Назад

Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Образец с небольшими изъянами: Депутатские будни

   Настоящая публикация позволит заинтересованному российскому читателю получить углубленное представление о буднях германского парламентаризма. Многолетний депутат Вольфганг Бёрнзен, используя множество примеров, наглядно показывает принципы работы существующего более 60 лет Германского Бундестага, подробно останавливаясь на особом значении федерализма для политики и общества. При этом можно найти много сходства с российским политическим механизмом, однако, поскольку государственное устройство и политические будни имеют в каждой стране свои особенности и проявления, читатель найдет здесь много специфических черт демократии, неизвестных или малоизвестных за пределами Германии.


Вольфганг Бёрнзен (Бёнштруп) Образец с небольшими изъянами: Депутатские будни

I. Депутат – близкий к народу, эффективный и заботливый

   Настоящая публикация позволит заинтересованному российскому читателю получить углубленное представление о буднях германского парламентаризма. Многолетний депутат Вольфганг Бёрнзен, используя множество примеров, наглядно показывает принципы работы существующего более 60 лет Германского Бундестага, подробно останавливаясь как на выдающейся роли нашего основного закона, так и на особом значении федерализма для политики и общества. При этом можно найти много сходства с российским политическим механизмом, однако, поскольку государственное устройство и политические будни имеют в каждой стране свои особенности и проявления, читатель найдет здесь много специфических черт нашей демократии, неизвестных или малоизвестных за пределами Германии.
   Автор книги Вольфганг Бёрнзен во время своего многопланового обозрения мира политики проникает в глубины полноценной депутатской жизни. Слегка перефразируя Гёте, можно сказать, что именно там, где он ее «схватывает», она интересна. Читатель быстро убеждается в том, что народные представители находятся в состоянии круглосуточной готовности. Например, политик Бёрнзен с юмором повествует о том, как поход за покупками на рынок – казалось бы, легкая задача – превращается в прием граждан.
   При этом можно подумать, что все в жизни депутата должно быть предельно ясно. Основной закон юридически сухо описывает задачи парламентариев, – они должны быть представителями всего народа, не быть связанными поручениями и указаниями, а также подчиняться только своей совести. Однако крылатое выражение гласит, что «любая теория сера». А баварский поэт и писатель Руперт Шютцбах добавляет капельку иронии, говоря, что в политике теория может быть также красной, черной или зеленой.
   На практике жизнь депутата можно сравнить с постоянными физическими упражнениями профессионального спортсмена, заставляющими его изрядно попотеть. Германские народные представители вынуждены постоянно исполнять своего рода шпагат между самыми разными требованиями и интересами. Парламентарий должен быть экспертом, мастером своего дела. В Бундестаге в Берлине он должен говорить о концепциях, а еще лучше во время дебатов сразу предлагать готовые решения. Одновременно с этим избиратели в его округе хотят иметь парламентария, к которому можно, так сказать, прикоснуться. Они желают видеть народного представителя, занимающегося их проблемами и заботящегося о них. А еще нужно не забывать о партии, которая принимает решения о номинировании кандидатов и хочет видеть «своего» депутата, не говоря уже о представителях бизнеса и лоббистах.
   Своей книгой Вольфганг Бёрнзен надевает читателю своего рода прозрачные очки. Он наглядно показывает закулисную обстановку берлинской федеральной политики, кажущуюся некоторым наблюдателям далекой и размытой. Автору удается правдоподобно передать увлечения, радости и скорби, испытываемые им в своей деятельности. Оставаясь профессионалом, он при этом не забывает рассматривать себя с определенной дистанции, что придает его описаниям своеобразный и приятный юмор. «Остерегайтесь политиков, которые имеют ответ на любые вопросы», – сказал однажды многолетний министр труда и социальной политики Норберт Блюм. Несмотря на содержательную насыщенность этой книги – это не про Вольфганга Бёрнзена!
   Конечно, он мог бы рассказать о множестве других жизненных ситуаций в парламенте, однако заострил внимание лишь на существенном.
   Фонд Ханнса Зайделя публикует эту книгу на русском языке для того, чтобы многочисленные российские политики и общественные деятели, с которыми Фонд поддерживает регулярный диалог, имели возможность с изрядной долей юмора ознакомиться с политическими буднями депутата Бундестага.

   Проф. д-р Ханс Цеетмайр,
   председатель Фонда Ханнса Зайделя,
   почетный сенатор и бывший министр образования, культуры, науки и искусства Баварии

II. Депутат не сверхчеловек

   Разумеется, он существует – идеальный депутат. Он активен 24 часа все 365 дней в году. Он присутствует как в Берлине, так и в своем избирательном округе, одновременно принимая участие и во всех заседаниях рабочих групп, комитетов, фракций, пленумов, и в празднике стрелкового общества, а также в каждом собрании различных союзов и объединений своего избирательного округа. При этом каждую минуту он готов выслушать любого, кто к нему обращается. Он разбирается в профессиональных вопросах и не потерял связи с практической сферой, однако не стремится заниматься никакой побочной деятельностью, кроме депутатской. Он имеет непосредственную связь с деловыми кругами, церковными организациями, различными объединениями и профсоюзами, сохраняя при этом, однако, возможно большую дистанцию и равноудаленность. Он обладает самоотверженностью миссионера, гениальностью нобелевского лауреата, терпением гувернантки и толстой шкурой слона. Иными словами, идеальный депутат – это что-то вроде кометы на небосводе, которая, появившись из ничего, несколько лет сверкает в Бундестаге фейерверком гениальных импульсов, а затем вновь незаметно исчезает. Примерно так – разумеется, с поправкой на некоторую утрированность – выглядят оторванные от действительности представления о депутате и ожидания от его деятельности. Только, как и все идеальные образцы, они разбиваются о реальность. Депутаты все-таки не сверхлюди, не политические роботы, они, слава богу, всего лишь люди – со своими сильными сторонами, слабостями и ошибками.
   Еще Альберт Эйнштейн сказал, что атомное ядро легче поддается расщеплению, чем предубеждение, – а кому как не Эйнштейну это знать! Предубеждения в отношении депутатов также крайне долговечны, упорны и не поддаются ломке. Как же с ними бороться? Уж точно не возмущенным отпором или обиженным надуванием губ. Что, как я надеюсь, может помочь, так это разумное и терпеливое объяснение парламентской работы и задач депутата. Книга Вольфганга Бёрнзена – информативный и занимательный учебник депутатской работы. Из нее можно узнать очень много о задачах депутатов, о разнообразных и часто противоречивых требованиях, предъявляемых к ним. Разумеется, детально расписаны рабочий график и система оплаты их труда; в конце концов, депутатам нечего скрывать.
   Внимательные читатели книги быстро заметят, что работа депутата не из легких. Но депутаты не нуждаются в жалости, так как, во-первых, они принимают на себя эти задачи добровольно. Во-вторых, как показало исследование Йенского университета, среди депутатов довольно высока степень удовлетворенности своей работой: две трети опрошенных парламентариев довольны своей деятельностью, а четвертая часть – даже счастлива, работая на этом поприще. Большинство же с гордостью смотрит на себя как на представителя целой страны.
   Мне лично очень нравится, что Вольфганг Бёрнзен приправляет свою книгу юмором. В политике – как и в «настоящей жизни»: юмор не заменяет труд, однако зачастую очень облегчает его. Артист кабаре Вернер Финк полагал, что самый трудный трюк – разыграть самого себя. Это так, и я думаю, что и мы, депутаты, вполне могли бы поупражняться в этом. К тому же юмор в политике является выражением внутренне укрепившейся, уверенной в себе демократии. Только в диктатуре нет места смеху.
   Д-р Норберт Ламмерт
   Президент Германского Бундестага

III. Основной закон – живая демократия

   Германский Бундестаг – открытый и публичный орган. Через СМИ, а также с помощью собственных публикаций, Интернета и работы с общественностью парламент и его фракции информируют о своей деятельности.
   Многие миллионы людей посетили новое здание Бундестага в Берлине – старый Рейхстаг; они приняли участие в информативных экскурсиях по зданию, слушали пленарные дебаты, большинство из них поднимались на крышу Бундестага. Поэтому мы, пожалуй, самый привлекательный парламент в мире.
   Депутаты очень стараются встречаться с как можно большим количеством людей в своих избирательных округах, а также отчитываться о своей работе в часы приема избирателей, через свои партии и иные СМИ.
   И тем не менее многим гражданам не хватает знаний и фантазии, необходимых для понимания роли и усилий избранных депутатов Бундестага. Вместо этого быстро распространяются поспешные суждения и предубеждения о мнимых привилегиях, завышенном денежном содержании и якобы ненужных поездках.
   Вольфганг Бёрнзен в четвертый раз избран в Бундестаг. Таким образом, он накопил существенный опыт депутатской работы и, как видно из этой книги, до сих пор любит эту работу в Германском Бундестаге. Неисчислимые противоречивые претензии, часто язвительная критика определенных СМИ, поражения и открытые, невыясненные вопросы – все это знакомо каждому парламентарию. Однако Бёрнзен не смущается и переходит в наступление, опровергая популистскую, часто непарламентскую критику в отношении депутатов описанием их работы.
   Мне постоянно приходится объяснять, почему депутаты не участвуют в пленарных заседаниях. Их отсутствие часто оценивается в письмах граждан как признак лени. Чаще всего я отвечаю следующим образом: «Депутаты нигде так не ленивы, как в пленарном зале, когда там не идет речь об их политических темах или избирательных округах». Вольфганг Бёрнзен как раз и описывает, что делают депутаты, когда они не сидят и не дебатируют в пленарном зале.
   Таким образом, показывая Германский Бундестаг в правильном свете, освещая при этом серьезные стороны политической жизни в нем, Вольфганг Бёрнзен способствует более полному пониманию высшего конституционного органа страны. Поэтому не нужно удивляться, что президент Бундестага желает этой книге много читателей!
   Ведь речь идет о парламентской демократии, о подтверждении того, что основной закон является живой действительностью.

   Вольфганг Тирзе,
   президент Германского Бундестага
   (Предисловие к первому и второму изданиям)

IV. Депутаты – образцы с небольшими изъянами?

Несколько замечаний

   «Когда вы покончите с позорной депутатской обдираловкой?» – так звучал вопрос в редакцию крупной ежедневной газеты. Далее следовало перечисление: «Денежное содержание, паушальные выплаты, суточные, выплаты по увольнении, возмещение расходов на проезд и проживание в гостиницах, различные компенсации, пенсии и т. д.». Заканчивалось письмо утверждением: «В недепутатской среде это называлось бы воровской бандой и грабежом». Несмотря на то что эта газета выходит ежедневным тиражом в четыре миллиона экземпляров, формируя тем самым день за днем мнение двенадцати миллионов читателей, в последующие дни не последовало реакции ни со стороны депутатов, ни со стороны Совета старейшин Бундестага. Неужели те, кого касались эти высказывания, уже давно отказались от борьбы за справедливую оценку своей работы? Неужели они уже капитулировали перед якобы железобетонными предубеждениями, закладываемыми иногда уже в школе? Ведь вот что пишется, к примеру, в одном учебнике для профессиональной школы[1]:
   «Депутаты Германского Бундестага пользуются многочисленными привилегиями: поездки на поезде, равно как и авиаперелеты внутри страны для них бесплатны, при уголовном преследовании они защищены иммунитетом. Многочисленные заграничные командировки, предпринимаемые депутатами, часто являются объектом критики со стороны СМИ».
   Кажется, что, начиная с завсегдатаев кафе и заканчивая университетами и СМИ, существует, хоть и по-разному формулируемое, единое восприятие депутатов и их должности, особенно явно проступающее во время обсуждения вопроса о денежном содержании: «Эти там, наверху, сорвали куш! Они заботятся только о своей выгоде и далеки от повседневных забот граждан. С ними едва ли можно поговорить о проблемах простых людей. Они врут, когда это на пользу их карьере, взнуздываются партией, закабаляются фракцией, сдавая свое собственное мнение и совесть в гардероб здания Рейхстага вместе с пальто».
   Да, некоторые единичные случаи, немедленно, неумолимо и справедливо подхватываемые, драматизируемые и осуждаемые СМИ, подтверждают подобное мнение граждан. При этом дифференцированный подход к освещению депутатских проступков – исключение из правил. Считается, что политики, а тем более «профессиональные политики», способны на все. По уровню уважения среди населения они находятся на самой низкой ступени.
   Однако от этого же политика, столь отрицательно охарактеризованного, гражданин ожидает сверхчеловеческого. Он должен обеспечить работу с избирателями в своем округе, быть омбудсменом, приводным ремнем для воли и желаний граждан, близким к народу, готовым к сотрудничеству, понимающим приятелем, обладать чувством юмора и красноречием и вести себя по возможности безупречно. Иными словами, он должен ни много ни мало быть примером для подражания – как в политике, так и в частной жизни.
   В Берлине – резиденции Бундестага, – где политическую картину определяют так называемые «слоны» – группа ведущих политиков, – депутат остается анонимным, он часть парламентской системы; напротив, в своем избирательном округе он во многих случаях рассматривается как личность высокого ранга – правда, все же после бургомистра и главы районной администрации. Хотя о политиках ежедневно сообщается в СМИ, сам депутат как таковой остается «неизвестным существом». Вопросы о его должности, задачах и деятельности, адресованные гражданам, остаются без ответа или вызывают непонимание.
   Существует очевидный дефицит представлений о значении парламентской деятельности и ее сравнительно молодой традиции в Федеративной Республике Германия, связанный с непонятной просветительской пассивностью самих депутатов и усиленный недостатком парламентского самосознания. Противоречивые дебаты об увеличении денежного содержания с их предварительными тайными совещаниями в задних комнатах с особенной четкостью вскрывают тот факт, что «депутатская лямка» тянется не по совести.
   Редкий положительный опыт общения граждан со своими депутатами не становится достоянием общественности, – слишком крепко сидит налет предубеждений. Иначе как по-другому понимать ставшее общеупотребительным крылатое выражение «политика портит характер»?
   Для нашей парламентской системы, которая по конституции является основой представительной власти, существующий недостаток доверия граждан политическому классу пагубен. Уже сегодня группа избирателей, не ходящих на избирательные участки, может отнести себя к «победителям» некоторых выборов, а обращение, особенно молодых избирателей, к затхлым правоэкстремистским течениям должно стать дальнейшим серьезным сигналом к корректировке акцентов в политическом образовании, которая обязательно должна заключаться в том числе в более четком выделении сходства демократов в нашей республике, а также в уделении более пристального и справедливого внимания законодателю, парламентарию как ключевой фигуре.
   В условиях нашей «медийной демократии» сами политики оказываются, как правило, беспомощными и безвластными в этой критической дискуссии о парламентариях. Они аргументируют лишь тем, что, мол, они люди, как и все остальные, и поэтому никак не без греха. Попавшиеся грешники пытаются оправдаться тем, что, мол, действовали при нарушении законов исключительно в целях общественной пользы, а не самообогащения. Имена и партии в данном случае могут быть любые.
   Кто ответственен за негативный образ депутата в обществе? Сами депутаты, не понимающие, что нужно более активно, как бы с наступательных позиций представлять себя, свои задачи и реальную деятельность? СМИ, семья или школа, в учебниках и на занятиях которой о депутатах едва упоминается, а если и упоминается, то в негативном свете?
   В этой книге речь пойдет не о многочисленных добровольных политиках, трудящихся за небольшое вознаграждение на благо своих сограждан на местном уровне. Речь пойдет о депутате Бундестага, для которого политическая работа – основное место работы, который существенным образом определяет судьбу нашей страны, который находится под пристальным вниманием общественности, оставаясь при этом человеком, о котором мало что известно.
   Какие требования должны предъявляться к депутату, какие мотивы побуждают его идти в политику, каким моральным критериям он должен соответствовать, кому он обязан служить и перед кем отчитываться, как выглядит его повседневная жизнь – в Берлине и в избирательном округе, – какие приоритеты ему необходимо перед собой поставить? Это только некоторые из рассматриваемых здесь вопросов. Цель при этом – меньше оправдываться, больше прояснять.
   Эта книга призвана помочь составить представление
   о депутате – о его задачах, его ответственности, его сильных и слабых сторонах. Конечно, этот материал, несмотря на все старания, не может быть назван нейтральным, – в конце концов, он написан одним из депутатов. Однако если он поможет хотя бы засомневаться в существующих предубеждениях и посмотреть на депутата как такового объективно – насколько он вообще существует в такой обобщенной форме, – то главное дело будет сделано. Окончательное мнение каждый читатель в нашей развитой демократии сформирует сам.

   Вольфганг Бёрнзен (Бёнштруп)
   Весна 2006

V. Профессия – призвание или просто работа?

   Несмотря на то что много говорится о «профессиональных политиках», такой профессии, как «политик», на самом деле не существует. Заглянув в справочник Германского Бундестага, можно найти самые разные наименования профессий, указываемые депутатами, однако никто из них не называет себя «профессиональным политиком». Встречаются домохозяйки, животноводы, адвокаты, советники министерств, учителя, медико-технические ассистенты, директора сберегательных касс, секретари профсоюзов или прокуроры федеральных земель в отставке – но ни одного «политика». В лучшем случае «профессиональный политик» скрывается за обозначениями «министр в отставке». Быть может, назвать себя «профессиональным политиком» мог бы, к примеру, плиточник, четвертый созыв подряд являющийся депутатом Бундестага и, очевидно, давно уже не клавший плитку, или секретарь профсоюза, столько же лет работающий депутатом, или бывший заместитель директора школы, в пятый раз избранный в высший законодательный орган Германии.

Не входит в планы на жизнь

   Показательно, что едва ли кто из депутатов Бундестага с молодого возраста целенаправленно работал на получение депутатского мандата. Как правило, решение стать депутатом не входит в долгосрочные планы на жизнь. В большинстве случаев решение пойти в политику вызревает шаг за шагом. Большинство депутатов в определенный, не предвиденный и не просчитанный заранее момент просто-напросто решили использовать выгодную возможность. Лишь одна шестая часть западногерманских депутатов признается, что целенаправленно шла в кандидаты, среди их восточногерманских коллег эта доля составляет и вовсе одну десятую[2].

Профессиональный опыт – желателен

   Депутаты, рассматривающие свою парламентскую деятельность как профессию, являются исключением из правила. Для большинства же это скорее увлечение, желание и решимость поработать на благо демократии и общества, выражение осознанной ответственности по отношению к этому обществу. Иногда к этому примешивается и стремление к политической власти. Однако прежде всего эта деятельность является основной, целиком занимающей депутата на определенный период жизни, длину которого ни один политик не может заранее предсказать. Депутатов, к которым хотя бы условно можно применить понятие «профессиональный политик», можно найти среди тех, кто, быть может, уже во времена учебы в университете выполнял различные функции в молодежных организациях партий и после окончания вуза сразу пошел в политику. Хотя, конечно, исключения и подтверждают правило, такой путь в Бундестаг наименее достоин рекомендации. Против него одновременно говорят несколько факторов. Этим депутатам неизбежно недостает профессионального опыта, который они могли бы привнести в свою политическую деятельность. Кроме того, они надолго оказываются в зависимости от благоволения партии – для того, чтобы раз за разом баллотироваться на выборах в надежном избирательном округе или получить позволяющее рассчитывать на успех место в партийных списках. И все это из-за того, что у них нет «достойной» профессии. Кстати, то же самое можно отнести и к депутатам-ветеранам. Профессиональная и тем самым финансовая независимость является существенной предпосылкой для свободного принятия решений.

Одна из наименее престижных и уважаемых профессий

   Но даже если профессиональные политики и существуют, то в нынешнее время они все меньше и меньше склонны в этом признаваться. Уважение к политику в целом и к профессиональному политику в частности за последние годы стремительно упало, а кто захочет принадлежать к группе, так низко оцениваемой населением?
   От депутата ожидают, что он ведет законотворческую деятельность в Бундестаге и его структурах, он должен, особенно будучи членом оппозиционной партии, контролировать правительство, поддерживать тесный контакт со своим избирательным округом и вдобавок ко всему еще и иметь «постоянную» профессию, в которую он однажды сможет вернуться. Выполнения даже одной из перечисленных задач хватило бы на полноценную трудовую жизнь. Несмотря на это, образ политиков как «профессиональной группы» в Германии удивительно негативен, по сравнению с другими странами, причем зачастую им приписывается то, за что они не должны нести никакой ответственности. Примером тому, как подрывается авторитет депутатов, служит случай с компанией «Люфтганза». Во время каждого полета делалось объявление: «Законодатель обязывает нас обратить ваше внимание на то, что курение не разрешается». На самом же деле за соблюдение запрета на курение должна отвечать сама авиакомпания в рамках своего внутреннего права, и упоминание законодателя, т. е. депутата, в данном случае совершенно неуместно.
   Начиная с 1966 г. Алленсбахский институт демоскопии с интервалом в несколько лет опрашивает население на предмет того, какие пять профессий являются наиболее ценимыми и уважаемыми. При этом опрашиваемым каждый раз предлагается список из 18 профессий, таких как, например, врач, священник, адвокат, инженер и политик. Почти неизменно политики оказываются на последних местах. Менее уважаемы лишь профессии профсоюзного лидера и – как ни странно – книготорговца[3].

Имиджевая кампания – больше уважения?

   За: Поскольку депутаты всегда находятся под зорким наблюдением общественности, а общественность может составить себе образ депутатов лишь из СМИ, то следовало бы провести имиджевую кампанию с целью повышения депутатского престижа.
   Против: Плакатами, объявлениями и телероликами граждан не убедишь. Это будет лишь тратой денег налогоплательщиков, и депутатам это не нужно. Образцовое личное поведение, подкрепленное доверительными отношениями с представителями СМИ, в долгосрочной перспективе намного успешнее самых продуманных и затратных рекламных кампаний.

Избирательное право только для богатых

   Краткий экскурс в историю показывает, что депутатская деятельность долгое время рассматривалась как чисто добровольная и неоплачиваемая. Парламентарии должны были быть финансово независимыми, и «профессиональные политики» явно не приветствовались. Еще в начале XIX века наемные работники непременно лишались избирательного права, – это прописывали земельные конституции Баварии, Бадена, Вюртемберга и Гессена. Избирать и быть избранными могли только граждане, владеющие имуществом и имеющие образование. В этой связи достаточно вспомнить «профессорский парламент» 1848 г. в церкви Св. Павла во Франкфурте-на-Майне. Имперская конституция 1871 г. содержала категорический запрет для членов Рейхстага получать оклад или иного рода вознаграждение за свою деятельность. Рейхсканцлер Отто фон Бисмарк хотел таким образом оградить Рейхстаг от «пролетарских элементов» и «профессионального депутатства». Изменения произошли лишь в процессе демократизации после Первой мировой войны. В парламент получили право избираться не только финансово независимые граждане, но и представители всех возрастных групп, слоев и классов. Предпосылкой такой всеобщей избираемости было, безусловно, подобающее вознаграждение, так как иначе менее обеспеченные слои населения не смогли бы воспользоваться своими новыми правами.
   Вначале оплачивались лишь служебные расходы, затем с течением времени выработалось «депутатское содержание». Так, Федеральный конституционный суд в 1975 г. ясно обозначил в своем «решении о диетах»[4], что денежное содержание депутатов по характеру не отличается от заработной платы, подтвердив, таким образом, то, что бывшая добровольная и неоплачиваемая должность переродилась в основную деятельность. Однако мысль о политической работе даром и исключительно на общественных началах до сих пор присутствует во многих оценках.

Парламент – магазин самообслуживания?

   Женщины и мужчины, решившиеся идти в политику, должны знать, что лишь в самых редких случаях им приписывается бескорыстие и что чаще всего им придется сталкиваться с бесчисленными предубеждениями. К таковым относится, по-видимому, неизменное убеждение многих граждан в том, что каждый парламент, – а в особенности Бундестаг – есть не что иное, как магазин самообслуживания.
   Эта тема горячо обсуждается СМИ каждый год – по крайней мере когда предстоит утверждение нового денежного содержания для депутатов. Все без исключения депутаты представляются общественности рвачами, которые утверждают сами себе не только денежное содержание, но и роскошные пенсии в придачу. В действительности же все выглядит несколько иначе. Ведь и упомянутое решение Федерального конституционного суда постановило, что денежные выплаты депутатам должны обеспечивать их финансовую независимость и быть для всех одинаковыми.

Денежное содержание депутатов: 11 лет без индексации

   В 1977 г. ориентиром при определении денежных выплат депутатам Бундестага послужили оклады мэров крупных городов и федеральных судей. Денежное содержание депутата составляло тогда около 7500 марок в месяц, т. е. в районе 3750 евро. В последующие годы депутаты в общей сложности одиннадцать раз отказались от в общем-то полагавшегося им увеличения денежного содержания – как правило, под давлением общественности. При этом почти не упоминается тот факт, что они оказались за бортом процесса изменения доходов населения, а также то, что на них не распространяются тринадцатые зарплаты и рождественские и отпускные выплаты. Пока Бундестаг и дальше будет сам определять размер налогооблагаемых денежных выплат депутатам, эта дилемма не разрешится. Даже если для определения полагающегося денежного содержания депутатам будут привлечены независимые комиссии – как и было уже не раз предложено, – критики общественности все равно не избежать.

Нежеланная «привилегия»

   Как бы странно это ни звучало на первый взгляд, но многие депутаты с радостью отказались бы от этой «привилегии» самим принимать решение о величине своего денежного содержания. Они были бы вполне довольны, если бы на протяжении последних двух десятилетий хотя бы частично почувствовали на себе изменение зарплат. Уже упоминавшееся решение Федерального конституционного суда «о диетах» ясно обязало депутатов самим и «перед глазами общественности» определять размер своего денежного содержания. Это мнимое «самообслуживание» привело к тому, что в настоящее время депутаты получают на несколько сотен евро в месяц меньше, чем мэры, судьи и высшие чиновники, к которым их вроде как приравняли в 1977 г.
   Размер выплат депутатам определяется положением под аббревиатурой «R 6», устанавливающим содержание федерального судьи или муниципального выборного чиновника, обозначенным как «В 6». Соответствующая формулировка содержится и в законе о депутатах. Закон предусматривает также поэтапное повышение денежного содержания депутатов, которое, однако, не производилось на протяжении последних лет. В отличие от чиновников, депутаты не получают дополнительных выплат – местных или семейных надбавок, – которые в отдельных случаях могут означать прибавку 1300 евро к основной зарплате 7009 евро в месяц. Выплаты по возрасту положены депутатам лишь по достижении ими 65 лет и при условии восьмилетнего членства в парламенте. С каждым последующим годом членства в Бундестаге вплоть до 18-го депутат имеет право на эти выплаты на один год раньше.
   Парламентариям и в будущем придется самим определять себе размер денежного содержания – теперь в начале каждого созыва и на весь срок полномочий. За непременно последующей очередной порцией общественной критики нужно обязательно обратить внимание на то, что одиннадцатикратный отказ от полагающихся по закону повышений денежного содержания означает не в последнюю очередь недостаток чувства собственного достоинства и смелости.

Под перекрестным огнем критики

   Депутатам так и так придется смириться с тем, что их доходы будут всегда находиться под особенно пристальным вниманием общественности. Критика системы денежных выплат депутатам усугубляется еще и общей завистливой дискуссией в обществе. Многие люди не могут совместить представления о современных зарплатных требованиях депутатов с почти пустым пленарным залом, показываемым по телевидению.
   Для того чтобы вести конструктивные дебаты по этому вопросу, важно посмотреть, как данная проблема развивается на уровне ландтагов. Результат можно назвать ошеломляющим. Если увеличение выплат депутатам Бундестага начиная с 1977 г. составило 76 %, то, к примеру, в Берлине депутаты местного ландтага стали получать на 310 %, а в Баварии и Гессене – и вовсе на 400 % больше.

Факты против предрассудков

   Когда говорится о «магазине самообслуживания под названием Бундестаг», многие перенимают это (пред)убеждение без знания фактов. Для ведения конструктивной дискуссии необходимо знать реальные цифры и оперировать именно ими. Поэтому ниже приведем смету выплат депутатам Бундестага, составленную исходя из средней продолжительности рабочей недели между 80 и 100 часами[5]:
   1. Зарплата депутата (налогооблагаемая) 7009 €
   2. Расходная паушаль (не облагаемая налогом) 3647 €

   Цель расходования:
   a) Офисные расходы (телефонная связь, почтово-телеграф-ные, арендные расходы в избирательном округе, обслуживание избирательного округа)
   b) Дополнительные расходы в пункте местопребывания Бундестага – на проживание и питание, а также на питание во время служебных командировок на территории Германии
   c) Поездки по территории Германии, за исключением совершенных на железнодорожном и воздушном транспорте

   Вычеты:
   При отсутствии в пленарный день
   по уважительной причине 50 €
   При отсутствии вследствие пребывания в больнице или санатории, подтвержденной нетрудоспособности, подтвержденного ухода за больным ребенком, а также во время беременности 20 €
   При отсутствии в пленарный день
   без уважительной причины 100 €
   При неявке на поименное голосование 50 €

   Прочие выплаты
   Сотрудники
   • Возмещение подтвержденных затрат на парламентских сотрудников офиса в размере до 10 660 евро в месяц плюс особые выплаты – рождественские начисления, а также взносы работодателя в фонд социального страхования и т. д. Выплаты осуществляются Бундестагом непосредственно сотрудникам.
   Бюро
   • Бундестаг предоставляет оснащенный офис в Берлине. С 2001 г. он состоит из двух-трех комнат общей площадью 40–50 кв.м.
   Расходы на проезд
   • Бесплатный проезд на железнодорожном транспорте АО «Дойче Бан».
   • Бесплатное использование служебного автомобиля в Берлине.
   • Возмещение затрат на перелеты и проезд в спальном вагоне в служебных целях на территории Германии.
   • Возмещение затрат на служебные поездки на городском общественном транспорте в пункте местопребывания Бундестага.
   Использование телефонной и телеграфной связи
   • Телефонные устройства Бундестага могут использоваться бесплатно. Расходы на телефонную связь в избирательном округе оплачиваются из расходной паушали.
   Натуральные выплаты в рамках технического оснащения
   • Члены Бундестага могут пользоваться некоторыми натуральными выплатами, не превышающими 9000 евро в год, в рамках так называемой концепции гибкой системы. Помимо, например, специальной литературы они включают в себя прежде всего:
   канцелярские и служебные принадлежности; отправку телеграмм, писем и затраты на информационные и телекоммуникационные услуги.

   Сколько зарабатывают другие

«Медвежьи услуги» самим себе

   Тема денежных выплат депутатам, даже будучи окончательно проясненной Федеральным конституционным судом, все равно будет и дальше привлекать внимание общественности, причем сами депутаты и их фракции вносят в это немалую лепту. Конечно, со стороны Бундестага было бы непопулярным решением повысить, как это предполагает законодательство, денежные выплаты депутатам в то время, когда в стране высокая безработица и зарплаты и пенсии не индексируются. Поэтому регулярно возникающая вокруг очередного решения об определении величины депутатских зарплат шумиха в самом Бундестаге лишь еще больше запутывает и смущает граждан. То, что малые партии на публике высказываются против любого повышения, стало почти что ритуалом. При этом они ничем не рискуют, так как понимают, что и без того получат выгоду от решения двух больших партий, но сами при этом останутся «чистенькими».
   Какое мнение по поводу правомерности увеличения денежного содержания депутатов может составить себе обычный гражданин, если в течение нескольких месяцев видит подобные заголовки:
   «Запланировано повышение зарплат депутатам»;
   «Президент хочет урезать выплаты депутатам»;
   «Депутаты выступают за умеренное повышение своих зарплат»;
   «Президент против повышения денежного содержания депутатам»;
   «Вынужденные дебаты под покровом ночи»?

Общественность протирает глаза

   Когда читаешь эти заголовки о дебатах в Бундестаге, разворачивающихся подобным образом ежегодно, становится ясно, что депутатам нечего удивляться, почему население не может понять их в вопросе о денежном содержании. Следующая статья еще более наглядно раскрывает проблему:
   «Я думаю, этот парламент в конце концов не выдержит такого отношения к себе, когда его словно гонят по деревне, подобно перекормленной свинье» – с таким восклицанием обратился Хорст Эйльманн (ХДС) в заполненный зал. После споров о денежных выплатах депутатам в прошлом году многие надеялись на сей раз на более спокойный исход. Вплоть до обеда коалиция призывала «зеленых» отказаться от дебатов… «Зеленый» депутат Освальд Метцгер сетовал на недостаток воли к самоограничению: «У нас как раз сейчас идут жаркие тарифные споры в профсоюзе работников коммунального хозяйства и транспорта, а мы разрешаем себе глоток из бутылки». «Зеленый» политик Хэфнер, напротив, назвал изъятие депутатских зарплат из общего пакета мер по экономии «бесчувственным, неумным и безответственным». СДПГ отвергло «зеленую» программу экономии на депутатских зарплатах – парламентский ответственный секретарь партии Вильгельм Шмидт бушевал: «Вы поддерживаете ту самую программу правительства со всеми этими свинствами по сокращению расходов!» По словам депутата, шесть миллионов марок на денежные выплаты парламентариям не идут ни в какое сравнение с 50-миллиардным пакетом по сокращению расходов. Шмидт объявил всем, что «зеленые» занимаются в данном случае «чистой игрой в салки перед СМИ». Депутат от СДПГ Конради также обвинил «зеленых» в том, что они совершают «популистский отвлекающий маневр» только для того, чтобы сэкономить «смехотворные шесть миллионов марок». Одну лишь язвительную реакцию получила СвДПГ в ответ на свое предложение о переносе сроков повышения зарплат…
   Вскоре дебаты переместились с трибуны в зал. Как на карусели, депутаты вращались на своих крутящихся стульях, чтобы услышать все реплики: «Вы не зарабатываете и 60 % того, что сейчас получаете!» – раздавалось из группы ПДС. ХДС/ХСС и СДПГ, подобно дрим-тим, пасовали мяч друг другу, взяв «зеленых» в клещи аплодисментов.
   С колокольчиком в руках пришлось вице-президенту Антье Фолльмер («Союз 90/Зеленые») напоминать о правилах игры: «Это, безусловно, дискуссия, выматывающая нервы, однако вы должны помнить о том, что за ней следит общественность», – четко сформулировала она суть проблемы, вызвав протест СДПГ и ХДС/ХСС»[6].
   Комментарии здесь, безусловно, излишни. Однако в каждом отдельном случае тема депутатских зарплат выходит за рамки мелких дебатов, так как необходимо помнить об одном: оплаты труда депутатов из государственных средств не избежать. Альтернативой могло бы стать финансирование политики третьими лицами, но этого всерьез никто не захочет.

«Прозрачный» депутат – возможное решение?

   Несколько выпадают из поля зрения расходы, которые в различной степени несут депутаты всех фракций. Казначеи земельных и окружных отделений партии ожидают от депутатов регулярных взносов, составляющих сотни евро в месяц. Кроме того, как само собой разумеющееся воспринимается то, что каждый кандидат в значительной степени сам финансирует избирательную кампанию, а это, в свою очередь, означает расходы в диапазоне 8000—40 000 евро.

   Некоторые депутаты решаются на то, чтобы полностью раскрыть свои доходы и расходы, предоставив таким образом «отчет» своим избирателям. Отчеты представляются на пресс-конференциях, лежат в печатном виде в офисах в избирательном округе, а теперь большинство из них можно скачать с интернет-страницы соответствующего депутата.

«Диета» к поправлению?

   Граждане знают обычно лишь то, что депутаты получают зарплату чуть более 9000 евро в месяц плюс паушальные выплаты на сотрудников офиса, на его оснащение и ведение дел. Однако в любом случае считается, что выплаты депутатам слишком высокие и что в данном случае можно говорить о единственной в своем роде диете, при которой еще и набирают вес.
   Не для того, чтобы создать впечатление о «голодающем» депутате, но для формирования справедливого мнения ниже приводятся данные из налогового извещения, показывающие, какие расходы несет депутат, получая свой обычный доход:

Миф о расходной паушали как о неналогооблагаемом доходе

   Депутаты получают так называемую паушаль на расходы – без обязанности документального подтверждения произведенных расходов. Это ведет к тому, что распространяется мнение о дополнительном неналогооблагаемом доходе депутатов. Смета и здесь легко доказывает обратное:

   Общая сумма паушали на расходы 39 625 €


Естественное и понятное или несправедливое требование?

   Как бы полезно для повышения доверия к депутатам ни было подобное раскрытие финансовой информации, возникает вопрос: почему они должны выполнять эту роль «прозрачных депутатов»? Ни от одной другой группы не ожидают такого раскрытия своего имущественного положения. Конечно, на основании тарифной сетки сравнительно просто определить доход чиновников или работников общественного сектора, однако сведения об их расходах с полным основанием остаются табу для общественности.

Обязательства по опубликованию информации

   Помимо добровольной справки о доходах и расходах депутаты обязаны сообщать еще целый ряд данных о себе, которые подлежат опубликованию. К ним относятся сведения о любой профессиональной деятельности во время исполнения мандата, например преподавательской или адвокатской. Помимо прочего, обязательному опубликованию подлежат функции, исполняемые депутатом в бизнесе. Краткий биографический анализ показывает, что в первую голову речь в данном случае идет о членстве в наблюдательных и экспертных советах. Также должно быть указано членство в общественных организациях – например, в попечительском совете университетов, правлении кинокомпаний или экспертном совете министерства. Взгляда на раздел «Объединения, фонды» достаточно, чтобы увидеть, что депутаты всех партий особенно активны на этом поприще. Они являются членами попечительских советов самых различных фондов, правления Германского Хельсинкского комитета по правам человека, Синода Евангелической церкви или третейского суда «Общества зеленой экономики».

Депутаты без информационной защиты?

   Любопытно, что в нашей стране, в которой защита информации играет столь важную роль, от политиков ожидается раскрытие общественности почти всех своих жизненных обстоятельств, причем далеко не только в политической плоскости. Понятие «частной жизни» применимо к депутатам лишь с существенными ограничениями. По сути дела, ее у них, стоящих на виду у общественности, нет.

Непривлекательно для «много зарабатывающих»

   Главный режиссер самой обычной немецкой региональной радиостанции зарабатывает в три-четыре раза больше депутата, председатель правления крупного предприятия получает в день сумму, за которую депутату потребуется работать целый месяц. Хотя, конечно, есть и те, кто выигрывает от действующей системы денежных выплат депутатам и зарабатывает больше, чем в своей прежней профессии. Федеральный конституционный суд в уже неоднократно упоминавшемся «решении о диетах» установил продолжительность рабочей недели депутата между 80 и 120 часами, а как раз в пленарные недели 120-часовая рабочая неделя не является редкостью. Простое умножение заработной платы при 35-, 38,5– или 40-часовой рабочей неделе на двукратно, а то и трехкратно превышающее их рабочее время депутата порождает серьезные сомнения в справедливости утверждений, что все без исключения политики получают слишком много. Федеральный конституционный суд дал по этому поводу однозначные разъяснения, приведенные в приложении.

Одиннадцать предпринимателей – слишком мало

   Многие ведущие деятели в сфере экономики, массмедиа и особенно в индустрии развлечений посчитали бы крайне несправедливым, если бы им предложили налогооблагаемую заработную плату 9000 евро в месяц и лишили бы полагающейся по закону тринадцатой зарплаты, а также рождественских и отпускных выплат. Уже хотя бы по этой причине у них едва ли был бы стимул идти в политику. К тому же в подавляющем большинстве случаев они не могут себе позволить оставить свою профессию на четыре и более года. Они опасаются, что потеряют связь со своим предприятием, ведь их может перегнать технический прогресс или – как, например, в случае с налоговыми консультантами – изменяющееся законодательство. От депутатов требуются такие временные затраты, которые делают невозможной дальнейшую работу по профессии. Поэтому неудивительно, что в Бундестаге 16-го созыва представлено лишь одиннадцать предпринимателей, которые продолжают помимо депутатской деятельности свое дело. В большинстве случаев это становится возможным только тогда, когда их родственники готовы им помочь и подключаются к делу. К сожалению, действительность выглядит сегодня так, что те, кто имеет требующую времени и сил «гражданскую профессию» – адвокаты, врачи, предприниматели и коммерсанты, – как правило, не могут одновременно быть депутатами, и наоборот.

Каждый второй депутат – государственный служащий

   Государственные чиновники цепляются друг за друга, как щепки, чтобы держать и прикрывать друг друга.
Жан Поль
   Существующая система приводит к тому, что Бундестаг, как и ландтаги, состоит преимущественно из представителей чиновничества. Если Бундестаг первого созыва, избранный в 1949 г., на четверть состоял из чиновников и госслужащих, то в настоящее время их доля составляет почти 50 %. Число чиновников и прочих государственных служащих непрерывно росло, в то время как доля лиц, занятых не по найму, ведущих собственное дело и рабочих за это время уменьшилась вдвое:

   Постоянно звучат новые предложения не только по повышению многообразия профессий и независимости парламента, но и по привнесению в него большей «компетентности». Недавно экономические институты высказали мысль о том, чтобы кандидат в депутаты имел как минимум десятилетний опыт работы по профессии, полностью обеспечивающей его существование. Кроме того, предлагалось исключить для депутатов и политиков возможность быть избранными в наблюдательные советы муниципальных предприятий. Вдобавок к этому прозвучал призыв ограничить срок исполнения мандата тремя созывами, т. е. ввести максимальный депутатский срок – 12 лет.

Опека над избирателями

   Эта идея, кажущаяся на первый взгляд разумной и достойной обсуждения, выдвигает, однако, целый ряд других вопросов и является, по сути, палкой о двух концах. Ведь тогда действительно молодым будет закрыт путь в Бундестаг, – если для того, чтобы быть избранным, молодой человек после учебы должен проработать еще десять лет, то ему – при нынешней продолжительности образования – будет уже примерно 40 лет и он не будет принадлежать к собственно «молодой гвардии». Далее: если депутат успешен и популярен, пользуется доверием людей в избирательном округе, то не разрешить им в очередной раз делегировать его в высший законодательный орган Германии было бы недопустимым ущемлением его личных прав, а также своего рода опекой над избирателями. Только избиратель должен решать, кем он хочет быть представлен в парламенте, независимо от того, кто его кандидат – молодой или пожилой, новичок или «старый волк», мужчина или женщина.

«Пересадка» из политики

   История Бундестага, внутрипартийные дискуссии, а также голосование избирателей показывают, что депутатские мандаты не становятся пожизненными. Как правило, депутаты исполняют свой мандат не более 10 лет – следовательно, система постоянного обновления очевидным образом функционирует. Улучшить ее можно было бы путем переосмысления обществом идеи о допустимости перехода человека из бизнеса в политику и наоборот – например, в США это издавна сплошь и рядом практикуется. В Германии вплоть до самого недавнего времени было почти немыслимым, чтобы бывший министр ушел в бизнес и применял там свой опыт. В настоящее время здесь наметилось некоторое переосмысление – по крайней мере если не уровне федерального президента или канцлера, то уж точно на уровне министров и госсекретарей. Как раз в последние годы было много примеров подобной «пересадки» политиков в бизнес. Бывшие советники канцлера и даже один госминистр ушли в СМИ, госсекретари – в фармацевтику, а бывшая спикер «зеленых» стала топ-менеджером энергетической компании. Каждый такой пример способствует тому, чтобы переосмыслить отношение к подобной смене деятельности или профессии.

«Подсадка» в политику непопулярна

   К сожалению, обратный путь – из бизнеса в политику – пользуется заметно меньшей популярностью. Как бы предприниматели, менеджеры и представители СМИ ни ценили бывших политиков в качестве сотрудников, сами они не оказываются готовыми сменить деятельность, чтобы поставить свои знания и умения на пользу обществу в качестве депутатов. Приятные исключения из этого правила можно пересчитать по пальцам одной руки. У подобных «подсаживающихся» в политику деятелей появляются проблемы даже в своей собственной партии, особенно тогда, когда они достигают успеха. Слишком много завистников недоверчиво наблюдают за каждым их шагом.
   То, что успех не ведет автоматически к уважению, и без того является признаком именно немецкой политики. Немцев часто называют «обществом завистников». Политика в данном случае не исключение. Люди с недоверием следят, кто за какую тему отвечает и кто по каким вопросам выражает свое мнение. Если депутат выскажется по проблемам, не относящимся к определенной ему области, по которой он не является уполномоченным или спикером, он может смело рассчитывать на внутрипартийную или внутрифракционную взбучку. Поэтому зачастую благоразумнее действовать наперекор поговорке «делай добро и говори об этом», молча выполняя свою работу и оставляя публичный
   успех другим. «Подсаживающиеся» в политику не знают всей партийной кухни и, не обладая опытом «партийного солдата», испытывают с этим большие трудности.

Нужны еще квоты?

   За: В парламенте слишком мало женщин, молодежи, а также работающих не по найму. Этим никто не может быть доволен. Все эти категории должны быть соответствующим образом представлены в Бундестаге через систему квотирования. Поэтому при выдвижении кандидатов в депутаты также должны действовать квоты на молодежь и определенные профессиональные группы.
   Против: Множество способных личностей окажется таким образом без шансов попасть в Бундестаг. Напротив, будут выдвигаться кандидаты, которые в некоторых случаях не обладают должной квалификацией. Кроме того, заранее «программируются» несправедливости, потому что невозможно учесть все профессии и все категории граждан.
   За: Необходимо ввести ограничение по возрасту для депутатов.
   Против: Это означает запрет на профессию для пожилых политиков. И где проводить границу? Ведь некоторые 60-летние моложе, чем их 30-летние коллеги.
   За: Депутаты должны покидать Бундестаг после двух созывов, давая, таким образом, дорогу молодым.
   Против: Таким образом будет происходить разбазаривание опыта и знаний депутатов. Кроме того, это будет означать недопустимую регламентацию и установление опеки над избирателями.

Членство в партии – награда или недостаток?

   Существует единодушное мнение, что Бундестаг и 16 земельных парламентов только лишь выиграют от включения в активную политическую жизнь независимых ведущих представителей всех групп общественности. То, что этого не происходит, имеет ряд других причин, помимо уже обсуждавшейся зарплатной проблемы. Одной весьма важной причиной является опасение этих людей попасть в политическую ловушку, из которой невозможно будет выбраться.
   Многие предприниматели или топ-менеджеры боятся публично признать свою принадлежность к какой-либо партии. Они – небеспричинно, к сожалению, – опасаются, что их «проштампуют» и определят в своего рода «выдвижной ящик». В последние годы тенденция к подобному явно недемократичному поведению даже еще более усилилась. Решившиеся вступить в партию и публично об этом объявить предприниматели должны понимать, что их поставят к позорному столбу и что они должны будут оправдываться за это решение. К сожалению, сами партии, следуя ложно понимаемому принципу конкуренции и близоруко обличая подобных новичков других партий, укрепляют атмосферу демотивированности и упомянутого выше «ячеечного» мышления. Правильнее было бы, наоборот, выделять и признавать положительные примеры независимо от партийной принадлежности. Наша демократия выигрывает от притока новых, живительных и критически настроенных сил – достижение этой цели должно стать достаточным поводом к дисциплинированности и единству.

Пассивность на всех уровнях

   Примерно 2,3 % всех граждан Германии и 3,1 % имеющих право голоса являются членами какой-либо партии – это означает, что около 97 % населения наблюдает за политическим процессом извне. Нарастающее нежелание публично признать себя членом какой-либо демократической партии проявляется на всех уровнях. Депутат сталкивается с ним не позднее чем во время избирательной кампании. Все чаще и чаще возможные и очень нужные спонсоры отказываются делать пожертвования по причине того, что опасаются потерять контракты в случае, если финансовая поддержка той или иной партии с их стороны станет достоянием гласности. Как известно, отдельные пожертвования, превышающие 10 ООО евро, должны быть доведены до сведения президента Бундестага и опубликованы в федеральном бюллетене. Это, безусловно, хорошо, так как этим ставится действенный заслон попыткам отдельных спонсоров анонимно купить себе благоволение политиков или какой-либо партии. С другой стороны, это обязательство к раскрытию подобной информации в условиях нынешнего политического климата привносит с собой недостаток, который не могли предвидеть когда-то отцы-основатели Федеративной республики. Спонсоры, чьи имена обнаруживаются в списках президента Бундестага, подвергаются усиленной публичной клевете и даже угрозам. Поэтому понятно, что они ретируются после такого негативного опыта. Партии жалуются и на значительное сокращение личных пожертвований в размере до 1500 евро, которые по закону вычитаются из налогооблагаемого дохода, т. е. жертвователь получает часть суммы назад от государства. Скандал вокруг пожертвований в ХДС и его публичное драматизирование не в последнюю очередь способствовали созданию подобной антиспонсорской атмосферы.

Запретить пожертвования партиям?

   За: Никто не жертвует партии полностью бескорыстно, не ожидая каких-либо ответных услуг. Поэтому такие пожертвования должны быть запрещены, чтобы не подвергать опасности независимость политики.
   Против: В соответствии с конституцией, партиям отведена особая роль в формировании политического волеизъявления. Для этого они должны иметь соответствующие финансовые ресурсы. Ни одна партия не может существовать на членские взносы. В случае запрета пожертвований финансирование партий должно будет взять на себя государство – и тем самым налогоплательщик.
   За: В любом случае пожертвования должны быть ограничены в размерах – для уменьшения риска подкупа. Против: Физические лица и предприятия, которые хотят поддержать воззрения той или иной партии, должны иметь право делать это в том масштабе, в котором могут и считают нужным. Любое ограничение будет недопустимой государственной опекой.
   За: Определенный процент пожертвований должен поступать в общий котел, из которого по соображениям равенства возможностей получали бы средства партии, почти не имеющие спонсорской поддержки.
   Против: Таким образом, произойдет фальсификация воли жертвователя, желающего помочь той партии, которой он доверяет, а не той, которая проводит совершенно другую политику.

Бундестаг – не зеркало общества

   Если рассматривать состав Бундестага с точки зрения образования депутатов, то становится ясным, что и в этом плане парламент не является зеркалом общества. Лица с университетским образованием, причем как среди мужчин, так и среди женщин, непропорционально широко представлены в высшем законодательном органе страны, о чем свидетельствуют следующие данные о Бундестаге 16-го созыва:

   Наблюдаются диспропорции не только в образовательном уровне, но и в представленности «молодежи». Хотя молодость в такой же малой степени является заслугой, как и старость, последние десятилетия показали, что большее количество молодежи пошло бы на пользу парламенту. Самым «молодым» был парламент 1980–1983 гг. Тогда 18,1 % депутатов находились в возрасте от 35 до 40 лет, 20 % – от 40 до 45 лет, 18,7 % парламентариям было 45–50 лет, 21,2 % – 50–55 лет.

   На начало работы Бундестага 16-го созыва, избранного в 2005 г., возраст среднестатистического депутата составлял 49,3 года – так же как и в парламенте предыдущего созыва. Ниже приводится точное распределение по возрасту:

   Любопытная деталь вышеприведенной статистики: среди 15 старейших депутатов одна женщина, среди 12 самых молодых – уже пять. Быть может, в данном случае мы видим начало некого нового развития. Во всяком случае, живому и развивающемуся парламенту оно бы не повредило.

С университетской скамьи – прямо в парламент?

   Еще бывший премьер-министр Шлезвиг-Гольштейна, а позднее президент Бундестага Кай-Уве фон Хассель высказывали опасения, что парламенты всех уровней пострадают от всенарастающего нежелания самостоятельных и имеющих полноценную профессию людей идти в депутаты. Все чаще и чаще политики со школьной или университетской скамьи сразу же попадали в ландтаги или Бундестаг. Путь в профессию после окончания вуза воспринимался как обременительный «крюк». А Аннемари Ренгер, бывший президент Бундестага, полагала: «Без профессиональной деятельности в течение ряда лет невозможно приобрести никакого профессионального и жизненного опыта и знания людей; без многолетней профессиональной деятельности немыслим процесс созревания, необходимый для действительно дальновидной законодательной деятельности». Задача партий – учитывать при выдвижении своих кандидатов этот серьезный квалификационный аспект. Партии, которым конституция отвела первостепенное место, несут, таким образом, особую ответственность за компетентность своих кандидатов.

В среднем -10 лет в парламенте

   Претенденты на депутатский мандат должны знать, что им не следует рассчитывать на то, что они надолго и удобно устроятся в парламентских креслах. Тем, кто думает иначе, можно лишь посоветовать заглянуть в справочник Германского Бундестага, где они увидят, что, как правило, депутаты вынуждены после пары созывов освобождать свои места для других – не всегда добровольно, часто их принуждают к этому партии или избиратели.
   Так, например, в Бундестаге 16-го созыва, избранном в 2002 г., из 603 депутатов всего лишь 68 были избраны в парламент пять и более раз. В среднем депутаты исполняют свой мандат примерно 10 лет, т. е. два с половиной созыва[7]:

   Данная таблица показывает, что большинство депутатов по разным причинам уходят из федеральной политики после четырех сроков в парламенте. И еще: лишь крайне малая доля женщин пробивает себе путь в «профессиональную политику». Тем не менее похоже, что партии как регулятор при выдвижении кандидатов на выборах в Бундестаг и особенно избиратели посредством бюллетеней для голосования ведут себя достаточно эффективно, так что любая регламентация в данном вопросе была бы избыточной.

«Переходные» выплаты облегчают возврат к «гражданской жизни»

   Те, кто восемь и более лет не работал по своей профессии, испытывают в условиях нашей быстротечной жизни большие трудности при возвращении к ней. Сохранение прежнего рабочего места – необходимое, но далеко не единственное условие того, что депутат в профессиональном плане вновь найдет себе применение вне стен парламента. Необходима также как минимум основательная актуализация давно ушедших вперед знаний в своей области. Это особенно важно для депутатов, не имевших профессионального опыта перед избранием в парламент.
   Для этого существуют так называемые «переходные» выплаты по выбытию из парламента. Их цель – обеспечить для выбывших из Германского Бундестага депутатов возможность возврата к прежней профессии или облегчить им поиск новой. Тем самым «переходные» выплаты способствуют еще и большей независимости депутатов при исполнении своего мандата, – они посвящают себя прежде всего политической деятельности и не вынуждены – по экономическим причинам – уже во время работы в парламенте заботиться о том, чтобы обеспечить себе профессиональное будущее после выбытия из Бундестага.
   Тот, кто берет на себя мандат депутата Бундестага, как правило, на неопределенное время вынужден оставить регулярную деятельность по своей прежней профессии. При этом чаще всего исполнение депутатского мандата выпадает на отрезок жизни, который остальные используют для карьерного роста – в сфере образования или в профсоюзах, в выстраивании и расширении своего предприятия, в адвокатской конторе или частной врачебной практике.
   Депутат, таким образом, отказывается от всего этого, не зная при этом, будет ли он переизбран или нет. Во втором случае он может вернуться лишь на свое прежнее место. Если же его предприятия больше не существует, он после выбытия из парламента не может рассчитывать ни на пособие по безработице, ни на профессиональное переобучение за государственный счет. Даже те, кто ранее работал не по найму или был человеком свободной профессии, зачастую должны начинать все сначала, – примеров тому множество, хоть о них и редко говорят.
   За каждый год работы в парламенте начисляются «переходные» выплаты в размере действующей на момент выплаты месячной депутатской зарплаты. После одного созыва депутат получает «переходные» выплаты в течение четырех месяцев, максимальный срок «переходных» выплат – 18 месяцев. Начиная со второго месяца по выбытии из парламента «переходные» выплаты производятся с учетом всех прочих доходов, в том числе и полученных из частных источников.

   «Переходные» выплаты[8]
   1. Право на «переходные» выплаты
   Выбывшие депутаты Бундестага и Европейского парламента со сроком членства не менее одного года получают «переходные» выплаты.
   2. Размер переходных выплат
   «Переходные» выплаты осуществляются в размере существующей на момент выплаты заработной платы депутатов из расчета один месяц выплат за каждый год членства в парламенте, но не более 18 месяцев. В этой связи сроки членства более полугода засчитываются как полный год.
   3. Учет прочих доходов
   В первый месяц переходные выплаты производятся без учета прочих доходов. Начиная со второго месяца после выбытия все трудовые доходы и социальные выплаты учитываются при переходных выплатах.
   4. Налогообложение
   Переходные выплаты подлежат налогообложению в качестве прочих доходов.

   Ожидание пенсии?
   В обществе господствует убеждение, что Бундестаг такой орган, где депутаты спокойненько готовятся к пенсии. На самом же деле большинство парламентариев должны заблаговременно готовиться к жизни после завершения своей депутатской деятельности и ни в коем случае не могут полагаться на то, что выйдут на пенсию депутатами. Это, кстати, соответствует и настроениям населения, – в соответствии с опросом, проведенным в 2000 г. Институтом рыночных и политических исследований, 77 % опрошенных высказалось за введение ограничения в два срока, по крайней мере для высших политических должностей. Даже не говоря об этом, парламентарий должен ясно понимать, что в течение четырех лет он сидит как бы в «катапультном кресле», – избиратель определяет его «профессиональные перспективы».

Кадровая текучесть выше, чем кажется общественности

   По большому счету пожелание общественности о двух сроках пребывания в должности в Бундестаге выполняется, хоть об этом и не говорится публично. Начиная с момента основания Федеративной Республики Германия и соответственно Бундестага текучесть кадров среди депутатов была существенно выше, чем предполагала общественность. К моменту окончания срока очередного созыва средняя продолжительность членства в парламенте составляла:


   Необходимо отметить, что голосование избирателей и отбор кандидатов партиями не единственные факторы, влияющие на кадровую текучесть, – по истечении одного или двух сроков депутаты зачастую сами добровольно покидают парламент. Нервы, постоянный стресс, повышенные нагрузки, а также недостаток коллегиальности и солидарности часто подталкивают их к такому решению.

Подготовка к «жизни после Бундестага»

   Таким образом, по статистике, депутаты не могут надежно рассчитывать на то, что останутся в Бундестаге до пенсионного возраста – да они на это и не нацеливаются. Как и в большинстве областей «гражданской жизни», здесь нужно проявлять гибкость. Если уж сегодняшние ученики производственного обучения не могут рассчитывать на занятость по приобретаемой профессии до пенсии, то депутаты и вовсе лишены такой возможности.
   Многие, признавая, что зарплата депутатов могла бы быть и повыше, в то же самое время полагают, что их пенсионное обеспечение слишком уж высокое. По сравнению с похожими ситуациями в других профессиях, подобные мнения в общем-то справедливы. Поэтому в 1995 г. парламент изменил систему пенсионного обеспечения для выбывающих из Бундестага депутатов. Теперь выплаты по возрасту, т. е. «пенсия» депутатов, является составной частью их зарплаты – соразмерной и обеспечивающей депутатскую независимость. Если бы этой зарплаты не было, то в период членства депутата в Бундестаге получался бы пробел в его финансовом обеспечении. Ведь необходимо помнить одну вещь, которая зачастую остается за кадром: депутаты не учитываются в системе пенсионного страхования, а их зарплаты не хватит, чтобы финансировать какию-либо иные выплаты по возрасту.
   Лишь те, кто является депутатом Бундестага в течение восьми лет – двух созывов, – имеют право на выплаты по возрасту. Те же, кто ранее этого срока выбывает из парламента, могут обратиться с заявлением о включении их в систему обязательного пенсионного страхования задним числом или – при условии отказа от пенсии за этот период – получить единовременную выплату.
   При изменении закона о депутатах в 1995 г. выплаты по возрасту были существенно урезаны. Были снижены ставки повышения и максимальная ставка. Теперь депутат, который в среднем проработал в парламенте 12 лет, получает в качестве выплат по возрасту не 51 %, как ранее, а лишь 36 % своей зарплаты.
   Нельзя забывать и о том, что выплаты по возрасту, в отличие от пенсии, подлежат полноценному налогообложению и учитываются при иных выплатах из государственных источников и при исчислении пенсии в рамках системы обязательного пенсионного страхования. Выплаты по возрасту положены депутату и в том случае, если он не может исполнять свой мандат или вернуться к своей прежней профессии по состоянию здоровья, – к сожалению, в последнее время такое случается все чаще.

Катапультное кресло для помощников депутата

   В этой связи необходимо заметить, что не только сами депутаты, но и их помощники зачастую сидят в своего рода «катапультном кресле». Их трудовые договоры рассчитаны лишь до конца соответствующего созыва. Если «их» парламентарий – неважно по каким причинам – выбывает из состава Бундестага, то им приходится искать себе новое место работы.
   Каждые четыре года жертвами подобных процессов становятся 400–500 человек, причем иногда это происходит даже чаще, как это было в случае с Бундестагом 15-го созыва из-за досрочных выборов. К этому числу необходимо прибавить и тех, кто лишается своих рабочих мест во фракциях. Даже с учетом того, что фракции Бундестага в рамках своих законных обязательств по соблюдению интересов работников активно включаются в процесс их дальнейшего трудоустройства, гарантий такового для помощников депутатов все равно не существует.
   Должности референта, научного сотрудника или ассистента депутата зачастую являются удобным трамплином в собственной политической карьере, однако в то же самое время сопряжены с повышенным риском лишь кратковременного трудоустройства.

Резюме

   Решение стать депутатом – добровольное. Поэтому те, кто на какое-то время решается на эту «нервную» политическую деятельность, должны знать как то, что их «зарплата» всегда будет предметом общественной дискуссии, так и то, что они, работая более 80 часов в неделю, могут получать «вознаграждение» за свой труд со спокойной совестью. Все еще требуется оптимизация в вопросах о составе Бундестага – прежде всего в смысле его профессиональной и возрастной структуры, а также по-прежнему недостаточного количества женщин. Что касается постоянного обновления состава Бундестага, то, кажется, избиратели и партии сами заботятся о необходимой ротации. Также отчетливо проявляется необходимость в более активном вовлечении общественной элиты в парламентскую деятельность.

VI. Ответственность перед народом – а кто народ?

   В соответствии с основным законом депутаты являются представителями всего народа. Они не связаны поручениями и указаниями и отвечают только перед своей совестью. Они не должны оправдываться в своих действиях ни перед выдвинувшей их партией, ни перед своими избирателями или избирательным округом, – они представляют, как было отмечено, интересы всего народа. Однако у многих сам термин «народ» вызывает недоумение. Кого понимать под «народом»? Нацию, составляющую большинство, т. е. совокупность немецких граждан, или же всю совокупность населения, включающую в себя в том числе и иностранных сограждан?

«Мы народ»

   В 1989 г. в ходе мирной революции в тогда еще существовавшей ГДР люди выходили на улицы и кричали властям предержащим в Восточном Берлине: «Мы народ!» Немногим позднее из этого лозунга получилось «Мы один народ!». Наверняка тогдашние демонстранты не задумывались о том, что должно пониматься под словом «народ». Они просто-напросто имели в виду сначала людей в ГДР, а под измененным лозунгом – всех людей в Германии.
   Сильные дискуссии по поводу прояснения понятия «народ» имели место осенью 1999 г. Поводом послужила надпись над порталом здания Рейхстага: «Немецкому народу». Часть депутатов полагала, что иностранные сограждане как бы исключались этой надписью и проголосовали за создание в световом дворике Рейхстага «произведения искусства», которое должно было быть посвящено «населению». Каким бы излишним, возможно, ни было это «произведение искусства», дебаты по этому вопросу все же выявили одну вещь: депутаты Бундестага от всех партий уже давно – и без особенного к тому принуждения – чувствуют себя представителями всех людей, живущих в Германии, независимо от их паспорта.

Выбирают не в Берлине, а в избирательном округе

   То, что в теории кажется простым и понятным, в повседневной жизни способно привести депутата к конфликтным ситуациям. Для обобщения можно привести следующий пример. Кандидаты, как правило, выдвигаются партиями. Они баллотируются в определенном избирательном округе и хотят снова там баллотироваться и, конечно, быть переизбранными. На месте их выбирает не весь «немецкий народ», а определенное количество людей, возрастная и социальная структура которых хорошо известна кандидату. Он знает о проблемах в избирательном округе, о партийно-политических предпочтениях и политических течениях. Каждому депутату или кандидату в депутаты ясно, что люди его избирательного округа имеют совершенно конкретные ожидания от тех, кого они делегируют в Бундестаг. Они хотят, чтобы «их» депутаты заботились о них и решали их проблемы, различающиеся от округа к округу. Если, например, в области пенсионной и медицинской политики, политики безопасности есть вопросы, имеющие общефедеральное значение, то в то же время люди, живущие вблизи верфи на побережье, озабочены другими проблемами, чем жители Альгоя или больших городов. Само собой разумеется, что депутаты из сельской местности особенно заботятся об интересах «своих» крестьян, а избранные от Рурского региона, акцентируют внимание на проблемах «своих» горняков, однако все они не должны упускать из виду более общие вопросы.

Ключевое слово: ответственность

   Депутаты Бундестага несут ответственность за поддержание внутреннего и внешнего мира, они принимают решения по устройству нашего правового и социального государства, от них зависят благополучие и тяготы каждого гражданина. Они делают это от лица своего избирательного округа и, наконец, от лица всех 82 миллионов человек в Германии. Статья 20 конституции гласит: «Вся государственная власть исходит от народа». Это означает, что члены Германского Бундестага в течение всего созыва представляют волю всего народа и включают интересы всех граждан в парламентский процесс. Сюда входят прежде всего ответственность за законодательство и бюджет, формирование правительства и демократический контроль.

Шпагат между правом и реальностью

   По воле основного закона депутаты не представляют ни политические партии, ни профессиональные или какие-либо иные группы, ни религиозные конфессии, ни расы, ни пол. Дилемма, в которую они при этом временами попадают, лежит на поверхности. Ведь обязательства по отношению к народу не исключают того, «что народный представитель обращается к интересам своего избирательного округа или отдельных групп, например рабочих и служащих, работодателей, крестьян, арендаторов, церковных организаций и т. д. Ведь обязательные для парламентской демократии политические партии также преследуют различные, часто противоположные цели и соотносят свою деятельность с интересами различных профессиональных групп; тогда это должно быть разрешено и депутату. Однако даже если он представляет особые интересы отдельных групп, он не должен упускать из виду интересы всего народа. Депутат свободен в своей работе, он не связан заданиями и указаниями. Ни государство, ни партия, ни профессиональные или какие-либо иные группы не могут юридически обязать его к тому, как исполнять свой мандат. Ему не нужно даже обосновывать свои действия: достаточно указания на свою совесть»[9].
   В этой связи стоит отметить, что в первоначальном проекте статьи 38 от 1948 г. составители основного закона более четко озвучивали независимость народного представителя от политического аппарата: «Депутаты являются представителями всего народа. Каждый депутат в своих речах, действиях, голосовании и выборе следует своим убеждениям и своей совести». Парламентский совет принял в итоге укороченную формулировку, действующую до сих пор:
   «Депутаты являются представителями всего народа, не связаны наказами и указаниями и подчиняются лишь своей совести».

Депутат: «необычайно противоречивое существо»

   Бывший вице-президент Бундестага социал-демократ д-р Карл Моммер в 1968 г. следующим образом описал ситуацию, в которой находится депутат. Его высказывания актуальны и для сегодняшнего дня: «В повседневном исполнении своих обязанностей депутат – необычайно противоречивое существо. Будучи один раз избранным, он теоретически является очень свободным человеком. Он не знает начальства, которое могло бы давать ему указания… В парламенте и в избирательном округе – на основных площадках деятельности депутата – все идет согласно должному усмотрению и инстинкту, погнавшему этого человека на политическую охоту. Существует лишь одна действенная санкция против него, и эта санкция находится в руках избирателей и партий – непереизбрание»[10].

Ориентация на партию

   В своих повседневных действиях депутаты помнят об этих «действенных санкциях» и в случае каких-либо сомнений действуют в интересах своего избирательного округа, даже если в отдельных случаях это, быть может, не соответствует интересам «всего народа». Самокритичные же депутаты не забывают, что как раз в нашей «медийной демократии» они зачастую избираются не как конкретные личности. Избиратели решают поддержать партию, основное политическое направление которой наиболее соответствует их собственному, и, отдавая свой голос, не всегда думают в первую голову о выдвинутом этой партией кандидате. Именно в случае выборов в Бундестаг, а еще более – при выборах в Европарламент избиратели ни разу не видят своего кандидата и могут составить себе представление о нем только из СМИ.
   Лишь на муниципальном уровне избранные представители общины могут рассчитывать на то, что голоса были отданы лично за них. В случае с депутатами ландтагов и Бундестага это не всегда так, а в случае со списочными кандидатами – и вовсе исключение. Они попадают в парламент в значительной степени «по билету» своей партии. Это особенно четко показали выборы в Бундестаг 1998 г. Население просто «переключило стрелки». ХДС не удалось провести своих прямых кандидатов во многих, казалось бы, «надежных» избирательных округах. Соответственно на пьедестале оказались кандидаты, на которых никто никогда не поставил бы. Редко какие иные выборы показывают, насколько голосование многих избирателей зависит от одного кандидата-лидера, его имиджа и влияния в обществе. Одни кандидаты выиграли от этого, другие – остались ни с чем.

Не каждый голос – личное доверие

   Депутат, не полностью потерявший чувство реальности, признает, что не каждый отданный за него голос является одновременно знаком доверия лишь к нему лично. Такое осознание, однако, таит в себе опасность, что депутат становится лишь «исполнителем приказов», который в повседневном политическом процессе ориентируется в первую голову на выбравшую и выдвинувшую его партию. То же самое можно, безусловно, сказать и о различных функционерах – например, работниках профсоюзов, предпочитающих не выступать против требований профсоюзной организации, даже если сами не считают их правильными. В похожую ситуацию зачастую попадают и чиновники и представители работодателей.

Партия – альфа и омега

   Казалось бы, из этой дилеммы нет выхода. Требование конституции всегда упирается в тот факт, что для выдвижения и возможного повторного избрания кандидат должен постоянно опираться на партию или иную влиятельную общественную силу. Независимому кандидату – хотя бы из финансовых соображений – никогда не удастся попасть в Бундестаг. Попытки такого рода всегда то и дело предпринимались, однако раз за разом оканчивались неудачей. Зависимость депутатов от политической платформы выдвинувшей их партии доказывается следующим наблюдением: парламентарии, покинувшие ряды партии и соответственно фракции и оставшиеся в парламенте в качестве «независимых» депутатов, непременно прощались с политикой по результатам следующих выборов. Из этого становится ясно, что Германия является государством, законодательные и исполнительные органы которого формируются по принципу партийного представительства. Было бы, однако, гибельно, если бы депутат бессильно отказался от своей представительной роли в пользу партийных и фракционных аппаратов.

Земельные списки как поправка

   Подобной опасности наиболее подвержены так называемые списочные кандидаты. Как правило, они не борются непосредственно с представителями других партий за мандат в избирательном округе, а вносятся соответствующими партийными органами в земельные списки. Дополнительным эффектом этих списков является то, что у партий появляется возможность, в определенном смысле, корректировать «структуру кандидатов» в целях возможно более сбалансированного и компетентного представительства во фракции и тем самым в Бундестаге в целом. Земельные списки могут использоваться в качестве инструмента, дающего шанс представителям важных профессиональных групп и отдельным непререкаемым экспертам попасть в Бундестаг. Для многих не начинавших свою политическую деятельность в партиях новичков земельные списки также зачастую являются единственным шансом поучаствовать в парламентской деятельности.

О квотах и кворумах

   Эти земельные списки сделались предметом общественного обсуждения, когда искались пути повысить женское представительство в парламентах. Чтобы привести степень участия женщин в парламентской жизни в соответствие с их долей в населении страны, партии предложили различные решения, которые должны были, однако, привести к одной и той же общей цели. Наиболее однозначным образом принцип равенства был введен партией «Союз 90/Зеленые». Их партия и фракция в Бундестаге последовательно проводят принцип двойного лидерства мужчин и женщин, причем один (или одна) из лидеров должен быть «реало» (т. е. представлять так называемое умеренное крыло реалистов), а другой – «фунди» (быть из числа радикальных максималистов). СДПГ ввела у себя обязательную «женскую квоту», ХДС – «кворум», согласно которому как минимум одна треть кандидатов должна быть представлена женщинами. Разумеется, ни квота, ни кворум не являются идеальным решением, так как ни возраст, ни пол не являются достаточными качествами для получения парламентского мандата. Поэтому можно и дальше спорить о правильности избранного пути к усилению женского представительства, однако, пожалуй, стоит его придерживаться в условиях, когда женщины обладают самыми разными «конкурентными недостатками», мешающими их активному участию в политической жизни, – по крайней мере до тех пор, пока общественное сознание не выработает альтернативу.

Мандат принадлежит избирателю

   Депутаты избираются на срок одного созыва парламента, т. е. как минимум на четыре года на федеральном уровне и на пять в некоторых землях Германии. Если они в течение этого времени покидают ряды своей партии, то они все равно сохраняют свой мандат – ни одна партия не может обязать их сдать его. В конце концов, не партия делегировала их в парламент, а избиратели. Естественно, в таких случаях депутаты больше не принадлежат своей бывшей фракции. Их положение «бойцов-одиночек», несомненно, довольно сложное, поскольку у них больше нет доступа к многочисленным возможностям и ресурсам, предоставляемым членам фракций.
   Недопустимо и неэффективно в случае выхода из фракции требовать от депутата отказа от мандата, а также заранее договариваться о сдаче мандата по истечении части срока созыва парламента. После своего первого избрания в парламент партия «Зеленые» изобрела такую систему ротации, которая предусматривала сложение депутатом своих полномочий после двух лет членства в парламенте. Неудивительно, что эта партия вскоре отказалась от подобной – и без того недопустимой – системы. Очень быстро стало понятным, что предметная основательная работа становится для депутата невозможной, если он вынужден освобождать свое место сразу же после интенсивного «периода знакомства с работой». Кроме того, – и это, безусловно, также сыграло свою роль, – «зеленые» депутаты довольно быстро поняли, что значит иметь возможность хотя бы частично влиять на формирование политического курса. Разрекламированная до этого система ротации не только шла вразрез с конституцией, но вдобавок к этому показала свою непрактичность.

Совесть против прагматизма

   Депутаты отвечают только перед своей совестью. В действительности понятие «совесть» зачастую служит в качестве алиби, над ней просто глумятся. Настоящие решения по совести достаточно редки. Вряд ли вопросом совести является решение депутата о размере дотаций на развитие столичного города Берлина. И когда на повестке дня комитета стоит пункт «Предложения по постановлению Совета ЕС о защите евро от фальсификаций», политик вряд ли напрягает свою совесть. Тем не менее возникают многочисленные ситуации, когда депутаты не могут ориентироваться на настроения избирателей, а должны принимать решения одни и в буквальном смысле слова честно и по совести.
   В последние годы такие ситуации то и дело возникали, и депутаты оказывались наедине с самими собой. Такими, например, были следующие вопросы:
   • Параграф 218 об абортах.
   • Направление немецких солдат в зарубежные миссии под мандатом ООН.
   • Далеко не случайно фракция разрешает свободное голосование по таким вопросам. Бывшие депутаты, отвечая на вопрос об особенно тяжелых моментах своей деятельности, указывали на подобные решения, часто приводившие их в конфликт с совестью или со своими коллегами.

Фракционная дисциплина и свободное голосование

   Когда руководство фракции разрешает свободное голосование по каким-либо вопросам, это означает помимо прочего и то, что это скорее исключение из правил. Ключевое понятие в этой связи – «фракционная дисциплина», с которой не могут примириться многие граждане. Надо ли отменять «фракционную дисциплину»?
   За: «Фракционная дисциплина» противоречит требованию конституции, согласно которому депутаты являются представителями всего народа и отвечают лишь перед своей совестью.
   Против: «Фракционная дисциплина» не противоречит данному требованию. Каждый депутат имеет возможность агитировать за свои взгляды на ту или иную проблему перед своей фракцией, однако затем должен все-таки склониться перед мнением большинства.
   За: «Фракционная дисциплина» недемократична. Депутат не представитель фракции, он представитель народа, который делегирует его в парламент, а не во фракцию и оплачивает его.
   Против: Каждый кандидат соотносит себя с одной партией и с ее политикой. Он получает голоса с тем, чтобы представлять политику этой партии, а не свою собственную.
   За: Принуждение депутата голосовать определенным образом – своего рода установление опеки над ним и его избирателями.
   Против: Несмотря на фракционную дисциплину, депутат имеет возможность голосовать на пленуме против мнения большинства своей фракции. Однако требованием приличия при этом является предварительное уведомление об этом руководства фракции. Молчать перед фракцией, а затем неприятно удивить ее собственным голосованием было бы нечестно по отношению к коллегам по фракции, а также к избирателям.

Резюме

   Парламентарий не может избежать противоречия между тем, что он является представителем всего народа и поэтому за свою деятельность в Бундестаге отвечает только перед собой, и тем, что, будучи простым представителем своей партии, он исполняет приказы своей фракции. В государстве, законодательные и исполнительные органы которого формируются по принципу партийного представительства, предполагается определенная готовность приспосабливаться, что, однако, не должно вести к обезличиванию, – опасность, на которую неоднократно обращала внимание бывший вице-президент парламента и политик СвДПГ Хильдегард Хамм-Брюхер. Этот беспомощный тезис о сверхвласти фракции можно в определенной степени поставить под сомнение, если принять во внимание, что фракция – объединение принципиально равноправных и равнообязанных членов, действенное объединение специалистов и референтов в разных областях на основе взаимных интересов. Но независимо от этого депутату не избавиться от личной и политической ответственности, которую он берет на себя в момент избрания. Особенно четко он ощущает это, когда ему приходится принимать решения «по совести».

VII. Существует ли мораль в политике?

   «Политика портит характер». Нет: политика испытывает характер. Испытание политикой выдерживают лишь характеры тех, для кого в политике, где многое недозволенное в частной жизни считается дозволенным, не существует другой морали по сравнению с частной жизнью.
Густав Радбрух (1878–1949)
   Граждане ожидают от политиков всецело «морального» поведения. В прошедшие годы требования в этом смысле повысились вместе с количеством ставших известными скандалов. В большинстве случаев речь шла о вопросах поведения в личной жизни, об обращении с политическими конкурентами, о партийном финансировании. Очень часто в подобных историях оказывались замешаны деньги, и поэтому создается видимость того, что тема «деньги и политика» – единственная еще реально интересующая большинство граждан, в то время как на «аморальное» поведение в других вопросах люди предпочитают закрывать глаза.

Мораль – исключительно для политиков?

   Что понимается сегодня вообще под моралью? Существуют ли особенные моральные правила для политиков, которые, быть может, отличаются от таковых для телезвезд, чиновников или известных спортсменов? Не говоря о том, что многие люди сформировали для себя свои собственные представления о морали, это понятие подвержено и постоянному изменению в общественном понимании. В словаре говорится о том, что «мораль» обозначает нравственность в общем. Только что считается нравственным, а что безнравственным? Насколько сложно дать ответ на этот вопрос, показал в конце 2000 г. один из судов Берлина. Он постановил, что, несмотря на то что для многих занятие проституцией до сих пор считается безнравственным, в нынешних реалиях проституция больше не может рассматриваться как нечто безнравственное, если она осуществляется добровольно и в условиях, не унижающих человеческого достоинства. В данном случае суд, а затем и законодатель, несомненно, опирались на измененное общественное сознание и систему ценностей. Насколько «нравственно» поступает тогда в настоящее время государство, продолжая, с одной стороны, на общественном уровне запрещать проституцию, а с другой стороны, без стеснения облагает налогом заработки занимающихся проституцией? Очевидно, что в данном случае хронически нуждающееся в средствах государство, подобно одному римскому императору, обложившему налогом «малую нужду» в общественных уборных, отдает предпочтение принципу «деньги не пахнут», а не «нравственному» поведению.

Мораль или двойная мораль?

   Чтобы безупречно исполнять обязанности по официальной должности, нужно обладать определенным количеством хороших и плохих качеств.
Мари Эбнер фон Эшенбах
   Скандальным считался еще в 70-е годы развод политика со своим супругом или супругой. Сегодня же, если члены правительства разводятся три или четыре раза, это становится в первую очередь темой для обсуждения бульварной прессой. Никому в голову не приходит больше требовать оставления правительственной должности из-за развода. Еще несколько лет назад было немыслимо, что еще состоящий в браке депутат, имея внебрачного ребенка от своей коллеги, сохранит свой мандат. Теперь все это стало личным делом и больше никого не волнует.
   О снижении чувствительности общества к подобным проблемам свидетельствуют хотя бы следующие факты.
   • Один федеральный министр, обвиняемый в использовании постоянно готовых к вылету самолетов Бундесвера в частных целях, обосновывал свою невиновность тем, что он, будучи в качестве министра всегда на службе, никогда не бывает частным лицом. Поэтому общественность должна быть заинтересована в том, что он не тратит попусту время на дорогах или в ожидании регулярных рейсов, а использует самолеты Бундесвера. Последствий для министра: никаких.
   • Другому министру простили имевшее место в прошлом нападение на полицейских, забрасывание их камнями и нанесение им телесных повреждений. Он заверил, что никогда не нападал на слабых – только на представителей власти, да еще и в целях, так сказать, самообороны.

О деньги ломаются копья

   Большинство людей наверняка скажут, что для них поведение политиков является образцом и устанавливает нормы. Однако пример бывшего министра иностранных дел показывает, что это верно лишь отчасти. Ведь насильственные действия против полицейских при всем желании не могут задавать нормы. Наверное, в подобном снисходительном отношении к прошлым насильственным выходкам выражается характерная именно для Германии разница в оценке преступлений против жизни и здоровья и имущественных правонарушений. Даже в уголовном праве имущественные правонарушения караются существенно строже по сравнению, например, с нанесением телесных повреждений: за вмятину на автомобиле страховые компании зачастую выплачивают больше, чем за потерю глаза или руки. Подобное мышление, глубоко укоренившееся и в нашей правовой системе, возможно, и ведет к тому, что общество смотрит на насильственные действия против полицейского более умеренно, чем на проступки, в результате которых кто-то приобрел неоправданную финансовую выгоду.

Защита информации: двухклассовое общество

   И еще в качестве небольшого дополнения. Часто не замечается, что еще в одном вопросе отношение к частной жизни политиков отличается от обычного. Например, если депутат стал участником ДТП, имеющего уголовно-правовые последствия для него, расследование и наказание возможны лишь после снятия с него иммунитета соответствующим комитетом Бундестага, что происходит довольно быстро. Однако любой депутат может быть в данном случае уверен, что его случай станет известен прессе и вызовет дискуссию независимо от результатов расследования. Некоторые граждане будут снисходительно говорить, что депутат – тоже человек, так как понимают, что их тоже могут когда-нибудь поймать за быстрой ездой. Остальные будут возмущенно протестовать. В данном случае депутат также намного прозрачнее, чем его сограждане. Удивительный факт: защитники прав на конфиденциальность биографических данных требуют, чтобы различные ведомства обменивались между собой персональными данными лишь при необходимости – например, чтобы предотвратить незаконные манипуляции с социальной помощью.
   Однако в случае с политиками все узаконения касательно охраны прав личности и защиты личных данных, похоже, теряют свою силу. Помимо всего прочего многие сограждане все еще ориентируются на образец идеального депутата.

«Идеальный» депутат

   В общественном мнении сформировалась очень четкая картина того, какими должны быть идеальный депутат и его поведение.
   Разумеется, он один из нас, «свой парень», разговаривает на языке народа, учился в университете, лучше всего, если имеет ученую степень, однако при этом «рукастый» и не гнушается физической работы. Он разбирается в вопросах пенсионной реформы, эксперт в области генной инженерии, знает все правила игры в скат и может оказать квалифицированную помощь как в освобождении учащегося от военной службы или в быстром получении разрешения на строительство, так и в строительстве объездной дороги.
   Конечно, он должен получать достойную плату за свою работу, однако не слишком высокую, чтобы не выделяться. Поскольку финансовые дела у обычных граждан идут не так хорошо, как раньше, а бюджеты всех уровней пусты, депутат должен сам помнить о своей образцовой роли. Он не только отказывается от повышения денежного содержания, но и требует в парламенте его сокращения. Одновременно он обязуется увеличить свои взносы в партию, а также организовывать за свой счет еще больше публичных соревнований и пивных праздников в своем избирательном округе. Он звонит только из телефонов-автоматов и использует в целях экономии мобильный телефон своей дочери. В Берлине он ночует на раскладушке в своем кабинете, поскольку по его инициативе отменены компенсации депутатских расходов на проживание.
   Он за свой счет организует посещение Берлина группами избирателей своего округа, увеличивает вдвое их число и продлевает их пребывание в столице. Он проводит с ними все 24 часа в сутки, одновременно с этим выступая на пленуме Бундестага и произнося там сенсационные речи, о которых будут рассказывать потомки. Ему смело можно доверить соблюдение права и порядка, при всем при этом он безусловный либерал, который посмотрит сквозь пальцы на выдачу задним числом разрешения на незаконное строительство.
   Он идеально совмещает политику и семейную жизнь. Конечно, он доступен для граждан все 24 часа в сутки, за исключением, может быть, случаев, когда он как раз передает местной общине основанную им библиотеку или вручает кубок любителям голубей. Он занимается домашним хозяйством, является верным и заботливым отцом семейства и по пути в аэропорт успевает завезти своих малышей в детский сад.
   Идеальный депутат отвечает не только перед своей совестью, как это прописано в конституции, но еще и перед народом и жителями своего избирательного округа, особенно же перед своими избирателями, не забывая об ответственности перед своей партией и немножко перед своей семьей, друзьями и знакомыми. А поскольку он все это четко разделяет, он и есть идеальный депутат.
   

notes

Примечания

1

   Учебник по политическому образованию для учащихся профессиональных школ. Брауншвейг, 1997.

2

   Zeitschrift fiir Parlamentsfragen, 27. Jahrgang, 1996.

3

   Quelle: Stichwort. Abgeordnete, Deutscher Bundestag, 1. Auflage, 2000

4

   В данном случае «Diaten» – «диеты» – зарплата депутатов парламента.

5

   По состоянию на январь 2006 г.

6

   Die Welt, 25. Mai 1996.

7

   Источник: Stichwort Abgeordnete, Deutscher Bundestag, 1. Auflage, 2000.

8

   Для выбывших депутатов, являвшихся на 22.12.1995 депутатами Германского Бундестага или Европейского парламента, действуют особые правила.

9

   Stichwort: Abgeordnete, Deutscher Bundestag, 1. Auflage 2000.

10

   Der schwierige Alltag des Parlamentariers, Zeitschrift ftir tiberna-tionale Zusammenarbeit, Verlag der Dokumente, 24.1 Jahrgang 1968, Koln.
Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать