского удела произошло в мирное время (1472) и отнюдь не как репрессивная акция, направленная против кого-либо из политических противников великокняжеской власти, без видимого повода с их стороны. Таким образом, был положен конец прежнему союзу московских князей под главенством старшего из них.
   С другой стороны, собирание русских земель в период правления Ивана III перестало, как правило, быть делом захвата или частного хозяйственного соглашения московского князя с соседними князьями. Желание присоединиться к Москве высказывали различные слои населения, в 1463 г. присоединилось Ярославское, в 1474 г. – Ростовское княжество. В княжествах Северной Руси к Москве тяготел служилый класс, соблазняясь выгодами городской службы. Наконец, в черниговских княжествах, зависевших от Литвы, присоединение к Москве осуществилось в процессе борьбы с католической пропагандой, которая началась в Западной Руси с XIV в. при содействии польско-литовского правительства.
   Однако только присоединение Новгорода к Москве можно считать первым серьезным шагом к централизации, так как Иван III не ограничился утверждением своего суверенитета над покоренным городом, а приступил к перестройке новгородской политической жизни по московскому образцу. Формально Новгород и раньше признавал власть великого князя московского, но до 1478 г. речь шла о чисто феодальной связи вассального города с сеньором, о распределении полномочий между разными властями. Во времена Василия II новгородцы допустили московских бояр к участию в своем судопроизводстве, обязались платить подати в Москву и не вступать в сношения с врагами великого князя. Иван III стремился управлять Новгородом так, как он это привык делать на старых московских землях. Опираясь на военную силу, московский князь сумел осуществить это стремление. В Новгороде были упразднены вечевые собрания; те полномочия, которые раньше принадлежали посадникам, передавались великому князю и его наместникам. В грамоте, отправленной Иваном III в Москву 20 января 1478 г., великий князь весьма точно сформулировал смысл происшедших перемен, заявив, что стал в Новгородской земле таким же государем, как и в своей столице.
   Усилив свои позиции, Иван III начал вести себя как независимый от монголов государь, перестал платить им дань. «Стояние на Угре» в ноябре 1480 г. войск Большой Орды и русской дружины закончилось в пользу последней, что символизировало установление независимости Руси. Этому событию предшествовала дипломатическая и военная подготовка. Иван III с 1476 г. перестал платить ежегодный «выход». Хан Большой Орды Ахмат, стремясь восстановить прежний порядок, весной 1480 г. двинул войска на Москву. Хан рассчитывал, что Иван III не сможет оказать серьезного сопротивления: ссора с братьями – удельными князьями помешает ему выставить большое войско. Хан также надеялся на помощь Литвы. Однако Ивану III удалось помириться с братьями, а опасность со стороны Литвы была нейтрализована действиями крымского хана Менгли-Гирея, который, будучи союзником Москвы, двинул свои войска на литовские владения. Московские полки заняли позиции на реке Угре. Попытки Ахмата перейти Угру в октябре были пресечены русскими войсками. Опасаясь ранней зимы и бескормицы, Ахмат отступил и увел войска в Орду, так и не решившись на генеральное сражение с русскими. Фактически он признал свое поражение. Зависимость Руси от Орды более не возобновлялась.
   Покорение Новгорода, независимое положение которого было своеобразным противовесом усиливавшемуся влиянию Москвы, кардинально изменило политическую ситуацию в русских землях и позволило Ивану III и его сыну Василию III не только закрепить процесс «собирания русских земель», начавшийся в XIV в., но и начать действительную централизацию государства. В конце XV – начале XVI в. к Москве были присоединены Тверское (1485) и Рязанское (1517–1521) княжества, Псковская республика (1510); отменены особые права Ярославля и Ростова, сохранявших ранее известную автономию при подчинении великим князьям.
   Еще до свержения ордынского ига Иван III развернул активную внешнюю политику в Западной Европе. Падение Константинополя в 1453 г. сделало Московскую Русь сильнейшим из православных государств.
   После победы над Ордой Иван III в ходе войны с Литвой получил выход к Балтике, а его сын Василий III отвоевал Смоленск в 1514 г.
   В годы правления Ивана III (1462–1505 гг.) были установлены дипломатические отношения с Германией, Италией, Венгрией, Данией, Турцией.
   Именно при Иване III особенно успешно стала развиваться международная торговля. Потомки иностранцев, поселявшиеся в Москве в XIV–XV вв., получили при нем свою церковь и капеллана. Историческим свидетельством поселений немецких купцов и ремесленников является старое немецкое кладбище в районе церкви Николы у Таганских ворот в Москве.
   Наибольший приток немцев (оружейников, кузнецов, каменщиков и других мастеровых) в Москву отмечается после присоединения к Московскому княжеству Новгорода и Смоленска.
   Сын Ивана III Василий III (1505–1536 гг.) продолжил политику отца по дальнейшему укреплению российско-германских отношений. В 1514 г. при заключении совместного договора между московским князем Василием III и германским императором Максимилианом I против Польши был включен пункт о царском титуле для Василия III, что позволило ему поднять свой статус на один уровень с германским императором.
   Император Максимилиан I замыслил широкую антипольскую коалицию держав, в которую, помимо Империи и России, должны были войти Тевтонский орден, Дания, Бранденбург, Саксония и Валахия. В начале февраля 1514 г. в Москву прибыл посол императора Георг фон Шнитценпаумер. В ходе переговоров с ним были выработаны условия договора. Предусматривались совместные действия против Польши и Литвы, признание прав России на Киев и другие западнорусские земли, а также закрепление прав Ордена на отторгнутые у него Польшей по Торуньскому договору 1466 г. территории. В этом договоре впервые российского государя поименовали императором (Imperator, Kaizer). Максимилиан I имел такой же титул. Договор был несомненным успехом русской дипломатии. Договорная грамота была доставлена Шнитценпаумером и русскими послами Дмитрием Ласкиревым и Елизаром Суковым Максимилиану I.
   Император оказался в затруднительном положении, поскольку его представитель, не имея на то полномочий, заключил договор на условиях, обременительных для империи, обязывающих ее немедленно принять участие в войне с Литвой и Польшей на стороне России. Решено было, с одной стороны, утвердить договор, что Максимилиан I и сделал в начале августа 1514 г., но, с другой стороны, вступление его в силу оговорить принятием определенных изменений его содержания, которые предполагали, в частности, начало военных действий против Сигизмунда I, короля Польского и великого князя Литовского, только в случае провала всех попыток мирного урегулирования отношений с ним. Оговорки императора, доведенные его послами Яковом Ослером и Морицем Бургшталлером до сведения российского государя в декабре 1514 г., не были приняты, Василий III настаивал на первоначальных условиях договора. Тем временем император охладел к идее союза с Василием III – отчасти под впечатлением от разгрома русских войск литовцами под Оршей 8 сентября 1514 г., но в большей мере из-за того, что удалось добиться согласия польского короля на выгодные для Габсбургов браки с Ягеллонами, делавшие Габсбургов наследниками венгерской и чешской корон. На имперском сейме в мае 1515 г. уполномоченный императора Конрад Пейтингер заявил «протест» по поводу позиции, занятой великим князем Московским, действия Шнитценпаумера были публично дезавуированы, утвержденное в августе 1514 г. соглашение было признано недействительным.
   10 марта 1517 г. с Тевтонским орденом во главе с великим магистром Альбрехтом Бранденбургским был подписан договор о взаимной помощи в случае военных действий против Польши и Литвы. Чуть раньше, в феврале 1517 г. в Москву прибыл первый посланник Ордена, а затем Пруссии – Дитрих Шенберг.
   Международная политика Василия III находила полную поддержку со стороны русской православной церкви.
   Зигмунду Герберштейну, немецкому дипломату, посетившему Московию в 1516–1517 гг., а в 1526–1527 гг. уже в качестве посла германского императора, мы обязаны первым научным иллюстрированным описанием Русского государства и его обычаев. В 1550 году оно было опубликовано в России под названием «Записки о московских делах».

Политическое и социальное развитие российского общества в XV – первой половине XVI века

   В ходе территориального объединения Московским княжеством земель Северо-Восточной и Северо-Западной Руси изменялись формулировки обращений к великому князю. Титул «господин», согласно принятой на Руси политической терминологии, означал признание приоритета, верховной власти. Термин «государь» имел гораздо более определенное содержание, означая полное, безоговорочное и безусловное подчинение и отражая две политические линии: национальный властитель всей Русской земли и политический и церковный преемник византийских императоров. В связи с этим Иван III ввел новый государственный обряд – венчание преемника на царство, а при Василии III было составлено «титло», согласно которому за титулом великого князя признавалось божественное происхождение.
   Был введен новый герб Русского государства. Старый московский герб с изображением всадника, поражающего копьем змея, Иван III объединил с древним гербом Византии – двуглавым орлом, означавшим единство Восточной и Западной Римской империи.
   Усиление верховной власти московского государя не только отразилось на придворном церемониале, но и привело к уменьшению политических прав удельных князей. Иван III в своей духовной предоставил старшему наследнику Василию III право суда по важнейшим уголовным делам Москвы и подмосковных сел, чеканки монеты, сношений с иностранными государствами, а также конфискации земель бездетных удельных князей в общегосударственную казну.
   После объединения значительной части русских земель Иван III реализовал свое стремление упорядочить законы Русского государства в Судебнике 1497 г.
   В первом общероссийском («великокняжеском») Судебнике были применены нормы Русской Правды, обычного права, судебной практики, Новгородской и Псковской судных грамот и литовского законодательства XV столетия. Главной целью судебника были распространение юрисдикции великого князя на всю территорию централизованного государства, ликвидация остатков правового суверенитета отдельных земель, уделов и областей.
   Если Русская Правда была сводом норм действующего права и судебных прецедентов, то Судебник 1497 г. стал прежде всего инструкцией для организации судебного процесса («суда»). Создавая свои судебные инстанции, московская власть, однако, некоторое время была вынуждена идти на компромиссы: наряду с центральными судебными учреждениями и разъездными судами создавались смешанные («смесные») суды, состоявшие из представителей центра и мест. Смесный суд решал также споры между представителями разных корпораций (сообществ, имеющих собственные правовые установления), например, он созывался для разбора тяжеб монахов и мирян.
   Судебник закрепил изменение системы сюзеренно-вассальных отношений: бывшие удельные князья становились служилыми, подчинялись великому князю московскому, складывалась иерархия феодальных чинов. Определялись придворные чины, жалуемые за службу: введенный боярин, окольничий, дворецкий, казначей, дьяк, подьячий. В Судебнике шла речь об ответственности складывающейся бюрократии за должностные правонарушения и преступления. Укрепляющееся и численно растущее служилое дворянство постепенно становилось опорой великого князя в борьбе с феодальной аристократией. Чтобы обеспечить дворян-помещиков работниками, государство ввело закон о Юрьевом дне, который закреплял давний (известный по документам на протяжении всего XV в.) обычай только осенних переходов от одного феодала к другому. Этот обычай защищал право помещика на сохранение всех его работников в пору летних и весенних работ, но также и гарантировал право крестьянина беспрепятственно переходить раз в год от худшего хозяина к лучшему. Бояре и церковники были менее заинтересованы в этом законе, так как крестьяне сами переходили к ним от помещиков, которые, имея меньше зависимых крестьян, вынуждены были взимать с них больший оброк или заставлять отрабатывать барщину. Судебник 1497 г. установил определенный и очень ограниченный срок перехода (неделя до и неделя после 26 ноября – Юрьева дня осеннего) и ввел оплату «пожилого» – сбора в пользу помещика, от которого крестьянин уходил.
   Завершение территориального объединения Северо-Восточной Руси превратило Московское княжество в национальное великорусское государство с единой военной и административной системой. Великий князь не позволял боярам и высшим церковникам иметь в распоряжении много дворян, получавших земли за служебную должность в армии или в администрации от самого князя. Великий князь и цари «всея Руси» разделяли свою власть с боярской аристократией в высшем совещательном органе централизованного государства – Боярской думе, куда кроме бояр московского князя входили бывшие удельные князья и их бояре. Василий II и Иван III начали строить новую профессиональную администрацию из дворян-дьяков, а командный состав – из дворян: оружничих, окольничих и др. В первой половине XVII в. в Думе появились думные дворяне и думные дьяки. За особые заслуги дворянин мог получить боярский чин, а потомки отличившихся на государевой службе имели преимущества при назначении на посты воевод (полководцев и наместников в городах). Так закрепилась в России система местничества, когда успех или промах одного представителя рода влиял на шансы всех его сородичей. На системе местничества основывался порядок прохождения службы. Назначение на должности зависело от заслуженности рода. Если один человек занимал должность на несколько ступеней ниже другого по служебной лестнице, то такое же расстояние сохранялось между их сыновьями, племянниками, внуками и т. д. Человек не мог принять «невместное» (недостаточно почетное) назначение, так как причинил бы этим урон всему своему роду. Местничество было особенно выгодно нетитулованному старомосковскому боярству, которое гордилось и знатностью, и заслугами на службе московским князьям. Но местничество не могло не препятствовать продвижению по службе способных, но незнатных людей. Особенно неблагоприятно сказывались местнические споры на делах, совершаемых на дипломатическом поприще и во время военных походов. Поэтому Иван Грозный отменил местнические счеты на время войны, когда интересы дела требовали замещения должности по другим принципам.
   Постепенно выросла система дворцовых учреждений, ведавших великокняжеским хозяйством, дворцовыми землями. До середины XVI в. существовало только два общегосударственных ведомства: Государева Казна и Государев Дворец. Казна являлась одновременно государственной канцелярией. Она ведала также сношениями с другими государствами. Казначея – главу Казны – иностранцы именовали канцлером.
   Дворец управлял имуществом великого князя, прежде всего – землями. С присоединением новых земель создавались новые дворцы: нижегородский, тверской и т. д. Существование отдельных учреждений для управления различными территориями было пережитком раздробленности. Отраслевое – приказное – управление стало складываться лишь в середине XVI в.
   При Василии III появились центральные правительственные учреждения общерусского характера, которые ведали отдельными отраслями управления на всех землях государства, – избы, а позднее – приказы. Во главе избы стоял боярин, но главным лицом становились дьяки, управляющие канцелярией, и их помощники, которые формировались из среды служилого дворянства.
   В административном отношении основная территория Русского государства делилась на уезды, а последние – на волости и станы. Общее управление на местах было сосредоточено у наместников и волостелей. Основу местного управления составляла система кормлений. Уездом управлял наместник, волостью – волостель. Они не получали жалованья за свою управленческую и судебную деятельность. Сама эта деятельность была лишь дополнением к главному – к праву получать «кормление», т. е. собирать в свою пользу часть налогов и судебные пошлины – «присуд». Они являлись судьями, сборщиками доходов князей и военными начальниками города и уезда, «кормясь за счет населения». Кормление давалось, как правило, в награду за прежнюю службу. Первоначально система кормлений соответствовала объединительным тенденциям в складывающемся Российском государстве. Московские служилые люди были заинтересованы в расширении московских владений, поскольку возрастали и число, и площадь кормлений. Но система кормлений несла в себе и предпосылки своего будущего ограничения. Управление как таковое оказывалось для кормленщиков только обременительным придатком к получению «корма». Поэтому свои обязанности они исполняли плохо, подчас передоверяли их своим служилым людям, нередко низкого социального статуса: холопам. Это подрывало статус властных структур в глазах населения, приводило к злоупотреблениям. К тому же и в получении кормлений не было порядка. Такая система местного управления не соответствовала задачам централизации. Кормления, ничем не ограниченные сначала, в дальнейшем были нормированы, а позднее отменены.
   В процессе формирования централизованного государства складывались сословия. Главная причина появления служебного сословия и закрепощения крестьян заключается в оттоке населения на окраины в связи с расширением границ Российского государства. Государство, заинтересованное в несении обязанностей по отношению к великому князю, организовало условное землевладение, т. е. предоставление земли помещикам при условии несения ими военной или гражданской службы. Основой экономики Российского государства конца XV – начала XVI в. оставалось земледелие, подавляющее большинство населения составляли крестьяне. Деревни насчитывали 3–5 дворов, села – до нескольких десятков. Поселения, в которых имелась церковь, назывались селами. Боярская или княжеская вотчина обычно состояла из «села с деревнями».
   В конце XV в. на смену двухполью и подсечному земледелию почти повсеместно, за исключением северных районов, пришло трехполье. Главными зерновыми культурами оставались рожь, пшеница, ячмень. В окрестностях крупных городских поселений наряду с зерновым хозяйством получили развитие садоводство и огородничество.
   В XV–XVI вв. продолжалось развитие феодального землевладения. Будучи верховным собственником земли, князь часть земель жаловал служилым людям «в вотчину». Сохранялись и вотчины, унаследованные от предшествующих поколений, равно как и купленные вотчины. Вотчины являлись формой обеспечения службы. Это была наследственная, но теперь все же условная собственность. Земельной собственности, не связанной со службой, в Российском едином государстве не существовало. Поместья, условные земельные держания, могли быть передаваемы наследникам вместе с обязательством нести службу.
   Поместная система исключала переход земель светских владельцев в руки монастырей, сокращавший фонд земель для пожалований за службу и потому беспокоивший светскую власть. Принципиальной разницы между вотчинниками и помещиками как отдельными слоями господствующего класса не существовало. Нередко человек владел и вотчиной, и поместьем. Размеры владения не зависели от его формы: и вотчины, и поместья бывали и крупными, и мелкими. Возникновение поместной системы облегчило поглощение черных земель частным землевладением, так как формально земля оставалась в руках великого князя. Поэтому крестьяне менее активно сопротивлялись передаче своей земли в поместье, нежели в вотчину.
   Крестьяне делились на черносошных, живших на государственных, «черных» землях, и частновладельческих. Положение последних было тяжелее, их повинности постепенно росли. Преобладал натуральный оброк, барщина и денежный оброк были развиты слабо. Барскую пашню обрабатывали в основном не крестьяне, а холопы.
   В XV в. крестьяне во многих местностях могли по желанию менять место своего проживания. В 1497 г. был принят Судебник. Он установил единое для всей страны время перехода крестьян от одного владельца к другому: неделя до и неделя после Юрьева дня осеннего (26 ноября). Это не означало нового ограничения: сроки перехода ограничивались и раньше. Новым было лишь установление единой нормы для всей страны. Однако введение ее еще не означало закрепощения.
   Рост княжеского, боярского и церковного землевладения в XV в. сопровождался сохранением и постепенным увеличением барщины и оброка, означавших первое расширение самостоятельности зависимых крестьян в условиях патриархального (натурального) земледелия. Противоречивость дальнейшего развития русского феодализма заключалась в том, что рост потребностей господствующего сословия в распределении прибавочного продукта происходил за счет существования поместной системы. Это сопровождалось ограничением иммунитетных прав землевладельцев, начало чему было положено в ходе борьбы великокняжеской власти с удельно-княжеской оппозицией путем конфискации земель феодалов, отъехавших от великого князя, и размещения на эту землю служилых людей.
   Присоединение Новгородской республики к Москве в конце XV в. дало толчок к решительной перестройке господствующего сословия. Чтобы покончить с республикой, московский великий князь Иван III конфисковал земли как у членов новгородской боярской олигархии, так и у всех прочих землевладельцев Новгорода. Переселенные на московские земли новгородские феодалы пополнили ряды мелких служилых людей. Массовая конфискация огромного фонда новгородских боярских земель и основание поместной системы стали отправной точкой развития военно-служилого дворянства и самодержавия в России в XVI в. Организация поместной системы способствовала перераспределению земель внутри господствующего сословия. Упрочились позиции дворянства, трансформировалась его структура.
   Формирование государства проходило в острой политической борьбе. Сепаратистские устремления перестали угрожать государственному единству Московской Руси уже в первой трети XVI в., однако вопрос о том, в какие формы должно было облечься это единство, о месте различных социальных групп в создаваемой системе централизованного управления долгое время оставался открытым. На его решение оказывали влияние разные общественные силы. Одной из таких сил, обладавшей несомненным духовным авторитетом и политическим весом, была церковь.
   Традиционная схема, в соответствии с которой великокняжеская власть создает централизованное государство в союзе с церковью и служилыми людьми – поместными землевладельцами (иногда по аналогии с Западной Европой в союзники монархов зачисляют горожан), а удельные князья и бояре противодействуют объединению земель и сосредоточению полномочий в центре, очень упрощает и даже несколько искажает реальный ход событий в XV–XVI вв. В действительности многие удельные князья охотно покидали свои захолустные владения, переезжали в Москву и поступали на службу к великому князю; еще чаще связывали свою судьбу с единым государством бояре. Другое дело, что землевладельческая знать настаивала на своем активном участии в управлении и стремилась ограничить произвол монарха, но такая позиция русской аристократии отнюдь не противоречила идее централизации, которую не следует отождествлять с единоличной властью. Горожане не выступали как какая-то единая сила: псковичи в 1470-е гг. поддержали великого князя в борьбе против Новгорода; среди новгородцев были и сторонники централизации (под властью Москвы или Литвы), и приверженцы старинных вольностей. Жители большинства городов Северо-Восточной Руси в XV–XVI вв. не проводили самостоятельной политики, в отличие от Западной Европы или Великого княжества Литовского, где города обладали реальным самоуправлением.
   Основной формой борьбы крестьян в XV в. было их противодействие наступлению светского и церковно-монастырского землевладения. Число земельных конфликтов в 1426–1462 гг. возросло более чем в 6 раз по сравнению с периодом 1390–1427 гг., а число таких же конфликтов в 1463–1500 гг. более чем в 10 раз превысило их количество за период с 1426 по 1462 г.
   Достаточно сложным и противоречивым было отношение к централизации православного духовенства. Конфликт конца XV – начала XVI в. между нестяжателями – сторонниками малых монастырей, где монахи жили трудом своих рук, и иосифлянами, выступавшими за необходимость иметь собственные земли как источник существования, завершился в пользу последних, так как государством были найдены новые территории в ходе освоения русскими Поволжья после присоединения Казанского и Астраханского ханств. Боярское правление 1533–1547 гг. осуществлялось под знаком борьбы за ключевые позиции в аппарате управления.

Сословно-представительная монархия в России во второй половине XVI века

   Самостоятельное правление Ивана IV было ознаменовано венчанием его на царство, что значительно повышало авторитет центральной власти как внутри страны, так и в международных отношениях. Более того, идея «Москва – Третий Рим» получила реальное воплощение. Родословная Ивана IV выводилась в Никоновской летописи от римских и византийских императоров. Таким образом, новый титул – царь – не только резко подчеркивал суверенность российского монарха во внешних сношениях, но и четче, чем прежде, отделял государя от его подданных.
   По размерам территории Россия к 1547 г. достигла 2,8 млн км2 и стала крупнейшим государством Европы после Священной Римской империи германской нации. Земельная собственность в середине XVI в. носила сословный характер. Государственное (черносошное), вотчинное и поместное (светское) землевладения соседствовали с монастырскими и церковными. Земли на вотчинном праве имели князья, в период раздробленности бывшие главами самостоятельных политических образований, а теперь сохранявшие титул лишь как обозначение родового звания; княжата – потомки удельных князей Рюриковичей и Гедиминовичей; бояре, составлявшие высшую прослойку феодального общества и занимавшие вместе с князьями и княжатами ведущее место в судебно-административном управлении страной. Все они в качестве вассалов великого князя обязаны были вместе с ним участвовать в походах во главе своих отрядов, состоявших из дворян и «служилых, по прибору» (верхушки черносошного крестьянства, холопов и свободных элементов городского населения).
   Поместья передавались в пожизненное владение за военную службу дворянам (низшей военно-служилой прослойке феодалов), составлявшим так называемый двор князя или знатного боярина, и детям боярским – средней прослойке данного сословия. Держатель поместья не мог передавать его по наследству, продавать или закладывать.
   Монастыри пополняли свои владения как за счет присвоения черных земель, так и путем отчуждения земель светских феодалов (с помощью вкладов, купли, мены).
   В середине XVI в. на фоне господства натурального хозяйства в России изменился характер товарного обращения на местах. Крупным центром железоделательного производства стал Новгород. Соляными промыслами славились Соль-Галицкая, Уна. Развитие товарного производства вело к возникновению и росту ремесленно-торговых поселений – рядов, посадов и городов. К середине XVI в. в России было уже до 160 городов. Однако влияние городского населения на судьбы страны в России было гораздо меньше, чем в передовых странах Европы, в силу слабости товарно-денежных отношений.
   Постепенное сближение статуса поместий и вотчин привело к консолидации господствующего сословия феодалов в единое при ведущей роли дворянства. Этому способствовало изменение финансового обложения и формирования военной организации Русского государства.
   Реформы Избранной рады. Новое правительство царя Ивана IV (1547–1584) – Избранная рада – было органом, который осуществлял непосредственную исполнительную власть, формировал приказной аппарат и руководил им. Оно олицетворяло компромисс феодальной аристократии, служилого дворянства и царя, авторитет которого только складывался. Таким образом, на этом этапе царь вынужден был отказаться от претензий на неограниченную власть и довольствоваться «честью председателя».
   В начале 1550-х гг. Иван IV выступил с широкой программой консолидации и проведения внутренних реформ в целях централизации страны. Так, указ 1550 г. ввел два ограничения местничества. Первое касалось молодых аристократов: их нельзя было в 15–18 лет назначать воеводами. Второе определяло назначение на службу в качестве государственной обязанности. Отныне служба молодых людей на невысоких должностях не считалась прецедентом.
   В 1550 г. был принят новый Судебник («царский»), по которому суд становился прообразом взаимоотношений государственной власти в целом с выбираемыми представителями от сословий. Судебник закреплял создание в Московском государстве «праведного» суда, контролируемого «лучшими людьми» из дворянского сословия на местах. Судебником был расширен круг регулируемых центральной властью вопросов, проведена определенно выраженная социальная направленность наказания и одновременно с этим расширялся круг субъектов преступления – в него включались холопы. Уточнялось само понятие преступления – это прежде всего нарушение установленных норм, предписаний и вместе с тем воли государя, которая неразрывно связывалась с интересами государства. Статья 52 Судебника закрепила такую норму внеправовой расправы, как «облихование», т. е. объявление человека «ведомо лихим» – преступником. К «лихим», особо опасным для общества делам относились разбой, грабеж, поджог, убийство («душегубство»). Появилось понятие «крамолы», т. е. антигосударственного деяния. Это были преступления против государя, заговоры и мятежи. В Судебнике не были описаны складывающиеся органы центральной и местной власти и управления, тогда не существовало еще правовой традиции закреплять юридически государственное устройство.
   В 1550-х гг. Избранной радой, в которой ведущую роль тогда играли священник Сильвестр и дворянин А.Ф. Адашев, была проведена военная реформа. Наряду с профессиональной конницей дворян возникла полупрофессиональная пехота из горожан – стрельцы. Вооружены они были бердышами (секирами) и фитильными ружьями (пищалями), которые уступали европейским мушкетам (кремневым ружьям). В отличие от поместного дворянского войска стрельцы несли постоянную службу под начальством своих «голов» и сотников. В мирное время они жили своими семьями в особых слободах, занимаясь наряду с посадскими людьми торговлей и промыслами.
   В середине XVI в. на смену условно-податной единице «дым» как отдельного земледельческого хозяйства пришла «соха», в основе которой лежал сословный принцип. Так, «соха» светских служилых феодалов включала до 1200 четвертей (четверть – около 0,5 га) земли и до 960 дворов; церковная и монастырская – 600; дворцовых и черных земель – всего 500.
   Общерусская церковная реформа была проведена на Стоглавом соборе 1551 г., названном так по сборнику его постановлений, состоявшему из ста глав. Для организации внутрицерковного порядка, связанного с жизнью и бытом низшего духовенства, назначался институт протопопов. Основной их обязанностью был надзор за организацией богослужения рядовыми священниками и дьяконами. Церковь единого государства нуждалась в более жесткой централизации за счет унификации обрядов в разных землях. Собор официально узаконил под страхом анафемы двуперстное сложение при совершении крестного знамения и «сугубую аллилуйю». Создавался единый церковный пантеон, а все местные святые стали общерусскими.
   Необеспеченность дворянского ополчения землями подрывала его боеспособность. Поэтому на Стоглавом церковном соборе Иван IV поставил вопрос о необходимости земельного «передела», аргументируя ее тем, что в годы боярского правления многие бояре и дворяне обзавелись землями и кормлениями «не по службе», а другие оскудели. В 1551 г. был издан указ о конфискации всех земель и угодий, переданных Боярской думой епископам и монастырям после смерти Василия III. Закон полностью запрещал церкви приобретать новые земли без доклада правительству. Были введены ограничения в отношении княжеско-вотчинного землевладения: князьям воспрещалось продавать и отказывать свои вотчины в пользу церкви без особого на то разрешения.
   Осуществление указа позволило правительству отчасти пополнить фонд поместных земель за счет церковных и отчасти княжеских вотчин. В то же время при сохранении значительной части земельных угодий церковь поступилась податными привилегиями. Пошлина с церквей отныне должна была собираться не десятниками, злоупотреблявшими своим положением, а земскими старостами и десятскими священниками, назначаемыми в сельских местностях.
   Первые реформы Избранной рады носили в целом компромиссный характер. Консервативное боярство неохотно уступало позиции служилым людям. Крупнейшими мероприятиями второго этапа реформ явились отмена кормлений и преобразование военно-служилой системы.
   В 1556 г. в ходе земской реформы были отменены воеводские кормления и учреждены приказы. Прежде (с ликвидацией княжеских уделов при Иване III) высшей властью в городах Московской Руси обладали воеводы-бояре, не получавшие денежного жалованья, а сами собиравшие налог с населения и «кормившиеся» этим. Такой обычай способствовал взяткам и вымогательству. Теперь же все воеводы получали определенное жалованье (деньгами и товарами). Дьяки, подвластные не воеводе, а особому приказу в Москве, собирали налоги. Приказы, которых насчитывалось около 10 (Посольский, Разрядный, Разбойный и др.), являлись контрольными органами. В состав каждого входили боярин или окольничий, несколько дьяков, подьячих и писарей.
   Важным нововведением стало самоуправление в городах и волостях. Избранная рада провела в рамках земской реформы и преобразования в сфере местного управления. С 1555–1556 гг., когда была начата отмена кормлений, власть в уездах постепенно переходила к губным или земским старостам, а в городах – к излюбленным головам, избиравшимся посадскими людьми. Таким образом, она все больше сосредоточивалась в руках выборных, а не назначаемых из центра людей. Такое положение объяснялось нехваткой и людей, и средств в казне. Должность губного или земского старосты в XVI в., насколько это следует из исторических источников, в большинстве случаев не оплачивалась. Поэтому избранные должностные лица своими обязанностями, случалось, пренебрегали. Известны предписания того времени подвергать небольшим срокам заключения тех губных старост, которые уклоняются от выполнения своих обязанностей. После отбытия срока наказания их вновь направляли на ту же должность. И хотя реформа, проведенная Избранной радой, еще не создала такого аппарата местного управления, который характерен для централизованного государства, предпосылки для его формирования сложились. Обычным явлением стала деятельность выборных должностных лиц: губных и сельских старост, а также губных целовальников – их выбирала община (губа; от древнесеверн. huopa – поделенный между соседями участок земли), а крест (присягу) они приносили государю. Земская реформа не ликвидировала систему кормлений одним ударом. Перестройка органов местного управления была осуществлена в полной мере на Севере, где на государственных землях жило малочисленное крестьянское население и почти отсутствовало землевладение феодалов. Здесь суд и сбор податей перешли в руки «излюбленных голов», выбиравшихся населением, а земское самоуправление дало преимущества не дворянам, а купцам – промышленникам и богатым крестьянам. В центральных уездах правительство передало надзор за местным управлением и судебными функциями губным старостам и городовым приказчикам, которых избирали из своей среды провинциальные дворяне. Однако создание новой системы управления потребовало еще нескольких десятилетий усилий властных структур. Все яснее становилась необходимость переходить от самоуправления на местах к государственному управлению с систематической оплатой деятельности чиновников всех звеньев. Пока же эти должности замещались лицами, по возрасту или здоровью непригодными для воинской службы. Поэтому многие из них тяготились своими обязанностями и часто отказывались приносить присягу.
   Военная организация Русского государства XVI в. основывалась на принципе наследственной службы владельцев поместий – детей боярских и их сыновей. Царское Уложение 1556 г. распространило принцип обязательности военной службы на все разряды феодалов, включая вотчинников. Средства, ранее шедшие на содержание кормленщиков, составили теперь единый государственный налог – кормленичий окуп. Он расходовался на возмещение затрат, понесенных служилыми людьми в походах. Отныне всякий служилый человек должен был выставить одного воина с каждых 100 четвертей (около 170 га) принадлежавшей ему земли. С первых 100 четвертей выходил в поход он сам, с остальных – его военные холопы. Если же у дворянина было 360 четвертей, то он выходил с тремя вооруженными слугами, а за недостающие 40 четвертей получал возмещение. Зато, если он выходил с теми же тремя слугами, но имел при этом 450 четвертей, то вносил в казну компенсацию за «лишние» 50 четвертей. Наряду со служилыми людьми «по отечеству» (т. е. по наследству), получавшими за службу землю, появились и служилые люди по «прибору» – по найму. Они получали денежное жалованье. В 1550 г. было организовано стрелецкое войско. Стрельцы сражались в пешем строю, были вооружены саблей, бердышом и огнестрельным оружием – пищалью. В отличие от дворянского ополчения стрелецкое войско было постоянным, т. е. не распускалось после походов. Однако оно не было регулярным. Стрельцы жили на своих дворах с семьями, в свободное от походов и караульной службы время занимались ремеслами и торговлей, поскольку жалованье было недостаточным.
   Армия состояла из «служилых людей по отечеству» и «служилых людей по прибору». Для перевозки военных припасов, устройства мостов, дорог широко привлекалось «посошное» население, а в защите крепостей от противника принимало участие все взрослое население, имевшее свое оружие и расписанное по военным объектам охраны.
   В 1550 г. впервые было ограничено местничество. Перестала считаться местническим прецедентом служба молодых дворян и бояр. Молодые люди из знатных родов оказывались нередко на невысоких должностях, однако именно здесь они могли приобрести первый опыт, необходимый для дальнейшего успешного прохождения службы. Было упрощено местничество в походах. На совместной службе считались отныне все первые воеводы между собой, все вторые – между собой, и каждый первый воевода – со своим вторым. Но первый воевода какого-либо полка не мог спорить о местах со вторым воеводой другого полка.
   Все эти меры способствовали переходу войск поместной системы к регулярной армии феодально-абсолютистского государства.
   Система реформ, предпринятых Избранной радой в конце 1540–1550-е гг., была связана с идеей ограничения царской власти формой представительства, выражающей интересы служилой массы и верхов посада.
   В обстановке сложного и противоречивого социально-экономического развития Русского государства в XVI в. складывались новые формы политической надстройки. На их выработку оказали воздействие сословная структура общества и противоречия, имевшиеся в среде господствующего сословия феодалов по поводу путей централизации. Сторонники различных направлений сходились на признании феодальной монархии, дававшей наибольшие возможности господствующему сословию удерживать свою власть над народом, усиливая централизацию. Сторонники неограниченной монархии в лице дворянского идеолога И.С. Пересветова проповедовали идею самодержавной царской «грозы» как метода политики. А. Курбский – представитель боярской аристократии – высказывал идеи сословного представительства, предлагая реализовать ее в форме расширенного совещания Боярской думы, однако не конкретизируя, каков должен быть состав участников такого совещания.
   Сам Иван IV был сторонником неограниченной царской власти. Политическим идеалом Ивана IV было патриархальное «православное истинное христьянское самодержство», основанное на концепции равного бесправия всех членов общества перед лицом монарха. Вместе с тем в дальнейшем Иван IV значительно пересмотрел свои взгляды. В середине XVI в. наряду с Боярской думой как сословным учреждением феодальной аристократии стал действовать Земский собор – сословно-представительный орган, созываемый нерегулярно сперва на началах назначения, а затем и выборности из представителей духовенства, боярства, дворянства и (не всегда) торгово-ремесленного посада, черносошного крестьянства.
   Первые земские соборы собирались для заслушивания правительственных деклараций (1549), санкционирования законодательных документов (1551). На соборе 1566 г., собранном во время Ливонской войны по поводу литовских предложений о перемирии, духовники «дали совет», а другие участники ответили по государеву «наказу». 30 человек от Боярской думы, 32 – от духовенства, 33 дьяка и приказных, 20 дворян и 75 торговых людей обсуждали условия невыгодного мира, предложенного Польшей: уступить ли Литве некоторые города и левый берег Двины, оставив за собой Полоцк. Последние две группировки, по-видимому, еще не избранные на местах, а приглашенные правительством, были теми социальными силами, которые в дальнейшем стали играть наиболее активную роль в истории Земских соборов. Земцы единодушно высказались за продолжение войны в Прибалтике, так как в противном случае «Великому Новгороду и других городов торговым людям торговля затворится».
   Появление земских соборов означало установление в России сословно-представительной монархии, характерной для большинства западноевропейских государств (парламент в Англии, «генеральные штаты» во Франции, кортесы в Испании). Спецификой сословно-представительных органов в России являлась полная зависимость выборных представителей от государства, которому они были обязаны служить (до 1762 г.), и незначительная роль «третьего сословия» (городских буржуазных элементов). В результате земские соборы в силу отсутствия у выборных представителей настоящего сословного сознания явились орудием укрепления, а не ограничения самодержавия.
   На создание сословно-представительных учреждений на местах в интересах государства были направлены и реформы: губная (передача уездному дворянству некоторых судебных и полицейско-следственных функций) и земская (замена в ряде областей наместников-кормленщиков выборными властями из числа посадского и черносошного крестьянского населения).
   Становление сословно-представительной монархии было связано с дальнейшим развитием процесса формирования сословий и сословного строя. Ряд реформ первой половины царствования Ивана IV, шедшего по пути государственной централизации (отмена системы «кормлений», создание центральных органов управления – приказов, выпуск нового общерусского кодекса права – Судебника 1550 г., выработка единообразного порядка дворянской военной службы), способствовал укреплению позиций дворянства. В то же время формирование сословного строя происходило на базе возникавшего крепостничества. Согласно царскому Судебнику, Юрьев день осенний подтверждался и крестьянский переход в другие сроки запрещался категорически, а размеры «пожилого» возрастали.
   Итак, попытка утвердить авторитарный политический режим, связанная с учреждением Иваном IV опричнины, обернулась открытой крепостнической диктатурой и приняла самую уродливую деспотическую форму.
   В начале 60-х гг. XVI в. резко обострились противоречия между Иваном IV и боярами. Суть конфликта заключалась в недовольстве боярства характером власти и политическим курсом московского государя. Лишившись поддержки значительной части правящего боярства и церковного руководства, царь не мог управлять страной обычными методами. Приобрести же поддержку дворян можно было двумя путями. Первый из них состоял в расширении сословных прав и привилегий дворянства путем реформ. Второй – в создании особого полицейского корпуса специальной дворянской охраны. Его целью являлось утверждение принципов неограниченного правления царя за счет сужения компетенции Боярской думы и лишения консервативной части бояр земельной собственности.
   Опричная политика выразилась в широкой раздаче в поместья черных и дворцовых земель, в распространении крепостничества и окончательном закрепощении крестьян. Ослабив боярскую аристократию и подкрепив государственную централизацию, опричнина расчистила путь к неограниченному самодержавию, а ее варварские методы наложили свой отпечаток на органы сословно-представительной монархии, которые и без того находились в положении, близком кризисному в период Ливонской войны.
   Опричнина оказала негативное влияние и на внешнюю политику страны.
   Сын Василия III Иван Грозный был вынужден продолжать внешнюю политику России, исходя из внутриполитической и межгосударственной борьбы, имевшей место на северо-западе Европы, и, в первую очередь, на Балтике.
   В это время император Священной Римской империи германской нации Карл V в ходе Реформации (приведшей к отделению протестантской церкви от католической), а также внутренних усобиц отошел от власти. После его отречения от престола произошел раздел империи. На основе германских территориальных и западноевропейских национальных государств сложилась новая система европейских государств.
   В 1553 г. заканчивался срок перемирия, заключенного еще Иваном III с Ливонским орденом. Перемирие не было продлено. Через 5 лет заинтересованные в контроле над побережьем Балтийского моря государства вступили в войну.
   В 1558 г. началась продолжавшаяся 25 лет война за выход к Балтийскому морю сначала с Ливонским орденом, а затем – с Данией, Швецией и Польско-Литовским государством. Измученное опричниной и затянувшейся войной государство вынуждено было заключить с Речью Посполитой в 1582 г. нейтральное соглашение, по которому Иван IV отказался от всех своих завоеваний в Литве и Лифляндии. Перемирие со Швецией в 1583 г. обернулось для России потерей Прибалтики, Полоцка, берегов Рижского залива (за исключением небольшой территории на его побережье с устьем реки Невы).
   В результате Ливонская война, длившаяся четверть века (1558–1583 гг.) и стоившая огромных человеческих жертв и материальных затрат, не разрешила исторической задачи выхода России к Балтийскому морю.
   В XVI в., как отмечал немецкий историк М.В. Фехнер, торговля России больше развивалась в южном и восточном направлениях, нежели в северном и западном, европейском. Между тем в XV–XVI вв. Европа сделала первые шаги по пути капиталистического развития и осознала государственные интересы как главенствующие принципы внешней политики. Россия, однако, несмотря на неудачи в Ливонской войне, от Европы себя не изолировала. Ее европеизация продолжалась.
   Большую роль в европеизации России сыграли немецкие слободы – места поселения иностранцев, в том числе немцев, в городах России в XVI–XVII вв. Несмотря на то что Иван Грозный жестоко подавил влияние Ганзы в Новгороде, он поселил в Москве сотни немецких ремесленников. Их число к 1700 г. возросло приблизительно до 18 000 человек.
   В это же время широко практиковалось обучение русских молодых людей в Константинополе, Лондоне, Любеке для подготовки к дипломатической службе.
   К концу века Россия подошла единым централизованным государством с огромной территорией, дальнейшее разрастание которой, хоть и не без трудностей, продолжалось.
   Создание единого государства – это не только фактор экономического прогресса. Задача построения нового центрального аппарата власти, осуществление задач внешней политики были связаны с усилением податного гнета. В условиях преимущественно аграрной страны средством обеспечения служилого дворянства как социальной основы централизованной монархии являлись земли с крестьянами. Поместная система была наиболее эффективной лишь в хозяйственном освоении новых земель (юга страны, например). Вместе с тем она являлась нерентабельной в методах ведения земледельческого хозяйства. Действительно, помещики, чувствуя себя непрочными хозяевами земли, нещадно эксплуатировали имения, что вызывало их запустение и обеднение. Кроме того, разбегались крестьяне, страдая от двойного гнета – податного государственного и господского. В этих условиях развитие товарно-денежных отношений в стране приводило к распространению барщинного режима и укреплению феодализма.
   В 80-е гг. XVI в. в России назрел кризис экономических, социальных и политических структур. Хозяйственная разруха, опустошение целых областей, уничтожение механизмов управления государством и людей, способных приводить в движение эти механизмы, массовое бегство крестьян, холопов, обедневших дворян на окраины государства, ослабление внешнеполитических позиций – вот итоги царствования Ивана IV. Основное экономическое противоречие конца опричного этапа развития – невозможность преодолеть хозяйственное разорение при стихийном нарушении крестьянского выхода (своз и бегство). Деревни и села центра страны и значительной части северо-запада, Новгородской земли запустели. Крестьяне разбежались на новые земли Поволжья, в Приуралье, на юго-запад. Даже в центральном московском уезде обрабатывалось около 16 % пашни. А в некоторых административных единицах Новгородской земли количество пустых дворов превышало 90 %.
   Характерна связь процессов роста барщинного хозяйства и законодательного закрепления крепостничества. Ведь нужда в рабочих руках и налогоплательщиках в период истощения платежеспособности населения и массовых крестьянских побегов толкала землевладельцев и государство на усиление системы внеэкономического принуждения. Результатом хозяйственного и политического кризиса третьей четверти XVI в. явилось крепостное законодательство 80–90-х гг. В 1581 г. было установлено первое заповедное лето (старорусск. год), когда крестьянам временно запрещалось переходить в течение года к другим владельцам «до государеву указу». Фактически указ отменил право крестьянского выхода в Юрьев день и ввел прикрепление крестьян к земле, так как заповедные годы повторялись и дальше. Идя навстречу дворянству, правительство в 1592 г. переписало все земли и живущих на них крестьян в писцовые книги. Эти книги служили основным документом для отыскания беглых крестьян и возвращения их прежним владельцам, для сбора государственных податей, т. е. являлись документами государственного кадастрового учета.
   Нищавшее дворянство оценило выгоды, вытекавшие из финансовых распоряжений правительства, и стало добиваться превращения временных мер в постоянно действующие законодательные акты. В 1597 г. появился царский указ о праве помещиков искать своих беглых крестьян в течение пяти лет на основании ранее составленных писцовых книг. Издание документа означало, что система мер по упорядочению финансов окончательно переродилась в систему прикрепления к земле. В ответ на это увеличилось число «татебных» и «разбойных» дел, т. е. нападений на феодалов и их имущество.
   Время Ивана IV – время больших перемен в области культуры. Одним из наиболее крупных достижений середины XVI в. явилось книгопечатание. Первая типография возникла в Москве в 1553 г., и вскоре здесь были напечатаны книги церковного содержания. К числу наиболее ранних печатных книг относятся «Триодь постная», изданная около 1553 г., и два Евангелия, напечатанных в 50-х гг. XVI в.
   В 1563 г. организация «государева Печатного двора» была поручена Ивану Федорову. Вместе со своим помощником Петром Мстиславцем в 1564 г. он выпустил книгу «Апостол», а через год – «Часовник». В 1574 г. Иван Федоров издал во Львове «Букварь».
   Под влиянием церкви было создано такое своеобразное сочинение, как «Домострой», окончательная редакция которого принадлежала протопопу Сильвестру. «Домострой» – это кодекс морали и житейских правил, предназначенных для зажиточных слоев городского населения. Он пронизан проповедями смирения и беспрекословного подчинения властям, а в семье – повиновения домовладыке.
   Для возросших потребностей Русского государства нужны были грамотные люди. На созванном в 1551 г. Стоглавом соборе был поставлен вопрос о принятии мер к распространению просвещения среди населения. Духовенству предложили открыть школы для обучения детей грамоте. Учили детей, как правило, при монастырях. Помимо этого, среди состоятельных людей было распространено домашнее обучение. Собор получил название Стоглавого, поскольку его решения были сведены в сто глав. Собор уделил внимание исправлению нравов духовенства: искоренению пьянства, разврата, сквернословия. В то же время по инициативе митрополита Макария собор утвердил решение о признании всех «местночтимых» (т. е. почитаемых лишь в отдельных местностях страны) святых общерусскими. Были утверждены также единый порядок исполнения обрядов, единый иконописный канон. Все это способствовало укреплению религиозного единства страны.
   Напряженная борьба с многочисленными внешними и внутренними врагами способствовала возникновению в России исторической литературы, центральной темой которой являлся вопрос о росте, укреплении и развитии Русского государства. Среди основных исторических произведений этого времени – Лицевой летописный свод, «Степенная книга» и др.
   Таким образом, в XV–XVI вв. основным противоречием политической системы Российского государства являлась борьба боярской аристократии и самодержавия. Эта линия находит отражение в социальном составе Избранной рады, политических группировках в Думе, боярских заговорах, целях политики Ивана IV на различных этапах его правления, опричнине, с помощью которой делу централизации был нанесен серьезный урон. В жертву одному элементу системы управления – полновластному главе государства – были принесены другие, не менее важные – квалифицированный аппарат и единство законодательства. Фанатическая приверженность Ивана IV идее укрепления личной власти любой ценой привела к экономическому разорению страны, поражению в Ливонской войне и политическому кризису, переросшему в Смуту.

Культура России в XVI веке

   Процесс складывания единого централизованного государства не мог не отразиться на развитии русской культуры. Причем влияние его было неоднозначным. Так, были утрачены многие местные культурные традиции. Местное летописание сменилось единой великокняжеской летописью, исчезли целые иконописные школы, как это случилось, например, с тверской иконописью.
   В XVI в. интерес к исторической повести, характерный для второй половины XV в., значительно снижается. Получает развитие публицистика – новое явление в культурной жизни страны. Важные для общества вопросы становятся предметом широкого обсуждения не только церковных, но и светских авторов. При этом публицисты стараются использовать язык, приближающийся многими своими особенностями к разговорному, что расширяет круг читателей и слушателей.
   В «Сказании о великих князьях Владимирских» были обоснованы важнейшие идеи новой государственной идеологии, а сам род московских государей возводился к «Августу Кесарю», т. е. римскому императору Августу. Вопрос о характере власти обсуждался и в полемике иосифлян и нестяжателей. И если Нил Сорский, лидер последних, участия в полемике не принимал, то его ученик, князь Вассиан Патрикеев, долгое время пребывавший в опале и сблизившийся с инакомыслящими, уделил ей большое внимание.
   Вопрос о власти и о государстве занимал в то время многих светских публицистов. Среди них и дипломат Федор Карпов, и «бедный воинник» (небогатый дворянин) Иван Пересветов. И Ф. Карпов в своих посланиях, и И. Пересветов в своих произведениях, особенно в так называемых Челобитных (написанных в 40-е – начале 50-х гг.), обосновывали необходимость сильной государственной власти, построенной на принципах справедливости и права.
   С публицистическими произведениями выступили и князь Андрей Курбский, и царь Иван Грозный – в полемике, которую открыл Андрей Курбский своим посланием Ивану IV после бегства в Литву в 1564 г.
   Сподвижником молодого Ивана Грозного в деле проведения реформ выступил митрополит Макарий. Вокруг него сложился своеобразный кружок, участники которого подготовили такое фундаментальное собрание древнерусской литературы, как «Великие Четьи-Минеи». Это 12-томное (по числу месяцев) собрание житий святых, поучений, произведений канонического права и других текстов, расположенных по дням христианских праздников и дням памяти святых. «Четьи-Минеи» предназначались не для богослужебных целей, а для личного чтения. Собирались «Четьи-Минеи» в течение 30–50-х гг. и, по мнению создателей, должны были охватить всю литературу, кроме летописей, допускаемую к чтению. Подготовка собрания способствовала объединению и систематизации всего громадного литературного наследия Древней Руси. «Четьи-Минеи» отразили рост интересов русского общества, включив в себя все те произведения, которые в XV в. были особенно популярны у еретиков. В то же время произведения, по какой-либо причине в «Четьи-Минеи» не попавшие, стали реже переписываться и читаться, оказавшись на периферии культурного процесса. Митрополит Макарий в 1988 г. был причислен к лику святых.
   В те же годы создается и новая редакция «Домостроя» (говоря современным языком – домоводства), приписываемая священнику Сильвестру. Это один из многих сборников «учительного» содержания на Руси, предназначаемый для домашнего чтения. «Домострой» объединял статьи не только бытового, но и духовного содержания.
   Идеология православной церкви разрабатывалась решениями Стоглавого собора, а также в таких публицистических произведениях, как послания старца Псково-Печерского монастыря Филофея (в 20-е гг.) и «Повести о новгородском белом клобуке», время создания которой некоторые исследователи относят еще к XV в. В этих произведениях проповедуются идеи греховности всего католического, а Россия признается единственным после падения Константинополя в 1453 г. центром истинного христианства. «Два … Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не быти».
   В начале 50-х гг. в Москве начала свою деятельность первая типография. В 1563 г. в ней приступил к работе Иван Федоров. Он был не только издателем, но и редактором первопечатных книг. Первые его издания в Москве – книги Священного писания.
   В первой половине XVI в. в России развернулось интенсивное строительство каменных церквей и крепостей, хотя большинство строений в России, разного назначения, и в городе, и в деревне, оставались деревянными. Деревянный шатровый стиль проник и в каменное зодчество. Одним из лучших образцов этого стиля является церковь Вознесения в дворцовом селе Коломенском, построенная в 1530–1536 гг. Василий привлекал к строительству в Москве итальянских мастеров. Аристотель Фиорованти, Алевиз Новый, Петр Фрязин, Бон Фрязин строили в Москве с учетом русских традиций. Рядом с ними в Кремле и за его стенами продолжали работать русские архитекторы и строители. Так, храм Василия Блаженного строили псковские мастера Барма и Постник в 1555–1560 гг. Его правильнее называть Храмом Покрова Богоматери на Рву (ров, соединявший рр. Москву и Неглинную, был засыпан в XVIII в.), но под названием собор Василия Блаженного он и по сей день известен больше. Первоначально храм был белым. Свою яркую раскраску он получил в XVII в.
   
Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать