Назад

Купить и читать книгу за 150 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать

Психоаналитическая социальная философия

   В монографии рассматриваются концепции психоаналитического учения З. Фрейда, индивидуальной психологии А. Адлера, аналитической психологии К.Г. Юнга, сексуально-экономической теории В. Райха, психоистории Э. Эриксона и Л. Демоза, гуманистического психоанализа Э. Фромма, фрей-домарксизма М. Хоркхаймера, Т. Адорно и Г. Маркузе, психоаналитической герменевтики П. Рикёра и Ю. Хабермаса. Дается систематизированное представление о зарождении, становлении и развитии социально-философских идей классического и современного психоанализа.
   Для специалистов, занимающихся междисциплинарными исследованиями проблем личности, культуры и общества.


Янина Станиславовна Бороненкова Психоаналитическая социальная философия: монография

От автора

   Предлагаемая вниманию читателей книга сложилась на базе кандидатской диссертации по теме «Генезис, содержание и основные векторы развития психоаналитической социальной философии», защищенной в 2010 г. в Московском государственном лингвистическом университете.
   Надеюсь, в своем новом, дополненном и отредактированном виде она найдет отклик не только среди профессионалов, занимающихся вопросами социальной философии и смежных дисциплин, но также будет интересна и полезна всем желающим лучше понять психологическую составляющую жизни человека и общества.
   Позвольте выразить благодарность рецензентам книги – доктору философских наук, профессору В. И. Замковому и доктору философских наук, профессору B. C. Грехнёву, моим коллегам и друзьям за помощь и поддержку на долгом пути защиты диссертации и подготовки книги, а также персонально: Е. В. Аношиной, А. П. Бондареву, А. А. Бороненковой, А. П. Булкину, В. А. Васильеву, Л. A. Ворониной, Е. В. Гольденберг, О. В. Ивановой, A. M. Кантору, И. А. Коросте левой, В. П. Крутоусу, А. Н. Лощилину, Т. В. Медведевой, М. В. Миляевой, Л. П. Михайловой, А. В. Мялкину, Н. Н. Нечаеву, Н. Н. Новикову, А. Д. Никольскому, Е. А. Одынец, С. А. Одынцу, А. Ю. Севальникову, В. А. Сорокину, В В. Старовойтову, B. C. Страховой, Ю. А. Сухареву, В. М. Тихонову, М. Н. Фокиной, К. Н. Хитрику, А. А. Черноиваненко, Е. И. Юрко и др.
   Светлой памяти моих учителей, коллег и старших друзей Виктора Ивановича Овчаренко, Александра Алексеевича Грицанова и Игоря Семёновича Кона.
   Янина Бороненкова

Введение

   Психоаналитические идеи 3. Фрейда, его последователей и критиков неизменно оказываются в фокусе внимания философии XX и XXI вв. благодаря их влиянию на современную культуру и общество. Это влияние с момента становления основ психоанализа вызывает разные, порой диаметрально противоположные оценки, однако его трудно не признать.
   Данная книга посвящена психоаналитической социальной философии как проекции идей и подходов классического (фрейдовского) и современного психоанализа на исследование проблем личности, культуры и общества[1].
   Философские истоки психоаналитического учения, формы и возможности его интеграции в мировую историко-философскую традицию на протяжении длительного времени остаются предметом дискуссий и размышлений в научной среде.
   Неоднородность психоаналитических идей 3. Фрейда, обладающих различной степенью общности и направленностью, привела к постепенному формированию четырех основных измерений (уровней) психоанализа:
   1) клинического (эмпирического) – ориентированного на разработку техники и практики психоаналитической психотерапии;
   2) прикладного – ориентированного на изучение различных предметных сфер жизнедеятельности людей (литературы, искусства, религии, мифологии, политики и т. д.) посредством применения психоаналитической методологии;
   3) теоретического – ориентированного на изучение психики человека в единстве и взаимодействии систем Бессознательное – Пред сознательное – Сознательное;
   4) философского (метатеоретического) – ориентированного на построение фундаментальных моделей психики и личности человека во взаимодействии с обществом, а также интеграцию психоаналитических концепций и идей в социогуманитарную среду и общественное сознание.
   Стоит отметить, что философское измерение психоанализа, включающее в себя наиболее общие положения о существовании психической реальности как реальности особого рода, примате бессознательной системы в психике человека и наличии причинной обусловленности психических процессов и явлений, выступает своего рода аксиоматическим фундаментом, на котором зиждется психоанализ как таковой. Несмотря на довольно радикальные различия между школами и течениями современного психоанализа, рассматриваемыми в данной книге, и отсутствие единой психоаналитической теории бессознательного, именно признание этих общих базовых положений позволяет современному психоанализу в целом сохранять преемственность с наследием 3. Фрейда.
   Принципиально важным моментом, во многом предопределившим двойственный статус психоанализа как психологического и одновременно философского учения, также можно считать тот факт, что становление психологии как самостоятельной науки началось только в последней четверти XIX в., дотоле же она развивалась преимущественно в теоретическом русле и была тесно сопряжена с философией.
   Поэтому систематическое обращение 3. Фрейда к философским источникам на всех этапах развития психоаналитического учения, широкое использование методов и средств философского познания, разработка наиболее общих, фундаментальных категорий антропологии, культурологии, социальной философии, этики и других философских дисциплин позволили ряду исследователей (как сторонников, так и критиков психоанализа) прийти к выводу о том, что философская составляющая в психоанализе носит системообразующий характер и задает тон теоретическим, прикладным и эмпирическим исследованиям[2].
   Психоанализ при таком понимании представляет собой не только и не столько психологическую доктрину и сообразующуюся с ней практическую психотерапевтическую деятельность, но прежде всего философское учение. В этой связи было бы корректнее говорить не столько о «философском измерении (уровне) психоанализа» или «философских основаниях психоанализа», а о психоанализе как философском направлении.
   Следует подчеркнуть, что принятые в философской и смежной литературе обозначения «философия психоанализа» или «философский психоанализ», с одной стороны, и «психоаналитическая философия» – с другой, не могут считаться синонимичными и равнозначными. При делении логического объема понятия в первом случае («философия психоанализа», «философский психоанализ») родовую принадлежность выражает слово «психоанализ», во втором же («психоаналитическая философия») «философия» выступает как род, а «психоанализ» – как вид.
   Обозначение «психоаналитическая философия» позволяет точнее определить психоанализ, поскольку философские компоненты в таком случае предстают не как один из уровней, а как системная основа, что в большей мере сообразуется с природой и сущностью психоаналитического учения.
   Развивая свои идеи в 20—30-х годах XX в., 3. Фрейд экстраполировал психоаналитические представления о психике и личности человека на его взаимоотношения с культурой и обществом. Тем самым в социально-гуманитарном познании было открыто новое измерение, включающее исследование скрытых психологических мотивов и причин общественных явлений. Это содействовало расширению и углублению проблематики психоанализа и создало предпосылки для становления психоаналитической социальной философии в работах А. Адлера, К. Г. Юнга, В. Райха и их последователей.
   Психоаналитическая социальная философия представляет собой неоднородное поливекторное направление социально– философской мысли, ориентированное на понимание и объяснение процессов и явлений общественной жизнедеятельности людей, исходя из влияния на них разнообразных осознаваемых и не осознаваемых ими психических факторов.
   Под «социальной философией» в данном контексте понимается отрасль философского познания и знания, нацеленная на изучение наиболее общих закономерностей взаимоотношений личности и общества, создание рациональных моделей общественного бытия людей, разработку норм и идеалов общественной жизнедеятельности, а также прогнозирование возможных и вероятных вариантов развития общества.
   Социально-философские интенции классического и современного психоанализа в зависимости от поставленных целей и задач были рассмотрены в научных статьях и монографиях[3], а также в ряде диссертационных исследований[4]. Вместе с тем анализ этих работ дает основание полагать, что психоаналитическая социальная философия как целое ранее не была предметом специального научного исследования. Восполнение этой существенной лакуны предопределило постановку целей и задач данной книги.
   Материалы исследования нашли применение при подготовке и чтении курсов и спецкурсов по психоаналитической социальной философии, философской антропологии, истории философии и сопряженных с ними социально-гуманитарных наук и дисциплин в высших учебных заведениях.

Глава I
Генезис психоаналитической социальной философии

§ 1. Социально-философские интенции психоаналитического учения 3. Фрейда

   Основы психоанализа и психоаналитической философии были заложены в конце XIX – первой половине XX в. австрийским врачом и психологом Зигмундом Фрейдом (1856–1937).
   Под «психоанализом» (от греч. psyche – душа и греч. analysis – разложение, расчленение) сам 3. Фрейд (1922) понимал: 1) «способ исследования психических процессов, иначе не доступных», 2) «метод лечения невротических расстройств, основанный на этом исследовании» и 3) «ряд возникших в результате этого психологических концепций, постепенно развивающихся и складывающихся в новую научную дисциплину»[5].
   Опираясь на европейскую материалистическую и идеалистическую философские традиции (Эмпедокл, Диоген Синопский, Эпикур, Сократ, Платон, Аристотель, Лукреций, Б. Спиноза, Г. Лейбниц, Ж. – Ж. Руссо, Д. Дидро, И. Кант, И. Фихте, Г. Гегель, А. Шопенгауэр, Г. Спенсер, Э. Гартман, Т. Липпс, Ф. Брентано, Ф. Ницше, Г. Тард, Г. Лебон, А. Бергсон и др.)[6], достижения естественных наук (прежде всего эволюционное учение Ч. Дарвина, закон сохранения и превращения энергии, открытый независимо друг от друга Р. Майером, Дж. Джоулем и Г. Гельмгольцем), историко-этнографические наблюдения (в первую очередь теории Дж. Аткинсона и У. Робертсона– Смита), данные современной ему неврологии, психологии и психиатрии (в особенности так называемой физиологической психологии – Г. Гельмгольц, Э. Брюкке, В. Вундт, И. М. Сеченов, Т. Мейнерт, Ж. Шарко, П. Жане, И. П. Павлов, В. М. Бехтерев и др.) и собственный клинический опыт, 3. Фрейд разработал инновационный прием диагностики и терапии неврозов, основанный на анализе свободных ассоциаций, толковании сновидений и интерпретации различных ошибочных действий, а также создал принципиально новое оригинальное учение, принимающее бессознательное в качестве энергетически и содержательно наиболее насыщенной системы психики человека.
   Понятием «бессознательное» 3. Фрейд обозначал: 1) «психические процессы, „которые проявляются активно и в то же время не доходят до сознания переживающего их лица“; 2) основную и наиболее содержательную систему психики человека (Бессознательное – Предсознательное – Сознательное), регулирующуюся принципом удовольствия и включающую в себя различные врожденные и вытесненные элементы, влечения, импульсы, желания, мотивы, установки, стремления, комплексы и пр., характеризующиеся неосознаваемостью, сексуальностью, асоциальностью и т. д.»[7].
   3. Фрейд посчитал необходимым внести уточнение, что правомерным является разделение бессознательного психического на два вида: «… латентное, но способное стать сознательным, и вытесненное, которое само по себе и без дальнейшего не может стать сознательным…. Латентное бессознательное, являющееся таковым только в описательном, но не в динамическом смысле, называется нами предсознательным; термин "бессознательное" мы применяем только к вытесненному динамическому бессознательному»[8].
   Результатом выработанного 3. Фрейдом корректного определения бессознательного и принципиально нового понимания его как доминирующей сферы психики стал переход от одномерной психологии сознания, отождествлявшей сознание и психику, к многомерной динамической энергоинформационной модели психики и личности, а также соответствующее расширение ракурса рассмотрения человека в науке и философии.
   Эмпирической базой для теорий 3. Фрейда во многом служил его богатый клинический опыт наблюдения, диагностики и терапии психических расстройств различной этиологии и степени тяжести. Главным образом, 3. Фрейд концентрировал свое внимание на исследовании неврозов, под которыми понимал преимущественно обратимые функциональные нарушения психики, возникающие на основе интрасубъективного конфликта под действием различного рода психотравмирующих факторов.
   Границы между понятиями «психическая норма» и «психическая патология», определения которых непосредственно не фигурируют в произведениях 3. Фрейда, имплицитно остаются весьма размыты. Однако в целом классическому психоанализу скорее присуще понимание «нормы» как условной, исторически изменчивой психосоциальной характеристики, выступающей в качестве диапазона приемлемого для данного общества на данном историческом этапе поведения индивида в определенных ситуациях и соответствующей его способности адаптироваться к меняющимся обстоятельствам. Подобная трактовка психической нормы предполагает проявление конформизма и лояльности со стороны членов общества, однако вместе с тем ставит под вопрос «нормальность» тех, кто по различным причинам не вписывается в сложившуюся систему, которая тем самым становится «прокрустовым ложем», уравнивающим людей помимо их воли и желания.
   Ригидность понятия «психическая норма», поныне вызывающего серьезные дискуссии, также не была близка пониманию 3. Фрейда. Он полагал, что качественные отличия между «здоровым» человеком и «невротиком» проистекают не из разницы в содержании происходящих в психике процессов и, как следствие, в поведенческих реакциях, а из различий количественных параметров и разительной несоразмерности, диспропорции между переживаниями невротика и объективной реальностью.
   При этом 3. Фрейд подчеркивал: «Неврозы не имеют какого‑либо им только свойственного содержания, которого мы не могли бы найти и у здорового, или, как выразился К. Г. Юнг, невротики страдают теми же самыми комплексами, с которыми ведем борьбу и мы, здоровые люди. Все зависит от количественных отношений, от взаимоотношений борющихся сил, к чему приведет борьба: к здоровью, к неврозу или к компенсирующему высшему творчеству»[9].
   В этом смысле закономерности развития и функционирования психики, выявленные у невротиков, представляют собой, по мысли 3. Фрейда, концентрат общечеловеческих проблем и могут быть корректно экстраполированы на психоаналитическую модель личности как таковой.
   С. Цвейг мудро замечает, что «Фрейд исходит из медицины не в большей степени, чем Паскаль из математики и Ницше из древне-классической филологии. Несомненно, этот источник сообщает его работам известную окраску, но не определяет и не ограничивает их ценности»[10].
   В развитии психоаналитического учения 3. Фрейда с определенной степенью условности можно выделить три основных этапа:
   1) клинический (1896–1905) – в ходе которого были разработаны основы психоаналитического понимания психической деятельности человека, сформированы представления об этиологии и терапии неврозов; психоанализ развивался преимущественно в форме психотерапии;
   2) психологический (1905–1913) – в ходе которого были созданы психоаналитические модели психики и личности человека, заложены основы психоаналитической антропологии; психоанализ развивался преимущественно в форме психологического учения;
   3) метафизический (1913–1939) – в ходе которого исследовались проблемы взаимодействия личности и общества, оснований культуры, морали, религии, массовой психологии; психоанализ трансформировался в целостную философско-психологическую систему[11].
   В ходе и исходе почти сорокалетней практической и научно– исследовательской деятельности 3. Фрейда психоанализ претерпел существенную эволюцию от психотерапевтической техники до философско-психологического учения с собственной теоретико– методологической базой.
   В качестве основных методологических принципов построения комплексной теоретической модели психики и личности человека в психоаналитическом учении 3. Фрейда можно выделить следующие:
   3.1) принцип субстанциональности (предполагающий существование особого рода психической реальности);
   3.2) принцип системности (предполагающий сложную многомерную организацию психического аппарата);
   3.3) принцип структурности (предполагающий наличие устойчивых связей и иерархически организованных отношений между элементами психики и личности человека);
   3.4) принцип детерминизма (предполагающий наличие причинной определенности всех психических процессов и явлений);
   3.5) принцип функциональности (предполагающий обусловленность организации психического аппарата выполняемыми им задачами и функциями);
   3.6) принцип эволюционизма (предполагающий поэтапное развитие психики и личности на онтогенетическом и филогенетическом уровнях; при этом 3. Фрейд полагал, что психическое развитие отдельного человека сокращенно повторяет путь развития человечества) и др.
   Как отмечает A. M. Руткевич, «создавая психоанализ, он отказался от сведения психических процессов к физиологическим, но предлагаемые Фрейдом модели психики несут на себе следы жесткого детерминизма и механицизма: "первичные процессы" причинно обусловливают "вторичные", второй закон термодинамики становится чуть ли не психологическим законом при обосновании "инстинкта смерти" в "По ту сторону удовольствия"…. Наблюдаемые явления и процессы понимаются Фрейдом как субстанции, превращаются в "количества энергии", которая "нагружает" любое психическое явление»[12].
   В построении психоаналитической теории 3. Фрейд использовал ряд регулятивных приемов и методов. К универсальным методам познания, использованным Фрейдом в исследовании психической деятельности человека, можно отнести: анализ, синтез, индукцию, дедукцию, абстрагирование, обобщение, аналогию, экстраполяцию, моделирование и др. Эмпирические методы психоанализа составляют главным образом наблюдение (в том числе самонаблюдение), описание, сравнение и др. К основным теоретическим методам психоаналитической философии принадлежат: метод идеализации, метод мысленного эксперимента, аксиоматический, гипотетико‑дедуктивный, исторический, логический, социологический, системный, структурный, функциональный и др.
   Каждый психический процесс и явление описываются и рассматриваются в теоретических построениях 3. Фрейда в трех основных аспектах (подходах): 1) динамическом – с точки зрения источника, величины и направленности психических сил, 2) топическом (топографическом) – с точки зрения местоположения психических инстанций и структуры психического аппарата, 3) экономическом (энергетическом) – с точки зрения количества, связывания и распределения психической энергии.
   Интеграция данных подходов в работах 3. Фрейда 1910–1915 гг. позволила объединить разрозненные объяснительные модели в целостную фундаментальную систему – метапсихологию (от греч. meta – после, за, через, над и «психология» – наука о психике) – и выйти на философский уровень познания. «Более того, – как подчеркивает В. И. Овчаренко, – именно философский импульс исканий 3. Фрейда оказался столь значим, что несущей конструкцией классического и современного психоанализа во всех вершинных достижениях его стала именно философская составляющая»[13].
   Структура философско-психологического учения 3. Фрейда в общих чертах представляет собой взаимосвязанное единство трех основных сфер: психоаналитической антропологии (учения о человеке), психоаналитической культурологии (учения о культуре) и психоаналитической социологии (учения об обществе).
   Пснхосталитическая антропология. Наряду с разработанной 3. Фрейдом многомерной топической моделью психики человека, состоящей из трех неравнозначных систем (Бессознательное – Предсознательное – Сознательное) с утверждением примата бессознательного, остов психоаналитического учения составило принципиально новое понимание проблем личности, обусловливающих существование и поведение людей на индивидуальном и надындивидуальном уровне.
   Архитектоника личности в психоаналитической концепции 3. Фрейда включает в себя три взаимодействующие инстанции: «Оно», Ид (Id) – «Я», Эго (Ego) – «Сверх-Я», Супер-Эго (Super Ego), коррелирующие соответственно с бессознательной, предсознательной и сознательной системами психики человека.
   Сфера «Оно», по 3. Фрейду, являет собой первичный резервуар психической энергии, в котором сконцентрированы неосознаваемые иррациональные природные влечения, импульсы и желания, направленные на реализацию принципа удовольствия: «Мы приближаемся к пониманию Оно при помощи сравнения, называя его хаосом, котлом, полным бурлящих возбуждений»[14].
   В свою очередь, инстанция «Я» выступает как связующее звено между субъектом и объектом (внешним миром) и руководствуется принципом реальности. Контролируемая «Я» сфера психики защищает интересы личности в целом, сообразуя бытие человека с объективными условиями внешнего мира за счет более или менее успешного регулирования превосходящих по силе желаний «Оно».
   По меткому замечанию 3. Фрейда, «отношение Я к Оно можно сравнить с отношением наездника к своей лошади. Лошадь дает энергию для движения, наездник обладает преимуществом определять цель и направление движения сильного животного»[15]. Однако отношения между «Я» и «Оно» далеко не идеальны, и «… сравнение может быть продолжено, – отмечает 3. Фрейд: Как всаднику, если он не хочет расстаться с лошадью, часто остается только вести ее туда, куда ей хочется, так и Я превращает обыкновенно волю Оно в действие, как будто бы это было его собственной волей»[16].
   Наконец, третья сфера личности образована инстанцией «Сверх-Я», которая, согласно 3. Фрейду, обособилась от «Я» в ходе разрешения эдипова конфликта и представляет собой результат интериоризации (усвоения) субъектом исторически сложившихся социокультурных и морально-нравственных норм, запретов и предписаний, формируемых у личности прежде всего родителями и социальной средой.
   Помимо критической функции, отмечает 3. Фрейд, «мы должны упомянуть еще одну важную функцию, которой мы наделяем это Сверх-Я. Оно является также носителем Я-идеала, с которым Я соизмеряет себя, к которому оно стремится, чье требование совершенствования оно старается выполнить»[17].
   Инстанция «Сверх-Я», воплощая, по мысли 3. Фрейда, и запрет, и идеал для «Я», находится по отношению к последнему в перманентной оппозиции, выступая в роли совести и пробуждая чувство вины. «В то время как Я является преимущественно представителем внешнего мира, реальности, Сверх-Я выступает навстречу ему как поверенный внутреннего мира, или Оно»[18].
   Таким образом, в психоаналитической структурной модели личности, предложенной 3. Фрейдом, «Я» как центральное интегративное основание предстает «слугой трех господ» («Оно», «Сверх-Я» и объективной действительности) и раздираемо глубинными антагонизмами‑как между безграничными желаниями индивида и ограничениями социума, так и внутренними противоречиями и непоследовательностью самих желаний и импульсов субъекта.
   Вместе с тем целостность и относительная согласованность действий психических инстанций и сил достигается, по мысли 3. Фрейда, работой четырех основных принципов регуляции психической жизнедеятельности: принципа постоянства, принципа удовольствия, принципа реальности и принципа нирваны.
   Принцип постоянства представляет собой тенденцию, направленную на поддержание внутрипсихического гомеостаза – относительно стабильного уровня возбуждения и устойчивости функционирования психики.
   Принцип удовольствия понимается 3. Фрейдом как изначальное наследуемое стремление любого живого организма, в том числе человека, к получению наслаждения и/или как минимум избеганию страдания. В этом смысле принцип удовольствия как господствующий принцип психической деятельности, по Фрейду, тесно сопрягается с принципом нирваны.
   Принцип реальности в психической жизни призван уравновешивать принцип удовольствия, приводя необузданные эгоистические желания индивида в соответствие с требованиями общества и объективной действительности. Становление данного принципа, в отличие от принципа постоянства и принципа удовольствия, не заложено биологически и происходит в процессе социализации личности.
   Принцип нирваны[19] представляет собой мощную тенденцию психической жизни, направленную на ослабление и снятие внутреннего напряжения, связанного с возбуждением. В описательном плане принцип нирваны оказывается в значительной мере схожим с принципом постоянства, однако между ними существует качественное содержательное различие. Принцип нирваны характеризует не просто тенденцию к снижению внутреннего напряжения и его поддержанию на достигнутом уровне, а выражает собой глубинное стремление к окончательному покою, т. е. смерти. Эта мысль выражена 3. Фрейдом в работе 1924 г. «Экономическая проблема мазохизма»: «Принцип нирваны выражает ту же направленность, что и влечение к смерти»[20].
   Бытие человека и человечества в целом, по Фрейду, представляет собой извечный конфликт фундаментальных парно-полярных противоположностей, находящихся в единстве и борьбе, – Эроса (инстинкта и влечения к жизни и созиданию) и Танатоса (инстинкта и влечения к смерти и разрушению).
   В психоаналитической интерпретации Эрос выступает источником и движущей силой человеческого существования, реализуясь в форме витальной психосексуальной энергии – либидо (от лат. libido – желание, влечение, стремление). Инстинкт жизни определяется принципом удовольствия и пронизывает всю деятельность людей в непосредственной и опосредованной формах. В свою очередь, Танатос, или инстинкт смерти, в обобщенном виде представляет собой тенденцию живых организмов к возвращению в неживое состояние[21]. По мысли Фрейда, Танатос имеет тот же энергетический источник, что и Эрос, направляется принципом нирваны и ориентирован на реализацию агрессивных и деструктивных импульсов вовне или на самого себя (аутодеструкция)[22].
   Из-за несоответствий в языках различия между понятиями «инстинкт» и «влечение» при переводе зачастую нивелируются. 3. Фрейд также не всегда был последователен в их разграничении, однако в целом под «инстинктом» (Instinkt) понимал наследуемые биологические побуждения организма, под «влечением» (Trieb) – внутреннее стремление, выражающее возбуждение соматического (телесного) источника энергии на психическом уровне. Таким образом, применительно к Эросу и Танатосу правомерно говорить как о влечениях, фиксирующих тенденции к самосохранению или разрушению, так и об основополагающих инстинктах, стоящих за ними.
   Согласно психоаналитической интерпретации человека, принципиальным атрибутивным свойством его психики, личности и поведения является амбивалентность (от греч. amphi – вокруг, около, с обеих сторон и лат. valentia – сила) – «двойственное, противоречивое отношение субъекта к объекту, характеризующееся одновременной направленностью на один и тот же объект противоположных импульсов, установок и чувств, обладающих равной силой и объемом»[23].
   Осознание имманентной противоречивости и конфликтности природы, сущности и бытия человека стало одним из «краеугольных камней» психоаналитической антропологии и философии 3. Фрейда. В психоанализе конфликт между системами и инстанциями психики (топический аспект) либо между разнонаправленными влечениями и желаниями (динамический аспект), проявляющийся в явной или скрытой форме, выступает в качестве психодинамического ядра и главного источника диалектического развития личности в норме и патологии.
   Узловым моментом психосексуального развития и основой самоопределения личности в психоаналитической панораме человека является преодоление так называемого эдипова комплекса (от греч. Эдип – персонаж древнегреческой мифологии и лат. complexus – связь, сочетание) – совокупности универсальных бессознательных представлений и установок ребенка, характеризующих направленность эротического влечения на родителя противоположного пола и агрессивных импульсов – на родителя своего пола, который воспринимается как соперник.
   3. Фрейд считал концепцию эдипова комплекса одним из краеугольных камней, на которых базируется психоаналитическая теория.
   Более того, именно факт признания или непризнания эдипова комплекса выступает, с его точки зрения, «лакмусовой бумажкой» принятия или непринятия психоанализа как такового, ибо разрешение эдипальной ситуации квалифицируется сторонниками психоанализа как, по сути, ключевая общечеловеческая проблема, специфика разрешения которой во многом предопределяет особенности психики, личности и поведения индивида.
   Однако постулируемая психоанализом универсальность эдипова комплекса еще при жизни 3. Фрейда была поставлена под сомнение научным сообществом, поскольку переживание отношений ребенка с родителями может в значительной мере корректироваться как частными особенностями ситуации, так и принадлежностью к тем или иным культурным традициям.
   К примеру, в исследованиях пионера индийского психоанализа Гериндры Секхара Боза было показано, что в индийской культуре авторитет родителей не ограничивается фигурами матери и отца, а проецируется на целый пантеон мужских и женских божеств, что существенно усложняет задачу поиска непосредственных объектов антитетических влечений ребенка. В контексте, например, японской культуры и традиций специфика переживания эдипова комплекса связана с акцентированием образа матери как ключевой фигуры в психической жизни ребенка вне зависимости от его пола, поскольку именно на матери одновременно бессознательно замыкаются диаметрально противоположные сильные чувства (любовь и ненависть)[24].
   Относительное постоянство и стабильность функционирования психического аппарата, по Фрейду, поддерживаются действием комплекса так называемых механизмов защиты (защитных механизмов), координируемых «Я». Защитные механизмы психики и личности представляют собой совокупность неосознаваемых психических процессов и операций, нацеленных на уменьшение избыточного напряжения и поддержание внутрипсихического гомеостаза в соответствии с принципом постоянства, который 3. Фрейд считал базисной предпосылкой психической деятельности.
   В качестве основных «механизмов защиты» в работах 3. Фрейда фигурируют: вытеснение («бессознательное устранение индивидом мотивов своих действий из сферы сознания»), регрессия («переход на более примитивный уровень мышления и поведения»), перенос («процесс и результат смены объекта чувств, перемещение их на какой‑то более безопасный объект»), проекция («неосознанное перенесение, "приписывание" собственных ощущений, представлений, желаний, мыслей, влечений и зачастую "постыдных" бессознательных устремлений другим людям»), рационализация («бессознательное стремление индивида к рациональному обоснованию своих идей и поведения даже в тех случаях, когда они иррациональны»), реактивное образование («изменение неприемлемой для сознания тенденции на более приемлемую или противоположную»), фиксация поведения («тенденция "Я" к сохранению апробированных, эффективных стереотипов поведения, известное изменение которой может привести к патологическому навязчивому стремлению к повторениям») и др.[25]
   Отдельного упоминания заслуживает введенное 3. Фрейдом в оборот психоанализа представление о таком защитном механизме личности, как «сублимация», под которой в общих чертах понимается не осознаваемый индивидом процесс переориентации энергии сексуального влечения на социально значимые цели. Фрейд полагал, что именно способность человека к сублимации собственных влечений, в первую очередь сексуальных как наиболее насыщенных энергетически, обеспечивает возможность прогресса человечества с ходом истории, поскольку инспирирует высшие формы социальной деятельности людей – искусство, науку, культуру[26].
   Психоаналитическая культурология. Концепция личности в классическом психоанализе неразрывно связана с культурологическими идеями 3. Фрейда и его ретроспективной гипотезой об истоках морали, религии, культуры и общества.
   По мысли 3. Фрейда, изначально психика и личность первобытного человека (до появления первых запретов и норм культуры) являли собой целостное гармоничное единство. Это единство, согласно Фрейду, было разрушено вследствие кровопролитного конфликта между жестоким вожаком первобытной орды, подавлявшим стремления других самцов к власти и к самкам, и его выросшими сыновьями, которые, сговорившись, убили и съели главного соперника.
   Стоит заметить, что события, описанные 3. Фрейдом, необязательно должны были иметь место в реальности: в общем ключе его рассуждений осознание желания смерти отца в ходе переживания эдипова комплекса само по себе давало мощный импульс к появлению у сыновей дотоле не известного им чувства вины.
   Возникшее чувство вины и страх в будущем разделить судьбу своего отца привели братьев к мысли о необходимости ограничения саморазрушительных для людей инстинктов, прежде всего кровосмесительного и каннибалистского, и созданию первых в истории человечества категорических запретов – табу[27], которые стали, по Фрейду, основой морали, культуры и ранних форм религии.
   Побочным и вместе с тем закономерным следствием ограничения желаний индивида, идущих вразрез с установленными нормами морали, стал, по мысли Фрейда, раскол психики человека на контрарные бессознательную и сознательную системы.
   В ходе исторического развития человечества установление запрета на убийство и инцест совпало по времени с возникновением одной из первобытных форм религии‑тотемизма[28]. Тотемизм, согласно Фрейду, представляет собой религиозно-социальную систему, совокупность сверхъестественных верований и соответствующих обрядов людей, основанных на проекции кровнородственных отношений на живую и неживую природу. Тотем в восприятии первобытного человека выступает могущественным прародителем данного племени[29], почитание которого обеспечивает защиту и благосостояние каждого члена группы.
   3. Фрейд обращает внимание на примечательную особенность тотемических культов: ритуальное коллективное убийство тотема, его поедание (теофагия) с целью приобретения силы тотема и последующее оплакивание вновь и вновь воссоздают первичную картину убийства сыновьями первобытной орды своего отца, ибо память о том событии, по Фрейду, на бессознательном уровне навсегда закрепляется в памяти человечества. Тотемизм содержит в себе зачатки религиозного мировоззрения и может считаться если не первичной формой религии (как полагал, например, видный французский социолог Эмиль Дюркгейм), то как минимум идейным источником для созданных впоследствии мировых религий, поэтому исследовательский интерес к нему, безусловно, и ныне представляется оправданным.
   Придерживаясь атеистических взглядов, 3. Фрейд тем не менее уделил большое внимание исследованию феномена религиозной веры и религиозных систем. Согласно его пониманию, возникновение религии имеет глубокие психологические причины и коренится в страхе и бессилии людей перед природой. Человек, по Фрейду, создает Бога по образу и подобию фигуры Отца, способного давать ребенку опору, защиту и утешение. Обратив внимание на сходство религиозных обрядов и повторяющихся, навязчивых действий невротиков, 3. Фрейд продолжает свою мысль и уподобляет религию общечеловеческому неврозу, который происходит из детских представлений об отце и противоречивого отношения к нему.
   Амбивалентность отношения к Богу, по Фрейду, проявляется в истории человечества с течением времени, когда к покровительственной и защитной функциям Бога-отца добавляется также возможность и способность карать своих нерадивых «детей» за нарушение ими предписаний и норм взаимодействия между людьми. Появление данной социальной функции религии, с точки зрения 3. Фрейда, явилось попыткой людей подкрепить необходимость соблюдения первых социальных запретов и ограничений стимулом «от противного».
   В целом высоко оценивая вклад религии в становление общества и культуры, Фрейд вместе с тем указывал на необходимость преодоления различного рода иллюзий и заблуждений человечества и развитие рациональных форм мировоззрения – науки и философии.
   Понимая под «культурой»[30] все то, благодаря чему общество людей обособилось и возвысилось над миром животных, 3. Фрейд неоднократно обращал внимание на то, что поддержание правил цивилизованного общежития среди людей неизбежно предполагает вынужденный отказ индивидов от удовлетворения личных желаний, не вписывающихся в жесткие рамки той культурной системы, к которой они принадлежат.
   Отчужденность культуры и избыточность налагаемых общественными нормами ограничений, по Фрейду, болезненно переживаются людьми, но вместе с тем являются для них трагической необходимостью, потому что только соблюдение сложившихся предписаний позволяет им идентифицировать себя с определенной культурной традицией и быть принятыми в данную культурную общность.
   Платой за эту возможность зачастую выступает психическое здоровье. Так, невроз, по мнению 3. Фрейда, представляет собой не что иное, как попытку бегства от действительности, которую человек не в состоянии более принять и вместе с тем не может изменить. В той или иной мере и степени невротизированным, по Фрейду, оказывается все человечество, поскольку культура «… по большей части постоянно воссоздается благодаря тому, что отдельная личность, вступая в человеческое общество, снова жертвует удовлетворением своих влечений в пользу общества»[31].
   История человечества предстает в психоаналитической версии калейдоскопом всевозрастающего насилия и принуждения. По мысли 3. Фрейда и его последователей, неизбывная конфликтность бытия личности в культуре проистекает из антисоциальности самой человеческой природы и, следовательно, не может быть нивелирована в принципе. Подытоживая свои размышления, в работе «Неудовлетворенность культурой» 1930 г. Фрейд приходит к неутешительному выводу, что, несмотря на позитивное осознание сопричастности общим духовным ценностям, которое дает своим участникам культура, ценой прогресса цивилизации в целом является рост чувства вины и неспособности людей быть счастливыми.
   Вместе с тем, несмотря на критическое отношение к культуре в целом в силу ее репрессивной сущности, 3. Фрейд неоднократно подчеркивал важность поиска и сохранения универсальных ценностей и идеалов в противостоянии возрастающей общечеловеческой деструктивности. В частности, в одном из писем к А. Эйнштейну, на базе которых в 1933 г. была подготовлена совместная статья Фрейда и Эйнштейна «Почему война?», основоположник психоанализа отмечал, что «… все, что способствует культурному развитию, работает также против войны»[32].
   Психоаналитическая социология. Распространив основные принципы понимания природы и сущности человека на взаимодействие индивидов в обществе, 3. Фрейд создал учение о психологии масс и функционировании разнообразных типов социальной организации людей.
   Развивая идеи французских социологов Габриеля Тарда (1843–1904) и Гюстава Лебона (1841–1931), в многообразии социальных общностей 3. Фрейд выделял два опорных типа: толпу и массу.
   Толпа представляет собой неорганизованное скопление людей, объединяющим фактором для которых выступает, согласно Фрейду, сходное психическое состояние. При этом индивиды, составляющие толпу, приобретают в ней качественно новые коллективные чувства и мысли, отличные от тех, которыми дотоле обладал каждый из них по отдельности.
   В работе 1921 г. «Психология масс и анализ человеческого Я» 3. Фрейд отмечал, что одной из важных характеристик любой человеческой толпы является ее способность к образованию единой «психологической массы».
   В отличие от толпы, массы являются организованным сообществом людей и подразделяются на: естественные (самостоятельно организующие определенный порядок из изначального хаоса) и искусственные (существование которых предполагает определенное внешнее принуждение); постоянные (например, армия) и стихийные; гомогенные (однородные) и гетерогенные (неоднородные) и
   Общность людей в массе базируется, по Фрейду, на либидинозной привязанности, которую индивиды испытывают в первую очередь по отношению к вождю (или замещающей его абстрактной идее), а также друг к другу. Эта эротическая по своей сути, однако десексуализированная по своим целям привязанность позволяет преодолеть изначальную разобщенность и сплотить людей в массе. При этом любовь к вождю и иллюзия любви вождя ко всем составляющим целое индивидам выступают залогом их взаимосвязанности между собой, а следовательно, необходимым условием поддержания иерархической структуры массы.
   С точки зрения 3. Фрейда, психологическая масса, по существу, схожа с первобытной ордой, в которой коллективное господствует над индивидуальным. Внутри психологической массы эмоциональная и интеллектуальная деятельность индивидов подвергается качественным изменениям за счет актуализации архаичных слоев их бессознательного и регресса к более ранним формам психической деятельности. Так, вслед за Лебоном Фрейд отмечает повышение аффективности поведения людей, усиление действия механизмов заражения и внушения, снижение уровня критичности восприятия, самостоятельности суждений и поступков, рост безответственности в силу анонимности и «растворения» индивида в массе.
   Тем не менее механизмы либидинозного объединения индивидов, выявленные 3. Фрейдом при анализе такой психосоциальной общности, как «масса», безусловно, имеют и свою положительную сторону: преодоление деструктивных импульсов, направляемых людьми друг на друга. Совместная деятельность в массе, направленная на достижение общих целей, способна оказывать терапевтическое воздействие на индивидов в массе за счет ослабления тревожности в среде «таких, как ты сам», подкрепления чувства принадлежности к группе и идентификации с ее нормами и идеалами.
   В предельно широком смысле те же закономерности, по Фрейду, характерны и для развития цивилизации, в основе которой лежат различные проявления любви – Эроса, объединяющего людей в семьи, племена, расы, нации, государства и, наконец, человечество.
   Придавая особое значение поддержанию баланса сил в тандеме «Эрос – Танатос», 3. Фрейд в начале 1930-х годов на волне роста националистических настроений в Европе настоятельно пророчески подчеркивал необходимость понижения уровня агрессии и поиска наименее опасных форм ее выхода: «Мне кажется, что вопрос судьбы рода человеческого зависит от того, удастся ли и в какой мере обуздать человеческий первичный позыв агрессии и самоуничтожения, нарушающий сосуществование людей. В этом отношении, быть может, как раз современная эпоха заслуживает особого интереса. В настоящее время люди так далеко зашли в своем господстве над силами природы, что с его помощью они легко могут уничтожить друг друга вплоть до последнего человека. Люди это знают, и отсюда – значительная доля их теперешнего беспокойства, их несчастья, их тревожных настроений. Следует, однако, надеяться, что другая из двух "небесных сил" – вечный Эрос – сделает усилие, чтобы отстоять себя в борьбе со столь же бессмертным противником. Но кто может предвидеть исход борьбы и предсказать, на чьей стороне будет победа?»[33].
   Идеи и методология философско-психологического учения 3. Фрейда содержали новаторский подход к рассмотрению проблем личности, культуры и общества, исходя из психоаналитического понимания природы и сущности человека как психодинамического диалектического единства и взаимодействия фундаментальных противоположностей: сознания и бессознательного, инстинкта жизни и инстинкта смерти, принципа удовольствия и принципа реальности, необузданных желаний «Оно» и императивов социума.
   Значимым достижением классического психоанализа также можно считать тот факт, что Фрейд одним из первых обратил внимание на проблему конфликтного бытия личности в культуре. Он показал, что в основе строительства и поддержания культуры лежат вынужденные усилия ее участников по адаптации собственных антисоциальных импульсов к наличной действительности, сопровождаемой частичным или полным болезненным отказом от них. В психоаналитической философии именно противоречия, порождаемые несовместимостью желаний индивида и возможностями их реализации в социуме, предстают камнем преткновения на пути гуманизации человеческого общества, отклоняющим его движение в сторону растущей невротизации.
   Принятие 3. Фрейдом принципа психического детерминизма создало предпосылки для нового понимания закономерностей поведения людей как на индивидуальном, так и на групповом и общественном уровне, предполагающего наличие всеобщей причинной обусловленности психической жизнедеятельности человека в многообразии ее проявлений. Применение психоаналитических методов интерпретации сделало возможным исследование бессознательных мотивов и причин общественных процессов и явлений, которые ранее не входили в предмет специального рассмотрения социально-гуманитарных наук и дисциплин, в том числе и философии. Вместе с тем стоит заметить, что проекции психологии личности на анализ функционирования социальных групп и общества в целом, проблем возникновения религии и морали, механизмов объединения толпы и массы и др., инициированные Фрейдом, не могли быть приняты безоговорочно и нуждались в дальнейшей разработке, уточнении и критическом осмыслении.
   Социально-философский потенциал идей 3. Фрейда был в значительной мере реализован его учениками, создавшими свои направления и школы, опираясь на положения классического психоанализа‑как модернизируя их, так и подвергая критике и пересмотру. Последующее расхождение ряда последователей Фрейда со взглядами предшественника позволило психоанализу предложить многообразие способов постановки и решения социально-философских, антропологических, социологических, культурологических и иных исследовательских проблем, что обеспечило основу его дальнейшего развития и жизнеспособность.

§ 2. Становление психоаналитической социальной философии (А. Адлер, К. Г. Юнг, В. Райх)

   Социально-философские компоненты психоаналитического учения 3. Фрейда получили развитие в работах его последователей, а также диссидентов от психоанализа. Среди них важнейшую роль в становлении психоаналитической социальной философии сыграли идеи Альфреда Адлера, Карла Густава Юнга и Вильгельма Райха как наиболее целостные и влиятельные психоаналитически ориентированные учения 1920—1940-х годов.
   Австрийский врач и психолог Альфред Адлер (1870–1937) стал одним из первых последователей 3. Фрейда и в 1902 г. примкнул к его дискуссионному кружку «Общество психологических сред», сформировавшему ядро будущего Венского психоаналитического общества – первого объединения психоаналитиков. В 1910 г. Адлер был избран его президентом. Несмотря на это обстоятельство А. Адлер никогда не считался в полном смысле учеником Фрейда и не проходил личный анализ, что являлось и по сей день остается необходимым условием подготовки психоаналитиков.
   Профессиональные и личные отношения между А. Адлером и 3. Фрейдом в силу различных обстоятельств не сложились. В 1911 г. с группой несогласных из восьми человек Адлер вышел из состава Венского психоаналитического общества и основал в пику Фрейду Общество свободного психоанализа. В 1912 г. организация была переименована в «Общество индивидуальной психологии», основные положения которой А. Адлер и развивал всю оставшуюся жизнь.
   Название «индивидуальная психология» было выбрано Адлером не случайно. Оно происходит от латинского слова individuum и означает «неделимый» – именно так, в единстве всех проявлений, сознательных и бессознательных, интеллектуальных и чувственных, социальных и личностных, А. Адлер предлагал рассматривать человека.
   В холистической[34] панораме индивидуальной психологии человек предстает изначально социальным существом, поскольку, по мысли А. Адлера, с момента рождения ориентирован на сосуществование и взаимодействие с другими людьми. Признавая влияние биологической природы на человека, Адлер вместе с тем настаивал на том, что подлинная сущность личности может быть понята только в контексте изучения ее социального опыта, ибо «… с самого своего зарождения разум должен действовать в условиях общественной жизни. Все его способности развиваются, опираясь на один основополагающий принцип: логику общественной жизни»[35].
   Для обозначения готовности и способности индивида быть интегрированным в малые и большие социальные общности, а также действовать скооперированно для достижения общих и личных целей, А. Адлер вводит понятие «социальный интерес» (или «социальное чувство»). При этом развитость социального чувства рассматривается им как один из важных критериев психического здоровья личности и благополучия общества, поскольку социальный интерес обеспечивает возможность эмпатии[36] и взаимопонимания между людьми.
   Имманентная социальность человека, по Адлеру, определяет потребность индивида соотнести и раскрыть себя с другими, тем самым установить собственную идентичность. Однако именно в ориентации на социальное окружение и особенно референтную (значимую) его часть, согласно теории индивидуальной психологии, кроется ахиллесова пята любого человека: большая или меньшая степень зависимости его самооценки от мнения других людей. Следствием этой зависимости, по А. Адлеру, становится в той или иной мере выраженное чувство неполноценности, при неблагоприятном развитии переходящее в «комплекс неполноценности», т. е. совокупность установок, представлений и переживаний, основанных на низкой уверенности в себе и ощущении собственной недостаточной значимости для окружающих и себя самого[37].
   Раскрывая источник чувства неполноценности, А. Адлер указывает прежде всего на общую биологическую слабость и беспомощность homo sapiens, физиологическое несовершенство вида, поскольку «… по сравнению с другими формами жизни человек является организмом неполноценным. Это чувство неполноценности и ненадежности существования всегда присутствует в человеческом сознании. Это постоянный стимул к изобретению лучших способов адаптации к жизни на Земле. Этот стимул заставляет людей добиваться того, чтобы не оказаться в невыгодном положении по сравнению с остальным животным миром»[38]. Таким образом, для выживания и более или менее успешного функционирования человечеству, по Адлеру, требуется равновесная или превосходящая социальная компенсация.
   В отличие от врожденной ограниченности возможностей человека, чувство личной неполноценности, согласно теории А. Адлера, проистекает из детских реакций на невнимание или критику взрослых, вытесняется, оседая в бессознательных структурах психики, и оказывает на личность двойственное воздействие.
   С одной стороны, при негативном усилении чувство неполноценности может находить выход в различных формах асоциального поведения: алкоголизме, наркомании, преступности, суицидах, неврозах и т. д. (Собственно, невроз понимается в индивидуальной психологии как протест против остро ощущаемого индивидом насилия со стороны общества и как форма ухода от принудительного вовлечения в социальную жизнь.) С другой же стороны, то самое чувство неполноценности, знакомое, по мысли А. Адлера, каждому человеку, способно постоянно и настойчиво стимулировать его к преодолению реальных или мнимых недостатков посредством компенсаторного поведения.
   Компенсация, по Адлеру, представляет собой психический механизм и направляемую им деятельность человека по преодолению чувства общечеловеческой и личной неполноценности. При такой трансформации чувство неполноценности способно придавать мощный созидательный импульс как в процессе самореализации и совершенствования личности, так и в прогрессе культуры и общества. Вместе с тем А. Адлер обращает внимание на то, что компенсация в крайних своих проявлениях («сверхкомпенсация») способна перерождать «комплекс неполноценности» в «комплекс превосходства», со всеми вытекающими отсюда негативными следствиями любого преувеличения.
   В целом же в стремлении к превосходству и самоутверждению А. Адлер видит психодинамическое социальное основание всей человеческой жизнедеятельности. В этом понимании он категорически расходится с 3. Фрейдом, полагавшим, что в роли первоосновы и движущей силы выступает инстинктивное сексуальное начало, и сближается со взглядами А. Шопенгауэра и Ф. Ницше («мировая воля» и «воля к власти»).
   Необходимо заметить, что, в отличие от каузальности психоанализа, ориентированного на вскрытие причин поведения человека, индивидуальная психология сосредоточена на финальных целевых стремлениях личности. Мотивированность индивидуально значимыми целями обусловливает, с точки зрения А. Адлера, многообразие способов и путей их достижения, а следовательно, «стилей жизни» и уникальных траекторий судьбы.
   

notes

Примечания

1

   Современный психоанализ включает в себя многообразие неофрейдистских и постфрейдистских доктрин, теорий и методик, направленных как на модернизацию базовых положений и частных гипотез психоаналитического учения 3. Фрейда, так и на ревизию ряда его концептуальных оснований. Понятия «постфрейдизм» (от англ. post – после) и «неофрейдизм» (от др. – греч. neo – новый) соотносятся как целое и часть. Наряду с неофрейдистскими концепциями (К. Хорни, Г. Салливан, Э. Фромм и др.) постфрейдизм также включает в себя индивидуальную психологию (А. Адлер и др.), аналитическую психологию (К. Г. Юнг и др.), сексуально-экономическую теорию (В. Райх и др.), социометрию (Дж. Морено и др.), психоисторию (Э. Эриксон и др.) и т. д. (См.: Постфрейдизм // Новейший философский словарь / сост. А. А. Грицанов. – Минск: Изд. В. М. Скакун, 1999. – С. 538.)

2

   См.: Виттельс Ф. Фрейд. Его личность, учение и школа: пер. с нем. – 2-е изд., стереотип. – М.: КомКнига, 2006; Гуревич П. С. Психоанализ. – М.: Юнити, 2007; Доброродний Д. Г. Философско-методологический статус психоанализа в социально-гуманитарном познании: автореф. дис…. канд. филос. наук. – Минск, 2008; Додельцев Р. Ф. Фрейдизм: культурология, психология, философия. – М.: МГИМО, 1997; Лейбин В. М. Фрейд, психоанализ и современная западная философия. —М.: Политиздат, 1990; Овчаренко В. И. Статус и аутентичность психоанализа // Вестник психоанализа. – 2001. – № 2. – С. 81–86; Рикёр П. Конфликт интерпретаций. Очерки о герменевтике: пер. с франц. – М.: Канон-пресс-Ц, 2002; Руткевич A. M. Научный статус психоанализа // Вопросы философии. – 2000. – № 10. – С. 9—14; Уэллс Г. К. Крах психоанализа: от Фрейда к Фромму. – М.: Прогресс, 1968; Фромм Э. Кризис психоанализа: Очерки о Фрейде, Марксе и социальной психологии: пер. с англ. – СПб.: Академический проект, 2000; Ярошевский М. Г. Психоанализ как культурно-исторический феномен // Лейбин В. М., Овчаренко В. И. Психоаналитическая литература в России. – М.: МПСИ, 1998. – С. 3—29 и др.

3

   Добреньков В. И. Неофрейдизм в поисках «истины». Иллюзии и заблуждения Эриха Фромма. – М.: Мысль, 1974; Кельнер М. С. Вильгельм Райх: человек, ученый, мыслитель // Вестник российского философского общества. – 2000. —№ 2. —С. 108–113; Лейбин В. М. Классический психоанализ: история, теория, практика. – М.: Московский психолого-социальный институт, 2001; Лейбин В. М. Постклассический психоанализ. Энциклопедия: в 2 кн. – М.: Территория будущего, 2006; Лейбин В. М. Фрейд, психоанализ и современная западная философия. – М.: Политиздат, 1990; Овчаренко В. П., Грицанов А. А. Социологический психологизм. Критический анализ. – Минск: Вышэйшая школа, 1990 и др.

4

   Верченов Л. H. Критика социальной теории Эриха Фромма: дис…. канд. филос. наук. – М., 1969; Добреньков В. И. Социологическая концепция Эриха Фромма (Критический анализ субъективно-идеалистических оснований неофрейдистской социальной философии): дис…. канд. филос. наук. —М., 1969; Завалишина М. С. Психоаналитическая социология о сущности и перспективах человеческого общества (3. Фрейд, Г. Маркузе, Э. Фромм): дис…. канд. социол. наук. – М., 1993; Кельнер М. С. Социокультурная психоаналитическая антропология (Историко-философский анализ): дис…. д-ра филос. наук. – М., 1993; Лейбин В. М. Психоанализ и американский неофрейдизм (историко– философский анализ фрейдизма): дис…. д-ра филос. наук. – М., 1979; Мокшанцев Л. B. Психоаналитическая теория Вильгельма Райха: (Историко– философский анализ): дис…. канд. филос. наук. – М., 1998; Овчаренко В. И. Генезис, основания, формы и тенденции развития социологического психологизма как явления социальной мысли: дис…. д-ра филос. наук. – М., 1995; Пружинина А. А. Критика французскими марксистами психоанализа: дис…. канд. филос. наук. – М., 1984; Титаренко Г. А. Критический анализ экзистенциального неофрейдизма Э. Фромма: дис…. канд. филос. наук. – М., 1986; Черкасов С. М. Социальная философия неофрейдизма: дис…. канд. филос. наук. – Л., 1967 и др.

5

   Лапланш Ж., Понталис Ж. – Б. Словарь по психоанализу / пер. с фр. и предисл. Н. С. Автономовой. —М.: Высшая школа, 1996. —С. 394–395.

6

   См. подробнее: Овчаренко В. И. Осознание бессознательного //Вопросы философии. – 2000. – № 10. – С. 33–36.

7

   Бессознательное // Новейший философский словарь / сост. А. А. Грицанов. – Минск: Изд. В. М. Скакун, 1999. – С. 76–77.

8

   Фрейд 3. Я и Оно // Толкование сновидений: сб. произведений: пер. с нем. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2000. – С. 592.

9

   Фрейд 3. О психоанализе / О клиническом психоанализе. Избранные сочинения. – М.: Медицина, 1991. – С. 269.

10

   Цвейг С. Фридрих Ницше. Зигмунд Фрейд: Эссе / пер. с нем. С. Бернштейна. – СПб.: Азбука-классика, 2001. – С. 112.

11

   Психоанализ // Психоанализ: новейшая энциклопедия / сост. и общ. ред. В. И. Овчаренко, А. А. Грицанов. – Минск: Книжный Дом, 2010. – С. 564–565.

12

   Руткевич А.М. Научный статус психоанализа // Вопросы философии. – 2000. – № 10. – С. 10–11.

13

   Овчаренко В. И. Природа, статус и аутентичность классического психоанализа // Материалы Международной психоаналитической конференции «Зигмунд Фрейд – основатель новой научной парадигмы: психоанализ в теории и практике (к 150-летию со дня рождения Зигмунда Фрейда)»: в 2 т. / под ред. А. Н. Харитонова, П. С. Гуревича, А. В. Литвинова. – М.: Русское психоаналитическое общество, 2006. – Т. I. – С. 279.

14

   Фрейд 3. Введение в психоанализ. Лекции. – М.: Наука, 1989. – С. 345.

15

   Там же. – С. 347.

16

   Фрейд 3. Я и Оно // Толкование сновидений: сб. произведений: пер. с нем. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2000. – С. 598.

17

   Фрейд 3. Введение в психоанализ: лекции. – М.: Наука, 1989. – С. 340.

18

   Фрейд 3. Я и Оно // Толкование сновидений: сб. произведений: пер. с нем. – М.: ЭКСМО-Пресс, 2000. – С. 605.

19

   Понятие «принцип нирваны» (от санскр. nirvana – успокоение, угасание; описанное в древнеиндийской религии и философии – буддизме и джайнизме – состояние отрешенности от жизни и ненарушимого покоя, выступающее в качестве конечной цели и «спасения» человека) введено в оборот британским психоаналитиком Барбарой Лоу в 1920 г. и заимствовано 3. Фрейдом. Ранее Фрейд обозначал сходную идею как «принцип инерции».

20

   Цит. по: Лапланш Ж., Понталпс Ж. – Б. Словарь по психоанализу / пер. с фр. и предисл. Н. С. Авгономовой. – М.: Высшая школа, 1996. – С. 364.

21

   Понятие «Танатос» впервые использовал австрийский психоаналитик Вильгельм Штекель, который считал, что влечение к смерти, противоположное желанию жить, составляет вторую равнозначную сторону биполярной природы человека.
   Первой попыткой психоаналитического исследования феномена деструктивности можно считать доклад (1911) и статью (1912) российского психоаналитика Сабины Шпильрейн «Деструкция как причина становления». Основные положения и выводы работы С. Шпильрейн оказали существенное влияние на представления 3. Фрейда и значительно дополнили панораму природы и сущности человека в классическом психоанализе.

22

   Последователи 3. Фрейда Пауль Федерн и Эдуардо Вейс настаивали на наличии автономного энергетического источника инстинкта смерти и обозначали его в своих работах как «мортидо» (Федерн) или «деструдо» (Вейс).

23

   Амбивалентность // Новейший философский словарь / сост. А.А. Грицанов. – Минск: Изд. В.М. Скакун, 1999. – С. 22–23.

24

   См.: Бороненкова Я. С. Боз //Психоанализ: новейшая энциклопедия /сост. и общ. ред. В. И. Овчаренко, А. А. Грицанов. – Минск: Книжный дом, 2010. – С. 131–132; Бороненкова Я. С. Комплекс Аджаса (Аджаташатру) // Психоанализ: новейшая энциклопедия / сост. и общ. ред. В. И. Овчаренко, А. А. Грицанов. – Минск: Книжный Дом, 2010. – С. 347.

25

   Овчаренко В. И, Грицанов А. А. Социологический психологизм: Критический анализ. – Минск: Вышэйшая школа, 1990. —С. 110–111.

26

   Изучению действия механизма сублимации в творческой деятельности 3. Фрейд посвятил серию патографических исследований жизни Леонардо да Винчи, Ф. М. Достоевского и Т. В. Вильсона (в соавторстве с У Буллитом).

27

   Понятие «табу» (от полинезийского ta pu – отмеченный, священный; проклятый, нечистый) введено британским социальным антропологом, культурологом и историком религии Джеймсом Фрэзером в конце XIX в. Этим понятием традиционно обозначается «религиозный запрет, налагаемый на какой‑либо предмет, действие, слово и т. п., нарушение которого влечет жестокую кару (болезнь, смерть)», а также сами запрещенные предметы, лица, действия и т. п. (Большой словарь иностранных слов. – М.: ЮНВЕС, 1998. – С. 621).

28

   Слово «тотем» (от алгонкинского ototem – его род) переведено с языка оджибве алгонкинской языковой семьи на английский путешественником Джоном Лонгом и введено в научный оборот в конце XVIII в.

29

   Как правило, тотемом выступает то или иное антропоморфное существо, чаще всего животное, однако покровителем племени может быть и персонифицированная сила природы (как, например, в различных африканских культах).

30

   В психоаналитической культурологии 3. Фрейда понятия «культура» и «цивилизация» отождествляются.

31

   Фрейд 3. Введение в психоанализ: лекции. – М.: Наука, 1989. – С. 12.

32

   Фрейд З. Неизбежна ли война? Письмо Альберту Эйнштейну / З. Фрейд. По ту сторону принципа удовольствия. – М.: Прогресс, 1992. – С. 337

33

   Фрейд З. Неудовлетворенность культурой / З. Фрейд. Психоаналитические этюды. – СПб.: Алетейя, 1998. – С. 243.

34

   Холизм (от греч. holos – целый, весь) представляет собой философскую концепцию и основанную на ней методологию познания, рассматривающие любой предмет или явление как целостную систему.

35

   Адлер А. Понять природу человека / пер. Е. А.Цыпина. – СПб.: Академический проект, 2000. – С. 30.

36

   Под «эмпатией» (от греч. empatheia – сопереживание) принято понимать способность к прочувствованию другого человека посредством частичной идентификации с ним.

37

   Понятие «комплекс неполноценности» (нем. Minderwertigkeitskomplex, англ. inferiority complex) корректнее по форме и ближе к смыслу, который вкладывал А. Адлер, было бы переводить как «комплекс мало ценности».

38

   Адлер А. Понять природу человека / пер. Е.А. Цыпина. – СПб.: Академический проект, 2000. – С. 30.
Купить и читать книгу за 150 руб.

Вы читаете ознакомительный отрывок. Если книга вам понравилась, вы можете купить полную версию и продолжить читать