Назад

Купить и читать книгу за 39 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Двойник

   «– Я хочу, чтобы вы совершенно постороннему человеку такое же слепили, – коснулся ладонью своего лица. – Сумеете?
   – Двойник? – обрел наконец дар речи Виталий Алексеевич».


Владимир Гриньков Двойник

ГЛАВА 1

   Заказное интервью в газете «Агентство новостей» стоило триста долларов. Платишь деньги, и через неделю появляется публикация, поданная не как заурядная реклама, а как редакционный материал.
   – Такса прежняя? – уточнил на всякий случай Виталий Алексеевич.
   Корреспондент газеты коротко кивнул. Виталий Алексеевич выложил на стол три сотенные купюры, и они исчезли так быстро, будто их смело внезапным порывом ветра.
   – Спасибо, – сказал корреспондент.
   – Это последняя наша публикация.
   – Почему? – не сдержался гость.
   – У всякой известности есть оборотная сторона. Мой бухгалтер на днях был в налоговой инспекции, и инспектор говорит ему: как же, мол, читали про ваш Центр в газете, процветаете, я вижу. А у самой глаза такие добрые-добрые. – Виталий Алексеевич усмехнулся. – Жизнь сейчас такая – лучше лишний раз не высовываться.
   – А я, честно говоря, предполагал еще и фоторепортаж о вашем Центре подготовить, – запечалился корреспондент.
   Он не успел рассказать подробно о своих планах, потому что дверь кабинета распахнулась и вошел незнакомец – в дорогом, хорошего пошива костюме, весь какой-то ладный и гладкий, с жестким взглядом человека, знающего цену всем и вся.
   – Добрый вечер, – сказал он. – Виталий Алексеевич? – и приподнял бровь, ожидая ответа.
   Корреспондент вдруг ощутил собственную ненужность здесь и сейчас, поспешно поднялся и попятился к дверям. За дверью он обнаружил двоих крепких ребят мрачноватого вида.
   «Клиентура пожаловала», – понял корреспондент.
   Он всегда догадывался о чем-то таком, подозревая, что в Центр пластической хирургии приходят не только домохозяйки, которым хочется всего лишь немного подправить форму носа, но и более серьезные клиенты, для которых коррекция внешности зачастую – вопрос жизни и смерти.

   – Я хотел бы проконсультироваться, – сказал гость. – Прочитал о вашем Центре в газете и заинтересовался.
   Виталий Алексеевич понимающе кивнул. Хотя, как ему представлялось, посетителю во внешности попросту нечего было менять: гладкая, почти без морщин, кожа лица, правильно посаженный нос, волевой подбородок – ему бы в кино с такой внешностью сниматься. Или не для себя старается? Жена? Или любовница?
   – Мы в принципе можем все, – сказал Виталий Алексеевич. – И даже больше.
   Едва заметно усмехнулся, как делал это всегда, разговаривая с потенциальными пациентами, – люди должны считать тебя добрым волшебником, без этого нельзя. Усмехнулся и замолчал, ожидая реакции гостя.
   – Изменение внешности, – сказал посетитель. – Вот что меня интересует.
   – Изменение или то, что называется «немножко подправить»? – уточнил Виталий Алексеевич.
   – Изменение.
   Значит, о себе печется. Теперь все встало на свои места. Крутой, денег немерено, то ли с милицией поссорился, то ли с бандитами, почувствовал, что запахло жареным – и решился. Виталий Алексеевич опустил глаза, чтобы в его взгляде ничего нельзя было прочесть.
   – А вот этим мы не занимаемся, – сказал вполне доброжелательно, но твердо. – Форму носа подправить, кожу подтянуть или родинку удалить, к примеру, – это пожалуйста. А так, чтобы из человека сделать Алена Делона…
   Развел руками и улыбнулся, стараясь при этом, чтобы улыбка получилась чуточку смущенной – не хотел обидеть гостя сухим отказом.
   – А что же так? – осведомился посетитель.
   – Сложных операций не делаем. Для этого совершенно другие условия нужны.
   – Инструмент какой-то особенный?
   – И инструмент, и медикаменты.
   – Все будет, – сказал гость. – Составите список и получите в течение недели.
   Виталий Алексеевич не сразу нашелся, что ответить, поскольку вдруг обнаружил, что разговор мгновенно перетек в другое русло – речь шла уже не о консультации, а о конкретной работе.
   – Минуточку, – поднял он руки. – Давайте с самого начала. О чем мы, собственно, с вами говорим? Что требуется? Кому требуется?
   Он хотел потянуть время, потому что уже знал, что ответит гостю отказом. Этого человека он вдруг увидел насквозь – что-то темное в этой истории было, уже приходилось сталкиваться с подобным, и Виталий Алексеевич знал, что обычно в таких случаях все заканчивается большими неприятностями.
   – Мне нужен специалист, способный радикально изменить внешность человека, – сказал гость, пристально глядя на своего собеседника. – Никаких там родинок и прочей чепухи. Я знаю, что вы подобным занимаетесь. И уверен, что мы сможем договориться.
   Последняя фраза прозвучала очень веско. Таким тоном делаются предложения, от которых нельзя отказаться. Не потому, что само предложение очень уж выгодно, а потому, что невыгодно отказываться – себе же дороже выйдет. Виталий Алексеевич сделал вид, что ничего не понял. Опять смущенно улыбнулся и сказал:
   – И все-таки мы в основном по носам да по родинкам. А изменение внешности – не наш хлеб. Потому что правила здесь очень строгие…
   Сделал паузу и только потом закончил:
   – О каждом таком случае мы должны сообщать куда следует.
   Эти слова он произнес самым доброжелательным тоном, но тон никого не мог ввести в заблуждение – это было плохо скрытое предупреждение о том, что не надо бы гостю настаивать, иначе неприятности ему обеспечены. Однако гость нисколько не испугался, лишь приподнял бровь, словно решал, не ослышался ли он, потом бровь опустил и совершенно спокойно сказал:
   – Ну?
   Как будто ждал пояснений. Показывал, что никого не опасается – ни милиции, ни других компетентных органов.
   – Если вы решили поменять облик, – начал терпеливо объяснять Виталий Алексеевич.
   Но гость не дал ему закончить.
   – А почему вы решили, что речь идет обо мне? – удивился посетитель. – Мое лицо мне нравится, – едва заметно усмехнулся. – Пока, по крайней мере. Нравится настолько, что я хотел бы, чтобы еще у кого-нибудь было такое же.
   Виталий Алексеевич опешил, а гость все так же спокойно произнес:
   – Я хочу, чтобы вы совершенно постороннему человеку такое же слепили, – коснулся ладонью своего лица. – Сумеете?
   – Двойник? – обрел наконец дар речи Виталий Алексеевич.
   – Именно, – ответил гость и широко улыбнулся. – Двойник, правильно вы сказали.

ГЛАВА 2

   АТП-1206 было обычным предприятием из ряда тех, которые под шумок разговоров о приватизации разворовали едва ли не до последнего болта. Когда внезапно обнаружилось, что все, что можно было распродать, уже распродано, директор АТП для спасения ситуации решил использовать то, что еще у него оставалось, – гаражные боксы, которые за неделю оккупировали частные фирмы под мастерские и склады. Такой бокс арендовал и Сергей. Кроме бокса, ему достался и старенький «УАЗ», каким-то непостижимым образом не ушедший из автопарка на одной из многочисленных распродаж. На бортах фургона Сергей вывел по трафарету: «Изготовление и установка бронированных дверей. Выезжаем по первому звонку». Сам Сергей дверей не делал, наняв для этой цели слоняющихся без дела «атэпэшников», – его заботой была клиентура, а вот с клиентурой как раз получалось не очень, и концы с концами едва удавалось сводить. От выручки минусовалась стоимость аренды, зарплата рабочим, налоги, стоимость материалов, накладные расходы и то, без чего ни один порядочный бизнесмен не может обойтись, – взятки. В итоге оставался тот минимум, который был сравним с обычной зарплатой наемного работника. Сергей не отчаивался и дела своего не бросал – понимал, что найти работу сейчас просто невозможно и малый заработок – это не трагедия. Трагедия – полное отсутствие заработка.
   – Ты зайди, – сказал Сергею начальник АТП, проходя мимо.
   Начальник при этом был так хмур, что Сергей вмиг поскучнел – ему были знакомы подобные ситуации, когда разговоры с хмурым начальником заканчивались новой взяткой, целомудренно именуемой «увеличением размера арендной платы». На эту «арендную плату» начальник, по слухам, уже отстроил за городом особняк и купил иномарку. Теперь, наверное, ему предстояли новые крупные траты.
   – Денег хочет? – вполголоса спросил у Сергея напарник.
   – Угадай с трех раз, – огрызнулся Сергей.
   Он как раз собирался купить для «УАЗа» новую резину взамен изношенной – теперь, судя по всему, покупку придется отложить.
   Начальник АТП был в своем кабинете. С места не поднялся и даже не посмотрел на вошедшего Сергея.
   – У нас с тобой срок аренды истекает, – сообщил, даже не предложив сесть.
   – Истекает, – подтвердил Сергей. – Но мы готовы продлить аренду.
   – А продления не будет, – сказал начальник и только теперь поднял глаза.
   В его взгляде угадывалось ленивое любопытство – как, мол, поведешь себя в этой ситуации, приятель? А Сергей опешил и даже не мог этого скрыть. Его маленький, едва дышащий бизнес был так слаб, что мог умереть в любой момент. И вот это случилось.
   – Как же так? – сказал Сергей.
   Начальник пожал плечами, давая понять, что ничего объяснять не собирается. Потом все-таки снизошел.
   – Нам нужны площади. Расширяем собственное производство.
   Это даже не ложь была, а издевка. Потому что едва ли не каждый здесь знал, что на территории АТП пустующих площадей видимо-невидимо.
   – Дело в деньгах? – спросил Сергей. – Надо добавить за аренду? Мы добавим.
   «Мы добавим» – это за счет его, Сергея, зарплаты. Ему будет оставаться только на хлеб и сигареты, но это еще ничего – лишь бы дело сохранить, а там, глядишь, и наладится.
   – Мне деньги не нужны, – сказал начальник. – Мне нужны площади.
   И придвинул к себе какие-то бумаги, демонстрируя занятость и желание закончить неприятный разговор.
   Сергей вышел из кабинета. У бокса его поджидал напарник.
   – Много просит? – понимающе сказал напарник, увидев лицо Сергея.
   – Нет, все гораздо хуже.
   – Очень много просит? – сделал упор на слово «очень» напарник.
   – Еще хуже.
   – Что же может быть хуже?
   – Нас только что ненавязчиво выкинули отсюда.
   Для них обоих это означало крах всего. Напарник даже изменился в лице.
   – И что теперь? – растерянно поинтересовался он.
   – А теперь – вещички собираем, – ответил Сергей, отчего-то раздражаясь. – У нас по договору еще несколько дней – как раз успеем.
   Прошел в бокс, где двое рабочих резали металлический лист. Летели искры. По боксу плыл запах перегретого металла. Сергей злым движением выключил рубильник и, когда рабочие удивленно обернулись, сказал:
   – Последний заказ, ребята! Мы закрываемся!
   Рабочие переглянулись, но особенной печали на их лицах Сергей не обнаружил. Это было удивительно – в АТП зарплату не платили четыре последних месяца, и те деньги, которые эти люди получали от Сергея, были для них единственным источником поступления дензнаков.
   – А ты о них не пекись, – посоветовал Сергею напарник. – Они не пропадут. То-то здесь все последние дни начальник терся – я только теперь понял, что к чему.
   Рабочие демонстративно заскучали. Тогда и Сергей все понял.
   – Сволочь! – сказал в сердцах.
   Никакие площади начальнику не нужны. Просто он хочет от Сергея избавиться, конкурент ему не нужен. Присмотрелся к тому, как дело налажено, и решил все подмять под себя. Сергея – вон, а у самого остается мастерская, рабочие и прикормленные уже клиенты.
   – Сволочь! – повторил Сергей. – Да я его…
   – Брось, – посоветовал напарник. – Тут уже ничего не сделаешь.
   – Сам, крыса, ничего делать не может, автопарк распродать – это пожалуйста, а что-то придумать и раскрутить – полный ноль. Зато пришли ребята, организовали мало-мальски прибыльное дело – он тут как тут.
   Рабочие, чтобы не быть свидетелями такого богохульства, исчезли.
   – Они уже не с нами, – определил напарник. – Все верно: технологию знают, клиентов знают – мы им больше ни к чему.
   Сергей вздохнул.
   – Я понимаю, что время такое, что тяжело, – сказал он. – Но почему не получается нормально работать и зарабатывать? Мне же не нужно много, я не хочу за месяц скопить на «Порш».
   – Не расстраивайся.
   – Почему, когда хорошее – так кому-то, а как в рыло – так обязательно мне?
   Жизнь не прошла, конечно, но складывалось впечатление, будто неприятности встали в очередь, и едва успеешь разобраться с одной, как следующая уже на подходе – и не видно просвета.
   Сергей вышел из бокса и пошел к проходной, ссутулив плечи. Напарник хотел его нагнать, но отчего-то передумал.

ГЛАВА 3

   На город спустились сумерки. Два бесконечных ряда машин неспешно ползли по дороге, подслеповато разглядывая друг друга глазами-фарами. Сергей стоял на тротуаре у светофора и не мог решить, куда ему пойти – дома его никто не ждал, до родителей добираться надо было через весь город, а куда-то пойти он не мог из-за сквознячка, гулявшего в его карманах, – последние деньги он потратил еще накануне. Чтобы в очередной раз убедиться в этом, он обшарил карманы и обнаружил пару жетонов метро. Получалось, что путь у него сегодня – к родителям.
   Дома была одна мать.
   – Ну вот! – обрадовалась она. – В кои-то веки! А я борщ сварила.
   – Я есть не хочу.
   – Не ври!
   – Не хочу.
   – Не ври!
   – Хочу.
   – То-то же, – сказала мать. – Я же тебя насквозь вижу. Садись к столу. У тебя неприятности?
   – Нет, все нормально.
   – Не ври!
   Сергей невесело засмеялся.
   – Меня сегодня вышвырнули на улицу, ма.
   – Кто? – изумилась мать. – Ты же сам себе хозяин.
   – У нас над каждым хозяином стоит еще по десять хозяев, над которыми, в свою очередь, стоят другие хозяева, и так до бесконечности.
   – И что теперь?
   – Все заново надо начинать. Искать помещение под мастерскую, нанимать людей, клиентуру подбирать.
   – И ждать, пока твою лавочку не прихлопнут вновь?
   – А что сделаешь? Сидеть сложа руки? Смысла нет.
   – Найди работу.
   – Где? Официальная безработица – пять процентов, неофициальная – пятьдесят пять. Капиталистические джунгли, ма, человек человеку друг, товарищ и волк.
   – Ну можно что-либо поискать. Через знакомых, через родственников.
   – Через кого, ма? Может, через дядю Виталика?
   Мать замахала руками, будто при ней помянули нечистую силу.
   – Ты мне не говори о нем! – осерчала она. – Знаешь ведь…
   – Все-таки дядя мне.
   – Сергей!
   – Ну хорошо.
   – Ты вот через знакомых бы своих поискал. Может, кто на хорошей должности. Или фирму свою открыл.
   – Есть такие, – вспомнил Сергей. – Почему бы не попробовать для начала, в самом деле.
   Он даже демонстративно повеселел, обнаружив, что мать расстроилась из-за его неурядиц, и надо бы показать ей, что ничего страшного не произошло. Обмануть ее все-таки не удалось, и поздним вечером, уходя, Сергей клял себя за этот визит – зачем нести свои беды родителям? Им от этого одно расстройство.
   Утром следующего дня Сергей отправился к Коле Сибирцеву – когда-то учились вместе, за последнее время случайно встретились несколько раз, и Сибирцев выглядел неплохо – дорогая одежда, сотовый телефон, «Мерседес». Буржуй буржуем. У Сибирцева было какое-то свое дело, и, судя по всему, шло это дело у него неплохо, хотя об успехах Коля не распространялся. Подарил в одну из встреч визитку – роскошную, тисненную золотом. Сибирцев, судя по визитке, был президентом фирмы. Это давало надежду.
   Фирма Сибирцева располагалась на первом этаже старенького особняка в самом центре города, и на входной двери даже не было таблички, так что Сергей не сразу попал туда, куда ему было нужно. Дверь после долгих расспросов ему открыл мрачноватого вида парень в камуфляже, он же проводил Сергея до кабинета президента. Сибирцев был один. Сидел за огромным, размером с бильярдный, столом и откровенно скучал. При этом стол был пуст, если не считать ряда порожних бутылок из-под пива. Сергею жизнь президента фирмы всегда представлялась несколько иначе.
   – Хорошая у тебя работа, – заметил он. – Я тоже так хочу.
   – Это не проблема. Присаживайся, пивка налью. Я тут страдаю. Вчера был жуткий гудеж, и я теперь часов на двадцать выключился из активной жизни. Ты-то как?
   – Почти нормально.
   – «Почти нормально» – так не бывает.
   – Работу ищу.
   – А мастерская твоя как же?
   – Съели.
   – Обычное дело, – проявил осведомленность Сибирцев и плеснул пиво в стакан.
   – У тебя как с этим?
   – С чем? – не понял Коля.
   – С работой.
   – У меня тип-топ.
   – Я знаю, что у тебя тип-топ. А для меня есть работа?
   – Прости, я не понял сначала, – засмеялся Коля. – Говорю же – совсем отключился, – оборвал смех. – Но работы для тебя нет, Серега.
   – Может, хоть что-то по мелочи. Поехать там, договориться. Или товар получить.
   – А мы товар не получаем.
   – Совсем?
   – Совсем, – сказал Коля и пьяно усмехнулся. – Знаешь цепочку «деньги – товар – деньги»? Так вот у нас составляющая под названием «товар» отсутствует.
   – А так бывает?
   – Еще как! – засмеялся Сибирцев. – Получаешь на счет безналичные деньги, людям отдаешь наличные, оставляя себе процент, – вот и весь бизнес.
   Да, в таком деле много людей не надо. Да Сергей ничего в этом и не понимал.
   – Жаль, – сказал он со вздохом.
   Помолчали.
   – Может, у знакомых твоих есть вакансии? – спросил Сергей после паузы.
   – Серега! – с чувством сказал Сибирцев. – Где места более-менее нормальные, там очередь стоит, причем из родственников и знакомых, а место ночного сторожа тебя вряд ли устроит, я думаю.
   – Так может сложиться, что еще и устроит.
   – Вот тогда и приходи, – сказал Коля. – Выгоним какую-нибудь бабку, тебя на ее место поставим.
   Но тут он спохватился, поняв, что шутит очень нехорошо, обошел стол и похлопал Сергея по плечу.
   – Да не вешай ты нос! – посоветовал.
   А советы эти были Сергею до лампочки. Оставалось только откланяться.
   За неделю он не нашел ничего. Предлагали какую-то работу, но зарплату называли такую, что лучше дома сидеть – хотя бы на общественном транспорте сэкономишь.
   В один из вечеров к Сергею приехал дядя. Вошел в квартиру, излучая покой и респектабельность, поинтересовался:
   – Ты один?
   – Один.
   – Вот и хорошо. Поговорить с тобой хотел.
   А сам внимательно всматривался в лицо племянника, будто хотел рассмотреть что-то невидимое.
   – О чем поговорить, Виталий Алексеевич?
   – О тебе. Есть возможность заработать деньги, – дядя подумал и поправился: – Большие деньги. Как у тебя сейчас с деньгами?
   – Плохо.
   – Плохо – это хорошо, – скаламбурил дядя. – Ничего, через пару месяцев ты узнаешь, что значит быть по-настоящему богатым.

ГЛАВА 4

   Все случилось именно так, как Виталий Алексеевич и предполагал. Когда он посвятил Сергея в свои планы – тот потерял дар речи. Конечно, понимал, что дядя не шутит, но и поверить в реальность происходящего еще не мог.
   – Пустячное дело, – на всякий случай сказал Виталий Алексеевич. – А деньги получаем большие.
   Выразительно посмотрел на племянника – соглашайся, мол, лови за хвост птицу удачи, не каждому в жизни так фартит.
   – Это невозможно, – пробормотал Сергей.
   Дядя прекрасно его понял, но сделал вид, что не уловил истинный смысл сказанного. Пожал плечами и произнес с беспечным видом:
   – Ну почему же невозможно? Плохо ты меня знаешь. Я тебе такое лицо вылеплю – не отличить от прототипа.
   – Я не о том, – поморщился Сергей. – Это же какая-то жуткая история. Криминал.
   – А криминала как раз и нет. Человеку нужен двойник. Ну вот хочет он так – имеет право? И ты, предположим, готов этим самым двойником стать – тоже имеешь право. Ведь так? Твое лицо – твоя собственность. Что хочешь, то с ним и делаешь. Ну и где же здесь криминал?
   – А разве вы не чувствуете?
   Виталий Алексеевич вздохнул.
   – Сережа, иногда на какие-то несуразности надо уметь закрывать глаза. Особенно если тебе за это платят большие деньги. Ты что, думаешь, я ничего не понимаю? Он же хочет исчезнуть! Кого-то оставить в дураках! Но мне что за забота? Компаньона ли он подставляет или деньги кредитору не хочет отдавать – ну и что? Это его личные проблемы. Я сделаю ему операцию – мы уже с ним договорились, – и у него будет совершенно новое лицо. Но эти недели, пока он будет приходить в себя, кто-то должен вместо него покрутиться в городе, чтобы никто до поры не догадался, что он исчез. И двойником я предлагаю побыть тебе, – дядя придвинулся к племяннику, заглядывая Сергею в глаза. – Пятьдесят тысяч долларов, Сергей! Давай возьмем эти деньги и поделим! Не будем отдавать на сторону. Если твоя физиономия тебе так уж дорога, после всего я снова сделаю тебя прежним – но не выпускай из рук этих денег!
   – Так ведь грохнут! – не выдержал Сергей. – Вы разве не понимаете?
   Виталий Алексеевич покачал головой.
   – Нет, не грохнут. Я уже все продумал. Он же у меня в клинике будет лежать. Я буду и операцию проводить, и наблюдать за ходом выздоровления – все под контролем. И когда наш клиент будет готов покинуть клинику и начать новую жизнь – ты исчезнешь. Я дам тебе знать, и ты заляжешь на дно. Уедешь в другой город, имея кучу денег. Тебе есть что терять в этом городе?
   – Нет, – сказал Сергей.
   – То-то и оно. Иногда надо уметь менять жизнь – круто, одним махом. Кто этого не умеет, тот всю жизнь не живет, а мучается.
   Виталий Алексеевич говорил очень уверенно. Так уверенно говорят только те, кто действительно имеет на это право, кто благополучен и уже чего-то добился в жизни.
   – Я мог бы подыскать на роль двойника другого человека, но не хочу этого делать. Во-первых, есть желание помочь тебе, во-вторых, лучше бы все решить по-родственному, чтобы все было шито-крыто.
   Повисла долгая пауза. Сергей не мог сказать ни «да», ни «нет».
   – Ты подумай, – сказал наконец дядя. – До завтрашнего утра. Одна только просьба – никому ничего не говори, ни друзьям, ни родителям.
   А вот еще родители, вспомнилось Сергею. С ними-то как же?
   – Ничего им не говори! – жестко повторил Виталий Алексеевич. – Это не твоя тайна и не моя тайна. Так что держи язык за зубами. Потом, когда все закончится, сможешь своим все объяснить. – Дядя поднялся, показывая, что разговор закончен.
   Сергей проводил гостя до двери.
   – Думай! – наставительно сказал Виталий Алексеевич.
   Ночью не было сна. Сергей даже не пытался ложиться, сидел у окна, бездумно вглядываясь в темень ночи. Утром, едва забрезжил рассвет, он встрепенулся. Набрал номер телефона Виталия Алексеевича и, когда дядя ответил, сказал:
   – Но только чтобы потом вы сделали меня прежним!
   Пауза и после нее – короткий вопрос:
   – Значит, согласен?
   – Согласен, – ответил Сергей.
   Когда солнце поднялось над крышами домов, Сергею уже не казалось, что происходит что-то чрезвычайное. Жизнь сложна, и каждый зарабатывает деньги так, как умеет. Ведь он по-разному пробовал, и ничего не получалось. Еще пара-тройка неудач, и он опустит руки. Сломаться легко, но потом уже никогда не подняться. А сейчас у него появился шанс. Если все сделать с умом, можно будет все начать сначала.

ГЛАВА 5

   Смотрины были назначены на воскресенье. В шесть вечера Виталий Алексеевич заехал за племянником, и они вдвоем отправились в «Лукоморье» – загородный ресторан, где им была назначена встреча. Вся площадка перед рестораном была заставлена дорогими иномарками, и Виталий Алексеевич, паркуя свой потрепанный «жигуленок», почувствовал себя здесь чужаком, но вида не подал. Вышли из машины. Охранник в черном исподлобья наблюдал за ними. Точно – чужаки.
   – Он сказал, что нас будут ждать, – произнес Виталий Алексеевич будто бы даже с обидой, но долго обижаться ему не пришлось – из-за их спин вынырнул парень и вопросительно произнес:
   – Виталий Алексеевич?
   Парень провел дядю и племянника мимо охранника в черном, и они оказались в большом полутемном зале, который освещался лишь неяркими люстрами, свисающими над столиками. Людей было не очень много, и вели все себя довольно чинно, Виталию Алексеевичу ресторанные посиделки «новых русских» обычно представлялись несколько иначе, но подумать об этом он не успел, потому что через зал они уже прошли и оказались в безлюдном коридоре со множеством дверей. Одну из этих дверей провожатый толкнул, и их взорам открылся небольшой, но уютный ресторанный кабинет, в котором за накрытым столом сидел человек. Он как раз выпил водочки и теперь закусывал по русскому обычаю соленым огурчиком, и никакие гости не могли этому помешать. Только дожевав огурец, человек промокнул салфеткой уголки рта и негромко сказал:
   – Добрый вечер, – голос его сейчас был мягок и тих. – Будем знакомы. Александр Аркадьевич.
   И первому руку протянул Сергею, всматриваясь в лицо гостя с неприкрытым интересом. Виталий Алексеевич, наблюдая за происходящим со стороны, обнаружил, что этот человек сегодня выглядит не так, как обычно, – какая-то в нем была расслабленность, как будто здесь, в загородном ресторане, он только и мог чувствовать себя спокойно.
   – Потрапезничаем, – предложил Александр Аркадьевич.
   Он придвинул Сергею стул, и так получилось, что тот теперь должен был сидеть как раз напротив Александра Аркадьевича. От этого Сергей чувствовал себя не очень уютно – слишком назойливо-внимательным был взгляд собеседника.
   – Чем по жизни занимаемся? – спросил Александр Аркадьевич, на правах хозяина наполняя стопки.
   Сергей взглянул на дядю. Тот ответил племяннику выразительным взглядом. У них все было заранее обговорено. Оставалось лишь аккуратно разыграть расписанную загодя партию.
   – Мастерскую держу, – сказал Сергей.
   – Пошивочную?
   – Изготовление и установка дверей.
   – Ты там хозяином?
   – Да.
   – Хлопотное дело, – покачал головой Александр Аркадьевич. – Все время приходится быть на месте. Не отлучишься никуда.
   – Я там сейчас и не бываю. Мы новое помещение подыскиваем.
   Виталий Алексеевич взглядом дал понять племяннику, что тот правильно выстраивает разговор. Боссу нужен человек, который не на виду и может исчезнуть на время, не вызвав по этому поводу ничьей тревоги. Но чтоб и не бомж был, не шалопай какой-нибудь – тоже важно.
   – А где до сих пор твоя мастерская располагалась?
   – На территории АТП. Это то, что возле рынка. Знаете?
   Александр Аркадьевич ничего не ответил. Долго смотрел Сергею в глаза, потом усмехнулся – едва заметно.
   – Тебе уже сказали, что мне нужно?
   – Да.
   – Ну и как тебе это предложеньице?
   Сергей в ответ неопределенно пожал плечами.
   – Тут вся штука в том, что, дав согласие, отказаться будет уже нельзя.
   – Я не собираюсь отказываться.
   – Это я так, на всякий случай сказал.
   Что-то мелькнуло в глазах у босса, что-то такое нехорошее, отчего у Сергея даже сжалось сердце, но все продолжалось лишь одно недолгое мгновение – и когда Александр Аркадьевич вновь заговорил, голос у него был совершенно будничный.
   – Все не так сложно, поверь. Единственное, что от тебя будет требоваться, – посветить лицом пару недель. Из дома в офис, из офиса домой. Круг общения очень узок, я тебя проинструктирую – здесь неожиданностей быть не должно.
   – А ваши сотрудники?
   – Среднее звено, всех замов, я разгоню по отпускам да командировкам, а с рядовыми тебе и не придется общаться. Один только главбух останется, ну да мы и с ним как-нибудь все решим.
   – Он в курсе?
   – Нет, конечно. В курсе только ты да еще вот Виталий Алексеевич.
   И опять у Сергея сжалось сердце. На этот раз босс, кажется, заметил. Спросил:
   – Боишься?
   – А чего мне бояться? – пожал плечами Сергей, стараясь придать беззаботности голосу.
   – Его можно понять, – с мягкой улыбкой сказал Виталий Алексеевич. – Не каждый день и не с каждым такое бывает.
   Пришел на выручку племяннику.
   Трапеза продолжалась. Александр Аркадьевич перевел разговор на другое. Обсудили финал последнего европейского чемпионата по футболу, вскользь коснулись обстоятельств недавнего нашумевшего в городе преступления и даже о погоде поговорили. Виталий Алексеевич в беседе почти не участвовал, грызя куриную ножку, и с затаенной тревогой следил за происходящим. Ему казалось, что он раскрыл подоплеку происходящего – все еще смотрины. Разговор вроде бы ни о чем, а на самом деле – прощупывание. И никак Виталий Алексеевич не мог понять, приглянулся ли Сергей боссу. Поначалу эта мысль – приглянулся или не приглянулся – не очень-то занимала Виталия Алексеевича, он был спокоен, потому что знал – если не Сергей, то кто-то другой, и какая в конце концов разница. Нужен человек – будет человек, и в любом случае без Виталия Алексеевича не обойдутся, без него нельзя, ничего не получится, но вдруг перед ним встал неожиданный вопрос: что будет с тем, неприглянувшимся? Если Сергей не подойдет – с ним-то что? Человек посвященный, но неучаствующий – он-то боссу зачем? Вот тогда Виталий Алексеевич и почувствовал тревогу. Исподлобья поглядывал на расслабленно трапезничающего Александра Аркадьевича и пытался понять, что у того на уме.
   Досидели до позднего вечера. Уже в двенадцатом часу Александр Аркадьевич шумно вздохнул и сказал:
   – Ну что? Разъезжаемся?
   И все еще было непонятно, что он решил в отношении Сергея. Виталий Алексеевич хотел спросить, но не смел. Смотрел боссу в глаза, пытаясь в них прочесть ответ-приговор.
   – Когда вы готовы приступить? – поинтересовался босс.
   – Значит, Сергей подходит? – вырвалось у Виталия Алексеевича.
   – Вполне.
   Виталий Алексеевич испытал такое облегчение, словно сбросил с себя неподъемную ношу.
   – Хоть с завтрашнего дня можем работать, – сказал он.
   Босс удовлетворенно кивнул. Дядя с племянником попрощались и вышли из кабинета. В полутемном коридоре, сразу за дверью, обнаружились трое скучающих парней. Виталий Алексеевич и Сергей прошли мимо них, и, только оказавшись на улице, Сергей сказал, оглянувшись на темнеющее за спиной здание ресторана:
   – А если бы я ему не понравился – как бы он себя повел, интересно?
   Значит, с дядей они думали об одном и том же.
   – Никак не повел бы, – сказал Виталий Алексеевич. – Распрощались бы и ушли.
   Лгал. Неспроста те трое топтались в коридоре.

ГЛАВА 6

   – Как мать? – спросил Виталий Алексеевич.
   – Ничего. Звонил ей сегодня утром, – ответил Сергей. – Сказал, что сижу на Урале.
   – Урал – это хорошо, – одобрил дядя. – И дальше ей то же рассказывай. Командировка, мол, затягивается, еще месяц, не меньше, придется отсутствовать.
   На самом деле «Урал» Сергея находился в его родном городе, в получасе езды от родительского дома. В дядиной клинике Сергею отвели отдельную палату, и никто, кроме самого Виталия Алексеевича, не мог сюда войти.
   – Ты готов? – неожиданно спросил дядя.
   – К чему? – севшим голосом спросил Сергей, хотя понял, о чем идет речь.
   Его лицо все еще было в бинтах, и он до сих пор не видел себя нового, ни разу после операции дядя не позволил ему воспользоваться зеркалом, и вот сегодня повязки снимут окончательно.
   – Тебе пора познакомиться с одним человеком, – засмеялся Виталий Алексеевич.
   Смех у него был ободряющий.
   – Все прошло великолепно, Сережа. Тебе надо будет только привыкнуть к своему новому облику.
   Об этом они говорили все последние дни, Виталий Алексеевич готовил племянника к восприятию новой реальности, и все равно Сергей волновался.
   Сняли повязки. Виталий Алексеевич поднес зеркало.
   – Черт побери! – вырвалось у Сергея.
   Он испытал настоящее потрясение, увидев отражение в зеркале. Даже отшатнулся в первый миг. Это был не он. Александр Аркадьевич – собственной персоной. Только лицо у Александра Аркадьевича сейчас было не холодно-надменным, как обычно, а растерянным.
   – Ну-ну, – ободряюще произнес дядя. – Все великолепно, ты уж мне поверь.
   Сергей шумно вздохнул. И человек в зеркале сделал то же самое. Сергей отвернулся.
   – Не хочу смотреть! – сказал он.
   Дядя с готовностью убрал зеркало.
   – Великолепно! – сказал он. – Еще несколько дней, и ты сможешь появиться на людях.
   Сергей промолчал. Сейчас он совсем не был уверен, что поступил правильно, согласившись на смену облика. Как будто вместе с лицом он потерял самого себя. Это было тяжело, почти невыносимо. И это было только начало. Все главное поджидало его впереди. Он должен будет забыть свое имя, свои привычки – забыть все. И ему уже не казалось, что все это стоит тех денег, которые ему обещали заплатить.
   – Я привезу сюда босса, – сказал Виталий Алексеевич. – Он явно нетерпения не демонстрирует, но уже дважды звонил.
   Склонился к племяннику и добавил, будто угадав его настроение:
   – Все это продлится очень недолго, Сережа. Надо перетерпеть, сцепив зубы.
   Александр Аркадьевич приехал вечером того же дня. Войдя в палату к Сергею, долго стоял молча, разглядывая своего двойника. Два человека, абсолютно одинаковых лицом, смотрели друг на друга, и наблюдавший за этим со стороны Виталий Алексеевич вдруг поймал себя на мысли, что во всем происходящем есть что-то от потустороннего. Так не бывает в жизни, это даже не фарс…
   – Хорошо, – сказал босс. – Я и не думал, что выгляжу так неплохо.
   Даже позволил себе нешироко улыбнуться.
   – Жалко будет расставаться с таким хорошим лицом, – и опять улыбнулся. – К тому же я к нему привык.
   – Обещаю, что новое будет не хуже, – сказал Виталий Алексеевич.
   Он уже видел фотографию человека, на которого хотел бы походить его клиент. Это был снимок из какого-то иллюстрированного журнала. Повозиться, конечно, придется, но ничего невозможного нет.
   – Вы готовы? – спросил Виталий Алексеевич.
   – Вполне. Впереди выходные, затем праздники – хорошо бы подгадать операцию к этому времени.
   Босс посмотрел на своего двойника.
   – А вы готовьтесь к новой жизни, уважаемый. Я тут привез кое-что, – положил на стул нетолстую тетрадь. – Надо почитать эти записи. Это та информация, которую необходимо усвоить.

ГЛАВА 7

   Новую прическу Сергею делал специально доставленный в клинику парикмахер. Образцом служила фотография босса. Больше всего пришлось провозиться с покраской волос – долго не удавалось добиться нужного оттенка. Зато когда все было позади да Сергей облачился в переданную ему одежду босса – он и сам стал настоящим боссом. Большого зеркала в палате не было, и самого себя Сергей видеть не мог, но Виталий Алексеевич, увидев преобразившегося племянника, только и сказал:
   – Черт возьми, я и сам до поры не верил, что такое возможно.
   Сергей, расправив плечи, с независимым видом прошелся по палате.
   – Я начинаю трепетать, – признался дядя. – У меня такое чувство, что ты – это не ты.
   Александр Аркадьевич, которому уже сделали операцию, находился в палате на том же этаже, что и Сергей. Когда Сергей вошел в палату, босс изумленно воззрился на него, после чего рассмеялся.
   – Вот этого типа, – показал он на Сергея, – я до недавних пор ежедневно видел, глядя в зеркало.
   Это можно было расценить как похвалу. Босс обошел Сергея кругом, разглядывая оценивающим взглядом, потом встал лицом к лицу, спросил:
   – Как ощущения?
   – Даже не могу объяснить. Непростое, оказывается, дело – стать другим, – не стал кривить душой Сергей.
   – Это точно, – подтвердил Александр Аркадьевич.
   Он, наверное, испытывал нечто похожее. Родственные души. Могли легко понять чувства друг друга в эти минуты.
   – Сколько нам еще предстоит здесь пробыть? – спросил у доктора Александр Аркадьевич.
   – Сергей может выйти на люди хоть сейчас, а вам я бы посоветовал воздержаться от контактов с посторонними еще хотя бы пару недель.
   – Пару недель, – сказал босс, как будто подвел черту. – И не больше.
   Через два дня Александр Аркадьевич устроил Сергею экскурсию. Им предстояло проехать по маршрутам, которые Сергею следовало запомнить. Из записей босса Сергей знал, что фирма, «хозяином» которой он становился на ближайшие две недели, включает в себя турагентство, три магазина, ресторан, пару кафе, столярный цех и сеть автозаправочных станций. Каждое из подразделений функционировало самостоятельно и обходилось без дополнительного управления со стороны, так что Сергею не было надобности ни во что вмешиваться, но знать, чему он «хозяин», ему следовало, чтобы исключить любые случайности.
   Сам Александр Аркадьевич сел за руль серебристого «Ауди», а Сергею досталось место на заднем сиденье, где от любопытных взглядов его надежно укрывали тонированные стекла.
   – Моих точек по городу немало, – рассказывал босс, трогая машину с места. – Все их я тебе покажу, но это так, на всякий случай. Лезть тебе ни во что не придется. Если какие-то проблемы на местах возникают, люди стараются все решить самостоятельно, я их хорошо натаскал. И уж только если ЧП какое – они позвонят в офис. Не тушуйся, говори, что сейчас ты занят и перезвонишь им позже. Сразу же связывайся со мной – я все проблемы улажу. Старайся ни с кем из моих людей не встречаться. Меньше контактов – меньше риска, – притормозил у обочины. – Вот мое кафе. Тихое место, никогда ничего не случается. Заведующего зовут Алик. Это запомни, а больше тебе ничего и не надо знать, – тронул машину с места. – И даже по телефону когда будешь с людьми общаться, старайся говорить односложно: «да», «нет». Дядька твой тебе голос таблетками хоть и посадил, и вроде как ты у нас теперь вечно простуженный и хрипишь, а все-таки хрипом главного не спрячешь – ну не научишься ты так выстраивать фразы, как я обычно говорю. Тут есть риск, конечно. Так что никаких дискуссий.
   Проехали перекресток. Молоденький гаишник что-то сердито втолковывал нарушителю.
   – Перед ментами не лебези, – сказал босс. – Обычно мою машину не останавливают, но если такое случится – из салона не выходи. И разговаривай с ними уверенно и немного пренебрежительно. Иначе тебя в два счета раскусят, – усмехнулся. – С людьми вообще построже. В офис заходишь – должен так на всех смотреть, чтобы они в предобморочном состоянии пребывали. Я с ними всегда так. Здороваются – ты только киваешь в ответ.
   – А если кто-нибудь меня о чем-то спросит?
   – Это исключено, – покачал головой босс. – У нас там субординация, так что никто не посмеет. Единственный человек, кто будет с тобой общаться, – мой главбух. Без этого, к сожалению, не обойтись. Не тушуйся. Он старый, слепой и глухой. И общения-то с ним будет – он зайдет в кабинет, занесет бумаги, ты посмотришь и скажешь… Даже не надо ничего говорить – кивнешь молча, этого достаточно.
   – И нигде расписываться не надо?
   – Нигде. У главбуха целая пачка незаполненных платежек с моей подписью. Он их заполняет, приносит в кабинет. Ты кивнул – значит, все нормально, он может платежку в банк отнести.
   – А если что-то там не в порядке?
   – Так не бывает. Главбух у меня тертый, все делает на пять с плюсом.
   Получалось, что от Сергея действительно ничего не требовалось – одно лишь его присутствие.
   – Ничего в общем-то сложного, – сказал Александр Аркадьевич, словно прочитал мысли своего спутника. – Только уверенность в себе, больше ничего не надо.
   Они объехали одну за другой все точки, но нигде даже не вышли из машины. И комментарии, которые давал босс, были очень краткими.
   – Все, – наконец сказал Александр Аркадьевич. – Больше тебе смотреть нечего.
   И Сергею вдруг представилось, что для него лишь едва-едва приоткрыли занавес. Он даже не почувствовал это, а угадал. Было еще много другого, чего ему не позволили узнать. Он думал об этом все время, пока ехал с боссом в машине. И вдруг машина остановилась. Сергей взглянул в окно и увидел знакомый дом – здесь жили его родители. Он очень удивился и обернулся к своему спутнику, а тот начал рассказывать о его, Сергея, родителях. Кто они и что они. Какие у них привычки. Где бывают и что делают. Он знал все, что знал сам Сергей. Это было неожиданно. И очень неприятно. Почти страшно.
   – Вы хотите меня запугать? – спросил наконец Сергей.
   – Не запугать, – поправил его босс. – Предостеречь. Это разные вещи.
   Но оба они понимали, что речь идет об одном и том же.
   – Это излишне, – с хмурым видом сказал Сергей. – Едем!
   На дом, в котором жили родители, он старался даже не смотреть.

ГЛАВА 8

   Александр Аркадьевич остановил машину в безлюдном переулке.
   – Ты машину водишь?
   – Да, – ответил Сергей. – «УАЗ». Мы на нем двери развозили.
   – Двери! – усмехнулся босс. – Ладно, за руль садись, посмотрим.
   Здесь была автоматическая коробка передач. Сергей никогда не сталкивался с подобным. Босс за пару минут все ему объяснил. Говорил он при этом сухо и несколько пренебрежительно. Так разговаривают с теми, кому приходится втолковывать очевидное. Сергей выслушивал пояснения, чувствуя некоторую неловкость – как ребенок в присутствии взрослых. Но машину с места он тронул нормально, и дальше особых проблем тоже не возникло. Босс молча следил за происходящим и ни во что не вмешивался.
   Покрутились по городу, после чего Александр Аркадьевич стал подсказывать, где повернуть, а где ехать прямо, направляя Сергея к одной ему известной цели. Въехали в центр, в тихом переулке остановились перед коваными воротами, за которыми высился двухэтажный старинный особняк. Сергей иногда проезжал по переулку и особняк видел, но всегда думал, что или учреждение какое-то здесь, или новомодная фирма из тех, о которых никогда не поймешь, чем занимаются и на чем зарабатывают деньги. Босс нажал одну из кнопок на крохотном брелоке, и ворота сами собой распахнулись. Площадка перед особняком была не очень большая – розоватая фигурная плитка покрывала зажатый стенами пятачок, который заканчивался небольшим ответвлением, огибающим дом – за углом виднелись широкие ворота гаража.
   – Приехали, – сказал босс. – Вот ты и дома.
   Он, оказывается, здесь жил. Сергей посмотрел на особняк совсем другими глазами. Он прежде слышал о том, что кому-то живется вольготно, но сегодня у него появился впервые шанс узнать, как это бывает на самом деле.
   Вошли в дом и оказались в огромном зале. Паркет, много зеркал и позолоты, канделябры со свечами, мраморная лестница, покрытая ярко-красной ковровой дорожкой, ведет наверх, где на площадке белоснежный амур игриво разглядывает стоящих у подножия лестницы людей. Сергей видел такое в фильмах. Гости съезжаются на бал. Граф и графиня встречают гостей. Много золотых эполет, шуршат белоснежные платья дам.
   – Жить будешь наверху, – вернул Сергея к действительности Александр Аркадьевич.
   И опять у него что-то такое прорвалось в интонации – высокомерие, как показалось Сергею.
   Поднялись на второй этаж. Здесь был такой же большой зал, как и внизу, но интерьер дополнялся колоннами. В зале долго не задержались. Миновав его, прошли по коридору, Александр Аркадьевич распахнул одну из дверей, и взору Сергея открылась длинная анфилада комнат. Вот здесь все было по-другому. Ни позолоты, ни зеркал, ни свечей. Все современно и очень стильно. Как будто чудесным образом к старинному особняку пристроили крыло, оформив его так, чтобы и через тридцать лет не думать о смене дизайна. Мягкий свет струился из-за матового стекла потолков. Мебель была не вычурна, но необычна. В воздухе был разлит аромат, едва уловимый и очень свежий, и казалось, что находишься не в замкнутом пространстве, а в горах – так привольно дышалось.
   Александр Аркадьевич повел Сергея через комнаты, на ходу давая пояснения:
   – Кабинет, здесь тебе делать нечего. Вот комната, в которой я иногда сижу с друзьями. Тебе встречаться ни с кем не придется, но телевизор почему бы не посмотреть.
   У телевизора была едва ли не метровая диагональ. Сергей только успел оценить это обстоятельство, а его уже увлекли дальше.
   – Здесь мини-бар. Ты как насчет спиртного, кстати?
   Вопрос прозвучал совсем не шутливо, и даже взгляд у Александра Аркадьевича был строг и испытующ.
   – Никак я насчет спиртного, – пожал плечами Сергей. – Меру знаю.
   – Твоя мера на ближайшие дни – ноль, – хмуро сообщил босс.
   Сергей хотел уже было оскорбиться, но не успел.
   – Ни капли! – сказал Александр Аркадьевич, в зародыше подавляя любую попытку протеста. – Стоит тебе хоть на мгновение потерять над собой контроль, где-то дрогнешь – и пропал. Отработай свое – потом водкой хоть залейся.
   Все он правильно сказал – про работу. Потому что ближайшие недели для Сергея не просто жизнь, а работа. Непрерывный спектакль. Сергей вдруг озаботился вопросом, а чем же лично ему грозит случайное или неслучайное разоблачение? Босс намекнул, что могут случиться неприятности с родителями. Но это если он, Сергей, поведет себя неправильно. А если все раскроется случайно?
   – Сюда иди! – позвал босс. – Здесь кухня. Сам я, честно говоря, никогда ею не пользовался, но все есть, как видишь: посуда, плита, микроволновка, холодильник.
   Раскрыл холодильник, продемонстрировал набитое продуктами нутро.
   – Разберешься здесь сам. Так, теперь ванная и туалет.
   Что же все-таки будет, если Сергея раскроют? Он сам для себя не мог придумать кары. Не представлял, чем все в таком случае для него завершится. Конечно, будет скандал. Вызовут милицию. А дальше? Что он такого натворил?
   – Вода включается вот так.
   – Какой интересный кран!
   – А чтобы сдвинуть шторку, вот здесь нажимаешь, и она сама уходит в сторону.
   Ну надо же!
   – Это зажим для сотового телефона. Ты, кстати, сотовым телефоном умеешь пользоваться?
   – Н-нет.
   Мог бы и не отвечать, потому что все видно по лицу. Сергею даже показалось, что босс едва удержался от того, чтобы вздохнуть. Как это, оказывается, непросто – в одночасье изменить жизнь. Еще вчера быть никем, а сегодня стать всем. Таким крутым парнем, у которого необходимость воспользоваться телефоном сотовой связи может возникнуть даже в сортире.
   – Вот эту кнопку нажимаешь – он работает. Подзарядка аккумуляторов – я тебе потом покажу, как это делается. Поговорил, вот здесь нажал – порядок, отключился.
   Босс провел Сергея по комнатам повторно – на этот раз он рассказывал, как что включается и какие кнопки при этом надо нажимать. Кнопок оказалось слишком много – кроме телевизоров и музыкальных центров, были и установки микроклимата, и освещение, и жалюзи – и Сергей очень скоро запутался во всем этом электронном великолепии. Босс это, кажется, почувствовал и теперь давал пояснения с хмурым лицом. Ученик у него был не из самых способных, но выбирать уже не приходилось.
   – Вот здесь рубашки, – продолжал обзорную экскурсию Александр Аркадьевич. – Вечером снял, отложил в эту корзину, придет домработница, выстирает и выгладит.
   
Купить и читать книгу за 39 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать