Назад

Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Черный Оракул

   Чикаго, середина ХХ-века. Молодой человек по имени Майк работает в небольшом комиссионном магазине. Его жизнь течет размеренно и предсказуемо. Однажды, его старший напарник приносит в магазин загадочную коробку с не менее загадочным содержимым. На первый взгляд, это вполне обычные вещи, но… С тех пор, как одна из вещиц появилась здесь, вокруг главного героя начинают происходить немыслимые события. Он узнает нечто такое, от чего кровь стынет в жилах и хочется бежать без оглядки.
   Непостижимым образом Майк и его друг оказываются в параллельном мире, который оказывается на грани гибели и это дело некоего Рэтлинга, побывавшего здесь заранее до описываемых событий.
   Кровопролитные битвы и магия, верность и подлое предательство, ненависть и беззаветная любовь – вот то, с чем придется столкнуться читателю на страницах этой книги.


Вячеслав Аничкин Черный Оракул

Часть 1
Стена

Глава 1

   С самого утра шел дождь. Был конец ноября и вот-вот должна была начаться зима. Я не люблю холодное время года. В нашем магазинчике всегда довольно прохладно и мне приходится переминаться с ноги на ногу с 10 утра до 5 вечера, хотя я уже неоднократно просил Барни поставить электрический обогреватель. Но Барни говорит, что если мы забудем его выключить на ночь, то все сгорит «к чертовой матери», поэтому лучше потерпеть.
   Так было и сегодня. Я пришел на работу в начале одиннадцатого. Барни уже был на месте. Я поставил зонт возле двери и стал снимать калоши. Все было как всегда, но что-то все-таки было не так. Я удивился, что Барни сегодня не сделал мне замечания по поводу моего опоздания. Он это делал всегда, а сегодня он вообще не поднял глаз при моем появлении, а продолжал возиться с какой-то коробкой на прилавке, что было само по себе удивительным, так как Барни всю работу по упаковке-распаковке посылок доверял мне, а сам любил при этом записывать в книжечку то, что я извлекал из коробок, чемоданов, сундуков и тому подобного. Сегодня он сам принялся за это и, видимо, был очень взволнован чем-то. Коробка была самой обыкновенной, картонной, высотой три фута и длиной фута четыре – четыре с половиной. В таких посылках нам обычно привозят разный хлам вроде старой посуды, горшков или ваз столетней давности.
   Я подошел поближе, но Барни по-прежнему не обращал на меня никакого внимания и продолжал доставать из коробки какие-то предметы, завернутые в черную ткань. Эти вещи были разного размера и, похоже, это были пожитки какого-нибудь старика, который благополучно помер и все это досталось его соседям, которые захотели от всего этого избавиться.
   Один предмет, похоже, был книгой или шкатулкой, другой – продолговатый, возможно, подзорная труба, третий – какая-то коряга или подсвечник. И таких вещей было довольно много. Короче говоря, ничего интересного там быть не могло, но взволнованный вид Барни меня заинтриговал и я решил также поучаствовать в извлечении этих предметов из коробки. Но самое удивительное произошло секундой позже. Как только я запустил руку в коробку, чтобы достать оттуда какой-то круглый предмет, возможно, старый чайник, Барни резко дернулся, как от испуга и дико взвизгнув, посмотрел на меня.
   – Нет, Майки, не надо. Я… я сам. Ты это, иди, если хочешь домой. Можешь взять выходной. Я решил сегодня не открывать магазин. Иди, сынок, я сам, сам.
   После этого Барни задумался на секунду и вновь принялся дрожащими руками доставать из коробки оставшиеся предметы. Меня это удивило. Зная Барни, я подумал, что же такое должно было произойти, чтобы старик, ни с того, ни с сего, дал мне выходной посредине недели. Я немного постоял в стороне и вновь подошел к Барни.
   – Слушай, Барни. На улице дождь. Я уже все равно пришел, давай помогу.
   Но Барни, похоже, меня совсем не слушал. Он с головой залез в коробку и что-то там начал разворачивать.
   – Барни, эй Барни! – повторил я. – Давай помогу.
   Но он, не обращая на меня внимания, продолжал возиться с коробкой.
   Прошло минуты три и Барни наконец-то перестал рыться в коробке и растерянно на меня посмотрел.
   – Ничего не понимаю. Может это все неправда. Да нет же, она должна быть здесь, это же все вещи, которые должны быть. Черт!
   После этих слов Барни традиционно сплюнул в подножие пальмы и, опершись локтями о прилавок, обхватил свою голову руками.
   – Да, Майки. Хоть ты и не мой сын, но для меня ты как родной. Поэтому я прошу тебя, никому не рассказывать о том, что ты сейчас видел.
   – Да что я видел, Барни?! Коробку со всякой ерундой? Мы такие коробки получаем по нескольку штук в месяц. Могу поспорить, что там барахла на три-четыре сотни не больше. А то и меньше.
   – Что?! Ты говоришь на три-четыре сотни?! Да, ты даже не представляешь себе, что это такое. Это, это…
   Видимо, Барни не нашел подходящих слов и ничего не придумал лучшего как в очередной раз плюнуть в бочку с пальмой.
   – Значит так, Майки. Я сейчас уйду на пару часов, а ты сам перепиши все, что здесь есть, только обязательно закрой дверь на ключ, а я скоро вернусь.
   Я пожал плечами и побрел в подсобку, где у нас находился своего рода небольшой архив всех вещей, которые в то или иное время проходили через наш магазин. В письменном столе я взял авторучку и вернулся в торговый зал, чтобы заняться своей обычной работой.
   Вот, что было в коробке. Самым большим предметом была картина, изображающая какие-то скалы на берегу моря и деревья на этих скалах. Такая картина может стоить долларов сорок – сорок пять. Ничего особенного. Если бы это был натюрморт, его можно было бы продать немного дороже, а такая картина будет висеть месяц-два и, в конце концов, ее купит какая-нибудь престарелая дама для своей подруги, а та благополучно спрячет эту картину в кладовку, так как таких картин у нее уже с десяток и на этом все закончится. Продолговатым предметом и на самом деле оказалась подзорная труба, довольно красивая, с позолотой, но явно очень старая, увеличительное стекло с большей стороны было треснувшим. Десять долларов не больше. Затем последовала партия из небольших чашек синего цвета, причем довольно грязных. Их было семь штук, что я и записал, сахарница совершенно другого цвета, несколько алюминиевых ложек и пара блюдец. Все вместе – долларов пятнадцать, но вряд ли их кто-нибудь купит. Следующим предметом оказался старый блокнот, причем в нем не было абсолютно ничего записано, зато первая страница была вырвана. Я даже не стал вносить это в список и швырнул его в мусорный ящик. Затем мне попалась медная пуговица с изображенным на ней какого-то животного. Какого, трудно было разобрать, так как изображение было очень потертым. Следующим экземпляром была замусоленная книга на неизвестном мне языке с рисунками кораблей, лодок, различных карт, лошадиных повозок, чертежей каких-то воздушных шаров, короче говоря, всяких механизмов. На обложке книги красовалась огромная чернильная клякса, закрывающая собой название книги. Видимо, кто-то что-то выписывал из книги и пролил на нее чернила. «Два доллара», – подумал я и вытащил из коробки какой-то округлый предмет. Развернув ткань, я увидел почерневший от сажи котелок для приготовления пищи на костре и лежащий в нем начатый коробок спичек. Котелок совсем не интересовал меня в качестве товара и я, вздохнув, швырнул его под прилавок. Пусть Барни делает с ним, что хочет.
   Перечень остальных предметов также не вызывает никакого интереса для нашей истории и я не стану его приводить. Если их перечислять, то можно уснуть от скуки. Одним словом, в коробке содержался скарб какого-нибудь старого вояки или путешественника, или просто разный хлам, который собирают бродяги на помойке. Я честно переписал все, что там было и уселся на диване, дожидаясь Барни. «Зачем Барни вообще это все взял?», – спросил я сам у себя и откинулся на спинку дивана, уставившись в потолок.

Глава 2

   Я, наверное, задремал и не услышал как вернулся Барни. После звука от его фирменного плевка в пальму я проснулся и увидел, что Барни крутит в руках какую-то вещицу, которую я раньше не видел. Похоже, это была какая-то монета. По выражению лица Барни я понял, что теперь он очень доволен.
   – Смотри, Майки, смотри. Вот она! А я уже и не надеялся. Представляешь, эти олухи на почте упустили коробку и все рассыпалось. Она упала на землю. Мне пришлось на коленях ползать в том месте, чтобы ее найти. И я ее нашел! Учись, Майки. Никогда нельзя сдаваться.
   Похоже, Барни говорил скорее с самим собой, чем со мной и я не стал ничего ему отвечать. Подумаешь, монета. Столько шума из-за какой-то монеты. Разве, что она золотая или хотя бы серебренная.
   Тем временем Барни, вдоволь налюбовавшись своей монетой, открыл шкафчик, находящийся возле окна и достал оттуда бутылку виски.
   – Ты будешь, Майки?
   Я отрицательно покачал головой.
   – Ну как хочешь. А мне сейчас необходим стаканчик-другой пропустить. Ну надо же! Я ведь до конца не верил.
   Я по-прежнему сохранял молчание. Ничего нового для себя я не увидел. День как день. Лучше пойти домой, как предлагал Барни. Тем более дождь уже закончился.
   Я уже было стал натягивать калоши, как вдруг ко мне подошел Барни и уже не совсем твердым языком сказал:
   – Слушай, сынок. Ты знаешь какие мы были с твоим отцом друзьями. Мы с ним дружили всю жизнь и я никогда не брошу тебя. А скоро я вообще подарю тебе этот магазинчик. Пропади он пропадом. Хоть на старости лет судьба улыбнулась старине Барни.
   Барни плюнул себе под ноги, сделал еще один глоток виски и уже совсем нетрезвым голосом продолжил:
   – Ты знаешь, Майки?! Знаешь что это такое? – Он достал из кармана монету и торжественно протянул ее мне.
   – Это, брат, монета! Монета! А ты знаешь что это за монета? Э, брат, пока я этого тебе не скажу. Потому, что я сам, сам ее нашел. И у меня будет еще много таких монет, и не только монет. Я смогу купить весь этот город. Я куплю все, что захочу. И уеду отсюда, уеду. А ты будешь тут хозяином. Это все будет твоим.
   После этих слов Барни хлебнул виски прямо из бутылки, встал и ушел в подсобное помещение, а я поднялся и вышел на улицу. Было холодно и я быстрым шагом направился к себе домой. До моей квартиры было минут пятнадцать пути и я шел, раздумывая над словами Барни. Он или изрядно напился и несет какую-то чепуху, или я чего-то не понял. Ну подумаешь, монета. Нам довольно часто приносят разные монеты. Эту монету я особо не рассматривал, но, по-моему, на ней был изображен какой-то диковинный зверь, толи олень, толи лось. Монета, вроде как, не золотая и даже не серебренная, а из какого-то другого металла. Во всяком случае, продать ее дорого вряд ли удастся. Возможно, она представляет собой интерес для коллекционеров, но и в этом случае продать ее за большие деньги не удастся. А Барни собрался покупать весь город. Вот чудак. Но, впрочем, это его дело.
   Я благополучно добрался до своей квартиры, выпил стакан молока, съел бутерброд с беконом и лег спать. Хотя время было еще не позднее, но я как-то неважно себя чувствовал. Поведение Барни совершенно сбило меня с толку и я ощущал усталость.
   Прошло, наверное часа два, может три. Я проснулся от того, что зазвонил телефон. Нехотя повернувшись в сторону телефонного столика, я взял трубку и сказал: «Алло».
   На том конце провода я услышал голос Стена Райса. Он был очень взволнован и не говорил, а скорее кричал в трубку:
   – Майки, Майки! Ты меня слышишь? Алло, алло!
   – Да Стен, я тебя прекрасно слышу. Чего ты так кричишь?
   – Ну Слава Богу! – Стен кажется немного успокоился. – А ты чего дома? Сейчас еще нет пяти часов.
   – Я сегодня ушел пораньше, а в чем дело?
   – Майки, твой магазин горит! Пожар такой, что никто не может туда войти! Я подумал, что ты там сейчас внутри. Я пришел к тебе по делу, а тут такое!
   Теперь до меня стал доходить смысл его слов. Я мгновенно соскочил с кровати, натянул на себя брюки и плащ и с сумасшедшей скоростью выскочил из квартиры, даже забыв положить телефонную трубку на место.
   Боже мой, если там все сгорит, то я пропал. Что я буду потом делать?! Стоп. Барни!
   Я бежал так, что мне казалось обгонял проезжающие мимо машины. Расстояние до магазинчика я преодолел минут за пять, не больше. Еще добегая до места пожара, я услышал сирены пожарных машин. Если Барни, как обычно, лег отдохнуть в подсобке, то ему конец. Тем более, он скорее всего, был пьян. Откуда пожар? Может Барни забыл потушить сигарету и уснул с ней в руках? Или была неисправна электропроводка? Может быть Барни тоже ушел домой, как и я? Хоть бы это было так.
   Повернув за угол, я увидел ужасное зрелище. Из всех окон магазинчика вырывалось пламя. Стоял сумасшедший шум и треск. Двери полностью выгорели. Жар был такой, что пожарные расчеты не могли подойти ближе, чем на пятьдесят футов. Они безрезультатно поливали пламя водой, но казалось, что огонь становится все больше и больше. Я стоял как ошарашенный. Я совершенно ничего не мог сделать. Огонь уже начал перебираться на верхние этажи и остановить его могло только чудо. Я повернул голову влево и увидел Стена, который сидит на тротуаре и так же как и я завороженно смотрит на пожар.
   – Стен! – крикнул я ему и он заметив меня поднялся на ноги. – Стен, ты видел Барни?
   Стен подбежал ко мне и, размазав по лицу грязь, ответил:
   – Нет, Майки! Его никто не видел. Я уже у всех спросил. Я сказал пожарникам, что там может быть человек, но они говорят, что если сейчас не пойдет сильный дождь, то они не смогут туда войти в ближайшее время. В здании деревянные перегородки и оно горит, как бумага.
   Я в бессилии присел на корточки и начал думать, что же делать. Но ничего мне в голову так и не пришло. Оставалось только ждать пока магазинчик полностью выгорит. Я смотрел на огонь и время, казалось, остановилось для меня. Языки пламени прыгали у меня перед глазами, а я думал. Думал, что Барни, скорее всего уже нет в живых. Старик был так весел перед смертью. Он даже представить себе такого не мог. А я. Что я? Я остался совсем один. Совсем. Погиб Барни, а вместе с ним погибло все, что у меня было.
   Меня вернул к действительности внезапно начавшийся дождь. У меня не было зонта и я через минуту совершенно промок. Но это сейчас занимало меня меньше всего. Я ждал мгновения, когда пожарные смогут сбить огонь и я смогу попасть в магазин и, может быть, спасти там то, что могло уцелеть. Я знал, что Барни держал в сейфе некоторые деньги. А они мне сейчас очень – бы пригодились. Да. Если бы Барни был жив, то он был бы уже здесь.

Глава 3

   Зрелище было удручающим. От того магазинчика, который я так любил не осталось ничего. Голые почерневшие стены, пепел от выгоревшей мебели, ужасный удушающий запах, трескающиеся под ногами остатки пола, искореженные от температуры металлические вазы, подсвечники, бронзовые фигурки людей, выгоревшие дотла картины, провалившийся прилавок…
   Мне тошно было на все это смотреть, но я должен был найти Барни и я медленно продвигался дальше в направлении подсобки, где любил отдыхать Барни. Впереди идущий пожарный, металлическим багром расчищал мне проход и, наконец, переступая через груды еще тлеющего хлама, я вошел в ту комнату, которая еще недавно была и рабочим кабинетом, и архивом, и комнатой отдыха. Сейчас все здесь было похоже на картинку из сцен ада.
   Сплошная чернота и темнота. Лишь кое-где еще что-то тлело и от этого на стенах появлялись зловещие блики диковинных фигур, которые то подергивались, то замирали, как бы прячась от меня и собираясь напасть.
   Я зажал ладонью рот и шагнул внутрь комнаты. Пожарный посветил фонариком по углам помещения, затем осветил пол и я сразу увидел Барни. Но теперь это уже был не тот Барни, а черный обуглившийся силуэт, застывший в неестественной позе на полу. Ощущался запах горелого мяса и мне стало не по себе. Я вообще-то, не боюсь мертвецов, но вид сгоревшего человеческого тела, лежащего лицом вниз, заставил меня отвернуться в сторону. Узнать Барни в том, что лежало под моими ногами, было невозможно, но кто же это мог быть еще? Это то, что осталось от доброго, безобидного старика, который, по большому счету, был мне за отца, хотя иногда он был груб со мной и даже один раз выгнал меня на улицу из-за того, что я разбил какой-то старый кувшин, который ничего особенного из себя не представлял. Позже Барни сам пришел ко мне домой и извинился и с тех пор особых конфликтов у нас с ним не было. Бедный Барни. Мне стало жаль этого старика, который еще за несколько часов до своей смерти собирался подарить мне свой магазин. Хотя мне в это не верилось. Ну куда Барни мог деться от своих статуэток, тарелок, радиоприемников и тому подобного.
   Я присел возле трупа и попросил пожарного перевернуть тело. От лица не осталось ничего. Рот был широко открыт. Видимо Барни умер не от огня, а от удушья. Он, наверное, пытался встать с дивана, но не смог и упал на пол. Его кулаки были судорожно сжаты. Боже, какая ужасная смерть!
   Вдруг в правой руке Барни я увидел блестящий предмет. Это была та самая монета. Бедняга даже во время смерти не захотел расстаться со своей находкой. Монета совершенно не обгорела, ее лишь немного присыпал пепел. Я попросил пожарного передать мне монету, посмотрел на нее немного и опустил в карман брюк. Затем я подошел к несгораемому шкафу, повернув ручку и открыл его. Барни редко его запирал на ключ, так как ничего ценного там никогда не было. На верхней полке я нашел сто долларов с мелочью, не так много как я ожидал. Но самое главное, я обнаружил внизу шкафа все те предметы, которые видел утром. Они были свалены в кучу, но в ней находился даже тот блокнот, который я выбросил в мусор.
   По иронии судьбы, уцелели только те вещи, которые сегодня к нам попали.
   С помощью Стена я вынес все на улицу, хотя сам еще не знал, зачем они мне нужны. Сейчас я плохо соображал и наверное правильно сделал, что забрал все, что уцелело.
   Поймав такси, мы со Стеном поехали ко мне домой. На душе была пустота и мы молчали всю дорогу.
   Стен, как предприимчивый человек, за те неполные десять минут что мы ехали, успел ознакомиться со всем, что мы везли и, как мне показалось успел опустить в карман своего пиджака старый портсигар, который там был. Но мне было все равно. Пусть хоть все забирает, если ему нужно.
   Но, видимо, тот набор предметов, который у нас был, не соблазнил даже Стена. И в самом деле, это был настоящий мусор. Хотя, Стену, как заядлому картежнику, приходилось играть и проигрывать и не безделицы, как эти. Стен играл не только в карты. Он играл во все азартные игры, которые только знал. Иногда ему удавалось выигрывать неплохие суммы, но чаще всего он проигрывал все до гроша и тогда шел ко мне, чтобы взять в долг пять-десять долларов. Хотя, он был должен половине города. Работать он не хотел и перебивался случайными играми во всяких подозрительных компаниях, из которых нередко выходил с помятыми боками.
   Ему даже однажды пришлось на месяц уехать из города, спасаясь от выплаты долга какому-то катале. Родители Стена жили где-то на Западном побережье и, насколько мне известно, не особо интересовались его судьбой. Несмотря на то, что у Стена в карманах никогда не бывало больше пятидесяти долларов, одеваться он любил во все яркое и заметное, хотя под пижонским пиджаком и пижонскими туфлями скрывалась рубашка, которой было уже лет семь, и носки, в которых он ходил еще в колледже. Когда Стен снимал обувь, на его носках можно было увидеть заплатки разных эпох его жизни. Несмотря на все это, Стен считал меня своим другом и думал, что может приходить ко мне когда захочет. Я же обходился довольно хорошо и без его общества. Впрочем, иногда Стен мог рассказать мне какую-нибудь забавную историю и это веселило меня, но чаще всего он приходил ко мне за деньгами.
   – Стен, – обратился я к нему, когда мы приехали ко мне домой. – А почему ты сегодня хотел меня увидеть?
   Стен, бесцеремонно открыв дверцу моего холодильника и достав оттуда пакет с соком, ответил:
   – Сейчас это уже не важно. Мне нужна была одна вещица из твоего магазинчика, ну конечно в долг, денег-то у меня сейчас совсем мало.
   – Да? И что же это такое? – спросил я, усевшись в кресло.
   – А, пустяки. Один тип играет на всякие безделушки. Ну старые бусы, брошки всякие, пуговицы военные, значки. В общем, собирает всю эту дрянь и затем кому-то продает. Он мне сказал, что в одном из комиссионных магазинчиков появилась какая-то старая пуговица и, что если я ее принесу, он мне простит сразу две сотни. Оказалось, что это магазин, где ты работаешь, вот я и пришел, а тут такое.
   Я на мгновение задумался.
   – Слушай, а почему этот тип сам не пришел?
   – А я – то откуда знаю. Я у него не спрашивал. Тем более такая удача – две сотни за какую-то пуговицу.
   – Какая пуговица ему нужна? Как она выглядит?
   – Он мне сказал, что она металлическая и на ней какое-то животное. А что, такая пуговица у тебя и на самом деле есть?
   – Мне сегодня попалась такая пуговица, но она наверное сгорела в огне.
   Она была вместе со всеми этими вещами, но я ее почему-то не вижу.
   – А давай еще раз все проверим, может она где-то здесь.
   Мы со Стеном еще раз все просмотрели, но пуговицы не было. Зато вместо пуговицы я обнаружил одну странную вещь. В блокноте, который я хотел выбросить не хватало уже двух страниц. Это отчетливо было видно, так как вторая страница была оторвана неровно. Может быть, Барни, перед смертью что-то писал, а потом эта страница сгорела. Теперь этого уже никто никогда не узнает. Но зачем Барни нужно было лезть в мусорный ящик и доставать оттуда какой-то блокнот, если у него в столе полным полно чистой бумаги. Зачем он вообще сложил все вещи в несгораемый шкаф? В магазине было много более ценных вещей, чем эти. И тут меня посетила мысль. А что если эти вещи ему дороги как память о ком-то или о чем-то, а может эти вещи принадлежат самому Барни и он их, наконец – то, нашел? Но почти сразу я отбросил эту мысль. Если Барни дорожит этими вещами, то зачем он велел мне переписать все это в его книжечку? Значит, он собирался их продать. Выходит только одно. Барни положил все это в сейф, чтобы потом внимательней все рассмотреть, чтобы эти вещи не спутались с уже находившимися в магазине. Меня вполне устроило такое объяснение, но все равно, какое-то чувство не давало мне покоя. Оно мне говорило, что не все так просто.
   Пока я был погружен в свои размышления, Стен увалившись на мой диван, благополучно уснул. Мне спать не хотелось и я еще раз решил внимательно все осмотреть.

Глава 4

   Первым делом я взял в руки книгу с чернильным пятном на обложке. На каком языке была написана книга, я так и не понял. Буквы были похожи толи на китайские иероглифы, толи были написаны по-арабски. Я совершенно в этом ничего не понимал. Единственное, что мне стало понятно, этой книгой очень часто пользовались. Страницы во многих местах были загнуты, кое-где на полях были сделаны пометки, кое-где строки были подчеркнуты. Возраст этой книги также был неясен. По иллюстрациям было видно, что очень старой книга быть не может. Рисунки изображали технику, которой пользовались максимум лет сто назад, хотя рисунки немного отличались от общепринятых. Например, военный корабль был изображен, почему-то, не в воде, а над водой. Казалось, что этот корабль какая-то сила держит над поверхностью моря и не дает ему опуститься. Старый немецкий танк был изображен с двумя башнями, которые находились одна над другой, а винтовка Первой Мировой войны почему-то стреляла водой, а не пулями. В конце книги находились карты неизвестной местности. Ни одна из них не была мне знакома. Возможно это были карты других стран, о которых я мало знал. На последней странице книги была еще одна карта, нарисованная вручную чернилами. На ней вообще ничего не было понятно. Линии пересекались друг с другом, было много зачеркнутых слов, некоторые участки карты были обведены кругом. Сначала я подумал, что это книга для детей. Слишком уж много там диковинных рисунков. Но затем я отогнал эту мысль, потому, что эта книга была довольно толстой и некоторые вещи в ней были совершенно непонятными не то, что для детского ума, но и для взрослых. Я закрыл книгу и взял следующую вещь.
   Это была одна из синих чашек. Сначала она показалась мне обычной, но затем я заметил, что ручка у этой чашки уж очень мала. Создавалось такое впечатление, что эта чашка ненастоящая. Зачем было вообще к ней приделывать ручку, если за нее невозможно держаться. На дне я увидел неизвестные мне буквы. Остальные шесть чашек были такими же.
   Затем мне попалась пустая глиняная бутылка. Я даже понюхал ее, но ничего знакомого не почувствовал. По своей форме она была похоже на бутылку из-под «Кока-Колы», но была абсолютно непрозрачной. Единственной особенностью этой бутылки было кольцо, вделанное в горлышко и предназначалось, видимо для подвешивания или к поясу, или к руке. Я заглянул в бутылку и на самом дне заметил что-то наподобие земли или песка. Значит в этой бутылке держали какое-то сыпучее вещество.
   Коробок спичек, выпавший из котелка, был обыкновенным, только выпускали такие спички лет пятьдесят назад.
   Сам котелок был ничем не примечательным. Единственное, что о нем можно было сказать это то, что его вероятно никогда не мыли.
   Картина, которую я взял в руки, сначала не показалась мне необычной. На ней было изображено спокойное море. Над морем изображен закат. Солнце медленно садится за горизонт. В правой стороне картины находится скалистый берег, на котором растут какие-то хвойные деревья. На одном из деревьев сидит птица, похожая на орла и смотрит в сторону моря. Обычный пейзаж. Я уже хотел было отложить картину в сторону, как вдруг в отдаленном углу картины заметил изображение странного существа. Его изображение было очень маленьким, но мысленно увеличив его в размерах, я понял, что это существо размером футов десять в высоту и футов пятнадцать в длину. Оно было похоже на благородного оленя или на лося, но несомненно должно было быть больше их как минимум вдвое. Морда этого животного, вообще, была непонятно от какого животного. Несмотря на наличие огромных ветвистых рогов у этого животного было… лицо! Нет не человеческое лицо, а лицо в том понимании, что это животное было разумным! Как я это понял, я не знаю, но я не ошибался. Это животное лежало, подобрав под себя копыта, и смотрело в ту же сторону, что и орел. Куда же они смотрят?
   И когда я приблизил картину к своим глазам, то увидел, куда обращены взоры этих существ. Они смотрели не на море, а за море. Еле заметной точкой на картине оказалась верхушка какой-то горы или башни. Уж очень трудно было понять, что это такое. Скорее эти животные чего-то ждали оттуда. Кто же нарисовал эту картину?
   Может показать ее специалистам. Что-то мне подсказывало, что этого делать не стоит. Я развернул картину тыльной стороной и увидел, что она написана не на холсте, а на чем-то твердом и гладком. Возможно на древесине. Несмотря на это, она была поразительно легкой, хотя имела размер около трех футов в длину. Никак не вязалась эта картина с остальными предметами. Все вещи указывали на то, что они принадлежали какому-нибудь путешественнику или охотнику. Но кто будет носить с собой картину? Ее не спрячешь за пазуху как фотографию, да и что в ней такого особенного, кроме странного оленя в углу? Пожалуй ее можно повесить прямо здесь на стене. Будет хоть какая-нибудь память о Барни.
   Затем я взял в руки что-то на подобие одеяла. Оно было вышито красивыми узорами и, наверное, было очень теплым и служило для обогрева своего хозяина в холодные ночи. Плотная ткань, наверняка, позволяла переносить довольно сильный холод или служить как удобная подстилка.
   Перебрав разные безделушки, вроде каких-то дешевых бус или совершенно бесполезного булыжника, я достал из своего кармана монету и стал ее рассматривать. Я сразу обратил внимание на то, что она не была похожа ни на какую из прежде мною виденных. Она была не совсем круглой, а скорее, овальной и имела тускло-серебристый цвет. В профиль на ней был изображен олень, похожий на того, что был на картине. Только на монете этот олень трубил и звал кого-то. На обратной стороне монеты были такие же непонятные слова и буквы, как и в книге. И тут мне пришло в голову, что это может быть не монета, а какой-нибудь медальон или еще что-нибудь, ведь я не увидел никаких цифр на этой монете. Но ведь Барни говорил, что это именно монета. Но теперь какая уже разница? Мне эта штуковина совершенно не нужна. Очевидно, никто за нее много не даст.
   Оставалась утерянная пуговица. И тут я вспомнил, что и на пуговице было изображение какого-то животного. Что-то подсказывало мне, что это был тот же самый олень. Но тут возникал вопрос. Кто может носить одежду с такими пуговицами? Ведь таких оленей быть не может. Он явно размером с индийского слона. А его лицо? А эта картина? А монета? Нет не все так просто. Все это что-то означает.
   Я посмотрел на Стена. Он спокойно спал на моем диване и его ничего не волновало. Сейчас было около часа ночи, но я решил еще раз побывать в своем магазинчике. Что-то тянуло меня туда и я, одевшись, вышел на улицу.

Глава 5

   Место пожара было огорожено небольшим ограждением, но я перепрыгнул через него и вошел в магазин.
   Что я хотел там найти? И можно ли что-нибудь здесь вообще найти? Было абсолютно темно, но мои глаза постепенно привыкли к мраку и я, двигаясь на ощупь, стал шаг за шагом продвигаться вперед. Я слышал свое дыхание. Тишина была абсолютной, как – будто весь мир замер для того, чтобы я мог найти то, что искал. Но если бы я знал, что мне нужно.
   Так я бродил минут десять, совершенно ничего не обнаружив. Я уже хотел было возвращаться, как вдруг неизвестная сила потянула меня в подсобку. Тело Барни уже убрали. В комнате оставался один лишь несгораемый шкаф. Я открыл его и пошарил внутри рукой. Ничего. Шкаф был пуст. Тогда я передвинул шкаф в сторону и провел рукой по тому месту, где он только что стоял. Кроме горстки пепла мне ничего обнаружить не удалось, но я почувствовал нечто другое. Из-под обуглившихся досок на меня повеяло еле ощутимым потоком воздуха. Это означало одно – под полом была пустота. Если это был обыкновенный погреб, я бы об этом знал. Я думал, что знаю каждый уголок в магазинчике. Оказалось, это не так.
   Я нагнулся, чтобы попробовать оторвать одну из досок, но внезапно почувствовал дикую боль в затылке и через мгновение отключился. Единственное, что я почувствовал перед этим – ужасное зловоние, наполнившее комнату, а может быть это все мне показалось.
   Когда я открыл глаза, то увидел белый потолок и голые стены. Мне сразу стало понятно, что это больница. Ужасно болела голова, я никак не мог собраться с мыслями и вспомнить, что было до этого. Через несколько минут пришла медсестра и что-то вколола мне в руку. Мне совершенно не хотелось говорить. Я оглянулся по сторонам и увидел, что в палате лежало еще два человека. Один спал, другой читал книгу. Сейчас мне было не до них. Так я пролежал полчаса до того, пока не пришел доктор.
   – Как вы себя чувствуете? – спросил он у меня, осматривая повязку на моей голове.
   – Ничего, нормально, – ответил я и попытался немного приподняться. Доктор остановил меня рукой, встал и перешел к другому пациенту.
   – Доктор, скажите, когда я могу уйти? – спросил я, но мой вопрос остался без ответа. Я понял, что здесь меня не держат.
   Прошел еще час и тут появился тот, кого я не ожидал увидеть. Это был Стен.
   – Привет, Майк! Ну как твоя голова?
   – Моя голова как лопнувший арбуз. Ничего не соображаю. Что со мной случилось?
   Стен присел рядом со мной и ответил:
   – Не знаю, что с тобой случилось. Я проснулся, тебя нигде нет. Тогда я догадался, что ты пошел в магазин. Я пошел следом и нашел тебя без сознания. Вытащил тебя на улицу и вызвал карету скорой помощи. Вот и все.
   Доктор сказал, что у тебя небольшое сотрясение, хотя могло быть хуже. Что ты там делал?
   – Я сам не знаю, Стен. Мне еще раз захотелось там побывать. И знаешь, я там кое-что обнаружил. Там под подсобкой есть еще одна комната, но я не успел туда попасть. Меня ударили по голове.
   Стен ошарашенно на меня посмотрел и сказал:
   – Ты уверен, что тебя кто-то ударил? Кто там может быть? Это же сгоревшее помещение. Кто там мог быть? Я думал, что ты споткнулся обо что-то и упал, ударившись о стену. Я и сам чуть там не упал. Такая темнота.
   – Нет Стен. Я четко помню, кто-то ударил меня сзади. Но удивительно, что я ничего не услышал. Была такая тишина, что я обязательно услышал бы, что кто-то ко мне подбирается сзади. Но я не слышал.
   Стен задумался на какое-то время и сказал:
   – А что если этот кто-то, уже был в магазине до тебя и просто стоял в темноте?!
   – Да, Стен! Ты прав. Но кто же это мог быть? Скорее всего это был какой-нибудь бродяга, решивший переночевать в магазине. Слушай, а что ты еще видел?
   – Больше ничего. Я там пробыл минуты три. Нашел тебя и сразу вынес на улицу.
   – Значит этот бродяга убежал. Стен, посмотри, нет ли в моих вещах большой серебристой монеты?
   Стен дотянулся до моих брюк, висящих на стуле и оттуда выпала та самая монета. В плаще я нашел деньги, которые взял в сейфе Барни. Странно, бродяга меня не ограбил. Тогда зачем ему нужно было бить меня по голове?
   – Слушай Стен, мы должны еще раз побывать в магазинчике. Я должен узнать, что за помещение находится под подсобкой.
   – Хорошо, давай сходим, но тебе сегодня лучше остаться в больнице.
   После ухода Стена, я уснул и проспал до следующего утра.
   Но утром Стен не пришел и я сам, одевшись, вышел из больницы. Никто меня останавливать не стал. Счет за лечение уже, вероятно, был направлен мне по месту жительства. Сначала я решил зайти домой переодеться и чего-нибудь перекусить. Но то, что я увидел у себя в квартире, поразило меня до глубины души.
   Все вещи в доме были перевернуты вверх дном, книги валялись на полу, мебель была передвинута, некоторые стулья лежали на боку. Было видно, что здесь что-то искали. Но что? Я жил скромно и никаких сбережений у меня не было. Что-то мне подсказывало, что все это связано с позавчерашними событиями. Уж слишком много произошло за эти дни. Я решил идти в полицию.
   Инспектор полиции Брукс принял меня в своем кабинете и заставил меня в письменном виде описать все происшедшее в моей квартире. Никаких версий у меня не было, никого я не подозревал и инспектор честно мне сказал, что шансов на поимку преступников очень мало.
   Мне оставалось только вернуться домой и навести там порядок. Когда я заканчивал уборку, появился Стен и сказал мне, что того типа, который заказал ему пуговицу нигде нет и что это очень хорошо, так как теперь ему некому отдавать свой долг. Меня эта информация никак не обрадовала, а еще больше прибавила неясности. Но сейчас погружаться в размышления мне не хотелось.
   После того, как мы немного перекусили, мы отправились в магазин. На улице было ясно и мы надеялись, что нам удастся все там хорошо рассмотреть. Тем более, что я взял с собой старый отцовский армейский фонарь, который нам очень мог пригодиться.
   Когда мы дошли до места, то увидели, что там никого нет.
   Войдя внутрь, мы сразу направились в подсобку. Как ни странно, сейф стоял на своем обычном месте и его никто не украл. Во-первых он был довольно увесистым, во-вторых – был обгоревшим снаружи. Вдвоем мы легко сдвинули его с места. Я нашел на полу какой-то металлический прут и поддел одну из досок. Она легко отскочила и под ней оказалась темнота. Таким же образом я отломал еще несколько досок и увидел внизу деревянную лестницу. Фонарь светил достаточно ярко и мы со Стеном начали спускаться вниз. Подвал оказался глубоким – метров пять от пола. Спустившись вниз, мы осмотрелись. Эта комната была по размеру не меньше той, которая была наверху. Она была похожа на какой-то склад. От пола до потолка высилась куча какой-то одежды, похоже военной. В связках на полу стояло много книг, припавших пылью. На стенах было несколько военных карт с пометками. На деревянном столу стояла фотография в рамке, на которой было трое молодых мужчин. Двоих из них я узнал сразу. Это были мой отец и Барни, а третьего мужчину я не знал. Они стояли на фоне военной палатки и это, несомненно, было во время их совместной службы на войне. Странно, что этой фотографии я не видел раньше. Вообще-то, о своей службе ни отец, ни Барни рассказывать не любили.
   В углу комнаты я нашел армейский ранец. Интересно, кому он принадлежал? То что я обнаружил внутри, совершенно сбило меня с толку. Там не было ничего, кроме небольшого листка бумаги, на котором простым карандашом была нарисована та самая пуговица, которую я раньше видел. Кому понадобилось рисовать эту пуговицу? И чей это ранец?
   Мои размышления прервал Стен.
   – Майки, смотри, что я нашел.
   Я повернулся к нему и оторопел. На стене очень талантливо и красиво был изображен тот самый олень. Он стоял и гордо смотрел куда-то мимо нас, как бы осматривая огромную территорию. Изображение было таким впечатляющим, что мы стояли и смотрели молча на него, не в силах ничего сказать. Насколько я знал, ни отец, ни Барни не отличались художественными способностями и не могли такого нарисовать. Олень был как живой. Я никогда ничего подобного в жизни не видел. Почему мне раньше не показывали эту комнату? Что здесь находится такого секретного? И как найти всему этому объяснение?
   Еще немного полюбовавшись изображением оленя, мы поднялись наверх и покинули магазинчик.

Глава 6

   Чем больше событий сваливалось на меня, тем больше мне хотелось в них разобраться.
   Сначала сгорел магазин, погиб Барни, затем меня ударили по голове и ничего не взяли, потом устроили погром в моей квартире и опять ничего не пропало. Позже я обнаружил эту комнату в магазинчике. Увидел рисунок оленя на стене, нашел рисунок пуговицы в армейском ранце. Что же это все означает? Но ясно одно – все эти события взаимосвязаны. Ошибки быть не может.
   Я сидел у себя дома и пил чай. Был полдень. Работы у меня не было и я не знал чем мне заняться. Примерно в половине первого в дверь постучали. На пороге стоял мальчик лет двенадцати. В руках у него был небольшой чемодан.
   – Добрый день, мистер Робески. Вам нужно спешить. У нас не более пяти минут. Быстрее, пожалуйста.
   Я удивленно посмотрел на него и спросил:
   – Ты кто такой, парень? Что тебе нужно?
   Тот нетерпеливо потоптался на месте и ответил:
   – У меня сейчас ненастоящее имя. Свое истинное я скажу вам позже. Пожалуйста, быстрее, мистер Робески, возьмите с собой рисунок и пуговицу. Остальное можете не брать. Скорее, прошу вас.
   Я на самом деле был сильно удивлен, но спросил:
   – Откуда ты меня знаешь? И откуда ты знаешь про картину и пуговицу?
   – Поверьте мне, пожалуйста. Быстрее…
   – Ну хорошо, я пойду с тобой, но никакой пуговицы у меня нет.
   Парень широко открыл глаза и спросил:
   – Как нет? У вас есть все остальное! Мы все вам передали!
   – Что значит для меня?! Все, что у меня есть – это принадлежит моему другу Барни, но он умер.
   – Нет, нет! Это ваше. Это все для вас. Ваш отец передал это вам!
   Я был еще более удивлен.
   – Мой отец? Мой отец умер два года назад. Ты что-то путаешь, парень.
   Мальчик с ужасом посмотрел на меня:
   – Умер? Как умер?! Я видел его две недели назад и с ним было все в порядке! Он не может умереть!
   После этих слов мне захотелось дать ему пинка. Я мог стерпеть что угодно, но не такие слова.
   Я уже собрался это сделать, но тут на ступеньках послышался дикий топот бегущих ног и парень, схватив меня за руку, как пушинку потащил на верхние этажи. Я даже не успел ничего сказать, как очутился на чердаке. Откуда такая сила у такого худенького паренька? Тем временем шум приближался и я понял, что мы в западне. Парень посмотрел мне в глаза и серьезно спросил:
   – У вас правда нет пуговицы?
   Я отрицательно покачал головой.
   – Если нас ищут, значит и у них нет!
   Мне оставалось только догадываться, о чем идет речь. Далее произошло невероятное. Мальчик немного подпрыгнул вверх и уцепившись за деревянную балку, которая поддерживала крышу, оторвал ее и приподняв над собой начавшее рушиться перекрытие, бросил его куда-то в сторону. У меня пропал дар речи. На такое человек не может быть способен!
   Затем парень взял меня за руку и мы понеслись по крышам домов, совершая огромные прыжки длиной в сто футов. Мне на секунду удалось оглянуться назад и я увидел какие-то ужасные рожи, глядящие на нас через дыру в крыше. Через пять минут такой гонки, мальчик, наконец остановился и отпустил мою руку.
   – Пока они нас не могут догнать. Вы оставайтесь здесь, а я должен найти рисунок.
   После этого он исчез в одном из окон, а я обессиленный улегся на крыше.
   Сначала мне показалось, что я сошел с ума. Но уж слишком реальным все было. Что это были за физиономии на крыше, что значат слова мальчика о моем отце, что это за история с пуговицей и почему она так всем нужна?
   Стало ясно, я попал в какую-то переделку. И разве может мальчик ломать крыши и перепрыгивать через дома?
   Мне срочно захотелось с кем-нибудь поговорить. Чтобы кто-нибудь объяснил мне, что происходит.
   Становилось холодно и я начал замерзать. С неба срывался первый снег, а на мне не было ничего теплого.
   Примерно через двадцать минут я услышал, что кто-то пытается взобраться на крышу. Я посмотрел вниз и увидел, что это был вернувшийся мальчик. Вот только с ним было не все в порядке. Он с трудом вскарабкался на крышу. Его лицо было в крови, а левая рука безжизненно свисала вдоль тела. Я поспешил ему навстречу, но он жестом показал мне, что не нуждается в помощи.
   – Слушайте меня внимательно, мистер Робески. Я должен остаться здесь. Найдите своего друга. Я ему отдал рисунок. Он ждет вас в месте, которое вы вчера видели. Покажите рисунок оленю и сделайте так, как он Вам скажет. Будьте готовы к долгой борьбе. Вас найдут ваши друзья. Доверьтесь им и пусть Дирланд будет свободным.
   После этих слов, мальчик открыл дверь, ведущую на чердак, а сам остался стоять на крыше. Что-то мне подсказывало, что я его больше не увижу. Я спустился вниз и направился в сторону магазинчика.
   Стен, на самом деле был уже там. Он преспокойно стоял на улице и курил. Когда я подошел, он вытащил из-за угла завернутую в бумагу картину и протянул ее мне.
   – Какого черта, Майки? Что это за пацан ко мне приходил? Откуда у него твоя картина и что это за спектакль?
   Но мне было не до шуток. Я твердым шагом направился внутрь магазина и Стен пошел за мной. Когда мы спустились вниз, я решил немного подготовить Стена к тому, что он может увидеть.
   – Послушай, Стен. Я сегодня видел такое, чему ты не поверишь, пока сам не увидишь. Ты веришь, что можно перепрыгивать с дома на дом, делая шаги длиной с футбольное поле?
   Стен посмотрел на меня как на идиота.
   – Послушай, Майки. Я понимаю, что тебя здорово стукнули по голове, но я думал, что тебя не так сильно зацепило. И чего мы сюда пришли?
   Мне стало понятно, что сейчас Стену бесполезно что-либо объяснять и принялся разворачивать картину.
   – Хорошо, если не веришь, можешь идти.
   Стен подумал немного и полез наверх, но не прошло и минуты как он буквально свалился вниз по лестнице и прошептал:
   – Там, там… Там перед входом здоровенный орел дерется с какими-то огромными крысами. Слушай, Майк, я что, тоже сошел с ума?! Майки, давай делать что-нибудь!
   Я понял, настало время действовать. Я подошел к изображению оленя на стене и мне показалось, что он смотрит прямо на меня. Наверху послышался какой-то дикий визг. Сомнений не оставалось – обратно дороги нет!

Глава 7

   У нас оставалось не более минуты. Я и сам до конца не осознавал, что делаю. Как может помочь нам нарисованный олень? Но борьба наверху происходила на самом деле и значит нужно использовать любую возможность для спасения.
   Я повернул картину к оленю на стене и тут начали происходить невероятные вещи. Олень на стене ожил и начал перебирать ногами. Мимо него пронеслась стая орлов и какие-то звери, похожие на лисиц. Вся эта картина напоминала какую-то мультипликацию. Из-за спины оленя выглянул черный медведь и начал рычать на нас. Правда все это было без звука, но постепенно мне начало казаться, что я начинаю что-то слышать. До меня начали доноситься разные звуки, похожие на топот множества копыт, шум крыльев и рык диких животных. И тут стены начали двигаться. Мы со Стеном оказались внутри огромного стада животных. Мы оставались стоять посреди комнаты, но это была уже не та комната, что раньше. Было ясно, что животные не могут до нас достать, но они зовут нас к себе. Олень нетерпеливо бегал вокруг нас и он действительно был огромным. Все животные были больше, чем обычно. Я решил дотронуться до стены, но мне было страшно. Тут я услышал, что какая-то тварь уже ползет по ступенькам и у меня не оставалось другого выхода как подойти к стене и дотронуться до нее. И тут свершилось невероятное. Как только я кончиком среднего пальца коснулся стены, меня буквально всосало в нее и я уже стремглав несся верхом на олене с бешеной скоростью по бескрайней равнине в направлении далекого леса. Сзади меня с широко выпученными глазами на огромном волке летел Стен, а еще дальше, позади него, громадная крыса схватилась с черным медведем в смертельной битве. Над нами летели разные птицы, а два орла кружили над тем местом, где начинался этот мир и заканчивался наш.
   Сколько прошло времени, я не знал. Равнина закончилась и начался густой лес. Мне показалось, что наступает вечер. Деревья в лесу были совсем не такими как у нас. Во первых – они были разноцветными. Были деревья, похожие на сосны, но почему-то фиолетового цвета, были лиственные деревья, причем внизу они были красными, а ближе к верху переходили в нормальный зеленый цвет. Я решил, что здесь сейчас или весна, или лето. Трава также меняла свою окраску в зависимости от местности. Но самыми странными жителями этого мира были все же животные. Причем хищные животные находились рядом с травоядными и это, по моему, никому не мешало. Куда меня везли я понятия не имел, но в своем нынешнем положении я ничего не мог сделать.
   Лес был бесконечным. Мне казалось, что те, кто меня везет, очень спешат куда-то. Дороги не было, но мой олень так ловко огибал кусты и деревья, что скорость была огромной. Мне было понятно, что обычные животные не могут так быстро бегать. Стен на волке не отставал, но количество зверей, нас сопровождавших, постепенно уменьшалось. Сейчас рядом со мной бежал большой тигр, сзади мчался на волке Стен, а за ними несся еще один волк. Сверху над нами летели несколько орлов. Остальных животных не было видно.
   Внезапно лес закончился и мы вылетели на берег какой-то реки. Мы неслись вверх по течению и впереди увидели водопад, который красивым потоком падал в реку. Немного снизив скорость мы пролетели прямо сквозь воду и оказались в огромной пещере. Мне сразу стало понятно, что эта пещера искусственная. На всех изображениях были только животные, причем некоторые из них мне были незнакомы. Внутри пещеры царил полумрак, но не было ни факелов, ни свечей, ни какого-нибудь другого освещения. Свет падал откуда-то сверху, возможно где-то были отверстия в потолке и это был свет снаружи. Сама пещера представляла собой большой зал в центре и ответвления во все стороны от этого зала. Что было за этими коридорами, можно было только догадываться. Стены помещения были исписаны теми же непонятными символами, что и в книге, которую я раньше видел. По периметру зала стояли статуи оленей, причем они внешне отличались друг от друга. Можно было подумать, что эти статуи создавались разными авторами в разное время. Одни были очень старые, другие, выполненные позже. И позы этих оленей также были разные. Один олень стоял на задних ногах и как бы пытался ударить кого-то своими копытами, другой – куда-то бежал, третий – замер, глядя в сторону, четвертый – низко наклонил голову вперед и направил на кого-то свои рога. Статуй было не меньше пятидесяти и они создавали удивительное впечатление на того, кто смотрел на них в первый раз. Кто же мог их создать? И сколько им лет?
   Наконец мой олень остановился и опустился на передние ноги, чтобы я мог слезть с него. Но его рост был настолько большим, как для оленя, что мне пришлось спрыгнуть вниз и я, перекувырнувшись, упал прямо на пол. Стену повезло больше. Его волк был размером с большую корову, но стен лихо соскочил с него и, озираясь по сторонам, подбежал ко мне.
   – Майки, скажи мне, что я сплю.
   Я поднялся, отряхнул пыль с колен и оглянувшись по сторонам, ответил:
   – Если ты спишь, то я вижу твой сон. Понятия не имею где мы, но все это происходит с нами наяву. Я думаю, что нам нужно подумать о том, как отсюда выбраться.
   – Чтобы отсюда сбежать, нужно знать дорогу, а как же узнать дорогу, если мы не знаем, где мы. К тому же очень хочется есть и пить. Как думаешь, нас покормят?
   – Я думаю, как бы нас самих не съели. Хотя, мне кажется, что эти звери не похожи на обычных зверей. Какие-то они странные. Действуют, как одно целое. Кто же их хозяин?
   – Хозяина у них нет и никогда не было. Они свободны.
   Мы со Стеном повернулись назад и увидели мужчину лет пятидесяти, который вошел в зал из одного коридора.
   Я сразу его узнал. Это был мужчина с фотографии.
   – Дирланд – свободная страна, которую нашли олени сотни лет назад. Здесь живут разные животные, но все они живут по одному закону. Но животными их назвать нельзя. Они умнее большинства людей и не убивают ради наживы или власти. В этом мире все сбалансировано. Сколько я здесь живу, я не видел от них не ненависти, ни страха, ни злобы. В нашем мире это назвали бы раем. Здесь все время тепло, еды достаточно, нет болезней, нет войн. Вернее не было до последнего времени. Пока люди не нашли этот мир.
   Мужчина подошел к нам вплотную и Стен, с удивлением, посмотрел на меня, а потом на него.
   – Я понимаю ваши чувства. Вы никогда здесь не были и даже не знали о существовании другого мира. Но разве можно все объяснить с точки зрения науки? Посмотрите вокруг и вы увидите настоящие произведения искусства. В вашем мире они стоили бы огромных денег. Здесь – это дань истории. Вы сможете увидеть и не такое. Люди слишком самолюбивы, чтобы допустить, что кто-то еще способен на прекрасное.
   После этих слов мужчина посмотрел в мои глаза и сказал:
   – Я думаю, ты сможешь меня когда-нибудь понять и простить. Иначе я не мог. Я знал о тебе, ты обо мне – нет. Я твой настоящий отец.
   Я не верил своим ушам. Отец? А кем же был тогда тот? Но наше внешнее сходство было поразительным. У меня закружилась голова и стоял молча, как ошарашенный. Нет никаких родственных чувств к этому человеку я не испытывал, да и наверное и не мог испытывать, но что-то мне подсказывало, что жизнь моя изменилась, что с этим человеком нас ждет что-то серьезное и важное. Наконец, ко мне вернулся дар речи и я тихо спросил:
   – Но почему? Как? Как такое могло произойти? Почему мы здесь?
   Отец взял меня за плечи и серьезно сказал:
   – Здесь, на этой земле, ты поймешь, что такое смысл жизни и сам узнаешь ответы на все вопросы. Лучше, если ты сам все увидишь.
   С этими словами отец пошел вперед и знаком показал следовать за ним. Мы шли по широкому тоннелю, который также был тускло освещен. От этого тоннеля шло много ответвлений вверх и вниз. Иногда нам приходилось поворачивать то влево, то вправо. Это напоминало какой-то лабиринт. Но чувства страха не было. Отец шел уверенно, не оглядываясь назад. В тоннеле повеяло свежим воздухом и вскоре мы вышли на поверхность. У нас со Стеном захватило дух. Мы стояли на вершине высокой скалы и внизу плескалось бескрайнее море. Птицы кружили в небе, вдалеке, ниже нас, паслись огромные стада оленей, а еще дальше простирался хвойный лес. Дул теплый ветерок. Я ощутил до сих пор незнакомое мне умиротворение и покой. Посмотрев на Стена, я увидел, что и его охватили те же самые чувства.
   Справа от входа в пещеру находился большой камень с ровной верхушкой. Я сразу догадался, что он служит столом. Старое широкое бревно, лежащее возле стола было скамейкой. Отец присел на край бревна и мы сели рядом с ним.
   – Сейчас вам необходимо поесть. Не удивляйтесь местным кулинарным особенностям. Скоро вы ко всему привыкнете. У нас есть немного времени и я должен кое-что вам рассказать.

Глава 8

   – Я сам не очень много знаю о Дирланде. Знаю только, что этой стране больше тысячи лет и что первыми сюда пришли олени. С тех пор все здесь почитают род оленей. Олени – самые многочисленные жители этой страны, хотя есть много медведей, волков, лосей, лисиц, тигров, кабанов, разных птиц. Есть и другие, но я не всех видел. Не знаю как так получилось, что эти животные живут в согласии, но так повелось издавна и никто не нарушает этого правила. Но за этим морем есть другой мир, еще более старый, чем этот. Что это за мир, никто не знает, но в последнее время оттуда к нам стала приходить беда. Населяют те земли ужасные твари, не похожие на всех известных. Они стали приходить сюда и убивать жителей этого мира. Убивать не столько из-за голода, а из-за какой-то необъяснимой ненависти. Они похожи на огромных крыс. Другие – зловонные жабы с клыками, третьи похожи на больших червей, высасывающих все из тела жертв. И море им не преграда. Они переплывают его и по ночам нападают на прибрежные земли. Сейчас у нас еще есть силы для сопротивления, но этих чудовищ больше, чем нас и они это осознают.
   – Но почему раньше они не нападали на Дирланд?
   – А вот в этом уже заслуга людей.
   Я удивленно поднял брови, а отец продолжал:
   – Почти тридцать лет назад, я воевал во Франции вместе с Барни и Джеком, которого ты считал своим отцом. Мы были разведчиками и однажды наша группа попала в засаду. Отступая, мы попали в какую-то пещеру и, кажется, нам удалось оторваться от погони. Мы были сильно измучены, но нам пришлось искать другой выход из пещеры, так как обратно идти было опасно. Таких длинных пещер я никогда не видел. Мы шли в полной темноте и совсем заблудились. Двоих людей мы вообще потеряли. Нас оставалось четверо. Я, Барни, Джек и Алекс Рэтлинг, наш командир. Мы умирали от голода и жажды, но продолжали идти вперед. Когда мы уже не могли подвигаться от усталости, мы решили от дохнуть. И тут почувствовали, что из одного отверстия в стене дует свежий ветерок. Кое-как мы пролезли в этот отверстие и не поверили своим глазам. На стене пещеры был нарисован огромный олень, но самое главное – изображение двигалось. Сначала мы подумали, что у нас начались галлюцинации от долгого хождения по темноте, но потом поняли, что это и вправду происходит. Олень звал нас к себе, как бы желая помочь. Мы сильно испугались и начали стрелять в него, но вместо пуль из дул автоматов вылетала только вода. Я тогда еще не знал, что таких мест в Дирланде несколько. Жители этой прекрасной страны знали о существовании нашего мира. Мы о них – ничего. Уже позже я понял, какой их ошибкой было помочь нам в нашей беде. Люди оказались неблагодарны. Они принесли несчастья в этот мир. Вот почему я до сих пор здесь.
   Мне слова отца казались какой-то сказкой. Но если бы я сам не находился здесь, я никогда не поверил бы во все услышанное.
   Пока мы беседовали, из пещеры на задних лапах вышел медвежонок и принес нам корзину с едой. То, что было в корзине, не являлось моим постоянным рационом. В основном там были орехи, какие-то сладкие корешки, мед, плоды, похожие на наши яблоки и обыкновенная вода. Мы со Стеном переглянулись, но есть хотелось очень сильно и мы принялись за еду.
   Отец тем временем продолжал:
   – Когда мы попали таким образом в эту страну, нас окружили разные животные и стали предлагать нам такую же еду как и эта. Мы поняли – нам ничего плохого здесь не сделают. Нас привели в одну из пещер, мы отдохнули и на другой день к нам пришел огромный старый олень. Он молчал, но мы его понимали. Он мог говорить с нами без слов, а наши слова он понимал. В этой стране есть своя письменность, но владеют ею только олени Высшего Рода. Они носители истории этой страны и они отвечают за порядок в ней. Так вот, когда пришел олень, он рассказал нам, что мы находимся в Дирланде и что здесь нам ничего не угрожает и мы сможем вернуться в свой мир, когда захотим. Нам было по двадцать с лишним лет, шла война и никто поначалу не хотел возвращаться домой. Хотя у меня была жена, твоя мать, и я знал, что скоро должен был родиться ты, я понятия не имел, как мне удастся попасть домой из Франции, тем более, что мы попали в засаду на оккупированной территории. Все решили остаться на некоторое время.
   Целыми днями мы бродили по стране, изучая ее жителей и быт. О врагах Дирланда, живущих за морем мы слышали, но никогда раньше не видели их. И вот однажды, когда мы шли по берегу моря, мы увидели как три уродливых создания напали на одного оленя и пытаются его затащить в воду. Мы схватили палки и с криками бросились оленю на помощь. Когда эти чудовища нас увидели они, видимо, растерялись. Они никогда не видели людей и не знали кто мы такие. Двоим жабам, а они были как большие жабы, удалось убежать, а одну мы все вместе забили палками до смерти. После этого, к нам стали относится еще с большим уважением, а мы предложили свои услуги по патрулированию берега в качестве охраны. Нам пошили красивые мундиры с символикой Дирланда, изготовили для нас удобные сапоги и мы стали выполнять свою привычную солдатскую работу. Не скажу, что ее было много. Видимо, эти гады не решались теперь нападать на Дирланд, не зная наших возможностей.
   Так прошло два месяца и вот, одним утром, Алекс Рэтлинг предложил нам изготовить лодку и попробовать переплыть залив, за которым находилась неизвестная земля. Сначала мы были против, но потом подумали и решили, что нам ничто не угрожает и что стоит рискнуть. Через неделю лодка была готова и мы переплыли этот залив. Мы думали, что он окажется шире, но на самом деле мы его переплыли за один час. Постоянный небольшой туман над заливом закрывал горизонт и мы думали, что море намного больше. Выйдя на берег, мы осмотрелись и увидели, что эта земля вся изрыта норами, подземными ходами и выглядит опустошенной. Деревья были повалены и изгрызены, травы почти не было. Вокруг, в основном, были голые скалы. Даже солнце здесь казалось каким-то холодным и неярким. Так может выглядеть земля после наводнения или ядерного взрыва. Кое-где валялись обглоданные скелеты разных животных, а в небе кружили огромные летучие мыши. Мы уже хотели возвращаться назад, как вдруг из одной норы послышался какой-то звук, а затем вылетела горсть земли. Кто-то копал себе жилище в земле. Через несколько секунд из норы полетели небольшие блестящие камешки и мы поняли, что это не простые камни. Я нагнулся и поднял один из камешков. Это оказался небольшой алмаз. Все мы присвистнули от удивления. В этой земле почти на поверхности находились драгоценные камни. Пока мы рассматривали свою находку, из норы показалась морда большой крысы. Мы отошли в сторону, а крыса, дико запищав, убежала куда-то вдаль. Мы не стали долго здесь задерживаться и вернулись назад.
   После этого случая прошло несколько дней, но Алекс, Джек и Барни как-то странно начали себя вести. Я никогда особо не принадлежал к их компании, а теперь они вообще стали со мной крайне редко разговаривать.
   Однажды мы решили пойти к тому месту, откуда можно попасть в наш мир. С этой стороны пещеры на стене также был нарисован олень. Как только мы подошли ближе, картинка ожила и мы до нее дотронулись. Через мгновение мы оказались в своем старом мире, но что-то пошло не так. Мы не могли идти дальше. Какая-то сила нас не отпускала от Дирланда. Тогда мы решили повернуть назад, но вся одежда на нас начала исчезать, наши боевые дубины стали таять на глазах. Алекс первым подошел к стене и его закрутило так, что он упал. Все же кое-как нам удалось вернуться в Дирланд, но мы были абсолютно голые. Единственной вещью, которая осталась, была медная пуговица с мундира Алекса. Она сразу отскочила на землю и поэтому осталась целой. Мы не поняли в чем дело, и лишь после возвращения в пещеру, олень сказал нам, что это произошло из-за того, что у кого-то из нас была вещь из враждебной земли. Мы поняли, что это был алмаз в кармане Алекса. Пуговицу я оставил у себя, сам не зная зачем.
   Прошло еще какое-то время и однажды, проснувшись ночью я увидел, что остался один. Я вышел из пещеры и увидел оленя, который стоял и смотрел в сторону моря. От оленя я узнал, что мои друзья взяли лодку и уплыли на тот берег. Сначала я не сильно волновался, но когда прошло три дня, а их все не было, я понял, что они уже не вернутся.
   Но через месяц появились Барни и Джек. Они сказали, что возвращаются домой. Я пытался объяснить им, что это сумасшествие. Но я не знал, что война уже закончилась. Они не послушались и ушли. Где они были весь этот месяц и что с ними было, они мне не сказали. Также я не узнал от них, что же произошло с Алексом.

Глава 9

   – А что было дальше?
   – Дальше начали происходить непонятные события. Твари с того берега активизировались. Они уже не так беспорядочно нападали на нас. Теперь, казалось, они действуют планомерно. Они стали появляться в тех местах, где мы их не ждали. Стали все дальше заходить на нашу территорию и наносить все больше вреда. Кроме того, они стали рыть на нашем берегу свои норы. Встал вопрос о создании постоянной армии Дирланда. Меня как военного человека назначили командующим. Я стал собирать жителей Дирланда вместе и через некоторое время все наши рубежи были под охраной.
   – А какую роль мы играем во всем этом?
   – Скоро вы все поймете. Однажды я на олене объезжал участки обороны берега, как вдруг увидел большую лодку, плывущую с того берега. Когда лодка причалила, на берег спрыгнули две большие крысы, но за ними появился и Алекс Рэтлинг. Я очень удивился этому. Алекс подошел ко мне и сказал, что рад меня видеть. Затем он запустил руку в карман брюк и достал оттуда целую пригоршню алмазов. Это было огромное состояние. Он мне сказал, что стал хозяином того берега и эти чудовища слушают его. Тогда я спросил, почему эти твари нападают на Дирланд. Он рассмеялся и ответил, что в земле Дирланда в тысячу раз больше алмазов, чем на том берегу и что крысы роют норы по его приказу. Тогда я спросил, зачем ему это все нужно. Он ответил, что алмазы – это власть в нашем мире, это огромное богатство и что главное – суметь доставить это богатство в наш мир. Я ему сказал, что мир Дирланда будет полностью уничтожен, если эти безмозглые создания будут рыть в нем норы вдоль и поперек. Будет то же самое, что и на том берегу. Все погибнут от голода. Алекс зловеще рассмеялся и сказал, что ему нет дела до Дирланда и его интересуют только алмазы. После этих слов я развернулся и хотел уйти, как вдруг Алекс схватил меня за руку и сказал, что ему нужна та самая пуговица, которая оторвалась при падении. Меня это насторожило. Зачем ему какая-то старая пуговица? Я сказал ему, что я ее потерял. Алекс страшно разозлился и закричал, что если я не отдам сейчас же ему эту пуговицу, он прикажет своим тварям перерыть весь Дирланд и уничтожить все на своем пути. И тут меня осенило! Без этой пуговицы, Алекс не может перенести алмазы в наш мир. Она – единственная вещь, которая оказалась на границе миров уцелевшей. Кусочек прошлого заключен в этой пуговице. А пока есть часть прошлого, нельзя изменить настоящее и выйти в другой мир. Такая простая вещица и так влияет на ход событий. Алексу необходимо вместе с этой пуговицей пересечь границу миров, чтобы суметь пронести алмазы. Мне все стало ясно и я сказал Алексу, что сегодня же уничтожу эту пуговицу и тогда он не сможет разорить Дирланд, перекопав его в поисках алмазов. Алекс совсем рассвирепел и сказал мне ужасную новость. Он сказал, что моя жена и твоя мать умерла, а ты, еще грудным ребенком, достался Джеку и Барни и что ты – гарантия того, что я не уничтожу пуговицу. Мне показалось, что земля ушла из-под моих ног, но я взял себя в руки и ответил ему, что если они тебе что-нибудь сделают, я точно уничтожу пуговицу раз и навсегда. На этом мы и расстались.
   – И что потом?
   – Затем я не видел Алекса несколько лет. Атаки его тварей продолжались, но мы легко с ними справлялись.
   – Но почему ты не вернулся ко мне, если знал, что я у Джека и Барни?
   Отец помолчал и ответил:
   – Я не мог бросить этот мир наедине с Алексом и его чудищами. Я чувствовал, что он исчез не насовсем и что-то должно произойти. И однажды я решил узнать, что же делается на том берегу. Я сел в лодку и ночью тихонько переплыл на тот берег. То, что я там увидел, поразило меня. При свете факелов огромные крысы, жабы и какие-то слизняки таскали корзины с грунтом в сторону строящейся крепости. В стороне было что-то наподобие причала и там копошились какие-то создания, вроде наших обезьян, только с более разумными рожами. Они вполне осмысленно возились над созданием какого-то корабля. Правда он был неказистым, но очень похожим на наши корабли. Откуда у этих созданий был металл, я не знаю, но это был самый настоящий металл. Эти обезьяны перекрикивались друг с другом. У некоторых из них были металлические копья. Вся эта орава напоминала подобие отряда солдат. Мне стало понятно против кого это все создается. Алекс Рэтлинг собирается напасть на нас, чтобы добраться до меня и заставить меня отдать ему пуговицу. С помощью простых набегов на Дирланд ему этого не добиться. Я потихоньку отошел к берегу и уплыл назад.
   – И что же было дальше?
   – Дальше я решил сам напасть на Алекса и его армию, пока ему не удалось набраться сил для нападения на меня. Я собрал более тысячи боевых орлов и мы устроили настоящую бомбардировку из тяжелых камней на головы этих тварей. Несколько дней мы бомбили их позиции, пока не разрушили все, что можно было разрушить.
   После этого я несколько лет не слышал об Алексе и его подопечных. И вот десять лет назад я узнал, что Алекс ушел вглубь своей земли и основал там целое государство из этих мерзких тварей. Он выжал из своей земли все алмазы, которые там были и скопил сумасшедшее состояние, которым никак не мог воспользоваться.
   – Но почему же, когда Алекс исчез из твоей жизни, ты все-таки не вернулся в наш мир?
   – Однажды я хотел это сделать и попал в родной город, но меня встретили Джек и Барни и сказали, что я тебя увижу только в обмен на пуговицу, и что они тебя убьют, если я к тебе попытаюсь приблизиться. Мне пришлось вернуться в Дирланд. Было ясно, что Барни и Джек тоже надеются на кусок наживы. Они с самого начала действовали заодно. Но эти глупцы не знали, что Алекс их водит за нос. Барни и Джек думали, что для того, чтобы пронести алмазы в наш мир, подойдет любая металлическая вещь из Дирланда с изображением оленя, но лучше будет, если она будет подороже. Они думали, что от этого зависит размер богатства, которое можно пронести в наш мир. Они не понимали ценности пуговицы и не догадывались, почему именно она нужна Алексу. И вполне понятно, что они решили завладеть медальоном в виде монеты, а пуговицу отдать Алексу. Почему они так решили, я не знаю. Видимо, Алекс их здорово обманул.
   – Так вот почему Барни так обрадовался монете, а на пуговицу не обратил внимания! Он считал, что Алекс полный дурак и собрался его обмануть. Они друг друга собирались надуть. Но что же означают остальные вещи из коробки и откуда она взялась?
   – В последнее время Алекс опять стал давать о себе знать. Несколько раз на меня напали ночью. Его твари искали пуговицу. Мне с трудом удалось отбиться. Вот почему я перебрался в оленью пещеру. Все труднее стало сдерживать вылазки его крыс. И я решил спрятать пуговицу в твоем мире. Другого выхода у меня не было. Никого кроме тебя у меня там не оставалось. Но была главная проблема. Ты вообще не догадывался о моем существовании. Другая проблема – как обмануть Барни. К этому времени Джек умер от рака. Я воспользовался жадностью Барни, и мы изготовили медальон с изображением оленя. Была надежда, что Барни выберет медальон, а пуговица попадет к тебе.
   – Так и случилось. Но все испортил пожар. Пуговица пропала.
   – Да, я уже знаю.
   – А что означают остальные вещи из коробки?
   – Абсолютно ничего. Это разный хлам, который нам удалось найти на берегу после бомбардировки берега. Я очень удивился, когда увидел, что Алекс печатает для своих обезьян книги с чертежами разных механизмов. Но Рэтлинг серьезно ошибся. Он не знал, что наше оружие здесь ведет себя совершенно по-другому. Эта земля сама противилась любому насилию. Например, военный корабль отказывается плыть и зависает в воздухе, ружья или вообще не стреляют, или стреляют водой. Барни и Джек передали ему разные книги по военному делу, но они ему здесь не пригодились. Чашки мы нашли там же. Алекс пытался научить обезьян пить из чашек. Мне кажется, он со своими алмазами совсем сошел с ума. Единственными ценными вещами в коробке были картина и пуговица. Хотя картина самая обыкновенная. Она была нужна для того, чтобы олень тебя узнал. Мы ведь даже не знали, как ты выглядишь.
   – Но теперь, когда пуговица исчезла и я здесь, мы можем сообщить Алексу, что его попытки бесполезны, и что он уже ничего не сможет сделать.
   – В том то и дело, что теперь он не поверит нам. Он никогда не смирится с мыслью, что все его богатство собрано впустую. Поиск пуговицы превратился для него в смысл всей его жизни. Что бы мы ему не сказали – он не успокоится пока не уничтожит нас. Это уже не тот Алекс, что был раньше. Теперь – это повелитель самых мерзких существ в мире. Но самая главная опасность в том, что в Дирланде есть другие места, через которые можно попасть в другой мир. И если все эти твари полезут туда, то и он будет уничтожен. Поэтому, нам нельзя говорить Алексу, что пуговица пропала. Иначе он начнет мстить. Сейчас он сосредоточен на этой пуговице и нам придется принять удар на себя. Мы спасем Дирланд или погибнем.
   – Скажи, отец, а нет ли в Дирланде других людей?
   – За то время, что я здесь, других людей я не видел. Но в Зале Великих Оленей есть рисунок, на котором изображены двуногие существа. Они похожи на детей, но в их руках копья, луки и стрелы. Они изображены в бою с огромными крысами, летучими мышами и другими отродьями. Я спросил у Верховного Оленя, кто эти люди. Но он ответил, что этот рисунок очень старый и ему ничего не известно. Мне кажется, что если эти карлики и существовали, то очень давно.
   – Но как же Алексу удалось возглавить этих всех крыс, жаб, червей и тому подобное?
   – Этого я не знаю. Но одно ясно – они ему подчиняются и он их использует. Что он для этого делает – известно только ему.
   – А почему нельзя добраться до Алекса и разобраться с ним?
   – Сейчас, к сожалению, это невозможно. Повелитель Крыс, как называют его олени, создал на том берегу неприступную крепость. Но чтобы до нее добраться нужно сначала пройти ужасных червей, которые ползают у берега, затем сразиться с голодными жабами, которые сидят в болотах на пути к крепости, победить огромное количество крыс и, самое главное, суметь справиться с обезьянами, которые намного умнее всех этих тварей. Кроме того, в небе все время кружат громадные летучие мыши. Наши орлы в одиночку много сделать не смогут.
   – И что же мы будем делать?
   – Нам нужно понять как Алекс управляет своими слугами. Без него они – просто разрозненная куча голодных мерзких существ.
   – Сколько у нас осталось времени?
   – Немного. Повелитель Крыс знает, что ты здесь. Его слуги не смогли тебя остановить. И теперь он начнет действовать. За последние годы он стал слишком силен. Но я должен его остановить. Ты со мной?
   Я посмотрел отцу в глаза и ответил:
   – Я с тобой! А ты Стен?
   Стен, отошедший во время нашего разговора в сторону, но слышавший каждое слово, сказал:
   – Если честно, олени мне нравятся больше, чем жабы. Я с вами.
   Мы все рассмеялись и отец повел нас обратно в пещеру. На Дирланд опускалась ночь.

Часть 2
Тайна Повелителя Крыс

Глава 1

   – Давно, очень давно пришло Великое Стадо на эту землю. Здесь были бескрайние луга, чистые реки и теплое солнце. Дираэль Первый не стал вести дальше своих братьев и здесь олени обрели покой и свободную жизнь. Сотни и тысячи оленей бродили по этой стране и не было у них врагов. Но узнало Черное Племя о нас и покинуло свой берег и стало убивать нас на нашей земле. И не было у них сил, чтобы победить нас, но пришел Повелитель Крыс и возглавил Черное Племя. Но есть ему с кем сразиться. Смелый Друг Оленей не пустил Повелителя Крыс на эту землю и разбил его дом.

   Мы сидели на полу в Зале Великих Оленей и слушали рассказ Верховного Оленя.
   – Отец, как ему удается говорить с нами? Неужели олени могут то, чего не могут люди?
   – Они могут намного больше, чем мы. Они не знают ненависти и злобы, они живут в согласии и любви, они готовы пожертвовать собой ради другого. Я до сих пор не смог разобраться в этих надписях на стенах. И олени не знают, что здесь написано. Кто-то другой создал эти пещеры, но потом ушел отсюда. И эти статуи тоже создал тот, кто был здесь первым. Предания о тех временах утеряны. Но ясно одно – олени и те маленькие люди, что нарисованы на стене, жили вместе и вместе сражались с мерзкими тварями с того берега.
   Я подошел поближе к стене пещеры и посмотрел на рисунок давнего сражения. На ней была изображена битва, происходившая, возможно, сотни лет назад. Маленькие фигурки, похожие на людей вступили в бой с огромными мерзкими созданиями, которые теперь жили на другом берегу. На рисунке были видны летящие стрелы и копья, горящие факелы и падающие камни. Несколько фигурок людей окружили упавшую летучую мышь и кололи ее копьями, большая крыса придавила собой одного человека и схватила его за руку, другая крыса лежала убитой и в ее спине торчали стрелы. И вдруг, я обратил внимание на одну фигуру на рисунке. Верхом на огромной жабе сидел самый настоящий человек и держал в руке длинное копье. Меня это заинтересовало. Я подозвал отца и Стена:
   – Смотрите сюда. Эти человечки маленького роста, а этот, на жабе, обычного роста.
   Отец присмотрелся поближе и сказал:
   – Да, действительно! Я раньше не замечал этого. Все фигурки на стене мне казались одинаковыми. Что – же это может значить?
   – Возможно это означает, что тот, кто сидит на жабе командует этими всеми мерзостями? – предположил Стен и посмотрел на нас.
   – Вполне на это похоже., -сказал я. – Значит это сражение не вымысел, а реальное событие, происходившее очень давно. Но как нам об этом узнать?
   – Боюсь, что уже не как, – с горечью сказал отец и повернулся к Верховному Оленю. – Ведь так?
   Олень взмахнул широкими рогами и так же беззвучно ответил:
   – Великое Стадо не знает об этом. Но есть Тот Кто Спит, он живет сотни лет. Он пишет знаки и бросает камни, что правду говорят. Он далеко, но есть дорога в горы. Из Дирланда она идет в Туманный Мир. Но мы не ходим тропами такими, там нет лугов и солнца нет. Быть может знает он ответ.
   После этих слов олень исчез в одном из коридоров, и мы остались втроем.
   – Мне кажется, что этот рисунок может нам о многом сказать, – сказал я, усевшись на каменную ступеньку. – Помнишь, отец, ты говорил, что крысы раньше были неорганизованны и что они нападали на вас лишь из чувства голода?
   – Да, именно так и было. Но когда к ним перебрался Рэтлинг, они стали действовать как по приказу.
   – И что это все значит? – глуповато спросил Стен, присев рядом со мной.
   – Это значит, что Рэтлинг не первый, кто стал Повелителем Крыс. И это значит, что и раньше был кто-то, кто мог подчинить этих тварей своей воле, – предположил я и посмотрел на отца.
   – Значит способ управлять крысами есть и Рэтлинг узнал этот способ! – воскликнул отец. – И наш единственный выход – разгадать эту тайну. Мы не можем напасть на Рэтлинга на его территории – мы просто не сможем переправить свои силы на тот берег. И мы не можем допустить его армию на свой берег – тогда нам конец. Необходимо действовать. Мы должны его опередить!
   – Но что – же это за способ? – спросил Стен.
   – Может быть Рэтлингу удалось выучить их язык? – предположил я.
   – Не думаю, – сказал отец, – во-первых, у него есть кроме крыс и другие мерзости. Во-вторых, я считаю это в принципе невозможным. Рэтлинг – простой солдат, а не профессор биологии. В-третьих, даже если он и нашел способ с ними общаться, то с какой стати эти безмозглые существа будут выполнять его прихоти. Нет, здесь что-то другое. То, о чем мы и не догадываемся.
   – Но как нам это узнать? – задал вопрос Стен.
   – Если у нас нет никаких вариантов, то стоит прислушаться к словам Верховного Оленя, – ответил отец. – Я давно живу с этими прекрасными животными и они ни разу меня не обманули. Нужно искать этого, ну Того Кто Спит.
   – А ты уверен, что он вообще существует? И кто он такой вообще? Человек? Олень? Медведь? Или, может быть, это вымысел, который олени считают правдой? – спросил я.
   – Я не уверен. Но я твердо знаю, что с Рэтлингом своими силами нам не справиться. Он сделает все, чтобы пронести свои алмазы в наш мир или сделает все, чтобы нас уничтожить. Мы должны получить управление над его армией и сделать так, чтобы они больше никогда не появлялись в Дирланде.
   – И какой же у нас будет план? – поинтересовался Стен.
   Отец серьезно посмотрел на нас и тихо сказал:
   – Кто-то из нас должен найти Того Кто Спит. Мы должны узнать эту тайну. Я чувствую, что это единственный выход. И от него зависит судьба Дирланда.
   Мы стояли молча и никто долгое время не проронил ни слова. Нам было ясно, что тот, кто пойдет в Туманный Мир, может оттуда никогда не вернуться. Это была неизвестная нам страна, где нас могли ожидать еще более страшные испытания, чем здесь. Что нас там ждет? Какие еще чудовища живут в неведомом нам мире? Может быть твари Рэтлинга – жалкие букашки по сравнению с теми, кто там обитает? Неизвестность пугала еще больше. И как далеко находится эта страна? Возможно ли до нее дойти?
   Такие мысли кружились в моей голове и от этого становилось жутко. Моя размеренная жизнь изменилась за несколько дней. Если бы кто-нибудь еще неделю назад сказал мне, что я буду прыгать по крышам домов, проходить сквозь стены и разговаривать с оленями, я подумал бы, что по этому человеку плачет больница. Теперь же мне было не до шуток. Я сердцем ощущал, что именно мне суждено пройти этот путь в далекий неизвестный мир и душа моя наполнилась доселе неизвестным мне чувством решимости и ответственности за судьбу чужой мне земли.

Глава 2

   Начинался третий день моего пребывания в Дирланде. После всех событий, которые произошли до этого, я сам замечал, что начинаю меняться. Никогда в жизни я не совершал ничего такого, что могло что-либо серьезно изменить или повлиять на что-то. Изо дня в день я делал одно и то же. Я знал, что будет завтра и не помнил, что было вчера. Но здесь, в стране оленей, я понял, каждый может изменить многое. Что не важно кто ты – богатый или бедный, сильный или слабый, большой или маленький. Если ты существуешь, то ты обязательно что-то меняешь. Без тебя мир был бы другим, не таким. Но если ты существуешь, то можешь сделать то, что направит события в сторону, в которую они не были бы направлены без тебя. Я впервые ощутил себя нужным, способным на что-то серьезное и великое. Пусть этот мир был не мой, пусть этот мир никогда не вспомнит обо мне, но не это главное. Я изменился. И сейчас самым большим счастьем для меня стало вступить в бой против того, что я считал неправильным, жестоким и ужасным. Во мне просыпался дух воина и он вел меня навстречу походам, боям и победам.
   Я проснулся и направился к отцу, чтобы сообщить ему о своем решении идти в Туманный Мир. У меня не было четкого плана, но сильное чувство решимости не давало мне шансов для сомнений.
   Стена рядом не было видно и я решил, что он уже где-то бродит, изучая окрестные достопримечательности. Выйдя из пещеры, я увидел, что отец и Стен стоят на краю скалы и о чем-то беседуют.
   – Доброе утро, – сказал я отцу и Стену и уселся на траву возле них. – Погода сегодня чудесная, не правда ли? – Погода здесь всегда такая, – сказал отец и уселся рядом. – Но сейчас разговор не об этом. Сегодня ночью группа тварей с того берега напала на нас и убила несколько животных. Причем это произошло не на берегу, а довольно далеко от него. Они осмелели. Это говорит о том, что они знают свою силу и перестали бояться. Времени совсем мало. Или его уже нет. Нападение Черного Племени – это вопрос времени. Я считаю, что идти в Туманный Мир нужно незамедлительно.
   – Я уже все решил, отец. Ты не можешь идти, так как ты командующий армией Дирланда. Ты нужен здесь. Стен не может идти потому, что он случайно попал в эту историю. Значит должен идти я.
   Отец понимающе посмотрел на меня и сказал:
   – Ты прав, сын. Я не могу в такую минуту бросить Дирланд. Атака может начаться в любой момент и я должен быть готов. А вот по поводу Стена ты ошибаешься. Сейчас, возможно, безопасней быть за пределами Дирланда, чем здесь. Поэтому вы должны идти вместе. Вы – друзья, а в трудном пути нет ничего важнее друга. Я правильно считаю?
   Отец посмотрел на Стена и тот утвердительно кивнул головой. Было понятно, что они так решили еще до того, как я проснулся.
   – Ну что же, – сказал отец. – Если все решено, то нужно хорошо подготовиться к пути. Нам еще раз нужно поговорить с Верховным Оленем и взять все, что вам понадобится.
   Мы направились в Зал Великих Оленей, по пути в последний раз осматривая красоты залива и надеясь поскорее сюда вернуться.
   Верховный Олень уже ждал нас. Он как будто догадывался о нашем решении и теперь спокойно стоял посреди пещеры.
   – Решение ваше – нелегкая ноша. Дорога лежит через темные земли. Там раньше лежали бескрайние степи. Теперь там бесплодные земли лежат. Вам в горы идти предстоит в одиночку. Олени не могут там жить без травы. Но вас довезти до границы оленьей мы сможем и этим вам путь сократим. Орлы полетят в вышине над горами, но дальше их крылья не смогут нести. В стране за горами вы будете сами. И Спящий вам скажет, что вы захотите, коль сможете место вы это найти.
   Мы выслушали оленя в почтительном молчании, но меня беспокоил еще один вопрос.
   – Скажи, олень, а как выглядит Тот Кто Молчит?
   – Предания старые помнят олени, но в Дирланде правды не знает никто. Молчащий похож на пещеру большую и камни летят и рисует он знаки. О чем ты не спросишь, он может ответить, лишь солнце поможет тебе прочитать.
   После такого туманного объяснения, у меня появилось еще больше вопросов, чем ответов. Не могут ли олени свою легенду принимать за действительно существующее? Тогда мы просто потеряем время и все равно не узнаем секрета управления тварями с того берега. Но другого решения у нас не было.
   Мы покинули зал и пошли по длинному коридору в сторону водопада, сквозь который мы попали сюда. На большой поляне возле берега реки находилось много животных. Они обступили нас со всех сторон и с любопытством стали нас рассматривать. Мы приблизились к большому камню, на котором лежало два металлических копья, мечи, луки, колчаны со стрелами и пара заплечных мешков с провизией и другими полезными вещами. У подножия камня мы увидели свое походное обмундирование. Это были прочные кожаные брюки черного цвета, жилеты отороченные мехом с металлическими пластинами на груди, теплые накидки на плечи и большие шапки, закрывающие уши и шею. Увидев все это мы не поверили своим глазам. С одеждой все было понятно, но вот с оружием была проблема. Ни я, ни Стен никогда в жизни не держали в руках ничего опаснее вилки. И сейчас нам было неясно, как же нам со всем этим совладать? Если мечом еще можно было как-нибудь размахнуться, то удержать копье, а тем более орудовать им по назначению, не представлялось возможным. О луке со стрелами я уже и не думал. Все представления о стрельбе упирались во мне в стрельбу по банкам из рогатки, не говоря уже о применении столь серьезного оружия в бою. Оставалось только надеяться, что все это нам не пригодится и мы благополучно вернемся обратно. Видя наше со Стеном замешательство, отец подошел к нам поближе и сказал:
   – Я понимаю ваши сомнения. Но времени на обучение у нас нет. Вы должны знать, что в каждом из нас может жить воин. И когда наступит время, воин заявит о себе. Берегите свое оружие. Мы не знаем, что находится за пределами оленьей страны. Мы не знаем, кто может вам повстречаться на пути и поэтому мы должны быть готовыми ко всему. Но главное – берегите друг друга. Даже в самую трудную минуту, даже в самой кромешной тьме не бросайте один одного. Помните, вместе вы уходите отсюда, вместе должны вернуться. Если на кого-то из вас в пути нападет отчаянье, если дорога покажется непреодолимой, поддержите друг друга и только так у вас будет возможность выжить. И не забывайте – времени у нас не так много. Идите насколько можно быстро, не сворачивайте с пути, но не забывайте и отдыхать. Вам обоим понадобятся силы для возвращения обратно. От вас зависит судьба Дирланда, а возможно и судьба нашего родного мира.
   Глядя на отца, было видно, как нелегко даются ему эти слова. Совсем недавно, всего несколько дней назад, он обрел сына и теперь вынужден провожать его в путь, который может привести его сына к смерти. Мой отец был настоящим воином и в моих жилах текла его кровь.
   Из пещеры вышел верховный олень и глядя на нас, сказал:
   – Отважные Друзья Оленей, мы верим в ваши силы и твердость ваших рук. Даю вам братьев из Великого Стада. Они быстры как ветер и бесстрашны как и вы. Пока вы в Дирланде, они вас повезут, а дальше, орлы до гор вас проведут пока их крылья смогут их нести.
   Из пещеры вышли два больших, красивых оленя и подошли к нам. Один был абсолютно белый, лишь между глаз у него было небольшое темное пятно. А другой был серого цвета со светлыми пятнами по бокам. Олени подошли к нам вплотную и опустились на колени, чтобы мы могли на них сесть. Не долго думая, мы со Стеном уселись в седла, заранее приготовленные для нас и, в последний раз посмотрев на отца и всех собравшихся животных, медленно поехали вдоль течения реки навстречу неизвестному миру.

Глава 3

   Вначале мы ехали медленно. Олени не нуждались в управлении и мы со Стеном могли спокойно рассмотреть местность, по которой пролегал наш путь. В основном, мы двигались по хвойному лесу, иногда переходящему в смешанный, в котором попадались дубы, березы и другие неизвестные нам деревья. Но самым удивительным было то, что лес был разноцветным. Почему сосны были фиолетовыми, а дубы снизу красными, можно только было догадываться. Возможно, здесь почва была какой-то особенной или влияло то, что здесь постоянно было теплое время года, мы не знали. Но попав в такой удивительный лес, я на время забыл о нашей цели и увлеченно оглядывал все, мимо чего мы проезжали. Стен также крутил головой по сторонам и время от времени пил воду из кожаного бурдюка, который был приторочен к его седлу. Над нами парили два орла и если бы нам что-то угрожало, то они подали бы нам знак. Олени, видимо, хорошо знали территорию Дирланда и уверенно шли по известному им пути. В вышине ярко сияло солнце и нам казалось, что в этом прекрасном мире никогда ничего не может произойти. Если и весь путь будет таким, то мы со Стеном посчитаем это приятной прогулкой, а не серьезным и опасным заданием. Мне не хотелось верить, что кто-то может нарушить спокойствие в этом мире. Кому нужно грызть эти прекрасные деревья, топтать эту мягкую траву и рыть норы в этой земле. Неужели нельзя просто наслаждаться пением птиц, журчанием воды в ручье и ярким солнцем в небе. Этот мир показался мне таким родным и знакомым, что я совсем не думал о том, что я попал сюда всего несколько дней назад. В этом мире я чувствовал себя счастливым. Здесь мне дышалось свободно и легко. Каждая минута здесь приносила мне радость. Я теперь понимал решение отца спасти этот мир и его жителей. Теперь и я ни за что на свете не смог бы оставить Дирланд в беде. И я с горечью подумал о том, что этот мир стал нам ближе, чем родной.
   Размышляя таким образом, я не заметил, что лес стал реже и солнце светило уже не так ярко. Деревья росли в отдалении друг от друга, а трава была больше похожа на мох, который вдавливался копытами оленей и оставлял след за нами. Наши олени заметно прибавили шаг. С чем это было связано, я не знал. Возможно, олени чувствовали себя не очень уверенно вдали от привычных мест и хотели побыстрее доставить нас к границе Дирланда. Вскоре нам пришлось обхватить оленей за шеи, иначе мы могли бы просто свалиться с них. А падать с такой высоты нам, конечно не хотелось. Через некоторое время деревья закончились и местность обрела какой-то серый оттенок. Уже не было поющих птиц, красивых цветов и теплого ветерка. Сейчас это была бескрайняя равнина, на которой виднелись невысокие холмы и редкие островки травы укрывали все это пространство. Олени уже не шли, а бежали, с тревогой глядя вперед, и нам со Стеном было ясно, что эта местность совсем им не по душе. Орлы над нами спустились ниже и расставив крылья парили в нескольких десятках метров перед нами, как бы стараясь защитить нас от всего, что могло встретить нас на пути. Ветер уже не был таким спокойным и теплым, как в лесу. Теперь он был влажным, пронизывающим и порывистым. Нам со Стеном пришлось натянуть на головы шапки и мы в душе были благодарны тем, кто подготовил нас к этому пути. Олени, тем временем, опустили головы пониже и набрали большую скорость. Мы неслись по этой равнине и я впервые после нашего отъезда стал с тревогой всматриваться в горизонт. Теперь наша дорога не казалась мне такой безопасной и приятной, как раньше. Беспокойство животных передалось нам со Стеном, и мы начали с тревогой пересматриваться друг с другом. Стен скакал немного позади меня, но я спиной чувствовал, что он уже был не в восторге от своего решения ехать со мной. Прошло, наверное часов шесть от того, как мы выехали, но это уже был не тот Дирланд, который мы знали. Теперь это была неприветливая, пустынная земля, на которой практически ничего не росло. Нам попадались какие-то мхи, лишайники и редкие колючие кустарники, которые уж точно не могли прокормить собой многотысячное стадо оленей. Солнце изредка мелькало из-за низких черных туч и нам хотелось поскорее миновать эту местность, чтобы остановиться и отдохнуть. Но наши олени летели все быстрее и быстрее. Они завороженно глядели вперед. Как будто они уже видели конец этого пути, но он никак не приближался. Наши орлы внезапно взмыли ввысь и на мгновение скрылись из виду. Мы со Стеном посмотрели вверх и заметили, что орлы замерли в одном месте и стали кружить далеко впереди. Нам, конечно, не было видно, что там происходит, но подсознательно чувствовали, что скоро нам предстоит увидеть нечто, что повлияет на ход нашего пути. И мы не ошиблись.
   Олени вынесли нас на вершину холма и остановились. Впереди нас, куда не глянь, простиралось огромное бескрайнее болото. Оно уходило далеко за горизонт и над его поверхностью то тут, то там, поднимались зловонные испарения. Не было видно ни дороги, ни тропинки, по которой мы могли бы проехать. Нам стало понятно, что это и есть граница Дирланда, дальше которой олени уже не смогут идти. Это было бы опасным как для них, так и для нас.
   
Купить и читать книгу за 49 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать